- -
- 100%
- +
Гроза в мае. Ее воспевал кто-то из поэтов, как что-то прекрасное. Такое красивое явление природы, молнии разрезают небо электрическими разрядами, капли дождя стучат по крыше, отбивая одному ему известную мелодию. Ветер шумит, шелестя молодыми зелёными листочками.
Это у поэтов хорошо, в реале дождь хлестал так, что дворники с трудом справлялись с потоком воды. Ветер бил в бок, особенно когда рядом проезжали встречные машины. На улице стемнело, до города оставалось каких-то сорок километров и надо же было начаться такому ливню.
Машина ехала медленно, водитель сбросил скорость, стараясь прижаться ближе к обочине. Старенькая иномарка буквально тащилась по федеральной трассе, однако обгонять ее никто не спешил, осторожные водители тоже не торопились, став заложниками отвратительной погоды.
Но находились и лихачи, на модных заниженных машинах, или наоборот на дорогущих высоких джипах. Это те, кто чувствует себя королями дорог, бессмертные гонщики, ярые адреналинщики.
Таким оказался водитель большого черного лексуса, игнорируя скоростной режим вышел на обгон, заставив прижаться маленькую иномарку к самой обочине, ехал, образовав третий ряд. Дорога пошла на сужение, из темноты, на обочине, прямо перед капотом иномарки появились ограничительные блоки. Трасса оказалось слишком скользкой от дождя, предотвратить столкновение оказалось невозможным. Единственное, что успел сделать водитель праворульной иномарки, это слегка выкрутить руль влево, подставляя под удар свою сторону. Машину от удара развернуло и отбросило на середину дороги, где пусть и с небольшой скоростью, но в нее въехала Газель.
Звуки удара были оглушающим, как и крики людей, разорвавшие тишину ночного шоссе.
Пассажиры Газели не пострадали, в отличие от пассажиров маленькой иномарки. Черный Лексус так и вовсе посчитал ситуацию на дороге не стоящей внимания и умчался вдаль, не снижая скорости и не останавливаясь.
Спецслужбы и скорая прибыли быстро, но спасать было практически некого. Водитель иномарки погиб почти мгновенно, его жена, сидевшая на переднем пассажирском сидении получила множественные травмы и была доставлена в больницу в тяжёлом состоянии, где скончалась на следующий день, не приходя в сознание. Их пятилетний сын получил травму черепа и умер до приезда скорой. Из семьи, состоявшей из четырех человек осталась только тринадцатилетняя девочка.
Получившая навсегда фобию в виде больших черных машин.
– Мне борщ, пюре картофельное и котлету, два кусочка черного хлеба и компот.
– Котлеты сегодня суховаты, возьми лучше поджарку, – посоветовала девушка с зоны раздачи.
– Давай, – спокойно согласилась Лиля.
– С тебя триста шестьдесят два рубля, – быстро посчитала кассир.
Лиля приложила карточку к терминалу, дождалась проплаты и с подносом отправилась к столику.
В этой кафешке останавливалась часто, поэтому персонал ее знал. Когда с борщом было покончено к ней подсела Светка, одна из сотрудниц кафе.
– Привет, заправляешься? – спросила с улыбкой, – до города останавливаться не будешь?
– Нет, тут немного осталось, дотяну, уж лучше груз сдам и вечером дома поужинаю. Перекус у меня с собой есть, – отчиталась Лиля.
– Это хорошо, – тихо зашептала Светка, – ты лучше не останавливайся, а то у нас тут молодчики нарисовалась на синей четырке, странного вида типы.
– Так у меня же брать нечего, ты же знаешь, нам в рейс пайковых впритык дают, а своих кровных отродясь с собой не вожу.
– Они такие, что если денег нет, то тебя возьмут.
– Это как?
– Это вот так, Лиль, ты до двадцати пяти лет дожила, а все как дитя малое, – закатила глаза Светка.
– Ладно, поняла, не начинай, – остановила ее нравоучения Лиля, – откуда хлопцы?
– Да бог их знает, курсируют тут вторую неделю, никакой управы на них нет, скоро в девяностые вернёмся, – посетовала Светка.
Тут уж глаза закатила Лиля:
– Свет, ты можно подумать при девяностых жила.
– Мамка жила, рассказывала, что беспредел творился, дальнобойщиков на груз трясли всякие разные типы, а кафешки громили без конца пьяные братки.
