Хранительница чайной лавки

Пролог

Над городом поднималась луна. Чёрный силуэт сидел в башне Сююмбике, наблюдая за обстановкой. Здесь было тихо – лишь отголоски ночного города доносились до каменных стен. Он взглянул в небо: барьер над городом будто плёнка токая пленка сверкнула.

– Защита слабеет, – пальцы сжали воздух с такой силой, что костяшки побелели.

Раздался стук по стеклу. В окне мелькнула птица, и мужчина впустил её.

– Появилось послание, – сообщил Ворон.

Зелёные глаза сверкнули из-под капюшона – холодно, хищно.

– Веди.

Они шли по улицам, где было меньше всего народу. Но стоило появиться человеку – мужчина отшатывался, будто от заразы. Лишний раз боясь прикоснутся к ним. Они смотрели на него как на полоумного. В его движениях читалось презрение. Он не просто избегал людей – он их ненавидел.

Они пришли к статуе Зиланта у Кремля. Она была залита красной краской – будто кровью, а внизу надпись:

«Наслаждайся последними мгновениями жизни».

Зилант и без подписи знал, кто стоит за этим. Но кто выполняет его поручения – не знал. И очень хотел найти его сообщника.

– Что за пустые угрозы? – вопрос Ворона повис в воздухе, будто облако пара и тут же растворилось.

Зилант не ответил. Его взгляд скользнул по надписи без единой эмоции.

– Пришли сюда людей из министерства, – бросил он ледяным тоном. – И пусть уберут эту грязь.

Птица послушно улетела.

Зилант отправился домой. Голову терзали мысли о слабости барьера и способе его усилить. Потеря хранительницы чайной лавки стала сильнейшим ударом по защите города. На смену ей не пришёл никто. Два месяца она стояла пустой. Два месяца – и барьер ослабел.

– Бездарная семейка, – прошипел он себе под нос, заходя в пустую квартиру. – Не могли подготовить замену.

Зилант швырнут толстовку на пол.

Ворон приземлился на спинку дивана.

– Барьер не продержится и месяца, – прорычал Зилант не оборачиваясь.

– А ты?

– Что – я? – он резко развернулся, в глазах вспыхнула ярость. – Я бесполезен. Потому что они забрали мою силу. Из-за их страха, их трусости я теперь ничто.

– Ты не ничто. Ты...

– Не смей меня утешать, – оборвал его Зилант. Голос стал тихим, но от этого только опаснее. – Я тысячу лет ждал. Тысячу лет эти люди доказывали, что они – никчёмные, дрожащие твари, которые предают при первой же возможности.

– Талгат нашёл информацию о той травнице, – осторожно сказал Ворон, боясь накликать еще больше гнева. – Говорит, её внучка теперь станет хранительницей.

Зилант замер.

– И что с того?

– Ей только исполнилось восемнадцать. Молодая. Неопытная. Может быть...

– Может быть, она такая же бесполезная, как и её абика? – перебил Зилант. – Та хоть сильная была и с работой справлялась. А эта что? Чай заваривать будет?

Ворон помолчал, затем тихо спросил:

– Ты же не пойдёшь к ней?

Зилант усмехнулся – холодно, без тени веселья.

– Зачем? Чтобы она завизжала, увидев меня? Чтобы выгнала веником, как та, сто лет назад? – он шагнул к окну, вглядываясь в ночной город. – Нет.

– А если она сможет вернуть тебе силы? – не унимался Ворон.

Зилант резко повернулся, глаза сверкнули зеленью – опасной, почти безумной.

– Ты веришь в чудеса, Ворон? Серьёзно? После всего, что ты видел?

Ворон выдержал его взгляд.

– Я верю в тебя. Ты заслужил второй шанс.

– Второй шанс? – Зилант рассмеялся – сухо, зло. – Второй шанс – это для тех, кто не убил ни одного человека. А я...

– Ты защищал свою семью, – твёрдо сказал Ворон.

Зилант замолчал. В комнате повисла давящая тишина. Затем он медленно, будто выдавливая каждое слово, произнёс:

– Ладно. Я схожу в эту лавку. – Он взял со стола чёрную толстовку и отправил в бельевую корзину. – Но если эта девчонка окажется такой же, как и все... если она хоть раз посмотрит на меня со страхом или отвращением...

