Мы не такие

Пролог, Глава 1

(Все герои и события вымышлены)

Леа

Я лучше буду любить миллион раз и каждый раз

получать разбитое сердце, чем вечно хранить его пустым…

О. Уайльд

Обороняясь от ледяных капель, я придерживаю одной рукой сумку над головой, а другой лихорадочно шарю в кармане пиджака – ключи словно растворились в воздухе. Конечно. Именно сейчас.

Ещё одна попытка найти ключи. Тщетно.

Третья попытка…

И тут – как гром среди ясного неба – передо мной возникает тень. Кудрявая, светловолосая, нереальная. Я сразу узнаю её. Призрак прошлого, настигший меня даже в сотнях километров от дома…

От неожиданности я отпрыгиваю назад, роняя сумку на мокрый асфальт, и проворный ливень в одну секунду накрывает меня с головы до ног.

– Чёрт, – выдыхаю себе под нос, наклоняясь за сумкой.

Застываю в таком положении на какое-то время, не решаясь поднять глаза. В груди натягивается стальной канат, картинки прошлого проносятся в голове красочным калейдоскопом – на контрасте с серыми городскими пейзажами.

Когда наши взгляды всё же пересекаются, я наконец замечаю, как сильно онаизменилась. Отощавшая, осунувшаяся, будто девушку держали в рабстве долгое время, Лиза смотрит на меня как на последнее пристанище, способное спасти её от мучителей. Вместо привычных каблуков и откровенных платьев – обшарпанные кроссовки и какая-то бесцветная помятая майка. Выцветшие джинсы болтаются на худых бёдрах. Это не та Лиза, что ходила со мной на шопинг и задорно смеялась, и, если ещё совсем недавно – после всего – я мечтала её наказать, сейчас, вглядываясь в искажённое раскаянием лицо, я понимаю: она сама себя уже наказала.

– Леа, прости меня… прости… прости… – сотрясаясь в слезах, она падает на колени передо мной.

Дождь усиливается, словно только и ждал подходящего момента, чтобы сработать спецэффектом. Я фокусирую на ней свой расплывающийся взгляд, сглатываю ком в горле.

Да, у моих ног содрогается не та Лиза, которую я знала много лет. Но и я уже не та.

Мы не такие, какими были раньше, но нет смысла сожалеть об этом.

– Встань, Лиза, прошу…

Медленно опускаюсь на колени рядом с ней. Тянусь пальцами к заплаканному лицу подруги. Слёзы застилают мои глаза, но я не замечаю их. Всё как в тумане. Мною движет порыв и воспоминание о близком человеке.

– Я давно простила тебя. Поверь мне… – шепчу я словно самой себе, касаясь её плеча.

Она вздрагивает, будто моё прикосновение обжигает, и поднимает на меня красные и опухшие от слёз глаза, полные боли и стыда.

– Я такая эгоистка… Господи, как же я могла… как могла так поступить с тобой?.. Я переспала с твоим парнем, а ты просишь у меня прощение? – пытается пошутить.

Накалённый до предела воздух можно разрезать ножом.

Образ Димы, заживо похороненный в моих воспоминаниях, болезненно мелькает в подсознании. В груди всё сдавливает горящим обручем. Кажется, будто кто-то взял факел и поджёг меня изнутри.

И я снова вспоминаю, с чего началась наша история…

– Сегодня начинается наш самый незабываемый отдых! Так что, куколки мои ненаглядные, желаю нам приключений. Да таких, чтобы дух захватывало! – Лиза поднимает свой бокал шипящего игристого, другой фужер подталкивает ко мне. – И побольше эмоций! А тебе, трудоголику, – указывает на меня окрашенным в ярко-розовый ноготком, – они тем более нужны!

Я закатываю глаза и ничего не отвечаю. У меня все хорошо. Безмятежно и спокойно настолько, что мою жизнь можно было бы назвать идеальной, как семейный коллаж в покупной фоторамке.

Собираюсь с любимыми подругами чудесно провести новогодние праздники на Алтае. Признаться, каждая из нас едет в надежде что-то поменять, пересмотреть и переосмыслить в своей жизни. Или просто ненадолго вырваться из круговорота взрослой жизни. У Марины двое маленьких детей и апокалипсис в семейной жизни; Лиза никак не может определиться, кто ей нужен – брюнет или блондин; Карина ненавидит проявление эмоций как таковых… А я и Настя просто плывём по спокойной реке жизни, избегая бурных вод и каменистых порогов.

