Железная лея. Храм Диру

Глава 8. Прошлое. Налаживание отношений

Иона сидела рядом со статуей Диру и не представляла, как ей дальше жить и что делать. Никогда ещё в своей жизни она не чувствовала себя такой одинокой. Прошлое, в котором она была Верховной, она ещё не вспомнила, а настоящее, где она была Леей, видимо, уже потеряла. Хотелось плакать, но слёз не было, поэтому принцесса встала, отряхнулась и направилась в сторону озера. Лем с Картом вернутся не раньше, чем через два часа, так что времени у неё было очень много. Слишком много для подобного одиночества. Она пошла к краю озера, любуясь брусчаткой из свет-камня, которая красиво сияла под её ногами. Когда она оказалось у воды, то положила руку на ствол одной из железных лей. Дерево тут же откликнулось на её прикосновение слабым свечением.

– Что Вам угодно, Верховная?

Девушка вздрогнула от неожиданности.

– Извините, я испугала Вас?

– Немного, но не сильно. Я просто не ожидала, что вы со мной заговорите, когда я не в трансе.

– Но Вы не были в трансе и раньше.

Иона задумалась и, подумав немного, кивнула, соглашаясь с голосом.

– Как вас зовут?

– Лира.

– Кто вы, Лира?

– Я жрица этого храма. То есть была ею.

– Вы были жрицей?

– Да. Очень давно. Тогда этот храм только строился.

– Но… Как вы оказались в дереве?

– Я и есть дерево.

Иона захлопала глазами, не зная, как реагировать на это заявление.

– Вы и есть дерево? Но как вы стали деревом?

– Я хотела помогать Верховной и после смерти.

– Вы настоящая душа девушки, заключённая в дерево, или девушка, ставшая деревом?

– Можно сказать и так, – не ответила на вопрос жрица.

– Это… удивительно. И немного страшно.

– Мне нравится быть леей. Правда, Вы – первая Верховная, которая появилась за последние сто лет, но я всегда могу пообщаться и с другими людьми, и с моими друзьями-леями.

– А кто они?

– Другие люди?

– Нет, леи.

– Вы потом поймёте, Верховная. Сейчас Вы и так узнали слишком много для одного дня.

– Возможно, вы и правы, – почувствовав, как веки внезапно стали тяжёлыми, сказала девушка, – я немного устала.

– Конечно Вы устали! Вы прошли посвящение! И, должна признаться, за все годы у Вас был самый яркий Свет, который я видела. А сейчас спите. Вам предстоит так много сделать! Я разбужу Вас, когда Ваши спутники вернутся.

– Спасибо… – уже зевая, произнесла Иона и легла на землю, рядом с Лирой.

«Бедная девочка, – раздался перезвон в воздухе. – Пусть поспит».

***

Лем с Картом уже возвращались, таща всё, что у них было с собой. У чтеца было хотя бы немного времени для того, чтобы подготовиться к тому, как реагировать на Ивону, а у юноши такой роскоши не было. И он не знал, как вести себя с ней.

С одной стороны, она сама сказала, что он может общаться с ней, как раньше, а с другой – она же Верховная! Как он может вести себя так, будто ничего не случилось? Это просто невозможно. Он нутром чувствовал, что следующие несколько дней будут просто ужасающими.

«О, Богиня, она же Верховная! А я… Я… Так по-простому с ней себя вёл! Даже кричал на неё несколько раз! Какой же я идиот! Не мог попридержать язык, что ли. И ещё и прикасался к ней! И мы держали её в пещере! А потом в малюсенькой хижине! Верховная… Ужас-то какой!» – так по кругу и ходили его мысли. По дороге к домику его разум был пуст из-за шока, поэтому все размышления пришли к нему только когда они стали возвращаться, загруженные вещами.

Когда они были в домике, то постарались убрать все следы своего присутствия и закрыли вход в погреб за собой. Когда они ступили на лестницу, то с удивлением увидели, как светящийся проход за ними закрылся. На секунду это отвлекло Лема от судорожных мыслей о Лее, но лишь на секунду – спускаясь, он так глубоко уходил в свои мысли, что пару раз ронял вещи.

Вернулись к храму они только через три часа, умудрившись заблудиться в зимнем лесу, но всё же они дошли до того места, где оставили девушку, и, не увидев её там, начали волноваться, забыв, что в храме Диру Верховной ничего не может грозить. Через пару минут Иона сама подошла к ним, прикрывая рот ладонью.

