- -
- 100%
- +
– Стас, не пори чушь, ничего не будет, – попыталась успокоить брата Лиля.
Стас помолчал, отхлебнул из бокала уже порядком остывший чай и продолжил:
– Лиль, ты мне честно скажи, тебе мужик этот нравится?
– Стас, – поморщилась Лиля, да какое там нравится, он может обо мне и не вспомнит больше, просто так совпало, у него была командировка, у меня простой.
– Тебе вроде третий десяток идет, а ты все такая же наивная чукотская девочка, – констатировал Стас, – не бывает таких совпадений. Говорят, что кто-то твой простой щедро оплатил. Для Храпова в том же городе груз быстро нашелся, а тебя в аккурат неделю продержали, пока Баринов твой все дела не решил.
– Стас, – протянула Лиля, – тебе бы детективы писать.
– Нравится значит, – сделал для себя вывод Стас,– дуреха ты, он же старше, у него опыт за плечами, бизнес, жена ребенок.
– Ты его погугли что ли? – перебила Лиля.
– Я за тебя, дуреху, переживаю, он с женой двадцать лет живёт, бывает у сорокалетних мужиков такой период, когда приедается, вот и ищут себе молоденьких девочек на стороне. Поразвлекаются и обратно под бок к жене. А ты останешься с разбитым сердцем и несмываемым пятном на репутации. Ладно мы, – горячился Стас, – про бабушку подумай, у нас город хоть и большой, но все равно как деревня, сплетни разлетаются, как пепел на ветру. Ещё и приврут то, чего не было.
– Стас, прекрати, – жалобно попросила Лиля, – понимаю я все, думаешь не думаю про это? Про жену его про сына, что он чуть младше меня? Не боюсь, что пользуется и бросит? Все это себе регулярно повторяю, кручу в мозгах, как пластинку. И вроде настраиваю себя отпор ему дать, а как только вижу его все мысли из головы разумные вылетают. Как мотылек, знает, что погибнет, но на свет все равно летит. Стас, – сдерживая слезы, клокочущие в горле, проговорила Лиля, – не осуждай меня, пожалуйста.
Стас встал, притягивая Лилю к себе в объятия, Лиля доставала ему только до подбородка, он нежно ладонью гладил ее мягкие распущенные волосы, успокаивая, забирая все ее страхи.
– Глупенькая, дело не в осуждении, я за тебя переживаю, ты итак нахлебалась, жизнь не баловала. Не хочу, чтобы ты ещё больше страдала.
– Юль, ну ты же практикующий врач, себя для чего до такого состояния доводишь? – отчитывала Юльку Галина Алексеевна, студенческая подруга и один из лучших столичных гинекологов.
– Галь, прекрати, ничего страшного, обычное воспаление, началось всего неделю назад, я срываться к тебе не стала, всего неделю подождала, пока курсы не начались.
– Неделю, это ты уже боли почуствовала и скорее всего таблеточки кушала, чтобы на работу свою ненаглядную ходить, а воспаление у тебя началось гораздо раньше, мне – то не ферти. Короче, спираль я тебе убрала, препараты какие пить сама знаешь, подлечивайся и можешь выбирать, хочешь рожай, не хочешь, спираль обратно поставим, но не раньше чем через полгода.
– Ты сбрендила что ли, рожай, мне лет – то сколько? – возмутилась Юлька.
– Ой, у тебя возраст такой же как и у меня, между прочим, тебе ли не знать, что сейчас рожать за сорок даже можно, как там у твоего Баринова, ещё есть порох в пороховницах или он уже как дедушка по МКАДу на москвиче?
– Это как? – не поняла Юля.
– Это вроде и едет, но тихо, – усмехнулась Галка.
– Нормально он едет, как всегда.
– Не слышу энтузиазма в голосе, Юлька, а может у тебя воспаление началось как раз потому, что Баринов твой в постели не вау? Ты ж баба – то горячая, на тебе ездить и ездить.
