- -
- 100%
- +
Когда в очередной раз из уст жрицы, медитировавшей под деревом, прозвучало: – 'нет, нет, не верю', он вдруг отпрянул, словно его ударили, и быстро начал подниматься на своей паутине обратно на ветку.
Зловещий, оглушительный, скрипучий хохот наполнил лес.
Маниса, не обращая внимания на хохот, от которого кровь стыла в жилах, подскочила к находившейся почти без сознания подруге, и схватив ее за руку рывком поставила на ноги. Она понимала, что необходимо использовать момент, пока пауков кто-то отвлек. Алексу необходимо было привести в себя.
Грубо встряхнув за плечи, начавшее оседать тело жрицы, не позволив ей беспомощно завалиться и остаться на съедение монстрам, отвесила ей парочку отрезвляющих оплеух . Видя, что Алекса по прежнему не в себе, тряхнула ее посильнее и добилась наконец того, что девушка подняла на нее глаза. Взгляд был совершенно пустым и ничего не выражающим. Мышцы лица были расслабленными, и поэтому девушка выглядела безвольной тряпичной куклой. Ни одной эмоции нельзя было разглядеть на ее лице.
Казалось, что она не слышит ничего и не понимает.
-Не уберегла,– мелькнула испуганная мысль в голове Манисы. – Рассудком помутилась, бедняжка!
Но новый взрыв дикого хохота подействовал на жрицу так, словно на нее вылили ведро холодной воды. Глазам вернулось осмысленное выражение, а губы приняли округлое выражение и стали похожими на бублик.
-Что это такое, Маниса! ?– забормотала она. – Что происходит? – начала задавать вопросы в своей манере девушка. – Болото смерти? Что это за болото такое? – переходя на крик продолжила она. -Кончится когда-нибудь этот кошмар, Маниса? Меня каждую ночь кто- то пытается сожрать? Я чувствую себя колбасой!!! Еще немного и я сойду с ума!!! – орала в истерике жрица, вскочив на ноги и размахивая руками, словно не сидела мгновение назад как марионетка с обрезанными нитями.
– Где твой хваленый Дракон? -напирала на подругу Алекса. -Ты говорила, что он любит меня, а он бросил нас на съедение монстрам! Одних! Да я видеть его не хочу! Я к людям пойду!– вопила она на весь лес.
–Ты права, -согласилась с подругой Маниса намеренно понизив голос до шепота, и понимая, что спорить не время. -Мы обсудим это, но сейчас надо бежать. Их что-то напугало. Нельзя терять время.
Тихий голос Манисы отрезвил жрицу.
–Да, Маниса, извини. Просто я очень испугалась. Бежим!– согласилась Алекса вспомнив, что они окружены. Смахнув рукой выступившие на глазах злые слезы, и не оглядываясь, страшась снова увидеть чудовищ, они опрометью бросились прочь из наполненного жутью, ночного леса. Обратно на освещенную лунным светом поляну. Вылетев из леса, они на мгновение притормозили для того, чтобы прикинуть направление и не увидели, что страшные пауки так напугавшие, их, развеялись в дым, оставив после себя висевшие в воздухе призрачные облачка, которые таяли и исчезали.
Определив, в какой стороне, они видели глаза невидимого существа, девушки побежали в противоположную сторону.
Но не успели они сделать и нескольких шагов, как раздался громкий окрик скрипучим голосом: – Куда же это вы не погостив?
Подруги испуганно оглянувшись, ускорили шаг.
–Стойте! – раздался очередной крик, напомнив о том, что ничего еще не закончилось.
Девушки и не подумали останавливаться.
Глава 44. Проснувшийся дар
Подруги, крепко держась за руки, побежали вдоль болота по поляне, стремясь оказаться как можно дальше от страшного места. В этот момент длинные гибкие стебли дикого винограда, густо оплетавшие стволы деревьев, словно живые, бросились вдогонку за девушками. Одним удачным броском, тугим, крепким стеблям, удалось настичь, пытающихся спастись, жертв. Оплетя щиколотки девушек плотной петлей, дикий виноград повалил их на землю и, подтягивая за собой волоком по земле, без намека на деликатность, тащил к тому месту, где в воздухе снова появились красные глаза.
Пленницы истошно вопя, боролись за свою свободу, как могли. Потея и задыхаясь от крика, они цеплялись за траву. Пробовали упираться. Но упругие стебли настырно тянули их за собой, явно осуществляли чью-то злую волю. Беглянки пробовали сорвать петлю с ноги, но растение тогда затянулось так сильно, что из глаз у обеих брызнули слезы и попытки были прекращены. Петля сразу стала комфортнее, поощряя послушание.