– Всё в порядке, Верховная? – спросил, поклонившись, Карт.

– Да, всё прекрасно, я лишь немного подремала, – ответила немного сонным голосом девушка.

– Рад это слышать, принцесса.

Выражение лица Леи изменилось, и она резко сказала:

– Нет, это абсолютно неправильно!

– Что именно? – поинтересовался чтец.

– Не обращайте на меня внимания, – тут же отказалась от своих слов принцесса. – Если вам так удобнее и проще, то пусть будет так.

– Подождите, я не до конца понимаю, что Вы имеете в виду…

– Вы всё понимаете, Карт, просто хотите, чтобы я сама это сказала.

– Может и так, но я, честно, не до конца понимаю, что Вы имеете в виду. Я могу быть прав, а могу быть неправ…

Иона укоризненно посмотрела на него.

– Зачем вы так? Вы специально это говорите.

– Нет-нет! Даже и не думайте! Я никогда бы себе этого не позволил. И я сейчас не шучу, я абсолютно серьёзен. Я понимаю, что Вас может волновать, но не уверен, что Вы сейчас хотите обсудить.

– Даже если он и знает, что Вы имеете в виду, Верховная, то я не знаю. Расскажите мне, пожалуйста, – вступил в разговор Лем, голос его слегка дрожал.

– Извините меня, Лем, я понимаю, что мои слова для вас загадка, ведь вы всё ещё не знаете, что думать обо мне. Я тоже не понимаю всего и не знаю, как реагировать. Я не помню, что именно со мной происходило до того, как я очнулась вся в бинтах в той пещере. Я не до конца помню, как я оказалась в таком состоянии. Но это всё придёт со временем и не так уже важно для меня. Важнее всего для меня сейчас ваша дружба.

– Зачем она Верховной? – глухо спросил юноша.

– Потому что я тоже человек, а всем людям нужно общество. Чувство, что человек может доверять кому-то, – бесценно. А вам двоим я готова доверить свою жизнь. Я хочу вам доверять. Хочу верить в вас и знать, что вы верите в меня. Для меня очень важно знать, что вы будете со мной и сейчас, ведь я очень привязалась к вам обоим. Почему Лея, не известная никому покалеченная девушка, заслуживает дружбы, а принцесса Иона, Верховная жрица Диру, – нет? Во мне что-то изменилось? Характер поменялся? Внешность? Что изменилось, кроме того факта, что я помню самое себя, а вы знаете, кто я? – в голосе девушки слышалось отчаяние.

– Всё изменилось, – тихо-тихо сказал Лем. – Вы – Верховная, а это значит, что мы не можем быть друзьями.

– Почему? Кто это сказал и кто решил, что нельзя быть другом Верховной?

– Ну кто же дружит с Верховной?! Ею восхищаются! Ей поклоняются! – сам того не замечая, повысил голос Лем.

– Кто вам это сказал? Я – человек. Я – жрица, а не божество.

– Вы – воплощение Богини.

– И что?

– Как что? – растерялся юноша.

– Неужели то, что я Верховная, означает, что мне суждено только одиночество?

– Но Вы же принцесса!

– Да, принцесса. Принцесса, которой никогда не было позволено общаться с другими людьми, поэтому прошу вас, Лем, не лишайте меня единственной возможности быть близкой хоть с кем-то. Я… Считайте, что это моя прихоть. Я тоже хочу быть человеком.

Лем никак не отреагировал на её слова, ведь, что бы она ни говорила, в его глазах она была божеством. И это божество просило о такой глупой человеческой вещи, как дружба. Это было странным и непонятным. Ему казалось, что он видит сон, – так невероятно это было для него.

Карт, видя, что мальчик находится в замешательстве, подошёл к нему и встряхнул его.

– За что?! – воскликнул Лем.

– Наверное за то, что Верховная просит быть ей другом, а ты отказываешься. Это было бы глупо и грубо, даже если бы ты не знал её до этого. А ты знаешь её. Ты лечил её, ты жил с ней в одной пещере, в одном доме. Ты спас ей жизнь, в конце-то концов. Я говорил, что это ты изменишь своё отношение к ней, а не она к тебе. Так и случилось.