Он недоговорил. Но Ворон и так понял. Он не настаивал, то что Зилант согласился уже было успехом.

– Не окажется, – тихо сказал Ворон. – Я нутром чую.

Зилант фыркнул.

– Ты чуешь? Ты в прошлом месяце принял помойку за ресторан.

– Это была разведка, – обиженно каркнул Ворон.

Зилант не ответил. Он вышел на балкон, глядя на слабое мерцание барьера. Даже до высоты восемнадцатого этаже доносились ароматы цветов, бензина и пыли.

– Если она слаба, – прошептал он так, чтобы птица не услышала, – я не стану её защищать. Пусть город горит. Мне уже всё равно.

1 глава

Первое августа. День, когда объявляют списки поступивших. Даяна нервно обновляла страницу, дрыгая ногой под столом. На кровати сидела аника (мама). Ее руки нервно теребили мучное кухонное полотенце, на лице читалось волнение. Она молилась, чтобы её дочь поступила в университет. Она бросила взгляд на девушку, наблюдая, как та ерошит свои ярко-фиолетовые волосы, покрашенные в честь любимой южнокорейской группы. Их лица украшали все стены её комнаты.

– Появились! – вскрикнула девушка, подскакивая на стуле неожиданно вещи в комнате, взлетели и с грохотом рухнули вниз.

Аника (мама) подскочила так резко, что в колене болезненно стрельнуло. Все взгляды устремились в экран компьютера. Из коридора раздались торопливые шаги.

– Ну что там? – спросил женский голос.

Аника быстро бросила взгляд на сестру. Та стояла в дверном проёме, вытирая руки о ярко розовое полотенце.

Даяна быстро просматривала списки, ища своё имя. С первого раза не нашла, вернулась в начало и начала внимательнее разглядывать. Аника выпрямилась, она уже всё поняла. Её надежды разбились вдребезги. Резеда апай села рядом с ней и понимающе похлопала по плечу.

Аника повесила голову.

– Ну, Гуля, видимо, судьба у неё такая.

Плечи Даяны медленно опустились. На глазах выступили слёзы. Мечты о Корее утекли свозь пальцы.

– Пойдёмте чаю попьём. Не слезы же лить, правильно? – Женщина поднялась на ноги, не удирая руку с плеча сестры.

Даяна не шевелилась, её взгляд устремился в окно к проплывающим мимо облакам. Аника подошла к ней и погладила по голове. Она глубоко вздохнула, будто собиралась с силами, чтобы сказать:

– Я знаю, как ты хотела пойти изучать языки, но в этом нет ничего страшного, – она похлопала девушку по плечу. – Попробуем в следующем году, ладно? Не расстраивайся.

Даяна смахнула выступившие слёзы, шмыгнула носом чуть громче, чем собиралась и сделала вид, что её это не задело.

После смерти абики Даяна сильно погрузилась в себя, и её аника вместе с Резедой сильно переживали за девушку. Даяна перестала выходить из дома, много времени проводила, играя на телефоне или за просмотром дорам.

Даяна поднялась на ноги, голова немного опущена так, что лицо скрыто волосами. У ног трётся большой чёрный кот с длинной шелковистой шерстью, как из рекламы дорогущего шампуня. Она подняла его на руки и обняла в надежде растворить этим всю боль и обиду. Аника неожиданно накрыла Даяну объятиями, мягкими и тёплыми. Котик уткнулся влажным носом в щеку, словно маленький ребёнок.

– А я рад, – сказал он. – Нам не придётся расставаться.

– Опять ты, Молчун, – весело сказала Резеда, наблюдавшая за картиной стоя у дверей.

– А что сразу Молчун! – Он сильнее прижался к девушке.

– И я тебя люблю, – прижимая кота ещё сильнее, ответила она.

Его слова тронули девушку, и слёзы снова угрожали политься из глаз. Она прижала кота сильнее, чтобы он ни заметил, как дрогнули её губы.

– Ну всё, айда чай пить.

