- -
- 100%
- +
– Сейчас поднимемся, нальём тебе выпить для успокоения нервов, и в этот вечер даже не рассчитывай, что уйдёшь домой без моего сопровождения, – он чуть крепче сжал меня в объятиях и глубоко вдохнул, погладив по волосам.
Мысль выпить алкоголя привела меня в не меньший ужас, чем вся ситуация в целом. Я попыталась отстраниться, но Саша не позволил.
– Я не буду пить, – проговорила сипло.
Упёрлась ладонью в его грудь и приложила усилия, чтобы он меня понял.
– И сопровождение твоё мне не нужно. Меня встретят.
Я посмотрела в его необычайно серые глаза и едва не икнула.
– Да-а-а? – его улыбка была несколько странной.
– Да, – кивнула уверенно.
– Ну посмотрим.
На что он собирается смотреть, я узнать не успела. Лифт остановился и распахнул двери, а Саша шагнул ко мне, провоцируя на отступление.
– Ик!
Я развернулась и рванула в квартиру раньше, чем увидела его усмешку. И только открыв дверь и оказавшись в успокаивающих объятиях подруги, поняла, что он за мной в квартиру не последовал.
– Ты цела? Не ранена?
– Этот придурок с тобой ничего не сделал?
– Бедная моя! Везёт тебе на всяких уродов.
Ребята беспокоились не меньше, чем Ларина. И это меня несколько нервировало, потому что мужское внимание к своей персоне — это совсем не то, что мне было сейчас нужно.
– Кать, я домой поеду.
Подруга тут же оттащила меня подальше от глаз взволнованной толпы и шикнула:
– Совсем сдурела? Уверена, ты сейчас приедешь в свою нору, ляжешь в постель и будешь во всех красках вспоминать, что с тобой произошло и к чему это могло привести.
– Не буду.
– Аль, ну мне-то не рассказывай! Я тебя всю жизнь знаю!
И как бы мне ни было трудно с ней согласиться, но она была права. Я действительно буду думать, к чему бы всё это привело, если бы придурку удалось меня утащить в неизвестном направлении.
Но и продолжать праздник было выше моих сил.
Странно, что они вообще не расходятся, хотя я заметила, что человек пять отсутствовало, включая мужа перепуганной не меньше моего именинницы.
– Пойдём, я тебе немного вина налью. Тебя трясёт всю.
Я только головой качнула. Алкоголь – это последнее, что я стану пить после пережитого стресса.
– Уверена? Всё же нервы…
Увидев мой взгляд, Катя смирилась.
– Ладно. Тогда давай дождёмся ребят, поздравим Нюту, а после поедем домой. Этот мерзавец ей весь праздник испортил, хоть словом добрым поддержим.
Честно говоря, я до сих пор нервничала, но сейчас почему-то уже по другому поводу. Почему Саша в квартиру не зашёл? Решил присоединиться к ребятам, чтобы подвезти Дениса в отделение полиции? А почему меня как пострадавшую с собой не взяли, ведь именно я должна писать заявление о попытке похищения?
Мы ждали их около часа. Катя с Нютой весело болтали, пока парни то и дело прикладывались к бутылке с чем-то явно алкогольным, но по заверению подруги не крепким, а я сидела на балконе и смотрела вниз, ожидая увидеть тех, кто спас меня этим праздничным вечером.
Когда на парковку под окнами въехал чёрный джип и из него вышло пятеро знакомых крепких парней, я, кажется, даже вздохнула с облегчением, а после мгновенно ретировалась с позиции наблюдения, потому что один не в меру любопытный тип вскинул голову и широко улыбнулся, увидев меня.
Сев за стол, я поняла, что у меня сердце колотится как сумасшедшее, но это вовсе не отменяло того факта, что я изменю своё мнение. Мало ли чего я нервничаю? У меня гормоны, в конце концов. Мне положено.
Когда хлопнула входная дверь, Нютка бросилась в коридор. Я не стала дожидаться, пока отсутствующие доберутся до стола и рассядутся по местам. Решила, что Кате хватит и пары минут, а потому могу начать собираться домой. Оставаться с Сашей в одном помещении было верхом идиотизма. Слишком уж он догадливый. Неровен час поймёт что-то, чего не нужно.
– Кать, я пока соберусь и такси вызову.
Подруга хоть и не желала так быстро покидать праздник, но всё же кивнула, понимая, что я важнее любого веселья.