– Мамке твоей при пьяных братках вроде неплохо было? – лукаво произнесла Лилька, намекая на не совсем праведный образ жизни Светкиной матери.
Светка, однако не то не от большого ума, не то просто от лёгкости характера не обиделась:
– Тебе ли не знать, хочешь жить умей вертеться, ты тоже чай не от хорошей жизни за баранку уселась – то? – выдала свои умозаключения Светка.
– Это ты прям сегодня в яблочко, – усмехнулась Лиля, бросила на стол скомканную салфетку и отправилась на выход из кафе, бросив всем сотрудникам громкое, – спасибо.
Светка и правда попала в яблочко. Не от хорошей жизни Лилька подалась в дальнобойщики. Двенадцать лет назад в страшной аварии погибла вся ее семья, папа, мама и младший брат. Лиля выжила, каким – то чудом, на ней не было почти ни одной царапины. Квартира их была взята в ипотеку, которую нужно было выплачивать. Спасибо родной тётке, Тамаре, та билась со страховой компанией не на жизнь, а на смерть, чтобы сделали выплату, но у тех такие мастифы вместо юристов, что порвут и не заметят. В итоге, чтобы погасить долг, пришлось продать бабушкину квартиру, и Александра Ильинична переехала жить к Лильке, оформив над ней опекунство.
Денег им двоим хватало впритык, бабушка жила на мизерную пенсию с завода, откуда ушла на пенсию по горячей сетке и опекунские выплаты. Но Лилька же подросток, ее одевать, обувать, кормить надо. Поэтому баба Шура пошла в троллейбусное депо, устроилась кондуктором. Деньги не великие, но все копейка.
Так Лилька и привыкла к технике, терлась в троллейбусном депо у бабушки бесконечно, мужики ее не обижали, наоборот, показывали, как что чинить. Женщины – водители по – женски жалели сироту. Лилька после девятого класса поступила в автотранспортный колледж, а по достижении восемнадцати лет уже получила права. Так и пошло по накатанной колее, сначала такси, потом Газель, подрабатывала вечерами. Жизнь заставила, пришлось научиться. Потом бабушкино начальство по ее великой просьбе, отправило Лильку на курсы водителей троллейбусов. Пока перебивалась таким заработком, окончила колледж и поступила в автотранспортный институт, заочно, на платное отделение. Денег на учебу где взять? Помогла семья тетки, ее муж и старший сын работают в компании, специализирующейся на грузоперевозках. Работа у дальнобойщиков тяжёлая, но и зарплата приличная. Дядя Коля поговорил, что – то там они со Стасом подмутили, и вот уже полтора года Лилька на большом КАМАЗе доставляет грузы из одного города в другой.
Пока шла к машине, набрала знакомый номер:
– Слушаю, – раздался а трубке приятный мужской голос.
– Привет, ты где?
– Угадай с одного раза? – пошутил мужчина.
– Обратно значит едешь, до города далеко? – поинтересовалась Лилька.
– Чуть больше двухста верст, малая, случилось чего? – спросил брат.
– Да так, Светка трепалась, что ребята у них лихие нарисовались, беспределят, – поделилась тревогой Лиля.
– У тебя рация работает? – деловито спросил Стас.
– Работает.
– Тогда давай до города дуй без остановок. Прицепись к кому – нибудь на хвост и тянись, поняла? – инструктировал брат.
– Поняла, ни первый раз замужем, – отбрила Лилька, – не кипишуй, прорвёмся.
– Я ночью груз сдам и заскочу к вам. Давай, удачи.
– И ты, не гони, – с грустной улыбкой проговорила Лиля.
Участок дороги не самый приятный, поворот крутой и проходить его надо на низкой скорости, ограничение семьдесят километров в час, камер понатыкали через каждый километр, не разгонишься. Много времени теряется. Легковушкам проще, ограничение скорости закончилось и начали скакать как кузнечики, обгонять. Лихо притопили и вот уже "ушли в точку" на горизонте. Ее же агрегат пока раскочегаришь, так и вовсе трасса пуста будет. У них итак ограничение девяносто пять стоит, превышать скорость нельзя, понаставили спутниковых систем, если чуть выше, сразу санкции, а Лильке деньги позарез нужны, поэтому превышать – такой себе вариант.
Именно после такого поворота с ограничением скорости, когда все машины рассосались в зеркале заднего вида мелькнула тонированная вхлам синенькая машинка.
