- -
- 100%
- +
Глава 1
У Маркуса Данверса не было секса восемнадцать месяцев, две недели и три дня.
И до той, что явилась причиной столь плачевного положения вещей, было сейчас буквально рукой подать. Он узнал ее каждой клеточкой своего тела, причем те, что расположены ниже пояса, заявили о себе особенно бурно. Ноздри его раздулись, вбирая в себя ее запах, и весь он напрягся и отвердел в известных местах – тех самых, что не давали ему покоя при воспоминании о ней, вероломной обманщице, что покинула его более полутора лет назад.
Склонившись стройным телом к сидящему за рабочим столом директору по маркетингу «Клайн технолоджи», она негромко с ним говорила. Смысл разговора ускользал от него, но он узнал этот приглушенный мелодичный голос, что вот уже столько месяцев преследовал его во сне и наяву. Голос женщины, с которой, единственной из всех его многочисленных пассий, он был почти готов создать семью. Той, что впервые заставила его задуматься о возможности тихого семейного счастья.
Голос Вероники Ричардс.
Она наклонилась над столом, чтобы взять стопку бумаги, и шелковистые каштановые пряди шаловливо коснулись ее щеки. Голова ее была повернута так, что он мог видеть только этот край щеки, чуть прикрытый завесой волос. У нее была новая прическа – все волосы одной длины на уровне подбородка. Полтора года назад волосы ее доходили до середины спины, но распущенными Маркус увидел их лишь в тот достопамятный вечер, когда она впервые пришла к нему домой. В тот вечер, когда это случилось с ними в первый раз.
Тогда, в «Си-ай-эс»[1], она была, что называется, застегнута на все пуговицы, особенно внешне. И тугой узел на затылке, и очки в черной оправе, которые каким-то загадочным образом лишь подчеркивали красоту ее серых глаз, были частью образа.
Однако когда он прикасался к ней, она переставала быть синим чулком. Вся она дышала стыдливой страстью и неопытной пылкостью.
Он проработал с ней три года, пребывая в уверенности, что у этой безупречной секретарши вместо крови в венах течет хладагент. И был потрясен, обнаружив, насколько сильно в ней ошибался. Он испытал почти такой же шок, когда узнал, что, перед тем как бросить его, она продала конкурентам не подлежащую разглашению информацию о компании.
Маркус сжал кулаки, не отрывая их от бедра. Ему очень хотелось одним прыжком преодолеть расстояние между ними, схватить ее за плечи, развернуть лицом к себе и потребовать объяснить необъяснимое.
Она не только выдала с головой фирму, но и предала своего любовника. И он желал знать, почему она это сделала.
Вопрос, состоящий из одного-единственного слова, вот уже полтора года не выходил у него из головы: почему?
Почему, проработав идеальной секретаршей три года, преданная своей работе и компании, она продала информацию, которая стоила «Си-ай-эс» очень серьезной сделки. Как случилось, что, пробыв его любовницей два месяца, она уехала, не сочтя нужным с ним даже попрощаться?
Но Маркус проявил выдержку. Подавив желание разобраться с ней прямо здесь и сейчас, он сосредоточился на работе. Президент и владелец «Клайн технолоджи» нанял Маркуса, чтобы тот нашел и обезвредил тайного агента, внедрившегося в фирму и работающего на конкурентов.
– Вы хотели представить меня директору по маркетингу? – спросил у своего клиента Маркус.
– Да. – Клайн решительно кивнул. – Его команда и еще ведущие проектные группы – вот, пожалуй, и весь персонал, владеющий информацией, утечка которой происходит из-за того, кого мы ищем.
Ронни чуть повернула голову, и Маркус увидел, что она носит те же очки в черной оправе. Как и раньше, белая блузка ее была застегнута на все пуговицы до самого подбородка, и она по-прежнему носила ее заправленной в скромную серую юбку. Она казалась строгой до чопорности, безупречно опрятной и официально холодной. Совсем не так, по его представлениям, должна выглядеть женщина, продавшая и босса, и любовника.
Хоть его и воротило от этой мысли, но факты говорили сами за себя – скорее всего расследование уже закончено. На этот раз деньги он получит, не прилагая практически никаких усилий. Ему бы радоваться, да только чему?
– Вы сказали, что в группе маркетинга пять человек имеют доступ к утекающей информации.
