Его жена и любовница

– Хорошо, – сказал Лукас. – Закончим.

Хотя Айрис и ждала подобного ответа, он заставил ее окаменеть. Лицо Теи нелепо вытянулось, когда она, не веря своим ушам, смотрела на Лукаса. Дрейк же хранил настороженное молчание.

Пауза затянулась, и Айрис наконец произнесла:

– Сегодня я могу вернуться к бабушке Гарриет, но мне нужно срочно подыскать какое-то жилье. Вряд ли родители захотят видеть меня в своем доме.

Все, что она говорила, совершенно не касалось Лукаса, но Айрис просто не знала, что еще сказать. Она не могла заставить себя поблагодарить Лукаса за то, что тот все же позволил ей расторгнуть помолвку.

– Ты будешь жить со мной, – сказал Лукас голосом, в котором звучала крепость стали.

– Но вы только что согласились отменить свадьбу, – сухо заметила Тея, не в силах скрыть осуждения.

– Да, но ваша сестра будет жить со мной. – Лукас не сводил глаз с лица Айрис, и взгляд его был поистине грозным. – Через четыре ночи ты будешь спать в моей постели, состоится свадьба или нет.

Лукас сошел с ума! Они не могут жить вместе, не связав себя узами брака. Но внезапно в голову Айрис пришла поистине ужасная мысль.

– Ты хочешь сделать меня своей любовницей?

– Я хочу сделать тебя своей женой, Айрис! Но ты отказываешься выходить за меня замуж. Я не собираюсь отказываться от брачной ночи только потому, что ты не желаешь свадьбы. Должен признаться, меня удивило, что ты хочешь дать повод для сплетен. Значит, репутация не так важна для тебя, как я думал раньше. Но ведь ты, кажется, сторонница традиций.

– Да, я сторонница традиций! И не собираюсь жить с тобой под одной крышей, не будучи твоей женой.

Пусть она и незаконнорожденная, но уж точно не какая-нибудь ветреница.

– Хорошо. Именно этого я и хотел, но ты была непреклонна.

Когда смысл сказанного дошел до нее, Айрис нахмурилась:

– Я по-прежнёму не соглашаюсь выходить за тебя замуж.

– Именно так нам всем и показалось. Но ты заявила, что не хочешь быть и любовницей Лукаса. – Айрис показалось, что в глазах Дрейка прыгают веселые искорки. Хотя брови над ними были так же сурово сдвинуты, как у Лукаса.

Айрис повернулась к сестре:

– Пожалуйста, помоги мне убедить их, что это единственный выход. Я не могу выйти замуж за Лукаса и навлечь на его и свою семью очередной скандал.

Айрис ожидала от Теи понимания, но в ее глазах тоже плясали смешинки.

– Думаю, разразится еще более грандиозный скандал, если ты станешь жить с Лукасом в качестве любовницы, сестренка.

– Я не собираюсь быть ничьей любовницей! – Айрис сказала это так решительно и громко, что даже посудомойка на кухне должна была услышать это заявление.

Внезапно руки Лукаса легли на ее плечи, а сам он оказался от нее в такой опасной близости, что у Айрис закружилась голова.

– Нет, милая. Ты не будешь моей любовницей. Ты станешь моей женой. И если для этого придется тебя окончательно скомпрометировать, значит, так тому и быть. Ты моя на всю жизнь.

– Но ты меня не любишь, – всхлипывая, произнесла Айрис.

Лукас нахмурился:

– Сегодня ты сказала мне, что это не столь важно.

– Я сказала, не поэтому расторгаю помолвку. Но я не говорила, что это не важно.

Неужели он слышал только то, что хотел услышать?

– Я очень много размышлял об этом и пришел к выводу, что любовь вовсе не романтическая чепуха, как я думал раньше.

– Что? Ты любишь меня? – пролепетала Айрис.

– Мне не хотелось бы обсуждать это в присутствии твоей сестры и зятя.

Айрис бросила взгляд сначала на хозяина дома, а потом на сестру.