– Бл.., – выругалась Лилька, а что, годы рядом с шоферней даром не прошли, знала словечки и по – круче, но пока сдержалась.
Машинка ехала лихо, до того момента, пока не догнала старый Лилькин КАМАз. Плотно села ей на хвост. Ясно, будут либо выжидать удобного момента, либо, что верней, с учетом того, что до города осталось совсем немного, будут действовать быстро.
Времени на раздумья мало, одна она явно не справится. Протянула руку к рации:
– Сто девятая, я сто девятая, как слышно, прием, – заговорила громко.
Рация несколько секунд помолчала, потом раздался треск и ответный голос:
– Я двести сорок пятый, тебя слышу, что случилось? Прием.
– Двести сорок пятый, у меня на восьмидесятом километре синяя четырка повисла, прием.
– Сто девятая, я на сто десятом километре, как смогу, подтянусь, прием.
– Двести сорок пятый, спасибо, прием.
По рации дальнобои общаться привыкли, правда не у всех они в машине были. Лильке Стас с дядей Колей поставили сразу и велели пользоваться при малейшей проблеме: от шума в двигателе, до стучащего колеса и разборок вот с такими молодчиками. Последнее было крайне редко, в основном разборки устраивали водители легковушек, которых они не пропускают. Но с Лилькой такого пока тоже не случалось.
Раздумывать хлопцы ей долго не дали, пользуясь отсутствием машин, поровнялись с кабиной и начали ее прижимать к обочине. Ну все, сейчас вперёд вылезут и заставят оттормозиться, или только смять их машинку КАМАЗом, но тогда она не расплатится с фирмой за повреждённое имущество, начальству плевать, что машина старенькая изрядно уставшая, счёт выставят как за новенькую. Водитель четырки присмотрелся и вылез вперёд, все как Лилька и думала.
Стал тормозить, ей тоже пришлось снижать скорость, рука нащупала самодельную биту – гладко обструганный укороченный черенок от лопаты.
За годы жизни рядом с шоферами научилась не только бранным словам, но ещё и как постоять за себя. Стас ее тоже постоянно тренировал, все таки одинокая молодая девушка на трассе, всякое может случиться. Он ей и пистолет травматический предлагал, но Лиля упорно отказывалась, сейчас подумала, что зря, травмат пришелся бы как нельзя кстати.
Притормозила, блокируя пассажирскую дверцу и пряча ключи от машины во внутренний карман комбинезона. Она в дорогу предпочитала надевать синий рабочий комбинезон, он был удобен, особенно если что-то ломалось. Под него натягивала короткие облегающие шортики и футболку.
Из машины выходить не спешила, ждала действий от молодчиков. Трое ребят в трениках и черных борцовках, довольно крепкого телосложения выпрыгнули из легковушки и быстрым шагом направились к ней.
Один направился к пассажирской дверце, лихо запрыгнул на подножку, начав ее дергать на себя, Лиля в глубине души усмехнулась, нашел дурочку. Ее дверцу снаружи никакой отмычкой не откроешь, спасибо дядя Коля постарался.
Двое других подошли к водительской дверце, но так напористо действовать не стали, остановились, глядя на нее внимательным взглядом:
–Красивая, – крикнул один из парней, – выходи поговорим.
Лиля приоткрыла окно и а ответ прокричала:
– Я с незнакомыми парнями на пустынной дороге не разговариваю.
– Так вот и познакомимся, и даже возможно наше знакомство будет приятным для всех, – проговорил с сальной улыбкой.
Лилю передёрнуло, до чего же мерзкие типы, понятно, что разговаривать с ней они не собираются, только бы выяснить, что им на самом деле нужно, она или груз, может деньги. Их – то у нее точно нет.
– Ребята, я тороплюсь, меня дома ждут, – нараспев проговорила Лиля, – некогда с вами знакомиться, может уберете свое авто с дороги?
Терпением мальчики видимо не отличались, потому что тот, который до этого дёргал ручку пассажирской дверцы стремительно направился к салону четырки.
Второй подтвердил его недобрые намерения:
– Ну держись, сучка, не хочешь по – хорошему, разгромим к херам твою колымагу.
Лиля думала недолго, крепче сжала в руках биту, резко распахнула свою дверь, ударяя ей того, что стоял поближе и соскочила со ступенек, ударив палкой второго.
