- -
- 100%
- +
Три часа ночи. Я, Ася, врач-диетолог, блогер и просто женщина, которая после развода наконец-то начала высыпаться, мирно спала в своей кровати. Сны мне снились хорошие: авокадо на тостах, стройные пациенты, платящие вовремя, и никаких мужиков с вечными кризисами.
Домофон заверещал.
Я перевернулась на другой бок. Не открою. Не открою, даже если это министр. Или Димон. Особенно если Димон.
Домофон заверещал снова. Потом стих.
— Фух, — выдохнула я в подушку. — Пронесло.
Но не пронесло. Через минуту в подъезде раздался грохот. Кто-то споткнулся о мою велосипедную камеру, которую я всё никак не вынесу. Потом мат. Потом шёпот. Потом скрежет — кто-то царапал мою дверь. Прямо по краске.
Я села на кровати. Сердце ухнуло в пятки. Мысли забегали: «Грабители! Маньяки! Конец света!»
— А ну прекратите! — крикнула я дрожащим голосом, подойдя к дверям. — У меня газовый баллончик! И скалка!
Из-за двери донеслось жалобное:
— Ась, это я. Не надо баллончик. У меня и так глаза слезятся.
Дима — бывший муж.
Я выдохнула. Потом снова вдохнула и разозлилась.
— Ты что, дурак? Третий час ночи! Иди домой!
— Не могу, — простонал он. — Я потерял ключи. И телефон разрядился. Асенька, открой, я замёрз.
— Зачем ты царапал дверь?
— Я искал замочную скважину, но темно тут. Открой, пожалуйста.
Я подошла к двери, посмотрела в глазок. Дима стоял, прижимаясь лбом к руке, похожий на пьяного ангела. Помятый, но всё ещё красивый. Те самые волосы в беспорядке, которые когда-то сводили меня с ума. Тёмные круги под глазами, но губы — мягкие, родные. Как же я его любила раньше. Но я взяла себя в руки.
— Не открою, — сказала я. — Вызови такси и поезжай к маме.
— Мама в Сочи. Ась, я серьёзно. Я умираю.
— Ты всегда умираешь.
Он начал стучать. Сначала тихо, потом громче. Потом перешёл на удары кулаками.
— Открой! Ася! Я простыну! У меня насморк начнётся!
Я прижала ладонь ко лбу. Вот кретин! У меня удар сейчас случится от его идиотизма.
— Вызову полицию, уходи! — пригрозила я.
— Вызывай, — ответил он. — Я скажу, что меня бывшая жена пытает голодом. Там у тебя в холодильнике еда есть, я знаю... улика.
Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела. Соседка сверху, тётя Зина, высунулась из своей квартиры:
— Это кто там орудует? А ну прекрати! Люди спят!
— Тётя Зина, это я, — жалобно сказал Дима. — Асенька меня не впускает.
— Ася, впусти человека! — гаркнула соседка. — Мне завтра на работу! Или я сама сейчас полицию вызову — вас обоих оштрафуют!
Сосед снизу, дядя Гриша, тоже подключился:
— Чего за шум? У меня давление! Впусти уже мужика, чего он под дверью сидит?
— Он мне не мужик, он бывший! — крикнула я.
— А мне плевать! — ответил дядя Гриша. — Открывай, давай, мне спать хочется!
Я поняла, что сопротивляться бесполезно. Если сейчас не впустить Диму, соседи соберут совет и посадят меня на кол за нарушение тишины. Или, что ещё хуже, напишут жалобу в управляющую компанию.
Я открыла дверь. Дима шагнул внутрь с видом триумфатора, но не успел он и рта раскрыть, как я схватила со стула скалку. Ту самую, которой тесто раскатываю, положила ее специально в коридоре, чтобы была под рукой на случай таких визитов.
— А ну стоять! — закричала я и огрела его по плечу. Не сильно, но ощутимо.
— Ой! — взвизгнул Дима, отскакивая. — За что?
— За то, что царапал дверь! За то, что соседей поднял! Почему мне спать не даешь?
Я махнула скалкой ещё раз, попала по руке. Он закряхтел, потирая ушибленное место.
— Ася, больно же. Ты чего дерёшься? Я же беззащитный.
— Беззащитный он! — фыркнула я, опуская скалку. — Ты — танк вредоносный с придурью.