– Но…

– Что «но»? Ничего действительно не изменилось в нас и в наших отношениях. Если тебе неудобно или неловко – это твои проблемы. Она не выбирала своей судьбы, как не выбирала того, чтобы быть покалеченной, но она выбрала твою дружбу. Тебе понятно?

– Да… – шёпотом сказал Лем.

– Не слышу твоего ответа.

– Мне понятно, – ворчливо пробормотал он.

– Вот и прекрасно. Извините, Иона, я действительно знал, что Вы имеете в виду, но даже я не мог без разрешения обращаться к Вам фамильярно.

– Я понимаю…

Девушка неуверенно посмотрела на Лема и Карта.

– Мы ведь можем снова перейти на «ты» с вами?

– Вы хотите этого? – серьёзно спросил мужчина.

– Да, если вы сможете, то это будет чудесно.

– Значит, буду. Пока Вы будете Леей – буду.

– Спасибо. Я рада, что вы меня поняли. Пока я с вами, вы можете называть меня, как вам будет удобно.

– Хорошо, девочка. Тогда для нас ты будешь Леей.

– Спасибо, – ответила девушка и чуть не заплакала от облегчения.

– Не за что, милая. А теперь давай-ка расположимся на ночь.

– Конечно! Только я сразу же хочу предупредить, что нельзя есть животных, за исключением рыб, которые водятся в храме, так как восстановить свою популяцию под землёй они просто не смогут. Рыбу из озера употреблять можно. И нельзя разводить костры в храме – для этого здесь есть печи.

– Понял. Где находятся печи?

– Идите за мной, я покажу.

– Пошли, Лем.

– Хорошо, – сказал юноша, всё ещё обиженный на то, что его тряхнули.

Они все пошли в сторону храма, и если мужчины испытывали благоговение, когда входили под его сень, то Иона чувствовала себя дома. Ей здесь нравилось и было комфортно. Казалось, что именно здесь она и должна быть. По крайней мере, сейчас. И, к её счастью, это ощущение не проходило.

Иона не заметила, как они преодолели храм, пройдя его насквозь, а затем очутились в самой дальней части пещеры. Перед ними был гигантский вход, оформленный в том же стиле, что и храм, лишь с одним отличием – по бокам арки, обрамляющей его, стояли гигантские леи, которые были вырезаны из свет-камня. Когда девушка подошла к одной из них и прикоснулась, то лея сменила свой цвет, став золотистой, а за ней и весь свет-камень начал меняться, горя, словно солнце.

Когда всё пространство рядом с ними окрасилось в золото, в воздухе зазвучал чуть слышный перезвон, а в том месте, где девушка прикасалась к дереву, внезапно появился проход с винтовой лестницей, ведущей наверх.

Мужчины уже устали удивляться, поэтому они просто последовали за Ионой, которая исчезла в проходе. Лем с Картом уже приготовились к долгому подъёму по лестнице, но сюрпризы ещё не закончились – они оказались наверху буквально за мгновение. Только секунду назад они ступили на первую ступеньку – и уже были на последней, а Иона успела уйти далеко вперёд по галерее, которую было видно снизу.

Решив, что стены они рассмотрят потом, мужчины направились за своей спутницей. Замешкавшись, они чуть не пропустили момент, когда Иона скрылась за дверью, которой было почти не видно на фоне стены. Мужчины побежали за девушкой, чуть не споткнувшись о небольшой порожек, и ввалились в комнату. Лем всё-таки не удержался на ногах и упал. Под его руками оказалась трава.

Это была трапезная с высокими потолками и стенами из свет-камня. По всей длине стояли тяжёлые деревянные столы и скамейки, а между ними располагались яблони. Весь пол был покрыт густой зелёной травой. Это был ещё один сад.

– Это – главная трапезная. Здесь можно есть, заниматься и делать что угодно, всё для готовки находится в соседней комнате.

Карт с Лемом последовали за Леей на кухню.

К удивлению мужчин, пройдя по небольшому коридорчику, они увидели обычную, достаточно просто обставленную кухню. Только печки были сделаны из свет-камня, мутного и не так активно реагирующего на Поток.

– Эти печи. Все восемь, – начала Иона, указывая на кубы, стоящие на равном расстоянии друг от друга, – зажгут огонь для любого, кто захочет готовить. Достаточно только пожелать. Они специально сделаны так, чтобы даже человек, не владеющий Потоком, смог приготовить еду. Ведь не все жрецы и жрицы владеют им. Их сила в другом.