– Сань, может махнем в пятницу на рыбалку с ночевкой, а в субботу к вечеру домой? Отдохнем, расслабимся? А то с этими новыми партнёрами никаких нервов не хватает, – вещал, своему другу Александру Викторовичу Баринову, сидя вполоборота на переднем пассажирском сидении Серёга Горский, или для друзей просто Гора.
– Серый, мы с воскресенья дома не были, а сегодня четверг, если я завтра свалю на рыбалку, меня Юлька как Тузик грелку на лоскутки порвет, – пошутил Сашка, восседавший, как и положено большому начальнику на заднем сидении большого белого внедорожника.
– Так у нее в субботу дежурство в день, а к вечеру мы уже вернёмся.
– Гора, вот нам же только по сорок, мы ж молодые ещё, ладно я, у меня Юлька, я ей предан как собака, а ты? Вот ты чего как старый пердун на рыбалку собрался? Нет чтоб в сауну с девчонками покутить, ты ж вон какой красавчик, – давал наставления другу Сашка.
– Я может тоже предан, – не остался в долгу Сергей.
– Тоже Юльке? – хохотнул Сашка.
– Иди ты, – отвернулся, уставившись в лобовое стекло Сергей.
Сашка долго дуться другу не дал:
– Ладно, давай съездим, я ж не против, но если что, это была твоя идея, я так Юльке и скажу, – пошел на мировую Сашка.
– Тогда забились, Никитос, ты с нами? – радостно обратился Сергей к водителю.
– Сергей Владимирович, вы же знаете, если только Карина отпустит.
– Еще один каблук, – вздохнул Сергей.
– А кто тебе мешает семью завести? – подал с заднего сидения голос Сашка, – нет, ты все страдаешь.
– Не начинай, – пресек его Сергей, – лучше позвони Киру, спроси, где его спиннинг.
– Иногда мне кажется, что Кирилл больше твой сын, чем мой, у вас интересов общих больше, – сделал замечание Александр, затем резко окрикнул водителя, – Никита, чё там за ерунда?
Сергей, Никита и Сашка стали внимательно вглядываться вперед.
– Никитос, притопи – ка, – скомандовал Сашка.
Никита и без команды начальника уже прибавил скорость. На дороге стоял КАМАЗ с распахнутой водительской дверцей, а недалеко от него, щупленькая фигурка в ярком синем комбинезоне размахивала палкой, пытаясь отбиться от трёх парней.
– Смотри, чё творят, посреди бела дня, недалеко от города стали дальнобоев трясти, беспредельщики что ли? – спросил Сашка.
– Везде свой беспредел, – философски заметил Сергей, – у нас с тобой тоже и рейдерские захваты есть и хакерские атаки, в принципе почти так же, только мы палками не отбивается, хотя неплохая идея.
– Думаешь, если надаем хакеру пару раз палкой по рукам, больше не полезет?
– Ну а что? Вариант, между прочим рабочий. Кто меня старым пердуном называл? – насмешливо бросил Сашке, – смотри как могу, – произнес, выпрыгивая из остановившейся машины навстречу дерущимся.
– Меня подожди, – крикнул вслед Сашка, – я только пиджак сниму, а то Юлька заругает, что испачкал.
Драться Сашка с Сергеем умели. Они познакомились в армии, попали оба служить в Чечню, в аккурат когда заканчивалась вторая компания. Сказать что они сильно воевали, в принципе нет, бог миловал, так немного зацепило, но стрелять, драться и защищать научились. Как и четко усвоили то, что слабых обижать нельзя. С тех пор прошло уже двадцать лет, но форму они не растеряли и принципам своим, несмотря на свой статус и положение не изменяли. Их строительная фирма, в которой они были равноправными партнёрами, имела большие активы, строили дома в Сибири и на Дальнем востоке. Оба владели приличным капиталом, фирма имела свою службу безопасности, но пользовались всем этим они редко, защищать себя предпочитали сами.
Пока Сашка возился с пиджаком, Сергей уже вовсю махался с двумя крепкими парнями. С третьим разбирался Никитос. Сашка вклинился в драку, отшибая одного из соперников Сергея, парень оказался не просто кучкой мускулов, знал ещё пару приемчиков, так что соперником оказался достойным. Сашка вытирал кровь из рассеченой брови, заливающую глаз и не заметил, как парень, с которым он дрался вытащил из – за пазухи заточку и резко двинулся к нему. Сергей действовал быстро, оттолкнул Сашку, приняв удар самодельным ножом на себя. Заточка могла распотрошить ему всю брюшину, но Сергей сумел слегка увернуться и его только полоснуло сверху. Сил у Горы хватило с размаху впечатать кулак в лицо парня так, что он откатился на несколько метров.
