Левант

Пролог

«В оковах тьмы только сердце ведет к свету, робким гласом освещая твой путь. Только мудрый услышит этот голос. Он покажет нашу суть», – странные слова и фразы всплыли мимолётом, но были отвергнуты, как и множество раз ранее. Но, словно феникс, возрождались вновь. Череда образов, будто отражения на беспокойной воде, сменялись в тяжелых объятьях сна. В них был лик человека, который неустанно стремился в далекие земли, и темный меч, что словно раскатами грома разил врагов, и то, что страшной тенью тянулось по земле, жадно пожирая все, чего касалось. И была звезда, которая отчаянно боролась с темнотой, рассекая необъятные небеса. Все изменилось! Это чувство переполняло душу. Это было впервые.

– Это сон! – прозвучал голос внутри.

– Уже нет, – послышалось в темноте.

Глава 1

– Мир везде одинаков. Чему ты удивляешься?

Глубоко в душе возник вопрос, на который ответ был не нужен. Странник старался не издавать ни шороха. Он прятался средь деревьев, густые листья каштана заботливо скрывали его от глаз. Трое всадников промчались мимо. Тени лошадей скрылись где-то в глубине. Одинокий путник вновь осмотрелся, сделав неуверенный шаг, отправился дальше, держась чуть поодаль от избитой дороги. Впереди было тихо, слишком тихо, и от этого он замер. Его опасения оправдались. За спиной послышались крики. Троица всадников, скрывшись из виду, вернулась назад через пролесок, в поисках жертвы. Путник на мгновение попытался обнажить свой клинок, но, тут же отбросив эту мысль, устремился прочь от дороги, туда, где были густые ветви, что могли его спасти. Сапоги скользили и утопали в земле, он словно сам утопал в этом месте, гонимый куда-то вперед.

Путник не смог бы добраться даже до ближайшего города с троицей позади. Он затаился за деревом. Его дыхание было сбито, а сам он дрожал, словно вокруг был не разгар летнего сезона, а пора холодов. Звук топота стал отчетливей, можно было уже различить тяжелый храп лошади. И это был его шанс на спасение. Путник выскочил на встречу наезднику и, вскинув руку, замер на месте. И на кончике его пальцев появился маленький огонек, который с каждым мгновением перерастал в свет, что слепил словно солнце. Лошадь встала в ступоре и почти скинула с седла своего хозяина. Почти, но не совсем. Но этого было достаточно, чтобы остальные остановились и странник продолжил путь, туда, где разбойники с дороги уже не посмели бы на него напасть. Туда, где стоило опасаться совсем другого.

С севера надвигался ливень с грозой. Люди на тракте спешили. В округе витало волнение, отовсюду доносилось, что такого не бывало в это время года. Странник шел неспешно, вслед за повозками и людьми, иногда осматриваясь по сторонам. Недавно услышанные слова от одного из странствующих торговцев, что бандиты всегда найдут свое место в этом мире, приобрели новый смысл. Это была единственная безопасная дорога из тех земель, откуда пришел странник. Даже с разбойниками она была более безопасной, чем остальные. В такое путешествие он отправился впервые. Город уже был близко, а солнце на закате освещало путь ему и всем остальным.

Стражники у ворот выборочно останавливали приезжих. Путник в серой накидке немного сбавил шаг, ожидая, что просто так пройти не сможет. Скинул с головы капюшон. Теперь его лицо можно было рассмотреть. В другое время года он бы выделялся своей светлой кожей и русыми волосами. Местные жители в основом были все смуглыми. Но сейчас город был насыщен приезжими. И этому была ежегодная причина. Однако все случилось как он и ожидал. Самый щуплый из троих постовых преградил ему путь, внимательно осмотрел и строго прохрипел, выпятив грудь вперед:

– Зачем в город пожаловал?

– На аукцион, – спокойным голосом ответил путник.

– Правила, надеюсь, известны? – даже не пытаясь прикрыть ухмылку, сказал стражник.

– Известны, – путник утвердительно кивнул головой.

