Далида. Нити судьбы

Глава 1

Тит быстрыми шагами поднимался по ступенькам замка Нэй.

– Предупреди всех рыцарей и командиров, что вечером срочный военный совет, – говорил он шагающему вслед за ним молодому мужчине, – к Палхому едешь со мной. И еще… – он остановился и посмотрел на своего спутника, – собери с дюжину рыцарей. Они будут нас сопровождать до дворца. Я больше не собираюсь глазеть на сырые стены темницы Палхома. Пусть они будут готовы, на случай, если что-то пойдет не так.

– А мне показалось, что ты неплохо тогда отдохнул. Пара месяцев безделья тебе, вроде, даже на пользу пошли, – ответил тот, вновь последовав за Титом вверх по ступенькам.

– Мне теперь не до безделья… Савр… А ты знаешь, что я женат?

– Что? Женат?! – теперь от удивления остановился Савр. – И угораздило же тебя! И кто эта несчастная?

Тит развернулся на ступеньках и пристально посмотрел на озадаченно недоверчивое лицо товарища.

Савру было около двадцати пяти лет. Был он светловолос и приятен на вид, но резко очерченные скулы и волевой подбородок выдавали в нем человека твердого и даже где-то упрямого. А вот светлые глаза с легким прищуром и постоянная полуулыбка на лице часто вводили незнающих его людей в заблуждение. На первый взгляд, он создавал впечатление вечно ухмыляющегося простачка, каково же бывало удивление некоторых, когда при любой беседе он проявлял удивительную образованность, острый ум и невероятную проницательность.

Ростом молодой мужчина был повыше Тита, но примерно равного с ним сложения. Одет достаточно неброско, можно сказать, даже просто. Но торчащие из-за спины две кривые сабли и кинжалы, красовавшиеся на его широком поясном ремне, без слов внушали уважение любому оппоненту.

– При первой же возможности я тебя с ней познакомлю, – отвечал Тит на шутку товарища, – вы точно понравитесь друг другу… Это Далида Майён из Мадары.

– Это та девушка, что помогала тебе открыть дамбу?

– Именно.

– Мне кажется, я видел ее при нашем отъезде из Сирта. Вы тогда так мило прощались друг с другом.

– Ты подсматривал?

– Я наблюдал!.. Чуешь разницу?

Тит хмыкнул.

– Ну-ну… наблюдатель…

Наконец, мужчины добрались до нужной двери и вошли в огромный кабинет Тита.

Длинные, высокие стеллажи сиротливо глядели на своего хозяина, скучая по рядам книг, совсем еще недавно наполнявших все эти полки снизу доверху.

На большом столе лежали раскрытые карты и небрежно разбросанные листы бумаги с записями, заметками, навигационными и топографическими набросками.

Тит, подойдя к столу и порывшись в картах, достал нужную и развернул ее перед Савром.

– Как писал Палхом, затолы продвинулись здесь, – он склонился над картой и ткнул пальцем у края границы королевства Лидар.

– Да подожди ты с картами! – остановил его Савр, подошедший с противоположной стороны стола. – Я все про девушку думаю. Ты что, ее колдовством каким приворожил? Или… – рыцарь пристально смотрел на друга, – я надеюсь, ты силком ее из дома не уволок?

Тит, все еще продолжавший разглядывать местность на карте, наконец поднял голову и со свойственной ему довольной улыбкой посмотрел на товарища.

– … Не-е-ет! – воскликнул Савр. – Не может быть! Да она тебя, должно быть, ненавидит?!

– Надеюсь, что нет…

– Что-то я сильно сомневаюсь… А при первой возможности, обещаю, я помогу ей сбежать от тебя! – шутливо прищурившись, пригрозил Савр.

– Только подойди к ней…

– Что значит «только подойди»? Еще минуту назад ты обещал нас представить друг другу. Где логика? Или ты через замочную скважину в дверях предлагаешь нам познакомиться?

– Меня это вполне устроит, – спокойно продолжал парировать барон.

– А девушку это устроит? Или ты так боишься, что она сбежит, что собак цепных готов к ней приставить?

– Неплохая идея. Как вернусь в Нэйди, так и сделаю.

– Ну, меня это не остановит, ты знаешь.