Дима погладил плечо, сделал несчастные глаза. И — я снова увидела того самого парня, которого любила. Красивого, даже сейчас. Губы чуть припухли, ресницы длинные, и весь он такой потерянный, что рука сама потянулась убрать прядь с его лба. Вот зачем мироздание создает таких красивых мужиков, а нам потом мучайся?
— Ладно, проходи, — буркнула я. — Но если ты начнёшь домогаться, предупреждаю, скалкой по голове получишь. У меня рука не дрогнет. Как в прошлый раз не получится.
Он прошёл на кухню, сел на табуретку. Я поставила перед ним тарелку с гречкой и котлетой, которые положила и нагрела.
— Ешь и выметайся.
Дима взял вилку, но не торопился. Смотрел на меня с какой-то грустной нежностью.
— Ась, ты помнишь нашу свадьбу?
— Помню, — отрезала я. — Ешь.
И воспоминания накатили на меня волной.
Я была счастлива. Белое платье с открытыми плечами, фата, цветы. Дима клялся в любви. Гости пили, ели, кричали «горько». Мы с ним очень счастливые убежали из-за стола от гостей, целовались и пили шампанское из горла в какой-то комнате в ресторане. Я смотрела на него и не могла поверить, что это неимоверно красивое божество теперь мой муж. За что мне такое счастье?
Правда, потом выяснилось, что когда нужно было покупать букет невесте у жениха не оказалось денег и их ему дал мой папа, тогда я этому моменту не придала значения, но сейчас вспомнила очень отчетливо. Да, и вообще, вся наша свадьба была сделана на деньги Диминой мамы. Но и это меня тогда не смутило. Глаза мне затмила его невероятная красота.
Потом помню, как, я вышла из-за стола поправить макияж в туалетную комнату. И услышала за дверью голос его мамы. Она говорила с какой-то гостьей — эффектной брюнеткой в красном платье. Я её раньше не замечала.
— Ты не переживай, Ларочка, — ворковала мама Димы. — Она худая, бледная, ничего особенного, но Димочка уперся сейчас - хочу жениться и все. А ты — кровь с молоком. И фигура, и приданное. Дима ещё одумается. Год-другой — и разведётся, и ты будешь с ним. Я прослежу.
Я замерла, прижав руки к груди. Слёзы навернулись, но я их проглотила. Вышла из туалета с улыбкой, села рядом с Димой, поцеловала в щёку.
Он не заметил, что я плакала. Никогда не замечал.
— Ась, ты чего? — голос Димы сейчас вернул меня в реальность.
Он доел, отодвинул тарелку и смотрел на меня с тревогой. Или с притворной тревогой? Я уже не разбирала.
— Ничего. Вспомнила кое-что.
— Ты красивая, когда злишься, — сказал он и полез обниматься.
Я отодвинулась.
— Скалка, Дим. Скалка.
Он вздохнул, поднял руки вверх, как парламентёр.
— Асенька, я так соскучился, у меня никого, никого кроме тебя нет и не будет, ну можно я тебя хотя бы обниму, так хочется тепла, мне так одиноко, душа просто воет от холода.
— Никаких обниму, и не надейся, — я помахала скалкой для убедительности и нахмурила брови. Еще чего не хватало, этот пройдоха знал, что стоит ему до меня дотронуться и я поплыву на старых дрожжах, ведь любовь к первому мужчине так трудно забыть и перебороть. Почему я влюбляюсь не в тех мужчин, а потом сама мучаюсь?
— Ладно, ухожу. Спасибо за котлетки. Ты чудо!
Он чмокнул меня в макушку (я не успела увернуться) и выскользнул в прихожую. Дверь закрылась. Наступила тишина.
Я посмотрела на скалку. Потом на дверь. Потом на себя в зеркало — растрёпанную, красную, с горящими глазами.
— Ася, — сказала я себе, — в следующий раз просто переведи ему деньги на карту. Или не переводи. Лучше не переводи. Иначе он никогда не отстанет.
Телефон пиликнул. Сообщение от Димы: «Спасибо, Асенька. Ты единственная, кто меня понимает. И скалка у тебя бьет не больно, между прочим. Люблю».
Я закатила глаза и подумала: «Кажется, мне срочно нужен психотерапевт».
От автора:
Дорогие друзья, я рада привествовать вас в своей новой книге.
