Горничная с проживанием

Monica Arya

The Favorite Girl

Copyright © 2024 by Monica Arya

© Тулаев В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство Эксмо», 2025

Посвящается моей любимой девочке, Миле.

Ты – лучик света, в котором нуждается мир.

Оказавшиеся в оке бури, помните: это лишь глава вашей жизни, не вся история.

Вам хватит сил справиться,

и клянусь – рано или поздно солнце взойдет.

Таков наш мир.

Уважаемые читатели!

Для меня большая честь, что вы взялись за эту книгу. «Горничная с проживанием» – мой девятый роман и шестой триллер, самый мрачный из всех. Здесь присутствуют элементы хоррора, и я вынуждена заявить о потенциально тревожном контенте – полностью с заявлением можно ознакомиться на моем сайте: www.monicaarya.com. Если у вас имеются вопросы, свяжитесь со мной по адресу: monicaaryaauthor@gmail.com или в социальных сетях по нику: @monicaaryaauthor. В книге присутствует большое количество тем, описаний и эпизодов, которые могут показаться неприемлемыми, именно поэтому в целях вашего душевного спокойствия я и прошу ознакомиться с полным перечнем предупреждений. Тем из вас, кто решит продолжить чтение, желаю получить удовольствие от «Горничной с проживанием». Для тех, кто, прочтя мое заявление, отложит роман в сторону, я предложу другие, не столь травмирующие, книги. Впрочем, «не столь» – ключевые слова.

Положительных вам эмоций!

С наилучшими пожеланиями,

Уверены ли вы, что не хотите еще раз просмотреть заявление о тревожном контенте?

Шанс еще есть.

Что ж, будем считать – разобрались. Поехали! Приятного вам чтения, мои маленькие птички…

Пролог

Темнота… Даже интересно, как мы, люди, привыкли ее опасаться. В детстве боимся, что под кроватью может притаиться чудовище. Или что страшилище прячется в шкафу, между зимним пальто и плащом. Вдруг доска на полу или дверь скрипнули не просто так?.. Теперь-то я поняла: темноты я боюсь куда больше, когда знаю, что именно в ней скрывается.

Женщины привыкли испытывать страх постоянно. Выходишь из дома в сумерках – внимательно осмотрись. Осталась дома одна? Скрип половицы может означать, что в дом кто-то проник. Собираешься сесть в такси? Запомни номер, спроси, как зовут водителя. Сев за руль, убедись, не следует ли за тобой подозрительно долго одна и та же машина. Если да, не вздумай сворачивать на свою улицу; петляй, кружи, пока не оторвешься. Идешь в туалет в незнакомом месте? Пусть рядом будет подружка, а то и две. Будто сама вселенная заранее расставила нам ловушки, заставляя бояться.

Даже при наличии врожденной потребности быть бдительной мы порой допускаем роковые промахи. Проявляем чрезмерную доверчивость, считаем людей неспособными на отвратительные поступки. Подсознательно уверяем себя, мол, все в нашей жизни будет гладко и спокойно: нас любят, защищают. Если что – спасут.

Обычное дело, за исключением случаев, когда страх не отпускает ни на минуту, причем по вполне конкретной причине.

Людям свойственно совершать жестокие преступления, ломать чужие судьбы, лишать надежды… Не стоит думать, будто полностью управляешь своей жизнью, – это худшая из возможных ошибок. Мы лишь марионетки даже в пьесе собственного сочинения, вот что ужаснее всего.

Глава 1

Между благополучием и выживанием огромная пропасть – уж это я о жизни знаю наверняка. Допустим, одна машина врезается в другую. Скажете, авария будет иметь последствия только для самих автомобилей, их водителей и пассажиров? Ничего подобного! При столкновении на дороге возникает пробка, из остановившихся машин выскакивают люди и суют свой нос в чужие дела. Начинается полный хаос, а все из-за того, что один человек проявил невнимательность. Может, строчил сообщение, может, сел за руль пьяным. Или сработал закон Мерфи[1]. Примерно так я всегда воспринимала собственную жизнь. Все в ней регулярно шло наперекосяк из-за решений, которые принимали за меня другие. Если честно, мне просто ужасно не везло.

Люди, не верящие в слепую удачу, всегда благополучны, а те, кто полагается на фарт, – все как один пролетают.