– Да, – ответил Клайн. Острый взгляд его зеленых глаз говорил о недюжинном уме. – Всего в отделе двенадцать человек, но только пять ведущих сотрудников имеют неограниченный доступ к полной информации о нашей продукции, в том числе к новым разработкам. Маркус, не сводя глаз с профиля Ронни, спросил:
– Включая административный персонал? Клайн нахмурился и выругался себе под нос.
– Нет, про секретарей я даже не подумал. У них ко всему есть доступ.
– Сколько у вас всего администраторов? Клайн ответил не сразу.
– Трое – в отделе маркетинга, в конструкторском – один, в отделе снабжения – двое, но только одна сотрудница работает с инженерами, ответственными за запуск в производство новых изделий.
– Она одна из них? – спросил Маркус, кивнув в сторону Ронни. В то же мгновение она повернулась к ним лицом, дав ему возможность увидеть ее анфас.
Клайн испытующе посмотрел на Маркуса:
– Это Вероника Ричардс, администратор отдела маркетинга. Около шести месяцев работает с нами. У нее неограниченный доступ к весьма обширной информации.
Из-за шума в ушах Маркус едва слышал, что говорит Клайн, – он встретился взглядом с Ронни.
Он пытался играть роль стороннего наблюдателя, отслеживая реакцию Ронни на его присутствие. Вначале узнавание, затем шок. Компания, на которую он работал – «Си-ай-эс», – штаб-квартиру имела в Портленде, а Ронни уехала еще до того, как сам Маркус и его партнер Алекс открыли отдел по корпоративным расследованиям. Ронни не знала об этой статье доходов «Си-ай-эс». Она, вероятно, посчитала, что в таком крупном городе, как Сиэтл, где легко затеряться, может чувствовать себя в безопасности, тем более что Портленд находится не только в четырех часах езды, но и в другом штате.
Едва они встретились взглядами и она его узнала, как у нее глаза стали как блюдца. Нежные губы, что он когда-то так жадно целовал, раскрылись, и вся кровь схлынула с аристократически правильного лица. Она слегка покачнулась, прошептав что-то одними губами. Он решил, что она назвала его по имени. Вид у нее был такой, словно она вот-вот упадет в обморок. Он выругался про себя и остался стоять на месте, хотя ноги сами так и рвались броситься к ней на выручку.
Но первым рядом с ней оказался Клайн.
– Добрый день, Вероника. Познакомьтесь, это Маркус Данверс. Он оказывает «Клайн технолоджи» консультационные услуги.
Маркус слушал, как Клайн гладко излагает легенду о том, для каких целей и почему здесь оказался ведущий менеджер «Си-ай-эс». Но при этом он никак не мог взять в толк, как это Клайн не замечает того полуобморочного состояния, в котором пребывала Ронни. Неужели он не уловил напряженности ее позы? Не обратил внимания на то, как лихорадочно она дышит? Неужто настолько слеп, что способен видеть только то, что она хочет, чтобы он лицезрел, – маску вежливой учтивости?
– Мы расширяемся? – спросила Ронни. Нажим, с которым был задан вопрос, говорил о том, что она близка к тому, чтобы потерять над собой контроль. Раньше на работе Ронни никогда не позволяла эмоциям влиять на интонацию своей речи.
– Возможно, – уклончиво ответил клиент Маркуса. Маркус перевел взгляд с Ронни на Клайна.
– Я думаю, что вы должны кое о чем узнать.
– Маркус, – еле слышно, с мольбой в голосе, произнесла она.
Маркус оставил ее немую просьбу без внимания. Она, конечно, боялась, что он сейчас расскажет Клайну о том, как она предала «Си-ай-эс». Напрасно беспокоится. Покане время. Он не готов к такому поступку. Если не она виновна в шпионаже, для раскрытия которого его, Маркуса, и наняли, то совсем ни к чему, чтобы Клайн сделал скоропалительные выводы и прекратил расследование, тем самым развязав руки настоящему преступнику.
Кроме того, Маркус полагал, что ему не потребуется много времени, чтобы наверняка узнать, не взялась ли Ронни за старое.
– Мы с Вероникой уже знакомы. Она несколько лет проработала на «Си-ай-эс». И ей очень хорошо известно, как у нас поставлено дело с информационными услугами, предоставляемыми клиентам-инвесторам. – Маркус надеялся, что Клайн поймет его намек. О деятельности службы корпоративных расследований «Си-ай-эс» Ронни известно не было.