В аэропорт мы приезжаем заранее, чтобы успеть перекусить и отпраздновать начало совместного отдыха. До Нового года остаётся всего три дня, и в это время Пулково всегда превращается в огромный муравейник, где тысячи людей мечутся в ожидании новогоднего чуда.

Мы сидим в уютном лаунж-баре с широкими панорамными окнами, за которыми открывается потрясающий вид на взлётную полосу. Бескрайнее небо вселяет веру в то, что предстоящее путешествие обязательно сделает тебя чуть счастливее, успешнее, свободнее…

– Девочки, а вдруг эта поездка станет судьбоносной? – отрывая взгляд от горящего пурпуром закатного неба, спрашивает Настя, делая глоток холодного напитка с пузырьками.

На её лице появляется простодушная хмельная улыбка. Обычно ей хватает трёх глотков – и глаза искрятся.

– Хотелось бы! – Лиза надувает пухлые губки и начинает заинтересованно разглядывать зал. Это её привычный жест: так она высматривает всех симпатичных парней в пределах досягаемости.

– Встретишь свою любовь наконец, – ехидно подмигивает Марина подруге.

– Даа… хочу как Леа с Никитой!

– Как именно? – вклиниваюсь в бурно развивающееся обсуждение моих отношений.

– Ну чтобы крепко и обоюдно!

– Чтобы крепко и обоюдно, нужно понимать и принимать своего партнера це-ли-ком, а не те его стороны, которые удобны тебе, – деловито отвечаю я.

– Тебе профессорские очки не жмут?

– Да к чёрту все эти чувства! – наконец оживает Карина.

Она не пьёт небрежно, большими глотками, как Лиза, – напротив, изящно потягивает любой напиток, будь то стаканчик сока или рюмка горькой водки. Сейчас это бокал терпкого красного вина.

– Надеюсь, на склоне в меня врежется хотя бы один мешок с деньгами и компенсирует причинённый моей персоне вред.

Мы взрываемся хохотом, но не успеваем продолжить наш горячий разговор, который с интересом подслушивают любопытные уши из-за соседних столиков, – по громкой связи объявляется посадка на наш рейс.

Удобно расположившись в кресле самолёта, я наблюдаю за Настей, которая старается держать себя в руках: делает глубокие вдохи-выдохи, закрыв глаза, как учил её психолог.

– Дыши ровно, милая.

Мягко беру подругу за руку: глажу её ладонь, зная, что, когда самолет готовится ко взлету, она нуждается в ласковом дружеском слове и крепких объятиях. Нуждается в поддержке.

– Так голова кружится, – Настя опускает голову на мое плечо и закрывает глаза, – но мне уже лучше… Спасибо, родная…

В этот раз, если измерять по шкале животного страха, всё заканчивается вполне мирно. Радуюсь, когда подруга успокаивается и засыпает как ребенок. Теперь могу немного расслабиться.

Последний раз мы встречались с Настей около трёх месяцев назад. Марину и Карину я не видела почти полгода, а вот с Лизой мы видимся постоянно – почти каждый день. Мы дружим с третьего класса – тогда она перешла в мою школу. Помню её хрупкой фарфоровой куколкой со светлыми распущенными кудряшками и голубыми глазами. Уже тогда Лиза отличалась дерзкой женственностью и нежностью.

Впрочем, она всегда была настоящей бестией. Когда учительница представила новенькую белокурую ученицу нашему классу, все мальчишки тут же потеряли головы. С маленькой Лизой я подружилась сразу, будто мы знали друг друга сто лет. Она села за мою парту и предложила стать лучшими подругами, а я не раздумывая согласилась.

Заворожённо наблюдаю в иллюминаторе пролетающие мимо облака и далёкие пейзажи, не в силах отвести глаз от красоты белоснежных склонов и полей. Внезапно вспоминаю, как, проходя между рядами кресел в самолёте, я заметила молодого симпатичного парня, который с интересом разглядывал Лизу. В этом нет ничего удивительного: её всегда и везде замечают. Она очень яркая девушка. Та, ради которой мужчина, возможно, мог бы свернуть горы. Каково быть той, кому всегда и везде достается больше всего внимания? Той, чьё присутствие вызывает восторг и заинтересованность? Хотелось бы мне ощутить столько взглядов и внимания на себе? Я раньше об этом часто размышляла, и подобные мысли нарушали моё внутреннее спокойствие, но сейчас, сидя в самолете и рассматривая красивое лицо Лизы, я впервые задумываюсь, что хотела бы…

Аэропорт в Горно-Алтайске небольшой, несмотря на огромные толпы туристов, которые в последние годы ринулись сюда в поисках душевного равновесия и обнуления датчиков, отвечающих за накопленный стресс. Наша женская компания тоже пополнила ряды уставших туристов. Только я уже прилетала с родителями на Алтай, когда была совсем ребёнком. Тогда дорога из Барнаула занимала больше трёх часов – ближайший аэропорт находился там.

