Далида. Нити судьбы

Глава 7

Остаток дня и несколько следующих Далида провела в размышлениях о том, что же ей делать дальше.

Теперь она вздрагивала при любом шуме, стуке, или топоте копыт, торопясь узнать, возможно ли, это добрые вести о бароне. Но дни шли, строительных работ прибавилось, судьба Тита оставалась неизвестной, а Ли не решалась принять какое-либо решение.

Когда лекарь позволил Далиде недлительные поездки, девушка в сопровождении Юна поспешила отправиться на строительство поселений.

Она слушала старшего мастера, уставившись в пустоту, и время от времени невпопад кивала головой, дабы придать себе некую заинтересованность, но мысли о муже не оставляли ее ни на секунду.

Низман же, узнав, что Ли отправилась на осмотр строительных работ, поспешил к ней присоединиться. Всю дорогу он не сводил с девушки глаз, видя ее потерянный вид и зная о том, что Тит пропал, изо всех сил пытался придать глазам сочувствующее выражение, что периодически ему все же удавалось.

Это была первая их встреча после болезни Ли. И теперь князь решил поговорить с Далидой и ожидал подходящего момента.

И вот, момент подвернулся. Низман отправил сопровождавшего его писца по какому-то незначительному делу и обратился к Далиде.

– Госпожа Ли, мне нужно с тобой поговорить, – князь многозначительно взглянул на Юна, но тот сделал вид, что ничего не понял и отвернулся, оставшись рядом с девушкой.

Погруженная в свои мысли, Далида не обратила внимания на слова князя.

– Госпожа Ли! – чуть громче повторил Низман.

Далида очнулась от размышлений, вопросительно взглянув на князя.

– Я хочу поговорить с тобой… Без посторонних…

– Конечно, светлейший князь… – согласилась Ли, не сразу поняв, что Юн ни в какую не хочет удалиться.

Наконец, проследив за взглядом Низмана и увидев насупившегося Юна, девушка сделала ему знак.

– Юн, оставь нас.

Парень еще чуть помедлил и нехотя отъехал в сторону, но так, чтобы Ли и князь оставались в поле его зрения.

– Прекрасная леди, – начал князь, пустив лошадь шагом и вынуждая Далиду последовать за ним, – возможно, наш разговор будет сейчас не совсем уместен, но тянуть более у меня нет желания.

– Что-то случилось, светлейший князь?

– Да. Я намерен наконец-то жениться, поскольку нашел ту, которая сможет не только меня сделать счастливым, но и поможет мне в правлении над Карит-Алимом.

– Князь женится? О, это прекрасная новость!

– Дело в том, – продолжил Низман, – что я полюбил эту девушку, но не знаю, как она отнесется к моему предложению…

– О, поверьте, светлейший князь, девушка непременно ответит вам взаимностью! Ведь вы достойный правитель, прекрасный человек и, простите, очень привлекательный мужчина. Откройтесь ей. Уверена, она будет счастлива.

– Это особенный случай…

– Ну, раз особенный… Возможно, тем более вам нужно с ней объясниться.

– Хорошо… И как мне ей об этом сказать?

– Я не сильна в подобных вопросах и удивлена, что вы со мной советуетесь.

– Может, просто так и спросить ее? Прямо?

– Возможно.

– Госпожа Ли, ты выйдешь за меня замуж?

Ошарашенная Далида распахнула глаза. Ее удивление было столь велико, что девушка даже ушам своим не верила. Может, князь на ней тренируется? Или, скорее всего, она что-то неправильно поняла.

– … Э-э-э… гм-м-м… Светлейший князь… – наконец собралась с мыслями Ли. – Вы репетируете? Хотите узнать, как отреагирует девушка?

– Нет. Я прошу тебя стать моей женой.

– Князь! Это совершенно невозможно! Я замужем!

– Но разве господин барон тебе настоящий муж?

– Что?.. – Далида в непонимании взглянула на Низмана.

