Трансформация системы местных налогов и сборов в условиях модернизации налогообложения в Российской Федерации

1.1. Эволюция формирования системы местного налогообложения в России

Налоговая система России развивалась поэтапно, претерпевала метаморфозы, источником которых являлись сдвиги в государственном устройстве страны. Функции и задачи государства со временем принимали новые черты, но главное предназначение налогов – источник бюджетных средств государства и муниципальных образований – осталось. Развитие налоговой системы местного самоуправления России можно условно подразделить на три этапа:

I этап. Развития системы местного налогообложения в дореволюционной России.

II этап. Развитие системы налогообложения в СССР.

III этап. Становление налоговой системы современной России.

I этап. Развитие системы местного налогообложения в дореволюционной России.

Налогообложение в допетровскую эпоху (IX–XVII вв.). История развития местных налогов и сборов в России берет начало в XV в. Именно тогда в стране начинает складываться двухзвенная бюджетная система унитарного государства, состоящая из великокняжеской казны (бюджета государства) и местных бюджетов, которые соответственно формировались за счет княжеских (государственных) налогов и местных сборов. Для содержания царских наместников и волостителей, выполнения ими возложенных на них административных и судебных функций, для решения местных хозяйственных задач с местного населения собирались денежные и натуральные сборы: конское пятно (за клеймение), тамга (за продажу товара), весчее (за взвешивание), гостиное (за пользование торговым помещением), померное (за измерение) и др.

В 1551 г. Иван IV провел земскую реформу. В этом же году Стоглавый собор утвердил «Уставную земскую грамоту». В стране было введено земское самоуправление. Власть царских наместников была упразднена. Вместо них на местах стали земские старосты, которые руководили земскими избами, творили суды и собирали налоги и сборы. В частности, «посошный откуп»[1], заменявший взимаемые с населения наместничьи сборы, начал поступать в государеву казну, из которой стали выделять средства на содержание земских изб и финансирование местных мероприятий.

Налоговая реформа Петра I (XVIII в.). Для покрытия дополнительных расходов Петр Великий ввел чрезвычайные налоги: деньги драгунские, рекрутские, корабельные, подать на покупку лошадей. Вводятся прибыльщики – чиновники, которые должны «сидеть и чинить государю прибыли», придумывать новые виды податей. По инициативе прибыльщиков были введены: подушная подать; гербовый сбор; налоги с постоялых дворов; налоги с пеней; налоги с плавных судов; налоги с арбузов; налоги с орехов; налоги с продажи съестного; налоги с найма домов; ледокольный налог и др.

В ходе реформы подворное налогообложение было заменено подушной податью[2], введены новые виды налогообложения – горная подать, гербовые сборы, пробирная пошлина, знаменитый налог на бороды. Реформирована организационная система сбора налогов: финансовые приказы заменены финансовыми коллегиями. Были заложены основы системы местного самоуправления и местных налогов и сборов. В эпоху Петра Первого широкое развитие получила система взимания налогов через откупщиков.

Налоговые реформы первой половины XIX – начала XX в. При Александре Первом (1777–1825) изменения в акты законодательства вносились в части следующих фискальных сборов и налогов: оброчный сбор; гильдейский сбор; пошлина с наследств; горная подать; гербовый сбор; питейный сбор. Вводились новые обязательные платежи, например: процентный сбор с доходов от недвижимого имущества; попудный сбор с меди. Кочевые народы с 1824 г. платили кибиточную подать.

Существенному пересмотру подвергалась система земских денежных и натуральных повинностей. Повинности подразделялись на обязательные (содержание органов волостного и сельского управления, дорог и др.) и необязательные (строительство церквей, школ, больниц, содержание пожарной охраны и др.) и взимались по раскладке среди населения[3].

Городские потребности и нужды по общему правилу удовлетворялись из городских доходов, получаемых в качестве дохода с общественной собственности и от различного рода сборов, законодательно установленных в пользу города. Все сборы в пользу города законодатель делил на три категории:

1) сборы личные (сбор за записку обывателей в городскую обывательскую книгу);

2) сборы с недвижимого имущества (оценочный сбор);

3) сборы за право производства и торговли (состояли из двух групп: сборы с торговых заведений и сборы с торгово-промышленных классов). Последняя категория составляла самую большую группу (более 20 сборов) и классифицировались в зависимости от видов деятельности.

