Верданские лисы

— Закажи мне какой-нибудь десерт. — Мне просто необходимо чем-то занять рот.

— Хочешь сладкого? — Шепчет он мне в губы.

Нет-нет-нет, да-а-а.

Его губы касаются моих прямо среди зала. Он так близко, его дыхание обдаёт меня жаром, язык ласкает мой. То, что происходит между нами, лишь физиология. Я не чувствую ничего необычного, но это неплохо, это даже приятно. Он на секунду прерывает поцелуй, жмурится и сжимает кулаки.

— Как же долго я этого ждал… Моя, — его голос слегка дрожит, а потом Куэйн, не давая мне опомниться, снова набрасывается на мои губы.

Мужская ладонь жадно шарит по моей спине.

Проклятие и правда исчезло.

Внутренне я ликую, хочу сильнее развернуться к нему и случайно задеваю локтем что-то на столе. Тут же ловлю предмет второй рукой. Я отрываюсь от губ ничего не понимающего Куэйна и отупело гипнотизирую лезвие, остриём упирающееся ему в брюки. Я поднимаю руку, и алые капли стекают от моей сжатой в кулак ладони вниз по запястью.

— Рангана, но как? — Куэйн аккуратно забирает нож. — Твоя рука в крови, нам надо в госпиталь, сейчас я рассчитаюсь.

— Сиди. Я в порядке. У меня в сумочке всё есть.

В туалете я обрабатываю руку. Ничего серьёзного, специальный состав быстро склеивает порезы. Для надёжности я накладываю повязку, по инструкции она нужна лишь на ближайшие полчаса. Спасибо курсам первой помощи, всё занимает у меня от силы несколько минут.

Довольная собой, я улыбаюсь собственному отражению.

— Ну что, проклятие, я тебя уделала? Он меня поцеловал. Дважды. И вовсе не пострадал, ха! — Я выпрямляю спину и уверенной походкой, которую мы с Дарлой долго репетировали, шагаю к нашему столику.

Куэйн изучает повязку.

— Вот это да, не зря ты проходила те курсы… Ты точно в порядке?

— Да, точнее некуда, — я улыбаюсь ему, а он глазами впивается в мои губы. — А откуда ты знаешь про курсы?

— Ты же сама как-то говорила. — Он тут же переключается с меня на проходящего мимо официанта.

Пока я судорожно пытаюсь вспомнить, кому в Центре искусств я могла говорить о курсах первой помощи, ведь об этом не знала даже Дарла, Куэйн заказывает нам коктейли. Вспомнив, что записалась на курсы в перерыве между лекциями, я расслабляюсь.

И когда я успела стать такой подозрительной?

Да и откуда ещё он, в самом деле, мог об этом узнать…

Должно быть, он просто услышал, когда я отдавала команду голосовому помощнику.

Нам приносят коктейли. Они прохладные, сладкие и лишь слегка отдают злиттером, но на третьем в ногах появляется слабость, а меня наполняет решимость. Теперь я сама тянусь к его губам.

Один раз живём.

Этот поцелуй долгий, глубокий… С намёком, нет, даже с уверенной заявкой на продолжение. Бокал в руке потряхивает от волнения, и я проливаю часть содержимого Куэйну на брюки.

— Прости, — говорю я без нотки сожаления.

Я не узнаю смелую женщину, которая берёт в руки салфетку и, не отрывая взгляда от глаз Куэйна, трёт его брюки. Он чуть отодвигается от стола, чтобы мне было удобнее.

— Знаешь, я никогда не верил этим бредовым слухам, что про тебя распустили. Не сомневаюсь, кто-то из твоих бывших решил тебе насолить. Ну какое ещё проклятье?

Я, словно ошпарившись, отдёргиваю руку от его штанов и бросаю сжатую в комок салфетку на стол.

— Но я не верил, и не зря, такая горячая девочка.

После этих слов меня пробирает стыд и отвращение, я оглядываюсь по сторонам и, словно вижу себя чужими глазами.

До чего я докатилась?

От отчаяния позволила малознакомому мужчине целовать себя на глазах у всех. А у меня ведь даже нет к нему чувств.

Пора всё это заканчивать.

К нам приближается официант с подносом. Теперь не тот, что обслуживал наш столик, а гораздо моложе. Он старается держать фирменную выправку, но видно, как жилы на кисти под подносом вздулись от напряжения, а улыбка на его лице выглядит крайне неестественной.

Видимо, новенький.

Он смотрит то на горящий голубым огнём стейк, то куда-то мне за спину и не замечает лазерно-жёлтую сумочку, стоящую на полу. Дальше всё словно в каком-то дурацком фильме.

Официант спотыкается, стейк летит прямо на Куэйна. По спине пробегает озноб, и меня примораживает к месту, потому что я наблюдаю за его падением. В первую секунду я радуюсь, что всё обошлось, но Куэйн подскакивает и шлёпает себя по брюкам. Пламя яростно пожирает ткань.

Женщина с соседнего столика выплёскивает на Куэйна содержимое своего стакана, после этого пламя вспыхивает с удвоенной яростью, Куэйн по-девчачьи визжит и уносится в туалет, а я мгновенно трезвею.

Примечания