В коридоре застала картину висящей на муже именинницы. Я даже как-то растерялась от неловкости. Казалось, подсмотрела кусочек чужой интимной жизни. Радовало только то, что я не одна это видела. Саша смотрел на парочку со странным выражением, а когда перевёл взгляд на меня, мне показалось, что это я должна была висеть сейчас на нём. Потому что в выражении чётко читался вопрос: «Почему ты всё ещё там?» И эта проклятая полуулыбка, от которой хотелось провалиться сквозь землю.
Прошмыгнув мимо ребят, я спряталась в ванной комнате и принялась искать машину через приложение. Такой способ передвижения я считала самым безопасным. Такси по вызову через оператора мне доверия не внушал. Я ещё по фильмам помнила, что маньяки своих жертв в основном подвозят сначала. Не по адресу.
Пока ждала, когда кто-нибудь примет маршрут, в ванную постучали. Я без задней мысли открыла, думая, что это Катя, но, как оказалось, рано радовалась. Он оттеснил меня, вошёл и бесцеремонно выхватил телефон, после чего отменил вызов.
– Ты что себе...
– Я же говорил, что сам отвезу, Аль, – в очередной раз обаятельно улыбнулся вторженец.
Но меня это, скорее, разозлило. Я не хотела его ни знать, ни видеть. Я пообещала себе забыть о той ночи. И даже эта дурацкая мышца, что колотилась, как сумасшедшая, не заставит меня изменить своего решения.
– Немедленно верни! – протянула я руку. – Саша, не страдай ерундой. Я тебе уже дала понять, что твоё общество меня не интересует.
– Вот я как раз и хочу понять почему, Цветочек.
Он тоже протянул руку. Но вовсе не для того, чтобы вернуть мне смартфон, а чтобы убрать выбившуюся из причёски прядку волос, упавшую мне на лоб.
– Цветочек?
– Именно. Аленький Цветочек.
– Ещё чего не хватало, – фыркнула я. – Что тебе нужно?
– Не считая располагающей милой улыбки и пары приятных фраз? – его полуулыбка начинала раздражать, поскольку не могла не вызывать ответной реакции. – Я буду не против, если ты ещё со мной посидишь.
Пожалуй, именно в этот момент, я поняла, что мне нужно начинать врать. Напролом. Забив на икоту. С другой стороны, хотелось отделаться малой кровью, но парень явно не понимал намёков. Или, по крайней мере, прекрасно делал вид, что не понимает, чем невероятно бесил.
– Послушай. Я благодарна, что ты оказался сегодня в лифте по счастливому стечению обстоятельств и отвлёк внимание Дениса на себя. Спасибо, правда. Но на этом всё. Я не собираюсь проводить с тобой время сегодня. Сейчас я хочу забрать Катю и вернуться к себе домой.
Улыбка с его лица пропала. Парень даже нахмурился, отчего между бровей образовались залипательные складки.
– Зачем забирать Катю? Девушка явно не желает покидать компанию. А я не пью и могу подвезти.
Я глубоко вздохнула. Потому что понимала, чего он добивался. Все они только для этого проявляли подобное внимание и предлагали помощь. И проблема заключалась вовсе не в том, что он собирался настаивать, а в том, что я боялась, что не смогу отказаться. Даже стоя в шаге от парня, я чувствовала его дурманящий парфюм, от которого коленки подгибались. И это бесило!
Нервы откровенно начинали сдавать. Я прикрыла глаза и снова глубоко вдохнула.
– Не нужно. Я и Катя поедем на такси. Всё уже решено.
– Нет, – ответил он так же ровно. – Катя не хочет, а одну на такси ни я, ни кто-либо другой в этой квартире тебя не отпустим, Цветочек.
Он сделал шаг вперёд, я – шаг назад. И врезалась пятой точкой в раковину, поняв, что меня загнали в угол. Саша снова протянул руку и схватил несчастную прядку волос, что снова вернулась на лоб.
– Есть в жизни уроды вроде Дениса. Они способны сделать что-то ужасное против воли женщины. А есть сопляки, которые боятся настаивать на своём в случаях, когда это необходимо. Так вот. Мы не такие, Аль. Если я сказал, что твоя безопасность мне не безразлична, значит, я буду делать всё, что считаю нужным, когда речь касается моментов, в которых мне виднее, как поступить. Ты едешь со мной. Катю подвезёт Каст, они друг другу ещё на свадьбе Демона понравились.
