В поисках потерянного сердца

Дисклеймер

Уважаемые читатели, прежде чем вы погрузитесь в историю, я хочу вас предупредить: эта книга не вписывается в привычные рамки любовного фэнтези.

Здесь чувства не становятся безусловным спасением, а скорее испытанием — тяжёлым, противоречивым, а иногда разрушительным.

Это фэнтези с элементами гримдарка, где нет однозначно правильных решений и гарантированно счастливых финалов.

Пожалуйста, учтите: книга предназначена для взрослых читателей 18+. В ней поднимаются темы, которые могут показаться сложными или болезненными, а герои далеки от идеала — они ошибаются, совершают жестокие поступки и руководствуются не только благородными побуждениями.

Если вы ищете лёгкое, светлое чтение с предсказуемым финалом, эта история может вас удивить.

Но если вам интересно мрачное, психологичное фэнтези о богах и людях, о цене ошибок и о том, что даже вечность может быть бременем, — присаживайтесь поудобнее, я расскажу вам мрачную сказку.

Плейлист:

Klergy — fight for survival

Lincoln Davis — Run for you life

Liv Ash — a storm is comin

Black red gold — unleash the lion

ARKIVAL — before darkness falls

ShadowEyeMusic — touch herand die

Klergy — dangerous game

Lost portals — shout

Sami J. Laine — see the light

Когда ветер приносит кровь

В этот день всё пошло не так. Но понять, с какого именно момента не получалось.

Я проснулась ещё затемно от беспокойства, которое ворочалось внутри, вызывая странную, почти болезненную тошноту. Кровать перестала быть удобной, мысли спутались в тугой клубок и не давали уснуть.

Когда мне наконец удалось задремать снова, за окном уже брезжил рассвет. Первые лучи солнца залили комнату тёплым светом. Но легче не становилось.

— Немедленно вставай, посланник прибыл!

Я застонала и спрятала лицо в подушку, услышав громкий голос старшей сестры.

Пробуждение вышло гадким.

Надевая платье, я случайно наступила на подол и с треском разорвала ткань. Пришлось хвататься за иголку, чтобы впопыхах залатать дыру. Шов получился небрежным и кривым, но времени менять наряд не было.

Платье пополнило мой скромный гардероб всего пару ночей назад, когда сестра закончила возиться с тканью.

— Фьори! Дождь собирается, хватит прихорашиваться, — Катерина открыла дверь в комнату и окинула меня недовольным взглядом.

— Да-да, уже бегу, — схватив гребень со стола, я принялась расчёсывать серебряные пряди.

Закатив зелёные глаза, сестра прислонилась плечом к деревянному косяку. Судя по всему, уходить она не собиралась, решив убедиться, что я действительно тороплюсь.

— Всё.

На кухне уже ждал посланник из дворца, который коротко поприветствовал меня.

Запихивая снадобья и травы для предстоящего пути, я уронила маленький флакон с ценным порошком. Содержимое рассыпалось по полу мелкими жемчужинами.

Вздохнув с досадой, я наклонилась, чтобы собрать остатки, но почувствовала резкий удар по затылку — не болезненный, но неприятный.

— Да что с тобой сегодня? — сестра схватила меня за руку, стараясь говорить тише, чтобы посланник не услышал её.

Тучный мужчина скромно сидел на скамейке и смотрел себе под ноги. Уж не знаю, его скромность была чертой характера или страхом от того, что именно ему выпала честь отправиться в лес к вольному народу.

— Просто не выспалась...

Рассказывать о своих подозрениях было нечего, а моё предчувствие вряд ли имело какой-то вес.

— Вечно у тебя бессонница перед встречей с королём, — Катерина смягчилась и заправила прядь мне за ухо. — Возвращайся поскорее, я приготовлю твой любимый земляничный пирог.

— Обещаешь?

— Клянусь сердцем, — поцеловав меня в лоб, она взглянула уже серьёзнее.

Я собиралась покинуть дом, но неожиданно развернулась и сжала сестру в объятиях. И это была ещё одна странность, объяснения которой у меня не нашлось.

От неё пахло вереском и дымом. Сильнее прижавшись, я отчего-то всхлипнула.

Нас было двое в целом мире. Родители умерли из-за хвори, когда мы были детьми, поэтому воспитывать нас взялась бабушка. Но и она скончалась. Катерина была старше.

