Хроники гренард: Безымянный Барон

– Тогда и я постараюсь сдержать своё слово перед вами. Сегодня же приступаю к приготовлению аппарата, который перенесёт вас в нужное место и время. Вот только остаётся разобраться с некоторыми нюансами. Насколько я понял время в твоём мире идёт параллельно земному, правильно

– Именно так, Валентин. – У меня проскользнула мысль, что «гений-нелегал» пришёл в себя и уже не нервничает. После строгого вы, он перешёл снова на мягкое, и уже не унижающее как раньше, а даже наоборот, «ты».

– Скажите, какой год сейчас в вашей реальности?

– В моей реальности XII век. Правда, я не уверен, совпадают ли наши века. История и боги разные. А значит, и точки отсчета могут отличаться.

– Ну ладно, это мы по информации из осколка постараемся определить. А место, куда вам нужно отправиться, слишком далеко оттуда, откуда вы ко мне телепортировались?

– Точно не скажу, часов 5 моего бега…

– Нда. Нам предстоит провести несколько экспериментов.

Уже шесть дней я практически не спал, хотя мне и объяснили, что времени, в принципе, у нас много. Что-то меня мучило, и я чувствовал, что нужно появиться в нужный, данный мне срок. Почему только неделя? Почему не месяц и не больше. Я уверен, что они знают, где я нахожусь. Рассиго говорил что-то про людей, значит, ему точно известно больше, чем я предполагал.

Послышался тихий, торопливый топот ног:

– Безымянный, поднимайся. У меня для тебя новость. – Валентин позвал меня в свое исследовательское крыло.

Я насторожился. В последнее время новые вещи меня не сильно радовали.

– Сейчас мы проведем эксперимент, как и договаривались.

– Жестокий вы человек. Человек в прямом смысле этого слова. Я и так себе места не нахожу, а вы тут снова про эксперименты, Профессор.

– Постойте-ка, уважаемый, у нас был договор: перед тем как отправить вас через телепорт, я могу провести опыт, так? – Он взглянул на меня с подзадоривающим взглядом и вдруг меня осенило:

– Так вы сделали это?

– О да, хоть это было и сложно. Но, моя дочь, которую ты так небрежно обидел несколько дней назад, присоединилась к моим разработкам и обрабатывала данные в своей лаборатории, хотя область ее любимой науки, кардинально отличается от моей.

– Спасибо, и вам и ей. А теперь приступим, не хочу терять ни секунды времени.

– Да, ты прав, Безымянный, ничто в нашем мире не вечно и иногда каждая секунда важна. Другой вопрос в том, как правильно ее использовать.

– Мне сейчас не до размышлений над секундой. – Пришлось мне отмахнуться. – Я хочу встретиться со своей судьбой, и как можно скорее. – Иногда от «мыслей вслух» Валентина я начинал уставать.

– Что ж, пройдём в лабораторию, тебя ждёт сюрприз.

Там меня действительно ждал сюрприз. Учёный изготовил штаны, сшитые специально на меня. Для кого-то это могло быть и мелочью, но учитывая то, что я уже почти две недели хожу с тряпкой вокруг пояса, этот факт меня радовал. Так же, что радовало, штанишки оказались не без подвоха.

Во-первых, они усилены кевларовыми вставками, которые помогут защитить мои ноги, в случае удара по ним. А во-вторых, в каждую штанину Профессор вложил мне по маленькому подарку, с большой убойной силой. Там оказались два отличных кинжала, из неизвестного мне металла. Как объяснил мне Валентин, он заказал мне их изготовление пару дней назад, и пожертвовал тем самым металлом, который чуть не лишил меня жизни. По милости которого часть моей ноги живёт своей жизнью и только со временем перестанет волочиться за второй, более лёгкой.