– Когда ты упала в обморок и я послал к тебе своего лекаря, мы все были уверены, что ты беременна и оттого с тобой случился приступ. Но оказалось, что…

– Князь! Это уже слишком! – воскликнула девушка, бросив на него злой взгляд и еле сдерживая порыв ответить грубостью.

«Да что же вы все заглядываете в мою постель?!» – тяжело дыша от негодования, думала Далида. – «Какое всем вам дело?! Неужто я кому чем обязана?!»

– Послушай, Ли. Все, что я говорил, действительно правда! Я полюбил тебя и искренне восхищаюсь тобой. И я никогда и ни на что не надеялся, полагая, что ты навсегда принадлежишь барону. Но разве можно назвать ваши отношения браком? Как любящий муж ни разу не приласкал свою жену? Значит, ваш союз и не союз вовсе! И значит, я могу надеяться на твою взаимность. Не ты ли сама только что описала мои достоинства? Значит, ты их видишь! И тем более сейчас, когда Тит, скорее всего, погиб, и ты совершенно свободна.

– Он не погиб… – прошептала Далида.

Юн, наблюдавший со стороны за разговором, увидев, что князь и Далида остановились и что напряжение между ними нарастает, пустил лошадь шагом и стал медленно к ним приближаться.

– Я сомневаюсь… – продолжил князь. – При его опыте вряд ли что-то другое могло задержать барона в пути. Он уже не вернется, Ли. А значит, тебе нужна поддержка и защита! И в моем лице ты все это найдешь!

– Князь… – прервала его Далида, – кто еще знает, что я не-е-е… Ну, вы понимаете?..

– Только я и мой лекарь…

– И на том спасибо… Я прошу вас, пусть это так и останется в тайне… пожалуйста…

Князь согласно кивнул.

– И вот еще что… – продолжила девушка, – Тит не погиб. Слышите? Он жив…

Она развернула лошадь и, пришпорив ее, помчалась в Нэйди, не обращая внимания на присоединившегося к ней Юна. А князь еще долго, с сожалением и горечью, продолжал смотреть вслед удаляющейся девушки.

Глава 8

Приехав домой, Ли не находила себе покоя. Она металась по саду, вышагивала по пляжу, отмеряла расстояние от своей двери до своей кровати, но досада и раздражение лишь нарастали.

Выскочив из комнаты, девушка снова решительно направилась к лестнице, чтобы потом спуститься к пляжу, но, неожиданно для самой себя, остановилась возле дверей в покои Тита.

Чуть помедлив, она взялась за ручку и тихонько приоткрыла дверь. Ее сердце почему-то замерло, и, задержав дыхание, Ли шагнула внутрь и быстро закрыла за собой дверь, словно воришка, боящийся, что его вот-вот застигнут.

Покои Тита не выбивались из общего стиля внутренних убранств замка. Все здесь было сдержано и немного строго, без излишеств. Несмотря на большую библиотеку, имеющуюся в замке, в комнате Тита также стояло множество стеллажей, плотно заполненных книгами разных размеров. Далида медленно прошлась вдоль полок, ведя пальцами по обложкам. Подошла к камину, который уже растопили, потому как ночами становилось сыро и прохладно. Окинула взглядом небольшую, но великолепную коллекцию оружия, висящую над канделябрами, украшающими камин. Задержала взгляд на золотой подвеске в виде мчащейся лошади, что передал Титу Сумер, и не спеша подошла к большой кровати Тита. Девушка тихонько присела на ее край и стала нежно поглаживать бархатистую ткань покрывала. Она утонула в воспоминаниях, потянувших ее в самую глубину нежных чувств.

Образ Тита возникал перед ней совершенно ясно и отчетливо: то в яростном сражении, то невозмутимый и спокойный. Его глубокий голос с легким придыханием звучал из самого ее сердца, и она почти ощущала его последний страстный поцелуй на своих губах.

