Маги. Когда приходит тьма

ПРОЛОГ

– Слушай и запоминай!

Суть Древа – в возможности присоединиться к источнику. А источник – это новые возможности и новые знания. И надо помнить то, что возможности – это искушения. А знания – это ответственность. И все через это пройдут. Кто-то прикоснётся к Древу ладонью, кто-то увидит его образ в природе, картине или взгляде другого человека… каждый без исключения. Но не каждый сможет постичь его замысел. Так было и так будет! Во всех многочисленных и разбросанных во Вселенной мирах. И в настоящем, и в прошлом, и в будущем. И тот, кто соблазнится, будет изгнан.

– А почему говорят: плод Древа познания? У него же нет плодов?!

– Да, оно не даёт плодов, оно даёт нечто большее. А плоды – это то, с чем в итоге останется ищущий. То, что он приобретёт, или то, что он потеряет.

– А вот они… – Младший кивнул на толпу маленьких детей.

Под наблюдением высокого человека, одетого в серую мантию мага, они по одному подходили к провалу в земле, из которого бил яркий, похожий на солнечный свет, на долю секунды замирали, а потом, оглянувшись на взрослого, смело прыгали прямо в светящееся нечто.

– Они потеряли?

– Да, они потеряли.

– И они изгнаны?

– И они изгнаны.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В зеркале отражался очень высокий молодой человек с волевым подбородком. Волосы цвета вороньего крыла были зачёсаны назад и завязаны в конский хвост кожаным шнурком. Горящие неистовством глаза, чёрная длинная мантия с капюшоном, волшебный посох на изготовку: всё это выдавало в нём настоящего мага. Горделиво выпрямившись, тот глянул на своё отражение сверху вниз. Да, так маг и должен на всех смотреть, на всех вокруг себя, простых смертных, всяких там крестьян, стражей и даже серых. Вот если бы вместо посоха была палочка, как у настоящего боевого мага, она бы прекрасно дополнила образ, но сейчас в наличии был только посох. Даже не посох, а палка, похожая на посох. Молодой человек попытался изобразить им нужное движение, одновременно сложив пальцы левой руки в определённый знак, но снизу вдруг что-то хрустнуло и, нелепо размахивая руками, маг с шумом грохнулся на пол. Лёжа на полу, он уже не выглядел таким грозным. Так называемый маг лежал, запутавшись в мантии гораздо длиннее своего роста, но достаточной длины для того, чтобы прикрыть стул, на котором он стоял, и от которого так некстати отлетела ножка. Молодой человек ворочался, обиженно поскуливал и потирал ушибленный локоть. Потом кое-как поднялся на ноги, прошёл к умывальнику. Разделся, постоял, собираясь с духом, встал под душ, задержал дыхание и дёрнул рычаг. На этот раз ему удалось не взвизгнуть. Вода была ледяная. Можно было, конечно, помыться и тёплой, но для этого требовалось позвать слуг. А слуги, как известно, не отличаются молчаливостью, и ему не особо хотелось, чтобы его застали в таком «грозном» виде. Кое-как приведя себя в порядок при помощи куска серого мыла и холодной воды, несостоявшийся боевой маг опять посмотрел в зеркало. Теперь отражение было не грозным, он выглядел не особо высоким и совсем не важным. В зеркале отражался молодой человек с зелёными глазами, лицом с хорошей светлой кожей, волевым подбородком, прямым с лёгкой горбинкой носом. Картину дополняли пухлые губы и родинка в районе виска, которая очень подошла бы симпатичной девушке, и по этой причине выводила из себя молодого человека. Ему казалась, что если бы не она, то он бы выглядел гораздо мужественнее, почти как настоящий маг. Волосы остались длинными, но после мытья изменили цвет, стали светлыми и немного вились. Молодой человек выругался себе под нос и привычным движением завязав шнурок, стянул волосы в хвост. Ещё раз взглянул на отражение, остался не удовлетворён увиденным и, подойдя к комоду, достал швейные принадлежности: к завтрашнему утру мантия выпускника должна была быть готова.