– Какой позор!– зло шипела Маниса, волочась по земле. Хранительница рода Верховного Дракона попала в плен к винограду!
Хорошо, хоть трава была мягкая. Не колотило их о камни да не царапало о колючки. Все это приключение закончилось в течении нескольких минут. Гибкие плети, подтянув девушек к огромному валуну, расположившемуся у самой кромки трясины, усадили их в вертикальное положение, прислонив спиной к шершавой поверхности, и действуя словно длинные, гибкие, тонкие руки, примотали их плотненько и замерли, вновь притворившись безобидным, декоративным, страшно красивым растением.
– Дракону пора искать нового защитника, – горестно вздохнула, вконец подавленная Маниса, уже будучи привязанной.
Алекса плакала. Плакала, не пытаясь скрыть слез и отчаяния. Все-таки всему есть предел и такое количество адреналина в столь короткий срок великоватая доза даже для гранитного валуна, не то, что для хрупкой девушки. Горькие слезы обманутых ожиданий крупными каплями катились по щекам, оставляя на губах соленый привкус. Совсем не таким она представляла себе приключение. Поездка к жениху и попытка обрести истинное счастье разочаровали ее безмерно. И она щедро омывала слезами утраченные безвозвратно девичьи иллюзии.
Маниса, сидящая рядом, тоже изрядно потрепанная и выбитая из колеи не знала, как утешить подругу. Она решила дать ей немного поплакать, зная, что слезы даны людям, чтобы снимать зашкаливающее напряжение и беречь сердце. То есть в малых количествах только на пользу. Не беспокоя жрицу, она обдумывала их положение и искала возможные варианты спасения, внимательно осматриваясь по сторонам. И не находила.
Внезапно хранительница ощутила всей своей кожей постороннее присутствие. Повернув голову, она снова увидела жуткие красные глаза, принадлежащие неизвестно какому монстру. Однако мысль, о том что, раз их рассматривают, а не сожрали сразу вселила в нее надежду.
–Алекса, – шепотом позвала льющую слезы подругу Маниса, первая заметившая то, что они не одни.
–Алекса, смотри,– повторила она. И видя, что словами до жрицы достучаться уже невозможно, брыкнула ее ногой, привлекая к себе внимание. Руки обеих были крепко прижаты к телу плотными кольцами исполнительного растения.
–Да чего тебе!– недовольно отозвалась, шмыгая распухшим от слез носом, жрица.
–Вот, проклятье!– воскликнула Алекса, проследив за взглядом Манисы и увидев то, что та ей хотела показать.
Увидев монстра, Алекса, которая за прошедшие несколько дней не в первый раз прощалась с жизнью, начала закипать. Злость вытеснила жалость к себе, зародившись в самом ее сердце. Слезы высохли. Лицо исказила яростная гримаса. Прищурив красные, заплаканные глаза она, совершенно неожиданно для себя, плюнула, в молча смотрящее на них, существо. Существо не выразило никакой реакции.
Поняв, что это исполняя его волю виноград держит их, она вскинув подбородок кверху, нахально отдала приказ пленителю так, словно это она отдавала приказы растениям.
– Немедленно развяжи нас!– озвучила она первое приказание.
–Ты слышишь меня? Развяжи нас и дай нам уйти. В этом случае я обещаю забыть все то, что видела сегодня и ты не будешь наказан.
Маниса, ожидавшая чего угодно, только не этого, шокировано молчала не вмешиваясь. Погибать, так с музыкой. Униженно молить о пощаде было не в ее характере, и как теперь она могла видеть и не в характере жрицы. Маниса подобралась, сгруппировавшись, ожидая реакции.
Ответа не последовало.
Глаза, понаблюдав за ними недолгое время растаяли в воздухе, оставив их в одиночестве. Девушки остались сидеть, недоумевая, и не зная чего ждать. Злость и воинственный запал жрицы иссякли, уступив место безразличию. Но и оно по мере ожидания менялось. Ожидание затягивалось, и неизвестность сводила с ума. Луна спряталась за облаками, и густая тьма окутала все вокруг. Коварные стебли крепко держали подруг, не позволяя двигаться. Полная беспомощность пугала, заставляя внутренности сжиматься в холодный комок. Неизвестность страшила до тошноты, заставляя девушек покрываться липким потом, а сердца учащенно биться в груди. Время словно остановилось. Ожидание порождало в душах девушек состояние безнадежного отчаяния.