Помещение, где мы ждем наш багаж, очень маленькое и тесное: все стоят вплотную друг к другу с рюкзаками и сумками. В какой-то момент тучный мужчина впереди меня начинает материться и настойчиво призывать работников аэропорта поспешить с багажом, хотя и так всем ясно, что на процесс это никак не повлияет.

– Вы думаете, ваш наезд на персонал ускорит выдачу багажа? – слышится уверенный голос из толпы.

Я оборачиваюсь посмотреть на смельчака, узнаю в нем того самого парня, который с вожделением разглядывал Лизу в самолёте. Сейчас она тоже на него смотрит с нескрываемым интересом. И так каждый раз!..

– А ты вообще молчи! – рявкает мужик на парня, даже не поворачиваясь.

Молодой человек решает не продолжать бессмысленную перепалку, а лишь закатывает глаза. Через пару секунд поворачивает голову в нашу сторону и подмигивает Лизе, расплываясь в привлекательной белоснежной улыбке. Подруга краснеет и смущается. Моя интуиция моментально подаёт сигнал SOS: этот Новый год принесёт нам таких чудес, последствия которых мы будем разгребать ещё очень долго.

Единственная надежда, что компания ребят, с которой приехал этот парень, остановится где-нибудь в Чемале[1], растворяется сразу, как только мы сталкиваемся с ними на ресепшен в курортном комплексе «Манжерок». Их четверо, молодые и симпатичные, выделяются из толпы. Что-то активно обсуждают между собой, но из-за гула и шума в холле отеля слов не разобрать.

Тот парень всё ещё переглядывается с Лизой (как подростки, честное слово), но при этом ни один из них не делает первый шаг к знакомству. Вроде взрослые, а ведут себя как два девственника. Последнее опредёленно не про парня: высокий широкоплечий блондин с взъерошенными волосами, дымчато-голубыми глазами и обворожительной улыбкой явно попал пулей навылет не в одно девичье сердце. Правда, и Лиза не последняя скромница.

На нём свитер цвета слоновой кости широкой вязки с высоким воротом, короткий тёмно-синий пуховик, узкие синие джинсы и высокие зимние ботинки на шнуровке. Слишком красивый, с чересчур хитрым взглядом. А какая подача самого себя… таких стоит бояться и держаться как можно дальше, желательно очень далеко.

Чем дольше разглядываю его в толпе гостей, тем больше понимаю, что не захотела бы связать себя отношениями с таким человеком, потому что самооценка, с которой и без того вечные проблемы, не станет выше, да и разбитое вдребезги сердце по кускам потом не соберешь. А с другой стороны, мне разве кто-то предлагает отношения? Он-то переглядывается с Лизой, а не со мной. Так что и волноваться за свое сердечко не стоит. И вообще, о чём это я? Я ведь встречаюсь с чудесным парнем Никитой уже около двух лет.

Прихожу в себя через мгновение и толкаю подругу в бок.

– Вы как маленькие дети! Так и будете друг друга все праздники разглядывать?

– Прекрати! – шипит бестия мне в ухо, не отводя глаз от молодого человека. – Я первая не стану подходить. Он парень, вот пусть действует!

– Надеюсь, что он благоразумен и не ввяжется в одноразовые отношения с тобой!

– Я всё проработала со своим психологом, и теперь мне легче строить любые отношения с противоположным полом. Почему я вообще оправдываюсь перед тобой? – кидает мне язвительно и отворачивается, приглаживая мех на своей тёмно-коричневой норковой шубке. Такое движение выдает её с головой: Лиза нервничает. – Если я хочу просто отдохнуть… что в этом плохого?

Обнимаю подругу со спины, слегка опуская голову на её плечо. Поглаживаю её длинные густые светлые локоны.

– Я буду рада, если ты хорошо отдохнешь. Просто будь аккуратна. Это всё, о чем я прошу тебя, – шепчу.