– Да, конечно.

– Я хочу тебя, и ты обещала стать моей. Ты выполнишь свое обещание, чего бы это ни стоило, – непреклонно заявил Лукас.

– Но ты не можешь хотеть брака со мной. По рождению я именно такая женщина, от каких ты поклялся держаться подальше. Неужели ты не понимаешь?

Лукас взял в ладони ее лицо и посмотрел прямо в глаза. Казалось, его взгляд прожигает насквозь.

– Если бы это было так, я не стал бы за тобой ухаживать. Ты помнишь тот день, когда я попросил тебя стать моей женой?

Айрис кивнула.

– Тогда я сказал, что считаю тебя ответственной за твои собственные поступки, а не за поступки членов твоей семьи. Твои родители отвечают за то, что ты незаконнорожденная. А ты несешь ответственность за свое обещание выйти за меня замуж. Понимаешь? Это главное.

Айрис поняла только то, что Лукас не отступится. Граф оказался несгибаемым как сталь.

Лукас заехал к Дрейку на следующее утро. Ему хотелось побольше узнать о Лэнгли. Дрейк был знаком с ними четыре года. Вполне приличный срок, чтобы составить представление о родственниках жены. Лукаса тут же провели в кабинет Дрейка.

– Я ждал вас, – сказал хозяин дома, предлагая гостю сесть.

– Я хотел поговорить еще вчера, но спешил отвезти Айрис домой. Ведь она приехала к вам в наемном экипаже.

Дрейк прищурился:

– Надеюсь, вы объяснили ей, насколько небезопасно для леди подобное путешествие?

– Я попытался. – Вспомнив о том, что Айрис отказалась с ним говорить, Лукас нахмурился. – Но я не уверен, что она меня слушала.

Дрейк улыбнулся:

– Она очень похожа на свою сестру.

– Когда я впервые встретил ее, мне показалось, что она само совершенство. Мягкая и покорная, – признался Лукас.

– А теперь?

– Она не так уж покорна.

– Но это не меняет вашего решения? – Лукас криво усмехнулся:

– Да. Хотя я никогда не думал, что захочу связать свою жизнь с импульсивной, безрассудной и лишь временами благовоспитанной леди. Но так уж получилось.

– У Айрис благородная душа.

– Да, – согласился Лукас. В отличие от его матери и брата Айрис было присуще внутреннее благородство. – Даже пытаясь нарушить данное мне обещание, она вела себя в высшей степени благородно.

– Айрис хотела одного – защитить вас и свою семью, избежать скандала.

Лукас кивнул.

– Я беспокоюсь за нее. Письмо шантажиста наложилось на происшествие на крыше в Эштон-Мэноре.

Дрейк откинулся на кресле, постукивая карандашом по ладони.

– Вы правы, но это не то. Ни у кого из гостей, приглашенных в ваше загородное поместье, нет причин желать ей зла. В том числе и скандала, связанного с расторжением помолвки.

Того же мнения был и Лукас. А если это все же сам Лэнгли?..

– Реакцию Лэнгли на выходку Айрис в парке не назовешь безобидной. Я тогда подумал, что он хотел таким образом наказать ее. Но не думаю, чтобы он желал отменить свадьбу. Разве только чтобы отомстить мне, – вслух размышлял Лукас.

– Лэнгли, по-моему, сущий мерзавец. Но даже я не представляю, чтобы он был способен на подобное вероломство, – высказал свое мнение Дрейк.

– Расскажите о его первой жене. Она ведь мать Теи, не так ли?

Дрейк кивнул:

– Тея и Джаред – близнецы. Джаред родился первым, и Лэнгли тут же увез его из Лэнгли-Холла, пообещав Анне, что та никогда больше не увидит сына. А потом родилась Тея, и Анна в отчаянии спрятала ее, чтобы не потерять так же, как сына. Вскоре она поняла, что, оставаясь в Англии, рискует лишиться дочери, поэтому и сбежала в Вест-Индию. Она умерла, когда Tee было тринадцать лет.