Тит наклонился над столом и схватил Савра за ворот рубахи. Он подтянул рыцаря к себе и, не отрывая от него взгляда, тихо проговорил:

– Она жена мне… Не вздумай встревать… Иначе я все твои крылышки подрежу… Умник…

Барон отпустил ворот Савра и выпрямился.

– Я так и знал, что ты на самом деле злой самодур и больной ревнивец, – демонстративно отряхивая рубаху, проговорил Савр. – А все твое благодушие – это так… Пыль в глаза…

– Смотри, не расплачься, неженка.

– Даже не надейся, не доставлю тебе такого удовольствия!

Тит хмыкнул и довольно улыбнулся.

– Так что? Теперь о деле? – спросил он уже более серьезным тоном.

– Да, я весь в твоем распоряжении, – подхватил Савр серьезный тон Тита. – Рассказывай, что там у тебя?

Глава 2

Через два часа после этого Тит и Савр уже стояли возле дверей приемной залы Палхома, в ожидании аудиенции.

– Сделай лицо попроще, – проговорил Тит, намекая на извечную улыбку Савра.

– Я что, девица на выданье, чтобы мне подстраивать свою физиономию под каждого? А кому не нравится, может и не смотреть.

– Мы к государю пришли, не в харчевню же.

– Так лучше?.. – Савр натянул фальшивую широкую улыбку, обнажив два ряда белоснежных зубов.

– Шут гороховый… – со смешком ответил Тит. – Идем уже…

Чопорный королевский лакей распахнул перед мужчинами двери, и они вошли в залу.

Палхом сидел на полагающемся королю месте, встречая Тита и Савра чуть горделивым и слегка заносчивым взглядом.

Друзья отвесили сдержанные поклоны, ожидая, когда Палхом заговорит первым.

– Я рад, что ты так быстро прибыл, – обратился король к Титу. – Полагаю, это означает, что наши договоренности остаются в силе?

– Я выполню свою часть обязательств, ваше величество. Но прошу вас припомнить один важный пункт в нашем договоре, который позволяет мне покинуть Лидар в любое время.

– Ты все же решил навсегда покинуть королевство?

– Да. Теперь у вашего величества есть сильный союзник в лице вашего зятя, короля Мадары. Я же, в свою очередь, наведу порядок на границе и распущу дружину. Кто из рыцарей пожелает, сможет пойти на службу вашему величеству, если вы, разумеется, примете их. А другие же, при желании, смогут последовать за мной. В течение трех-четырех месяцев все мои люди покинут замок Нэй и поселения вокруг него.

Палхом сдвинул брови. Присутствие Тита и его дружины в королевстве целиком и полностью обеспечивало его безопасность. Но происшедшие с Аленс события всколыхнули в Палхоме гнев и негодование на барона. Теперь перед королем стояла дилемма: простить его и обезопасить страну (ведь Палхом прекрасно понимал, почему Тит уезжает), или оставить все как есть и надеяться на помощь Аргира в случае дальнейших нападений на границы.

Подумав, король выбрал второй вариант.

– Хорошо, – ответил он. – Я доверяю твоему слову и чести рыцаря и уверен, ты исполнишь все, что обещал, прежде чем покинешь Лидар.

– Не беспокойтесь, ваше величество, мы выступим в самое ближайшее время и отбросим затолов на их земли.

Король кивнул и, сделав знак, что аудиенция окончена, горделиво и величественно удалился.

Мужчины же, выйдя из приемной, направились к ожидающим их товарищам, обсуждая свои дальнейшие планы.

– Отправляемся малой группой, как и решили, – проговорил Тит, обращаясь к Савру. – А на рассвете атакуем затолов и уничтожим все их укрепления. На совете я скажу, кто будет отвечать за переселение, и решим еще ряд вопросов. Как приедем, пришли ко мне гонца. Я напишу письмо Далиде.

– Думаешь, она без тебя скучает?

Тит на секунду задумался, подняв глаза на Савра.

– Я скучаю… Хотя тебе, вольной птице, вряд ли это понять…

– Пфф… Куда уж нам, приземленным, до ваших высоких чувств… Впрочем… Мне и так неплохо живется, без этой всякой чувственной галиматьи… – с театральной маской брезгливости ответил Савр.

Мужчины запрыгнули в седла, и вся кавалькада направилась в Нэй.

Глава 3

Далида сидела у окна, уставившись пустым взглядом на невысокие, покрытые лесами, зеленые горы. Она была целиком погружена в свои мысли и поэтому не сразу услышала, что в ее дверь постучали.