***

Молодого человека звали Адам. Он был младшим, нет, не младшим, а самым младшим сыном Имира. Младшие сыновья, как водится, не остаются дома, они или служат, или учатся, или спиваются, но никогда не становятся продолжателями семейного дела: для этой роли есть старшие. Адам успел уже пару раз уколоть палец, но продолжал усиленно работать иглой. Мантию заказали у портного сразу после того, как его взяли на обучение в Замок. Если быть более точным, то замок Амона. Но все называли его коротко – замок Ан, или просто Замок. Когда отцу Адама принесли письмо, серьёзное такое с клеймом самого Канцлера, то ему сразу же заказали мантию, но судя по размеру, предполагаемый выпускник должен был вырасти гораздо выше, чем тот, что сейчас сидел и тихо ругался под нос, подшивая подол. Ну зачем эта морока? Эта мантия и нужна то всего на один вечер, а потом они получат настоящую. Первую, белую. Таков цвет молодого мага. «Беляк» – так иногда пренебрежительно называли выпускника Замка, чаще, конечно, за глаза. Ведь человек, вышедший из этих стен, уже признан высшим магом. Но будь ты самым что ни на есть высшим, всё это неважно, потому что твоя первая мантия белая. Ходили слухи, что на выпускной прибудут все прославленные маги, Первородные. Ведь по традиции в Совет семи, или Большую семёрку, входят только Первородные или равные им. Адам в это не верил. Ну не могло после Раскола на чистых землях остаться столько Первородных. Если бы люди не переняли способность к магии, волшебству, то маги бы уже перевелись.

***

Их группа считалась особенной, на неё возлагали большие надежды. И это не удивительно: впервые после возобновления учебы выпускалось такое количество магов. Семь – это очень много. Кроме того, семь – это самое магическое число, и все ждут от них какого-то чуда. «Самое чудесное в этом выпуске то, что я всё-таки закончил обучение», – подумал Адам, орудуя иглой. Все знали, что семь лет их обучения Замок жил на золото Имира, отца Адама. Почти весь первый год учёбы ходили сплетни, что Адам попал на учёбу по протекции и благодаря богатству своего отца. Ему даже прозвище дали Золотой мальчик. Долго он доказывал своё право на место среди учеников. Ну, а что золото? Даже магам и магистрам нужно на что-то покупать пищу, чем-то согревать свои покои и из чего-то шить свои балахоны. Да и за труды человеческие надо платить. А у кого много золота? У семейства Имира. А ещё у него много детей, и, если один из них готовится в наследники, двое обучаются военному ремеслу, двое – морскому делу, трёх дочерей можно выдать замуж, то остаётся ещё младший, Маленький Адам, как его с любовью называл отец. А так как Имир мог себе позволить выложить любую сумму для того, чтобы избавиться от головной боли в виде проблем с младшим, то он её, конечно же, и выложил, тем самым улучшив жизнь сына во время обучения. Так Адам и оказался в древнем замке, стоящем в Диких горах, замке Амона. Надолго. Ведь если ты отобран для обучения магии, то всё, на семь лет забудь про вольную жизнь!.. Ты будущий высший маг, а не просто человек, предрасположенный к магии, как называли простых обывателей, могущих творить малую магию. Этих, предрасположенных, обучали прямо в поселениях. Делал это любой маг, и по большой части обученные потом ему и служили. Таких «недомагов» называли серыми за цвет их одеяния.

***

Тогда, семь лет назад, перед самым своим отъездом, Адам не понимал, что отец дал магам золото не за его обучение, а в надежде на будущее доброе к нему отношение со стороны наставников. Он пожаловался деду на то, что будет учиться как бы за золото, и ему стыдно. Дед посмеялся и предложил не обращать на это внимания, потому что когда-нибудь, через много-много лет общество деградирует, и учиться за золото будет престижно. «Престижно!» – одиннадцатилетний Адам повторил незнакомое слово, которое слышал первый раз.

– А что значит это «престижно»? – полюбопытствовал он, сдувая непослушные волосы, падающие на глаза.

– Это как бы уважительно. Ну, представь себе, что те, кто учится по призванию, будут в меньшинстве, а те, кто за золото, будут уважаемыми людьми. И не важно, что они потом пойдут продавать сказки и песни. Если кто-то готов за это платить, всегда найдётся тот, кто это продаст.

Сейчас Адам вспоминал разговор с дедом и удивлялся. Он же ему тогда поверил и успокоился. Видимо именно этого дед и добивался. Ха-ха, за золото учиться «престижно», обхохочешься!.. Но несмотря ни на что, Адам достойно прошёл все испытания, в очередной раз доказав, что он высший маг, а не просто Золотой мальчик.

