- -
- 100%
- +
Я сидела в полицейской машине. Холодный металл наручников до боли впивался в кожу. Меня трясло так, что стучали зубы, нервы словно разлетелись в клочья. Я не верила в происходящее — реальность казалась дурным сном.
— Выходи, — приказал голос из динамика.
Машина остановилась, дверь открылась, и меня грубо выдернули из салона.
Я споткнулась. Ноги заплетались, не слушались. Двое полицейских буквально тащили меня под руки, как мешок с картошкой.
— Ее по ходу надо в больничку, — буркнул один из них, глядя на меня с сочувствием, которое казалось издевательским. — Она же явно не в себе…
— Наше дело доставить, а там пусть майор решает! — с раздражением огрызнулся его напарник.
Меня волокли так, словно я была каким-то преступником, а не жертвой обстоятельств. В голове творилась полная неразбериха, мысли путались. Я не понимала, что происходит, и это пугало еще больше.
Наконец меня заволокли в отделение, затем протащили по коридорам в кабинет. Там меня грубо толкнули на стул, а мой скромный пакет с вещами и полупустой рюкзак бросили на стол полицейского. Мужчина окинул меня равнодушным взглядом, словно я была очередной деталью в этом абсурде, и уткнулся в документы.
— Итак… — начал он, его голос был сухим и отстраненным. — Кража, причинение ущерба…
Я замерла, чувствуя, как внутри все сжимается.
— Но… Я же… Я ничего не сделала, — прошептала я, и слезы подступили к глазам.
Майор поднял голову. Его взгляд стал жестким, как наждачная бумага.
— Не делай из меня идиота, — сказал холодно. — Ты прекрасно знаешь, что произошло.
Отвечать не было сил. Сознание снова уплывало. Меня уже мучил невыносимый жар, а горло пересохло так, что казалось, оно вот-вот разорвется. Пелена слез заволакивала глаза, но я не могла позволить себе заплакать. Я очень хотела пить…
— Эй, але! Чего молчишь? Давай пиши признание — и в кутузку, у меня рабочий день заканчивается! — Меня резко дернули за плечо.
Не удержавшись, я упала со стула и, больно ударившись коленями, завалилась набок. Встать не смогла, наоборот, обрадовалась лежачему положению. Подтянула ноги к груди и закрыла глаза, пытаясь спрятаться от этого кошмара.
Меня грубо подняли за плечи, словно тряпичную куклу, и швырнули обратно на стул. Полицейский ругался сквозь зубы, его голос звучал раздраженно и устало.
— Можно мне в больницу? Мне очень плохо… И к сыну.
Наконец я смогла поднять взгляд на мужчину. Его глаза были холодными, как ледышки, и я почувствовала, как внутри все холодеет от страха.
— Дашь признательные показания — пойдешь отдыхать! Может, и врача вызовут… — сказал майор так, будто просто повторил заученную фразу.
— В чем я должна признаться? — спросила дрожащим голосом.
Я не понимала, о чем он говорит. Голова кружилась, а по спине стекал липкий пот.
— В том, что втерлась в доверие к Светлане Юрьевне Зубровой и украла у нее телефон, золотые серьги и деньги. — Полицейский вытряхнул мои вещи из сумки и пакета, швырнул их на стол и указал на перечисленное. В его глазах вспыхнуло удовлетворение.
— Телефон мой, можете проверить, там фото сына и номера… Серьги подарил мне Павел, деньги тоже он дал… — я пыталась объяснить, но мои слова тонули в его ярости.
Меня охватывала паника.
— Хватит врать! — рявкнул майор, и я вздрогнула. — Думаешь, я не знаю, что ты здесь не просто так?!
Я не могла поверить своим ушам. Слова застряли поперек горла. В этот момент я осознала, что все кончено. Все, к чему я стремилась, все, ради чего я жила, рухнуло в одно мгновение…
— Я не понимаю… — прошептала, чувствуя, как слезы предательски скатываются по щекам.