– Госпожа… – голос дворецкого и повторный стук выдернули девушку из задумчивости.

– Войди, Ральф, – отозвалась она.

– Госпожа, только что прибыл посыльный от господина барона. Он ждет вас внизу.

Далида сорвалась с места, едва не сбив стоявшего у дверей дворецкого, и помчалась вниз. Здесь ее дожидался уставший юноша в дорожном плаще. Слегка склонив голову, он протянул девушке запечатанный конверт.

Ли, словно изголодавшийся за хлебом, с жадностью схватила конверт и быстрым движением вскрыла его. Но, пробежавшись по первым строчкам письма, она подняла смущенный взгляд на дворецкого и поспешившего прийти сюда Юна, который, услышав о прибытии гонца, тут же оказался возле девушки.

Чуть растерянно она отошла на пару шагов и повернулась к ним спиной, чтобы ни один из мужчин не смог стать свидетелем эмоций, которые так естественно и даже предательски проявлялись на ее лице.

Глаза Далиды вновь быстро побежали по ровным строчкам письма, то и дело вводя девушку в легкую, а то и сильную краску.

«Я скучаю по тебе! Безумно скучаю! Скучаю так, что хочется бросить все и примчаться к тебе, оседлав ветер.

Сладость твоих губ до сих пор хранит моя память, но я в жестоком отчаянии от того, что не могу вновь к ним прижаться!

Меня съедает невыносимая тоска от того, что я не могу ни увидеть тебя, ни услышать твой голос, ни даже хотя бы шаги!

Об одном сейчас все мои прошения к судьбе и провидению: чтобы эта разлука длилась совсем недолго.

Нет у меня более сильного желания, чем заключить тебя в объятия и больше никогда, никогда не отпускать.

Наверно, ты сейчас снова посмеешься, но я с ума схожу от того, что ты так далеко!

Все, что я хочу говорить и писать тебе, – это о своей безумной, бесконечной любви к тебе!

Но, к сожалению, гонец ждет за дверью, и я вновь вынужден вернуться к делам…»

– Ти-и-ит… – протянула Далида, стараясь сохранять ровное дыхание, которое то и дело норовило остановиться.

«… Я объявил Палхому о том, что навсегда покидаю Лидар, и мои люди (разумеется, только те, кто захочет) уходят со мной.

Земли, принадлежащие нашему замку Нэйди, довольно обширны, можно построить несколько поселений. Я прошу тебя заняться этим…»

– Что? Ты верно шутишь? Я же ничего в строительстве не смыслю! – искренне удивилась Далида.

«…Посыльный передаст тебе также письмо для князя Карит-Алима с моим прошением на обоюдовыгодных условиях разрешить строительство поселений. Прошу тебя, посети князя и передай мое прошение. И как только он даст свое согласие (в этом я уверен), сразу займись планированием и строительством…»

– Ну, передать письмо князю не так уж и сложно. Но вот все остальное… Тит, не слишком ли много ты от меня ожидаешь?

«… Первые переселенцы выдвинутся через два-три месяца. Сколько их будет, тебе сообщит Валтасар, его я назначу отвечающим за переселенцев.

Я верю в тебя, Ли. У тебя все непременно получится…»

– Это, конечно, очень мило, что ты веришь в меня, но я действительно ничего не понимаю в такого рода работе!

«… Сегодня ночью мы выступаем к границе. В успехе нашего похода я уверен. А как только укрепим заставу, я сделаю все, чтобы вернуться домой, потому что каждый день, проведенный вдали от тебя, – это пытка.

Я люблю тебя, Ли. Безумно люблю!

Твой супруг, Тит Кабнэй».

Далида вновь залилась румянцем и, чуть помедлив, чтобы восстановить цвет лица, повернулась к ожидавшим ее мужчинам.

– У тебя должно быть письмо к князю, – обратилась она к гонцу.

Тот кивнул и протянул второй пакет.

– На сегодня ты свободен. Ральф распорядится, чтобы о тебе позаботились. Ступай.

Далида перевела взгляд на терпеливо ждущих Юна и дворецкого.

– Нас ждут большие перемены. Господин барон устраивает «великое переселение» … – девушка немного помолчала и продолжила: – Нам нужно многое обсудить. Ральф, распорядись о посыльном и подойди в библиотеку. Мы с Юном будем там.