Роман является участником литмоба
«Трудный выбор»(18+)
https://litnet.com/shrt/MSdZ
Глава 1. Часть 2. Димон
Он вылетел из офиса «Ивент-Про» с такой скоростью, будто за ним гнались все женщины, которым он когда-либо обещал позвонить. Дверь хлопнула, охранник даже не поднял голову — видимо, привык к местным талантам, покидающим помещение в позе «я сам ушёл, поняли?».
— ...зараза, — закончил Дима фразу, уже натягивая куртку на ходу. Пуговица отскочила и покатилась в неизвестном направлении, символизируя его карьеру.
В ушах всё ещё звенел голос Игоря Аркадьевича, этого жирного боровка в галстуке-удавке. «Дмитрий, вы провалили проект. Клиент требует компенсацию. Свет отключился, артисты не получили денег, вы опоздали на читку на два часа…» Да что он понимает в живом звуке? Сидит в своём кожаном кресле, жопу просиживает, а туда же — учить гениев!
— Сам ты провалил, — бормотал Дима, шагая по вечерней улице. — Свет отключился? А кто технаря за копейки нанял? Я? А кто мне зарплату задерживает? Тоже я? Логика, блин.
Он закурил, жадно втягивая дым. В груди всё кипело. Ненависть распирала, как дешёвое шампанское — пузырьками, от которых хочется кашлять.
Мимо прошла девушка в обтягивающих легинсах. Дима проводил её скользким взглядом, и представил, как сжимает её задницу. Сколько таких задниц он перелапал, пока жена дома сидела.
— Шлюха, — прошептал он вслед. — Вырядилась.
Девушка не обернулась. Дима сплюнул в сторону урны — не попал. По херу.
В голове заскрежетало: почему его, талантливого ивент-менеджера и певца, мечтавшего покорить «Парад звёзд», никто не ценит? Потому что мир прогнил. Потому что везде нужны связи, бабки и умение лизать задницы. А он — творческая личность. Он выше этого. Он не будет, как эти… лакеи.
— Кстати, о задницах, — Дима вспомнил, что дома холодильник пуст, и желудок скрутило в тугой узел.
Ася.
Бывшая жена. Три месяца назад она, видите ли, «устала», «больше так не может» и подала на развод. Психованная. С чего бы? Он же её не бил, не пил (ну, почти), цветы дарил… когда вспоминал, гулял так, что она ничего не знала. Она готовила, стирала, гладила, работала, а главное — слушала его нытьё часами. И не перебивала. Идеальная женщина. Но нет, ей что-то в голову стукнуло: «Я тебе не мамочка», «Найди нормальную работу», «Когда ты уже повзрослеешь?».
— Взрослеют только те, у кого нет таланта, — изрёк Дима, проходя мимо витрины с дорогими часами. — А гении должны быть свободными.
Свободными — это значит, что кто-то должен обеспечивать быт и закрывать потребности. Логично же? А Ася была в этом деле профи. И в постели, кстати, тоже — ничего, хоть и без фантазии. Очень хочется приехать к ней, навешать лапши на уши, чтобы перепало от нее сладенького, она добрая, может пожалеть.
Дима достал телефон, набрал номер Аси. Гудок. Второй. Третий. Четвёртый. Потом — тишина. Сброс.
— С...ка, — прошипел он. — Не берёт.
Набрал снова. Длинные гудки, потом — «абонент недоступен». Вырубила, что ли? Или телефон разрядился. Дима сжал челюсть, желваки заходили ходуном. Кровь прилила к лицу.
— Думаешь, отделаешься? — прошептал он. — Нихера, Асенька. Я сам приду.
Он поймал такси, назвал адрес. Всю дорогу сидел, сжимая кулаки, и представлял, как поднимется к её двери, как будет стучать, пока не откроет. А она откроет. Он знал. Потому что она добрая.
— Котлетки и борщ, — мечтательно произнёс он, глядя в окно. — А потом — койка, — от этой мысли сладко заныло.
Хотелось уже приехать, вломиться, схватить её. Но нет. Сначала надо разжалобить. Сделать несчастные глаза. Сказать, что без неё пропадёт. Она поведётся. Всегда велась. Он же красивый, это без возражений, всегда он нравился бабам. Повезло ему с внешностью сильно.
В подъезде было темно, лампочка перегорела. Дима чертыхнулся, споткнулся о коляску и мысленно послал соседей в далёкое путешествие. Поднялся на нужный этаж. Нажал на звонок. Тишина. Нажал ещё раз — длинно, настойчиво.