– Это подарок, – с улыбкой сказал мне Валентин. Кинжалы от меня, а штаны от дочки. Она сказала, что в следующий раз, когда вы увидитесь, засмущается не так, как в прошлый раз, видя вашу развивающуюся вокруг пояса повязку.

– А каков эксперимент? – Я все еще ждал подвоха.

– А разве это не эксперимент? Вы собираетесь путешествовать во времени, а у меня есть возможность за этим понаблюдать. За одним из величайших событий в моей жизни. Это и есть один из долгожданнейших опытов, в попытке изменить все предыдущие взгляды на нашу жизнь. – Валентин приостановился, и, глубоко вздохнув, продолжил:

– Смотрите: у вас на поясе вшито четыре прибора – условное название «амулет». Вы должны их использовать поочерёдно. Один перенесёт вас в 1262 год нашей Земли (если верить данным обломка – аналогия твоего родного исчисления лет), другой телепортирует в ваш мир, а третий, третий вернёт тебя в мою лабораторию, если ты конечно пожелаешь.

– А четвёртый? – Уточнил я неназванный элемент.

– Четвёртый тоже вернёт тебя в лабораторию. Но из любой реальности, а не только из твоей. В него я вложил больше всего энергии. Так что прибереги его для экстренного случая. И постарайся не трогать. И самое главное, Безымянный, активируй их поочерёдно, с разницей минимум в час, иначе твой организм может такого не выдержать. Так же, мы не знаем, куда именно ты попадёшь, какая там будет местность, так что будь осторожнее. И попытайся аккуратно приземлиться.

Профессор продолжал давать наставления, явно вдохновившись историческим моментом происходящего. Для него это было важнее, чем для меня:

– Аппараты активируются просто, достаточно надавить так, чтобы он сломался. Это единственный эффективный вариант высвобождения энергии, который мне пришёл в голову за данное время. Понимаешь, в прошлый раз я потратил три месяца на зарядку своего изобретения, поэтому его можно было использовать простым нажатием на секретную кнопку. И он не должен был таскать с собой пол тонны. Так что, не серчай, но ты снова окажешься облучённым. Ну, и последние несколько подарков на дорожку.

В моих руках оказался аккуратный хронометр, основной задачей которого было впитывание радиации. Я прикоснулся к центру – Обрамление часов приподнялось и два сверхтонких лезвия порезали мне палец.

– Аккуратнее. – Поспешил, Валентин. – Я же старался, чтобы помочь тебе защититься, а не истязать самого себя.

Второй подарок оказался трогательным для меня. Это была мантия, очень похожая на ту, в которой я путешествовал все эти годы.

– Возьми её, мой большой друг, твоё тело должно хоть что-то защищать.

Прекрасная накидка, выполненная в стиле вампира: отличие в том, что воротник заменял плащевой, качественный капюшон, цветом, чёрная как тьма снаружи, и пугающе – красная изнутри, мантия так и просилась на плечи. Определённо, она мне понравилась.

– Мантия слегка модифицирована. При нажатии в месте крепления, чуть ниже шеи, она стягивается и превращается в мощную, пуленепробиваемую безрукавку.

– В моем мире нет пуль. – Не желая тратить временить, я сменил тему. – Я готов отправляться, Профессор, прощайте.

– Это вам напоследок, – ответил он в ответ и ввёл мне дозу препарата. – То самое обезболивающее, которое я вам вводил при нашей первой встрече, на всякий случай.

– Спасибо, теперь я могу отправляться? – уточнил я.

– Конечно, только я покину помещение – не хочу облучиться. У меня последняя просьба: если решите вернуться, вернитесь в мантии, пожалуйста.

– Постараюсь. Уходите. – В моём голосе звучала не просьба, а даже некий приказ, но я уже не мог заставить себя медлить.