Глава 4

Как и предполагал Тит, их неожиданное нападение на рассвете обескуражило врага. Ощущавшие себя в полной безопасности затолы не смогли оказать даже малого сопротивления небольшому отряду Тита. Противник был наголову разбит, но уцелевшим все же дали возможность бежать.

Форпост затолов разрушили, и на этом месте поставили небольшое укрепление и заставу.

В работах и ожидании лидарийских пограничных отрядов прошло около двух месяцев.

С каждым днем нетерпение Тита росло. Он жаждал возвращения домой, к Далиде, высчитывая дни и часы до отъезда.

– Последний лидарийский отряд прибудет на днях, – как-то обратился он к Савру. – Останется лишь передать им заставу и кое-что из имущества. Ты этим и займешься.

– Я? – удивился Савр. – Это почему еще?

– Потому что я планирую завтра уехать.

– Подожди. Как это уехать? Куда уехать?

– В Карит-Алим.

– Но всего несколько дней, максимум неделя, и мы все сможем выехать туда. К чему такая спешка?

– Не могу больше, Савр! Каждый день для меня словно год! Я хочу ее видеть, слышать, об…

Тит запнулся, глядя на озадаченное лицо товарища.

– Но ведь больше двух месяцев прошло с тех пор, как ты уехал из Нэйди. Что может изменить неделя? Разве чуть подождать так сложно?

– Меньше чем за неделю я доберусь до Карит-Алима.

– Меньше чем за неделю?! Да ты сотню лошадей загонишь.

– Я знаю, как нужно обращаться с лошадью, не беспокойся.

– Все же я не понимаю… Но раз уж ты так торопишься, то хоть возьми с собой двух-трех человек. Так будет безопаснее.

– Они будут мне только обузой. Один я быстрее доберусь.

– Упрям, как осел!.. Но, видать, мне тебя никак не переубедить…

– Рад, что ты это понял.

– Ну что могу сказать?.. Собирайся, раз уж решил.

Савр хлопнул Тита по плечу и, развернувшись, зашагал прочь, по пути раздавая указания караульным и солдатам.

Едва забрезжил рассвет, как Тит уже был в седле. Распрощавшись с товарищами, он пришпорил лошадь и, словно на крыльях, понесся, покрывая милю за милей, туда, где, как он надеялся, его ждали.

***

Пейзажи быстро сменяли друг друга, дорога мелькала перед глазами, но Тит ничего не замечал ни перед собой, ни вокруг. Снова и снова пришпоривая лошадь, он торопился добраться домой.

Впереди показалась большая развилка с высоким каменным истуканом. Зная свою дорогу, барон уже направил туда лошадь, но, промчавшись мимо истукана, резко ее осадил.

– Я совсем забыл про песчаных людей, – пробормотал он, медленно подъезжая к центру развилки. Отсюда до пустыни пара дней пути… Когда еще я смогу сюда вернуться? И захочу ли вновь расстаться с Далидой?..

Тит медлил, размышляя, куда же ему ехать: устремиться в Карит-Алим, куда его сердце так безудержно рвется, или свернуть в сторону Мадары и дальше в пустыню, где ждут своего освобождения песчаные люди.

В конце концов, он принял решение и дернул повод.

– Нужно просто сделать это и быть свободным от данного обещания. И уже больше ничто не разлучит меня с Ли!

Его лошадь, почувствовав понуждение всадника, вновь пустилась в галоп, сокращая расстояние до Великой пустыни.

***

Еще практически безжизненная, только-только начавшая возрождаться степь встретила Тита на пути к территориям песчаных людей. Приближаясь к пустыне, он не без удивления оценил, насколько далеко отбросил водный поток песчаных людей. Отпустив повод, барон пустил лошадь шагом и погрузился в воспоминания, с особой нежностью рисуя в них образ любимой. Ее глаза, губы, волосы, голос – все было таким желанным, но сейчас таким далеким.

Подъехав к самой линии песка, он выпрыгнул из седла и отпустил уже уставшую лошадь. Резко очерченная граница между песком и степью в обе стороны тянулась далеко за горизонт. Хоть песчаные люди сейчас спали, но ни путников, ни даже зверя в этих местах не было.

– Ваше время пришло, – тихо проговорил Тит, подойдя к краю песков.