Последние полгода они только и делали, что проходили проверку знаний – от столового этикета до боевых заклинаний, от придворных танцев до драки в тёмной гипсовой пещере. Гипс – это такой странный материал, который по каким-то причинам замедляет или полностью блокирует магию, не дает подключиться к изначальной Силе. А в том случае, когда маг не может использовать свою силу, он должен уметь постоять за себя при помощи подручных средств, будь то палочка или посох. У каждого мага свой инструмент, свой артефакт. Адам с блеском прошёл всё, что подготовили Наставники. И сегодняшняя ночь, последняя в этих стенах, завтра он уже будет на просторах Империи. Где точно, ещё неизвестно, да и не важно, главное на воле. Он встал, встряхнул мантию, скептически оглядел её и остался доволен. Завтра после завтрака их представят шести лучшим магам мира. А потом откроется двор с Древом познаний, и они по одному войдут в это загадочное место. А оттуда только одна дорога, в чистые земли. А кем ты выйдешь на эти просторы, неизвестно; никто не знает, чем наградит тебя Древо – палочкой мага, посохом учёного или жезлом. Тут загадка. Все хотели палочку, но никто не хотел длиннющий посох учёного, это же так скучно. Но главное, что ты будешь свободен. Сво-бо-ден! До тех пор, пока твои услуги не понадобятся Империи. А они понадобятся. Каждый маг, вышедший из ворот Замка, должен отработать на благо Империи два года, не менее, на должностях, связанных с правоохранением, защитой, охраной, пресечением преступлений, розыском и так далее. Ведь никто на этих должностях не сможет добиться таких успехов, как маг. Ну, ещё, может, оборотни, но там чистая физиология.

Перед тем как его забрали из дома, на семейном совете было решено, что по окончании учёбы он вернётся и станет магом в родных местах. Мало кто может похвастаться тем, что имеет на месте мага не наёмного, а своего человека. «Ха-ха» три раза! Ни на какую службу к Имиру Адам не собирался, у него были свои планы на жизнь. И скучной работе на окраине Империи в них места не было.

***

Этим утром должно было состояться самое главное событие в жизни семерых учеников – признание их статуса и выход в мир. Однако, несмотря на всю грандиозность и волнительность предстоящего мероприятия, Адам спал крепко, и ему снился чудесный сон. Там был он, какой-то мальчишка в нелепой одежде и молодая девушка. Она отодвинула рукой мальчишку, ласково взяла Адама за руку и повела за собой. Незнакомые ощущения возникли в его теле, они нарастали, были очень приятными, и… вот в этот момент раздался стук в дверь. Адам встал, закутался в плед, подошёл и открыл. В комнату влетели два ведра с горячей водой. Вот это сюрприз так сюрприз. В первые несколько лет воду носили сами юные волшебники, а позже, когда учеба начала забирать всё время, – слуги. Но, видимо, сегодня в виде исключения вёдра с водой полетели сами, в воздухе чувствовалось присутствие магии. Вымывшись (когда ещё придётся, неизвестно), Адам прошёл в трапезную. Там собрались почти все выпускники. Свободными оставался только его стул и место его соседа Януса. Его комната была следующей за комнатой Адама, а значит, и разбудили его чуть позже по очереди. Вскоре появился и сосед, в праздничной мантии и с полным дорожным мешком. Было похоже, что Янус сложил в него все вещи, которые были с ним последние семь лет.

– Зачем ты это всё тащишь? – поинтересовался у него маленький и вертлявый Энки. – Мы же после завтрака вернёмся за вещами.

Янус окинул его пренебрежительным взглядом.

– Ой, я вас умоляю! Мы вернёмся. Тебе так и сказали, Энки, как покушаешь праздничной рыбки, так мы тебя сразу и отправим за вещами. Так, Энки, я себе знаю, а вы себе думайте, как хотите.

Янус ещё раз окинул всех высокомерным взглядом и уставился на стол. Наверняка, в поиске той самой праздничной рыбки.

***

Гулко ударил колокол, ученики встали, а в комнату вошли четверо Наставников, вошли и встали с двух сторон, вдоль стен. Следом вошёл магистр Набу.