– Даже я смогу? – спросил Лем.

– Конечно! Попробуй – у тебя должно получиться.

Снова услышав «ты» из уст Верховной, юноша сначала вздрогнул от неожиданности, а затем улыбнулся от удовольствия, но постарался скрыть улыбку, отвернувшись.

– А что мне нужно делать?

– Выбери любую печь, подойди к ней, приложи руку к камню.

– Какому камню? А вдруг у меня прямо под рукой пламя вспыхнет?

Иона улыбнулась, Карт хмыкнул.

– Видишь, у каждой печи есть два небольших выпирающих камушка? По одному с каждой стороны от основной поверхности.

– Вижу.

– Так как ты правша, то тебе будет удобнее пользоваться правым камнем, но в принципе они абсолютно одинаковы.

– Понятно, – сказал юноша и осторожно положил ладонь на правый камень ближайшей к нему печи.

– А теперь подумай о том, что ты бы хотел приготовить еду.

Молодой человек закрыл глаза и сосредоточился, а затем открыл глаза и разочарованно сказал:

– Но ничего не происходит!

– От верхней панели должно исходить тепло.

– Ой, и правда! – воскликнул юноша и потянулся левой рукой к поверхности.

– Не трогай! – крикнула Иона.

– Почему? – Лем растерянно посмотрел на неё.

– Можешь обжечься, если она успела нагреться слишком сильно.

Ученик Харима озадаченно осмотрел странную печь ещё раз.

– Так вот почему у этих печей нет труб! – воскликнул он, когда на него снизошло озарение.

Иона улыбнулась той радости открытия, что была в его голосе.

– Да, для этой печи не нужно ни угля, ни дерева.

– Это так удобно!

– Очень удобно, но энергия не рождается из ничего, поэтому во время готовки ты будешь уставать больше, чем обычно. Чтецам достаточно прикоснуться к камню лишь один раз, а тебе придётся держать руку на одном из камней, чтобы плита нагрелась до нужной температуры. Я сама не готовила на такой печи и не умею пользоваться Потоком, но надеюсь, что Карт научит меня.

– Конечно, научу.

– После того, как ты прикоснёшься и разогреешь плиту, жар останется на некоторое время, но совсем ненадолго. Свет-камень быстро остывает, поэтому проще будет попросить Карта, чтобы плита сверху работала равномерно.

– А эта дырка в печи? Её как-то можно закрыть, чтобы можно было печь?

– Её не нужно закрывать, жар не выходит за пределы.

– А столы тоже необычные? – спросил Лем указывая на столы, стоявшие поп периметру. – Они тоже специальные?

– Нет, это просто столы.

Юноша посмотрел на стол.

– Здесь есть что-то обычное? – удивлённо спросил он.

– Видимо, да. И они изготовлены из обычного дерева. Наверное, единственная необычная деталь – это то, что здесь есть и столы для того, чтобы готовить стоя, и для того, чтобы готовить сидя. Ещё где-то должны быть разного размера подставки и специальные дополнительные панели на столы, для того, чтобы люди разного роста могли готовить. Ещё есть подушки для лавок.

– Как всё здесь продумано, – сказал Карт.

– Конечно! Когда-то здесь жило множество жрецов и жриц.

– А почему так мало жрецов Диру? – внезапно спросил Лем.

– Не знаю, – ответила принцесса, – может, потому что им никто не объясняет, что то, что они чувствуют, – это Зов Диру. Многие и среди женщин не хотят слышать Зов, потому что верят, что если они станут жрицами, то не смогут видеть своих любимых. Многие жрецы действительно уходят из родных деревень и городов, если где-то нужны люди, но на самом деле они могут взять семью с собой.

– Но… Разве жрица не должна всю жизнь прожить в служении?

– Служение Диру не требует подобных жертв. Вспомни, даже Верховные были матерями.

– И правда… Я как-то об этом не подумал.

– Думаю, что многие не помнят об этом, поэтому боятся Зова. Правда, тех, кто слышит его, не так уж и много. Их становится больше только когда появляется новое поселение или город. Чем больше людей, тем больше жрецов.

– Понятно. Значит, новый жрец появляется только если один из предыдущих умирает или людей становится больше?

– Да.

– Это так неожиданно!

– По крайней мере, это то, чему меня учили во дворце.

– А как Вы… ты узнала, как сюда попасть и куда вообще нужно идти?