В свои шестьдесят с половиной лет, энергии в этой женщине побольше, чем в молодых. Силой она затолкала всех на кухню и усадила за стол. Резеда уже разлила заварку по кружкам, которые стояли рядом с горой пирожков. Аника налила кипятка, пар заструился вверх, поднимаясь в медленном танце. На кухне пахло свежей выпечкой, крепким чаем с молоком, который так любит Резеда. Молчун устроился под столом, свернувшись в клубок. Свою порцию пирожков он уже выклянчил.

Даяна притянула свою кружку горячего чая. Добавила ложку сахара и наблюдала за Аникой и её сестрой. Они обе пили чай с тремя ложками сахара, с горкой. От одного вида Даяна чувствовала тягучую неприятную сладость.

– Ну что, Гуль, в выходные махнём за черникой? – весело спросила Резеда, и Аника поперхнулась чаем.

– Да ты что? Какие ягоды! У меня самые рабочие дни сейчас, туристы, как назло, все стали гидов заказывать. Совсем передохнуть не дают, то по городу нас гоняют, то по Баумана весь день. То одних, то других, – она махнула рукой, громко вздохнув.

– Ну а ты, Даянка?

Девушка застыла с пирожком во рту, когда услышала своё имя. Не успев откусить кусок, она вытащила эчпочмак изо рта.

– Я бы с радостью, но у меня уже планы, – неловко улыбаясь, произнесла Даяна.

– Ну что ж вы, девочки, такие занятые, – сказав это, она громко отхлебнула горячий. – Ну хоть пирожки кушайте, зря, что ли, пекла.

Она откусила пирожок, и все последовали её примеру. Внутри они ещё были горячими, мясо мягкое, разваливается на волокна, нежная картошка, пропитанная всеми соками, заполняла рот, а нотка свежего чёрного перца щекотала язык. У Резеды всегда получались очень сочные пироги и лёгкое воздушное тесто.

– Ой, Резеда, вкуснятина. Ты с говядиной только сделала? – спросила Гуля, ловя кусочек ускользающей картошки из пирожка.

– Да. С курицей барабаться неохота было. Думала с грибами ещё сделать, так что-то грибов мало было. Мы, оказывается, все белые за зиму съели.

Она рассмеялась. Они с Гулей были очень похожи одинаковые губы и изгиб бровей, широкий лоб. Даже иногда их движения были настолько синхронные будто они это репетировали. Между ними была большая разница в возрасте. Резеда старший ребёнок в семье, а Гуля младшая.

Даяна не хотела слушать их разговоры про стряпню, быстро допила чай и скрылась в своей комнате.

Закрыв за собой дверь, она наконец-то могла дать волю эмоциям, которые накопились. Плюхнулась на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Ей хотелось кричать, плакать, швырять вещи. Но это всё привлекает много внимания и создаёт шум. Поэтому ей осталось только лупить ногами матрас и кусать подушку. Слёз не было и плакать ей не хотелось. Но что то рвалось наружу гнев, обида или разочарование. После смерти абики она поняла, что есть вещи, которые невозможно исправить, и остаётся только лить слёзы. А поступление — это не глобальная проблема. Она может поступить и в следующем году.

Телефон начинает вибрировать от сообщений. Она уже знает, что это чат класса, как они радуются, что поступили. Она отправляет короткое сообщение с поздравлениями и отключает звук уведомлений, включая музыку. Играет песня BTS. Стоило пройти лишь паре минут, как она начинает раскачивать ногу в такт музыке и подпевать на ломаном корейском.

Вечером домой вернулся атика Даяны и заглянул к ней в комнату.

– Привет, мышка, – его голос звучал устало.

– Аника уже сказала?

Она не видела, как он кивнул, потому что сидела за компьютером, просматривая ленту ВК.

– Ты не расстраивайся, отдохни годик. Подумай, чем заниматься хочешь, может, тебе не так уж и нужны эти иностранные языки.

Даяна развернулась на компьютерном стуле и посмотрела на атику. На нём обычная одежда: джинсы и футболка. Так, он ходит на работу в ММДК (министерство магических дел Казани), работает в отделе сверхъестественных преступлений. В основном гоняет мелких духов и наказывает нарушителей Кодекса магии Казани. Всех тех, кто выдаёт не знающим существование магии или использует силу во зло или личную выгоду. Но кое, что в нём было не так, Даяна всегда это чувствует острее, чем аника.

– Тяжёлый день?

Он молча кивнул. Усталая улыбка расцвела на губах.

