Сотканные из лжи

Примечание от автора

"Сотканные из лжи" являются второй книгой в цикле "Сотканные из чувств". Книги необходимо читать в правильном порядке: сначала "Сотканные из времени, затем "Сотканные из лжи". Если вы нарушите порядок чтения, то некоторые сцены и герои будут вам непонятны. Как автор я прошу вас придерживаться порядка чтения. "Сотканные из времени" доступны на Литрес, бумажную версию можно купить на маркетплейсах и в Читай городе.

Порядок чтения цикла "Сотканные из чувств":

1. "Сотканные из времени"

2. "Сотканные из лжи"

3. "Сотканные из ненависти" (можно читать как одиночку)

Дисклеймер: в книге есть сцены физического насилия.

Найти меня можно в тг t.me/nonnamonro

Nemo me impune lacessit 1

Глава 1. Тайлер

В стенах Болфорда я чувствовал тепло. Оно растекалось по венам, обволакивало, а после пробиралось в каждую клеточку тела. Оно было непривычным, совершенно незнакомым, и я жадно впитывал его, пока сидел в коридоре и ждал Кэтрин. Она планировала выбить нам одну комнату. Я не стал останавливать ее, хоть и знал, что никто не даст такого рода согласие.

Кэтрин привыкла действовать импульсивно. Даже если идея казалась абсурдной, она пыталась воплотить ее в реальность. Я не препятствовал ее порывам, только если речь не шла о нарушении закона. А Кэтрин обожала его нарушать.

Луиза любопытным взглядом осматривала меня. Она невольно прижалась к стене, стоило мне чуть склонить голову в ее сторону. Так реагировали многие, благодаря стараниям Джеффа Гилла, моего отца. Он заработал себе «славную» репутацию, которая распространялась и на меня.

Сын своего отца.

Мальчишка Гилла.

Когда Кэтрин вылетела из кабинета, Луиза перестала уменьшаться в размерах и с жадностью ухватилась за возможность проводить нас до комнат.

Некоторое время мне предстояло жить одному: мой сосед отсутствовал по причине болезни. Я соврал, если бы сказал, что был расстроен этому факту. Новые знакомства не привлекали меня в принципе. Большинство людей судили меня заочно, опираясь на слухи и сплетни. Никого не интересовало, что отличало меня от Джеффа, куда проще было сделать преждевременные выводы. Я привык к этому быстрее, чем Алиса попала в Страну чудес.

Комната оказалась просторной, светлой и безжизненной. Кровати были идеально застелены, шкафы встречали затхлым воздухом и пустыми полками. Я спрятал под кровать нашу черную сумку, пододвигая ее к левому краю, чтобы удобно и быстро вытащить. Остальные вещи аккуратно разложил, отделяя светлые ткани от темных. Я всегда придерживался видимого порядка, игнорируя развалины и хаос души. По крайней мере, возможность контролировать то, что меня окружает, успокаивала.

Взгляд остановился на книгах. Тех нескольких, что я успел купить перед отъездом. Они были спасением, пока в моей жизни не появилась Кэтрин. Она никогда не смотрела с высока. Не оценивала одежду, в которой мне приходилось выходить в свет. Не поджимала губы, когда я забирался в ее комнату, после проведенных нескольких ночей на улице. Кэтрин была такой же сломленной и разбитой, как и я. Мы вместе дрейфовали на обломках жизни, в надежде поймать волну и добраться до берега.

Я окинул взглядом все еще безжизненное пространство. Здесь не хватало уюта, мелких предметов, собирающих пыль, запаха чужого парфюма, разбросанных вещей. Со всех сторон накатывало одиночество, в котором отчетливо звенело мое прошлое. Оно цеплялось за кожу, просачивалось в поры и пробиралось в сердце. Я слышал мамин голос. Ее крик. Последний крик. Мое имя перемешалось с другими звуками. А после тишина, которая сковала мое сердце ледяным холодом. Горло саднило от собственного крика, отчаянно рвавшегося наружу. Эти болезненные фрагменты служили напоминание и указателем. И черта с два я бы постарался выкинуть их из головы.

Вопреки всему, я ненавидел находиться в одиночестве. Гул в голове усиливался, стоило мне остаться наедине с собой. Демоны выходили наружу, воскрешали давно забытые эмоции, от которых я отказался.