Что там она говорила про приключения, от которых дух будет захватывать? Похоже, в этот раз они не обойдут меня стороной, и по старой доброй традиции мне предстоит вытирать сопли лучшей подруге.

Отстояв длинную очередь на ресепшен, мы наконец заселяемся в уютный двухэтажный домик. И пускай следующие полгода мы будем питаться лапшой быстрого приготовления, неделя отдыха в этом незабываемом месте стоит своих безумных денег. В доме пять отдельных комнат на втором этаже, но две из них выходят на снежный склон, что с утра до вечера забит отдыхающими. Вид из окон остальных трёх спален – все равно что алтайская зимняя горная сказка. На первом этаже большая дубовая гостиная с высокими окнами, смежная с кухней. Массивный декоративный камин, словно настоящий, украшает центр комнаты.

Мы кидаем жребий – честный способ определить, кому какая спальня достанется. В этот раз я оказываюсь счастливицей, и одна комната с видом на заснеженные волшебные горы выпадает мне. Вторая – Марине, но ей сейчас в жизни нужны любые радостные события, поэтому и без жребия мы заселили бы ее в комнату с незабываемым пейзажем за окном. Лизе достается соседняя со мной, а Настя с Кариной заселяются в две другие напротив.

Остаток вечера мы проводим разбирая чемоданы и обсуждая планы на следующие дни и новогодний ужин. Устраиваем себе лёгкий вечерний перекус с бутылочкой терпкого красного вина и расходимся по своим комнатам. Я жутко устала за сегодняшний день и, кажется, засну сразу, как голова коснётся подушки. Думаю о том, что стоило бы написать Никите, сообщить, что мы уже приехали, но это может подождать до завтра.

Сегодня он дежурит в больнице, и, скорее всего, мое сообщение прочитает только утром. Он врач-реаниматолог, и Новый год будет отмечать в больнице вместе с коллегами. Вот такая судьба врача – днем и ночью быть на страже. Оставлять свои планы и праздники ради тех, кто нуждается в помощи.

Так и проваливаюсь в глубокий сон, размышляя о непростой судьбе медиков.

[1] Район в Алтайском крае.

Глава 2 Случайности не случайны

На рассвете просыпаюсь без будильника. Лёжа в кровати, разглядываю вид из окна: горы укутаны пушистым снежным покрывалом, что придаёт пугающую величественность волнистому рельефу на фоне чистого, ещё ночного неба. Я наслаждаюсь этим зрелищем, от которого захватывает дух. Впитываю энергию алтайской природы, о которой вспоминала с самого детства.

Накидываю белый махровый халат с логотипом комплекса и выхожу в коридор. Запах свежесваренного кофе и булочек, наверняка заботливо приготовленных «хозяюшкой» Настей, наполняет весь дом. Спускаюсь вниз и замечаю подругу за столом, на котором уже стоит тарелка с румяной, ароматной выпечкой. Настя очень милая: курносый носик, зелёные глаза, копна густых волос, состриженных в каре. Она небольшого роста, миниатюрная, напоминает Алёнушку из сказки, только без длинной косы.

– Доброе утро, дорогая, – подруга нежно улыбается мне, отрываясь от созерцания вида из окна. – Кофе будешь?

Не дожидаясь ответа, встаёт и наливает горячий напиток в чашку, ставит передо мной на стол.

– Ты спала?

Делаю глоток вкусного утреннего кофе и тянусь за булочкой. Сейчас новогодние праздники, а это значит, на несколько дней можно расслабиться.

– Да, поспала несколько часов. Там Карина за стенкой с кем-то ругалась на повышенных тонах поздно ночью. Молчит как партизан. Тебе тоже ничего не рассказывает?

– Неа…

Откусываю божественную булочку, запивая кофе, и продолжаю с набитым ртом:

– Расскажет, когда будет готова. Меня больше беспокоит Лиза, которая вчера переглядывалась с каким-то смазливым парнем. Сначала в самолёте, потом в очереди на ресепшен. Чует моя жо… интуиция, – делаю жест носом, будто принюхиваюсь, – они в следующий раз не пройдут мимо друг друга.

– Может, ей полезно будет закрутить курортный роман? – Настя вопросительно выглядывает из-за огромной кружки, обхватив ее обеими ладонями.

– У нее каждую неделю курортный роман, и вот это-то меня и пугает, – бубню.

– У кого-го густо, а у кого-то… – задумчиво произносит подруга, вращая кружку в руках и рассматривая ее содержимое.