Три отростка на верхушке его посоха расходились птичьей лапой, между ними проскакивали синие искорки. Магистр подошёл к столам, отодвинул главное кресло, стоящее во главе, и стал ждать. Ещё раз ударил колокол. Откуда-то послышался бой барабанов, который нарастал, становясь всё громче и громче. В комнате появились шесть дымных смерчей. С каждым ударом они росли, увеличиваясь в размерах, пока не заполнили всё помещение своей серостью. Адам протянул вперёд руку и ничего не увидел. Пелена, слепая пелена, и, словно сквозь вату, доносятся гулкие удары барабанов. Ритм, чёткий ритм. Где-то в глубине сверкнула молния, ещё одна. Запахло озоном. Что-то мягкое коснулась затылка, он вздрогнул. Потом по лицу пробежали чьи-то пальцы или лапки. Воображение сразу нарисовало мерзкого паука. Нервно вскинул руку к лицу, ощупал – ничего. Только капли влаги. И внезапная тишина. Барабаны смолкли. Молния сверкнула, щёлкнул разряд. Сколько они стояли в пустоте, в серой пелене. Неизвестно. Это было безвременье. И в тот же миг туман как бы втянуло в никуда, он рассеялся, а за столом появилось шесть человек. Один занял кресло во главе, а пятеро разместились по бокам. Все в мантиях разного цвета – от серого до тёмного, почти чёрного. Чисто чёрных мантий не было, в общем-то как и белых. Капюшоны скрывали их лица. Оставалось только догадываться, кто есть кто. Вернулся звук: стало слышно хриплое дыхание учеников, перешёптывание наставников – всё вернулось, всё стало, как прежде. Сидящий во главе медленно поднял руки и отбросил капюшон на спину. Чёрные густые волосы без единого седого волоса спадали на плечи тяжёлыми волнами. Лицо узкое, продолговатое с острыми краями, как будто скульптор вырубил черновую форму, а вот на шлифовку и сглаживание углов времени не хватило. Прямой нос, яркие губы на светлой коже. Лицо на удивление молодое для существа с тысячелетней историей. Первые упоминания в летописях про верховного мага связаны с самим Амоном, с Первородными магами. И вот он здесь, всё ещё молодой и неуловимо опасный. Маг сделал незаметное движение, и в его руке появился магический артефакт – палочка, не длинная, сантиметров двадцать пять, простая, прямая палочка, чуть толще у основания, сужающаяся к концу. Говорят, что такими маленькими артефактами Древо познания наделяет только тех, чей путь – война. Но в случае с Первородными возникает много вопросов, и главный из них, пожалуй, что появилось раньше, Древо или сами маги. Это с Наставниками всё ясно, у них у всех без исключения длинные тяжёлые посохи, которые указывают на их мирный нрав.

Верховный сделал быстрое движение палочкой, такое быстрое, что Адам не смог увидеть, в какую фигуру тот сложил пальцы, и перед ним на столе появился бокал с чем-то красным, то ли вином, то ли соком. Подняв его, маг с детским любопытством посмотрел сквозь напиток на свет.

– Дети мои! Нет, правильно будет сказать, братья. Вот пришёл и ваш черёд выйти к людям. Вас долго к этому готовили, не день, не год и не два. Семь долгих лет вы постигали науки, развивали свои магические способности. За это время вы выросли, возмужали и научились всему, что должен уметь и знать человек, который относится к высшим слоям общества. Но и не это главное. Умеющих вести себя в обществе хватает и среди людей.

