Гениальная жена по ядам. Легенда о Юньси. Книга 1
- -
- 100%
- +
Хань Юньси украдкой наблюдала за Лун Фэйе, дремавшим по пути во дворец. Снова и снова она всматривалась в его лицо, казавшееся еще более совершенным, чем вчера. Когда великий князь был в покое, он походил на благородное и неприступное каменное изваяние. Возможно, поступок с лохунпа ничего для него не значил, но для Хань Юньси это было вопросом жизни и смерти. Несмотря на их негласную сделку, она все равно была благодарна ему от всего сердца.
Хань Юньси не подозревала, что ее появление во дворце обсуждали, делая ставки. Немыслимое количество игорных домов предлагали народу испытать удачу, которая в итоге повернулась к нему спиной. Хань Юньси понимала, что предстоит встретиться с вдовствующей императрицей, но никак не могла предположить, что весь дворец Цянькунь будет наводнен людьми. В абсолютной тишине на нее смотрели сотни холодных, полных презрения, негодования, ненависти глаз. Взгляды пронзали, словно стрелы. Конечно, убить взглядами нельзя, но они все равно пугали до смерти. Хань Юньси вздохнула: в конце концов, чем она вызвала гнев стольких людей? Великий князь – дядя императора[17], она – его жена, невестка императрицы-матери и наложницы И. Не говоря уже о том, что дети императора, встречаясь с ней, должны выказывать почтение.
Тогда почему они так смотрят на нее? Впрочем, она не уродлива. Если хотят, пусть любуются!
Хань Юньси не могла проявить слабость на виду у всех. Гордо подняв голову, она благородно, грациозно и непринужденно шла рядом с Лун Фэйе. Манящая красота выделяла ее из толпы. Поцелованная богом, невеста была под стать супругу – идеальная пара, чей брак заключили на небесах.
Презрение и ненависть в глазах смотрящих сменились изумлением и завистью: уверенная в себе женщина всегда считалась самой красивой.
Зал был по-настоящему огромен. Наконец дойдя до трона, пара остановилась. Хань Юньси смотрела на двух женщин, гордо восседавших впереди. Теперь она знала, что супруга императора была такой же молодой, как наложница И, а вдовствующая императрица – седовласой, приветливой и элегантной. Обе излучали ауру, достаточную для того, чтобы держать в узде весь императорский гарем.
– Императрица-мать, желаю вам быть в добром здравии! Императрица, желаю вам благополучия! – поприветствовал Лун Фэйе.
Хань Юньси, поклонившись, повторила:
– Императрица-мать, желаю вам быть в добром здравии! Императрица, желаю вам благополучия!
Вдовствующая императрица была в хорошем расположении духа и приветливо улыбалась.
– Пока вам двоим будет хорошо вместе, я буду в добром здравии! Поднимись, иди сюда скорее, присаживайся!
Супруги императора и наложницы по обеим сторонам от нее тотчас встали и поклонились:
– Ваше высочество, желаем вам спокойствия. Принцесса, всего наилучшего!
– Юньси, скорее иди сюда, позволь мне хорошенечко рассмотреть тебя! – сказала императрица-мать, когда Хань Юньси уже собиралась сесть.
Доброта пробудила в ней воспоминания об истории минувших дней. Когда-то мать спасла жизнь вдовствующей императрице, и та в благодарность даровала Юньси брак с Лун Фэйе. Разумно ли было договариваться о свадьбе дочери благодетельницы и сына давнего врага? Все знали, что в то время между этими женщинами разгорелась настоящая война.
Теперь императорская семья хотела уничтожить клан Хань за то, что его глава не смог вылечить болезнь принца? Разве это не низко – отвечать злом на добро? И к чему тогда все это лицемерие?
Хань Юньси не стала подходить слишком близко, однако вдовствующая императрица притянула ее к себе, усадила на место рядом и довольно вздохнула:
– Це-це-це, какая красота! Разве есть в этой девушке что-то уродливое? Это все злые языки! Если узнаю кто распускает такие слухи, пощады от меня не дождутся!
– Мне кажется, в детстве здесь был шрам, разве нет? – задумчиво спросила императрица.
– Да? Почему же я не помню? К тому же в восемнадцать лет девушки сильно меняются. Красота ее матери покоряла города и государства, иначе как бы я смела договориться о свадьбе нашего Лун Фэйе? – Вдовствующая императрица серьезно посмотрела на него. – Великий князь, я не обманула, эта красивая женщина подходит тебе. Однако слышала, вчера ты не встретил ее у ворот. Это так?