Ненависть. Гнев. Ярость.

Этих демонов могла угомонить Кэтрин и книги. Я скрывался за страницами, заставлял голоса в голове замолчать, ныряя в новые миры и знакомясь с теми, кого не волновало мое прошлое и фамилия. Книгам не важно, богатый ты или бедный. Сошел ли со страниц глянца или же имел изъяны. Был плохим человеком или хорошим. Книги просто хотели быть прочитанными, а кто являлся читателем – их не волновало.

Я окинул быстрым взглядом комнату, убеждаясь, что все на своих местах, а затем пошел к Кэтрин. Я проигнорировал шепот за спиной. Не отреагировал на выпады и толчки. Ни один мускул не дернулся на лице, когда двое ухмыляющихся парней перегородили мне дорогу. Оба сложили руки на груди и смерили меня любопытным взглядом.

– Гилл, угостишь чем-нибудь?

– Нечем угощать.

– Да ладно, – протянул парень с темными волосами, вскинув голову. – Мы же оба знаем, что это ложь. Давай посмотрим, что ты прячешь в своих карманах.

– Дерек, донимаешь новенького? – между нами встала высокая девушка с копной светлых кудрей, рассыпанных по плечам.

– Мы просто знакомимся, Колин.

Льдисто-голубые глаза девушки скользнули по мне от макушки до ботинок. Слишком открыто и оценивающе.

– Сделай одолжение и уйди с моей дороги, – бросил я. Дерек не сдвинулся ни на дюйм. Пришлось сократить расстояние и чуть склонить голову, чтобы заглянуть в глубины карих глаз. Я знал, что он не сможет выстоять. – Отойди.

– Мальчики, прекратите, – вновь влезла Колин. – Все по разным углам. Эшли, пойдем в комнату.

Услышав знакомое имя, я оглянулся. Эшли Браун стояла за спиной Колин и прятала лицо за короткими светлыми волосами. Она отчаянно избегала моего взгляда и, вероятно, хотела, чтобы земля под ногами разверзлась. Я знал, как много боли принесла эта хрупкая девочка и как сильно вонзила нож в спину Кэтрин, но не мог перестать рассматривать ее. Голубые глаза встретились с моими, и я заметил в них проблески страха. Розовые губы приоткрылись, словно Эшли собиралась заговорить со мной. Но я знал, что этого никогда не произойдет. Во рту стало сухо, и я сглотнул, стараясь не поддаваться ее чарам. Ее нежная красота завораживала, будто Эшли сошла со страниц книг.

Книг, без счастливого финала.

Она очаровала меня несколько лет назад и могла бы сделать это сейчас. Но после приказа Эшли молча направилась за подругой. На фоне Колин, она казалось миниатюрной. И абсолютно беспомощной. Будто новорожденный котенок, выброшенный в большой мир. Худенькие плечи, спрятанные под объемным пиджаком, были напряжены. Рука то и дело тянулась к шее, потирая бледную кожу. Эшли хотела обернуться, но в то же время боялась. Я последовал за ними, но только потому, что их комната оказалась напротив комнаты Кэтрин.

Эшли открыла дверь, пропуская Колин. Взгляд полный слез обратился ко мне. Сердце совершило несколько глухих ударов, однако лицо осталось равнодушным. Я не держал на нее зла, хоть Эшли когда-то пошатнула мою веру в людей.

Я не стал ничего говорить.

Эшли Браун сама отказалась от моей дружбы.

***

7 лет назад

Джефф ворвался в мою комнату и велел одеваться. Он сильно нервничал, практически рвал на себе волосы, бегая из угла в угол и перебирая документы. Я с трудом стащил себя с кровати. Щеки все еще пекло от пролитых слез. Маму похоронили на прошлой неделе, но Джефф не выглядел расстроенным или убитым горем. И я догадывался почему.

Он выбежал, а после снова влетел в комнату, швыряя в меня костюм и рубашку. Схватил за волосы и приподнял к собственному лицу.

– Только попробуй меня опозорить, Тайлер, – прошипел он. Тяжелая рука наотмашь ударила по щеке. Я отшатнулся, сдерживая новый поток слез. – Подружись с детьми, но не высовывайся. Ты меня понял?

Я кивнул. Но Джеффа такой ответ не устроил. Он схватил меня за горло и вжал в стену.