В связи с проведением крестьянской реформы 1861 г. была изменена система сбора промыслового налога, введено налогообложение земли, введены подомовый налог, земские налоги и сборы.

Таким образом, в XIX в. по мере развития городского самоуправления упорядочивается формирование городских бюджетов и местные налоговые системы.

На примере города Москвы рассмотрим несколько подробнее источники доходной части городских бюджетов в 1890–1891 гг.

Более половины всех финансовых средств городу давали прямые налоги, хотя доходных статей было много, включая прибыль предприятий местного подчинения. Из прямых налогов наиболее крупные поступления приносил налог с недвижимых имуществ[4]. Значительную сумму городу давал налог на право ведения в Москве торговли и промыслов. Сюда входили: стоимость патентов, купеческих свидетельств, свидетельств на право мелкой торговли, сборы с торговых и промышленных заведений, с трактиров, с огородов, с постоялых дворов. Важной статьей доходов были налоги с владельцев лошадей и частных экипажей.

Кроме того, взимались сборы и пошлины: за клеймение мер, гирь и весов, за утверждение планов и чертежей на постройки в частных владениях, за прописку, за выдачу справок из адресного стола.

Среди штрафов стоит отметить интересную статью дохода (хотя и незначительную по объему получаемых средств) городского бюджета – штрафы с подрядчиков за неисправное исполнение ими принятых на себя по контрактам обязательств. К этому же виду платежей относились сборы с аукционной продажи, с векселей, заемных писем и договоров, судебных пошлин.

Теперь рассмотрим доходы с недвижимых имуществ. Данные доходы состояли из двух частей: средства, получаемые с городских земель, сдаваемых под постройки (пашни, огороды, сады, под выгон скота), и средства, получаемые с городских зданий и сооружений (бань, лавок, крытого рынка, винного и солярного дворов, мельниц, лесных дач, колодцев).

Под городскими имуществами, находящимися в общем пользовании, понимались места на площадях и проездах, выделенных для торга, конно-железные дороги, места для постановки конных экипажей, бульвары, парки, сады, места массовых гуляний, причалы для катания на лодках, пруды, общественные купальни, катки и др. Сюда же относились средства, взимаемые с разрытия мостовых для прокладки и ремонта трубопроводов.

В городскую казну также поступали сборы с городских изданий: «Известия Московской Городской Думы», «Ведомости Московской городской полиции», «Справочные цены», «Адрес-календарь» и др. В доходах отражались проценты, которые поступали в городскую казну от хранения в банках свободных денежных средств.

Движимым и недвижимым имуществом городская Дума предпочитала не торговать. За редким исключением небольшие суммы поступали от продажи старых материалов, например, полученных от разбора мостов.

В России того периода управление государственным и местными бюджетами функционировало как вертикальная система учреждений. Так, на губернском уровне территориальными органами Министерства финансов были казенные палаты, а на уездном – казначейства.

Казенные палаты раскладывали на население налоги, вели учет их поступления и расходов. Казначейства принимали и хранили средства, поступающие в казну, выдавали деньги на финансирование мероприятий, осуществляемых на местах.

Местное самоуправление осуществляли земства[5]. Земства ведали местными хозяйственными делами, местными дорогами, организацией школьного образования и медицинского обслуживания населения.

Земские повинности взимались независимо от уровня зажиточности плательщика и предназначались для финансирования целевых расходов, например, на содержание школ, больниц, пожарной охраны, полиции и др. Они устанавливались государством, либо губернскими и уездными земствами. Земские сборы взимались с земель и другого недвижимого имущества, с патентов на право заниматься каким-либо промыслом. Сборы составляли более 60 % доходов земских бюджетов. Источником средств для земских бюджетов (до 25 % общих доходов) были также пособия из государственного бюджета, поскольку расширение сферы ведения земств рассматривалось как один из путей облегчения финансовых проблем государства. В этих целях в земства постепенно передавались все новые и новые задачи.