– А Лэнгли тем временем женился вторично и обзавелся еще одним ребенком, – уточнил Лукас.

– Да. Он даже не попытался отыскать свою сбежавшую жену и поэтому не знал, живали она. Он сказал Tee, что счел Анну умершей, потому что та не приезжала, чтобы повидать сына. Он и его нынешняя супруга повторно заключили брак, когда Тея приехала в Лондон и рассказала о смерти матери.

Лукас был потрясен отсутствием у Лэнгли элементарных моральных принципов.

– Стало быть, он ввел свою нынешнюю жену в заблуждение?

Дрейк покачал головой:

– Скорее она заманила его в ловушку. Забеременела Айрис и вполне сознательно вышла замуж, отдавая себе отчет, что бывшая жена Лэнгли, возможно, жива. Он рассказал ей правду, а вот Джаред, как и светское окружение сэра Лэнгли, считал, что Анна умерла во время родов.

– Вы правы, Лэнгли аморален. Он просто ублюдок.

– Именно так назвала себя Айрис. Вчера вечером, еще до вашего приезда.

В душе у Лукаса все перевернулось. Бедняжка Айрис!

– Но она не виновата в том, что произошло.

– Тем не менее она так не считает. Винит во всем себя.

– Дьявол! Как же все запутано! – Дрейк улыбнулся:

– Добро пожаловать в семью.

– В семью, которая пожирает своих детей.

– Возможно. Но Лэнгли слишком дорожит мнением света, чтобы подвергать себя риску. Ведь расторжение помолвки неминуемо повлечет за собой скандал. Кроме того, он ни за что не стал бы угрожать разглашением обстоятельств рождения Айрис. Это слишком плохо отразилось бы на нем самом. Лэнгли отпадает.

– В таком случае кто же пытается шантажировать Айрис? – Дрейк нахмурился:

– Не знаю. Я не перестаю думать об этом с того самого момента, как она показала мне письмо. Но на ум не приходит ни одного имени.

– Я найду этого человека.

– Вы так уверены в этом?

– У меня есть кое-какой опыт в такого рода делах, – как о вещи вполне реальной сказал Лукас.

Дрейк удивленно вскинул брови.

– Я служил в контрразведке во время войны с Бонапартом.

– Но вы были так молоды.

– Я выполнял свой долг перед родиной, – пожал плечами Лукас. – Молодость давала мне уверенность в том, что я неуязвим.

Улыбка на лице Дрейка исчезла.

– Надеюсь, вы извините меня за подобные слова, но я не могу представить вас неуязвимым. В вас есть что-то жестокое.

В устах будущего свояка эти слова прозвучали как высшая похвала.

– Тот, кто играет с Айрис в подобные игры, вскоре поймет, каким опасным я могу быть.

Увидев брата Айрис, Лукас тотчас же понял: он чертовски рад тому, что этот гигант оказался на его стороне. Лукас и сам обладал немалым ростом, но Джаред, будучи ненамного выше его, подавлял Лукаса своим мощным телосложением. Виконт Рейвенсвуд производил поистине устрашающее впечатление, а уродливый шрам на лице лишь усиливал его. Длинные темные волосы ниспадали на плечи, а бесстрастные глаза напоминали бездонные озера цвета оникса. От него исходила угроза, и он очень понравился Лукасу.

Рейвенсвуд бросил сердитый взгляд на графа:

– Вы будете добры к моей сестре?

– Да, – ответил Лукас, смело встретив взгляд будущего родственника.

Рейвенсвуд кивнул, а затем повернулся к Айрис. Его лицо просветлело, хотя он и не улыбнулся.

– Я узнаю, если что.

Айрис улыбнулась и встала на цыпочки, чтобы поцеловать брата в щеку.

– Лукас – лучший из мужчин, Джаред. Тебе не стоит беспокоиться обо мне.

Уверенность Айрис согрела Лукасу душу. Она достаточно долго не решалась на брак с ним, и он уже начал сомневаться в ее чувствах. Он хотел было усадить Айрис на диван, но девушка выдернула руку.