Клайну хватило ума, чтобы построить мультимиллионный бизнес с нуля, – начинал он с компьютерной мастерской, устроенной в собственном гараже. По глазам Клайна Маркус прочел, что тот вначале слегка запаниковал, но, ухватив суть послания, успокоился.
– Понятно. Тогда она для вас – идеальное контактное лицо от «Клайн технолоджи».
Маркус стремительно обернулся, чтобы успеть подсмотреть, как отреагирует Ронни на это предложение Клайна. Если она и до этого была бледна, то сейчас лицо ее буквально позеленело.
Она отчаянно замотала головой. Куда только делось ее легендарное самообладание?
– Нет.
Клайн сурово насупил седые брови и грозно прищурил зеленые глаза:
– Нет?
Ронни открыла рот и закрыла его, так ничего и не сказав. Она скосила глаза на Маркуса и тут же отвела взгляд в сторону.
– У вас проблемы? Вы не можете работать с Маркусом? – спросил Клайн с тем же мрачным выражением лица.
Маркусу было почти жаль Ронни. Под таким испытующим взглядом всякий чувствовал бы себя неуютно. Но только почти. Шпионка не заслуживает жалости.
Она с видимым усилием попыталась взять себя в руки.
– Дело в том, что я сейчас очень занята. Мы проводим маркетинговое исследование нового продукта для «Кугуара». Я уверена, что можно найти более подходящего сотрудника в области стратегии инвестиций для работы с мистером Данверсом.
– Напротив, я бы предпочел иметь дело с тем, кто знает ответы на мои вопросы и может вывести меня на нужных людей. Кроме того, мне известно, как вы умеете работать. Все это делает вас ценным источником информации. – Маркусу очень хотелось посмотреть, как она теперь завертится.
Ронни подняла на него глаза, и Маркус увидел, как меркнет в них надежда. Она явно нервничала.
– Если вы так этого хотите…
Он улыбнулся одними губами. Он знал, что улыбка не коснулась глаз.
– Да, именно этого.
– Ну что же. Считаю вопрос закрытым. Вероника, вы можете начинать знакомить Маркуса с сотрудниками отдела маркетинга. А у меня, ребята, есть срочные дела, и я возвращаюсь к себе в кабинет. – Клайн снова выглядел и говорил, как жизнерадостный и веселый дед, и следа не осталось от той стальной решимости во взгляде и позе, что заставила сотрудницу беспрекословно подчиниться воле босса.
Клайн пошел к себе, а Ронни осталась стоять где была и лишь молча смотрела вслед начальнику. Маркус тоже не торопился прерывать молчание. Прошло не меньше минуты, прежде чем он открыл рот.
– Столько воды утекло, Ронни.
Она вскинула голову, как от удара.
– Не надо. – Она глубоко вздохнула. – Не называй меня так. Пожалуйста.
– Почему? – насмешливо поинтересовался он. Откуда эти просящие интонации в ее голосе? Если бы не печальный опыт, он подумал бы, что имеет на нее влияние. Но она доказала обратное, когда исчезла и адреса не оставила. – Ведь так тебя зовут.
Он сам стал так ее называть, когда их отношения перешли в интимную стадию.
– Меня зовут Вероника. И никто, кроме тебя, не называл меня Ронни. Я не… Мне не нравится это имя.
«Что это она запинается?» – подумал Маркус. Но решил, что не будет придавать значение таким мелочам.
– Зато мне нравится. Оно тебе подходит, по крайней мере той женщине, которую я знал. – На самом деле продажной особе, которой она оказалась, скорее подошло бы имя Бенедикт, вернее, Бенедикт Арнольд.[2]
Она снова побледнела, и он почувствовал себя виноватым из-за того, что ее подзуживал. Но тут она прищурилась и сказала:
– Ты меня не знаешь. Меня настоящую. И никогда не знал.
На сей счет ему нечего было возразить. Конечно, она для него – тайна за семью печатями. Иначе он мог бы предугадать, на какое предательство способна эта женщина.
– Тебе, кажется, велели познакомить меня с персоналом? Мы могли бы углубиться в воспоминания о старых добрых временах позже.