– Демона? – выхватила я последний образ, промелькнувший в беспорядочных мыслях.
– Стас. Муж Нюты. Ещё вопросы?
Я осторожно кивнула, почему-то даже не желая сопротивляться.
– С чего ты взял, что я соглашусь?
Он вдруг ухмыльнулся. Нагло, самоуверенно, дьявольски.
– Потому что я не спрашиваю согласия, Аля.
Мы умолкли. Не знаю, о чём думал он, глядя в мои глаза, а я испытывала только одно желание – сбежать!
Сопротивляться не было ни сил, ни желания, хотя я понимала, что подобная настойчивость может выйти мне боком, если он попытается проделать то же самое в интимном вопросе. С другой стороны, я понимала, что он не станет так поступать. Об этом говорила наша последняя встреча. Я даже невольно подумала, что он специально так себя ведёт, чтобы я растерялась. Ведь я действительно не очень понимала, что происходит.
– Пойдём одеваться. Кате объясни, что со мной поедешь. Не порть подруге вечер.
Вспомнив о своей легенде, я напряглась.
– Ты никакого морально права не имеешь диктовать мне условия!
Он только бровь вздёрнул, ожидая продолжения.
– Я сказала уже, что меня встретят! У меня жених есть, понимаешь? Представляешь хоть, как странно будет, – ик! – если я из чужой машины выйду с парнем и без подруги, ик!
Но на моих «ик» Саша уже откровенно смеялся. И мне очень хотелось верить, что он не догадывался о природе возникновения икоты.
– Вот и проверим, Цветочек, – он щёлкул меня по носу на очередном лично меня раздражающем звуке и вложил в руку мой телефон. – Пойдём.
Я даже как-то в осадок выпала, что ли. Знаете такое бронелобое животное, но без брони? Баран называется. В общем, примерно так сейчас я видела человека, в чью спину смотрела. И мне казалось, что даже она, в смысле, спина, сейчас нагло мне улыбалась.
То ли ещё будет.
К Кате он мне подойти не дал. Сам с ней поговорил, а когда та попыталась ко мне пробиться, её тут же осадили двое других парней. Тот самый Каст, который оказался Денисом, чем уже не внушал доверия, и какой-то Лёха, что смотрел на меня издалека зорким орлиным взглядом.
– Я никуда без неё не пойду! – возмущалась у порога, даже не пытаясь обуться.
Саша церемониться не стал, аккуратно подхватил меня за талию и усадил на тумбу под одобрительный смех ребят. Катя тоже веселилась, что меня обижало.
– Ларина, ик, ты серьёзно решила остаться? – попытки отделаться от конвоира успеха не принесли.
– Аль, я же взрослая девочка. А ты с этим парнем уже каталась, – змеюка мне дерзко подмигнула, прекрасно зная о том, чем закончились наша с ним покатушки.
Ах ты предательница! Ну попроси меня в следующий раз с тобой куда-то пойти. Ой, попроси! Я тебе такое устрою!
– Последний шанс, Ларина, – сказала хмуро, пока Саша застёгивал на мне второй ботильон, крепко держа ногу в ручище.
Коза драная даже не ответила. Улыбалась так, будто только что выиграла кубок России по шахматам. Я ведь прекрасно понимала, чего она добивается. Думает, исправить получится двумя встречами? Нет! Да стоит только сказать о беременности, как он усвищет ветром в поле. Да так, что днём с огнём не сыщешь. Сколько раз мать проделывала подобный трюк, чтобы избавиться от навязчивого внимания своих многочисленных ухажеров – не счесть!
Но только я не стану трубить о своём положении. Его это не касается.
– Идём, – Саша помог спуститься с тумбы, крепко прижав к себе.
Я знала, так не должно быть, но сердце всё равно сошло с ума, словно приобрело склероз и забыло, как правильно нужно биться.
Успокойся, Альбина. Это просто гормоны шалят. А может, моя крошка чувствует, что рядом биологический отец, и посылает мне некие энергетические сигналы? Я ничего не буду исключать. Но, малыш, нам и без него будет хорошо. Я обещаю.
Как только мы оказались с ним за дверью, парень вызвал лифт и посмотрел на меня с полуулыбкой.
– Ты выглядишь так, будто прямо сейчас продумываешь проклятие для всего мира.
– Уже закончила, – ответила недобро. – Осталось только выбрать время и жертву. Ик!
Ответа я не услышала. Саша шире улыбнулся и покачал головой.