То же самое с предопределенностью. Если у вас все складывается потрясающе, вы не думаете, что так написано на роду. Нет, скажете вы, моя жизнь – исключительно моя заслуга, я много работал, вот и добился успеха.

Ну а мне выпало ютиться в паршивом мотеле «Супер севен», жрать вредную пищу, которую выдает торговый автомат в обмен на монетку, и тешить себя надеждой, что я способна самостоятельно изменить свою судьбу. Вдруг повезет и удача окажется на моей стороне?

Со вздохом прожевав бисквит с начинкой и испачкав кремом губы, я задумчиво наклонила голову.

– Эх ты, мелкая хреновинка… Как же тебя еще выпускают? Уж слишком ты хороша для нашего паршивого мира…

Ну вот тебе и новое дно – девятнадцатилетняя Деми Рао разговаривает с печеньем.

Эй, удача! Повернись-ка ко мне лицом, прямо сейчас…

Я положила ноги на дешевый пластмассовый столик и уставилась на пожелтевшие обои, явно поклеенные еще в семидесятых. Передернувшись, перевела взгляд на мохнатый зеленый ковер и глубокомысленно кивнула.

Ладно, хватит строить из себя дизайнера, пора задуматься о стабильном источнике дохода. Положение ведь так себе – в носке припрятано двести баксов, и я общаюсь с «Твинки».

Наняться нянькой? Вот еще!

Я задумчиво постучала ядовито-зеленым маркером по подбородку, просматривая раздел объявлений в «Шарлотт обсервер».

Черт, как же здесь воняет хлоркой и сигаретами! Да и пес с ним – это я просто ищу повод отвлечься. Неужели всем требуются няни? Я провела пальцем по колонке, где это объявление о найме повторялось снова и снова. Зачем людям столько детей, если за ними некому присматривать? Продолжив читать, я обнаружила несколько вакансий работников заправки, дежурного администратора… и моя любимая – девушка модельной внешности в салон автомобилей с пробегом.

Ну уж нет, чертовы извращенцы!

Я покачала головой и уже собиралась зашвырнуть газету в угол, когда глаз вдруг выцепил нечто многообещающее.

Известнейшему доктору Айвори и его семье требуется домработница с проживанием. Закрытый поселок, внушительное жалованье. Резюме и прочую информацию направляйте по электронной почте: ivorysurgery@gmail.com.

Ого, никак взошла моя счастливая звезда? Я возбужденно выделила объявление маркером. Господи… пальцы в неоново-зеленых пятнах, черные леггинсы в крошках от печенья, пахну черт-те чем – будто уже несколько дней не принимала душ. Да, не принимала! Ночевала в основном в парке на скамье и шлялась без всякой цели, пока не падала под какое-нибудь дерево. Перекантоваться в мотеле – нечто из разряда фантастики.

Домработница у доктора? Это… это потрясающе!

Я нуждалась в крыше над головой, стабильном доходе и работе, не требующей освоения новых навыков. Образование у меня… отсутствовало напрочь, если коротко. И не сказать, что дура, – вовсе нет. Всегда любила читать, книги просто глотала. Мечтала ходить в школу, а потом стать, например, психологом и помогать девочкам – особенно таким, как я. Тем, чья судьба совершила крутой поворот, кого выбросило на обочину. Девочкам, которым даже помечтать шанса не выпало. Наверное, поэтому и пристрастилась к чтению, сбегая от реальности и проживая тысячу жизней, – листала страницы и впитывала написанные другими людьми слова. Благодаря библиотекам у меня всегда имелся теплый уголок, где можно было взять в руки книжку.

Там я могла стать кем угодно и мысленно заняться самыми разными вещами.

В выдуманных мирах меня любили, я погружалась в исследования, испытывала бездну чувств…

Уставившись на потертый столик, я склонила голову набок и, облизав нижнюю губу, нащупала взглядом тускло блеснувшие ножницы. Покрутила их пальцем, царапая дешевый пластик, и придавила ладонью, отчего тонкая столешница прогнулась.

– Не надо, – прошептала я себе.

Наступил тот самый час, когда в душе вновь оживали депрессия и тревога, – час, когда остро сознаешь свою слабость. Можно, конечно, упасть на колени и, пустив слезу, помолиться Господу, только он знать не знает о моем существовании. Иначе почему он, всемогущий повелитель, закрывает глаза на царящую в мире безжалостную жестокость, обрушившуюся на тебя, когда ты еще не начала жить по-настоящему?