– Галя, прекрати, – осекла подругу Юлька.
– Я – то прекращу, а вот ты с кем о своем недотрахе поговоришь? Не зря же ко мне на осмотры ездишь, ваши местные недо – эскулапы быстро про все твои интимные подробности растрепят.
– Галя, да нормально у нас с ним в постели все.
– А не в постели? Юль, у тебя взгляд побитой собаки.
Юлька сначала немного помолчала, а затем выдала:
– Не знаю я Галя. Сашка с Сергеем когда вернулись из армии, такие молодые, красивые, да что я тебе рассказываю, все сама помнишь, – махнула рукой, – и все мои. Юлька, ты как, Юлька, поехали на речку, Юлька, давай с палатками на природу. Юлька, Юлька, Юлька. А теперь что? У них фирма, дела, у меня работа, Кирилл вырос, – закончила со вздохом Юлька.
Обе женщины помолчали.
– Юль, у нас в консультацию заведующий гинекологией требуется, может пойдешь? Тут и Кир под боком будет, квартира у тебя есть. Работа в день, не будет твоих придурочных рожениц, операций, веди себе осмотр и сопровождай беременность. Клиника у нас элитная, клиенты в большинстве случаев адекватные, благодарные.
– Предлагаешь бросить стационар?
– Дурочку не включай, не стационар я тебе предлагаю бросить. Подумать я тебе предлагаю, две недели у тебя есть. Не забывай про лечение, – напоследок произнесла Галина.
– Мам, мы с Настей в кафешке, напротив Александровского сада, ты скоро? – спрашивал Кирилл у Юлии Юрьевны.
Юля прилетела вместе с Кириллом в столицу десять дней назад, но времени погулять вместе и пообщаться у них практически не было. У Кирилла были пары в университете, которые он как примерный студент старался не пропускать, а у Юли были курсы почти на другом конце города, поэтому уезжала она рано и возвращалась поздно. Кирилл хотел познакомить мать со своей девушкой – Настей и поэтому они договорились завершить свои дела по – раньше и встретиться в кафе.
– Привет, – впорхнула в кафе и уселась за столик ребят Юля.
– Здравствуйте, – скромно поздоровались Настя.
– Мам, знакомься, это моя Настя.
– Что ж, Настя, – с улыбкой обратилась к ней Юля, – будем знакомы, я Юлия Юрьевна, мама этого обормота.
– Что, вы, – в ответ улыбнулась Настя,– Кир хороший, – обняла его за руку и прижалась щекой к предплечью.
– Мам, ты на сегодня учебу закончила? – спросил Кирилл.
– Я сегодня не училась, у тети Гали была.
– Случилось что – то? – насторожился Кир.
– Нормально все, осмотр плановый, ты же знаешь, я к нашим местным не хожу, а самой себя смотреть не комильфо, – пошутила Юлия.
– Хорошо, как тетя Галя?
– Как всегда отлично, работу мне предлагает, заведующей консультацией у них.
– А папа?
– А что папа? – грустно усмехнулась Юля, – папа мальчик большой, решит ехать ему или нет. Кир, ты уже взрослый, не сегодня – завтра свою семью заведешь, внуки будут, – кивнула в сторону Насти, – я может с внуками нянчится хочу, а не в стационаре дежурить. С тобой нянчиться некому было, – улыбнулась грустно, – я его оставляла с Сашкой и Сергеем, другом нашим, – пояснила для Насти, – и шла на дежурство. Нас в институте заставляли в ночь дежурить. Один раз Кирюха заболел, весь пятнами покрылся и температура поднялась, ему месяцев девять было, Баринов прискакал в больницу, весь бледный, трясется, говорит у Кирилла температура, орет, успокоить не могут и сыпь кругом. Машины не было, мы поймали частника и бегом домой. А там Гора, разложил его в одной майке на диване и сидит песни под гитару поет, Кирюха слушает, по – своему подпевает. У Кира ветрянка оказалось, ему в одежде не комфортно было, чесалось все, вот и вопил. А на гитаре играть и песни петь Сергей его все равно пообещал научить, говорит с детства талант в нем выявил.