— Ась, открой. Я знаю, ты дома.
Тишина. Он заколотил кулаком.
— Ася, б..дь, я замёрз! Открой!
Из-за двери донеслось её испуганное:
— У меня газовый баллончик! И скалка!
Дима усмехнулся. Какая же она предсказуемая. Добрая, но с характером. Ему это нравилось. Бесило, но нравилось. Как она для проформы от него защищается. Ее слабые попытки только разжигали в нем охотку.
— Ась, это я. Не надо баллончик. У меня и так глаза слезятся.
Она молчала. Потом сказала за дверью:
— Ты что, дурак? Третий час ночи! Иди домой!
— Не могу. Потерял ключи. И телефон разрядился. Асенька, открой, я замёрз.
Нагло совал Дима. Она никогда не узнает. Он прислонился лбом к косяку, изобразил самого несчастного человека на свете. И ждал.
Сверху высунулась соседка. Потом снизу. Галдёж, крики, угрозы. Идиотский и идеальный спектакль ему на пользу. Но он знал — она откроет. Потому что не выдержит давления, ей всегда неудобно перед соседями. Она всегда и для всех хочет быть удобной и хорошей.
Дверь щёлкнула. Дима шагнул внутрь. В нос ударил запах её духов, её дома, её жизни без него. И он понял: сейчас он постарается сделать так, чтобы эта жизнь без него кончилась. Хотя бы на одну ночь.
Глава 2. Авокадо против гантелей
Утро началось с трёх пропущенных от Димы и одного сообщения: «Спасибо, ты спасла мне жизнь. Ты самая лучшая. Целую».
Я закатила глаза, сделала себе полезный завтрак из геркулеса со сливочным маслом, разогрела тушёную курочку с прованскими травами и салатик. Поев, я открыла ноутбук.
Девять утра — созвон с пациенткой, которая хочет похудеть к свадьбе за две недели. (Спойлер: не получится, но я вежливо предложила начать с дыхательной гимнастики, чтобы она не задушила организатора на свадьбе от голода).
Десять — разбор анализов мужчины с хронической усталостью. Оказалось, он не спит, потому что играет в танки до трёх ночи. Я предложила заменить танки на прогулки вечером и сон. Он обиделся.
Одиннадцать — ответы в директ. «А можно есть после шести?» — «Можно, но не пиццу». — «А почему?» — «Потому что пицца — это не еда, это способ общения с психотерапевтом».
Двенадцать — бесплатная консультация для девушки, которая потом не придёт на платную, потому что «я сама разберусь» (спойлер: не разберётся).
Кстати, о деньгах. Я диетолог с добрым сердцем и пустым кошельком. Идеальное комбо для того, чтобы моя мама говорила: «Ася, ну когда ты уже устроишься нормально?»
Листая ленту в соцсетях, я наткнулась на вакансию: «Врач-диетолог в сеть фитнес-клубов REBOOT. Подработка, гибкий график, работа с аудиторией, заинтересованной в ЗОЖ».
Зарплату не указали, но слово «процент и фиксированная оплата» вызвало в моей душе лёгкую дрожь. Это когда не надо самой себе назначать цену и краснеть.
Я отправила резюме. Ответ пришёл через два часа.
«Анастасия, добрый день! Готовы пригласить вас на собеседование. Завтра в 11:00. Адрес: ул. Спортивная, 10. Спросить Кирилла Андреевича».
Кирилл Андреевич. Я почему-то разволновалась. И даже приготовила на завтра надеть не джинсы, а брюки. Серьёзные такие. Взрослые.
На следующий день в 10:55 я стояла перед стеклянными дверями фитнес-клуба «REBOOT». За ними — беговые дорожки, зеркала, люди в обтягивающей форме. Я поправила белую рубашку, одёрнула брюки и вошла с видом человека, который знает, что он хочет.
На ресепшене сидела девушка с идеальным макияжем и с идеальной укладкой. Я мысленно добавила ей плюс к самооценке.
— Анастасия? К Кириллу Андреевичу. Проходите в малый зал.
Я пошла по коридору, разглядывая плакаты с мотивирующими надписями: «Твоё тело — твой храм», «Никогда не сдавайся». В моём храме сейчас был аврал, но я сдаваться не собиралась.
Малый зал. Стеклянная дверь. Внутри, спиной ко мне, стоял мужчина.