– Отвечай, когда я спрашиваю.

– Понял, – прохрипел я, цепляясь за его руку.

– Чтобы через две минуты был внизу. И умойся. Не хватало, чтобы все подумали, что мальчишка Гилла размазня.

Костюм оказался на несколько размеров меньше. Рукава пиджака полностью не скрыли ладони, а штаны обнажали щиколотки. Я отыскал под кроватью ремень, который Джефф швырнул в меня в прошлую пятницу, и спешно надел его.

Я спустился через три минуты. Джефф смерил меня недовольным взглядом зеленых глаз. На мгновение он потянулся, чтобы схватить меня, но почему-то передумал.

– В машину.

Эта машина принадлежала моей покойной матери. Как и дом. И все то, что было в нем. После смерти имущество должно было отойти мне, но так как я был несовершеннолетним, им завладел Джефф. Он ждал, когда наследство окончательно перейдет к нему, но не из-за имущества.

Джефф ждал денег, которые никогда не сможет получить.

Я сел возле окна и вдохнул полной грудью аромат маминых духов. Их запах все еще витал в салоне и будто бы навсегда въелся в светлую кожу. Джефф наморщил нос, усаживаясь рядом со мной. Он провел пятерней по темным с легкой проседью волосам и кинул на меня быстрый взгляд. Я мечтал уменьшиться в размерах до пыли, до молекулы, до атома. Слезы вновь обожгли глаза. Сбившееся дыхание короткими вдохами вырывалось изо рта. Я попытался и вовсе не дышать, прекрасно понимая, что терпением Джефф не отличается.

Сердце подскочило к горлу, когда он немного придвинулся ко мне. Длинные пальцы с грубыми, чуть грязными ногтями барабанили по острой коленке. Он что-то обдумывал, смотря на проплывающие в окнах красные дома. Я понятия не имел куда и зачем мы едем. Но задав вопрос, мог бы легко получить в нос.

Наконец мы остановились возле светлого большого дома с аккуратно подстриженной территорией и посаженными цветами. Водитель распахнул дверь для Джеффа, а после поспешил ко мне.

Мы молча вошли в дом, наполненный людьми, разговорами и запахом шампанского. Все глазели, оценивали и поджимали губы, будто бы от наших ботинок оставались грязные следы. Я подтянул рукава пиджака и оглянулся. Страх царапал кожу, медленно добираясь до сердца. Мне хотелось спрятаться или выбраться из собственного тела и улететь. Сожаление окружило со всех сторон, напоминая, что мама мертва. Ее могила не успела остыть, как Джефф решился выйти в свет. В то время, как я нес траур, он начинал новую жизнь.

Джефф с легкостью ворвался в разговор и перестал за мной следить. Я юркнул в ближайшую дверь, в надежде отыскать укромный уголок или же библиотеку. Тревога с каждой секундой росла во мне. Внезапно передо мной выскочила девочка в красивом голубом платье. Ее волосы были завиты в крупные локоны и собраны на висках, но две пряди выбились и красиво обрамляли лицо. Длинные ресницы отбрасывали тень на бледную молочную кожу. Голубые глаза любопытно уставились на меня. Щеки вспыхнули нежно-розовым румянцем.

Она была прекрасна, подобно распустившемуся бутону. Ее красота заставляла терять дар речи. Я сглотнул, не в силах поверить, что девочка передо мной настоящая, не сотканная из грез.

– Привет, – выдавил я, цепляясь за разговор с ней, как за спасательный круг. – Я Тайлер. Тайлер Гилл.

Она резко отшатнулась, словно мое имя и фамилия ошпарили ее кипятком.

– Мама сказала, что ты и твой отец плохие люди. Я не должна с тобой разговаривать.

Ее слова ударили сильнее, чем кулак Джеффа. Я отшатнулся, чувствуя, как в груди кровоточит сердце. Но несмотря на обиду, я не смог отвернуться. Она была светом, на секунду озарившим мой клочок тьмы.

– А еще твой костюм очень большой. Ты выглядишь, как бездомный, – тихий смех сорвался с губ.

– Эшли! – позади меня раздался голос женщины. Она схватила девочку и прижала к себе.

– Мама, – она задрожала, боязливо смотря на свои туфли. – Я сказала, что мне нельзя с ним общаться. Он первый начал, я ничего не делала.