– Мам, это ты сейчас Настю в наши семейные истории начала посвящать, она испугается нашей семейки и ещё сбежит, – пошутил Кирилл.
– Да это на меня ностальгия в последнее время нахлынула, старею.
– Ты у меня ещё о-го-го.
– Видно не настолько о-го-го, раз отец твой девчонками молодыми интересуется, – грустно констатировала Юля.
– Мам, – начал Кирилл.
– Сын, ты парень взрослый, скоро свою семью строить будешь, как бы не сложились отношения между мной и отцом, ты все равно останешься нашим сыном, ясно, – припечатала Юлия Юрьевна.
– Ясно, – потупился Кирилл, – мам, но отец не может быть подлецом.
– А никто о подлости и не говорит, бывает так в жизни, посещает человека чувство, любовь называется и ничего с ним не поделать. Ты не переживай, мы с отцом как – нибудь разберемся, все хорошо будет, и нечего Настю раньше времени нашими семейными проблемами грузить.
– Могла бы позвонить, я бы встретил, – ворчал Сашка, встречая Юльку с чемоданом на пороге дома, целуя ее в щеку.
– У меня только кличка Барыня, а так я из простых и на такси прекрасно доехала, – отбрила Юлька, разуваясь.
– Как долетела?
– Как на самолёте, на метле пока не научилась, может лет ещё через двадцать, – съязвила Юлька.
– В самолёте озверином кормили? – попытался пошутить Сашка.
–Вообще не кормили, – криво усмехнулась Юлька, – ужин пойдешь готовить?
– Юлька, я соскучился.
– Когда только успел, у тебя же бесконечные дела, – парировала Юлька.
– Как там Кирилл? – решил зайти с другого бока Сашка.
– Хорошо Кирилл, с девушкой познакомил, Анастасия зовут, учится в том же институте, на первом курсе. Девушка приятная, не москвичка, как мы, из понаехавших.
– Мы вроде никуда не наезжали?
– Мне Галка предложила в Москву переехать, им в клинику нужен заведующий консультацией.
Сказала и замолчала, на кухне, куда они переместились во время разговора воцарилась тишина. Юлька взбивала тесто на оладьи, Сашка сидел за столом, сцепив пальцы в замок.
– Интересно получается, – нарушил наконец тишину Александр, – и что же ты ответила?
– Ничего не ответила, – произнесла Юля, повернувшись к нему спиной, – у меня есть две недели чтобы подумать.
– То есть ты все таки раздумываешь?
– А почему я не должна раздумывать? – повернулась к нему Юлия, скрещивая руки на груди, – такие предложения на дороге не валяются. И сын у нас в столице, буду к нему ближе.
– Мое мнение ты учитывать не собираешься? – пристально глядя на нее спросил Сашка.
– Саш, ты же не спросил моего мнения, когда с девочкой молоденькой в кино ходил или в театр. Не поинтересовался, как я себя буду чувствовать, когда мне в красках будут твой досуг расписывать.
– Кто? – сжимая кулаки спросил Сашка.
– Тебя только это волнует? Думаешь у тебя мало недоброжелателей, готовых обмусолить все твои поступки и вывернуть их наизнанку?
– Не было у нас ничего с этой девушкой, просто общались, гуляли, – начал пояснять Сашка.
– Еще бы у вас что-то было, – ввернула Юлька.
– У нее ситуация в жизни не простая, она в тринадцать лет сиротой осталась, родители погибли в автокатастрофе, ее бабушка воспитывала. Она в институте учится и чтобы его оплачивать дальнобойщицей устроилась.
– Все, я сейчас обрыдаюсь, а ты решил над ней шефство взять? Помогать безвозмездно, просвещать духовно.
– Юль, не язви, знаю, что это все выглядит некрасиво по отношению к тебе, но пара походов в кино не повод разъезжаться в разные города.