– Я лучше постою, Лукас.

– Снова хочешь сбежать? – насмешливо спросил он. Айрис кивнула, но не улыбнулась.

– Да.

Лукас нежно погладил невесту по щеке.

– Ты же знаешь, что я не позволю Лэнгли снова обидеть тебя, не так ли?

Однако Айрис не успела ответить Лукасу согласием, потому что в разговор вмешался Рейвенсвуд:

– Лэнгли тебя обидел?

Айрис, сдвинув брови, с укором посмотрела на Лукаса, погладив брата по руке.

– Так, ничего особенного. Один мой поступок расстроил отца, и он вышел из себя.

– Он опрокинул ее со стула, и на щеке Айрис остался синяк, который не проходил целую неделю. Если бы он ударил Айрис кулаком, а не ладонью, то наверняка сломал бы ей челюсть.

– Лукас… – Весь вид Айрис говорил о том, что она сама готова броситься на своего жениха с кулаками.

Рейвенсвуд склонил голову к нему:

– Уверен, сэр, вы уладили это дело. – Лукас пожал плечами:

– Он больше ее не тронет.

Рейвенсвуд ничего не ответил. Виконт отошел в сторону и сел на стул рядом с родственниками. И теперь они, рассевшись у камина, являли собой тесную группу.

– Ужасно, Лукас, что ты сказал ему это. Джаред и так с трудом выносит отца. А теперь он возненавидит его, и виновата буду я.

Вынести этого Лукас не мог. Он мягко, но решительно взял девушку за руку и заставил посмотреть прямо в глаза.

– Ты не виновата в том, что твой отец потерял самообладание. Если сын его возненавидит, то только потому, что отец этого заслуживает. Ты поняла?

В широко распахнутых лучистых глазах Айрис все еще стояла тревога, но она согласно кивнула:

– Да. Я поняла. И все же зря ты сказал Джареду.

– Прости, если я тебя расстроил.

– Но ты не жалеешь о сказанном?

– Нет. – Лукас не хотел лгать. Айрис вздохнула.

– Спасибо, ты сказал мне правду. Ты весьма самоуверенный джентльмен.

– Да, ты уже говорила мне об этом.

– Потому что это правда.

Лукас пожал плечами:

– Может быть.

Им предстояло обсудить кое-что поважнее его самоуверенности. Лукас притянул невесту к себе. Айрис попыталась вырваться, но потом сдалась, когда Лукас предостерегающе сжал ее руку.

Вся семья собралась в гостиной леди Апуорт. Пожилая леди восседала в парчовом кресле с видом королевы, обводя взглядом присутствующих. Леди Лэнгли расположилась по правую руку от хозяйки, демонстративно отворачиваясь от миссис Дрейк. Сестра Айрис с мужем устроились на диване. Казалось, Tee доставляло огромное удовольствие ловить неосторожные взгляды леди Лэнгли. Лорд Лэнгли стоял позади супруги с самым мрачным выражением лица.

– Не понимаю, зачем нас всех собрали здесь. Я готовлюсь к свадьбе дочери, и у меня совершенно нет свободного времени. Как это некстати, – ни к кому не адресуясь, жаловалась леди Лэнгли.

– Кто-то пытается заставить Айрис отменить свадьбу, – коротко пояснил Лукас.

Леди Лэнгли охнула.

– Но это же просто нелепо!

– Согласен. Люди, близко знакомые со мной, знают, что если я за что-то взялся, то доведу дело до конца. А попытку шантажа я считаю личным оскорблением. – Лукас в упор посмотрел на Лэнгли, но лицо графа осталось непроницаемым.

– Если можно, расскажите об этом поподробнее, – нетерпеливо произнес Рейвенсвуд.

Айрис сжалась, и Лукас, прежде чем продолжить, ободряюще обнял ее за плечи. Он обращался ко всем присутствующим сразу, внимательно наблюдая за выражением их лиц.