При жизни бабушка научила нас многим вещам. Особенно тем, которые помогали не умереть без куска хлеба в хищную зиму.

Мы остались жить среди вольного народа, в лесных поселениях, не относящихся ни к одному королевству.

— Заводи тесто, сестрёнка, — быстро обтерев щёки рукавом, я опустила голову и кинулась к дверям.

В пути нас застал сильный ветер, поднявшийся с моря, а затем и ливень. Повозка с трудом пробивалась сквозь поток дождя, хрупкие колёса скользили по размокшей земле, замедляя движение.

Дорога, ещё недавно казавшаяся вполне проходимой, теперь стала непредсказуемой и опасной. Мы продвигались всё медленнее, словно сама природа пыталась остановить нас.

— Да чтоб вас… — тихо шипел посланник, цепляясь толстыми пальцами за боковые ручки.

Чем дальше повозка увозила меня от дома, тем сильнее разрасталась тревога. Я прислушивалась к звукам, пытаясь уловить что-то необычное, но кроме неумолимого стука дождя и воющего ветра ничего не слышала.

Только добравшись до дворца, я немного расслабилась или потеряла бдительность — тут, как посмотреть. Возможно, если бы не встреча королём Арсланом во дворцовых коридорах, всё было бы иначе.

— Леди Фьори.

Правителю не полагалось склонять голову, но я не стала указывать ему на это. Всё же новая должность недавно легла на его крепкие плечи.

— Король, — хотя я не имела ничего общего с дворцовым этикетом, покорно поклонилась.

Вольные люди не считались с королями, но могли сосуществовать по соседству, если те не притесняли и уважали их свободу. К счастью, уже много лет королевский род предпочитал дружить с такими, как я, пользуясь взаимовыгодными отношениями.

— Вам совершенно ни к чему эти предрассудки, — усмехнулся Арслан, явив небольшие ямочки на щеках.

Мужская ладонь уверенно смахнула светлую чёлку со лба и задержалась в воздухе у моего плеча, опускаясь.

Раньше от этого вида коленки бы подкосились, а сердце бешено затрепетало, но теперь…

— Я приглашённый гость в королевском дворце. Здесь ваши правила, ваше величество. В моих лесах, если когда-то изволите их посетить, я не склоню головы.

Арслан махнул сопровождающей страже, и те мгновенно ретировались, оставив нас наедине.

Король огляделся по сторонам и сделал шаг мне навстречу, затем ещё один, пока расстояние между нами не сократилось.

Отчаянно хотелось коснуться его, но я заставила себя не двигаться. Взгляд скользнул с подбородка и пересекающего его тонкого шрама к острым скулам, прямому носу, густым светлым бровям и пронзительным голубым глазам, на пару оттенков темнее моих собственных. Губы я намеренно проигнорировала, опасаясь, что они заставят пожалеть о своём решении.

Сколько прошло с нашей последней встречи?

Я спрашивала себя напрасно: ответ давно был известен. Мы не виделись десять месяцев. За это время принц побывал в походе, похоронил отца, женился и стал королём.

Мой же мир оставался неизменным. Я встретила свою двадцать пятую зиму, молилась лесным богам, чтобы в наших краях не появилось новых болезней, а хищники не начали нападать на мой народ.

И именно это было причиной, отчего наивные мечты о прекрасном принце никогда не стали бы реальностью.

— Я соскучился, Фьори…

— Слышала, вы женились, ваше величество, — я намеренно вздёрнула подбородок.

Король усмехнулся, но улыбка не затронула его глаз, скорее, в них мелькнула печаль. Диким народом называли нас, но по-настоящему варварскими были обычаи королей. Брак по расчёту был лишь одним из них.

Среди вольного народа не было предрассудков и уж тем более договорных браков. Любовь не поддавалась расчётам, как и любое другое чувство. Её не купишь и не продашь, но это у нас, у простолюдинов…

Наше влечение возникло, когда Арслан ещё был принцем. Ни мне, ни ему не следовало нарушать границы, но что могло остановить двух отроков, чьи чувства были столь сильны, что легче было задохнуться от поцелуев, чем отпустить друг друга?

Виделись мы нечасто, но этого хватало, чтобы влюбиться до беспамятства. Я знала, что наша связь не сулит ничего серьёзного, и всё же позволила ей перерасти в нечто большее.