Постовой, ничего не говоря, развернулся и освободил путь. И перед глазами странника открылся город Герборт. На главной улице было оживленно, многие лавки и таверны только собирались закрываться. Люди шныряли вокруг, смешиваясь с потоком только зашедших. Виднелись несколько ухоженных трактиров, где уже было шумно и людно. Мужчина прошел мимо в надежде, найти место подешевле. Желаемое нашлось само собой. Немного покосившаяся вывеска указывала на трактир с манящим названием «Молоко девы», откуда сильно пахло жареным мясом и пивом. Путник осмотрелся. Он зашел внутрь и направился прямиком к трактирщику. Им оказалась взрослая женщина, плотно сложенная. В тот момент она наливала очередную кружку одному из гостей. Подойдя к стойке, путник поприветствовал хозяйку. Она вскользь смерила его взглядом. Новый гость был среднего роста, одет в простую одежду. С короткой стрижкой и голубыми глазами. Единственное, за что взгляд мог зацепиться, это нос с горбинкой. Во всем остальном еще один обычный посетитель. Не был похож на воина или одаренного, на богача или бедняка. Скорее всего, прибыл из северных земель.

– Мне бы комнату. Есть что-то подходящее? – ровным голосом спросил путник.

– Сейчас нет, но к ночи будет. Присядьте за столик и подождите, если желаете у нас остановиться, – не отрываясь от своих дел, ответила женщина.

– Я подожду, – уже немного неуверенно сказал путник.

Он обсудил цену комнаты и присел за последний свободный столик. Заказав себе выпить, путник посмотрел на постояльцев трактира внимательней. Народец был крайне разношерстный, и, к счастью, никому не было дела до одинокого мужчины за дальним столиком. По крайней мере, так казалось. Да и самому новому постояльцу очень хотелось, чтобы так было. Но неожиданно к столику, спустившись с лестницы, подошел кучерявый мужчина и громко спросил: «Дружище, тут свободно?»

Путник утвердительно кивнул, в душе сетуя на такое стечение обстоятельств, однако виду не показал. Кучерявый улыбнулся и словно упал на соседний стул. Хлопнул ладонью об стол, подзывая девчонку, которая только успевала бегать с подносом туда-сюда.

– Как зовут тебя, дружище? – осматриваясь, спросил кучерявый.

– Роберт, – ответил странник, делая очередной глоток из кружки.

– Роберт! Хм… Знавал я одного Роберта, нормальный был мужик. А меня Сесилом кличут. Выпьем же за знакомство! – с этой фразой Сесил поднял только что принесенный ему кубок и продолжил.

– Ох, славный город Герборт, смотри, сколько притянул новых людей, – Сесил окинул взглядом рядом стоящие столики и проворчал. – Видел бы ты это место лет 20 назад: маленькая деревушка на пересечении двух трактов. А сейчас великий, мать его, город. И все благодаря Ридусу Герборту – магистру книжных червей и главному рукоблуду одаренных. И вот все эти почти 20 лет стекаются сюда разные богачи и бедняки, мудрецы и глупцы, великие мира сего и их менее великие отпрыски. Все ради одного! – с этими словами Сесил многозначительно посмотрел на Роберта, который, в свою очередь, сделал вид, что не обратил внимания на скрытый вопрос.

– Разве ради одного? Есть торговцы, есть те, что ищут работу или убежище или новую жизнь. У каждого свои цели, – пожал плечами странник.

– Согласен, цели у всех разные. Только эти бы их цели не пересеклись бы в этом месте, не будь тут дара Герборта. Город существует благодаря девам неба. И сложно это отрицать. Представь: десятки лет существовал их дом, величественный и могущественный. А потом исчез, недооценив одного обидчивого книжного червяка. И вот теперь каждый год в день, когда его ошибки скрыть невозможно, сюда стекается в два раза больше людей, чем обычно. Говорят, что на западе, что на юге, при наличии возможности, у многих есть такой дар. Это так?

– Откуда мне знать. Я не везде побывал. Хотя ходит много слухов и небылиц по этому поводу, – глядя куда-то вдаль, ответил Роберт.

– Правда! А, похоже, что ты издалека. И не так прост! – усмехнулся Сесил и после паузы продолжил. – Про небылицы ты прав. Я скажу тебе, что любая дева неба – это чудо. Только чудо, с детства обученное мечу и силе. И если кто-то скажет, что дева предала или обманула, то это небылица. А вот если справилась в одиночку с ордой солдат, защищая кого-то, то это правда. И если скажут, что этот кто-то в основном слабак или мерзавец, это тоже правда, – оскалившись, сказал кучерявый. – А ты не похож ни на одного из них, вот и думаю, зачем ты прибыл в этот город?