Женщина спрятала дочь за спину и наставила на меня палец.

– Не смей к ней приближаться, мальчишка Гилла. Как Джефф вообще посмел сюда явиться. Фоксы должны думать, кого приглашают в дом.

Я опустил голову, сдерживая очередной поток слез. Мне стало так обидно и тошно, что моя фамилия Гилл, а не Смитт или Гилберт. Я подтянул рукава пиджака и под грозным взором убежал, чувствуя, как грудь вот-вот взорвется от непролитых слез. Но внезапно встретил другую девочку с длинными темными волосами. Она с трудом переставляла ноги и, споткнувшись, едва не рухнула с лестницы. Я успел ее поймать. Девочка обратила внимание на синяк на моей руке, и я поспешно натянул длинный рукав пиджака.

Я не стал повторять ошибку и не представился. Но ее вовсе не интересовала моя одежда или фамилия. Она сама едва не рыдала, потирая натертые ступни.

– Кэтрин, – сказала она и смахнула упавшую слезу. – У меня мозоли от этих туфлей.

Я схватил их и выбросил в окно, а после стянул свои ботинки и положил перед ней.

– Моя мама взбесится, – осторожно сказала она, но в ее глазах горел бунтарский огонек. – Как тебя зовут?

Мои плечи поникли. Тоска расплескалась в груди, смешиваясь со страхом и обидой. Я был уверен, что как только Кэтрин услышит мою фамилию, то поступит так же, как и Эшли. Но я не должен был лгать.

– Тайлер Гилл.

– Ты будешь моим другом?

Я был уверен, что планета сошла с орбиты. Никто и никогда не предлагал мне стать его другом.

Никто, кроме Кэтрин.

Я невольно напряг желваки, желая, чтобы Эшли отвернулась первой. На секунду вспыхнувшее любопытство в ее взгляде скрылось за страхом.

Она боялась не только Кэтрин, но и меня.

И того, как сильно изменится ее жизнь.

Эшли Браун видела во мне монстра. Я не собирался ее переубеждать.

Глава 2. Эшли

Кэтрин Фокс в Болфорде.

Новость шепотом пролетела по аудитории, как только Дерек вернулся. Многие заерзали на сидениях, в ожидании окончания занятия. Я же хотела выйти в окно и бежать до тех пор, пока ноги не сотрутся в кровь.

Кэтрин меня уничтожит.

Отомстит за то, чего я даже не делала.

Страх отдавался на языке чем-то горьким. Я шумно сглотнула, чувствуя на себе взгляды. Колин лениво откинула волосы за спину и чуть цокнула языком. Она искренне не понимала, почему все так возбудились. Но на самом деле, многие просто хотели взглянуть на ту, что открыто бунтовала, будучи членом Золотой пятерки. Кто напором брал заголовки прессы, сколько бы Виктор Фокс не пытался их стереть. Но Кэтрин все равно имела определенную славу среди наших сверстников.

Телефон вибрировал на столе. Я едва не получила сердечный приступ, увидев, что звонила мама. Она видимо узнала, что Кэтрин приехала в Болфорд. И переживала, что бывшая подруга попробует испортить мне жизнь. Я сбросила звонок, но дисплей вновь вспыхнул. Пришлось написать сообщение, но если мама хотела поговорить, то ничто не способно было остановить ее, даже если бы я была на приеме у президента.

К счастью, мне не пришлось привлекать к себе лишнее внимание. Миссис Стюарт объявила, что лекция закончилась. Колин аккуратно сложила тетради, попутно рассматривая свой маникюр.

– Эшли, давай не пойдем на обед? – прохныкала она, касаясь моей руки. – Я немного поправилась в бедрах, да и тебе не мешало бы скинуть пару футов. – Колин ущипнула меня за щеку. Я постаралась незаметно провести руками по бедрам.

– Хорошо.

– Отлично, – ее губы растянулись в улыбке. – Тебе, кажется, мама звонила? Передавай от меня привет. Жду не дождусь выходных, чтобы заехать к вам в гости.

Колин и вправду желанный гость в нашем доме. Ее родители были владельцами сети частных медицинских клиник. Сама же Колин не захотела идти в медицину. Куда больше ее интересовала политика. К сожалению, у меня выбора не было. Мама не хотела, чтобы я отправлялась в университет, и только слово отца стало решающим. Он сам выбрал место для обучения.