Он задумчиво еще раз окинул взглядом бескрайние песчаные владения, вспомнил рассказ отца о событиях давних и скорбных и, словно набираясь решимости, глубоко вздохнул. Одежды его поменялись с пыльного дорожного камзола на алую с золотом тунику. Но Тит еще медлил, изо всех сил стараясь совладать с нарастающей тревогой. Наконец, словно стряхнув с себя бремя, Странник ступил на песок.

В этот самый миг, словно тысячи игл, пронзили его тело. Тит закричал от нестерпимой боли. Его ноги стали рассыпаться на песчинки, но божественная сущность Странника противилась этому, собирая тело обратно. Проклятие песка вновь раздирало тело Тита на песчинки, и оно вновь собиралось обратно, чтобы затем снова рассыпаться.

Крики от немыслимой боли, казалось, наполняли всю пустыню, пробуждая песчаных людей.

Сколько длилось это истязание, Странник не понимал. Все, что он хотел сейчас, – это просто умереть. Голос разума заглушала агония боли.

– Умереть! Я хочу умереть! – кричал Странник, истекая кровью.

Его вопли постепенно переходили в глухой хрип, а хрип – в еле слышный стон. Потеряв сознание, он рухнул на песок.

Очнулся Тит в мокром от собственной крови песке. Чуть поодаль колыхались песчаные люди, не делая попыток подойти к человеку. Прилагая невероятные усилия, Титу все же удалось подняться. Тело его перестало рассыпаться, и боль немного отступила.

– Я Странник, тот, кто дает свободу от любого проклятия, – прохрипел он, едва удерживаясь на ногах.

Мощный поток света обрушился с неба на землю, обдав Странника золотым и серебряным сиянием. В мгновение ока он вырос до невероятных размеров, так что едва ли не заслонял собой солнце, а его тень накрыла добрую половину пустыни.

Странник сделал движение пальцами, и в его руках появился длинный свиток, исписанный до самого конца…

Глава 5

Все поручения Тита Далида пыталась исполнить с присущей ей прилежностью. Попасть на аудиенцию к князю оказалось делом простым. И, как полагал Тит, князь, недолго думая, согласился на строительство поселений вокруг Нэйди, потому что встречные предложения барона были весьма и весьма выгодны для князя, да и всего княжества.

Далида, ясно осознавая свою несведущность в вопросах градоустройства и прочих тонкостях строительного дела, воспользовалась благосклонностью князя, советуясь с ним и обсуждая важные и не очень вопросы этого масштабного предприятия.

Тот же, в свою очередь, оказывал ей посильную помощь и поддержку в любом вопросе, какой бы ни возник. Не лишним будет сказать, что девушка приобрела в глазах князя особое к себе благорасположение.

Князю, а звали его Низман Нисари, было тридцать лет от роду. Он был довольно сдержан, немногословен и даже отчасти скрытен. Но лишь те, кому Низман бесконечно доверял, могли оценить по достоинству его благородство и глубокую рассудительность. Были у князя, как у любого другого человека, и свои недостатки. Порой он так долго терзался, принимая важные решения, из боязни ошибиться, что создавал впечатление нерешительного, а где-то даже слабого правителя. Однако это было впечатлением ложным. Низман всегда был непоколебим и тверд в исполнении задуманного.

Взгляд его темных, почти черных глаз был приятен и мягок, и женщины, вне зависимости от сословия, неистово желали хоть раз поймать его на себе. Князь не был женат. Имея вокруг себя общество признанных красавиц, он все же не связывал себя узами брака, считая, что не всякая красавица достойна быть его спутницей.

А вот Далида князю очень приглянулась. По приезду, будучи представленной ему лишь однажды, она произвела на князя большое впечатление. И теперь, проводя с ней немало времени, его восхищение девушкой лишь усиливалось.

Привыкший к другому сорту всегда окружавших его женщин – напоказ кротких и покорных, за спиной плетущих интриги, завистливых и циничных, он проникся к Далиде неподдельной симпатией, видя в ней искреннего и открытого человека. Девушка никогда не делала попыток понравиться князю или кокетничать с ним. Она могла позволить себе шутить в его присутствии или высказать собственную точку зрения, что было для Низмана совсем в диковинку и вызывало в мужчине искреннее чувство умиления и даже влюбленности.

И по этой самой причине порой князя одолевала досада, что Ли замужем и у него нет возможности видеть ее рядом с собой в качестве супруги.

Далида же не замечала особого к себе отношения со стороны князя и приписывала все его приятному характеру.