Спустя минуту, первый шаг к отцу был сделан. Но прежде, чем активировать первый амулет, я стал невидимым. На этот раз я не ушёл под землю, меня на метра два подкинуло, снова я почувствовал знакомые мне ощущения. Затем раздался грохот и… я разнёс в клочья деревянную крышу невезучего дома. Твою нечистую. Я так надеялся, что окажусь в далеком от людей поле, и не будет никаких проблем, а тут…

В несколько прыжков я оказался посреди вытоптанной улицы средневекового городка. Пока ещё невидимый. Вдруг, из дома, на который я рухнул, выбежал упитанный, лет 50, мужчина и неуклюже начал взбираться на крышу своего дома. Посмотреть, что за грохот заставил потолки осыпаться. Каково же было его удивление, когда вместо крыши обнаружились руины.

Но это было только началом. Сюда подтянулись прогуливающиеся мимо стражи порядка, которые, как оказалось, видели, как ни с того ни с сего начала рушиться постройка. Через несколько секунд они обвинили мужичка в колдовстве. Да, натворил я дел. Но жилец-то всё равно не из честных будет, в этом я разбираюсь. А теперь нужно вести себя тихо.

Я отправился на окраину городка, выполненного преимущественно из дерева. Поселение разбавляло всего несколько каменных построек и то, с трудом стоящих на земле. Огромные поля, засеянные зерновыми культурами, простирались далеко за пределы горизонта. И только верхушки лежащего рядом леса могли увидеть их предел.

Оглядевшись, я понял, что ничего интересного здесь не произойдёт и решил переждать в лесу. Нужно отойти от прыжка-портала. Как ни странно, он оказался лёгким для меня. Ни одна щепка из разрушенных балок крыши не вонзилась в моё тело. Сегодня удача на моей стороне.

Присев под деревом, я стал размышлять, что же поведает мне мой предок, которого я всегда ненавидел, и всегда желал пообщаться.

Пройдя вглубь леса, я нашёл закрытую от чужих глаз поляну и уселся там поудобнее, ожидая нужного времени. Тишина и спокойствие вокруг клонили меня в сон. Хоть бери да оставайся здесь, позабыв обо всех путешествиях во времени и пространстве. Зеленая трава переливалась на солнце, и я решил прикорнуть.

Оставалось около 10 минут до очередного прыжка, когда до поляны донесся приближающийся шорох: кто-то пробирался через кусты и двигался в мою сторону. Пришлось маскироваться. Через несколько мгновений, я наблюдал следующее: двое мужчин тащили бессознательную девчонку, а за ними шёл третий. Мне стало интересно, что именно они задумали, ведь я практически не знал их образа мышления, хотя и догадывался – твари, они ведь в обоих мирах похожи.

Девушку бросили посреди поляны и неторопливо начали раздевать. В этот момент она неожиданно очнулась, с трудом приходя в себя:

– Ой, как болит голова… эй, где это я? Иван, что ты делаешь со мной? Отпустите меня немедленно!

– Молчи, Марусенька, молчи, скотина. Не хотела по-хорошему, будет тебе по-нашему. Сама виновата, нужно было самой соглашаться. – Полушепотом, торжествуя, отвечал на её просьбы один из парней, раздевавших её.

Будущая жертва начала было отбиваться и сопротивляться, но куда ей было бороться против троих взрослых, окрепших мужиков. Вдруг я словно отключился от всего происходящего, и представил, что я появился на свет после такого же необдуманного, жестоко насилия.

Я не мог на это просто так смотреть, но и вмешиваться тоже не мог. Оставалось только ждать. Одна часть меня рвалась в бой, вторая понимала, что лишние смерти сейчас ни к чему.

Я ненавидел себя за свое бездействие. Но знал, что изменение прошлого может коренным образом повлиять на будущее, и никому не дано полностью предвидеть, что произойдет.

Судьба услышала меня и решила помочь девушке. С другой стороны поляны выходил медведь. Медленно, неспеша, но этого хватило, чтобы все трое струсили. Первым закричал самый «смелый»:

– Бежим, скорее, он нас на части разорвёт!