– Не переживай, мышонок, всё, что ни делается…

– … всё к лучшему, – закончили они фразу одновременно.

В любой ситуации это будет первая фраза, что произнесёт атика. Для него любое изменение всегда к лучшему. И совсем неважно разбилась чаша или сокращение на работе, позже всё обязательно будет лучше такова его философия.

– Можно сегодня вечером с Альбиной прогуляться? Она уедет, и мы не увидимся до нового года.

Марат прекрасно знает, как много Альбина значит для неё. Подруга детства, самый близкий для неё человек. Но ему не нравится, что она будет ходить в городе ночью такая хрупкая и беззащитная. И также он понимает, что она уже не ребёнок и запрещать ей, что-либо будет большой ошибкой.

– Хорошо. Но помни, телефон всегда под рукой держи. Если что звони. И не снимай амулет. Ты же помнишь, что нужно сделать, чтобы активировать его?

Он пристально посмотрел на неё одним только взглядом, призывая к действию.

Даяна вытащила кулон в форме месяца и нажала на фиолетовый камень в центре. Мысленно она просила о помощи, и всё это через связующий камень мог слышать атика. Он начал светиться. Под футболкой Марата появилось такое же свечение. Он довольно улыбнулся, деактивируя кулон, просто, накрыв его своей ладонью.

– Ярар (ладно), – он удовлетворённо улыбнулся, вышел из комнаты.

Используя магию, Даяна, ловко сложила вещи в рюкзак одним лишь движением руки. Оделась и выпорхнула из комнаты в коридоре её встретил Молчун. Он развалился на полу животом кверху.

– А ты в лавку?

– Нет, – ответила Даяна, брызгаясь персиковыми духами перед зеркалом. Аромат заполнил пространство сочным и сладким ароматов фруктов и цветов.

Он потянулся, катаясь по полу. За зиму он здорово отъелся и стал немного неуклюжим.

– Неужели на свидание собираешься? – взволнованно спросил кот и перевернулся на лапы.

– Как пойдёт, – загадочно ответила девушка, на что кот прищурился.

Даяна подхватила связку ключей, которая ощущалась тяжелее обычного. Теперь здесь было на несколько ключей больше. Её взгляд задержался на ключе от лавки. Грубый метал холодил кожу. У неё уже давно есть этот ключ, но раньше он всегда был запасным. Теперь же в руках девушки главный ключ от магической чайной лавки. «Эх, если бы Резеда была моложе и не привязана к дому в Кукморе, лавкой бы управляла она».

Даяне порой, казалось, будто всё подстроено, так чтобы она не сбежала в другую страну, ведь абика этого не хотела.

– И как это понимать? – дёрнув ушами, спросил Молчун.

Даяна лишь хмыкнула, засунула ключи в рюкзак. Надела белые кроссовки и крикнула:

– Я ушла!

– Чтоб в десять была дома! – крикнула аника из недр кухни.

* * *

Даяна выскочила в коридор, на ходу, накидывая сумку на плечо. Пошла на автобусную остановку и поехала в Казань-молл. С недавних пор это стало очень популярным местом у подростков, которые любят зависать там компаниями.

У них было своё место, где они сидели на лавочке в тени деревьев.

Альбина бежала навстречу подруге, её длинные молочные волосы развивались за спиной. На её лице играла улыбка, глаза светились от радости. Заметив её, Даяна сразу же улыбнулась и кинулась к ней навстречу, заключив в объятия.

– Ну наконец-то ты приехала, — первой заговорила Альбина. – Мне так жаль, что ты не прошла. Всё, что ни делается всё к лучшему. Да, ведь?

От её поддержки Даяне стало немного легче. Она усмехнулась, вновь услышав эту фразу.

– Ты уже второй кто мне об этом говорит.

– Похоже, это знак! – Альбина взяла её за руку. – Пока сидела, так кушать захотелось, что я сбе́гала, взяла нам еды.

Даяна пихнула её бок локтем и посмеялась.

– Ни минуты без еды, мой хомячок.

На это Альбина лишь рассмеялась. Она из тех ведьм, что едят и не толстеют. Если бы Даяна могла, то приравняла бы это к магической особенности организма, но таких законов в их мире не предусмотрено.