«Какая досада», – промелькнуло в голове Роберта. Он крайне не хотел продолжать этот разговор и раскрывать свою цель какому-то болтливому незнакомцу, но и собирать небылицы желания не было.

– Может быть, все здесь ради одного, да и я хочу попытать удачу. Возможно, ты прав, и я не похож на того, кому это по плечу, – голос Роберта приобрел металлический оттенок.

– Возможно, -задумчиво сказал Сесил. – Видишь? Одна из них, столик впереди, – кучерявый указал на девушку со светлым волосами и глазами цвета фиалки. Девушка сидела неподвижно и молча рядом с уже прилично набравшимся алкоголем мужчиной.

– Хорошо этому мужику: хоть вусмерть нажрётся, а его никто тронуть не посмеет. Она рядом и служит этому мешку с костями. И вот это итог Ридуса гнидуса! Ты уже понял, что вся эта история мне не нравится, этого я не скрываю. Эти рассказы, что великий Ридус Герборт спас континент от тирании дома неба, инакомирье было повержено, а он – герой в этих краях. Мне это слушать тошно! Все было банально до тошноты. Сначала с домом неба был мир, но, как и положено, кто-то кого-то подставил, и началось. Нажива, война. В которой по своей тупости помер сынок этого червяка. И конечно, он обвинил во всем дев неба и начал мстить. Мстить, да еще и как: заговоры, интриги и в конце – то, что нельзя было делать. И все, итог. Есть город в его честь, который богатеет за счет лишения свободы дома неба. В итоге стольких людей просто пленили, словно мы на западе каком-то. Так у меня вопрос: разве это та цена?

– Кто знает. У меня встречный вопрос. А так ли все обладатели дара ужасны? Вот если бы ты был одним из них, ты сразу бы записал себя в последних? Может, просто судьба, – с видимой безразличностью сказал Роберт.

– Если ты веришь в судьбу, то знай, Роберт, она еще та извращенка, – засмеялся кучерявый. – Главный аукцион начнется завтра. На площадь всех пустят, вовнутрь – не всех, – с иронией подчеркнул Сесил. – Кто-то получит свое, а кто-то и нет! Вот и проверишь свою судьбу.

«Про свою судьбу лучше мне молчать», – подумал про себя странник, но сказал другое.

– Ты, я так понимаю, не хочешь дар? – с видимым безразличием сказал Роберт.

– Дар хочу, но не тот, что есть, – задумчиво ответил кучерявый, поменявшись в лице и сбросил улыбку.

Роберт в ответ лишь промолчал.

– Комната свободна и готова, – окликнула путника хозяйка трактира.

За окном уже близилась полночь. Странник пожелал удачи своему нежданному собеседнику и пошел в комнату. Небольшая, но чистая и с кроватью, она вполне его устроила. Путешественник сел на постель, всматриваясь в окно. Не одну неделю он ночевал в дороге, в повозках или на улице. Он успел забыть, что такое спать под крышей над головой. Из окна открывался вид на северную часть. Ливень с грозой был совсем рядом. Звуки грохота небес доносились глухим эхом. В его голове кружилась плеяда мыслей. Сесил, который оставил смешанные ощущения, некую тревогу. Вопросы о том, сможет ли он вынести груз своего выбора, правильный ли путь был выбран. Завтрашний день, полный неизвестности. Вопросы, на которые нет ответов. Хватит ли у него сил. Одно ему было абсолютно ясно: он должен идти на край севера, за горизонт, туда, где начинается гроза, туда, где все началось. От этого зависисит все!

Утро ознаменовалось шумом и гулом людей, казалось, в каждой точке города, который с утра будто ожил и вскипел. О ночном ливне напоминала только сырая брусчатка под ногами, а крыши цвета кирпича и серые стены стали будто теплее и гостеприимнее под лучами солнца. Кошелек в кармане за пазухой, крепче затянутый поясной ремень и короткий меч сикс. В таком виде Роберт оказался на площади перед зданием гильдии. Последнюю неделю он представлял временами этот момент и пытался предугадать, как будет проходить аукцион, и что конкретно ему делать. Но хоть какое-то понимание вещей заканчивалось на этом моменте и это рождало новые волнения в душе. Идея получить дар Герборта появилась давно как один из этапов для достижения цели. Люди многое рассказывали про условия, которые каждый год меняются, как и порядок аукциона. Цена также скачет и вверх, и вниз. И есть варианты абсолютно эксклюзивные. А еще, чтобы стать обладателем, нужен определенный запас духовных сил, а с этим у Роберта была непростая история.