– Да как бежать, а с ней что делать? она же нас сдаст!

– Не сдаст, дай мне нож! – второй передал нож и осторожно отходил в противоположную от зверя сторону. Первый же воткнул лезвие перепуганной до смерти девчонке в грудь и тоже дал дёру. Медведь, не обращая внимания на истекающую кровью жертву, погнался за насильниками. Им, видимо, судьба готовила интересный финал, достойных их пороков.

Теперь мы остались наедине: я и умирающая невинная. Она умирала, и я позволил себе показаться. Девушка почти не реагировала, хоть и заметила меня, я был в этом уверен. Она с трудом приподняла голову, посмотрела на меня и удивленно спросила: – Я сейчас умру, да? Демон, почему ты пришёл за мной, дай мне немного свободы, уходи, приходи позже. Я хочу успеть попрощаться со своим милым домом, с родителями… – Она была чиста как ангел. – Демон, разреши, прошу тебя, я ведь не так много прошу, не забирай мою душу еще немного.

– Я тебя не трону, мне не нужна твоя душа. Не бойся. – Нелепо успокаивал я ее.

«Девочка» – так мне хотелось её называть, годов 20 от роду, она выглядела совсем маленькой. Душа у неё добрая. Хотя, что мне, демону, каковым меня считают, знать о душе?

А ведь я и выгляжу как демон, и моя душа, есть она или нет, вряд ли попадет после смерти в лучший мир. А девушка – воплощение жизни, так жестоко видеть, как она умирает.

Поздно каяться, я уже ничем не могу ей помочь. Кровь не остановить, утешать бессмысленно, – это все моя вина. Я струсил.

Словно озарение посетило меня: есть один выход, очень рискованный, и неправильный, неправильный для меня, но возможно дающий жизнь Марии. Шанс, который родит новую судьбу. Ту, которая не была предначертана в этой жизни, но в другой, и в другом времени… а почему бы и нет.

Я вырвал из пояса четвёртый амулет, вложил его в руку умирающей, попросил собрать последние силы, сдавил нежную ладонь умирающей со всей мощи и отпрыгнул в сторону. Буквально через секунду девушку подбросило вверх, и она тут же исчезла. Без звука, без вспышки, Она будто втянулась сама в себя. Это было что-то новенькое. Самый мощный, сверхзаряженный опытный образец доказал, что отличается от других.

Интересно, выживет ли девушка, и поймёт ли Валентин, что это я её направил? Попытается ли профессор спасти ей жизнь? Или так и оставит умирать? Или она уже умерла от облучения и потери крови.

Раздался хруст, и на меня упала только что обломившаяся ветка. Посмотрев наверх, я обнаружил того самого медведя, который прогнал насильников. Смотря на испуганного медведя, я усмехнулся: хоть кто-то не хочет на меня нападать и остерегается. Несмотря на его дикую природу. Я смотрел зверю прямо в глаза, а он их не отводил.

– Что ты с ней сделал? – Спросило меня животное. Наступила моя очередь удивляться:

– Ты разговариваешь?

– Я не медведь, я колдун. Сразу почувствовал огромный всплеск энергии, когда разлетелась вдребезги крыша соседа. И решил выяснить, кто устроил весь этот беспорядок. Я выследил тебя и ненароком напоролся на этих скотов. Оказалось тяжелым делом просто наблюдать, как пытаются изнасиловать девушку. С ними теперь все будет хорошо, они не будут приставать к людям. А вот что сделал с девушкой ней ты, демон, я так и не понял.

– Считай, что предпринял попытку спасти. – Я виновато наклонил голову. – В любом случае, вряд ли девушка уже вернётся сюда, даже если останется живой. Кстати, что именно случилось с теми тремя? – Интересно было узнать, как расправляются с тварями в этом мире.