– Ты же меня прекрасно знаешь, загляни в сумку и найдёшь еду, — она развернулась к Даяне и окинула подругу хитрым взглядом. – Раз уж я провожу последние часы здесь, хочу поесть всё то, что не смогу покушать в Калининграде. Очень боюсь забыть вкус родной еды.

На последней фразе она надула губы и шмыгнула носом, будто вот-вот заплачет.

Даяна покачала головой, только они собрались пойти за столики, как их внимание привлёк рёв мотора. Красный спортивный мотоцикл заехал в придомовую зону ближайшего двора и припарковал свой байк в кустах.

Тёмные джинсы крепко обхватывали бёдра. Он стянул шлем и встряхнул головой, волосы разметались по сторонам парень пригладил их рукой.

Школьницы запищали, когда его взгляд устремился к ним. Они откровенно пялились на него. Но ему это нравилось. Парень ухмыльнулся и подмигнул им, сильнее распаляя.

Даяна и сама не заметила, как замерла. Альбина дёрнула её за руку, но та не реагировала.

– Амир? – выдохнула подруга.

– Это он, да? – Альбина вцепилась ей в локоть. – Ого! Почему ты не сказала, что он красивый?

Амир тем временем стянул куртку. Под ней оказалась чёрная футболка, обтягивающая широкие плечи. Татуировка в виде змеи выползала из-под рукава, обвивала предплечье и скрывалась за воротом, чтобы снова показаться у шеи.

Где-то за спиной снова пискнули школьницы.

– Знаешь, когда ты говорила, что он киберспортсмен, я представляла себе его немного иначе, – Альбина изобразила рукой его фигуру.

Даяна усмехнулась и взглянула на подругу, ей было интересно её послушать.

– И как же?

– Ну знаешь... щуплый, худой, в очках и скрюченного с приклеенным к рукам телефоном.

Даяна рассмеялась. Ведь она и сама думала, что он такой же. Они встретились на одной из сходок по MLBB[1]. И с тех пор она больше не верит в стереотипы.

Альбина развернулась к Даяне.

– У них же не всё на играх завязано... – кажется, она только вспомнила, что её подруга тоже играет.

– Ой, ты ведь у меня сама киберспортсменка, – с иронией произнесла Альбина.

Даяна посмотрела на неё и покачала головой.

Амир заметил знакомую лавандовую макушку и решил подойти незамеченным, немного подслушав разговор.

– Меня обсуждаете, красотки?

Альбина резко обернулась и отшатнулась, когда заметила, что он стоит слишком близко.

– Нет! Конечно, нет! – смущённо ответила она.

– И тебе привет, — сказала Даяна, не отрывая взгляда от его карих глаз.

Губы Амира растянулись в обворожительной улыбке, которая действовала на Даяну каким-то гипнотическим образом. Она сама не заметила, как потянулась к нему, и только Альбина вовремя её поймала. Она смерила подругу вопросительным взглядом.

– Мы пойдём, — сказала Альбина, подхватив Даяну, и потащила в сторону столиков.

– Что это было? — взволнованно спросила она.

– Ты о чём?

– О том, как ты только что чуть на шею ему не повесилась!

У Даяны округлились глаза от подобных обвинений. Пока сама Альбина доставала круглые пирожки из своего рюкзака.

– Что ты такое говоришь!

– Я же всё видела. Просто признайся, что ты втрескалась.

– Ничего я не втрескалась, — смущённо ответила Даяна.

– Тогда что это?

Даяна опустилась на спинку стула и уставилась в одну точку.

– Я не знаю, что-то в нём притягивает меня. Может, улыбка или бесстыжие глаза, которые горят опасным огнём.

– Фот-фот, — произнесла Альбина с набитым ртом. Она проглотила и продолжила. – Опафный — это метко фкафано, это флово ему повховит.

Даяна взяла перемяч и откусила, мясной сок заполнил рот, внутри он оказался ещё тёплым.

– М-м-м, – застонала Даяна, – тэмле (вкусно).

– Эйе (да). – поддержала Альбина, облизывая пальцы, по которым тёк сок.

Даяна развалилась на столе. А Альбина перестала жевать и с грустью взглянула на подругу.

– И вот как я могу уехать, оставив тебя в таком состоянии моя маковка, – девушка легла на подругу, сжимая в утешающих объятиях, от которых Даяна стала ещё грустнее.