Мне не была близка ни юриспруденция, ни бизнес, но желание окунуться в студенческую жизнь оказалось выше. Отдушиной стало то, что мой кузен Нейт преподавал литературу, пускай она и не считалась обязательной. Мы посещали занятия раз в неделю, обсуждали прочитанное и разбирали идеи и мысли автора.

Выйдя из аудитории, я мечтала пулей влететь в комнату и спрятаться ото всех. Но Колин всегда ходила медленно, обводила взглядом каждого. Именно поэтому мы встряли в пробку из студентов в длинном коридоре, соединяющем учебную часть и общежитие. Она не помешала мне увидеть высокого парня с растрепанными волосами карамельного цвета. Напротив него стоял Дерек, мой однокурсник, и его друг Ник. Я несколько раз моргнула, не в силах поверить в увиденное. Страх стальной хваткой вцепился в мое сердце. Легкие сузились до размера горошины, из-за чего кислород не добрался до них.

Тайлер Гилл. Лучший друг Кэтрин. Человек, который ненавидел меня всей душой.

«Исчадье ада с ангельской внешностью».

Строчка из Шекспира идеально описывала его.

На мгновение его взгляд остановился на мне. Холодный, безразличный. Но все равно почему-то вызвал у меня мурашки. Что-то в чертах лица Тайлера притягивало меня, словно он был произведением искусства, которое хотелось хорошенько рассмотреть. И так происходило всегда, стоило нам случайно столкнуться.

Я не могла дышать.

В памяти возникли обрывки воспоминаний, зазвучал голос Кэтрин, которая всегда с особой любовью рассказывала о Тайлере. Я хотела сбежать, но на этот раз не только от пронзительных серых глаз, но и от самой себя.

Даже когда Тайлер вернул внимание к Дереку и Нику, я чувствовала его повсюду, словно он успел за несколько секунд пробраться мне под кожу. Но правда в том, что их тандем с Кэтрин не просто уничтожит мою размеренную жизнь.

Они сотрут ее в пыль.

Я знала, что Кэтрин не станет учиться в Болфорде, так как это решение навязал ей отец. Она сделает все, чтобы вылететь отсюда и вновь вернуться к привычной жизни. Нужно было всего лишь подождать и не попадаться им на глаза.

Когда мы наконец-то пошли в комнату, я старалась не смотреть на Тайлера. Плелась за Колин, чувствуя на спине мишень. Но в глубине души мне хотелось обернуться и узнать, насколько сильно он ненавидит меня. И лишь добравшись до двери, я сделала это. Страх практически сожрал меня изнутри. Он завладел каждой клеткой тела. Сердцем. Разумом. Всем. Он стал мной.

Я не сразу поняла, что телефон в кармане вибрирует, но прежде чем ответить на звонок, я закрыла дверь на ключ. Сердце так сильно билось в груди, словно норовило сломать ребра. Восстановив сбившиеся дыхание, я ответила на звонок

– Эшли! – голос матери заставил вздрогнуть. Я вцепилась в ручку, чтобы иметь хоть какую-то опору. – Занятия закончились пять минут назад. Почему ты не отвечаешь? Я волнуюсь за тебя, а ты молчишь!

Укол вины пронзил мое сердце. Мои губы приоткрылись, но звука не последовало.

– Ты столкнулась с Кэтрин? Она что-то тебе сказала? Сделала? Эшли, не молчи.

– Я ее не видела, но она живет напротив мен…

– Что? Немедленно иди к Нейту. Пусть исключит ее. Эшли, ты меня слышишь? Немедленно.

– Мам, может все обойдется. Может, Кэтрин…

– Иди сейчас же к Нейту и объясни ему, что Фокс следует исключить. Он больше не отвечает на мои звонки.

– Ты действительно думаешь, что стоит к нему сходить? – тихо переспросила я, но Колин жадно внимала каждому слову.

– Эшли, ты уже меня не слышишь!

– Мам, пожалуйста, не переживай. Сейчас Нейт вернется с обеда, и я с ним поговорю. Хорошо?