Кровь алым пятном расползалась по светлой рубашке Сергея, Сашка кинулся к другу, но его потеснила девчонка в синеньком комбинезоне:
– У меня аптечка, я рану осмотрю, – произнесла тоненьким голоском.
Сашка кивнул и развернулся, чтобы эту шушеру, посмевшую поднять руку на вот эту кроху и пырнувшую в бок его друга разорвать на кусочки. Пацаны видимо дураками не были, а потому лихо топали к своей маленькой машине, чтобы не огрестись ещё больше.
– Номера запомнил? – спросил Сашка у Никиты.
– Да, Александр Викторович, уже набираю доблестным сотрудникам автоинспекции, – отчитался Никита, – как Сергей Владимирович?
– Жить будет, но надо его срочно в больничку, ты давай грузи его и вези, а я с девушкой поеду, во избежание эксцессов.
Пока Сашка с Никитой обсуждали план действий, девушка уже обработала Сергею рану и заклеила пластырем. Он сидел, на асфальте, привалившись к колесу КАМАЗА:
– Я рану обработала и заклеила, она вроде неглубокая, но кровит сильно, ему бы обезболивающего и зашить, – отчиталась подошедшим мужчинам.
– Мы его сейчас в машину погрузим, до города недалеко, дотянет, там его быстро подлатают.
Когда Сергея погрузили на заднее сиденье внедорожника, Сашка пошутил:
– Ты бы на диету сел что ли, здоровый черт, тебя тягать спины сорвали.
– Помру, спиннинг мой Киру отдай, из тебя рыбак все равно как из говна пуля, – не остался в долгу бледный Сергей.
– А я зато в город с красивой девушкой поеду, – пошутил Сашка.
– А я свою половину фирмы Красному кресту завещаю, вот не довезёт меня Никитос, помру, будешь с международной организацией партнёром, на мировой уровень выйдешь, – протянул Сергей.
– Трепло, – добродушно проворчал Сашка, сжимая руку Сергея, – нужен мне тот международный уровень, лучше на рыбалку, комаров с тобой с утра по – раньше кормить.
Никита завел машину и иномарка лихо двинулась в путь. Александр повернулся к стоящей рядом маленькой девушке, подмигнул и проговорил:
– Девушка, до города подвезете?
– Гора в шкафу нашел у майора китель, напялил и давай его пародировать, у того акцент смешной был. Мы пока ржали, майор нас застукал, думали все на дизель пойдем. Но пронесло, майор оказался мужик весёлый, с огоньком. В прямом смысле этого слова, мы неделю по горам лазили, огневые позиции неводомого противника выискивали, с зажигалками вместо оружия. Хорошо не наткнулись ни на кого, а то всякое могло быть, – разглагольствовал Александр, сидя на пассажирском сидении КАМАЗА.
Лиля над его рассказом хохотнула.
Они ехали уже минут сорок, до города оставалось совсем немного. Машина шла с четкой скоростью. Лиля оказалась толковым водителем, умеющим вести такую махину плавно. К ним пристроилась сзади фура, оказывается это Лиля по рации связывалась, помощи просила. Молодец, толковая девчонка, не растерялась. Сашка за эти сорок минут поймал себя на мысли, что восхищается ею. Не только внешними данными, они были не самыми выдающимися: светло – русые волосы, голубые глаза, невысокий рост и хрупкая фигурка, а восхищается ей, как человеком, личностью. В дороге случайные попутчики часто делятся историей своей жизни, есть даже про это что – то в психологии, как – то называется этот феномен, там случайные попутчики друг другу все рассказывают, потому что не знакомы и больше не встретятся, поэтому им можно доверить свой самый большой секрет. Лиля с Александром секретов друг другу не доверяли, но она рассказала, как получилось, что ей пришлось сесть за баранку, а Сашке, рассказывать про сытую жизнь смысла не было, поэтому травил байки из армейской жизни и приключения из молодости.
И так хорошо ему было в этот момент рядом с ней, спокойно, тепло шло какое-то душевное. Он ей рассказывал про армию вроде и шуточно, а все таки серьезные вещи, там, где они служили смешного мало было. Он Юльке об этом не рассказывал никогда, она итак слишком за них с Серым переживала. Только вспомнил про жену, тут же раздался звонок на мобильный, легка на помине. Александр выдохнул и ответил бодрым голосом:
– Слушаю, дорогая.