– И то верно, – тяжело вздохнула Юля, – в разные города не повод. Я в городскую квартиру перееду, она, если я не ошибаюсь на мое имя оформлена, надеюсь претендовать на нее ты не будешь?
– Юля, не дури, – жёстко припечатал Сашка.
– Саш, давай я пока поживу в квартире, а ты решишь свои дела со своим новым увлечением. Оладушков сегодня не будет, – убрала кастрюлю с тестом в холодильник, – пойду я спать, голова разболелась. И тебе, спокойной ночи, Саш.
– Ты где? – коротко бросил в трубку Сашка.
– В пятницу вечером я обычно хожу в бар, если вдруг ты позабыл, – ответил Сергей.
– Сейчас приеду.
Сашка старался сдерживаться, видит бог, изо всех сил старался, понимал, что не прав может в чем – то и срывается на друге зря, но вышло как вышло. В бар он приехал быстро, увидел сидящего в одиночестве за стойкой Гору и сорвался. Смазал с ходу, ничего не подозревающему другу в челюсть так, что тот свалился с табурета.
Гора никогда вторую щеку не подставлял, этот факт был широко известен, поэтому резко поднялся, мгновенно прохмелев и не церемонясь пошел на Сашку в атаку. Короче, половину бара в этот вечер они разворотили, правда полицию вызывать не пришлось, бармен их достаточно хорошо знал, чтобы понимать, что если для таких людей вызвать полицию, то потом можешь сам проблем не отобраться, а так они когда подерутся, расходы компенсируют. Так и было, когда Гора с Барином перестали махаться, уселись на полу, вытирая кровь с разбитых лиц, щедро кинули бармену денег за материальный ущерб и заказали ещё выпивки.
– Ты Юльке насвистел про Лилю? – наконец задал вопрос Сашка.
– Юлька ж в Москве?
– Прилетела сегодня.
– Ты встретил?
– Нет, сама до дома добралась, обижена, Барыня.
– И мне не позвонила, – поддал губы Сергей и опрокинул рюмку коньяка.
– А то ты бы помчался встречать, – поддел Сашка.
– Помчался, конечно, – не стал отрицать Сергей, – если ты позабыл, то мы ее когда-то вместе не только с самолёта, с работы после ночных смен встречали, а зимой и после дневных, когда темнело рано. Кир маленький был, по очереди ходили. Так что да, встретил бы.
– Хочешь на фоне меня таким белым и пушистым казаться? Я подлец, а ты праведник, не изменяющим двадцатилетним традициям.
– Хотел тебя послать, да вижу ты итак оттуда, – поднимаясь с пола проговорил Сергей, – пойду сам домой, с тобой общаться желания нет. У тебя мозги хрен пойми чем забиты, разгребешь дерьмо в голове, тогда и поговорим, – договорил и направился к выходу.
– Она в городскую квартиру переезжает, – в след ему кинул Сашка.
Сергей ничего не ответил, склонил голову и вышел из бара в прохладную ночь.
– Красиво получилось, на прием в мэрию ходить самое оно, – юморила Юлька, заклеивая специальным пластырем небольшие рассечения на лице у Баринова, – у Горы физия такая же?
– С чего взяла, что с Горой сцепились?
– Сомнительно, что ты стал махать кулаками с простыми гопниками в подворотне, в нашем районе их просто нет, да и характер у тебя не тот, если только опять за какую даму заступился. А подраться так, чтобы у тебя следы ещё остались, это только вы с Горой можете.
– Тебе надо было в следователи идти, – констатировал Сашка.
– Думал это Серёжка мне рассказал? – пытливо спросила Юля.
Александр наклонил голову, чтобы не встречаться с ней взглядом.
– Дурак, он бы никогда так не поступил, он вашу дружбу слишком ценит, чтобы вот так ее по пизде пустить, даже из – за меня, – улыбнулась грустно.