Взгляд девушки заскользил по комнате, в надежде зацепиться за что-нибудь, что поможет унять охватившее ее трепетное волнение. Поэтому тяжелые, плотно задернутые портьеры тут же привлекли внимание Далиды.

«Не помню, чтобы с этой стороны было еще одно окно… Куда оно выходит?..»

Встав, Ли подошла к портьерам и слегка приоткрыла одну из них. Но окна там не оказалось, а во всю стену была нарисована какая-то фреска.

Далида одернула штору и невольно воскликнула. Схватив вторую, тут же одернула и ее, замерев перед открывшейся ее взору картиной.

Со стены на нее смотрела девушка, которую она знала с пеленок.

Талант художника потрясал, настолько картина была реалистична. Ли словно смотрела в зеркало, где ее отражение вдруг кратно увеличилось. Одетая в струящееся, белое с золотом платье, на фоне фонтанов прекрасного Нодра, города Титанов, Далида была на этой картине словно воплощением чьей-то мечты или неистовой страсти.

Ошеломленная, совсем позабыв о времени, не отрывая глаз, Ли внимательно рассматривала картину. Мысли, от самых безумных до самых отчаянных, безудержным ураганом понеслись в ее голове.

Спустя долгое время она наконец вновь подошла к стене и плотно задернула портьеры. Теперь Ли была совершенно спокойна и абсолютно решительна.

Твердым шагом она вышла из покоев Тита и, войдя в свою комнату, дернула звоночек, чтобы позвать дворецкого.

– Ральф, позови Юна и с ним зайди ко мне, – проговорила девушка поспешившему к ней дворецкому. – Мы с Юном сегодня же уезжаем. Я сама займусь поисками Тита!

Неожиданная новость заставила Ральфа всплеснуть руками.

– Да как же это, госпожа? Господин пропал, и вы следом за ним ехать хотите! Как же вы оставите строительство? Да и здоровье ваше… Вы только-только поправились!

– Не причитай, Ральф! – сухо ответила Ли. – Я здорова. Это во-первых. Контроль за стройкой поручу старшим мастерам, они надежные. Это во-вторых. И в-третьих, Ральф, мы найдем Тита, и все вернемся домой! Мы все вернемся домой! – разделяя каждое слово, проговорила Далида последнюю фразу.

Глава 9

Далида и Юн мчались по предполагаемому маршруту Тита, в каждом поселении выспрашивая о нем.

Наконец, удача им улыбнулась в одной из небольших деревушек под названием Осси, стоящей чуть удаленно от главной дороги. Владелец небольшого пастбища вспомнил, что примерно в то время, о котором спрашивали Ли и Юн, похожий молодой мужчина менял у него лошадь и был довольно щедр.

Убедившись, что, предположительно, это был Тит, Далида и Юн, обрадованные хорошим известием, решили поесть и передохнуть в маленькой местной харчевне, удобно устроившись в дальнем уголке небольшой залы.

– Если предположить, что Тит ехал нам навстречу, – говорила Далида, не спеша пережевывая простой, без изысков обед, – то единственное место, где он мог свернуть с пути, – это большая развилка. Сделаем так: от развилки будем доезжать до двух-трех ближних поселений и опрашивать людей. Если не будет результата, вновь будем возвращаться к развилке и продолжать поиски в другом направлении.

Юн согласно кивнул, уплетая за обе щеки все, что стояло перед ним. Новая надежда вызвала в нем зверский аппетит. Ли с улыбкой наблюдала за юношей, невольно поддаваясь желанию тоже наесться до отвала.

– Прости меня, госпожа. Могу ли я спросить? – через некоторое время обратился Юн к девушке.

– Спрашивай. Но это еще не значит, что я отвечу.

– Хорошо. В Карит-Алиме, о чем вы говорили с князем?

Щеки Далиды покрылись румянцем. Она медлила отвечать. Юну она доверяла абсолютно, но вот разговор тот был весьма на щекотливую тему…

– Я скажу, если пообещаешь никогда не говорить этого Титу.