В восточной части города поднялся в небо Левант: остров из земли, камня и металла с замком по центру, что словно небесный корабль плыл средь облаков. Именно на них богачи, военные или знать могут пересекать весь континент и отправиться даже за ледяной океан. Для стран это была в основном боевая единица. Очень сложная и дорогая. В этой части света, в королевстве Герия их не так часто можно было увидеть. Толпа на площади перед гильдией толпа вовсю глазела на уходящий вдаль небесный тихоход. И Роберт тоже завороженно смотрел на Левант. Он даже не хотел снова думать, куда бы он мог отправиться на таком. Просто не отрываясь провожал его взглядом. В этот момент на трибуну из досок поднялся статный мужчина лет пятидесяти в темно-фиолетовом длинном кителе.

– Я приветствую всех собравшихся на двадцатый ежегодный аукцион Герборта! Меня зовут Ворней, и я являюсь заместителем главы гильдии. В этот аукцион мы представим вашему вниманию сто пять даров. Как всегда, для тех, кто у нас впервые поясню, что все девы бывают из трех семей. Самая многочисленная – это семья ветра, ее дочери будут первые. За ними будет семья воды. Сильнейшими дарами являются девы семьи гроз, – необычно громко для человека сказал Ворней, немного задрав подбородок и чопорно жестикулируя одной рукой.

– Красота, слов нет. Привет тебе, дружище! – послышался уже знакомый голос Сесила, который в этот момент хлопнул странника по плечу.

– Все же и ты здесь, а говорил, что против этого, – проговорил Роберт, не отрывая взгляда от сцены.

– А что тут любить? Ты посмотри, как они это называют, – дары Герборта. А знаешь почему? Потому что многим не нравится слово «рабы». В мире и так все неспокойно, конец света предрекают, войну, вторжение, и в итоге мысль, что рабство легализовано в современном-то, мать его, обществе, не принимается, но это же сила и власть, и война близка. Вот всех и устраивает, что название другое. Только как это паскудное состояние ни называй, смысл один и тот же. Ты слышишь, что он рассказывает? – Сесил посмотрел на путника, будто не договорив что-то.

– С трудом, знаешь! Ты ведь говоришь не останавливаясь, – вздохнул Роберт.

– Так я тебе помогу, дружище. Все расскажу за него. Сейчас он говорит, что каждый желающий может получить дар и имеет на это право, как и завещал великий основатель Ридус гнидус Герборт. Что в переводе означает: всем нищебродам надобно убраться отсюда скорей и уступить дорогу тем, у кого есть монеты, но нет чести. А теперь говорит: «И только тот, который обладает достаточной волей и силой, сможет стать хозяином дара и обязуется не направлять его на неблагие дела и до конца своих дней быть гарантией сохранения контракта». Это означает, что рабство дев, оно ведь из-за контракта подчинения, и делай с ней что пожелаешь, главное, чтоб никто не узнал, хотя наказания один черт нет. Что дальше говорит? «За символический взнос прошу пройти желающих в парадное помещение гильдии». А это значит – плати скорей, чтоб просто зайти. Я доступно объясняю, дружище? – подмигнул кучерявый Роберту.

– Весьма, – усмехнулся Роберт.

Но волнение Роберта нарастало, и наличие незнакомца рядом только усугубляло обстановку. Вход и вправду был символический – тридцать монет.

На словах мастера про взнос за проход часть зевак с площади сразу двинулась прочь, часть же осталась. Медленно стекались к воронке людей возле входа в гильдию. Роберт также направился туда, и вслед за ним – Сесил.

– А ведь ты вчера говорил про судьбу. Она свела тебя со мной. Ведь у меня к тебе деловое предложение, – кучерявый еще больше оживился.

– Этого я и боялся, – вздохнул странник.

– Да ладно тебе, ничего противозаконного. Слушай, дружище, я думаю, ты и сам понимаешь, что шансов у тебя нет. И если даже у тебя хватит денег на начальную цену простой девы семьи ветра, то с ходом аукциона ты не сможешь выдержать ставок. Посмотри, кто туда заходит: дети вельмож, князья, мастера магии, у многих из них уже есть эти рабыни. И они не упустят шанс купить еще. Ты прекрасно понимаешь, что не вписываешься в эту шайку. Поэтому есть предложение, чтобы мы оба остались в плюсе, – Сесил снова положил руку на плечо Роберту.