Важно подчеркнуть, что, несмотря на наличие в историческом опыте России определенных самоуправленческих начал (начиная с новгородской вечевой демократии), по сути, только становление земского и городского самоуправление дает начало местному самоуправлению в нашей стране в его современном понимании.

Следует также отметить, что данному этапу развития системы местного налогообложения характерна горизонтальная модель распределения налогов и сборов между бюджетами, государственный бюджет и территориальные бюджеты (земские, городские) находились как бы в одной плоскости, за каждым закреплялись свои налоги и сборы. Такая система обеспечивала в значительной мере финансовую независимость территориальных органов власти. При этом, анализируя всю массу городских сборов, напрашивается вывод, что многие из них городскими можно назвать лишь потому, что они шли на покрытие городских расходов. В сущности, они являлись только государственными, но полномочия по их сбору и использованию, в связи с недостатком собственных налогов, были переданы на городской уровень[6]. По своей природе они являлись общегосударственными платежами и не могли регулироваться городским самоуправлением. При этом основным недостатком налоговой политики в отношении органов местного самоуправления, по мнению автора, было отсутствие прав самостоятельно устанавливать ставки налогов и объекты обложения. Все эти функции принадлежали правительству, что устраняло городское общество от участия в формировании доходов территорий.

II этап. Развитие системы налогообложения в СССР.

Процессы развития местного самоуправления и порожденные им политические процессы (становление сословия земцев, формирование идеологии конституционализма и т. д.) были прерваны революционными событиями 1917 г. Впервые месяцы после Октябрьской революции 1917 г. вследствие развала органов государственного и местного управления, саботажа чиновников и банков поступление налогов в бюджетную систему практически прекратилось. Для финансирования неотложных нужд новые органы власти вынуждены были прибегнуть к контрибуции с имущих слоев населения.

В условиях диктатуры пролетариата налогообложение и налоговое право стали средством классовой борьбы. Так, Декретом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и СНК от 30.10.1918 был введен единовременный чрезвычайный десятимиллиардный революционный налог[7] с целью «изъять у паразитических и контрреволюционных элементов денежные средства и обратить их на неотложные нужды революционного строительства и оборону страны». Взимался этот налог по раскладочной системе: общая сумма налога раскладывалась по губерниям, городам, уездам и волостям, а затем – по плательщикам. Согласно декрету эта раскладка должна была «производиться таким образом, чтобы всей своей тяжестью налог пал бы на богатую часть городского населения и богатых крестьян». Городская и деревенская беднота полностью от уплаты налога освобождалась. Впрочем, экономический и политический эффект налога был невелик – вместо 10 млрд было собрано около 1,5 млрд руб.[8]

Главным источником доходов местных бюджетов в этот период стал разовый сбор за торговлю, первоначально установленный Положением о денежных средствах и расходах местных Советов от 03.12.1918. На основании принятых в 1919, 1921 и 1922 гг. декретов об изменении перечня местных налогов и сборов местным Советам предоставлялось право взимать в городских поселениях местный разовый сбор за подвижную торговлю с лиц, производящих не облагаемую промысловым налогом продажу товаров вразнос или вразвоз, а также сбор за продажу скота на рынке.

Новая экономическая политика (нэп) начала осуществляться в 1921 г. В число основных мероприятий нэпа входили: замена продразверстки продналогом, разрешение частной торговли, открытие мелких частных предприятий, аренда мелких промышленных предприятий и земли под строгим контролем государства; замена натуральной заработной платы денежной.

Переход к нэпу обусловил возрождение налоговой системы, повторившей в общих чертах налоговую систему дореволюционной России. В этот период снова взимались: промысловый налог; подворный налог; военный налог; квартирный налог; налог с наследств и дарений; акцизы; пошлины; гербовый сбор.

Кроме того, введен ряд «классовых налогов»: индивидуальное обложение кулацких хозяйств сельскохозяйственным налогом, налог на сверхприбыль, трудгужналог.