Так сидели они, чутко вслушиваясь в окружающий их мрак. Напряжением была охвачена каждая клеточка. Неизвестность была страшнее самого страшного зрелища. Время бесконечно долго тянулось. Девушки нервничали все больше. Нервы, натянутые до предела готовы были лопнуть от любого, самого малейшего шороха.
– Маниса, что с нами будет?– тихо спросила Алекса. – Неужели нас сейчас, как волколаков?
– Нет, конечно,– уверенно ответила ей хранительница, хотя в душе такой уверенности у нее не было. Она знала, что жители Болота смерти не признают никаких авторитетов и следуют исключительно зову своих собственных желаний.
Спустя некоторое время в темноте появился монотонный хлюпающий звук, который они уже слышали ранее. Он раздавался тихо- тихо. Звучал, словно издалека.
У обеих не выходил из головы монстр со светящимся гребнем, пожравший волков.
Близился рассвет. Луна растворилась в предрассветном сереющем небе.
Страшная ночь подходила к концу. В сердцах девушек затеплилась надежда на спасение. Ведь нечисть не жалует солнечный свет. А теплые лучи уже вот-вот должны были появиться из-за горизонта.
Когда по травяному ковру пошла волнами знакомая мелкая дрожь, охватившая всю поверхность болота, девушки затаив дыхание замерли. Вскоре, не далеко от места, где они были привязаны, в непроницаемой тишине, показался над поверхностью, взрезав травянистый покров острый, как нож гребень. Надежды на спасение разбились вдребезги. Дикий визг пожираемых чудовищем волколаков, зазвучал у них в ушах так отчетливо, словно воспоминания ожили и переместились в реальность.
Гребень медленно, но неотвратимо, словно акулий плавник, приближался к пленницам.
Дикий крик огласил окрестности. Подруги забились в своих путах, тщетно пытаясь освободиться, трепыхаясь, словно мелкие рыбешки в сетях рыбака. Монстр приближался, стремительно сокращая расстояние между ними. И вот уже огромная, смердящая жуткой вонью, набитая зубами пасть, распахнулась перед ними. Зловонное дыхание забивало нос и вызывало рвотные позывы. Ошметки густой, зеленоватой слизи вылетавшей из пасти, издававшей громоподобный рев, залепили девушек с головы до ног. Мерзкое, гадкое существо готовилось поглотить лакомство, любезно поданное к его столу заботливым хозяином.
Вся жизнь пронеслась у Алексы перед глазами. Вот она маленькая гоняет гусей у тетки в деревне, вот она оканчивает школу, и директор жмет ей руку и вручает золотую медаль. Годы института. Потом работа. Ей и вспомнить то было нечего. Она и не жила еще совсем. Ей нельзя умирать. Только не так! И такая закипела в ней злость, на себя, на Дракона, на Ульриха.
Тугой комок почувствовала она в груди. Такой, что ни вздохнуть, ни выдохнуть. Дыхание перехватило, словно кислород вокруг закончился. Стала она воздух ртом хватать. Чувствует, что ширится что-то в ней, распирает изнутри, растет. И когда зловонная пасть готова была поглотить пленниц, разорвалось что-то внутри у жрицы. Небывалая мощь, искавшая и не находящая выхода, прорвалась наружу решительным окриком:
– Прочь!– рявкнула жрица и не узнала своего голоса. Эхом разнесся он над болотом, вспугнул, крепко спящих еще в лесу, птиц.
– Пошел прочь, урод вонючий!
Слова эти подействовали самым непредсказуемым образом. Тварь, собравшуюся приступить к ужину, вернее уже к завтраку, словно подхватил порыв ветра неимоверной силы и выдернув ее из воды, отбросил на несколько десятков метров. Ударившись гребнем о ствол небольшого деревца, зверь неловко завалился набок и бесшумно ушел под воду.
Закашлявшись от неожиданности, жрица растерянно взглянула на Манису. Ошарашено хватая ртом воздух и восстанавливая дыхание, Алекса не понимала, что произошло. Хранительница, молча, смотрела на подругу, открыв рот, словно у нее на лбу неожиданно выросли рога.
Валун и пленниц, к нему примотанных окружал слабо мерцающий тихонько позванивающий полупрозрачный кокон.
Глава 45. Новые друзья.
–Что это было?– осторожно пробуя голос, растерянно спросила Алекса, отдышавшись и показывая на мерцающее марево, тающее в предрассветных лучах просыпающегося солнца.