– Так! И до вашего замка доберется принц, милая принцесса Аврора, и своими жаркими поцелуями освободит вас от вечного проклятия!

Настя хихикает, а я уже порываюсь встать из-за стола и затискать любимую подругу в объятиях, как в дверях появляется заспанная Лиза. Зевает – она вся растрепанная, но даже в таком виде безумно красивая. Подходит к столу и приобнимает сначала меня, потом Настю. На лице появляется довольная улыбка.

– Сейчас Каришка с Мариной спустятся. Быстро позавтракаем и рванём на склон!

Через пять минут мы сидим за столом и уплетаем оставшиеся булочки со свежесваренным кофе, а через час упакованные в зимние комбинезоны, шапки и перчатки стоим уже на склоне: кто-то на лыжах, кто-то на сноуборде. Я арендовала чёрный комбинезон с белыми вставками по бокам. Ради одной недели в снежных горах покупать смысла не было. На Лизе её собственный костюм – оливковый, с оранжевыми полосками по всей длине.

Опыта в зимних видах спорта у меня практически ноль, но пару уроков с тренером я уже брала несколько лет назад на Домбае, сейчас я готова снова применить на практике все свои немногочисленные знания. Чёрную трассу я не решусь покорить, но Лиза упорно уламывает скатиться по красной, куда в итоге и уговаривает пойти. Остальные девочки расходятся по другим трассам.

В начале спуска чувствуется легкая нервозность и неприятный зудящий страх, что со всей скорости шлепнусь лицом в снег. В первые секунды ноги немного подрагивают, стараюсь кое-как удержать баланс и контролировать своё тело. Лиза проделывает то же самое, но её движения сопровождаются заливистым смехом. Ей комфортно и весело, а я скована и серьёзна, словно строгий экзаменатор наблюдает за мной. Моя сосредоточенность только мешает: едва докатившись до подножия склона, я всё равно нелепо приземляюсь на пятую точку.

– Леа, ты можешь расслабиться? – Лиза подает мне руку, за которую я тут же хватаюсь как за спасательный круг. – Когда ты напряжена, твое тело превращается в бревно, абсолютно негибкое и неподатливое.

– Я знаю! – Несуразно поднимаюсь на обе ноги и стряхиваю с себя остатки снега. – Всё время об этом думала, пока катилась со склона, но тело никак не поддавалось. В голове мелькают картинки, как я валюсь в снег ничком, ноги с лыжами разъезжаются в разные стороны, а лыжники и сноубордисты вокруг начинают хохотать над тем, насколько беспомощно я выгляжу.

Говорю всё это и тут же осознаю, насколько глупо звучат мои опасения, ведь, по сути, всем вокруг глубоко плевать, упаду я тут или нет.

– Прекращай уже думать о том, кто о тебе что подумает! Мы живём один раз, – парирует Лиза, натягивая на правое ухо сползающую набок ярко-оранжевую шапку, которую видно за километр. Моя тёмно-синяя не так привлекает внимание, именно поэтому я ее и купила. – Пойдем на подъемник, обязательно нужно скатиться еще пару раз.

Ровно так я сейчас и сделаю, когда покачусь со склона: расслаблюсь и оторвусь, разогнавшись больше обычного.

Когда подъезжает наше кресло, Лиза делает шаг вперёд, и в этот момент её оливковая штанина цепляется за выступающую деталь платформы. Кресло начинает подниматься, ткань резко натягивается и дёргает её назад. Лиза растерянно вертит головой, пытаясь понять, что происходит, а её ноги уже слегка соскальзывают, отчего она балансирует на одной лыже, отчаянно удерживаясь за выступающий край подъёмника. Я стою как замороженная и таращусь на происходящее, не осознавая, что сейчас, именно в этот момент, может случиться что-то очень нехорошее…

– Хватай её! – слышу за спиной громкий голос, обращённый, судя по всему, ко мне. Оборачиваюсь, словно в замедленной съемке, и замечаю того самого красавчика, который вчера взглядом буквально имел Лизу во всевозможных позах.

– Что стоишь как статуя? Давай, не тупи! – командует он.

Руки трясутся от страха, но я мысленно даю себе затрещину: ещё секунда промедления может стоить ни много ни мало жизни моей лучшей подруге. Собравшись с силами, вцепляюсь в её руку мёртвой хваткой. В это же мгновение молодой человек приподнимает Лизину ногу, чтобы снять напряжение с ткани, и ловким движением высвобождает зацепившийся край.