– Юлька, – обнял сидящий Баринов ее за талию, и уткнулся носом ей в живот, – прости меня, я запутался, херню творю. Может это правда, что седина в бороду.
– Баринов, Баринов, – тяжело вздыхая, и не вытирая слез начала перебирать пальцами его короткую шевелюру, – старый ты дурак. Дожил до седых волос, а не то что в людях, в себе разбираться не научился. Знаешь, как в фильме, в сорок лет жизнь только начинается. Вот и ты встретил в сорок лет большую и чистую, повезло.
– Юлька, я же тебя люблю, – в живот ей проговорил Сашка.
– И я тебя люблю, – невесело усмехнулась Юлька, – но за двадцать лет любовь наша с тобой стала старая и заскорузлая, как болячка. А болячки нужно срывать, под ними розовая чистая кожа. Саш, Кирилл вырос, я дама самостоятельная, не пропаду, хочешь ты с этой девушкой отношения строить – вперёд, цепляться за прошлую жизнь и оглядываться назад не стоит.
– Это ты меня сейчас ещё и уговариваешь тебя бросить? – пошутил Сашка.
– Я хочу, чтобы тебе было хорошо, если ты с ней рядом счастлив, почему нет. Я ничего не требую, квартира есть, работа тоже, подамся в Москву, буду строить там карьеру, все наладится, Баринов.
Их диалог прервал звонок телефона Сашки, на часах был первый час ночи, просто так звонить бы явно не стали. Сашка достал телефон, на экране высветился контакт Лиля.
Юлька отошла, собирая аптечку. Сашка смотрел на дисплей, раздумывая как ему поступить.
– Я спать лягу в гостевой, пока тебя не было вещи собрала, перееду завтра, – проговорила Юлька и ушла в комнату.
Сашка посмотрел ей в след и принял вызов.
– Саша, – рыдала на том конце трубки Лиля, – прости, что так поздно, но Стас в рейсе, тетя Тома с дядь Колей в отпуск уехали, а мне и позвонить больше некому.
Сашка мгновенно принял боевую стойку, почуствовавшую неприятности, прервал ее бормотание:
– Лиля, что случилось?
– Бабушка, – продолжала всхлипывать Лиля, – ее в больницу увезли, инсульт.
– Ты дома? – и без перехода, – я сейчас приеду.
Вызвал такси, оглянулся на тихий дом и вышел в ночь, захлопывая дверь в прошлое.
Лиля сидела в кухне на табуретке, раскачиваясь из стороны в сторону. По лицу неконтролируемо текли слезы. Дверь в квартиру была открыта. Сашка быстро разулся и подойдя к ней, сгреб в охапку, прижимая к своему сильному телу.
Лиля не сопротивлялась, только прижалась к нему крепче, словно хотела в него врасти.
Сашка гладил ее по волосам, ожидая, когда истерика немного утихнет, по – хорошему ей бы дать чего – нибудь успокающего, но хрен бы знал чего, не звонить же жене в самом деле, это совсем как – то за гранью. Лиля и правда через некоторое время успокоилась сама, всхлипы стали реже, тело уже не тряслось, тогда Сашка решил заговорить:
– Лиля, что произошло?
– Бабушка, она спала, а потом захрипела, я к ней подбежала, начала трясти, звать, а она не реагировала. Я скорую вызвала, они сказали инсульт и увезли в больницу.
– В какую больницу?
– Сказали в городскую, со мной толком и не разговаривали, я растерялась, – снова начала всхлипывать.
– Не реви, – вытер слезы с ее щек большими пальцами Сашка, – переодевайся, в больницу поедем.
Лиля кивнула и быстро пошла переодеваться, Сашка на кухне вызывал такси.
– Саш, – тихо спросила Лиля, сидя в такси, – что с лицом?
– Да так, – отмахнулся Сашка, – с другом не сошлись в жизненной позиции.
У Лили мелькнула мысль, что это из-за нее, но озвучивать ее не стала.
– И часто у вас такое?