Она схватилась за горло. В глазах ее стоял такой ужас, что Маркус всерьез за нее испугался. С каждой проведенной с ней секундой он все более утверждался в мысли, что она и есть та самая искомая шпионка. Она вела себя так, как только и может вести себя женщина, смертельно боящаяся быть пойманной с поличным. Хотя, возможно, ее пугало то, что прошлые грехи станут достоянием гласности.
Но может, она нашла тут, в «Клайн технолоджи», настоящую золотую жилу, продавая секреты фирмы конкурентам? И испугалась, что волшебный горшочек перестанет варить?
Маркус не знал ответа, но его затем и наняли, чтобы он отыскал разгадку, а в работе он был настоящим профессионалом.
Это было похоже на кошмар, из тех, когда все происходящее слишком реально, чтобы оказаться сном. Не может быть, чтобы Маркус объявился в «Клайн технолоджи» и смотрел на нее глазами, холодными как лед. В них не было и следа того чувства, которое когда-то она увидела в его взгляде.
Что за жестокая шутка провидения заставила Джорджа Клайна нанять топ-менеджера «Си-ай-эс» в качестве консультанта по стратегии расширения компании? «Да, ври больше, – спорил с Вероникой внутренний голос. – Можно подумать, ты не хотела его снова увидеть. Или не тосковала по его ласкам с того самого дня, как уехала из Портленда».
Сколько раз со времени возвращения из Франции, садясь за руль, она боролась с искушением выехать на шоссе 1—5 и добрых четыре часа гнать на юг лишь ради того, чтобы его увидеть! Сколько раз представляла, как, спрятавшись за кустом у ограды жилого комплекса, в котором он жил, дожидается его появления! Лишь бы украдкой взглянуть на златовласого красавца, которого любила. И оставила.
Даже в самых смелых фантазиях она ни разу не мечтала заговорить с ним. Так далеко воображение ее не простиралось.
Она предала его, и он этого никогда не поймет и не простит. Если бы он ее любил, она могла бы все ему объяснить. Но она не верила в это. Иначе просто пришла бы к нему и попросила помочь решить ее проблемы. Но отношения их базировались только на физическом влечении, по крайней мере с его стороны. Он расставил все точки над i в самый первый раз, когда у них случился секс. Никаких оков. Никаких обязательств.
То, что она совершила, она сделала потому, что была связана обязательствами, о которых невозможно забыть. На ней лежала ответственность. Ее не скинешь с плеч, как надоевшую ношу. И она должна была исполнить свой долг, даже если цена тому – утрата любимого. Так оно и произошло. Она его потеряла.
Увидев Маркуса, Вероника подавила неуместную радость. Это труда не составило, если принять во внимание обстоятельства их встречи. Стоило ей на секунду встретиться с ним взглядом, как почти панический ужас объял ее. Страх, что он может проинформировать руководство о ее прошлых «заслугах», овладел ею настолько, что она едва не лишилась чувств.
Вероника не могла позволить себе потерять эту работу. Ей нужны были деньги и социальные льготы, для того чтобы содержать семью. О которой Маркус и представления не имел. Он не хотел знать ничего о настоящей Веронике Ричардс, когда они были любовниками, и она сомневалась, что за восемнадцать месяцев что-то изменилось.
Сейчас наверняка он испытывал еще меньше желания ее узнать. Потому что теперь считал ее женщиной без чести, способной без зазрения совести переметнуться на сторону того, кто больше заплатит.
Вероника прижимала к груди папку с отчетом, прикрываясь ею, словно щитом.
– Пройдемте сюда, и я познакомлю вас с Джеком. Он директор по маркетингу. Он может показать вам отдел и познакомить вас с остальным персоналом.
Насмешка в глазах Маркуса обожгла ее, когда он, покачав головой, сказал:
– О нет, Ронни. Клайн тебе поручил быть моим поводырем и помощником, и я буду на этом настаивать.
Менее двух лет назад она обнаружила, что ее возбуждает, когда он стоит рядом. Когда он всеми своими шестью футами и двумя дюймами возвышается над ее пятью футами и четырьмя дюймами. Она солгала бы себе, если бы стала утверждать, что сейчас не испытывала возбуждения, но панический страх в данном случае превалировал над прочими эмоциями. Что же он намерен делать?
Вероника отступила на два шага и пожала плечами с холодным безразличием. По крайней мере ей бы очень хотелось, чтобы ее жест можно было истолковать так со стороны.