– Ты мне уже обещала, что будешь отправлять посылки с вкусняшками. Так что не смей нарушать обещание.

Даяна высвободилась из-под обмякшего тела подруги, волосы взъерошены, щёки покраснели. Она помогала на себя рукой, обдувая прохладным ветром. Жара стала невыносимой и загнала подруг в ТЦ. Пока Даяна собирала вещи, Альбина устремилась, внутрь раскрывая руки прохладе.

– Я в туалет хочу, пойдёшь? – спросила Альбина.

– Не-а, я тебя подожду у выхода.

На втором этаже она заметила Амира в компании ребят. Он будто почувствовал её взгляд и поднял голову и подмигнул ей, игриво улыбаясь. Даяна смутилась и отвернула голову.

Пока она дожидалась подругу, решила провести время в новостной ленте ВК и просмотром рилсов. Резко над ней нависла тень, заглядывающая за плечо. Сильный запах парфюма ударил в нос. Даяна моментально узнала этот запах дыма и горького шоколада и заблокировала экран телефона.

– Выиграл? – спросила она, не поворачивая голову.

– Естественно, – уверенно хмыкнул он. – Ты же знаешь, я хорош.

Не нужно смотреть на парня, чтобы почувствовать его самодовольную улыбку.

– Нужно быть скромнее, – сказала Даяна и повернула голову к нему.

Его лицо оказалось слишком близко. Она заметила редкие веснушки на его щеках и родинку на кончике левой брови. Его взгляд искрился весельем.

– Скромнее — это не про меня, – сказал он подмигивая.

Даяна фыркнула и отвела от него взгляд, проверяя не идёт ли Альбина.

– Что делаешь завтра вечером?

Спросил Амир, встав перед девушкой. Даяна подняла глаза и заметила на шее кулон с камнем в круглой оправе из проволоки — явно ручная работа.

– Вечером… – словно вспоминая, протянула она. – У меня встреча, – всё так же отстранённо глядя в одну точку, сказала она.

– С сериальчиком у неё встреча! – резкий голос Альбины вывел её из транса.

Даяна смущённо улыбнулась, а подруга продолжила ворчать, как это часто делает её аника.

– Вместо того чтобы развлекаться, она сидит в своей комнате и смотрит сериалы целый день. Не зря тебя Марат абы мышкой называет!

Даяна обхватила подругу за плечи стискивал в объятия.

– Ну всё-всё, хватит…

Амир перевёл всё своё внимание на Альбину, которая как никогда понимала его.

– Я только что предложил ей прогуляться завтра вечером, – сообщил он ей с долей возмущения.

– Да кто бы сомневался, наш мышонок носу на улицу не кажет, – хитро улыбаясь, сказала Альбина, она знала, что это заставит Даяну принять решение поперёк её слов. Упёртая, как баран.

– А вот и нет! – тут ж возмутилась она. – Я часто из дома выхожу.

– Магазины не считаются!

Даяна обиделась и сложила губы трубочкой.

– Считается, – пробубнил, а она.

Амир рассмеялся, и девушки бросили на него озадаченный взгляд. Он потрепал Даяну по голове, словно котёнка.

– Ты такая милашка, когда дуешься.

Даяна ошарашенно застыла. Её глаза смотрели на Амира, который весело улыбался, на щеках образовались милые ямки. Ей показалось, что более очаровательной улыбки она ещё не видела. В душе появилось тёплое чувство, похожее на разгорающееся пламя свечи. Оно и греет, и обжигает одновременно.

– Скажи мне, где ты живёшь, и вечером я заеду за тобой.

Ещё несколько минут назад она была уверена, что проведёт вечер в компании вкусняшек и дорам, но теперь ей хотелось оставить всё это место на его байк и отправится навстречу приключениям.

– Я напишу тебе адрес, – сказала Даяна, не отводя глаз от его улыбки.

– Хорошо, – сказал парень.

Его рука соскользнула с головы, мягко прошлась по щеке, указательным пальцем он зацепил её подбородок, немного приподнимая вверх, заставляя её взглянуть в его глаза.

– Буду с нетерпением ждать, – он отступил на шаг, посмотрел на Альбину и подмигнул.