Юн озадаченно посмотрел на хозяйку и, сделав знак, что рот его всегда на замке, проговорил:

– Клянусь! Ни слова!

– Князь звал меня замуж.

– Чего? Да что это он себе удумал?!… Хотя… Это сразу было видно, что он запал на тебя, госпожа.

– Правда? – чуть усмехнувшись, с сомнением спросила Далида.

– Конечно! Я и старался никогда не оставлять тебя с ним наедине. Ведь кто знает, что могло бы взбрести ему в голову. И вот, пожалуйста…

– О чем это ты говоришь? Я ничего не понимаю…

– Да разве госпожа сама не замечала, как он слюну от желания глотал, каждый раз на тебя глядя?

– Нет, никогда… Знаешь… – задумчиво продолжила Ли, – ведь я с детства в мужском обществе… Воспитывал меня отец, учил Бай, а дружила я с принцами… Часто бывала у отца на службе, а последние годы и сама служила… Я не могу различить и увидеть разницу между проявлениями дружбы со стороны мужчин и знаками их внимания, и ухаживаниями… Я правда думала, что князь делает это ради уважения и дружбы к Титу и ко мне…

– Я верю. Никогда не замечал за вами кокетливого взгляда или жеста. Вы не из тех, кто жеманится да заигрывает.

– Спасибо, Юн, – улыбнулась Ли. – Предупреждай меня в следующий раз, пожалуйста, чтобы я могла хоть что-то предпринять заранее.

– Хорошо.

Юн был очень доволен тем, что девушка так просто отреагировала на столь деликатный вопрос и не дала никакой надежды князю, оставшись верной его хозяину.

Они продолжили пустую болтовню, когда неожиданно в харчевню ввалился неприятного вида путник. Одет он был по-дорожному, но при этом очень хорошо вооружен. Давно небритая щетина придавала его и так злобному лицу еще более отталкивающий вид.

Мужчина обвел всех присутствующих презрительным взглядом, от которого у большинства завсегдатаев дрогнули колени.

Решив, где ему будет более удобно, здоровяк схватил за ворот сидящего посетителя и, стащив его со стула, отшвырнул в сторону, шумно усевшись на его место. Он облокотился локтем и спиной на стол и вновь обвел всех посетителей презрительным взглядом.

За здоровяком следовал испуганный, лет семи, мальчуган. Он то и дело, с нескрываемым страхом, озирался по сторонам и бросал робкий взгляд на своего хозяина.

– Перекупщики рабов приехали… – прокатился шепот по замершему в тревоге залу.

Далида заметила, как резко сменилось выражение лица Юна, покрыв его розовые щеки смертельной бледностью.

«Видно, перекупщики рабов навсегда оставили в жизни парня мрачный отпечаток…» – подумала Ли.

Сама же она никогда с ними не сталкивалась, а лишь слышала об их жестокости и варварстве.

Группы перекупщиков рабов занимались тем, что выкупали у кочевников или иных народов пленных женщин и детей, редко мужчин, и перепродавали их тайком либо открыто. Они не особо церемонились со своим товаром, и часто случалось, что их жертвы просто не доживали до своей собственной перепродажи.

Многие королевства и княжества объявили перекупщиков вне закона и преследовали их, как любые разбойничьи банды. Но все же были еще места, где они чувствовали себя достаточно свободно, а вели – достаточно нагло.

Удивляло в этих людях то, что они ненавидели и презирали своих «собратьев по ремеслу». Поэтому, когда случалось погибнуть одной из банд, другие были этому только рады, потому как одним конкурентом становилось меньше.

Глава 10

Далида, перестав жевать, пристально наблюдала за новым посетителем харчевни.

Тот небрежным знаком подозвал к себе мальчонку и приказал принести ему чарку горячительного.