–Это у тебя надо спрашивать, – победно улыбаясь залепленными подсыхающей слизью губами, ответила хранительница.
–Может хватит уже ребусов? – устало прислонившись спиной к валуну затихающим шепотом проговорила жрица явно отключаясь.
–Алекса! Жрица! Не спи, -встревожено завопила Маниса, дергаясь всем телом, пытаясь высвободить руки. Путы неожиданно ослабили хватку. Маниса, почувствовав это, спешно начала высвобождаться из тугих стеблей.
–Не сплю. Устала что-то. Полежу немножко, – бормотала жрица, заваливаясь на бок. Гибкие стебли, помогая Манисе, сами распутывали ее, ловко высвобождая листик за листиком из под прижавшего их тела, засыпающей девушки.
–Алекса, твой дар проснулся. Слышишь? Ты слышишь меня?
–Какой дар?– с трудом разлепляя глаза, спросила жрица.
– Магический, какой же еще. Твоя магия пробудилась!– радостно тормоша подругу и почти крича говорила хранительница.
–Я поздравляю тебя! – сказала она торжественно и чмокнула подругу в грязную щеку.
–Да ладно!– недоверчиво протянула заторможенная жрица.
– А почему ты так решила?– не изменяя себе, спросила жрица, делая над собой усилие и присаживаясь, обессилено прислоняясь спиной к прохладному камню.
– Да ты же нас спасла. Посмотри. Твой щит закрыл нас и отбросил монстра. Долбануло то его как, – восхищенно присвистнула хранительница.– Ну и мощь у тебя, – от распиравшей ее радости Маниса растеряла всю присущую ей обычную сдержанность.
Освободившаяся от пут, она вскочила на ноги и растирала запястья, восстанавливая кровообращение.
–Есть хочется и спать, – устало проговорила Алекса, которая после непривычного всплеска энергии напрочь лишилась сил.
–А что за дар?– вялым голосом поинтересовалась она, отметив мимоходом для себя, что настолько измотана, что не ощущает никакой радости. Одну только смертельную усталость.
– Я, что, теперь смогу монстров по сторонам разбрасывать?
–Нет, – улыбаясь ответила ей довольная Маниса.
– Ты сможешь от них защищаться и защищать.
–А этот не вернется?– спросила Алекса, вяло махнув рукой в сторону болота.
Словно услышав ее слова, затонувший монстр, нелепо вынырнул на поверхность, покачиваясь, словно резиновый буек. Маленькие, едва заметные глазки, тревожно моргали. От прежней удали не осталось и следа. Девушки напряглись, но выглядел он более чем смирно, и попыток приблизиться не предпринимал. Зато теперь у девушек появилась возможность хорошенько его рассмотреть.
Черная толстая кожа покрывавшая покатые бока и спину отсвечивала матовым светом в предрассветном сумраке. Тяжеловесный гребень, свечение которого в рассеивающейся тьме было не таким ярким. Маленькие глазки робко посматривали в сторону пленниц, а так напугавшая их пасть с трудом угадывалась за пухлыми выразительными губками.
-Почему же сразу урод?
Прозвучавший неожиданно и непонятно от кого вопрос отвлек подруг от созерцания монстра едва не сожравшего их. Хозяина, обиженно звучавшего, скрипучего голоса, нигде не было видно.
–Зачем ругаться то сразу? Тузю напугали, хулиганки!
Нервные какие все, – продолжал между тем свою ворчливо- обиженную тираду голос.
С этими словами на глазах у изумленных девушек рядом с чудищем, словно из воздуха материализовались вначале красные глаза, затем широкий рот, растянувшийся в улыбке, словно у чеширского кота, обнажив несколько рядов мелких, острых желтых зубов. А за этим и все остальное проявилось, как будто переводная картинка. Небольшая круглая голова, маленькое тело, напоминавшее холщевый мешочек с семенами, короткие ручки и ножки. Гладкая кожа переливалась сине-зелеными оттенками.
– Маленький! Напугали тебя тети нехорошие,– поглаживая и почесывая чудище, словно кота, приговаривало существо. Чудище довольно жмурило глазки, бросая время от времени осуждающие взгляды в сторону пленниц.
– Ну и фантасмагория! – воскликнула Алекса, глядя на эту ситуацию.
–Не бойся, подожди немного здесь, – проговорил сине- зеленый мешочек, обращаясь к чудищу, закончив с утешениями и оборачиваясь к девушкам.