Сейчас приходилось давить проснувшиеся чувства, напоминая, что я здесь для более важных дел.

— А вольный народ, как я вижу, в курсе всех новостей.

— Птицы летают повсюду, господин. Для них нет королей и другого народа. Они всегда щебечут о разном. Например, недавно дошла весть, что королева ждёт наследника. Мои поздравления, — я постаралась улыбнуться, игнорируя боль в груди.

Не было никаких птиц, лишь молва народа, любящего перемывать косточки. Свадьба короля стала грандиозным событием, на неё даже отправились вольные люди, желающие своими глазами увидеть новую королеву.

Поклонившись, я отступила.

— Прошу прощения, король, мне нужно навестить вашу сестру.

— Фьори… — Арслан недоговорил, протянул руку, но тут же вернул её к рукояти меча на своём поясе. — Спасибо, что приехала.

Всё было очевидно с самого начала. История, не имеющая счастливого конца. Во мне не водилось и капли ценной для королевства крови, только знания в целебных травах, но этого было недостаточно, чтобы связать себя с королём.

Я обошла Арслана и быстрым шагом направилась дальше по коридору.

Как только я распахнула дверь, из спальни буквально выбежали две прислужницы. Судя по их лицам, они были как никогда рады моему приходу.

Девушки склонились в знак приветствия, одна из них виновато покачала головой, заверив, что принцесса не позволяет им навести порядок.

Ивэлин, не обращая внимания на окружающий беспорядок, сидела спиной ко мне и, погружённая в свои мысли, водила пальцем по стеклу, рисуя узоры.

Вокруг неё валялась одежда, которую она, по всей видимости, сбросила за ненадобностью.

На низком столике лежал бокал, наполовину наполненный вином, но большая его часть уже вытекла. Багровые капли медленно стекали на мраморный пол.

Я замерла, разглядывая лужицу под ногами. Внутри заныло от боли. Пришлось схватиться пальцами за грудь, жадно глотая воздух.

— Ветер принёс войну! — внезапно крикнула принцесса и хлопнула по стеклу ладонью.

— Ивэ…

Наваждение спало также стремительно, как появилось. Я осторожно подошла к девушке, положив руку на исхудавшее плечо.

— Ветер принёс только меня.

Миловидная копия Арслана повернулась ко мне и широко улыбнулась. В её глазах на мгновение блеснуло узнавание, но тут же угасло, затуманенное чем-то неведомым. Принцесса снова нахмурилась и отвернулась.

— Фьори, зря ты приехала сегодня, очень зря!

— Почему же, златовласка? — я присела рядом с девушкой, заглядывая в голубые глаза. — Мне пришла весть, что тебе опять нездоровится. Я здесь, чтобы облегчить твой недуг. Снова бессонница?

Девушка замотала головой, её пшеничные косы растрепались.

В прошлую нашу встречу Ивэлин выглядела куда лучше, чем сейчас. Если постараюсь сегодня, возможно, я смогу вылечить её навсегда. Не зря я всё это время искала способы, чтобы разобраться с недугом.

Травы были способны исцелить тело, но раненую душу залечивало только время — это я знала не понаслышке.

Родившаяся лишь на пару минут позже своего брата, Ивэлин моментально получила статус слабого ребёнка. Повитухи, принимавшие роды у тогдашней королевы, сулили смерть принцессе, но моя бабушка спасла младенца.

Королева скончалась от хвори, когда наследникам ещё не было и пары месяцев. Дети не успели почувствовать материнской любви.

Ивэлин росла, но с годами её всё больше убеждали в слабости и болезненности. Девушку не пускали на светские мероприятия, часто запирали в комнате и порой лишали даже прогулок под солнцем.

Я была уверена, что король Брион любил свою дочь, но любовь не всегда шагала рука об руку со здравым смыслом.

Мне было тринадцать, когда я впервые попала в замок вместе с сестрой. В тот день я познакомилась с королевской семьёй и узнала, что принцесса страдала бессонницей, из-за которой временами бредила. С тех пор я приезжала время от времени, чтобы справиться о здоровье Ивэлин. Бывало, что ей становилось лучше, но бывало, что за травниками из вольного народа посылал сам Арслан.