– Так не бывает! Не знаю, что ты задумал, но не стоит мне этого делать, – резко ответил Роберт.

– Полегче, дружище, – усмехнулся кучерявый. – Ты мне понравился, я людей за милю чую. Я буду в холле семьи воды. Передумаешь, найдешь меня, – на этих словах они уже оба вошли в холл гильдии, а Сесил ускорил шаг и ушел вперед.

Роберт огляделся по сторонам. Помещение было масштабнее, чем он представлял себе: массивные белые колонны держали потолок, который будто парил, пол из мрамора блестел, будто отполированный. Все это говорило о достатке средств у гильдии. По краям стен уже начал проходить аукцион, и странник раздосадованно цокнул языком. В этом году в формате аукциона проходило получение даже дочерей семьи ветра. Должно было быть иначе, по рассказам бывавших тут. Сумма в мешке была при учете прошлого аукциона. И больше взять с собой не получилось. И ждать еще один год было нельзя. Он пошел по левому ряду. Вдоль стены стояли стеклянные ларцы высотой с человеческий рост, закрытые накидкой. С них по очереди стягивали ткань, и становилось возможным увидеть, какая девушка находится внутри. Девы неба сидели неподвижно, с закрытыми глазами, и даже присмотревшись, невозможно было понять, дышат они или нет. Стеклянный ларец имел ромбообразную форму с сужением к верхушке. Выглядели они как клетки для птиц, только из стекла и металла. У каждого ларца стоял один из членов гильдии, все как один одеты в кители серебряного цвета. А табличка рядом указывала на цену и имя пленницы.

Странник остановился возле одного из ларцов. На табличке была написана стоимость в двадцать восемь тысяч монет. У Роберта с собой было всего на одну тысячу больше. И это первая дева, которая подходила ему по цене. Остальные были дороже. Он посмотрел внутрь и понял, почему такая цена: на вид девушка была немного младше остальных. Как только рядом с ним появилось еще несколько человек, мужчина, который был ответственным за эту деву, начал говорить.

– Приветствую вас, дорогие гости. Меня зовут Лент, я представляю вашему вниманию ученицу из семьи ветра, Молу. Напомню, что с момента победы над домом ветра каждая из дев была помещена в такие Ларцы Дара Герборта. И на них наложено заклинание, при котором они не могут существовать в мире без хозяина, и если без контракта их выпустить, они тотчас умрут. Напоминаю, что заклинание это бесповоротно и дает абсолютную гарантию безопасности. С момента конца войны они не постарели ни на день и не растеряли своих навыков, можно сказать, что они в очень глубоком сне. После открытия вместилища дева неба будет подчиняться только вам, хочет она этого или нет, и не сможет причинить вам вред, никогда! Теперь пару вещей, которые я обязан сказать. Порядок аукциона следующий: начальную цену может поднимать любой из гостей. Участвовать в аукционе члены гильдии не имеют права. Опускать цену гости не имеют права. После выбора победителя избранный пробует открыть ларец, он откроется только в том случае, если у кандидата хватит сил питать контракт. Для этого он должен провернуть ключ на ларце. Если кандидат смог открыть дверку ларца, с ним сразу заключается контракт, и он должен немедленно заплатить за деву сумму, на которой был остановлен аукцион. Если победитель не может открыть ларец, цена возвращается на первоначальную, и аукцион проходит заново без участия прошлого победителя. Итак, Мола, дочь семьи воды, ученица легиона, умеет сражаться копьем, владеет базовой силой ветра. Стартовая цена двадцать восемь тысяч.

– Двадцать восемь триста, – поднял руку полный юноша, не сводивший странный взгляд с девушки в ларце.

– Двадцать восемь пятьсот, – быстро сказал Роберт.

– Двадцать восемь восемьсот, – послышалось рядом.

– Тридцать три тысячи, – возник из ниоткуда худой парень с неприятным лицом.