– Пойду, успокою наших гостей. Ты их тоже немного напугал. Кто ж знал, что они шуток совсем не понимают.
-Шуток!!!!? Шуток!!!!?– прорвался у Алексы разъяренный вопль.
Куда только усталость подевалась. Вскочив на ноги она ткнула указательным пальцем в приближающееся существо:
–Юморист значит? Вот я лужу эту поганую сейчас досуха выжгу и посмотрим, кто шуток не понимает, – пошла на блеф жрица, надеясь на то, что существо не знает того, что дар ее не способен на это, да и то, что управлять им она пока не умеет.
–Да брось ты, жрица! К чему эти угрозы?– бесцеремонно перебила девушку подошедшая несуразность.
–Мы,– кивнув на чудище, сообщило существо, – вообще-то от волколаков вас спасли. Так что давайте лучше знакомиться.
И, протянув опешившей девушке, крошечную зеленую ладошку, представился:
– Водяной. Правитель этого чудесного местечка.
– Алекса,– осторожно протянула в ответ ладонь жрица.
–Очень приятно,– вежливо склонившись и шумно причмокнув, поцеловал тыльную сторону ладони девушки Водяной.
– Водяной,– снова произнес он, повернувшись к Манисе. Проделав все тоже самое он снова повернулся к Алексе и сказал так, словно они друзья детства:
– Пойдемте, а то солнце встает, скоро здесь не продохнуть будет.
-Куда пойдем? – спросила, сумев собраться с мыслями Алекса.
–Ко мне в покои, – ответил Водяной. – В трясине есть гостевой домик. Помоетесь, отдохнете. Вид у вас прямо скажем не товарный, – критично осмотрев залепленных грязью и подсыхающей слизью, девушек, выдал свою оценку радушный хозяин.
–Что-то я вас не пойму, – пропустила мимо ушей, бесцеремонное замечание, относительно внешнего вида, жрица. Она шагнула к Манисе и взяла ее за руку, вероятно, чтобы почувствовать поддержку. И продолжила: – Если вы спасли нас от волколаков, то объясните, пожалуйста, как мы должны понимать то, что было потом? Зачем вы нас запугивали?
-Ой, ну пошутили немного. Подумаешь. Скучно у нас тут, – нетерпеливо передернул плечиками Болотный правитель. -А здесь такой случай подвернулся. Мы не могли его упустить, – закончил он, растягивая зубастый рот в довольной ухмылке, вспоминая потеху. – Очень вы нас позабавили! – радостно добавил он, не замечая, как вспыльчивая жрица начинает краснеть от охватившего ее гнева.
–Что?– воскликнула она, вспыхивая, как порох, но тут же взяв себя в руки увидев предостерегающий взгляд Манисы. Вспомнила, что в их положении лучшая методика, дающая шансы на спасение это методика покорной овцы.
– Но вы, признаюсь честно, молодцы!!! – неожиданно похвалил Водяной девушек, не заметив вспышки Алексы.
–Давно я таких стойких не видел. Даже среди молодцев мало кто сумел бы Тузю прочь послать. Это показатель, жрица. Не ошибся Дракон в выборе.
–Дракон знает где мы?– вмешалась все это время, молча слушавшая Маниса.
– Конечно, знает,– подтвердил Водяной.– Он и про волколаков знал. Только поздно к нему сведения эти попали. Сам не успел бы на выручку. А в этих местах кроме меня с ними никто бы не совладал. Вот он и попросил меня присмотреть за вами, пока он сам не прилетит. Мы давно дружбу водим.Знал он, что я не подведу.
Маниса победно взглянула на притихшую Алексу.
– Не предал, не бросил,– говорили ее сияющие глаза. – Не подвел.
–Ну пойдемте же, – взмолился Водяной. – Солнце встает!
Из-за горизонта, окрасившегося в золотисто-розовый цвет, первыми золотыми лучами и вправду потягивалось солнышко, просыпаясь и нежась еще в своей невесомой, облачной постели.
– Пойдем, – тихо сказала Алекса.
Противоречивые чувства терзали ее сердце. Она была измотана и сама не могла понять, чего же ей на самом деле хочется, а что страшит.
–Не бойся ничего, – шепнула Маниса подруге, взяв ее за руку, словно прочитав ее мысли. – Поешь, поспишь, и все станет понятнее и проще.
Алекса молча обняла ее благодаря за поддержку.
–Ну веди в свою трясину, спаситель! – скомандовала хранительница Водяному, крепко держа жрицу за руку.