– Не ожидал, что для знакомства придётся тебя спасать, – одаряя своей сексуальной улыбкой, парень стряхивает снег с её куртки и нежно поправляет штанину. – Думаю, теперь как минимум чашку кофе я заслужил?

Подмигивает. Я закатываю глаза: парень всё же нашел способ подкатить к Лизе, а та стоит, словно завороженная, как будто минуту назад и не было ситуации, что могла её в лучшем из худших случаев серьезно травмировать. Её взгляд прикован к нему, и всё произошедшее, кажется, отступает на второй план. Сейчас он тот самый герой из сказки, который спас принцессу и готов положить голову дракона к её ногам.

Его щеки красные от мороза, светлые волосы выбиваются из-под графитовой шапки, а дымчато-голубые глаза кажутся особенно яркими на фоне снежного пейзажа. На нём тёмно-серый комбинезон на молнии. Он высок, широкоплеч, одежда плотно облегает его фигуру, еще больше подчёркивая спортивное телосложение. Его взгляд уверенный и даже слегка насмешливый, и, похоже, он не без удовольствия наблюдает за эффектом, который производит на Лизу… ну и совсем чуточку на меня. Нет, меня не тянет к этому парню, но не могу не признать, что объективно он очень красив и обворожителен, а ещё он точно осознаёт, какое влияние имеет на девушек.

– Д-дда, – лепечет Лиза, без стеснения разглядывая красавчика. – К-конечно, да, обязательно нужно выпить кофе. Прямо сейчас?

– А почему нет? Кафе вон там. – Он указывает рукой на маленький деревянный домик с соответствующей надписью примерно в пятидесяти метрах от нас. – Я, кстати, Дима.

– Лиза, – щебечет она, поправляя светлые локоны. – А это моя подруга Леа. Ты, кстати, пойдёшь с нами? – обращается ко мне, невинно хлопая длинными ресницами.

Чёрт, что? Не хватало ещё меня тащить за собой в кафе в роли третьего колеса. Скорее всего, она ляпнула это из вежливости, а я, как хорошая и верная подруга, конечно же не должна соглашаться на такое щедрое предложение.

– Привет, Леа, – бросает мне Дима, продолжая обворожительно улыбаться.

– Привет, Дима, – отзеркаливаю я, отчего-то начиная жутко раздражаться. – Идите без меня, мне нужно ещё девочек найти.

Скольжу взглядом по склону, делая вид, что выискиваю кого-то в толпе.

– Тогда увидимся позже? – В Лизиных глазах вспыхивают знакомые искрящиеся огоньки, готовые принять вызов.

– Да, до вечера! – кидаю напоследок, устремляя взгляд куда-то между Лизой и её «новым вызовом», и спешно отъезжаю в противоположную сторону, чтобы не мешать лыжникам и сноубордистам подниматься к подъемнику.

Через минуту, не понимая, зачем это делаю, оглядываюсь назад и замечаю, как Дима, не теряя ни секунды, берёт Лизу под руку, как они уверенно заходят в кафе. В кармане моего комбинезона вибрирует телефон, и я отвлекаюсь на входящее сообщение.

Глава 3 Новые люди

– Я посмотрел прогноз погоды в Горно-Алтайске на несколько дней. Завтра обещают сильную метель. Ты взяла с собой достаточно тёплых вещей? – ласково спрашивает мой парень.

– Да, Никит, конечно взяла! И тот свитер с оленями с выпученными глазами, будто Санта их отшлёпал за непослушание, который ты мне подарил на прошлый Новый год, уже на мне.

Смешок в трубке.

– Как прошло дежурство? – интересуюсь.

– Да не очень. К нам ночью привезли четырёх пациентов с тяжелейшими травмами, у одного внутренние органы в кашу. Вчера на КАДе из-за метели столкнулись пакетник с легковушкой. Хорошо, что поздней ночью движение было практически нулевым и пакетник был пустой – водитель один. В легковушке трое взрослых и ребенок. Отец семейства единственный не пострадал – так, лёгкие ссадины.

– Кошмар!.. Перед праздниками… такое никому не пожелаешь. Я сегодня не усну…

За два года отношений я должна была привыкнуть к подобным страшным новостям, но каждый раз мне достаточно сложно без лишних эмоций воспринимать рассказы Никиты о жутких авариях, особенно таких, в которых дети получают тяжелые травмы.