От лифта до машины мы шли молча. Я, к своему удивлению, только сейчас поняла, что ситуация с Денисом как-то уж слишком быстро забылась. Не то чтобы меня это волновало, просто обычно ситуацию с парнями я воспринимала очень остро, но тут Саша будто занял собой всё пространство и мысли. Так ведь не должно быть.
Мы сели в уже знакомый мне автомобиль, и Саша не стал заводить машину, а укоризненно посмотрел на меня.
– Ремень.
А я вдруг вспомнила, что в прошлый раз он сам меня пристёгивал. Обычно я даже в такси не пристегивалась. Меня не просили. Пришлось исправляться, после чего Саша завёл машину и тронулся.
Я тут же отвернулась к окну и постаралась забыть о том, что не одна в машине. Единственная мысль, которая меня занимала, – как объяснить ему отсутствие моего парня там, где по идее он должен был меня встречать. Приглашать его к себе снова я не собиралась, и нельзя позволять ему настаивать.
– Давно парень-то появился? – спросил, будто услышал мои мысли.
Я повернула голову и посмотрела на красивые сильные руки, что крепко держали руль. Честно, не знала, что ответить. Да и нужно ли отвечать?
– В прошлый раз ты была сговорчивее, Цветочек.
Сердце в груди ёкнуло, но, вопреки возникшему чувству, я строго посмотрела на парня.
– В прошлый раз я была пьяна и плохо себя осознавала.
Он вывернул руль на повороте и мельком взглянул на меня.
– Ты была прекрасна. Ещё даже до того, как выпила первый бокал шампанского, Аль.
Вздохнув, я решила не продолжать этот очень странный разговор. Подумала только, что хочу поскорее оказаться как можно дальше от него и его обаяния.
– Это было давно и неправда.
– Как скажешь, – хмыкнул он.
Я снова отвернулась к окну, и мы молчали до самого дома. Когда автомобиль припарковался во дворе, первое, что сделал водитель, – это посмотрел на окна моей квартиры, в которых не горел свет.
Сказать, что я занервничала, – ничего не сказать. Икать начала ещё даже до того, как начать врать, на что Саша заулыбался, как Чеширский кот, демонстрируя ряд ровных белых зубов.
– Звони своему жениху.
Твою-то мать!
Глава 3
«Не умеешь врать – не берись!» – объясняла мама ещё в детстве.
Не сказал бы, что мне сильно это пригодилось в жизни, но я хотя бы понимал, что ложь всегда имеет последствия.
На моём пути встречалось очень много лжецов. В основном безобидных. Но мне одного раза хватило, чтобы понять, что некоторые играючи умеют заливать в уши. Отношения с той женщиной были роковой ошибкой, в корне изменившей моё отношение к противоположному полу.
Нет, женщин я люблю. Но только как дичь, которую нужно найти, убить и употребить по назначению.
Но, по-моему, в прошлый раз я дал маху. Да такого, что понять не мог, что за добыча передо мной.
Трудно найти более неспособного ко вранью человека, чем Аля. И ведь она не оставляла надежд в попытках избавиться от моего навязчивого внимания. Это и забавляло, и бесило одновременно.
Ещё до нашей встречи я как-то натыкался на статью в газете, что запихивают в почтовый ящик в рекламных целях, что есть люди, которые живут с этим годами. В той газетёнке описывались и первопричины, среди которых числились психические расстройства. Описывались примеры, правда, среди них не было ничего подобного.
Я ещё в тот вечер начал подозревать неладное, но сегодня до меня дошло, что подобные симптомы у неё связаны с вопросами и ответами на них. Любой человек нервничает, когда врёт. А стоило задать вопрос Але, на который она отвечала явную ложь, начиналось это.
А сейчас и вовсе заранее, потому что выбора я ей не оставил, а сознаваться она не собираелась.
Ну разве не мило?
– Нет, я не буду, ик. Должно быть, он спит.
Ну ладно. Если уж жених не сможет встретить, тогда я провожу, как полагается. Мне не трудно.
Я хмыкнул и отстегнул ремень безопасности.
– Тогда я провожу, как должно мужчине.
Цветочек внезапно побледнела. Отстегнула ремень и открыла дверь автомобиля.
– Не стоит, я вполне дойду до квартиры сама.
Нет, я, конечно, собирался довести до дверей, но думал, что до подъездных будет достаточно. А девушка словно намеренно подстёгивала.
– Это был не вопрос, – улыбнулся я.