– Э…
Хань Юньси внезапно осознала, что Лун Фэйе попал в весьма незавидное положение…
Глава 18
Самый благородный мужчина
Хань Юньси была уверена, что вопрос застанет Лун Фейе врасплох. Но, быстро сориентировавшись, он небрежно ответил:
– Вчера я был слишком занят и не мог прийти, чтобы встретить невесту. Хорошо, что она сама вошла во дворец.
Неужели он думал, что такое простое объяснение может удовлетворить вдовствующую императрицу? Хань Юньси отчетливо видела, как рука женщины на мгновение застыла. Услышав ответ, все в зале внезапно затихли. Казалось, вот-вот разразится буря. Однако императрица-мать, помолчав и бросив на Лун Фэйе недовольный взгляд, укоризненно произнесла:
– Я знаю, что ты занят, но не следует пренебрегать невестой.
Ни один мускул не дрогнул на лице великого князя, оно по-прежнему оставалось непроницаемым и холодным.
Императрица похлопала Хань Юньси по руке и добавила:
– Если он будет пренебрегать тобой в будущем, просто приходи во дворец пожаловаться. Я обо всем позабочусь, хорошо?
Хань Юньси послушно кивнула, но внутри у нее бушевал ураган. Поговаривали, что император многое прощал великому князю, но она не ожидала, что вдовствующая императрица делает то же самое. Этого человека по-настоящему уважали.
В это время старая служанка как раз принесла простынь для первой брачной ночи.
– Императрица-мать, это лохунпа. Пожалуйста, взгляните.
Непринужденная атмосфера вновь стала напряженной. Бесчисленное количество глаз следило за тем, как женщина разворачивает лохунпа, – ожидая новой возможности высмеять Хань Юньси. Ну и что, если она красива? Вдовствующая императрица навязала брак великому князю, а император указом заставил заключить его. То, что сегодня утром Лун Фэйе привел невесту, чтобы засвидетельствовать почтение, лишний раз подчеркнуло их авторитет.
Все предполагали, что Хань Юньси в первую брачную ночь даже не ляжет в постель.
Сидевшие впереди нарочито выдвинулись вперед, а те, кто был позади, специально встали, со злорадством ожидая известий. Кто-то, абсолютно не смущаясь, делал ставки прямо в зале: признает ли Хань Юньси, что она не девственница, или заявит публично, что великий князь не был с ней благосклонным? Все были очень взволнованы предстоящей развязкой.
Вдовствующая императрица не спешила осматривать лохунпа. Она сердечно пожала руку Хань Юньси и прошептала:
– Ты все еще очень застенчива, но сегодня станешь взрослой. Тебе придется приложить все усилия, чтобы продолжить род Лун.
– Да, это самое важное. Императрица-мать, думаю, нет никакой надобности осматривать лохунпа, великий князь – мужчина высоких нравов. Здесь не может быть ошибки,– пролепетала драгоценная супруга[18] Юнь.
– Семья Хань велика, в ней придерживаются строгого воспитания, поэтому невозможно, чтобы произошло что-то непредвиденное!
– Точно-точно, посмотрите на застенчивое выражение невесты. Думаю, не стоит устраивать лишних проверок. Его высочество лично убедился в высокой нравственности невесты, разве мог он ошибиться?
* * *Наложницы пытались убедить императрицу-мать. Казалось, каждая из них имела самые добрые намерения, но в действительности их слова были полны яда. Высоко вознося Хань Юньси в своих речах, они ждали, что она сорвется вниз.
Хань Юньси, склонив голову, размышляла об этих женщинах и их скучной никчемной жизни.
Оглядев всех, императрица с усмешкой сказала:
– Вам не нужно убеждать меня, я нисколько не сомневаюсь, что увижу «опавшие лепестки». Это традиция предков, которой мы не имеем права пренебрегать.
Счастливо улыбаясь, она небрежно развернула лохунпа. На мгновение все взгляды устремились на ткань в ее руках.
– Опавшие лепестки!
– Там что-то красное!
– Ах… – раздался чей-то возглас.
Внезапно люди в зале пришли в возбуждение, поднялся шум, никто не мог сдержать волнения.
Как это возможно? Неужели великий князь вчера ночью действительно был благосклонен к этой женщине? Этот благородный человек, который никогда не был падок на женскую красоту. Тот, кто в сознании каждого был подобен божеству, вместе с этой девчонкой Хан Юньси?..
Наложницы, еще недавно наперебой обсуждавшие новоиспеченную принцессу, прикусили языки. Они хотели посмеяться над ней, увидеть, как императрица-мать разберется с ее родней. Семья Хань, известная лечебным мастерством, уже много лет не могла исцелить наследного принца от болезни, поэтому благосклонность вдовствующей императрицы сменилась негодованием.