С началом форсированной индустриализации понимание сути задач органов местного управления кардинально меняется: вместо удовлетворения социально-экономических потребностей населения как территориального сообщества на первое место выходит задача обеспечения и ускорения темпов сбора налоговых и неналоговых доходов в качестве финансовых средств для нужд индустриального строительства, а конкретнее – для удовлетворения потребностей центрального бюджета. Чтобы трансформировать местные бюджеты и их финансовую систему в эффективные инструменты аккумуляции средств населения и доходов от местного промышленного и сельскохозяйственного производства в госбюджет и обеспечить приоритет реализации социально-политических интересов государства на местах, были осуществлены налоговая реформа 1930 г. и ряд последующих реформаций бюджетной системы.

Налоговая реформа 1930 г., ставшая логическим завершением периода нэпа и отражающая экономическую основу нового этапа развития страны – индустриализации, стала важной вехой в истории российского налогообложения вообще и местного налогообложения в частности. В соответствии с генеральной линией этой реформы множество налогов, как общих, так и местных, были отменены. Им на смену пришли два основных налога с государственных социалистических предприятий – налог с оборота и отчисления от прибыли, а также один универсальный – государственная пошлина. Влияние же этой реформы на местные налоги выразилось в том, что 10 налогов из всего количества существовавших были включены в налог с оборота, семь – в государственную пошлину. Остались лишь следующие налоги: налог с транспортных средств; сбор с ресторанных счетов; налог со скота в городских поселениях; сбор с лиц, лишенных права быть сельскими исполнителями; регистрационный сбор с владельцев собак; сбор за спуск сточных вод.

Систему местного налогообложения в СССР после налоговой реформы составляли преимущественно те налоги, которые государство не могло эффективно контролировать из единого центра. Эти налоги полностью поступали в местные бюджеты, и полномочия по их введению или не введению предоставлялись местным Советам соответствующих территорий.

Общесоюзным законодательством устанавливались нормы только четырех видов местного обложения (обложение строений и земельных участков налогом со строений и земельной рентой, сбор с грузов, привозимых в города Москву и Ленинград и вывозимых из них, и с 1932 г. разовый сбор с торговли колхозников и единоличников). В отношении остальных местных налогов общесоюзная регламентация ограничивалась указанием на то, что правительства союзных республик могли предоставлять местным Советам право устанавливать и взимать другие налоги и сборы с объектов, не облагаемых общегосударственным и местными налогами[9]. Таким образом, местные Советы могли вводить или не вводить те налоги, которые предусмотрены в общесоюзном и республиканском законодательстве. Союзным же законодательством устанавливались предельные размеры и порядок уплаты.

Другими словами, результатом налоговых реформации 1930-х гг. стало сокращение собственной налоговой базы местных бюджетов за счет переключения основного объема налоговых потоков в сферу доходов государственного бюджета.

Окончательно вопрос ликвидации финансовой самостоятельности местных бюджетов был решен в 1936 г., когда основы бюджетного устройства СССР были установлены Конституцией СССР[10], определявшей основные принципы распределения доходов и расходов между бюджетами.

Особый интерес представляет изучение особенностей формирования системы местных налогов и сборов в военные и послевоенные годы. Следует напомнить, что в советской экономической литературе всегда существовала, как неоспоримая, точка зрения об усилении централизованного регулирования процесса формирования и использования доходной базы местных бюджетов в годы Великой Отечественной войны.

Действительно, в этот период важными формами финансовых поступлений в местные бюджеты были отчисления от государственных налоговых доходов, включая их чрезвычайные формы. Активно применялась система горизонтального выравнивания доходов местных бюджетов через фонды регулирования. Основными регулирующими доходными источниками являлись отчисления от налога с оборота, сельскохозяйственного налога, подоходного и военного налога, а также государственных займов. Однако экстремальность ситуации, постоянная модификация реальной базы налогообложения создали предпосылки для поиска и реализации нестандартных решений в формировании доходной базы бюджетной системы, в которых, наряду с методами усиления централизованного регулирования бюджетных процессов, использовались возможности финансовой инициативы местных органов управления в решении проблем военного времени.