Вы же отличаетесь тем, что вы маги, волшебники, вы наделены такой силой, такой властью, которой не имеет ни одно существо на нашей планете. Да-да, не имеет. В мире много сильных страшных беспощадных, очень быстрых смертоносных существ. Но мы маги! Мы сильнее, быстрее, беспощадней и смертоносней, чем все они. И именно поэтому на нас возложено бремя добра, порядка, ответственности, миролюбия. Мы хранители порядка, мы закон! Только благодаря нашим усилиям прекратился Раскол, братоубийственная война между разумными существами, чуть не уничтожившая всё живое на планете. Мы добились прекращения войны, мы принесли мир, и мы за него в ответе. Маг, кто он? Маг – это и врач, и судья, и учитель. Но есть одно «но», всегда есть одно «но». Какими бы вы не были добродетельными и наполненными любовью, вы должны всегда помнить, что на самом деле мир не так добр и отзывчив, а местами совсем не благоразумен. Бытует много разных мнений о нас и о нашей деятельности. А некоторые народы из населяющих чистые земли, или даже группы, сообщества не забыли сам Раскол, не забыли те смутные времена бесправия и хотят вернуть своё былое величие, другие живут разбоем и преступлениями и не хотят меняться. Да, что тут говорить!.. Порой даже маги даже между собой не могут договориться; количество поддерживающих идеи сбежавшей ведьмы Лилит растёт. В общем, братья, когда вы выйдете в мир, на просторы нашей Империи в чистые земли, помните, вас не всегда встретят с распростёртыми объятьями. В последнее время участились нападения на магов, есть единичные случаи исчезновения, и не только из серых мантий, а именно высших. Многие добровольно покинули занимаемые ими ранее посты и удалились на покой, опасаясь за свою жизнь. Ну, что же, они имеют полное право! Однако нас и так не особо много, а тут ещё и это. Всем вам придётся занять освободившиеся посты и должности. Вы молоды, не подготовлены и наивны. Я вас очень прошу отнестись серьёзно к моим словам. Я не знаю, кем вы выйдете отсюда, но в любом случае вы будете высшими магами. И если встретите что-то непонятное для вас, захотите в чём-то разобраться, что-то понять, но это не относится к вашим обязанностям, я вас прошу, не лезьте в такие дела самостоятельно. Позовите меня, и я обязательно приду и помогу. Скоро, совсем скоро на вас наденут белые мантии, символ незапятнанности и неопытности. Но мир жесток и не разбирает цвета. Если миру будет нужна кровь, то он сожрёт любого, не глядя на облачения, – он прервался и долгим глотком отпил почти половину бокала, – а сейчас… – он сделал шаг в сторону, и на его место скользнула чуть заметная тень, замерла и приобрела очертания.

Перед изумлёнными выпускниками стояла высокая, на голову выше верховного мага, фигура в тёмно-синей мантии, с вышитыми серебром узорами по краю рукава и объёмному капюшону, полностью закрывающему лицо стоящего. Это был Канцлер. Живого канцлера молодые маги видели впервые, но в этом не было ничего странного: большинство живущих на планете людей никогда не видели и никогда не увидят этих существ из тайной канцелярии. Канцлеры – самые древние существа на планете, их любимое занятие – наука, выведение каких-то одним им известных расчётов, формул и предсказаний. В современной Империи они занимались ведением документов, заключением межклановых договоров и разрешений на вмешательство в мироустройство. Они вписывают в свои свитки только исторически важные события, и какое из них важное, решают тоже они сами. Существо в синем даже не пошевелилось, но перед каждым сидящем за обеденным столом выпускником возник лист тонкого, почти прозрачного пергамента. На нём под текстом, написанным мелким замысловатым почерком, имелся маленький светящийся серебром квадратик. Как зачарованные, маги приложили подушечки больших пальцев к этим местам, и листья так же бесшумно исчезли, как и появились. Исчез и Канцлер. Повисла тишина.

– Очень интересно, что там было написано! – проговорил Энки.

– Очень глупо заверять документ канцелярии, даже не прочитав его, – назидательно проговорил верховный маг, – не делайте так больше никогда. Ну, а в этих бумагах была ваша родословная и отметка о том, что вы маги, вот и всё. Я смотрел, ничего особенного.

Верховный маг моргнул и исчез, и почти сразу снова появился на том же месте, но капюшон мантии был надет на голову, а в руках была палочка.

– Извините, дела! – совсем не просительным тоном извинился он. – Сейчас завтракайте, и я советую вам покушать плотно, потом проходите на задний двор к воротам. Я прибуду и сниму защиту, и вы по очереди будете подходить к нашему Древу и сдавать свой последний экзамен на мага. До встречи! – он опять исчез, а за столом остались сидеть мрачные молчаливые фигуры, так и не открывшие своих лиц. Через несколько мгновений они исчезли, беззвучно растворившись в воздухе.

Завтрак проходил не так, как обычно. Не шутил Энки, Янус не поучал всех, как обычно, не улыбался Хорс. Все семь мальчишек попали сюда в одиннадцатилетнем возрасте и прожили в замке целых семь лет, а семь лет это много, очень много. И были моменты, когда каждый из них считал Замок тюрьмой, а себя —заключённым. Но всё-таки это был их замок, их мир, и у каждого из них было шесть друзей, с которыми они росли, шутили, ссорились, мирились и мечтали о том, как они отучатся и, став высшими магами, выйдут в мир. И вот мечты сбываются, вот-вот перед ними откроют дверь, иди. Но почему тогда им так грустно?

Как и предполагал Янус, в комнаты они уже не вернулись.

***

Древо росло на заднем дворе, ограждённое отдельной от замка стеной. Кованая калитка, тяжёлая и высокая, не позволяла заглянуть и рассмотреть, что там находится. И только с верхних окон башни был виден небольшой двор, заполненный туманом, а в ясный, очень ясный день, становилась видна верхушка дерева. Они подошли к калитке. Наставники во главе с магистром Набу молча встали с левой стороны. С правой стороны стояли тяжёлые деревянные скамьи со спинками и заботливо разложенными подушками. Ученики расположились на них, перекидываясь скупыми фразами.

– Адам, ты ко мне в гости придёшь? – поинтересовался Энки.

Адам удивлённо уставился на него.

– Ты же планировал отправиться в путешествие?

Адам кивнул.

– Ну вот… когда будешь в наших краях, заходи, я скорее всего буду там, если… – он посмотрел на Наставников, – меня не отправят в другое место.

Адам ещё раз кивнул, как бы соглашаясь. Верховные могли отправить молодого мага туда, куда угодно, если считали, что там требуется его присутствие.

Тяжёлая рука легла на его плечо, он поднял голову и встретился взглядом с Хорсом, высоким и сильным белокурым парнем. Он был до такой степени молчаливым, что в неделю произносил только пару слов, зато на деле всегда был первым. И свои дела сделает, и всем друзьям поможет.

Хорс пошевелил губами, как бы репетируя речь:

– Адам, мы все тебе очень благодарны за возможность жить и учиться в школе волшебства, – он всегда говорил это старое слово «волшебство», и оно ему шло, – мы знаем, что только на золото твоей семьи Замок жил последние семь лет. А наши небогатые семьи не внесли в казну замка ни одной, даже мелкой, монеты. Мы сначала думали, что ты обычный золотой мальчик, но, узнав тебя поближе, изменили своё мнение. Ты хороший человек, верный друг и, на наш взгляд, из тебя получился отличный маг. Да что тут говорить, ты лучший из нас! Мы все твои друзья и немного должники, потому каждый из нас будет рад принять тебя в своём доме во время твоего путешествия. Мы будем ждать, когда ты заглянешь в наши земли, – и, ещё раз похлопав Адама по плечу, он отошёл.

Наступила мёртвая тишина. Хорс за одну речь произнёс столько же слов, сколько не произносил и за неделю.

– Чтоб я не дошёл туда, куда я шёл, но что-таки это было? – раздался изумлённый голос Януса.

– Хорс! Пора! – глухим голосом позвал Магистр.

Плавно и беззвучно открылась калитка, туман хищной змеёй кинулся наружу, но как бы упёрся в невидимую стену в полуметре от неизвестно откуда появившегося верховного мага. Никто и не заметил, когда тот успел вернуться и сейчас стоял, высоко подняв палочку, как бы охраняя наш мир от того другого, наполненного белым туманом, где растёт всемогущее дерево, которое смеет решать, кто и кем станет. Хорс встал, медленно обвёл всё и всех взглядом, молча шагнул в туман и исчез. Калитка бесшумно, но быстро захлопнулась, как рот земноводного, поймавшего вкусное насекомое.

***

Туман окружал Адама со всех сторон, касался его и оседал на нём. Казалось, что он холодными мурашками покрыл всё тело. Древо виднелось в центре двора, недалеко, но туман с каждым шагом как бы отодвигал его всё дальше и дальше.

– Куда ты собрался, человек? – вопрос колоколом отозвался в голове.

Адам завертел головой по сторонам, туман поредел, и стало видно, что никого здесь нет, только он и Древо.

– Э-э-э… в путь, – на всякий случай ответил он дереву.

Если никого нет, значит, у него спрашивает именно оно.

– Зачем?

– Хочу посмотреть Империю, я слышал, там очень красиво. Когда я был маленький, мы почти не выезжали за территорию наших земель. У нас население однородное, а на чистых землях живёт много разных существ, Но я встречал только гномов. А оборотни, вампиры? Я никого из них не видел…