Я встала и бросилась к сумке, перебирая снадобья. Разговоры с Ивэлин подождут — сначала нужно дать ей лекарство.

— Ивэ, тебе нужно выпить это! — схватив небольшую склянку с узким горлышком, я протянула её девушке.

Принцесса так сильно сжала мою руку, что я вскрикнула от неожиданности.

— Меня здесь никто не слышит, Фьори! Я говорю, ветер принёс войну, ты понимаешь? — в округлившихся глазах плясало безумие, но я кивнула.

— И что нам делать?

— Кровь прольётся. Этого не избежать, — лицо принцессы побледнело, а пальцы, крепко сжавшие мою руку, похолодели.

— Ивэ, не бойся, шторм пройдёт, и уже завтра выглянет солнце, — я успокаивала её, но чужой страх передавался и мне, скользкими щупальцами окутывая разум.

— Дождь смоет кровь, но она пропитает землю, её аромат ещё долго будет стоять в воздухе. Когда ветер принесёт кровь…

Слушать бредни я больше не могла, от несвязных слов у меня зашумело в голове. Схватив девушку за затылок, я с силой влила снадобье ей в рот. Лечебный отвар действовал лучше, если его принять добровольно, но у меня не было выбора.

Тело принцессы обмякло, я позвала стражу, стоявшую за дверью, чтобы уложить её в кровать. Мне хотелось поскорее закончить с этим и больше никогда не появляться во дворце, но, похоже, придётся задержаться, чтобы понаблюдать за её состоянием. Как только Ивэлин придёт в себя, моя работа будет завершена.

— Позовите прислужниц, которые должны следить за принцессой.

Крепкие мужчины, облачённые в кожу и кольчугу, смотрели на меня с недоверием, но возражать не посмели.

О вольном народе ходило столько слухов, что и в самый увесистый талмуд не вместишь. Всё, что скрыто от большинства людей, вызывало одновременно интерес и страх. Говорили, что детям простолюдинов рассказывали страшилки, будто мой народ сеял смерть на полях, а когда плоды созревали, ими кормили немилостивых.

Разумеется, байки были всего лишь домыслами и ничего общего с истиной не имели.

Вольный народ был всего лишь бывшими кочевниками, которые много лет назад обжили дикие леса. У них получилось не просто выжить в трудных условиях, но и научиться использовать лес в своих нуждах. Лучшие травники и охотники были именно из нашего народа. Но простому народу обыденность была неинтересна, оттого-то на нас смотрели с подозрением.

Я надавила на переносицу, чувствуя, как боль в висках распространилась на затылок.

Пока Ивэлин мирно спала, я подошла к окну. Сквозь гонимый ветром дождь рассмотреть ничего не удавалось.

Надеюсь, погода смилостивится, и завтра я смогу вернуться домой. Холодный камень дворца казался таким неуютным по сравнению с тёплым деревом родного дома.

Поскрипывая, створка двери приоткрылась, впуская тех самых юных девушек, что склонили головы передо мной.

— Как давно принцесса не спала?

— Пару дней! — выкрикнула одна из прислужниц и тут же потупила взгляд.

— С чего всё началось?

— Её величество проснулась утром и отказалась от завтрака. Она сидела у окна весь день, всматриваясь в горизонт моря. К вечеру она начала плакать и говорить, что ветер несёт смерть всем нам… — девушка запнулась и покосилась на окно.

Всё было хуже, чем я могла предполагать. Если раньше принцесса страдала бессонницей, отказывалась от еды и лишь иногда путала реальность со сновидениями, то теперь всё усугубилось. Я взяла с собой достаточно лекарств, но смогут ли они помочь?

— Приготовьте для меня соседние покои. Я останусь здесь до завтра.

Ночь в королевском дворце оказалась ещё хуже, чем я представляла. Заснуть отчаянно хотелось, но сколько бы я ни старалась, сон упорно не приходил.

Мягкая перина и шелковистые одеяла, вместо того чтобы дарить предвкушение сладкого сна, лишь усиливали раздражение, вызывая желание выбраться из этой кровати.

Вторая ночь без нормального сна ничего хорошего мне не принесёт, но я успокоила себя, что смогу выспаться, когда вернусь домой.

Однако при этой мысли на сердце легла такая тоска, что захотелось завыть от боли. Я и раньше ночевала вне дома — обычное дело для моего народа отлучаться по делам в разные уголки наших краёв. Ведь то тут, то там людям нужна была помощь, которую способны оказать лишь мы.