Глава 46. В гостях.
Маниса заметила, что жрица неизменно впадает в задумчивость при любом упоминании о Драконе. В целом она догадывалась о причинах. Ведь то, какое впечатление произвел на девушку Ульрих, было видно невооруженным глазом. Тем не менее, свой выбор жрица сделала. И это говорит о том, что испытание на верность она тоже прошла. Смотреть на душевные терзания подруги было тяжело, но случая поговорить о произошедшем во время похищения, пока не представлялось. Поэтому Маниса утешала себя тем, что жрица с Драконом предназначены друг другу судьбой, а значит, личная встреча изменит все в жизни обоих.
Так рассуждала хранительница, глядя на то, как сникла Алекса после упоминания о том, что Дракон и в этот раз позаботился о ней. А значит, обида ее была пустой. И повода злиться нет. Душевное смятение жрицы вызывало острое сочувствие у хранительницы. Поэтому она взяла на себя общение с болтливым Водяным, давая жрице время овладеть собой.
Видя, что хозяин болот, направился к покачивающемуся в полынье разодранного травяного покрова Тузе, девушки дружно запротестовали.
Обе они уже вдосталь находились по этой шаткой поверхности, которая, к слову сказать, совсем не проседала под шагами правителя.
–Господин Водяной, – окликнула резво удалявшегося покровителя Маниса.
–Нет ли другого пути?– спросила она, когда он вопросительно взглянул на нее, обернувшись.
И не дожидаясь расспросов, пояснила: – Нам трудно передвигаться по этой поверхности.
– Точно! А я и забыл. – хлопнул себя по лбу маленькой ладошкой Водяной.
– Оно не рассчитано на вес человека, – объяснил он возвращаясь.
Вернувшись к валуну, Водяной принялся шарить маленькими своими ручонками у самого подножия камня. Потратив на поиски несколько долгих минут, он наконец отыскал то, что хотел. Разворошив траву и листья, потянул вверх, приложив заметное усилие, толстое позеленевшее от сырости и времени медное кольцо. Уперевшись ножками в землю Водяной пыхтя от натуги, принялся тянуть кольцо вверх. Понаблюдав некоторое время за безуспешными попытками, девушки бросились ему помогать. Взявшись дружно за кольцо, они сумели сдвинуть с места тяжеленную крышку.
Крышка, откинувшись, явила девушкам глубокий темный лаз, из которого пахнуло сыростью. Узкие ступени, убегали вниз, теряясь в темноте.
–Что там? – спросила Алекса с тревогой в голосе.
–Другого пути в мои покои нет, – ответил Водяной. –Или по поверхности, там дальше спуск есть поживописнее, либо через этот ход. Мы давно им не пользовались, но я держу свое хозяйство в порядке, так что не волнуйтесь. Я все-таки за вас перед другом отвечаю, – решился добавить хозяин, убеждая девушек в своих добрых намерениях.
–Трудно поверить, что вас заботит мнение друга, – буркнула под нос Алекса, наклоняясь и заглядывая в темноту лаза. – Если вспомнить, как вы забавляетесь! – произнесла она громче и глядя прямо на Водяного.
–Злопамятность – великий порок, жрица. Вам стоит избавиться от него, – невозмутимо дал ей совет правитель. – И потом забавы хороши только тогда, когда не часто случаются, так что не волнуйтесь. Здесь вам ничего не угрожает.
– Прошу! – жестом пригласил Водяной девушек, указав рукой в темноту.
Подруги, переглянувшись, шагнули к норе, решившись на очередное безрассудство.
Водяной сделал несколько жестов чудищу, ожидавшему их, и оно незамедлительно погрузилось под воду.
Затем заглянув в проход, потянул корень, торчащий из стенки у лестницы и в тот же миг, длинный темный коридор осветился зеленоватым светом.
Девушки осторожно начали спускаться по пологим ступеням, оказавшимся совершенно сухими. Свет давали небольшие цветочки, беспорядочно рассаженные по всему своду узкого тоннеля.
Водяной, нажатием кнопки на внутренней стороне тяжелой крышки люка, активировал хитрый механизм автоматического закрытия. Взглянув в посветлевшее небо, проскользнул вслед за девушками. Люк закрылся. Болото смерти обрело свой первоначальный, миролюбивый вид.
Спуск не занял много времени, из чего можно было сделать вывод, что нора расположена не слишком глубоко. Дорога заняла около часа. Измученные девушки шли молча. Один только вопрос задала Маниса за все время пути.