Роберт стоял неподвижно, слушая отсчет и объявления победителя в возможности обрести в слуги эту деву. Также молча он наблюдал, как победитель смог открыть дверку, провернув рычаг замка. После чего развернулся и пошел дальше, выругавшись про себя. Проходя мимо других предложений, успокоил себя, что варианты еще есть и не все потеряно. Почти все гости уже попали в стены гильдии и все больше разбредались внутри них, все больше шансы странника сокращались. И все больше не давала покоя мысль, что это все неправильно, и никто из присутствующих не имеет на это права. Все больше давила реальность и понимание, что другого выхода он не знает. Все больше нарастали в душе противоречия между тем, что надо, и тем, что должно.

Так безрезультатно Роберт добрел до следующего знакового помещения мероприятия. В огромном зале находилось всего две сцены. Вокруг них на стульях сидели люди, у каждого в руке карточка с номером, как и та, которую дали Роберту при входе в место аукциона семьи воды. Все вокруг говорило о том, что это более дорогие дары. Странник нашел взглядом кучерявого, который сидел за одним из столиков на стуле, положив ногу на ногу и подбрасывая свою карточку с номером. Когда Роберт подсел рядом, оба не проронили ни слова. Лишь спустя некоторое время Сесил заговорил.

– Я знал, что ты придешь, дружище, с этого и надо было начинать. Но времени уже очень мало. У меня мало, – оглянулся по сторонам Сесил. После опыта общения с ним Роберт видел, что от былой его расслабленности не осталось и следа. Он был собран, внимателен, в готовности выстрелить в любой момент как заряженная пружина. И его вальяжность была лишь для видимости.

– Ты говорил про предложение? Что за предложение? – почесав лоб, тихим голосом сказал Роберт, смотря на сцену.

– Успокойся, дружище, что ты такой хмурый, улыбайся. А то еще подумают, что мы не за покупками тут, – будто пропел кучерявый, заметив крайне растерянный вид Роберта. И продолжил.

– Дело простое. Слушай внимательно, иди в зал, где проходит главный аукцион с девами семьи гроз. Участвуй и поднимай ставки, но не выше двухсот тысяч монет. Если выйдешь победителем, то с умным видом надо подойти к ларцу и попытаться открыть его. Эту процедуру повторяй раз за разом. Ты не местный и в городе этом задерживаться не станешь, – Сесил замолчал в момент, когда мимо проходил один из гостей.

– Зачем тебе это надо и с чего ты взял, что у меня есть такая сумма? Что вообще тебе нужно? – быстро сказал Роберт, чуть ближе наклонившись к кучерявому.

– Много вопросов, ты не сможешь там открыть ни одного ларца и времени объяснять нет. Просто сделай это, и я дам тебе то, что ты желаешь, – вставая со стула, все с той же улыбкой сказал Сесил, взглянув в глаза Роберту.

Какая паскудная, непонятная ситуация, от которой несет за версту. С этой мыслью странник поднимался все выше по черным мраморным ступеням. Такого исхода событий он совсем не мог предугадать. На чаше весов было вернуться ни с чем или ввязаться в непонятную авантюру. Мысли крутились в голове в бешеном вихре, и ответа не приходило. А подергивающиеся веко говорило ему, что он сейчас не в форме и далеко за гранью спокойствия. Роберт зашел в зал, с приглушенным светом. И в нем надо было постараться, чтоб найти предмет не из благородного материала. Золото, мрамор, шелк, кость и многое другое. Участники уже выглядели совсем иначе. И не было шума и звука толпы людей, лишь шепот и внимательные взгляды. В одном Сесил был прав: странник оставаться в Герборте не намеревался. И эта мысль была единственной, что успокаивала его. Можно было добраться до северных ворот: там близка чаща, в которой легко затеряться, ускользнуть. Глубоко вздохнул странник и сел за свободной столик. В центре стояла одна сцена с мужчиной в фиолетовом кителе с золотой окантовкой. И конечно, в центре красовался ларец, ради которого были все и собрались.

– Это наш второй уникальный дар сегодня. Представляю вашему вниманию прекрасную дочь семьи гроз, Лавету. Посмотрите на эту фигуру и лицо, темные шелковистые волосы, идеальный рост и пропорции, кожу будто бархат. Считалась одним из самых прекрасных членов дома неба. И при этом одной из самых сильных. Мастер владения мечом, воительница, что подчинила себе силы ветра, воды и молний. Замечу, что каждый год таких редких даров бывает лишь несколько, и тот, кто будет обладать им, может смело называть себя избранным. Начальная цена сто тридцать пять тысяч монет, – зычным голосом проговорил мужчина на сцене, внимательно смотря по очереди на каждого участника.