А вот от Юна вовсе не скрылась увлеченность Низмана, поэтому он ревностно следовал за госпожой буквально по пятам, не давая возможности князю оставаться наедине с Далидой.

Так проходило время.

Было запланировано строительство трех поселений и двух дорог с небольшими развилками. Далида с Юном изо дня в день проводили время то в одном, то в другом, то в третьем строящемся поселении, контролируя работу, решая текущие вопросы или раздавая необходимые указания.

Князь, в сопровождении летописца, нередко навещал стройку, находя для этого каждый раз свои собственные убедительные обоснования. Далида всегда была с ним уважительна и учтива, а Юн, понимавший подоплеку, сдержан и нелюдим. Впрочем, как и полагается главе княжества, Низман не обращал на юношу ни малейшего внимания, считая его равным любому другому имуществу в замке Тита и Ли.

В один из таких дней, когда Далида с Юном осматривали новое поселение, а присоединившийся к ним князь рассказывал Ли о важности правильно спланированных улочек, девушке внезапно стало плохо. Она резко побледнела и, застонав от боли, потеряла сознание, упав к ногам Низмана.

– Ли! Что с тобой? – не на шутку встревоженный князь присел рядом и взял девушку за руку.

Далида в ответ лишь глухо стонала от боли.

Юн, с нервным беспокойством тут же подсев к Далиде, стал нащупывать ее пульс, одновременно приложив другую руку на лоб девушке.

– У нее жар и частое сердцебиение. Я отвезу ее в замок.

– Я пришлю своего лекаря, – с искренней тревогой ответил Низман.

Глава 6

Состояние Далиды вызвало большое волнение среди всех домочадцев замка. Дней шесть она мучилась в бреду и горячке.

Личный лекарь князя посещал девушку не меньше чем два раза в день, отчитываясь перед господином о ее здоровье.

Девушку поили отварами, микстурами и прочими лекарственными снадобьями. Благодаря общим усилиям Ли все-таки пошла на поправку, и на девятый день она наконец пришла в себя.

– Что со мной случилось? – тихо прохрипела Далида, разбудив задремавшую возле ее постели сиделку.

– Госпожа! Госпожа! Вы проснулись! – затараторила женщина. – Ох… Я Ральфа позову… Нет… Как вы себя чувствуете? Нет, все же крикну Ральфа….

Бедная женщина металась от постели девушки до дверей и обратно, не зная, как ей поступить.

У Далиды болела голова и ломило все тело, а от беготни и взволнованных причитаний сиделки застучало в висках.

– Да угомонись же ты! – выдохнула Ли. – Объясни наконец, что произошло.

– Уж без малого как дней десять вы, госпожа, в горячке и бреду лежите… Слава небесам, жар спадать начал несколько дней назад, а сейчас, вот, и в себя пришли.

– От чего жар был?

– Никто не знает, госпожа. Князь своего лекаря прислал, а Юн ему помогал. Но лекарь так и не смог понять, что с вами приключилось… То ли болезнь какая напала, то ли съели что-то…

– Десять дней, говоришь… Хорошо… Скажи дворецкому и Юну, что я в себя пришла… Но пусть не приходят ко мне… Я… отдохнуть хочу…

Далида закрыла глаза и погрузилась в полузабытье.

Прошло еще несколько дней, и теперь Ли стала быстро поправляться. Она разрешила Юну и другим навещать себя, стала подниматься с постели и выходить из комнаты.

Все это время, опасаясь ненужных кривотолков, князь справлялся о здоровье Далиды лишь у лекаря, через него же передавал ей и пожелания скорейшего выздоровления.

***

– Ваш чай, госпожа, – расставляя изящные чашечки на небольшом столике в комнате Далиды, проговорила молодая, темноволосая служанка.

– Хорошо, можешь идти, Бэтти.

Далида взяла в руки чашку, а другую придвинула Юну, сидящему напротив.

– Пей, не смущайся… Так что, строительство, говоришь? Все идет по плану?

– Да. Плохая погода в эти дни немного нас задержала, но, думаю, мы успеем.

– Валтасар писал, что первые переселенцы выезжают в середине месяца, то есть буквально на днях… Если учесть количество обозов и пеших людей, то можно предположить, что идти они будут месяца полтора-два. Как думаешь, к тому времени мы сможем закончить большую часть работ?