Чёрные спортивные штаны, белая майка, которая облепила его так, будто была нарисована профессионалом. Спина — широкие плечи, мышцы перекатываются под кожей, как волны на море.
Он поправлял гантели, и я залипла. Профессионально. Как врач, изучающий анатомию. Да, точно, чисто из научного интереса.
Он повернулся. И я забыла, как дышать.
Тёмные волосы, чуть влажные после душа. Глаза, в которых читалось спокойствие и какая-то хитринка. Грудь — широкая, мощная, под майкой угадывался пресс, который, кажется, можно было использовать как стиральную доску в походных условиях. Я сделала шаг назад, потому что мои внутренние гормоны устроили митинг с требованием немедленно прикоснуться.
— Анастасия? — голос низкий, с ленцой. — Я Кирилл. Проходите.
Я шагнула в зал, пожала его руку. Ладонь сухая, горячая, сильная. И большая. Моя утонула в ней, как в тёплом одеяле.
— Здравствуйте, — сказала я, надеясь, что голос не дрожит. — Меня можно называть просто Ася.
— Хорошо, Ася, — сказал он так, как будто погладил и чуть улыбнулся. — Садитесь.
Он сел на скамью для жима напротив меня, широко расставил колени. Я села на диванчик, положила папку на колени и поняла, что не могу оторвать взгляд от его предплечий. Вены, мышцы, лёгкая тёмная растительность на груди.
Ася, ты врач или кто? Соберись!
— Рассказывайте, — сказал он. — Я посмотрел ваш блог. «В здоровом теле». Мне нравится. Но хочу понять, что вы можете дать именно нашим клиентам.
Я выдохнула и включила профессиональный режим.
— Я работаю комплексно. Не просто меню, а анализы, привычки, образ жизни. Часто проблема не в еде, а в голове. Люди заедают стресс. Я помогаю им это увидеть.
— Хороший подход, — кивнул он. — У нас много клиентов, которые приходят за телом мечты и здоровым образом жизни.
Я рассказала ещё минут двадцать. Он слушал внимательно, задавал вопросы по делу. Никакого флирта, никаких скользких взглядов. Но когда я замолчала, он посмотрел на меня так, что у меня внутри всё перевернулось. Медленно, изучающе. Спустился взглядом по шее, ключицам, груди (спрятанной под рубашкой), ногам...
— Хорошо, — сказал он спокойно. — Выходите в понедельник на испытательный срок. Оплата почасовая плюс процент. График обсудим. Посмотрим, как вы работаете, какие будут отзывы клиентов. Все документы по списку принесете в понедельник в отдел кадров.
— Спасибо, — кивнула я. — Я не подведу.
— Я надеюсь, — он чуть улыбнулся.
Я встала, попрощалась, вышла. В коридоре я почувствовала его взгляд на себе. Обернулась — он стоял в дверях, сложив руки на груди, и смотрел. Просто смотрел.
Я вылетела на улицу, как пробка из бутылки шампанского, и прислонилась к стене.
— Господи, — прошептала я. — Что это было?
Тело горело. Соски затвердели, как будто я только что вышла из морозилки. Между ног пульсировало.
Это просто гормоны, — успокоила я себя. — Давно не было мужчины. Вот и шалят. И вообще, он начальник. Нельзя. Профессиональная этика.
Но внутри уже поселилось что-то, что не слушало этику. И это что-то предвкушало понедельник с таким нетерпением, что я даже усмехнулась.
— Ася, ты влипла, — сказала я себе.
Ночью мне снился Кирилл. Его руки на моей талии. Его губы на моей шее. И запах — чистый, мужской.
Я проснулась в три часа, мокрая, с бешеным сердцем.
Телефон пиликнул. Дима: «Не спится. Вспоминаю тебя. Перезвони».
Я посмотрела на сообщение, потом на потолок.
— Знаешь, Дим, — сказала я вслух, — кажется, ты мне надоел.
Телефон выключила, не ответив.
Дорогие, друзья, если вам понравилось начало,
подпишитесь на автора.
Поставьте звёздочку — это укрепит мою самооценку.
И добавь книгу в библиотеку, чтобы не потеряться.
Следующая глава — первый рабочий день. Будет ещё жарче. В прямом смысле.
Герои
Друзья, давайте знакомиться с героями.
бывший муж Аси Дима
Новый начальник Кирилл
От автора.