– Дорогая, я все делаю только ради тебя. Ты же понимаешь, как остро воспримет Кэтрин вашу встречу. Уверена, что она озлобилась на весь мир из-за того, что Виктор впервые проявил характер. Тебе не нужно лишний раз отвлекаться от учебы и переживать. Нейт обязан ее отчислить. Он послушает тебя.

– Да, хорошо. Я схожу.

– Обязательно мне потом позвони. Обязательно, Эшли. Я сойду с ума, если не услышу тебя. Люблю тебя.

– И я вас. Папе передавай привет.

Тяжесть ее просьбы рухнула на мои плечи. Я не могла сдвинуться с места. Даже когда звонок завершился, я все еще прижимала телефон к уху.

– Мама хочет, чтобы Нейт отчислил Кэтрин?

– Да, – хрипло ответила я.

– Все будет хорошо, Эшли. Твоя мама права. Кэтрин не даст тебе нормально учиться. Если что, можешь расчитывать на мою поддержку.

Я шумно выдохнула носом, соглашаясь с доводами мамы и Колин. Безусловно, они обе желали мне только лучшего. Нейт хоть и был моим кузеном, все равно относился так же, как и к остальным. Никаких поблажек и послаблений. Но, возможно, сейчас он встанет на мою сторону?

По крайней мере мне этого хотелось.

Наверное.

Отказ Нейта больно ударил по самолюбию. Комок эмоций, собравшийся в груди, едва не взорвался и не вырвался слезами. Я не знала, как расскажу о его решении маме. Вдруг она подумает, что я не так сильно просила его об этом? Или решит, что проигнорировала ее просьбу и не пошла? Мама вряд ли забрала бы мои документы и перевела в другой университет, но ее ненависть к Кэтрин была размером с Марс. Кэтрин своими поступками лишь приумножала ее.

Она не следовала правилам.

Она нарушала их изо дня в день.

Ее бунт всегда выглядел неуместно, но разбавлял напряженную обстановку на встречах Золотой пятерки.

Но тогда все можно было списать на возраст, а сейчас от нас требовалось уметь держать лицо на публике. Любой необдуманный поступок напрямую влиял на стоимость монеты. И Кэтрин должна была это понимать.

После кабинета Нейта я спешно вернулась в комнату, боясь встретить ее. Мне казалось, что она вот-вот выскочит из-за угла и потребует объяснений. А ведь заблокировать ее везде вовсе не было моей идей. Мама испугалась, что Кэтрин захочет взять меня с собой и тем самым опозорит фамилию Браун. Я пыталась объяснить, что никогда бы не согласилась сбежать из дома. Но если Харпер Браун приняла решение, то никто бы не смог ее переубедить.

Болфорд больше не был безопасным местом. Вся надежда легла на книги. Я схватила любимую Джейн Остин «Доводы рассудка» и улеглась на кровать, даже не сменив одежду. Колин стояла в ванной и расчесывала длинные волосы.

– Зря ты все таки постриглась, – бросила она, даже не поворачиваясь ко мне. – Короткая стрижка тебя полнит.

Я невольно коснулась кончиков волос.

– Знаю отличного мастера, который сможет нарастить волосы так, чтобы не было видно перехода.

– Мне нравится, – попыталась оправдаться я, на что Колин с упреком взглянула.

– Эшли, я просто высказываю свое мнение. Ты всегда все воспринимаешь в штыки.

– Прости.

– В следующий раз вообще ничего не буду говорить.

– Нет, я просто немного переволновалась из-за…

– И это не значит, что можно срываться на мне.

Я опустила голову и попыталась сконцентрироваться на тексте. Но строчки плыли перед глазами из-за слез. Колин схватила телефон и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Пришлось отложить книгу и идти за ней.

Глава 3. Тайлер

Пока Кэтрин строила планы по совращению Нейта, я решил устроить себе экскурсию по Болфорду. Три этажа общежития выглядели одинаково: тридцать четыре двухместные комнаты, в коридорах небольшие зоны для отдыха с диванами и креслами обтянутыми черной кожей и стеклянные столики. В учебном корпусе было намного интересней. На втором этаже прямо над столовой раскинулась библиотека с огромными стеллажами прямо до потолка. Из проходов можно было попасть в уютные карманы, где были кресла и симпатичные торшеры. Я решил выделить один из выходных дней, чтобы изучить каждый уголок. Сегодня же мельком осмотрел пространство, присматривая себе место.