– Нет, это исключительный случай.
Продолжать Сашка не стал и объяснений Лиля не дождалась. Так молча, сидя в обнимку на заднем сидении такси они и доехали до городской больницы.
Александр хорошо там ориентировался, минуя пост охраны и дав приказ тётке в приемном покое выдать им халаты и бахилы, за руку потащил Лилю по лестнице на второй этаж. Никто им даже слова против не сказал, Лиля сильно сомневалась, что если бы была тут одна, то ее вообще пропустили дальше приемного покоя.
Александр уверенно толкнул какую-то дверь на втором этаже, из – за его спины Лиля не увидела, что это за кабинет.
– Кто сегодня дежурит? – громко поинтересовался.
Лиля немного огляделась и сообразила, что это скорее всего ординаторская, вокруг стояли столы с компьютерами, заваленные бумагами. За одним столом сидела девушка, по всей видимости врач, что – то писала. Подняла голову и спокойно сказала:
– Борис Львович.
– Где он? – снова задал вопрос Сашка.
– В кабинете своем, стучите громче.
Сашка снова потащил Лилю за собой по коридору, только к другому кабинету. Не церемонясь постучал кулаком в дверное полотно.
Через несколько минут дверь открыл слегка заспанный доктор.
– Баринов, – поприветствовал Александра, – каким ветром?
– Привет, Боря, – обратился по имени, – к тебе вечером должны были привезти бабушку этой замечательной девушки, нам бы узнать, в каком она состоянии и что можно сделать.
Заведующий отделением неврологии внимательно осмотрел девушку и то, как крепко она сжимала Баринова за руку. Хмыкнул себе под нос и проговорил:
– Проходите, присаживайтесь, побеседуем, – сделал приглашающий жест рукой.
После выяснения данных бабушки, Борис Львович вздохнул и спокойно произнес:
–У вашей бабушки обширное кровоизлияние, в ее возрасте сами понимаете, – замолчал ненадолго, позволив переварить Лиле эту мысль, – все что могу для вас сделать, это пустить в реанимацию, попрощаться.
Лиля снова начала всхлипывать, Сашка прижал ее к себе. Борис Львович вышел в коридор и вернулся со стаканом воды и таблетками, поставил все на стол.
– Пейте, милая барышня, – приказал строгим тоном, – это валерианка, штучек шесть сразу, нормально будет. Сейчас придет медсестра, проводит вас, предупреждаю сразу, у вас будет не более десяти минут, трогать руками в реанимации ничего нельзя. Вам все понятно?
Лиля, успевшая выпить воды и предложенные таблетки и слегка успокоиться кивнула.
–Мы с Александром Викторовичем вас будем здесь ждать, чайку попьём.
– Жизни учить будешь? – первый начал Сашка, когда Лиля с медсестрой покинули кабинет.
– Что ты, даже в мыслях не было, – усмехнулся Борис Львович, – куда мне.
– Боря, мы сто лет знакомы, говори уже, не юли.
– Тебя сегодня половина больницы видела, скрыть от Юльки не получится, – констатировал доктор
– Она знает.
– Даже так? – выгнул бровь Борис.
– Кто-то уже донес, – с досадой проговорил Сашка.
– Ну, и что наша Барыня? – с интересом спросил Борис.
– В городскую квартиру собралась переехать. Ей Галка предложила место в столице, у них консультацией заведовать, думает туда уехать.
– Это она правильно. Юлька – баба мало того, что не глупая, так ещё и волевая, но наши местные змеюги ее поедом съедят, когда узнают, что ты её на молоденькую променял. Так что может и правильно, что переезжать собралась. Тебе лицо Горский поди разукрасил, – кивнул, глядя на боевые отметины Сашки Борис.
– Гора, кто ж ещё?
– За Юльку заступался?
– Нет, отбивался, я думал, что он Юльке трепанул, вот и не сдержался, а за Горой ты знаешь, не заржавеет.