– То, что я не дешёвка, это мне и без тебя, Баринов известно, – строго отчеканила Юлька, – ты где есть?
– Так в город едем, – все так же бодро отрапортовал Сашка.
– Мы – Николай второй что ли, раздвоение личности у тебя? – сыпала остротами Юлька, – попутчики твои уже давно в городе, отсюда у меня и вопрос, где есть ты?
– Никитос, поросенок, не мог в платную больничку ехать, – сделал выводы Сашка, – обязательно надо было Гора к жене своей переть, чтоб та тебе быстрее доложила, – закончил раздосадовано.
– Милый, во – первых не в каждой больничке будут держать запас редкой крови, которая у твоего дружка, во – вторых, любая, даже самая золотая больничка сообщает обо всех ранах криминального характера в полицию и в – третьих, каким образом вы хотели скрыть от меня тот факт, что Горскому чуть пол брюшины не распороли? – гневно закончила Юлька.
– Ой, – попытался до последнего перевести разговор в шуточное русло Сашка, – какие там пол брюшины, удивительно как этот ножичек об пресс Горы не погнулся.
– Господи, как можно быть таким умным, но таким дураком, быстро говори мне, что у вас произошло? – пошла в наступление Юлька.
– На трассе девчонку – дальнобойщицу какие – то три стремных типа прессовали, мы вступились, они Серого и ранили, Никитос его в больничку повез, а я с девочкой до города на всякий случай.
– Саш, скажи честно, только не ври пожалуйста, – тихо проговорила Юлька, – Серёжка тебя закрыл от ножа?
Упрека в словах Юльки не было, но такая тоска, какую Сашка редко слышал, он итак ее никогда не обманывал, не мог просто. За двадцать лет сросся с ней костями и мясом, ее боль, как своя.
– Юлька, ну ты чего? – попытался успокоить жену, – там ночижек – то был игрушечный.
– Ясно, девчонка красивая хоть? – попыталась сделать бодрый голос Юлька.
– А то, ты же знаешь, я с некрасивыми не вожусь, – пошутил Сашка.
– Ну, ну, седина в бороду, бес в ребро? – снова сострила Юлька, – короче, палату другу своему оплатишь, и главврача нашего поблагодаришь, за то что тот, Каринкины художества в отделении прикрывает. Ужинаем сегодня у Горского.
– Так он же вроде в больнице? – не понял Сашка.
– Вот в больнице и ужинаем, у нас еда как раз полезная, сбалансированная, – протянула издевательски Юлька, – а потом домой. Баринов, ты хоть немного соскучился?
– Как собака по палке, – не остался в долгу Сашка.
– И я тебя очень люблю, – проговорила Юлька и отключилась.
Лиля слышала весь разговор, радио в машине не играло, а Александр разговаривал громко и динамик в телефоне был хороший. Александр отключился и в салоне повисла тишина, чтобы как – то нарушить неловкое молчание Лиля проговорила:
– Жена?
Сашка повернулся к ней с улыбкой:
– Она родимая, узнала о происшествии, переживает, она вообще всегда за нас с Серым переживает сильно, я иногда думаю, что она не жена мне, а мать нам с Горой.
– Любит вас наверное сильно? – задала грустным голосом вопрос Лиля.
– Наверное, – задумчиво отозвался Сашка, пристально разглядывая профиль смущенной Лили.
– Это мой телефон, на всякий случай, – протянул Александр визитку Лиле.
– Да какой случай, вы итак мне помогли, я в неоплатном долгу перед вами.
– Не ерунди, так поступил бы любой нормальный мужик.
– Вот именно, что нормальный, а их у нас днём с огнём, половина могли проехать и даже не остановиться, делая вид, что смотрят в даль.
– А я в даль не смотрю, приземлённый сильно, – пояснил Сашка.
– Это в каком смысле?
– В прямом. Мужик простой и понятный как сибирский валенок, на джентельменство не претендую.
Лиля улыбнулась.
– Интересный вы.
– Мне характеристики разные давали, но чтобы назвать интересным – ни разу. Ты бы мне не выкала, а то я себя пенсионером чувствую. Я тебя всего на пятнадцать лет старше.
– Извините, сложно как – то перестроиться сразу, просто вы человек со статусом.