Я скинула одеяло и свесила ноги с кровати, распуская тугой пучок волос.

Серебряные пряди упали на плечи, ловя отблеск ночной лампы. Дождь за окном продолжал, не утихая, стучать по стеклу, наполняя тишину беспокойством.

«Ветер принесёт кровь…»

Голос принцессы, звучащий в голове, заставил кожу покрыться мурашками. Я всё больше беспокоилась за состояние Ивэ. Возможно, прислуга ошиблась, и принцесса не спала гораздо дольше, чем они говорили.

Оставалось молиться, чтобы ей стало лучше как можно скорее.

Неплохо бы и мне принять травы, чтобы хоть немного поспать этой ночью. Всего глотка будет достаточно, чтобы уснуть до утра…

Вдруг в коридоре раздался резкий звон разбивающегося стекла, эхом отразившийся от мраморных стен, а сразу за ним — пронзительный крик, полный ужаса и боли.

Я на мгновение застыла, но тело среагировало быстрее, чем я успела осознать происходящее. Волосы на загривке встали дыбом, как у зверя, ощутившего надвигающуюся опасность.

Предчувствие, которое тихо дремало где-то в глубине, теперь сорвалось с цепи и бросилось в бой, заставляя сердце колотиться в такт этому грохоту. Каждый удар отзывался в груди, вынуждая кровь стынуть в жилах.

— На замок напали! Немедленно прячьтесь! — Топот ног и звон стали за дверью заставили меня похолодеть.

Нужно было бежать, потому что четыре стены точно не защитят меня от опасности. Я сорвалась с места, схватила дорожный плащ и сумку с лекарствами.

В коридоре царил настоящий хаос.

Слуги, охваченные паникой, сбивали друг друга с ног в попытке поскорее скрыться от неведомой опасности. Солдат королевского дворца поблизости не было, но я отчётливо слышала, как вдалеке сцепляются в схватке мечи.

В этом крыле дворца находились покои принцессы, но у её комнаты не было ни одного защитника, что заставило меня напрячься сильнее. Ивэлин должна была крепко спать в своей кровати и вряд ли способна проснуться даже от такого шума.

Я недолго раздумывала. Прижалась к стене и осторожно поползла вдоль неё, стараясь оставаться незамеченной. На ватных ногах я добралась до покоев принцессы и осторожно приоткрыла дверь.

Ивэлин мирно спала.

— Ивэлин! — я потрепала принцессу по плечу. — Проснись, пожалуйста, замок в опасности. Нам нужно спрятаться!

Кто и зачем напал на дворец, я не представляла, но что-то подсказывало, что эти гости были незваными и вряд ли пришли просить крова в ненастную погоду.

Мои старания оказались тщетными. Я лично готовила отвар и знала, что он сработает именно так, как должен.

Принцесса проведёт во сне по меньшей мере двенадцать часов.

Я могу сбежать, спрятаться где-нибудь, пока всё не утихнет, и вернуться домой…

Всё-таки дворцовые интриги не касались моего народа, и отдавать жизнь за это было бессмысленно. Короли, принцы и принцессы сменяли друг друга, но мой мир оставался неизменным.

«Настанет день, и ты спасёшь тысячи человек…»— прошелестел в голове голос бабушки.

Много ли я смогу сделать, лишившись жизни сегодня?

Цена спасения

Ноги понесли меня прочь из комнаты, но что-то заставило обернуться. Я была готова проклинать свою сердобольность, проснувшуюся в ненужную минуту, но вместо этого застонала и вернулась к кровати.

Тело принцессы оказалось удивительно лёгким. Я на мгновение ощутила неуместную радость, что мне хватит сил приподнять её. Но тащить Ивэлин, я не смогу — это выше моих возможностей. Однако спрятать девушку от любопытных глаз показалось здравой идеей.

Схватив тяжёлое одеяло, я рывком стянула его с кровати, оно упало на пол, рассыпавшись мягкими складками. Не теряя времени, я осторожно уложила Ивэ на пол рядом и, сдерживая дрожь в руках, перекатила её под кровать. Пространство под ней было достаточно широким, чтобы скрыть спящую девушку.

Перед уходом я вложила в руку принцессы несколько стеклянных пузырьков со снадобьями. Зелья от недугов, спасительные капли и порошки могли пригодиться раненым в замке.

Пальцы Ивэлин сжались вокруг стеклянных сосудов, и я задержала прикосновение, глядя на её скрытое в полумраке лицо.

Шум снаружи становился всё громче, а времени на спасение всё меньше. Я выпрямилась, бросив последний взгляд на тёмную щель под кроватью, где теперь скрывалась Ивэ, и, стараясь действовать как можно тише, направилась к выходу.

Мне оставалось молиться, что принцесса и король останутся живы.

Знала бы я в тот момент, что молиться следовало за себя…

Пальцы коснулись дверной ручки, но я не успела выйти.

В дверях показались два высоких широкоплечих незнакомца в кожаных доспехах с тиснением змей на предплечьях. Мужчины переглянулись, и холод пробежал по моей спине.

Тёмные волосы одного из них были затянуты в тугой пучок на затылке, второй был обрит налысо. Я моментально смекнула: это не королевские стражники и дело не только в их чужеродном облачении. Что-то недоброе читалось в их взглядах, направленных прямо на меня.

— Это она? — грубым голосом спросил один, выставляя остриё клинка вперёд.

Она?

Эти двое явно приняли меня не за ту, кого искали. А в том, что они искали принцессу Ивэлин, я не сомневалась — зачем ещё врываться в её покои?

— А мне откуда знать? — мужчина нахмурился, направившись в мою сторону.

Я, не желая быть пойманной, сделала шаг назад.

— Господа, я не та, за кого вы меня принимаете! — сумка со снадобьями выпала из рук, когда воин схватил и грубо потянул к себе.

Темноволосый усмехнулся, скривив рот.

— Полегче, Верет. Принцессу надо доставить живой, помнишь?

— Думаешь, это она? — он сжал мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Я не вижу здесь других принцесс. А эта вполне подходит под описание: светлые волосы, голубые глаза…

— Светлые? Да она ж седая, как моя прабабка, Ярв! — Незнакомец сильнее сжал челюсть, и я вскрикнула от боли. Он не ослабил хватку, а лишь шире улыбнулся, наслаждаясь моей беспомощностью.

— Да плевать мне, пошли отсюда. Самое интересное скоро начнётся…

Договорить Верет не успел, я со всей силы вцепилась зубами в его крупную руку, что сжимала моё лицо. Он явно не ожидал этого, поэтому первое, что сделал — оттолкнул меня в сторону, отчего я свалилась с ног и ударилась боком о твёрдый пол.

— Ого, прыткая какая! — присвистнул Ярв. — Свяжи-ка ей руки и рот заткни, чтобы не выкинула ещё чего.

Лысый с отвращением приблизился, потряхивая раненой рукой. И хотя на его лице отражалась боль, я видела: причинённый мной вред был совсем не тем, на который я рассчитывала.

Я попыталась отползти, упираясь руками, но это было бесполезно. Верет схватил меня за ногу и грубо развернул лицом в пол.

Страх сковал, я не могла произнести и слова, ощущая сухость во рту.

Принцесса, настоящая, которая должна была оказаться на моём месте, лежала под кроватью и не двигалась. Мне следовало сказать правду, всё сложилось бы иначе, но я продолжала молчать, глотая слёзы, которые текли по щекам.

Руки за спиной затекли от неудобного положения, а рот заткнули какой-то тряпкой, повязав поверх верёвку.

Ярв не убирал меча, держа его наготове, и уверенно шагал вперёд по коридорам королевского дворца. Верет шёл позади, то и дело подталкивая, заставляя идти быстрее.

Я продолжала повторять себе, что всё происходящее — нелепость. Сейчас я доберусь до их главного и объясню, что я не принцесса. Меня не могут убить ни за что — это настоящее безумие!

Мысли кружились в голове, пытаясь сложиться во что-то единое, но паника заглушала голос разума. Я вспоминала всё, что знала о королевстве Рейнград и тех, с кем оно воевало, но, по правде говоря, знаний оказалось мало.

Правление предыдущего короля Бриона, отца Арслана, не было запятнано кровью. Королевство не участвовало в битвах, насколько мне известно. Я знала лишь то, что принц во главе небольшого отряда периодически выезжал на границы государства для контроля безопасности.