Необходимость увеличения доходов местных бюджетов в годы войны потребовала внесения изменений и в систему местных налогов и сборов.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29.12.1941 «О военном налоге» с 1942 г. был введен военный налог, который распространялся на городское, и сельское население. Одновременно были отменены временные надбавки к сельскохозяйственному и подоходному налогам.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21.11.1941 «О налоге на холостяков, одиноких и бездетных граждан СССР» был введен налог на неженатых, одиноких и малосемейных граждан, который дал за годы войны 8 млрд руб.[11]

На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 10.04.1942 «О местных налогах и сборах» были реализованы пять основных налогов и сборов: налог со строений, земельная рента (сбор за пользование участками земли), сбор с владельцев транспортных средств (в том числе велосипедов), сбор с владельцев скота и разовый сбор на колхозных рынках. Указ о местных налогах и сборах расширил круг плательщиков, повысил их ставки. Это обеспечило повышение эффективности местных налогов и сборов. В 1944 г. поступления по ним в три раза превысили поступления за 1940 г. и составили около 20 % всех доходов местных бюджетов[12].

Налог со зрелищ (концертов, спектаклей, кинотеатров и проч.) был установлен 10.09.1942. Дополнительные доходы дала и государственная торговля по коммерческим ценам (осуществлявшаяся с 1944 г. помимо реализации товаров по фиксированным ценам и карточкам). В 1944–1945 гг. она принесла примерно 16 млрд руб. доходов.

Расширению налоговой базы местных бюджетов способствовало также зачисление ряда государственных налогов непосредственно в местные бюджеты: отчисления от налога с оборота; от военного налога; от подоходного налога с колхозов; от подоходного налога с населения; от сельскохозяйственного налога; от сумм реализации госзаймов и пр.

Впоследствии в акты налогового законодательства были внесены существенные изменения в части подоходного и поимущественного налогообложения физических лиц; сельскохозяйственного налога; единой государственной пошлины; сбора на нужды жилищного и культурно-бытового строительства и др.

К 1946 г. поступления от местных источников в городские и поселковые бюджеты составляли соответственно 56 и 54 %. В областных бюджетах они находились на уровне 17 %, в районных – 9,5 %, в сельских – 17 %[13].

Таким образом, процессы трансформации налоговой базы местных бюджетов в десятилетие военных и послевоенных лет, когда все экономические механизмы страны проходили проверку на прочность в экстремальных условиях, нельзя рассматривать как однозначные. Если для местных бюджетов верхнего управленческого уровня – автономных республик, краев, областей и самых крупных городов (в соответствии с современной терминологией их следовало бы назвать региональными), несомненным было усиление централизованного регулирования процессов формирования и использования их доходной базы, то для сельских, поселковых Советов и исполкомов малых городов, которые по своей сути и являлись органами местного управления, появилась возможность расширить собственную налоговую базу – за счет местных налогов и сборов, государственных налогов, полностью зачисляемых в местные бюджеты, отчислений от налогов с населения, проживающего в данной местности. Такое очевидное отступление от политики централизованного распределения бюджетных средств было вызвано объективными причинами: необходимостью быстро и оперативно на местах решать проблемы социально-бытового характера (обеспечение жильем и продовольствием эвакуированного населения, размещение раненых и медперсонала, социальное обеспечение возвращающегося из эвакуации населения и т. д.) на основе привлечения местных финансовых ресурсов. Можно сказать, что в годы войны и последующего восстановительного периода в нашей стране на местах в определенной мере были возрождены принципы местного самоуправления на базе самофинансирования, соответствующие отечественному опыту начала XX в., периода Первой мировой войны и 20-х гг. XX столетия. Однако поскольку эти принципы в целом противоречили системе централизованного регулирования плановой экономики, то с завершением восстановительного периода доходы от местных источников финансирования в течение послевоенного пятилетия последовательно снижались, уступая место отчислениям от государственных налогов, главным из которых был налог с оборота. Данный регулирующий источник был особенно высок в областных и районных бюджетах, в сельские бюджеты налог с оборота не поступал.