– Я в курсе того, что мой босс велел мне показать вам отдел. Но полагаю, что, помня о нашем прошлом, вы бы предпочли иметь другой эскорт. Если это не так, я готова следовать указаниям мистера Клайна.
Маркус блеснул белозубой улыбкой на загорелом лице. Вероника знала, что загар его настоящий, а не из солярия. Он любил бывать на свежем воздухе, и хорошо прорисованные мускулы под яркой гавайской рубашкой говорили о том, что он по-прежнему ведет активный образ жизни. Кстати, насыщенного цвета гавайки были его фирменным стилем и способом самовыражения.
Он проследил за направлением ее взгляда и одарил ее хищной улыбкой.
– Ну, тогда пойдем познакомимся с Джеком. Вероника кивнула. Теперь она старалась смотреть в сторону – так было безопаснее, а то наткнешься взглядом на какую-нибудь волнующую часть его тела. Она давно отработала этот метод уходить от ненужного возбуждения – почти три года она провела невидимой тенью, беспомощно наблюдавшей за тем, как он крутит романы то с одной секс-бомбой, то с другой.
Она повернулась к Маркусу спиной и повела его к Джеку. Они застали его разговаривающим по телефону. Несмотря на то что Вероника тщательно следила, чтобы между ней и Маркусом сохранялась дистанция в несколько футов, Маркус сумел незаметно для нее сократить расстояние и сейчас был всего в каких-то дюймах от нее. Ее окутало благоухание его одеколона, и Вероника чуть не подскочила от нахлынувших воспоминаний, пробужденных запахом, в котором парфюму принадлежала лишь половина, а другая была – сам Маркус.
Этот аромат напомнил ей о той страсти, что они когда-то разделили друг с другом.
Она попыталась незаметно отодвинуться.
Бесполезно – он не отходил от нее ни на дюйм.
– В чем дело, Ронни? Я заставляю тебя нервничать?
Когда-то в «Си-ай-эс» он начал флиртовать с ней буквально с того же самого вопроса. Флирт перерос в нечто большее, и она обнаружила в себе чувственность, о которой даже не подозревала. В том, что человеком, пробудившим в ней женщину, оказался именно он, не было ничего удивительного. В конце концов, она любила его едва ли не с первого дня работы в «Си-ай-эс».
Ее удивило, что и он испытывал к ней сильное влечение, если не любовь. Он хотел ее, и, видит Бог, она не в силах была ему отказать.
Девственница в двадцать три, она целиком попала под его очарование и отдала ему нечто большее, чем невинность. Она вручила ему свое сердце. Он, конечно, об этом не знал. Он полагал, что с ее стороны никаких нежных чувств нет, как их не было у него. Всем израненным сердцем она желала, чтобы дело именно так и обстояло. Тогда не так больно было бы его покидать.
Однако сейчас в его словах и намека на флирт не ощущалось. Что за игру в кошки-мышки он с ней затеял? Очевидно, Маркус считал, что немного помучить ее будет не грех. Она не питала никаких иллюзий на сей счет и была уверена, что своим уходом из «Си-ай-эс» ничуть не задела его личных к ней чувств. Он потерял всего лишь удобную партнершу – не слишком приятно, но и не смертельно; однако при этом пострадала репутация компании, а такое Маркус Данверс не простит.
Она не видела причин скрывать правду. Разумеется, он все уже знал.
– Да, ты заставляешь меня нервничать. В твоей власти разрушить мою жизнь, и тебе это известно. Я могу лишь догадываться, почему ты еще не рассказал все мистеру Клайну.
У Маркуса даже округлились глаза от такой честности. Он уже открыл было рот, чтобы ей ответить, но Джек повесил трубку и повернулся к ним лицом.
– Вероника, тебе нужна еще информация по отчету?
– Нет, Джек. Я хочу тебе кое-кого представить. – Она жестом указала на Маркуса. – Маркус Данверс из «Си-ай-эс». Мистер Клайн нанял его в качестве консультанта по расширению бизнеса. Джек Брансон, – представила она начальника, глядя Маркусу в глаза. – Начальник отдела маркетинга.
Веснушчатая физиономия Джека расплылась в обворожительной улыбке. Он протянул гостю руку:
– Добрый день, Маркус. Рад с вами познакомиться. Маркус ответил на рукопожатие.