Аля поджала губы, вылезла из авто и захлопнула дверь. Я не стал задерживаться, однако, было весело наблюдать за нервно шагающей фигуркой, вздрагивающей каждый раз от приступа «врунической» икоты.
Закрыв машину, нагнал девушку и выровнял шаг. У подъезда было темно. Почему-то не горел фонарь.
– Не мешало бы обратиться в управляющую компанию, чтобы они восстановили уличное освещение.
Цветочек искоса глянула на меня, но промолчала. Как только подошли к подъезду, она взяла в руки ключи и повернулась ко мне.
– Спасибо, что проводил. Дальше не нужно.
Я прищурился, пытаясь понять, что происходило в её голове, когда она представляла нас двоих у дверей её квартиры. Если там действительно есть жених, в чём я сильно сомневался, потому что поверить этой мелкой врушке не мог, то вряд ли он бы лёг спать, зная, что его девушка тусит у подруг. Да и почему вместе с ней не пошёл?
А может, дело в чём-то более приземлённом? Может, она представляла, как я настаиваю на продолжении вечера? Немного разобрав её характер, я понял, что ни прошлая, ни эта встреча со мной не были чем-то истинно желанным. Это позволило мне сделать кое-какие выводы, которые я теперь невообразимо хотел подтвердить или опровергнуть. Интересно же!
Я только улыбнулся девушке, не понимая, каким образом внезапно проснулся азарт. Допустим, это, возможно, оттолкнёт её, но не было сил устоять от соблазна позабавиться на прощание. К тому же я прекрасно осознавал, что это может быть последняя встреча. Поэтому, когда Аля приложила ключ к терминалу и открыла дверь, закрыть её я уже не позволил, скользнув за ней следом.
Цветочек перепугано развернулась и в полумраке довольно тесного тамбура выдохнула мне в лицо:
– Не надо.
От звука её тихого голоса я подобрался, отчего-то ярко ощутив вовсе не то, что она пыталась продемонстрировать.
– Ты ведь не меня боишься, – хмыкнул, глядя в потемневшие глаза. – Себя, правда?
И, не дожидаясь ответа, склонился, чтобы неожиданно для самого себя осторожно коснуться её губ, а после крепко прижать к себе, когда её ноги внезапно перестали держать свою хозяйку.
Доказывать мне ничего не нужно. Язык её тела говорил сам за себя, а я… А я, в конце концов, остался тем же, кем и был. Охотником. А охотники извечно обладали правом сильнейшего.
И какова же вероятность, что я могу провести с ней ещё одну ночь?
В том, что никакого жениха в квартире нет, я был уверен на девяносто пять процентов, пять из которых были допустимой погрешностью. В том, что его вообще нет в жизни этой застенчивой малышки, уверенность колебалась в районе шестидесяти пяти процентов, но и этого хватало, чтобы ответить на собственный вопрос положительно.
И прежде чем она начнёт сопротивляться, я снова припал к её сладким губам и поднял на руки, когда она обняла за шею и запустила пальцы в мои волосы.
Пьянящая… Дурманящая своим ароматом зайка, что так безропотно далась в лапы волку.
Стараясь не выпускать девушку из плена желания, я по памяти поднялся на площадку и нащупал кнопку вызова лифта. И только когда мы оказались в кабине подъёмника за закрытыми дверьми, она вдруг разорвала поцелуй, посмотрела на меня затуманенным взором и тихо прошептала:
– Что я делаю?
Этот вопрос был не мне адресован. Всё, чего мне хотелось в данную минуту, – обладать её телом. Я шёл на поводу у хищника, сидевшего во мне, а потому позволил себе поставить девушку на ноги, отобрать ключи и заткнуть возмущённый вскрик новым поцелуем. Уже не нежным, а тем, от которого у самого рвало все кольца. Поцелуем, который расставлял акценты и показывал, кто здесь власть.
И она подчинилась. Целиком, без остатка. Подчинилась, преданно умолкнув.
А у меня в груди от её чувственности и покорности разливалось тепло. Ведь, если по сути, я не сильно давил. Не принуждал. Я был настойчив, только и всего. Да и то потому, что видел, что нравлюсь ей, а вся та ежовая стена, которую она установила вокруг себя, была ничем иным, как способом уйти от… видимо, ненавистного мужского внимания.