– Одного, – убийцу, припугнул неплохо, теперь не то что насиловать, вообще никогда ничего делать не сможет, а других оставил в покое, что им сделать-то, итак урок на всю жизнь? Не могу я убивать, и жестокость не люблю, но иногда приходится.

– Понимаю тебя, зверь. Я тоже не люблю убивать, но вся моя жизнь сплошные убийства. Судьба у меня такая. Да и вид, как ты успел заметить, не располагает к симпатии.

– Главное внутренняя сущность и цель. Я тоже не от мира сего. А каким образом в медведя превращаюсь до сих пор не пойму. – Колдун делился своим секретом, возможно, единственный раз в своей жизни. – В быту я мужик простой, приключений много не люблю. Мне сегодняшних ещё на десять лет вперёд хватит, так что, я, наверное, пойду.

– Спасибо тебе. Доброго пути. Вот только скажи перед тем, как уходить. По-правде – зачем тебе было следовать за мной?

– Да кто его знает, а чего б и не сходить. Дома давно безвылазно сижу, вот и решил пройтись, на мир посмотреть, чего интересного увидеть. Вон вишь, на тебя наткнулся. – Выговор у мага с каждым словом становился всё проще и проще. – Погодь только, сейчас с дерева спущусь, и поговорим по душам, изолью тебе душу свою.

В разговоре снова упоминалась душа. Да что ж это за народ такой, о душе всё время думает? Через полминуты передо мной стоял не огромный зверь, а мужичонка, лет шестидесяти, с просединой на голове, контрастирующей с моложавым для таких лет лицом.

– Оно, знаешь что, сынок, магия – она странная штука, и друг к другу притягивается, вот мы и встретились сегодня. Ты молодой, я вижу, хоть и огромный. Но ты молод и ещё полон сил, не то что я. А глаза у тебя добрые, но полные горечи и отчаяния. В них много опыта, ты многое пережил, и ещё многое должен свершить. Я научился читать жизнь по глазам, они помогают мне понять человека. Скажу тебе одно: ты не демон, в тебе больше человеческого, чем у многих из людей. И тебе присущи наш страх, наши переживания и наша жалость. Я вижу это. Как и милосердие, заставившее тебя не оставаться равнодушным к умирающей.

– Спасибо, старик.

– Радомир. Меня зовут Радомир, а вас как величать?

– Можешь называть меня Безымянным, у меня нет имени.

– Да, тяжело тебе. У нас имя дают, и ангел – хранитель потом охраняет всю жизнь, если его не отогнать злыми делами. А у тебя не то что ангела, имени оказывается нет. Хотя, никогда не поздно менять свою жизнь, так что не отчаивайтесь.

Старик уже не спешил уходить. Еще какое-то время мы пообщались, а потом я вежливо попросил Радомира удалиться, на что, не сказав ни единого слова, молча, с загадочной улыбкой на лице, он направился в сторону поселения.

Прошло достаточно времени, чтобы активировать следующий амулет, и я сделал это. Повторилось уже привычное действо, и я оказался практически в том же месте, откуда попал в лабораторию Профессора, провалившись в гибкую землю.

Пустота и тишина омрачали окрестности. Даже стражи на вышках, и те не пытались что-либо выискивать. Я не знал, что случилось. Вокруг всё погрузилось в незримый мрак. Я не рискнул заходить в город, чтобы узнать причину происходящего. Наоборот, решил затаиться, и понаблюдать за проходящими мимо входа в поселение существами.

Я никогда не видел народ своей страны таким вялым, что было странным даже по определению. Им ведь всегда было чем заняться. А чувства, даже самые малые, многие пытались скрывать – здесь явно происходило что-то из ряда вон выходящее, но мой инстинкт самосохранения победил любопытство и удержал меня от общения.

Теперь мне предстоял путь к отцу. Не очень долгий, но и не короткий. К тому же, насколько я помнил, у меня оставалось ещё несколько часов до окончания назначенного мне срока. Поэтому стоило поторопиться.