Друзья, приветствую вас в своей новой книге!
Обязательно добавьте книгу в библиотеку и поставьте ей звезду.
Подпишитесь на страницу автора, чтобы не пропустить скидки и промокоды.
https://litnet.com/shrt/Ig0J
Приглашаю вас в свою книгу "Ошибка в контракте", которая близка к завершению.
https://litnet.com/shrt/XE0t
Эта книга движется к финалу, и совсем скоро цена вырастет. Успейте взять её по приятной стоимости!
И вот что за секрет я вам открою: в новом романе «Развод. Терапия чувствами» действует один загадочный охранник — Виктор. А в «Ошибке в контракте» этот же суровый мужчина предстал перед нами, как Кузьма— человек, который спас главную героиню и исчез, чтобы начать жизнь заново.
Теперь он с нами. Под другим именем, но с той же душой.
Прочитав обе книги, вы сложите пазл и увидите всю картину целиком. А пока — ловите момент и знакомьтесь с Кузьмой, он же Виктором по всем правилам!
Аннотация к книге "Ошибка в контракте":
Он — 40-летний циник, которому нужна фиктивная жена, чтобы получить опеку над племянником.
Она — 24-летняя художница, создающая авторских кукол, которая ищет мужа, чтобы умирающая бабушка ушла спокойно.
Их брак — сделка. Год без чувств и любви. Контракт подписан.
Она делает ошибку в контракте. Он замечает. Но молчит. Теперь она на десять лет принадлежит ему.
Впереди — суд по опеке, любовь, похищение и враг из прошлого, который жаждет мести. А ещё — ночи, после которых она перестанет верить, что фиктивный брак не может стать настоящим.
ОТРЫВОК:
Сначала он подумал: это шутка.
Или ошибка. Или проверка на профпригодность. Потому что та, что вошла в зал ресторана, никак не могла быть кандидаткой в жёны. Даже фиктивные.
Платье. Боже, что это за платье — ситцевое, в мелкий цветочек, с воротничком, который явно был моден лет пятьдесят назад. Волосы собраны в пучок, из которого выбились непослушные пряди. На щеке — пятно. Краска.
Она что, перед выходом картины писала?
Двадцать четыре года, значилось в анкете. Сейчас, глядя на неё, он бы дал все восемнадцать. Маленькая, щупленькая, в этом чудовищном платье. Кожа бледная, руки тонкие, без намёка на маникюр, с заусенцами. Она выглядела как пугало, которое сбежало с огорода и забрело в дорогой ресторан.
Марк прокрутил в голове свои критерии. Женщина рядом с ним должна быть взрослой, ухоженной. Она должна уметь держать спину, не смущаться деловых ужинов. Она должна быть активом, а не обузой. А это… это была катастрофа.
Он уже открыл рот, чтобы вежливо сказать: «Мне кажется, вы ошиблись. Я ищу женщину. Взрослую. Серьёзную».
А потом она подняла глаза. И он забыл всё, что хотел сказать…
ЧИТАТЬ:
https://litnet.com/shrt/AEjh
ПРИГЛАШАЮ вас в уже завершенную книгу про развод и жизнь после.
"Когда тебя нет рядом"
Аннотация:
Аннотация к книге "Когда тебя нет рядом"
Когда убегаешь от мужчины, от взгляда которого у тебя подгибаются колени, а в груди мелко вибрирует — убегаешь, чтобы не потерять себя в нем, не раствориться, не сдаться. Убегаешь от размеренной обеспеченной жизни, которую этот мужчина мог бы тебе дать на правах любовницы. Убегаешь из последних сил, и не знаешь, что ждет в чужом далеком городе, какие люди встретятся, сможешь ли залечить рану в сердце.
ЧИТАТЬ:
https://litnet.com/shrt/fYep
Глава 3. Первый рабочий день: загадки и взгляды
Понедельник начался с того, что я переспросила у зеркала: «Ты уверена, что хочешь работать с людьми, у которых идеальные тела?» Зеркало промолчало, но выглядело свежо. Белая рубашка, брюки, минимум макияжа — я решила, что буду выглядеть как серьёзный врач.
Фитнес-клуб встретил меня запахом амбиций и дорогого пластика. На ресепшене сидела та же девушка с идеальной укладкой, что и в прошлый раз. Она скользнула по мне взглядом, оценила (надеюсь, в плюс) и махнула в сторону коридора: