- -
- 100%
- +
– Постой-постой,– остановил рыцарь гневную тираду рассерженной жрицы. Он смотрел в ее пылавшие гневом глаза, видел разметавшиеся по плечам белокурые локоны и понимал, что сейчас она кажется ему еще прекраснее, чем казалась раньше. – Вот это огонь! – подумалось вдруг ему. – А по виду и не скажешь. Хрупкая, маленькая, как фарфоровая статуэтка, а поди ж ты, какой тайфун!
– И что же тебе рассказала Маниса? – спросил рыцарь.
–Не твое дело! – отрезала девушка, вспыхнув до корней волос от одной мысли о том, для чего ее похитил этот чурбан.
Она для него всего лишь способ занять трон. Инкубатор.
– Вот дура, – злилась девушка, не в силах взять под контроль овладевшие ею чувства.
–Маниса служит Дракону – продолжал между тем Ульрих. – Она могла тебе рассказать только то, что он ей позволил тебе рассказать. И то, что ему выгодно. Ты не похожа на женщину, способную продать себя, польстившись на золото или власть. Или ты надеешься на его любовь? – выдал он предположение, угодившее в самое яблочко и хлестнувшее Алексу ощутимее плетки.
–Не смей! – вскрикнула Алекса, почувствовав от его слов почти физическую боль в области солнечного сплетения. – Маниса не стала бы мне врать!
–Почему ты так решила? Дракон уязвим сейчас, как никогда. У нас, наконец то, появился шанс свалить его с трона. Мы можем получить свободу. Он нуждается в поддержке, и его прихвостни, пойдут на любую низость, только бы помочь своему господину.
– Маниса не стала бы мне врать! – повторила Алекса, стараясь сдержать непрошеные слезы.
– Почему ты так уверена? Вы знакомы всего неделю. И все это время она исполняла волю своего господина.
– А почему я должна верить тебе? – подняла на Ульриха тяжелый взгляд девушка. – С тобой мы знакомы еще меньше.
– Я человек. Мы одной крови. Тебе надлежит примкнуть к нашей войне и помочь нам свалить проклятого ящера!
–Ты предлагаешь родить ребенка для тебя? – ехидно поинтересовалась девушка.
– Я предлагаю тебе присоединиться к клану людей и не предавать свой вид. Я не стану принуждать тебя ни к чему. Ты свободна в своем выборе.
Волна боли вдруг поднялась у Алексы в душе. Она поднималась, откуда-то из самых глубин и застревала комком, перекрывающим дыхательные пути, не давая вздохнуть.
– А я ведь почти влюбилась!– с горечью подумала девушка, а он готов оболгать любого, только бы достичь своей цели. – Как он смеет, вообще, чернить Манису, совсем не зная ее. Лжец. Лицемер, готовый пойти на все. Развесила уши, простофиля,– ругала себя мысленно девушка.
Вслух же резко бросила только, – Да пошел ты!
И решительным шагом направилась к краю защитного полога, совершенно забыв, что пересекать границу нельзя. Ульрих одним прыжком преодолел разделявшие их несколько метров и у самого края успел перехватить пленницу.
– Да как ты смеешь, мужлан? – возопила жрица, почувствовав на своей талии мужские сильные руки.
– Ну, куда ты собралась, дикая кошка?– с усмешкой ласково спросил Ульрих. Она нравилась ему все больше.
– Ты забыла, от чего нас защищает магический круг?
– Я не верю тебе, шут! И не смей меня удерживать!– продолжала возмущаться Алекса, тщетно пытаясь унять, бешено колотящееся сердце. От близости крепкого мужского тела, от силы его рук сжимавших ее, у нее кружилась голова, и подкашивались ноги. И больше всего она боялась, что он заметит, какую реакцию вызывают его объятия. Тело предавало ее. Она была не в силах с ним бороться.
– Девочка! – ласково продолжал между тем, уговаривать ее рыцарь, не ослабляя, однако, хватки.
– Ну что я такого сказал? Что тебя так взбесило? Прости, я не хотел сделать тебе больно. Прошу, не выходи за границу. Мне тяжело будет защитить тебя от тех тварей, что проснулись уже от света луны и жаждут свежей крови. Они не едят мертвечину, они будут рвать тебя живьем, я не вру. Поверь мне. Давай оставим этот разговор до утра.
Алекса стояла оцепеневшая, как статуя, пытаясь взять себя в руки и собраться с мыслями.
–Жрица, ты слышишь меня?– тихонько встряхнул за плечи застывшую девушку Ульрих. Все это время, она стояла, опьяненная его объятиями, его близостью, его запахом. Девушка подняла на державшего ее мужчину глаза, полные беспомощной мольбы, не понятно о чем. Таких ощущений ей еще испытывать не приходилось, и она вконец растерялась. И в этот момент он приник к ее губам. И они, будто только того и ждали страстно раскрылись навстречу его ласкам. Он нежно целовал ее. Обжигал участившимся дыханием. Губы ее припухли и страстно отвечали на поцелуй. Ей казалось, что весь мир это только он. Его запах, вкус его губ, сила и нежность его рук. Она будто падала в бездонную пропасть. И было страшно, что все это сейчас прекратится и не повторится никогда. Его руки скользили по ее телу, исследуя каждый изгиб, и оно отзывалось на каждое его прикосновение тихой дрожью и желанием получить больше. Почувствовав нежное прикосновение его нетерпеливого языка, и внезапно придя в себя, от этого бесцеремонного вторжения, Алекса, вырвалась из его рук. Оттолкнула мужчину с силой, которую трудно было заподозрить в изящной девушке, отчего Ульрих упал, откатившись на другую сторону полога. И ничего не соображая, и не видя перед собой, побежала вглубь леса. Она желала только одного, оказаться как можно дальше от человека, получившего вдруг такую сильную власть над ней. Ее телом. Ее душой.
Совершенно чужой, пугающий и незнакомый всего несколько часов назад, вдруг стал роднее всех, кого она знала.
– Алекса!– услышала она крик вскочившего и бросившегося вдогонку Ульриха. Но и не подумала остановиться.
– Не разбирая дороги, она бежала и бежала вперед, по ночному лесу, залитому ярким светом полной луны. Ветки хлестали ее по лицу, хватали за одежду, но она не обращала на это внимания.
Вдруг, между гибких, свисавших до земли ветвей плакучих ив, она увидела мерцание воды.
Глава 35. Нежить.
Это был берег пруда. Она решила умыться, надеясь, свежей прохладой воды вернуть себе хотя бы частичку самообладания. За спиной она слышала топот Ульриха, бежавшего за ней и не умеющего найти ее в темноте.
Приблизившись к кромке воды, она, присев, взглянула на отражение. Из воды на нее смотрела девушка, в которой она с трудом могла узнать себя. Волосы были растрепаны, губы опухли от поцелуя, глаза горели, как две звезды. Такой красивой она не видела себя никогда. Даже во дворце короля гномов, после того, как над ее внешностью поколдовали лучшие умелицы, она не была столь хороша. Зачерпнув ладонями прохладную воду, умылась, сразу почувствовав себя лучше. Глубоко вздохнув, присела на камень, выпиравший из земли, теплым горбом. Яркий лунный свет рассыпался на тысячу искр, касаясь поверхности воды. Прохладный воздух освежал пылавшие щеки. Алекса смотрела на мерцающие блики и ни одной мысли не было в ее голове.
Шаги Ульриха раздавались все ближе, но отвечать на его голос, звавший ее, совсем не хотелось. Она чувствовала себя полностью опустошенной. Слишком много эмоций владело ее сердцем минуту назад. Посидев немного и отдышавшись, Алекса решила взглянуть на себя еще раз. Губы, ее, помнившие до мелочей, поцелуй, казалось, горели огнем. На них будто навсегда запечатлелась несмываемая печать запретного поцелуя. И куда бы она теперь не пошла, с кем бы ни говорила, все будут видеть, что эти губы вытворяли, бросая ее в самое сердце сладострастного омута, подарив необузданный вихрь неведанных ранее чувств. Взглянув же на свое отражение, девушка не сразу смогла сообразить, что не так. Решив, что ей мерещится то, что она видит, и что это всего лишь игра теней в изменчивом свете луны, она посмотрела на свое отражение еще раз. Убедившись, что картинка не изменилась, в ужасе отшатнулась от берега, издав дикий крик, прокатившийся по лесу от края до края. Отпрянула от кромки воды, и поскользнувшись, неуклюже завалилась на спину. Лежа, она увидела, как голова чудовища начала медленно подниматься из воды. Страх парализовавший все ее конечности не давал вскочить и спасаться бегством. Крик, и тот застрял в горле, и она только беззвучно открывала рот, не издавая не звука. Чудище, явно, когда то было женщиной, так как под длинными косматыми волосами, спускавшимися почти до земли, просматривалась голая грудь. Существо вообще было без одежды. Оно было похоже на человека, или скорее на утопленника, пролежавшего в воде долгое время. Следы разложения явно просматривались на коже, покрывая ее обширными пятнами. Руки, непомерной длины, были оснащены длиннющими крючковатыми когтями. Синеватого оттенка губы существа тронуло довольное подобие улыбки, обнажив частые, длинные, острые зубы. Чудище наверняка предвкушало вкусный ужин в виде молодой девушки. Уже руки его тянулись к жертве, беспомощно барахтавшейся, и не находящей в себе сил, вскочить на ноги и бежать. В планы же Ульриха не входило накормить тварь вкусным мясом. Он, вылетел из кустов, держа в руках длинный сук, найденный им по дороге. Не задерживаясь ни на мгновение, рыцарь нанес сокрушительный удар, откинувший существо далеко в воду. Тварь, отлетев на несколько метров, неуклюже плюхнулась в воду, погрузившись с головой. Отбросив ставший ненужным, мешающий сук, Ульрих, не теряя времени, подхватил на руки оцепеневшую жрицу и стремительно понесся к месту их стоянки.
Все оружие осталось там. Да и возможность избежать битвы, успев замкнуть защитный круг, была крайне желательна. Если нечисть не сможет к ним подобраться, до утра они как-нибудь дотянут. Мертвяки, болтающиеся у кромки, конечно, будут нервировать, но запретную преграду переступить не смогут, а значит и бояться их будет нечего.
Обдумывая это все Ульрих, мчался во весь дух, не замечая преград.
Сиреноподобный вопль твари заполнил лес, оповещая всех "жителей" рощи о том, что в доме появилась еда.
Ульрих бежал так быстро, как только мог, держа на руках девушку, казавшуюся невесомой в его огромных руках. Приближаясь же к стоянке Ульрих увидел, что воссоздать круг он не успеет, так как нечисть начала стягиваться со всех сторон леса. Теперь его задача сузилась до то, чтобы добраться до баула с оружием. Вскочив на полог и усадив перепуганную жрицу на спину коня, рыцарь приготовился к бою. Стремительно выхватил из баула, притороченного к седлу, свою кольчугу и одним ловким движением натянул на себя полпуда тяжеловесной стальной защиты. Развернув ворот, накинул струящуюся, стальную вязь на голову, и щелкнув застежками, закрыл лицо, оставив лишь узкую щель для глаз. Затем кивнув Алексе на оставшийся в бауле доспех, крикнул, чтоб надела защиту, а сам повернулся к лесу, зажав в одной руке ритуальный кинжал, а в другой свой меч.
Несколько десятков полуразложившихся мертвяков медленно сужали кольцо вокруг незадачливых путешественников.
Алекса, распахнув наполненные смертельным ужасом глаза, не могла поверить в реальность происходящего.
–Неужели ее сейчас сожрут мертвяки? Не о таком приключении она мечтала. А может она все-таки в коме и это просто кошмар, и он поможет ей очнуться. Она придет в себя, и обнаружит, что лежит в чистой больничной постели, а вокруг монотонно пищит медицинская аппаратура.
Но тут необыкновенно яркая вспышка искрящегося света разогнала тьму. Мертвяки отшатнулись на несколько шагов. А из вспышки возникла Маниса верхом на пегасе, как ангел – хранитель с разящим мечом. С одной только разницей, что вместо меча в ее руке был длинный шест, увенчанный крупным, размером с кулак, сверкающим камнем.
–Маниса!!!! – закричала Алекса, что было сил и едва не свалилась с коня. – Я здесь!!!
Маниса обернулась на зов, лицо ее просияло. Направив пегаса к жрице, хранительница очертила широкий светящийся круг, используя свой посох, отделивший путников от нападавших. Свет этот действовал на мертвяков не хуже железа. И они нерешительно мялись у сияющей границы, не зная, как поступить. Подъехав вплотную и коротко обняв подругу, Маниса помогла ей перебраться себе за спину. Велев ей держаться покрепче, повернулась к Ульриху и кивком головы показала на коня. Ульриху хватило ума не спорить, хотя повода доверять хранительнице Дракона у него не было никакого, как впрочем, и выбора. Он, кинув клинки в баул, вскочил в седло.
– За мной! – крикнула Маниса и, начертив в воздухе витиеватый символ, прыгнула в открывшийся и светящийся белым ослепительным светом, портал. Ульрих, сжав коня коленями и подбодрив окриком верного друга, последовал за ней. Портал закрылся. Лес, залитый призрачным светом луны, погрузился в тишину. Мертвяки, потоптавшись еще некоторое время на стоянке, разбрелись потихоньку в поисках другой добычи.
Глава 36. Выбор
Через открывшийся проход всадники выскочили на поросшую буйной зеленью поляну. Луна здесь светила также ярко. Вокруг снова цвело теплое лето.
– Твой замок в получасе езды, левее леса, – бросила Маниса рыцарю.
И не обращая больше на него внимания, принялась вычерчивать очередной символ в воздухе с помощью посоха, который по-прежнему держала в руках. Рыцарь же, хоть и был немного потерян после перехода, сообразил, что она затевает.
– Ты так и уйдешь? – воскликнул он.
– А что я еще могу для тебя сделать? – презрительно скривив губы, процедила Маниса сквозь зубы.
Она спасла его от нежити. Могла просто бросить. В ее понимании это было и так чрезмерным великодушием.
Ульрих же терять с таким трудом добытый трофей не собирался.
–Алекса! Ты покинешь меня? – использовал похититель запрещенный прием, попытавшись воззвать к чувствам жрицы, скрыть которые она не смогла.
Алекса, бросив прощальный взгляд на Ульриха, решительно тряхнула головой, отгоняя от себя соблазн броситься в его объятия. Слишком хорошо она помнила, что она для него всего лишь способ свалить Дракона. Посмотрев ему прямо в глаза, жрица отвернулась и сильнее прижалась к Манисе, чтобы не свалиться со спины пегаса в такой неподходящий момент.
Увидев, что портал уже начал открываться и зная, что если руна будет закончена, он снова потеряет след, рыцарь понял, что не может этого допустить. Он оттолкнулся ногами от спины коня и прыгнул. Немного не рассчитав прыжок, толкнул под локоть Манису, спешившую вычертить сложный рисунок руны до конца. Рука ее дрогнула, портал сузился в щель и послышался неприятный резкий треск, как будто кто- то рвал тряпку. Маниса, не медля ни секунды, направила коня прямиком туда. Яркая вспышка ослепила жрицу. И не успев раскрыть глаза, девушка с шумным всплеском хлюпнулась в воду. Погрузившись с головой она, не сумев нащупать дна, начала усиленно работать руками и ногами всплывая к поверхности. Вынырнув и сделав глубокий вдох, начала осматриваться по сторонам в поисках хранительницы. Маниса барахталась неподалеку. Почти всю поверхность водоема, в котором она оказались, покрывали жесткие листья круглой формы. Над каждым листом возвышался крупный белый цветок, с твердыми плотными лепестками. И все это великолепие нежно мерцало в свете луны, разливая по поверхности воды голубое светящееся марево.
– Где это мы?– спросила жрица, отплевываясь и фыркая не хуже коня. И стараясь не запутаться в стеблях. Она уже знала, что красивое место в этом мире не значит безопасное.
– Не знаю пока, – ответила Маниса. – Вон там берег, вроде,– указала она неуверенно направление посохом, крепко зажатым в руке. В свете луны действительно можно было разглядеть берег поросший густым лесом.
–Давай туда. И ты, Мирр, тоже,– это уже пегасу.
Выбравшись на твердую почву, девушки крепко обнялись.
– Как ты нас нашла, Маниса? Спасибо тебе. Если бы не ты, нас бы точно сожрали. Ты видела, какие страхолюдные? Жуть просто!!!! Я так испугалась,– тараторила Алекса в своей манере.
– Пегасы чувствуют кольцо, это было не трудно – напомнила Маниса, отжимая черные как смоль длинные косы, которые она обычно прятала под платком. – Проблема была только в скорости. Мы с Мирром нашли холм и смогли взлететь.
–А откуда у тебя эта штуковина? – продолжала расспросы Алекса, показывая на посох.
– Дракон помог, – ответила хранительница, отводя глаза в сторону. Впрочем, Алекса этого подозрительного жеста не заметила, радостно обнимая Мирра.
– А где Тирр и Кирр?
– Они остались с повозкой, там у рощи. Нам надо как то вернуться туда. Понять бы где мы?– задумчиво осматриваясь по сторонам, проговорила хранительница.
– Ульрих не дал доработать руну. И нас выкинуло неизвестно куда, – с досадой бросила хранительница.
– Он не обидел тебя?– спросила она, внимательно посмотрев жрице в глаза.
–Нет. Совсем нет,– смутилась девушка. Теперь пришла ее очередь отводить взгляд. Рассказывать Манисе о случившимся было стыдно. А вспоминать то, о чем он ей говорил больно и обидно. Манисе она верила беззаветно. И слова мужчины, которому удалось коснуться ее сердца, причиняли глухую боль, стоило вспомнить их. Подумать только, обвинить Манису в том, что она коварно врет ей, обманом заманивая в ловушку к непотребному ящеру. Никогда она не сможет поверить в это.
Она исполнит обещание данное Дракону. И уж точно не будет составлять о нем мнения, полагаясь на чужое враждебное высказывание. Она верит хранительнице и сама, познакомившись с Драконом примет решение. А этого воителя уж выбросит как- нибудь из головы. Горе- вояка! Едва не скормил ее нежитям – зло думала между тем Алекса.
Внимательная хранительница заметила смущение своей подопечной, и еле заметная улыбка коснулась ее губ. Но она ничего не стала выспрашивать.
– Побудь с Мирром, что- то он нервничает – сказала Маниса, я осмотрюсь. – И никуда не уходи, – с тревогой в голосе попросила она жрицу. Казалось, что она боится, что стоит ей отвести глаза, как жрица тут же снова исчезнет.
Осмотрев немного берег реки, на котором им довелось оказаться, прощупав дно с помощью посоха, Маниса вернулась к Алексе.
Присев прямо на мягкий, влажный мох, рядом с ней, и молча, обняв ее за плечи, сказала: – Не могу понять, где мы. Но чувствую, что не на дружеской земле. По растениям, похоже, что Болото смерти не далеко. А оно рядом с землями друидов находится.
–Друиды- это что-то вроде зеленых?– уточнила Алекса.
–Что ты имеешь ввиду?– не поняла Маниса.
–Ну зеленые- это что- то, вроде защитников окружающей среды, – ответила Алекса.
–Друиды-это одна из рас, населяющих Корвард. Народ образовавшийся от смешения людской крови с кровью лесных нимф,– пояснила Маниса.
–Разве такое возможно?– удивилась жрица.
–Ну а почему нет,– отозвалась Маниса. -Гном же собирался заиметь наследника от человеческой женщины. Да и Дракон – представитель немного другого вида. Смешанные браки не часто, но случаются. Правда встарь этого практически не бывало. Чистота крови ревностно оберегалась старейшинами.
–Как же тогда лесные нимфы могли смешать кровь с людьми?
–Если тебе интересно, я расскажу. Время есть, – ответила хранительница. Праматерь друидов Персея- спасла юношу, пострадавшего на охоте от клыков кабана. Выходила его и полюбила. Он тоже полюбил, вырвавшую его из цепких лап смерти, прекрасную нимфу. Остался жить в лесном капище, у вечно-зеленого дуба со своей возлюбленной, забыв свою семью и родных. У них родились дети. Юноша прожил свою жизнь рядом с бессмертной Персеей, а когда пришло его время, великий дуб дал ему вечный приют среди своих корней. С тех пор смешанные семьи у этих народов не редкость. Встретить теперь чистокровную лесную нимфу почти не возможно. Кровь их прочно связала с людским родом. И дети их теперь зовутся друидами. Они оберегают леса и все живое, что есть на нашей земле. Знают секреты управления природными силами. Видят в темноте. Почти все силы которыми были наделены нимфы передались их детям, все, кроме бессмертия. Людская кровь познакомила их со старостью. Осталось всего несколько древних семей сумевших сберечь свое бессмертие. Все они стоят у власти и управляют народом друидов. И главная среди них- праматерь Персея.
–А почему ты считаешь, что нам может грозить опасность?
–Потому что друиды один из тех редких кланов, который враждует с драконом открыто. Они отстаивают право на управление всем животным и растительным миром Корварда. Не зависимо от того, на чьей земле живет или растет заинтересовавший их объект.
–Может это и не плохо?– осторожно спросила Алекса. – Ведь, как я поняла, лучше них никто в этом не разбирается.
–Друиды в обязательном порядке входят в совет. С их мнением считаются, к советам прислушиваются. Но они не хотят советовать. Они хотят власти.
–Ты думаешь, они как и Ульрих могут захотеть использовать меня?– испуганно захлопала глазами жрица.
–Нет, – успокоила ее хранительница. -Персея женщина. Она не сможет воспользоваться этой возможностью, но она в тайном альянсе с людьми. И может захотеть помочь Ульриху заполучить тебя.
–Необходимо отправить Мирра за помощью. На всякий случай, – приняла внезапное решение хранительница. – Лучше перестраховаться. А то до утра еще далеко.
Маниса подошла к пегасу, мирно щипавшему траву неподалеку, и обняв за мощную шею начала шептать ему что- то на ухо. Умный конь, выслушав хозяйку, заржал и позволив себя обнять на прощанье, галопом помчался вдоль берега, быстро скрывшись за очередной излучиной.
–А что теперь будем делать мы?– спросила Алекса.
–Дождемся утра и будем выбираться,– ответила Маниса снова присаживаясь на ковер из мягкого мха.
–А почему ты не откроешь портал при помощи этой вот штуки?– спросила жрица, кивнув головой в сторону посоха, лежащего на земле неподалеку.
– Посох не сработает, – вздохнув, ответила Маниса. – Видишь, кристалл погас? Значит, здесь магия блокируется.
– Вижу, – отозвалась девушка, – И что это значит?
– Вероятно, эти земли принадлежат кому – то, кто не любит когда колдуют на его территории.
–Ты права, хранительница рода Драконов! – услышали подруги голос позади себя.
Алекса резко развернулась, не успев уловить момент, когда Маниса вскочила на ноги, прихватив посох и приняв боевую стойку, приготовилась защищаться.
– Полегче, Маниса! – проговорила, улыбаясь, красивая девушка, стоящая у границы леса. – Мы не причиним вам вреда. Если не будете делать глупости, разумеется.
Девушка держала в руках длинное копье, оснащенное стальным наконечником, слабо поблескивающим в свете луны. Темные волосы, украшенные большим желтым цветком, струились по плечам незнакомки. Стройное тело было одето в короткое платье, не скрывающее длинные, ноги. Темно-карие раскосые глаза смотрели прямо и с вызовом. Пухлые розовые губы надменно улыбались. Во всей позе пришелицы чувствовалось злорадное ликование. Будто ей довелось поймать редкую, желанную добычу, которой долгое время удавалось ускользать из расставленных силков.
–Дара?! – удивленно воскликнула хранительница. –Нас все таки занесло к друидам!!! Вот проклятье!
–И снова в яблочко! – издав веселый смешок, подтвердила догадку Манисы девушка. – Ты всегда была сообразительной.
–Маниса, что происходит? – вмешалась Алекса.
–Помолчи,– оборвала ее Маниса.
–Кто это с тобой?– заинтересованно осматривая Алексу, спросила та, кого Маниса назвала Дарой.
–Никто,– ответила хранительница. -Я случайно нашла ее сегодня. Бедняжку едва не сожрали нежити. Наш портал дал сбой. Мы попали сюда случайно. Нарушение границ было не преднамеренным. Дайте нам уйти и инцидент будет забыт, – сделала попытку уладить вопрос миром Маниса.
В ответ Дара громко расхохоталась.
Глава 37. И снова враги.
Уж не грозишь ли ты нам, Маниса?– строго спросила Дара, резко оборвав веселый смех. -Девочки, вы слышали? – обратилась она к тем, кто стоял в темноте.
– Грозная хранительница рода Верховного Дракона обещает нам милость, – в голосе сквозила издевка.
–Какое великодушие! – процедила девушка сквозь зубы, уже не скрывая откровенной злобы и чувствуя себя хозяйкой положения.
Из темноты шагнули на свет остальные стражницы. Каждая из них была вооружена. Две лучницы держали под прицелом пленниц, ни на минуту не отводя внимательных глаз. Еще одна с копьем, похожим на копье Дары, но с костяным наконечником, приблизилась к девушкам. Пятая стражница была с пустыми руками, но за плечом ее очевидно просматривалась крестовина меча. Они все были похожи между собой как деревья в лесу и чем-то все же неуловимо отличались, как бывает в березовой роще. Все смуглые и темноволосые. Большие раскосые глаза с вертикальными зрачками смотрели не мигая.
Алексе стало жутко. По спине, облепленной мокрой одеждой, побежали сотни мурашек. Она неосознанно, прижалась к Манисе, и взяла ее за руку, ища поддержки. Маниса тихонько сжала ее руку, не отводя глаз от лица торжествующей Дары.
Друидка еще немного помолчала, наслаждаясь моментом, затем провозгласила:
– Вы не спросив разрешения проникли на территорию друидов. Этот поступок не может остаться без внимания. Вы предстанете перед Праматерью – Персеей. Она будет решать вашу судьбу.