Мальчик, со страхом подойдя к прилавку, где услужливый хозяин уже наполнил доверху большую кружку, взял ее и, осторожно ступая, пошел через залу харчевни. Как ни старался он идти медленно и аккуратно, все же от страха запнулся за собственные ноги. Жидкость, расплескавшись, облила и его самого, и озлобленного здоровяка, жаждавшего поскорей залить свою глотку.

– Ах ты, недоносок! – заорал мужчина и, выхватив кружку из рук мальчонки, схватил его за шиворот и швырнул так, что тот со всей силы влетел в угол и, ударившись о стену, рухнул на грязный пол, вскрикнув от боли. – Я убью тебя, паршивый мерзавец!

Здоровяк хотел было подняться со стула, но внезапно ощутил на своей шее холодное, острое лезвие.

– Еще одно движение, и я перережу твою поганую глотку, – прошипела Ли ему в самое ухо. – Отвечать не надо. Моргни, если понял.

Мужчина моргнул, шумно дыша и раздувая ноздри от злости.

– Юн! Посмотри, все ли в порядке с мальчиком?

Юн, не ожидавший бесстрашной выходки Далиды, мгновение пребывал в оцепенении, но голос девушки вывел его из ступора. Тут же подскочив к ребенку, юноша быстро его осмотрел.

– Он не ранен… Вроде…

– Слушай, ты, громила, – стоявшая чуть позади Далида вышла вперед и повернулась лицом к мужчине, не убирая лезвие меча от его горла. – Разве тебя мама не учила, как с детьми нужно обращаться?

Тот лишь с ненавистью смотрел на девушку, внутренне клянясь всем богам, что непременно ее убьет.

– Если хочешь жить… – Ли чуть склонила к нему голову, впившись взглядом в его глаза, – убирайся отсюда. И живо…

Она опустила меч и, отступив шаг назад, развернулась к мужчине спиной.

– Ах, ты стерва! – воскликнул бандит, хватая свой огромный нож и желая нанести удар в спину.

Далида, ожидавшая именно этого, сделала молниеносный выпад, и грузное тело мужчины безжизненно рухнуло на пол.

В харчевне повисла гробовая тишина. Но тут в открывшиеся двери ввалились, бурно обсуждающие что-то, еще трое бандитов. Их удивлению не было предела, когда мужчины увидели мертвое тело своего главаря, распростертое у ног девушки.

Осознав, что произошло, головорезы с громкими ругательствами бросились на Ли. Юн тут же присоединился к этой стычке, и вся зала наполнилась криками, сыплющимися проклятиями, громыханием столов и стульев и звоном мечей.

Ли и Юн, проворно прыгая с одного стола на другой, отбивали атаки бандитов, стремительно сокращая их количество.

Вся публика, что сейчас находилась в харчевне и наблюдала за схваткой, хоть и люто ненавидела перекупщиков рабов, но все же никто из присутствующих не решался прийти на помощь молодым людям.

Когда же последний противник рухнул замертво, Ли, подойдя к прилавку хозяина, бросила ему пару золотых монет.

– Это тебе за уборку… – тяжело переводя дыхание, проговорила она. – Юн, возьми мальчика. Мы уходим.

Выйдя из забегаловки, они подошли к телеге перекупщиков рабов, которая стояла тут же, недалеко от входа. Связанные по рукам и ногам, с завязанными ртами, в телеге сидели дети. Их было четверо: двое мальчишек и две девочки. Детям было примерно от десяти до четырнадцати лет. А тот, которого Юн нес на руках, был пятым и самым младшим из всех.

– Убирайся по добру по здорову, – сурово процедила Далида сидевшему здесь же молодому вознице. – И работу себе найди достойную мужчины, а не с бандитами детей продавай!

Возница, до которого прежде доносились звуки борьбы из харчевни, быстро понял – произошло нечто непоправимое. Он тут же спрыгнул с телеги и стремглав умчался прочь, куда глаза глядят.

– Клади его осторожно, – проговорила Ли Юну, поправляя солому на дне телеги.