В такие минуты затаившаяся боль выходит на поверхность, в душе поднимается необъяснимый страх, полностью подавляя любые доводы разума, и вдруг становится легче и проще всего зажать в руке острые ножницы и спустить облегающие леггинсы.

Легче всего развести в стороны ноги и провести пальцем по внутренней стороне бедра в надежде найти местечко, еще не испещренное шрамами. Воткнуть металлическое острие в кожу, наблюдая за струйкой крови – тогда вспоминаешь…

Вспоминаешь, что на самом деле жива.

Жива, раз чувствуешь чертову физическую боль, которую причиняешь сама себе. Именно сама, не кто-то другой.

Глава 2

В окно пробилось солнце, и у меня застучало в висках. Зажмурившись, я прокляла духоту зловонного мотеля. Самая середина лета в Северной Каролине… Липкая влажность, удушающая жара, комната превращается в коробку с раскаленными стенками. Непременный бонус – мухи, всю ночь стремящиеся сесть на потное тело.

Приподнявшись, я потянулась за бутылкой с водой и встряхнула ее – пусто…

– Вот черт!

Смяв хрупкий пластик, я швырнула бутылку на пол, где валялось цветастое, явно ни разу не стиранное одеяло. Перевела взгляд на простыню – угу, у бедра расплылась приличная лужа крови.

Ясно, отключилась, наигравшись с ножницами, да еще и уговорила пол-литра вина за три доллара, решив снять напряжение. Сперла его с полки, сунув в шопер, а потом проскользнула в туалет на заправке. За стойкой стоял индус – естественно, я не вызвала у него подозрений. Разве мог он подумать, что воспитанная девушка способна свистнуть товар у соотечественника? Увы, не такая уж я воспитанная. Совсем невоспитанная, если уж на то пошло. Жила как придется.

И вот наступил решающий миг. Все, теперь я стану совсем другой, клянусь!

Сегодня надо подготовиться к собеседованию с семьей Айвори – они ждут меня уже завтра.

Зашла в Интернет по модему и наконец сподобилась создать себе электронную почту, с нее и отправила сообщение доктору Айвори. Его ассистентка Карла ответила сразу и дала мне подробные инструкции насчет собеседования. Я еще подумала – как-то слишком круто. Подумаешь, домработница, большое дело! Даже не няня, но тут не до жиру.

Письмо Карла мне прислала необычное – перечислила кучу всего, что надо сделать до завтра. К счастью, я уговорила неряшливого портье в мотеле его распечатать. За ерунду чертов жлоб содрал с меня десять центов.

Взяв инструкцию с тумбочки, я просмотрела ее еще раз.

Уважаемая мисс Рао!

Мы рады слышать, что Вы проявили интерес к предложению семьи Айвори. Доктор Айвори просит Вас прибыть завтра ровно в полдень по адресу: Найтс-плейс, 6207. Вас ждет приветственный обед. В соответствии с политикой работодателей Вы должны выглядеть следующим образом:

простое белое платье либо белые брюки и белая блузка;

волосы аккуратно собраны;

никакой бижутерии;

макияж – скромный, предпочтительно ограничиться помадой нейтрального оттенка;

ногти коротко подстрижены, без лака.

Заранее благодарим за уважение к эстетическим традициям дома Айвори.

С наилучшими пожеланиями,

Едва ли не выучив письмо наизусть, я вытащила из мусорной корзины смятую газету, заляпанную пятнами кетчупа и жира от картошки фри из «Макдоналдса», которую разделила на две порции – на обед и на ужин. Снова пробежалась по колонке объявлений, изучила даже вакансии на дистанционную работу. Еще раз убедилась: самые популярные вакансии, не требующие специального образования, – няня и домработница. Ладно, лучше я буду драить унитазы и задыхаться от паров хлорки, чем нянчить младенцев.

– Эстетические традиции дома Айвори… О чем это она? – пробормотала я себе под нос.

Пафосные уроды!

Закинув руки за голову, я вздохнула. В конце концов, хватит искать во всем подвох. Подкупило меня в вакансии главным образом условие о проживании. Остается надеяться, что из всех кандидатов я произведу самое благоприятное впечатление.

С другой стороны, вряд ли на подобную работу выстраивается очередь.