— Понимать уже поздно, — жестко ответил полицейский. — Теперь ты будешь сидеть здесь, пока не напишешь то, что я хочу. А потом пойдешь в тюрьму. Вот заявление от гражданки Зубровой о том, что ты украла у нее вещи. Статья приличная, лет пять дадут. За хорошее поведение, может, скостят год…
— Кражи не было! Она лжет! Она украла у меня сына! — я стала задыхаться от рыданий, слезы текли по щекам, размывая слова. — Верните мне моего ребенка! Пожалуйста, умоляю!
— То, что ты была нанята няней, прописано, в момент помешательства ты пыталась украсть ребенка у семьи Зубровых. Это прибавит срок!
— Это мой ребенок! — закричала я, чувствуя, как внутри все взрывается от ярости и отчаяния. Я с трудом поднялась на ноги, пошатываясь, но не сдаваясь. — Они украли его у меня! Продержали шесть месяцев где-то в деревне, в каком-то доме! А потом отобрали сына, вышвырнули оттуда, как бездомную собаку! На вокзал, с этими вещами! Я даже не видела, что там!
Истерика накрыла меня с головой. Я кричала, не слыша собственных слов, срывая голос до хрипоты. Пыталась разорвать наручники, раздирая запястья до крови. Боль была невыносимой, но не шла ни в какое сравнение с болью утраты.
— Вы не понимаете! Вы ничего не понимаете! Это мой ребенок! Мой! Мой! — твердила я, не в силах остановиться. Я готова была биться головой о стену. — Верните его! Верните! Верните!
Глава 2
Хлесткая пощечина обожгла щеку, как раскаленное железо. Голова закружилась, и резкий толчок заставил меня рухнуть на стул.
— Так, ясно. Переночуешь в кутузке, а утром разберемся, — майор вздохнул, словно ему самому было противно. — Документов при тебе нет, мы знаем только то, что зовут тебя Алена.
— Я Алена Игоревна Ромашкина, — произнесла с надрывом. Заученно назвала дату рождения, место, где родилась. — Мой сын, Ванюша, рожден два дня назад, а документы у Павла…
— Проверим. Ребенка при тебе не было, в роддомы запрос сделаем… Завтра! — Мужчина поднялся, резко схватил меня за руку и потащил к выходу из кабинета. Его пальцы впились в мою кожу, оставляя красные следы. — Даму в кутузку, до утра, — кивнул он полицейскому, и тот без лишних слов открыл дверь.
Меня снова куда-то вели. Ноги заплетались, перед глазами все расплывалось, словно я погружалась в туман. Сердце выпрыгивало из груди, а слезы обжигали глаза.
Наручники сняли быстро, но грубо. Меня впихнули в тесную клетку, словно животное. Замок щелкнул, и я осталась в этом холодном темном пространстве. Огляделась, пытаясь найти хоть какой-то уголок, чтобы присесть.
Мне повезло: я была здесь одна. Упала на жесткую лавку и притянула колени к животу. Тело, подобно электрическому разряду, пронзила невыносимая боль. Я приложила ладони к животу, пытаясь унять ее. Вспомнила, как еще совсем недавно держала на руках сына... Мне дали сделать это всего один раз, а потом отобрали.
Ванюшка, мой маленький Ванюша…
Закрыв глаза, провалилась в болезненную дрему, полную воспоминаний. Слышала его тихий плач, и сердце разрывалось от боли и любви. Ванюшка… Как я могла потерять тебя? Как я могла оказаться здесь, в этой клетке, вдали от тебя?
Слезы отчаяния текли по щекам, смешиваясь с грязью. Но где-то глубоко внутри теплилась надежда. Надежда на то, что завтра все изменится и я смогу вернуться к своему сыну.
Шесть месяцев назад
О чем может мечтать наивная провинциалка, попавшая в шумный мегаполис?
Конечно же, о большой, чистой любви, о мужчине, который решит все ее проблемы и сделает счастливой…
Я получила это, даже не ожидая, что такое возможно. Представить только — я разносила заказы в его любимом ресторане, где он сидел каждый вечер, а теперь этот ресторан был любим нами обоими!
Я перестала быть просто сотрудницей — я стала частью его мира. И я была счастлива. Счастлива как никогда. Ведь когда ты находишь свою половинку, все мечты становятся реальностью.
***
В тот день я летала, словно за спиной выросли крылья. Сердце радостно билось в груди. Тест наконец-то показал две заветные полоски, и я не могла сдержать эмоций. Счастью не было предела!
Сначала я, конечно же, позвонила своей лучшей подруге Тане. Мы так давно не общались, но я знала, что именно она поймет меня в этот момент.
— У меня такая новость! — почти пропела я, едва в трубке раздался ее мелодичный голосок. — Ты не поверишь!
— Даже не знаю, чем ты можешь меня удивить… Он подарил что-то, чего у тебя нет? Семнадцатый айфон? — задумчиво протянула Таня, а потом зевнула, словно наш разговор ее не особо заинтересовал.
Но я знала, что подруга притворяется.
— Я беременна! — рассмеялась я, чувствуя, как слезы радости наворачиваются на глаза. — Слышишь? Это настоящее чудо! Он женится на мне и бросит свою старую жену!
— Да ладно… — Таня оживилась, словно услышала самую невероятную новость в своей жизни. — Аленка, проси подарок — кольцо с бриллиантом! А если айфон новый подарит, мне отдашь старый… И на свадьбе у тебя я свидетельница! Вот это я понимаю — настоящая подруга!
— Ох, чего я только не попрошу… Давай завтра встретимся в кафе, поболтаем? Хочу поделиться всем, что накипело.
— В отличие от некоторых, я работаю, — вздохнула Таня и заговорила более серьезным голосом: — Давай послезавтра?
— Конечно! — я согласилась, чувствуя волну тепла и благодарности к ней. — Послезавтра, в том же кафе.
Мы еще немного помечтали о моей свадьбе, представляя, как все будет. Таня рассказывала о своих планах, а я слушала ее, и на душе становилось светлее. Когда мы попрощались, я думала, что впереди меня ждет самое счастливое время в моей жизни…
Наконец, я начала готовиться к встрече с любимым — не просто офис-менеджером, а настоящим бизнесменом международного уровня. Это был мой счастливый билет, и я не могла сдержать волнения!
Я с энтузиазмом навела порядок в нашем уютном, но все еще временном гнездышке. Приняла теплую ванну, чтобы расслабиться и смыть все тревоги. Заказала изысканный ужин из ресторана, потому что Павлуша всегда говорил, что моя стряпня слишком грубая и деревенская. Но я не сдалась — уговорила его оплатить мне кулинарный курс. На завтра был назначен первый урок, и я в нетерпении ждала, когда смогу удивить его своими кулинарными шедеврами.
А еще я нашла в интернете волшебный курс этикета, в котором были собраны правила поведения богатых дам. Я намерилась изучить, как одеваться и вести себя в высшем обществе. Но это еще не все! Также я начала искать курсы по улучшению речи, потому что мой говор, кажется, раздражал Павлушу... Он постоянно меня поправлял, а я хотела соответствовать ему во всем, быть для него идеальной спутницей.
Я готова была на все ради него, даже на эти бесконечные курсы и тренировки. Ведь я хотела, чтобы каждый момент с ним был особенным и незабываемым…
Но любовь слепа, не так ли?
Глава 3
Проснулась от резкого, оглушающего звука. Сердце забилось как бешеное, когда в соседнюю камеру втолкнули каких-то мужчин. Они громко ругались, а я, засев в углу, пыталась не обращать на них внимания. В какой-то момент мне показалось, что это даже хорошо — хоть кто-то будет рядом...
Живот снова свело от невыносимой боли. Я хотела встать, пожаловаться, попросить помощи, но не смогла пошевелиться. Каждый вдох давался с трудом, словно я была на грани жизни и смерти.
Вдруг все стихло. Буйные мужчины улеглись прямо на лавки, кто-то из них захрапел, кто-то продолжил едва слышно переговариваться. По моим щекам вновь побежали слезы.
Шесть месяцев в доме, который стал для меня настоящей тюрьмой. Я с горечью вспоминала обо всех шансах сбежать, которые упустила...
Напрашивался вопрос: Павел ведь не просто богат — он богат настолько, что может позволить себе все, так зачем ему была нужна я? Я ведь стала лишь инкубатором для его ребенка. В мире существуют суррогатные матери, клиники ЭКО. Почему он выбрал именно меня?
Я закусила губу, пытаясь сдержать крик отчаяния. Внутри меня все кипело от злости и бессилия. Но я знала одно: я не сдамся. Я найду способ выбраться отсюда, даже если это будет стоить мне жизни.
Неодолимая дремота снова сковала тело, и я почувствовала, как оно обмякло. Сознание заволокла пелена, и слабость разлилась по венам как вязкий сироп, обволакивая каждую клеточку.
Воспоминания нахлынули как волны, ласково обнимая меня со всех сторон. Они согревали душу, словно старые друзья, которых я давно не видела. Эти образы, звуки и запахи уносили меня обратно в те места, где я была счастлива, где мир казался таким простым и понятным.
С каждым мгновением я возвращалась в то волшебное время, когда все казалось возможным. Сердце ускорило бег, а на губах появилась легкая улыбка. Мысли о прошлом грели мне душу, и я не хотела возвращаться в реальность…
Шесть месяцев назад
Раздался звонок в дверь, и мое сердце застучало так сильно, будто намеревалось выпрыгнуть из груди. Павел всегда был точен до минуты, и я, не теряя ни секунды, поспешила открыть дверь. На пороге стоял он — тот, кого я ждала с нетерпением и волнением. В одной руке Павел держал букет алых роз, в другой — небольшой фирменный пакетик из магазина нижнего белья. Его улыбка, теплая и искренняя, словно солнечный луч, пробивающийся сквозь тучи, заставила меня забыть обо всем на свете.
— Паша! — ахнула я и бросилась к нему, чтобы обнять.
На мгновение он замер, будто не веря своим глазам.
— Скучала? — хрипло спросил Павел, его голос звучал так, словно он боялся нарушить этот волшебный момент.
Взгляд жгучих карих глаз, полный страсти, проникал прямо в душу, заставляя трепетать и забывать обо всем на свете. Павел притянул меня к себе, даря поцелуй, и я почувствовала, как напряжение покидает мое тело.
— Чем так аппетитно пахнет?
— Еда из твоего любимого ресторана, — ответила я, принимая подарки.
Мои руки слегка дрожали, когда я ставила букет в вазу. С волнением заглянула в пакет — в нем лежал комплект кружевного белья, которое так нравилось Паше.
— А что у нас за праздник, Алена? — Павел сел за стол, расслабленно откинувшись на спинку стула, и снял галстук. Взглядом скользнул по мне, заставив покраснеть.
— У меня для тебя сюрприз…
Я смущенно подошла к нему и, одной рукой обняв за плечи, поставила на стол небольшую коробочку. Пальцы все еще подрагивали.
— Открывай.
— Ого, что это? — В глазах Паши вспыхнуло любопытство. Он аккуратно поднял крышечку и уставился на содержимое. — Это…
— Тест на беременность, и он положительный! — воскликнула я, захлопав в ладоши. Радость переполняла меня, я не могла сдержать эмоций. — Ты же так хотел этого ребенка!
— Действительно, сюрприз... — почти шепотом произнес Павел, не отрывая взгляда от теста.
Он долго смотрел на него, словно пытаясь найти в этом маленьком предмете все ответы...
— Ты ведь знаешь, я очень щепетилен в таких вопросах, — наконец нарушил тишину Паша. — Не возражаешь, если завтра мы поедем в клинику?
— Конечно! — кивнула без задней мысли, но почти сразу внутри меня зародилось странное чувство тревоги.
Оно не покидало меня весь вечер, лишь усиливаясь. Надвигалось что-то нехорошее… но вот что?
Паша поужинал и, сославшись на неотложные дела, ушел. Он словно отстранился, его взгляд стал холодным, отрешенным. Я осталась одна, в полном недоумении. Его поведение насторожило меня, но ведь у него действительно могли быть важные дела…
Неужели я уже тогда предчувствовала беду?
Глава 4
Павел забрал меня утром из квартиры и в сопровождении охраны отвез в частную клинику. Там я ходила из кабинета в кабинет, сдавала анализы, делала УЗИ, общалась с врачами. Паша терпеливо ждал на диванчике в VIP-зоне, глядя на меня с беспокойством.
Наконец меня отпустили. Я устало присела рядом с ним, положила голову ему на плечо и, надеясь получить поддержку, спросила:
— Может, заедем куда-нибудь, купим все, что нужно?
— Нет, — его резкий ответ обжег меня, как удар хлыста, но, увидев мое удивленное лицо, Паша смягчился: — Позже. Я дам тебе охрану, карточку — купишь все, что захочешь. У меня дела, вечером самолет. Буду через несколько дней. Не выходи пока из дома…
— Почему? Мне что, угрожает опасность? — испугалась я, и внутри все сжалось от тревоги.
— Если моя жена узнает о том, что ты в положении, неизвестно, на что она пойдет, чтобы тебе навредить, — его слова прозвучали как приговор, словно он уже предвидел грядущую беду.
— Но ты ведь с ней разведешься? — Голос предательски дрогнул, а к глазам подступили слезы.
— Конечно! — Павел улыбнулся, но в этой улыбке было что-то хищное, что-то, отчего меня охватил неподдельный страх.
Я постаралась скрыть это.
— Тогда поедем домой? — обхватила себя за плечи, чувствуя, как меня начинает трясти от волнения.
— Конечно.
Павел обнял меня, поцеловал в висок, но в этом жесте не было той теплоты, которую я так ждала. Его прикосновение вдруг показалось мне каким-то чужим, холодным. Оно не приносило утешения, как это было раньше, а лишь добавляло неопределенности. Мы вышли из клиники, сели в машину, и Павел погрузился в чтение каких-то документов, словно пытаясь спрятаться от меня за бумагами.
— Продукты тебе будут привозить охранники, — произнес он ровным, почти безразличным голосом, когда водитель притормозил у подъезда. — Они же будут дежурить рядом с домом круглые сутки. Веди себя разумно, пожалуйста.
Это звучало не как просьба или проявление заботы — как сухой приказ. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна раздражения и тревоги.
— Я собиралась встретиться с подругой, — вспомнила я.
— Отмени встречу. Не рискуй своей жизнью и ребенком. — Взгляд Павла снова стал странным, задумчивым, словно я была какой-то вещью, которую он оценивал перед покупкой.
— А сюда ее можно пригласить? — произнесла это как можно спокойнее, хотя внутри все кипело.
Мое терпение уже было на исходе. Неужели его жена настолько страшный человек, что он боится, что я ее увижу?
— В целом, можно, — Паша нехотя кивнул. — Она уже знает?
— Она моя единственная подруга, — ответила я, сдерживая слезы.
Почему он стал так себя вести? Чем я ему не угодила?
— Ладно, пригласи ее сюда, — он снова кивнул, но в его голосе отчетливо слышалось недовольство. — А теперь иди.
Подхватив сумочку, я вышла из машины и направилась к подъезду. Огромный охранник, похожий на шкаф, проводил меня до самой двери, словно я была хрупким фарфоровым изделием, которое он боялся разбить. Выдохнула, лишь когда закрыла дверь и заперлась на все замки, но облегчение было недолгим.
Происходило что-то странное. Почему вместо кольца, которое я так ждала, я получила угрозы и равнодушие, словно мы стали чужими? Я не понимала, что происходит с Пашей, и это пугало меня еще больше.
Таня примчалась ко мне, как ураган. Она не стала возмущаться из-за того, что встреча в кафе отменилась. Ее глаза светились от радости. По дороге подруга успела купить тортик, фрукты, а я, пока ждала ее, приготовила рыбные стейки, овощи-гриль и салат из зелени — все нежирное, диетическое, как велел Павел.
— А где мясо? Грустно как-то… — Подруга оглядела мой скромный стол и нахмурила брови.
— Павел сказал придерживаться правильного питания, — ответила я, стараясь не смотреть ей в глаза.
— Ты же не толстая, на фитнес вроде ходишь. Это из-за ребенка? — недовольно буркнула Таня и прищурилась.
— Ну да, из-за малыша… — я вздохнула и, недолго думая, рассказала про вчерашний забег по врачам и перемену в поведении Павла.
— Слушай, но это его первый ребенок. Может, боится потерять его и тебя? Наоборот, нужно радоваться такой заботе… — Таня вяло ковыряла рыбу, ее лицо выражало смесь сомнения и легкой грусти.
— То есть его жена так опасна, что меня надо держать под охраной? Я теперь из дома не могу выйти! — недоуменно воскликнула я и покачала головой.
— Судя по фото и ее вечно поджатым губам… Да она вообще улыбается? Мне кажется, тетка она суровая. Я тут поискала… — Таня разблокировала телефон и показала мне статью. — Это вырезка из какой-то старой газеты, я через поиск по фото нашла. Его жена — дочь какого-то криминального авторитета, хоть это и было в девяностых.
— Мне уже страшно… — Я невольно поежилась, ощущая, как по спине бежит холодок.
— Это тебя не касается, пусть обо всем беспокоится Павел! — отмахнулась подруга, ее голос звучал твердо. — Надеюсь, в загс он тебя не с большим животом поведет… И когда разводиться собрался?
— Я тоже надеюсь, — вздохнула я, чувствуя, как напряжение внутри меня немного спадает.
Разговор быстро перешел в другое русло — к обсуждению свадебного платья. Вскоре плохие мысли улетучились, а сердце забилось быстрее в предвкушении.
Мы поболтали еще пару часов. Определенно, пригласить Таню к себе было верным решением. Ее голос, смех, тепло рук — все это будто защищало меня невидимым щитом, прогоняло мрачные мысли. Но стоило подруге уйти, как щит исчез, и я снова почувствовала себя одинокой и уязвимой.
Почему я не могла просто выйти на улицу? Сходить в магазин, прогуляться по парку? Почему я должна была постоянно оглядываться и бояться? Даже с охраной, даже если только на три дня… это казалось невыносимым! Сидеть в четырех стенах, словно в клетке, отсчитывая каждую минуту, которая тянулась как вечность. Это так страшно, так мучительно...
Глава 5
Три дня ожидания утомили меня настолько, что я не выдержала и решила выйти. Нервное напряжение достигло предела, и прогулка на свежем воздухе должна была пойти мне на пользу. Тем более я, как беременная, нуждалась в движении и положительных эмоциях.
Для прогулки я выбрала новый брючный костюм. Он идеально сидел на мне, подчеркивая все прелести фигуры, но при этом не выглядел чересчур строго. Брюки были выполнены из легкой ткани, которая приятно прилегала к телу, а пиджак с чуть расклешенными рукавами добавлял образу утонченности. Под него я надела блузку пастельного оттенка, которая прекрасно сочеталась с костюмом.
Перед выходом я тщательно привела себя в порядок. Расчесала волосы, которые легкими волнами спадали на плечи, и сбрызнула их любимыми духами с тонким цветочным ароматом. Этот запах всегда поднимал мне настроение и придавал уверенности. В небольшую сумочку положила телефон, кошелек и несколько мелочей, которые могли понадобиться вне дома.
На ногах были туфельки от известного модного бренда. Они идеально подходили для прогулок: стильные, невесомые, с удобной подошвой. Дополнила образ украшениями — изящными серьгами-капельками и браслетом из белого золота. Конечно, все это было куплено за деньги Павла, но я не видела ничего зазорного в том, чтобы пользоваться его подарками. Я старалась выглядеть достойно и элегантно, как подобало его будущей супруге.
Спустившись в холл дома, я вышла из подъезда. Сегодня на улице было солнечно, и я с удовольствием вдохнула свежий воздух. Машин с охранниками на удивление не было видно. Я пожала плечами и неторопливо направилась в сторону торгового центра, который находился неподалеку.
Торговый центр был наполнен людьми. Кто-то спешил по делам, кто-то наслаждался шопингом, а кто-то просто отдыхал в кафе на первом этаже. Я решила пройтись по магазинам, чтобы поднять себе настроение. Нужно было отвлечься от мыслей о предстоящем разговоре с Павлом да и просто развеяться.
На одной из витрин я увидела платье, которое сразу же мне понравилось. Оно было выполнено из струящейся ткани и имело легкий цветочный узор. Я не смогла устоять и решила примерить его. Выйдя из примерочной, я почувствовала себя настоящей королевой. Платье село по фигуре, подчеркнув все достоинства. Я улыбнулась своему отражению в зеркале и подумала, что Павел будет в восторге.
Сделала селфи и отправила его Павлу, добавив фото ценника. Обычно деньги прилетали моментально, и на моей карте оседал небольшой, но приятный хвостик. Но сегодня все пошло не по плану.