– Я думаю, что это последствие церемонии посвящения. Потому что я просто знаю, но не знаю, откуда. Это действительно странно… О, давайте я покажу вам комнаты, из которых вы можете выбрать. Так как здесь сейчас никого нет, вы можете выбрать любую спальню.

Они вышли из кухни, прошли через трапезную, а затем Иона повела мужчин направо. Идти пришлось около пяти минут, но вскоре они оказались в первой из комнат. Это была не очень большая, но светлая комната с минимумом мебели. Здесь стояло две кровати, два стола, два стула, два прикроватных столика и два сундука.

– Практически все комнаты похожи на эту. Количество кроватей будет разниться, набор мебели – нет. Правда, все комнаты разные. Можете осмотреть их и выбрать ту, которая подойдёт вам. В сундуках лежит бельё: простыня, наволочка и пододеяльник.

– Пододеяльник? – недоумевая, спросил Лем.

– Да, даже пододеяльник есть. Всего постельного белья по две штуки.

– Не в этом дело, девочка: я не думаю, что в деревне нашего друга были пододеяльники и что он знает, что это такое. Я прав?

– Да, – стесняясь своей невежественности, ответил юноша.

– Ой, извини, это моя вина! Я не подумала о том, что в Шаньяр погода слишком тёплая для того, чтобы у вас была необходимость пользоваться пододеяльниками. Пододеяльник – это нечто вроде наволочки для одеяла. Ты говорил, что некоторое время жил вместе со своим учителем в Анжении, ты не видел их?

– Я не знаю, может быть, и видел, но я думал, что это просто одеяла такие. Мы с учителем жили у других людей, и он всегда платил хозяйкам, чтобы они заботились о порядке в комнате и меняли бельё. У меня в деревне тоже были одеяла, но мы использовали простыни.

– Понятно. В странах, где ночи холодны, часто используют пододеяльники для того, чтобы сохранить одеяло свежим как можно дольше. Зимой сушить одеяла негде, так как они замёрзнут на улице, а в домах мало места, чтобы иметь возможность посушить его рядом с огнём или на печи.

– Вы… ты научишь меня, как с ним обращаться?

– Боюсь, что я и сама лишь видела, как это делают, но с удовольствием поучусь вместе с тобой!

– Договорились, – радостно улыбнулся Лем.

– Давайте-ка мы начнём выбирать комнаты, – поторопил их Карт.

– Да, конечно! Я открою для вас все комнаты.

Карт с удовольствием наблюдал, как отношения Лема и Леи налаживаются.

Глава 9. Прошлое. Новая жизнь

Они отнесли вещи в спальни. Каждый выбрал себе комнату, отражающую внутренний мир хозяина.

Карт выбрал простую комнату с красивыми изображениями исторических событий разных стран. Лем предпочёл спальню с кроватями с изумительной резьбой, на которых было столько мелких деталей, что только он и мог их все подметить. Вся комната также была украшена резьбой, а на потолке красовалось солнце, олицетворяющее Диру. Иона с самого начала знала, какая из комнат предназначалась для неё. Это была единственная комната с балконом, и поэтому она находилась в конце галереи. Внутри, помимо кровати, столика, стола, стула и сундука были шкаф и не очень большой клочок земли, который повторял четыре сезона, властвовавшие над лесом. В каждом сезоне было по три деревца, а на входе в садик стояли две маленькие леи – они были не больше метра в высоту и казались малютками рядом с высокими деревьями. Девушка не знала, выбрала бы она эту комнату, если бы не чувствовала, что она подготовлена специально для неё, но спальня была красива. Здесь почти не было украшений и резьбы, а свет-камень отсутствовал совсем.

Иона знала, что в леях живут жрицы, но это нисколько не беспокоило её, скорее, наоборот, придавало уверенности, потому что благодаря жрицам она никогда не будет чувствовать себя в одиночестве. Конечно, ей было бы легче, если бы она жила вместе с остальными членами компании, но это было бы неправильно. Им всем нужно было время, чтобы привыкнуть к новым отношениям.

Со стороны кухни раздавались тихие равномерные звуки приготовления пищи. Видимо, Лем принялся за ужин.

Иона почувствовала, что действительно проголодалась, ведь день сегодня был очень насыщенным. Посидев ещё немного на кровати и полюбовавшись деревьями, она решила, что было бы неплохо пойти и проверить, всё ли в порядке у её друга.