– Наворотил, ты, Саня дел, – вздохнул доктор, – Горский с тобой двадцать лет дружит, это раз, а во – вторых, расстраивать Юльку он бы в жизни не стал. Он же на нее молится.
– Скажешь тоже.
– Скажу, Саша, скажу. То, что Юлька тянуть резину не стала, а сразу все отрубила – молодец, тяжело, но надо, оно может и ещё раньше надо было, да Кирилл меньше был.
– Ты сейчас о чем это? – не понял рассуждений врача Сашка.
– Саша, скажи мне, ты правда за двадцать лет так и не понял, что Горский твою Юльку любит до белых рябей в глазах? Он же за нее землю жрать готов, под пулю, нож, да что угодно, только бы Юльку не расстраивать. А ты сидишь и не ценишь того счастья, которое тебе досталось. Баринов, у тебя друг, ради вашей дружбы чувства свои в узелок завязал, Юлька возле тебя растанцовывается, решение приняла, чтобы ты, миленький не мучался. А ты как потребитель. Увидел девочку красивую и что? Либидо взыграло, про бабулю помог узнать, писанулся, герой. Юлька сказала, что уезжает, а ты и выдохнул, что самому решение принимать не надо. Кто – то ей натрындел про твои шашни, а ты рад, что самому неприятный разговор составлять не надо.
Сашка встал у стола, нависая над ним всей своей мощной фигурой, упер кулаки в столешницу.
– По – твоему я весь такой козел получаюсь, все возле меня хороводятся, а я барин только пользуюсь. Только я Гору не просил молчать, мог бы озвучить свои чувства, на равных за Юльку боролись. Может она бы тогда его выбрала, думаешь я не уступил бы, подлецом считаешь? – начал выходить из себя Сашка, повышая голос.
– Сядь, – резко осадил его Борис Львович, – чего вопишь, этак у меня больные из комы повыходят. Чего уж теперь, сложилось так, как сложилось, – произнес с тяжелым вздохом. У вас с Юляхой получился крепкий брак, тихая семейная гавань, без искр из глаз. Сын хороший. Все проходит, Саш, и это пройдет.
Прервал их междусобойчик вызов из реанимации, Борис, со свойственным врачам его опыта и положения устало констатировал:
– Отъехала бабуля.
Сашка недоуменно на него уставился.
– Не надо на меня так смотреть, узоров на мне нет, забирай иди свою барышню, вези домой, отпаивай успокоительным, – кивнул на пузырек таблеток. Координаты приличного похоронного агенства я тебе сброшу. Тело забрать можно будет завтра.
Сашка молча кивну, подхватил со стола пузырек и первым отправился к выходу.
В коридоре увидел Лилю, сидящую у стены и рыдающую взахлёб. Маленькое тело сотрясалось от рыданий. Сашка быстро подошёл и опустившись на колени присел перед Лилей, отнимая ее ладони от лица.
– Саш, Саш, ба..,ба…, – силилась сказать и не могла связать слова в предложение.
– Знаю, все знаю, – тихо проговорил Сашка, вытирая большими пальцами слезы с ее щек.
Присел рядом, опираясь спиной на стену и вытягивая ноги. Лилю перетащил к себе на колени, крепко обнимая. Лиля продолжала рыдать, обильно смачивая рубашку Александра своими слезами.
Через некоторое время в поле их зрения показались белые сабо и брюки от больничной формы.
– Ребят, у нас здесь неврологическое отделение, а не прощальный зал, – произнес Борис Львович, – езжайте домой.
Сашка поднял на него глаза, слегка кивнул, поднялся с места, продолжая удерживать Лилю в объятиях. Она, измотавшись эмоционально, повисла в его руках безвольной тряпичной куклой.
Сашка шел по коридору, рассекая его как корабль рассекает носом водную гладь. А спину ему сверлили злые и завистливые взгляды сотрудниц отделения неврологии городской больницы, готовые детально обсудить и передать коллегам все подробности его сегодняшнего появления здесь.