Как мы вышли из лифта или открыли дверь квартиры (я точно знаю, что забрал у неё ключи), я не могу сказать. Помню только сладкий запах её манящего тела и дурманящий вкус податливых губ. Помню шелковистость бёдер под подолом платья. Помню, как приятно было сжимать её бёдра. И помню хриплое «Прекрати», когда языком ощутил тугую горошину упругой округлой груди.
Опьянённый желанием разум не хотел сдаваться, поэтому на неправдоподобное требование, больше похожее на мольбу не останавливаться, я не обращал никакого внимания, до тех пор, пока не услышал:
– Пожалуйста, не надо. Уходи.
Я поднялся, упершись руками по обе стороны от её головы. Тяжело дыша, вгляделся в её пьяные от желания глаза и, подавляя растущее раздражение от неутолённого сексуального голода, не менее хрипло спросил:
– Почему?
Она закусила губу, судорожно вздохнула и отвела взгляд:
– У меня есть причины.
И не икнула даже.
В груди вдруг возникло неприятное ощущение, которое захотелось выплеснуть с глухим рыком. Но, сжав зубы, я отодвинулся от Цветочка, после чего молча развернулся и вышел из квартиры, дорогу в которую решил навсегда забыть.
Трудно принять тот факт, что тебя отвергли. И, наверное, причина была серьёзной, потому что в жениха я верил с трудом, а даже если он и есть…
Я криво усмехнулся, захлопнул подъездную дверь и вышел из-под козырька, чтобы взглянуть на тёмные окна квартиры, которую только что покинул.
Даже если он и есть, то наверняка полный кретин, не достойный её внимания. Где вот его носит, пока его девушку зажимают? Я бы на его месте голову прошиб тому, кто посмеет.
Вот только я не на его месте. И никогда не буду…
Два месяца спустя
– Ой, Уварова, ну пойдём уже! Сколько можно, а?
Я только усмехнулась в ответ, продолжая разглядывать цветастые хлопчатобумажные пелёнки и распашонки.
– У меня уже сил никаких нет, женщина. Пощади!
– Мы ещё даже кроватку не посмотрели, – я развернула пелёнку и кивнув мыслям, решила брать. – К тому же это была твоя идея.
– Нет, Уварова. Я люблю шопинг. Но четыре часа по детским отделам даже по моим меркам – перебор! – посуровела подруга.
Подняв руки в капитулирующем жесте, я вынуждена была пойти на уступки.
– Хорошо, идём, куда ты там хотела.
Ларина радостно просияла, схватила выбранные мной детские вещи и потащила на кассу, уже, вероятно, во всей красе предвкушая посиделки в новом кафе, о котором она прожужжала мне все уши.
– Тебе понравится, Аль. Гарантирую!
Я ничего не ответила, поскольку представления о вещах и помещениях, которые мне нравятся, у нас явно разные.
Расплатившись с покупками, мы направились на первый этаж торгового центра, откуда вызвали такси. Мне так дико захотелось попкорна, аромат которого разносился по всему холлу от неприметной лавки, за которой стояла улыбчивая девушка. И я словно крыс Рокфор полетела на этот аромат, купила карамельный попкорн и совершенно счастливая вернулась к подруге, которая с мрачно смотрела куда-то вперёд.
– Ты чего? – удивилась я, проследив за её взглядом.
У одного из бутиков стояли совершенно незнакомые мне парень с девушкой. Высокая стройная брюнетка в тёплом пальто и узких джинсах держала за руку не менее высокого широкоплечего блондина, преданно заглядывавшего ей в глаза и урывавшего короткие мгновения для поцелуев.
– Да так, – невесело усмехнулась подруга. – Просто в очередной раз убеждаюсь, что все мужики одинаковы.
В этот миг я поняла, что парень, прекрасно проводивший время с девушкой, ранил чувства Лариной. Взяв её за руку, я повела Катю на выход, зная, что там ей будет чуточку легче.
– Ты знаешь, я не найду слов утешения, – признала очевидное. – Боль не колет только тогда, когда некому её причинить. Это снова был твой выбор, о который ты опять обожглась.
Ларина всхлипнула, отводя взгляд и пряча тем самым выступившие слёзы.
– Я тебе даже завидую иногда, Уварова. У тебя нет этой дурацкой тяги к поиску второй половины. Замуж – страшное слово, о которое разбиваются любые мысленные допущения отношений, а женское счастье кроется в малыше, которого ты собираешься воспитать самостоятельно.
Я ничего на это не ответила, потому что была согласна с каждым её словом.