Девушка легко спрыгнула с кровати, потянулась, размяв чуть затёкшие мышцы, и пошла в сторону трапезной. Оказалось, не ей одной пришла в голову мысль проведать юношу, Карт как раз шёл в сторону кухни. Услышав шаги на галерее, он остановился и подождал Лею.

– Тоже хочешь проверить его? – спросил мужчина.

– Да, беспокоюсь, как бы он не обжёгся. Он был потрясён, когда узнал, кто я, и я не уверена, пришёл ли он в себя.

– Не беспокойся, девочка, и не обижайся на него. Верховная для него – символ, а не человек. Для многих людей она не человек.

– Я понимаю и принимаю это. Но надеюсь, что всё встанет на свои места. Чуть позже. Когда он привыкнет. Я подожду.

– Будем надеяться на это. А сейчас пошли к нему. Нам ещё многое нужно будет обсудить за ужином. И по поводу тебя, и по поводу нас с Лемом.

– Да, конечно.

Через пару минут они уже шли по коридору, ведущему на кухню. Ещё в коридоре было слышно, что Лем поёт песенку, которой не знали его спутники. Желая дослушать её, Иона хотела задержать Карта, зная, что юноша перестанет петь, как только они войдут, но ещё до того, как она успела что-то сказать, они услышали негромкий вскрик и поспешили на кухню.

– Что случилось, Лем? – спросила девушка.

– Ничего страшного, – ответил юноша, посасывая палец, – порезался просто. Замечтался, вот и стал неосторожным. Скоро всё пройдёт. Здесь всё быстро проходит. Я, когда за тобой шёл, то упал и ударился, а ранка сама затянулась.

– Ты падал? Извини, я и не заметила, – смутившись, сказала девушка.

– Да ничего страшного! Я же совсем не сильно ударился, да и у Вас… То есть тебя были дела поважнее, чем ободранный локоть. Всё ж быстро зажило.

– Как знаешь. Ты уверен, что бинта никакого не надо?

– Да Вы сами посмотрите! – юноша протянул руку Лее. – Видите? Ничего уже и нет!

– Действительно…

– А я что говорю! Совсем ничего страшного. Я сейчас уже закончу с готовкой, так что вы просто сядьте и подождите.

– Хорошо. Мы тогда здесь и подождём, правда, Карт?

– Конечно. Заодно можно и разговор начать.

Карт с Леей устроились за столом напротив Лема.

– Что за разговор? – с интересом спросил Лем, возвращаясь к готовке.

– Важный. О том, что нам дальше делать.

– Может, тогда всё-таки подождём, когда Лем закончит готовить? Не хотелось бы, чтобы он ещё раз поранился.

– Ты права, девочка, что-то я не подумал, что Лем у нас юноша легко отвлекающийся, когда речь не идёт о лечении.

Иона улыбнулась, соглашаясь с оценкой характера ученика Харима.

Сам Лем при этом покраснел, как помидор, не зная, что ответить своим друзьям.

Закончил он действительно быстро. Ему осталось только пожарить картофель с луком и морковью на сильном огне. Скоро должны были появиться грибы, и меню троицы должно было сильно обогатиться. Немного подумав, Лем всё-таки решил открыть солёные огурцы, которые нашёл в кладовке на кухне, пусть они и не подходили для Верховной. Зато вкусные – он такие ел, когда ещё жил со своим учителем.

Юноша расставил тарелки прямо на столе для готовки, но Иона сказала, что лучше будет, если они поедят в трапезной. Когда юноша спросил, почему, то девушка просто ответила, что так здесь принято, и жрицам будет приятно, если они соблюдут традиции.

Вся компания перешла в трапезную и села за ближайший к кухне стол. В зале оказался ключ, бьющий из стены в уголке, Карт набрал из него воду в кувшин, найденный на кухне, и все принялись за еду. Они были так голодны, что картошку съели очень быстро, не отвлекаясь на разговоры. Когда все закончили есть, то чтец отправился на кухню, чтобы вскипятить чайник и заварить травы, которые они с собой принесли. Он решил, что за кружечкой чего-нибудь горячего говорить будет легче. Атмосфера трапезной скорее располагала к молчанию и размышлениям, чем к серьёзному и невесёлому разговору, но делать было нечего – планы на будущее обсудить всё равно было надо, даже если и хотелось просто отдохнуть.