Я быстро приняла душ, радуясь редкой возможности, хотя кто-то наверняка плевался бы – вода в мотеле никогда не прогревается до нормальной температуры, а мыть голову и все тело приходится крошечным обмылком, оставшимся от другого постояльца.

Выйдя из душа, протерла запотевшее зеркало и выдохнула: на кого ты похожа, Деми… Кожа тусклая, сухая, длинные черные волосы свалялись до колтунов… Я скрипнула зубами, пригладив пальцем брови – черт, отросли!

Видок тот еще – в таком не пойдешь предлагать свои услуги в один из самых престижных домов в фешенебельном районе Шарлотта.

Оплатив последний день пребывания в мотеле, я отложила скромную сумму на пропитание и одежду – больше денег точно ни на что не хватит.

Мои размышления прервал стук в дверь, и я быстро завернулась в полотенце.

– Эй, Деми! Мы знаем, что ты здесь!

За выкриком последовал злобный смех.

– Деми, детка… Ну давай же, возвращайся! Сама знаешь, твоя работа не закончена, – раздался еще один насмешливый голос.

У меня перехватило дыхание. Затряслись ноги, вспотели ладони. Стук обрел настойчивый ритм, голоса за дверью слились в один, и перед глазами все поплыло. Вдруг закружилась голова, и я, не отдавая себе отчета, опустилась на колени.

Панические атаки – та еще пытка. Вроде бы понимаешь, что приближается приступ, чувствуешь физически, но прекратить его усилием воли не удается. Надо просто перетерпеть.

Вот только достойно перетерпеть не очень получилось. Я поползла на четвереньках по мохнатому зеленому ковру, словно дикий зверь, и схватила с тумбочки покрытые запекшейся кровью ножницы.

Воткнув их в бедро, невольно вскрикнула, но быстро зажала рот ладонью. Проморгавшись, поглядела на дверь. Ага, голоса стихли. Все в порядке.

Я встала, ощущая стекающий по щекам пот и липкую струйку крови на ноге, и, ничего не набросив на голое тело, подошла к окну. Слегка сдвинув плотную занавеску, выдохнула с облегчением.

Никого… Парковка пуста, только одна женщина покуривает у торговых автоматов. Все нормально, Деми.

Я обхватила плечи руками и потерла их. Надо собраться. Я должна… ради нее.

Глава 3

Остаток дня я провела, разбирая свои немудреные пожитки. Все необходимое сложила в пакет для мусора и крепко его завязала. Достав из-под матраса истончившуюся пачку купюр, направилась в секонд-хенд в богатом районе города, заплатив два доллара за билет на автобус. У состоятельных людей есть привычка сбрасывать красивые, почти не ношеные вещи в контейнеры благотворительных магазинов «Гудвилл».

На входе меня встретил фирменный запах пыли, и я пошла между рядами вешалок с прекрасной дизайнерской одеждой. Такую я видела только в модных журналах, которые вытаскивала из мусорных корзин в магазинах.

Мне требовался белый наряд, однако ничего подобного не находилось, пока я разочарованно не развернулась к выходу. Тут-то и заметила сногсшибательный брючный костюм. Задумчиво покусывая губы, сняла его с вешалки. Отличный материал – шелковистый, как масло, и по размеру точно подойдет. Оставалось подобрать белые туфли, несколько заколок и резинок для волос. Наверное, еще надо заскочить в аптеку, купить пинцет, пудру и тушь. Покрутив висящий на костюме ярлычок, я обнаружила на обратной его стороне чье-то имя: Нейви Миан. Пожав плечами, пошла рассчитываться.

Молоденький парнишка на кассе был страшно занят – строчил в телефоне сообщения и не обратил на меня никакого внимания, когда я выложила вещи на прилавок. Пришлось выразительно откашляться, и он фыркнул, словно я не покупатель, а назойливая муха.

– На одной из штанин дырочка. Дайте мне двадцать процентов скидки за дефект.

Я указала на маленькую прореху – сама ее сделала, воткнув ноготок в тонкую ткань. Верный способ немного сэкономить.

– Десять – это все, что я могу предложить, сестренка.

Продавец шумно отхлебнул из банки дешевую газировку и снова взялся за телефон.

– Пятнадцать, и я не скажу менеджеру, что ты смотришь на работе порно.

Я хмыкнула, заметив, как у него отвисла челюсть.