Пока Юн укладывал мальчика, Далида срезала веревки, освобождая измученных детей.

– Где они? – спросила младшая из девочек, глубоко вдохнув.

– Ты о бандитах? Они больше не тронут вас. Не бойся, – ответила Ли. – Нужно уезжать отсюда побыстрее, – обратилась она к Юну. – Заберем их лошадей. Когда малышу полегчает, поедем верхом, так будет быстрее. Кто-нибудь из вас с телегой управится? – Далида бросила взгляд на детей.

– Я могу, – ответил старший из мальчиков и, пересев на место возницы, взялся за повод.

Далида и Юн, собрав всех лошадей, своих, и тех, что принадлежали бандитам, запрыгнули в седла и, сопровождая телегу с детьми, направились прочь из поселка.

Проехав какое-то время, вся кавалькада свернула с главной дороги в небольшой лесок и, найдя удобное место, устроилась на привал.

– Итак, теперь расскажите мне каждый о себе и откуда вы, – спросила Далида у детей, как только они были накормлены свежей дичью, что подстрелил и приготовил Юн.

– Мы с братом из селения Хаси. Это у самой границы королевства Дират… – ответил старший из мальчиков, что был теперь возницей, указывая на мальчонку чуть помладше. – Меня зовут Кеш, а его – Шат. Кочевники выкрали нас, когда мы пасли отцовское стадо овец. Стадо угнали, а нас продали этим…

– Я Энни, – проговорила младшая из девочек. – Живу в Гор-Горе. Это не очень далеко отсюда. Мы ехали не больше двух дней. Бандиты схватили меня, когда я бегала по поручению хозяйки в лавку горшечника.

– Я знаю, где находится Гор-Гор. Мы вернем тебя домой. А ты? – обратилась Ли к старшей девочке.

– Я Филария. У меня нет дома. Я сирота. Хозяин продал меня перекупщикам рабов за две кружки вина… И до завтрашнего утра я, скорее всего, не дожила бы… Мне некуда возвращаться…

Далида перевела взгляд на пламя костра, чтобы скрыть гнев и злость, охватившие ее при мысли о том, что с девочкой могло бы произойти, не вмешайся они с Юном.

– Мы и для тебя что-нибудь сделаем… Не переживай… – девушка подняла глаза на мальчугана, из-за которого был устроен в харчевне погром.

Он сильно отличался от всех четверых детей. Одет был лучше, на ногах хорошая обувь. Удивительно, что бандиты не сняли ее и не продали. Мальчик точно не был из семьи крестьян или дворовой челяди. Говор у него был особый, и вел он себя не так, как другие дети.

– Как тебя зовут? – спросила Далида у мальчика.

– Марух.

– Откуда ты?

Мальчик бросил настороженный взгляд на двух братьев и молча уставился в костер.

– Ты не можешь говорить при них? – поймала тревогу в его взгляде Далида.

Тот в ответ едва кивнул головой.

– Хорошо. Тогда помоги мне насобирать еще веток для костра. Мы здесь заночуем, а утром поедем в Гор-Гор. Юн с мальчиками займутся лошадьми и приготовят место для ночлега, а я, Марух и девочки заготовим хворост.

Отойдя немного от лагеря и не выпуская из виду девочек, Ли снова обратилась к Маруху:

– Теперь ты можешь мне сказать, откуда ты?

– Я из племени свободных кочевников, – проговорил мальчик.

– Что?! – неожиданно для самой себя воскликнула Далида. – Не может быть!

Марух бросил беспокойный взгляд на девушку. Опасаясь ее гнева, он затаил дыхание и не смел больше произнести ни слова. От мальчугана не ускользнули недобрые чувства, что отразились на лице и в глазах Далиды. Девушка отвернулась от его взгляда, изо всех сил стараясь совладать с внезапной вспышкой гнева.

Наконец, взяв себя в руки, она обернулась к Маруху.

– Где живет твое племя?