– Вчера Айрис получила письмо, автор которого угрожает раскрыть обман ее родителей, связанный с датой заключения их брака. В том случае, если она не расторгнет помолвку.

Глаза Лэнгли гневно блеснули, лицо леди Лэнгли покрылось красными пятнами. Леди Апуорт вздохнула и покачала головой – она предсказывала нечто подобное. Рейвенсвуд сжал кулаки, готовый немедленно расправиться с шантажистом, и Лукас вновь отметил про себя, что этот гигант ему очень импонирует. Дрейк тоже очень внимательно наблюдал за происходящим, а Тея смотрела только на Айрис, готовая в любую минуту броситься ей на помощь.

– Где письмо? – спросил Лэнгли, впервые с момента приезда Лукаса нарушив молчание.

Лукас достал из кармана письмо.

– Вот оно.

Двигаясь с проворством гепарда, Рейвенсвуд выхватил письмо из рук Лукаса, прежде чем это успел сделать Лэнгли. Пробежав глазами по строчкам, молодой человек презрительно швырнул листок под ноги отцу, и тот вынужден был поднять письмо с пола.

Рейвенсвуд вернулся на свое место, обронив на ходу:

– Вы все равно поженитесь.

Это был не вопрос, но Лукас тем не менее ответил:

– Да.

Шесть месяцев назад мысль о том, что он захочет связать свою жизнь с такой девушкой, показалась бы ему смехотворной. В то время он представлял свою будущую жену безликим образцом совершенства. Его же невеста была прекрасным белокурым ангелом с лучистыми карими глазами. И теперь Лукасу казалась нелепой сама мысль о том, что он сможет жить хотя бы день без этого прелестного импульсивного существа.

Леди Лэнгли подняла глаза от письма, которое передал ей муж.

– Это невозможно. Свадьбу нужно по меньшей мере отложить. Мы не можем допустить, чтобы шантажист исполнил свою угрозу.

– Если это шантажист, – произнес Лэнгли.

Лукас бросил на графа Лэнгли полный ненависти взгляд:

– Что вы имеете в виду?

– Откуда мы знаем, что сама Айрис не написала это письмо? – спросил он, указывая на бумагу, которую сжимала дрожащими руками его супруга.

– Она ведь ясно сказала, что не делала этого, – ответил Лукас.

– Спасибо, – прошептала Айрис.

– Однако этого недостаточно. Мы с матерью Айрис уже имели возможность убедиться, что она весьма склонна к шантажу.

Лукас был потрясен услышанным.

– Немедленно объяснитесь, иначе мы встретимся завтра утром на дуэли.

Лэнгли побледнел, но сказал следующее:

– Когда Айрис должна была объявить о своей помолвке с герцогом, ей вдруг взбрело в голову, что она не хочет этого брака. Она пригрозила нам, что расскажет об обстоятельствах своего рождения, если мы будем настаивать на женитьбе. У юной леди совершенно нет чувства преданности семье.

– Это ложь. Преданность Айрис тем, кто ее любит, безгранична, а более честного и благородного человека я вообще не знаю. – Голос Рейвенсвуда дрожал от ярости.

– Герцог годился ей в дедушки, а она едва покинула школьную скамью. Ваше желание выдать ее замуж за старца, чтобы упрочить свое положение в обществе не делает вам чести, – заметила леди Апуорт, величественно вскинув голову.

Лукас почувствовал, что пора вмешаться, пока беседа не свернула в сторону от темы.

– Мы сейчас обсуждаем не находчивость Айрис, которая сумела защитить себя от нежелательного брака. Мы говорим о шантажисте, который пригрозил раскрыть ваши прошлые грешки, если она выйдет за меня замуж. Ввиду того, что свадьба состоится, как и объявлено, я подумал: вы должны знать о возможных последствиях.

– Именно об этом я и говорю, Эштон. Вы уверены, что свадьба действительно состоится, или же Айрис снова решила, что не хочет замуж, и вернулась к своим прежним уловкам, чтобы защитить себя? – Лэнгли все еще пытался очернить дочь.