– Ладно, – пробормотал он, укладывая покупку, и, конечно, скинул мне все двадцать.

Подхватив пакет, я толкнула дверь и страдальчески сморщилась. На улице витал запах какой-то вкуснятины, от которого заурчало в животе. Денег на нормальную еду у меня не осталось – придется вечером вновь взять что-нибудь из торгового автомата.

Насупившись, я побрела в аптеку, где быстро выловила из корзины пудру, помаду и тушь. Пудра оказалась на два оттенка темнее, чем требовалось для смуглой кожи, а помада, скорее всего, на моих губах смотрелась бы оранжевой. Закинув помаду с тушью в шопер и воровато оглянувшись по сторонам, я подошла к кассе пробить пудру.

– Хороший денек, милая, – ослепительно улыбнулась мне пожилая женщина за прилавком.

– Угу, – пробубнила я, отводя глаза в сторону.

Почему-то она заставила меня нервничать. Наверное, насторожили гусиные лапки, собиравшиеся при улыбке в углах глаз, или южный акцент, или… или нитка жемчуга на шее.

Может, дело было в том, что женщину я видела первый раз, – и все же она казалась странно знакомой. Словом, сердце у меня вдруг заколотилось.

– Живете рядом, дорогая? – продолжала болтать она, неторопливо упаковывая покупку.

– Почему вы так решили? – холодно осведомилась я, чувствуя, как внутри закипает злость.

Мой тон заставил ее вздрогнуть.

– Я… Хм, простите, милочка. Я вовсе не собиралась ничего у вас выведывать.

Женщина оторвала чек и протянула его мне.

– Ваше южное радушие – еще не повод совать нос в чужие дела, – отрезала я и выскочила на улицу.

День быстро катился к вечеру – и слава богу. При мысли о завтрашнем собеседовании у меня появился проблеск надежды: может, больше не придется ночевать в парках и время от времени проводить ночь в дешевых мотелях, гадая, когда получится поесть в следующий раз.

Я прошла пешком, сколько могла, однако солнце уже садилось – так или иначе придется ловить такси, вот только в кармане осталась лишь заветная пятерка. Осмотревшись, я встала на обочине и выбросила вперед руку с поднятым вверх большим пальцем.

Интересно, работает ли эта история с автостопом? Впрочем, попробовать стоит. Зачем тратить последние деньги на автобус?

Прошел час, но никто и не подумал остановиться. Несколько проезжающих мимо придурков, высунувшись из окна машины, что-то крикнули в мою сторону. Я лишь закатила глаза, мурлыча себе под нос песенку No Scrubs группы TLC, и невольно улыбнулась. Первая песня, которую я услышала, приехав в Америку… Если честно, тогда я решила, что речь в ней о губке для мытья посуды.

Наконец рядом притормозила машина. За рулем сидела женщина с вызывающим доверие лицом, что не сильно меня успокоило – именно такая и разрушила мою жизнь.

– Эй, у вас что-то случилось?

Она включила аварийку, и я, подойдя ближе, присмотрелась.

Точно не старше тридцати, на заднем сиденье хихикает, уставившись в планшет, мальчонка в детском кресле.

– Потеряла кошелек и телефон, а мне надо попасть в восточную часть Шарлотта. Я остановилась в мотеле «Супер севен».

Я невольно покосилась на свои поношенные шлепанцы за один доллар.

Из окна машины вырвался поток охлажденного кондиционером воздуха, и я вздохнула от наслаждения – жара все еще была нестерпимой, хотя солнце уже скрылось за горизонтом.

– Немного не по пути, но, если не выручу вас, – буду ужасно себя чувствовать. Залезайте, – произнесла женщина, оглянувшись на сонного ребенка.

– Ой, спасибо!

Я быстро открыла дверцу и проскользнула в салон с потрясающей бежевой отделкой из натуральной кожи. Внутри слабо пахло жасмином.

– Я Райна, а это мой сын Кай, – улыбнулась уголком рта женщина.

– А меня зовут Деми, – кивнула я и помахала рукой клюющему носом мальчику.

Ехать Райна не спешила – сидела, разглядывая меня. Я слегка нахмурилась и, разведя руками, спросила:

– Что-то не так?

Во мне назревало раздражение, однако проявлять его не следовало: молодая мамочка, разодетая в дорогущий спортивный костюмчик от Lululemon, вероятно, задавалась вопросом, какой черт ее дернул пустить незнакомку в роскошную машину.

– Пристегнитесь, пожалуйста, – наконец сказала она, указав на ремень.

Я еле сдержала смех, покачала головой и подавила готовую расползтись по лицу довольную улыбку.

Райна тоже усмехнулась и кивнула.

– Ну да, я беспокойная мамочка… Мне двадцать девять, но, как только у меня появился этот парнишка, я словно прибавила пару десятков лет и теперь просто не представляю себя в другой роли. Ах да, еще я неплохой дерматолог.

Она выразительно провела рукой по гладкой щеке.

– Это ведь доктор, который занимается кожей? – поинтересовалась я, пристегивая ремень.

– Вот именно, кожей.

Райна обернулась через плечо, затем посмотрела в зеркала и осторожно встроилась в поток.

– У меня завтра собеседование. Может, дадите пару советов, как превратиться из девушки… э-э… ночующей в мотеле, в кого-то вроде вас? – смущенно поинтересовалась я, нервно хрустя костяшками пальцев.

Райна бросила на меня взгляд, продолжая держать руки на верхней части руля, как учат в автошколе.

– Знаете что? Не хотите заехать ко мне, поужинать?

– А что у вас на ужин? Горячая еда? – возбужденно спросила я.

– Ага, – улыбнулась Райна.

Выехав на шоссе, она развернулась и поехала в противоположную от моего поганого мотеля сторону, направляясь в богатый квартал Шарлотта.

– Надеюсь, вы не серийная убийца из пригорода? А то бывают и такие мамочки… – фальшиво хихикнула я.

Мы свернули с шоссе, остановились на светофоре, и Райна полезла в карман на дверце. Вытащив портмоне, открыла его и предъявила мне водительское удостоверение с визитной карточкой:

Райна Кумар, доктор медицины

Дерматология, Южный Шарлотт

– Клянусь, я не из тех мамочек, – похлопала она меня по руке.

Я посмотрела ей в глаза и перевела взгляд на погрузившегося в сон Кая.

– Извините, я просто…

Райна в очередной раз повернула и, не дослушав, перебила:

– Деми, вы вправе задавать подобные вопросы. Мы живем в опасном мире.

Не успела я оглянуться, как мы остановились у больших ворот с замысловатым кованым узором. Я пораженно разинула рот, а Райна быстро ввела несколько цифр на клавиатуре кодового замка, и створки разошлись в стороны, слегка скрипнув по гладкой плитке. От этого звука у меня по рукам побежали мурашки.

Мы проехали под деревьями, отбрасывающими густую тень на аккуратно подстриженные газоны с затейливыми цветочными композициями, за которыми стояли шикарные дома. В жизни таких не видела.

– Боже… – выдохнула я, разглядывая величественные особняки.

Здесь был совершенно отдельный мир. Через минуту Райна свернула на подъездную дорожку к великолепному, украшенному лепниной и красиво подсвеченному дому.

– Вы здесь живете? – уставилась я на Райну, извлекающую Кая из детского кресла.

– Ага, пока владельцы не вернутся из поездки в Лондон, – невозмутимо ответила она.

Я застыла посреди дорожки, изучая Райну, пока она не прыснула от смеха.

– Деми, я пошутила. Да, мы здесь живем. Живем постоянно, клянусь!

Глава 4

Пройдя внутрь, я едва не решила, что нахожусь в жилом комплексе «Билтмор» – месте, которое мечтала посетить, прочитав рекламный буклет. Мечта помогала пережить самые трудные времена – я представляла, как в один прекрасный день окажусь в этой сказке, где меня ждет роскошная жизнь. Глупышка… И все же такой день настал, и я очутилась почти там, где хотела.

Я стояла в холле дома совершенно незнакомой женщины, благоговейно изучая ошеломляющие интерьеры. Тут было еще круче, чем снаружи, если такое вообще возможно: потолки с золотой лепниной, стены умопомрачительного темно-синего оттенка… Одна стена полностью занята встроенными книжными шкафами, на полках тщательно расставлены чудесные безделушки и фотографии в рамках. Потрясающий бархатный диван изумрудного цвета стоял на шикарном ковре, а стулья с золотисто-горчичной обивкой так и притягивали к себе взгляд. От всего этого веяло богемной роскошью. И богатством…