Но кто бы мог подумать, что однажды Хань Юньси действительно станет женой великого князя!
Глава 19
Рецепт противоядия
Рука вдовствующей императрицы, сжимавшая лохунпа, так и застыла в воздухе. Ладонь, все еще державшая невестку, была пугающе холодной. Теперь настала очередь Хань Юньси злорадствовать. Взглянув на алые пятна, она возликовала и, украдкой посмотрев на Лун Фэйе, заметила, что он тоже не сводит с нее глаз.
Не ожидая ответного жеста, Хань Юньси смутилась и сразу отвела взгляд. Уши просто пылали.
В абсолютной тишине Лун Фэйе поднялся.
– Императрица, у меня есть срочные дела. Пожалуйста, позвольте мне идти, в следующий раз я вновь приду навестить вас.
Все необходимые традиции были соблюдены: новобрачные выразили почтение, лохунпа осмотрели – пора бы уходить! Встреча с одной женщиной доставляла массу неудобств, что уж говорить о целой группе?
Увидев, как великий князь уходит, Хань Юньси хотела встать, но вдовствующая императрица внезапно сжала ее руку так сильно, что хрустнули кости. Очень больно!
В этот момент Лун Фэйе обернулся и, слегка нахмурившись, произнес:
– Хань Юньси, ты не идешь?
У-у-у… Она уже подумала, что он бросил ее, и испугалась.
Хань Юньси тотчас вырвала руку из цепкой хватки императрицы-матери и извиняющимся тоном сказала:
– Матушка, у нас есть срочные дела, позвольте идти, мы придем в следующий раз, чтобы справиться о вашем здоровье.
Говоря это, она ловко скользнула к Лун Фэйе, опасаясь, что вдовствующая императрица прикажет вернуться обратно. Совершенно не хотелось оставаться одной в месте, где было столько желающих обглодать ее до костей.
Императрица отпустила лохунпа и добродушно улыбнулась:
– Тогда идите скорее, не тратьте время впустую.
Лун Фэйе даже не обернулся. Заметив это, Хань Юньси набралась храбрости. Пропустив слова императрицы мимо ушей и не оглядываясь, она последовала за супругом к двери.
Великий князь был самым благородным мужчиной! Таким не похожим на других!
Как принцесса, она не могла позволить себе уронить честь и достоинство его высочества. Подумав об этом, Хань Юньси еще больше выпрямила спину. Она была счастлива. Все-таки здорово, что он на ее стороне!
Стоило новобрачным выйти из зала, как вдовствующая императрица в порыве гнева разбила чайную чашку.
– А эта Хань Юньси хороша!
Оба приветствия сегодня прошли без сучка без задоринки, поэтому у Хань Юньси пребывала в прекрасном расположении духа. Она переменила свое отношение к Лун Фэйе. Однако, как только они сели в карету, первое, что он сказал, было:
– Теперь ты можешь открыть мне рецепт противоядия?
– Противоядия?
Хань Юньси, погруженная в радостные мысли, наконец поняла, что все сегодняшние уступки и поддержка были всего лишь частью сделки: он помогает ей решить проблемы со входом во дворец, она выводит оставшийся яд из его организма.
Как этот парень мог искренне защищать ее? Увидев безжалостную холодность в глазах Лун Фэйе, Хань Юньси горько вздохнула. Что ж, в нем не было никакого сострадания.
– Всего три ингредиента: цзыся, цзыцю и цзидун. Чем больше, тем лучше. Найдите их и приходите ко мне, я приготовлю лекарство. Но помните, у вас всего десять дней. Потом яд может начать распространяться, – честно ответила она.
Лун Фэйе, кивнув, вышел из повозки. Разве он не вернется вместе с ней?
– Эй! – Хань Юньси последовала за ним, но тот как будто провалился сквозь землю, остался только извозчик. Пожав плечами, она велела: – Возвращаемся.
Развалившись в повозке, Хань Юньси наблюдала за суетой имперской столицы через полузакрытое окно и размышляла о своем положении. Раз Лун Фэйе признал ее, у нее не должно быть много проблем. Если Хань Юньси не пойдет против наложницы И, та не станет предпринимать ничего в ответ.
Лучше жить в мире и согласии. Пока никто не создает неприятностей, Хань Юньси будет играть роль номинальной принцессы и не доставит им проблем. У нее есть дела куда поважнее: методы нейтрализации ядов традиционной китайской медицины, на которых она специализировалась, в современности ограничены доступом к лекарственным травам. Многие из них уже вымерли. Но сейчас, то есть в прошлом, у нее появилась возможность изучать их и расширять резервы системы детоксикации.
Хань Юньси по натуре всегда была оптимисткой. Подумав об этом, она внезапно осознала, что жизнь прекрасна.
Глава 20
Экстренная помощь
Повозка свернула в переулок и через некоторое время остановилась. Внезапно послышался испуганный голос извозчика:
– Принцесса, кажется, у нас неприятности. Там кто-то лежит… Наверное, следует поехать в объезд?
Подняв занавеску, Хань Юньси выглянула на улицу: впереди на земле распласталось тело молодого человека. Она не могла рассмотреть лица, но, судя по одежде синего цвета, он принадлежал к одной из влиятельных семей государства. Незнакомец тянул к ним руку в немой мольбе о помощи.
Врачебная этика и интуиция заставили Хань Юньси немедленно выпрыгнуть из повозки. Она, как никто другой, прекрасно осознавала, что между жизнью и смертью есть всего одно мгновение. Извозчик преградил путь в попытке остановить принцессу, но она ловко проскользнула мимо. Ему ничего не оставалось, кроме как просто последовать за госпожой.
– Принцесса-матушка, не лезьте на рожон, вдруг это дурной человек? – закричал извозчик. – Принцесса, сегодня второй день свадьбы. Императорская наложница И, должно быть, ждет вас! Мы все еще… – беспомощно причитал он, но Хань Юньси уже была рядом с незнакомцем.
В голове мгновенно раздался предупреждающий сигнал – яд! Сильнейший яд!
Не раздумывая, Хань Юньси перевернула мужчину на спину. Она и подумать не могла, что незнакомец на земле будет настолько красив и благороден.
– Спасите… спасите…
Его лицо стало мертвенно-бледным, а губы постепенно приобретали фиолетовый оттенок. Прежде чем мужчина успел произнести хоть слово, в глазах у него все почернело, и он потерял сознание.
Извозчик, наконец догнавший госпожу, увидел его лицо и изумленно воскликнул:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Фэнгуань сяпэй (кит. 凤冠霞) – церемониальная свадебная одежда, включающая в себя «корону феникса» и расшитый воротник.
2
Циньван (кит. 亲王)– один из высших официальных титулов, приравненный к великому князю или принцу крови 1-го ранга. Присуждался только членам императорской семьи (далее термины древнекитайской системы титулов см. на стр. 561).
3
Один древнекитайский большой час равен двум современным часам. Сутки делились на 12 часов – «стражей», каждая из которых называлась в честь животного восточного гороскопа (далее термины древнекитайской системы измерения времени см. на стр. 557).
4
Тайфэй (кит. 太妃) – титул вдовствующей императорской наложницы.
5
Маджонг (кит. 麻將) – азартная игра в Китае, сочетает элементы стратегии, логики и везения.
6
Тайхоу (кит. 太后) – титул вдовствующей императрицы, императрицы-матери.
7
Муфэй (кит. 母妃), или «матушка», – уважительное обращение к свекрови, которая носила титул императорской наложницы.
8
Шэн (кит. 笙) – губной орган, традиционный музыкальный инструмент в Древнем Китае.
9
Сяо (кит. 箫) – продольная бамбуковая флейта с закрытым нижним торцом, традиционный музыкальный инструмент в Древнем Китае.
10
Цунь (кит. 寸)– мера длины, равная примерно 3,3см (далее древнекитайские меры длины и веса см. на стр. 559).
11
Ванфэй няннян (кит. 王妃娘娘) – титул супруги императора.
12
Лохунпа (кит. 落红帕) – простынь для первой брачной ночи.
13
«Драконий пруд или логово тигра» (кит. 龙潭虎穴) – идиома, подрузумевающая под собой опасное место.
14
«Опавшие лепестки на белой простыне» (кит. 落红白帕) – идиома, означающая потерю девственности.
15
Ванфэй (кит. 王妃), или «принцесса», – титул главной супруги местного правителя.
16
Цветы лотоса красивы, но белые содержат токсин. Именно поэтому коварного человека с привлекательной внешностью называют «белый лотос».
17
Хуаншу (кит. 皇叔), или «дядя императора», – титул, который часто использовался в исторических текстах для формального обозначения родства внутри императорской семьи. В том числе, данный титул давался сводным братьям, что подчеркивало их кровную связь.
18
Гуйфэй (кит. 贵妃), или «драгоценная супруга», – титул императорской наложницы 2-го ранга.