– Готов поспорить, у вас есть кое-какие мысли по поводу возможной стратегии расширения.
Джек с энтузиазмом кивнул рыжей головой:
– Тут и спорить нечего. У меня есть идеи. Мы могли бы обсудить их за ленчем где-то среди недели.
Маркус ответил неопределенно, но Вероника не сомневалась, что он найдет время пообедать с Джеком и выслушать его мысли. Начальник Вероники мог обольстить даже змеиный хвост, такой он был обаятельный. Надо было ей об этом подумать. Раз или два он и ее пытался завоевать своими чарами и даже приглашал на свидание. Увы, сердце Вероники застряло на старой колее. Вот уже почти два года ни с места. Она была влюблена в Маркуса. Очевидно, у нее вместо мозгов солома.
Кроме того, на ней была семья, что практически исключало возможность бегать на свидания. Особенно на такие, на которые она не очень-то стремилась.
Маркус и Джек поболтали еще немного, потом Джеку снова позвонили, и Вероника повела Маркуса по другим офисным отсекам, знакомя со специалистами отдела маркетинга. На все представление ушло не меньше получаса. Маркус, общительный и дружелюбный, завоевал расположение почти всех работавших в отделе дам.
Вероника громадным усилием воли подавляла в себе ревность, вызванную его игривой манерой общения. Однако к тому моменту, как все перезнакомились, часы на стене уже показывали пять.
– Мне нужно закончить кое-какую работу, перед тем как поехать домой. Вероятно, мистер Клайн рассчитывает, что после знакомства с персоналом вы заглянете к нему в кабинет.
Маркус кивнул, и его волосы сверкнули золотом – игра света. Он так просто позволил себя отослать! Почувствовав облегчение, Вероника повернулась к двери, собираясь уходить. Но тут он протянул руку и схватил ее за плечо. Схватил – громко сказано, он едва дотронулся, но ей показалось, что ее пробило током.
– Поужинай со мной сегодня вечером.
– Зачем? – сдавленно проговорила она, еще не отойдя от последствий электрошока.
– Нам надо кое-что обсудить.
Она покачала головой. Он был прав, но она не хотела обсуждать с ним это сейчас. Она не могла.
– Нет.
– Да.
Она остановила на нем взгляд, в котором была странная смесь тоски и страха. От смятения у нее пропал голос.
– Что? – только и смогла выдавить из себя Вероника после целой минуты молчания.
– Что обсуждать? Одно маленькое дельце – твою роль в утечке корпоративных секретов «Си-ай-эс». Мелкий эпизод из твоего прошлого, о котором я пока не поведал Клайну.
Ответ прозвучал как прямая угроза. Тиски страха сжали ее. Она была в панике. Вся ее такими неимоверными усилиями налаженная жизнь готова была рассыпаться прямо на глазах.
– Я не могу.
Он прищурился и отвел руку.
– Почему? У тебя свидание?
Она покачала головой. Если ее и ждала встреча, то с собственным маленьким сыном. Негодник плохо спал, так что свидание могло затянуться на всю ночь, которую она проведет с ним на руках.
– Позвони и отмени встречу.
– Не могу. – Материнство не отменишь одним звонком. Да разве она станет это ему объяснять? Маркус не признавал никаких обязательств, кроме тех, что накладывает на человека работа, а ей пришлось на собственном опыте узнать, что такое постоянно, и днем и ночью, и на работе и дома, отвечать за другого человека.
Она поняла, что означает стать главой семьи, еще тогда, когда родители ее погибли – с лодкой случилась авария, оставив на ее попечении сестру-подростка.
– Разве у тебя есть выбор? Ты что, хочешь, чтобы я все рассказал о твоей шпионской деятельности Клайну?
Сердце ее мучительно сжалось.
– Ты собираешься это сделать?
– Это зависит от многих причин.
– Например?
– Например, от того, что ты скажешь мне за ужином. Он держал ее за горло и знал об этом.
– Встретимся в семь. – Она назвала небольшой ресторанчик, где подавали морепродукты, в западной части города. Придется попросить Дженни посидеть с Эроном. Оставалось надеяться, что она не нарушила планов сестры.
Глаза Маркуса победно блеснули. Как ей хотелось вмазать ему по физиономии и вмиг стереть с нее это самодовольное выражение! Он был на все сто уверен в том, что властен из нее вить веревки. Так же, как тогда, полтора года назад.