Левант

– А я Роберт, и я помогу тебе отсюда выбраться. Опусти свой меч, мы не враги, – задрав бровь, сказал Роберт, сдерживаясь от смеха.

– Не бойся, Гладик, поверь, ты воин намного лучше, чем он! Этот только прикидывается сильным, а сам трусит, – сказала Грави, присев на одно колено.

– Пусть так. Но нам надо двигаться, а то отстанем. Запрыгивайте на мою лошадь.

– Ну хоть в этом ты прав, господин мой хороший. – проговорила Грави как-то вдруг грустным тоном.

В небе загрохотали непрерывные раскаты грома. Колеса повозок скрипели и стучали от каждой новой кочки. В массе шума терялись взволнованные людские голоса. Онвир во главе узкого строя продолжала вести за собой всех остальных. В сотый раз она на миг обернулась, прошлась взглядом по массе лиц и наездников позади себя. В сотый раз не увидев того, кого желала увидеть, немного изменила выражение лица и снова устремила свой взор вперед. Дева неба уже несколько раз меняла направление, иногда сходила с тракта, но потом возвращалась на него вновь. Рядом с ней двигались гвардейцы из отряда разведки и часть одаренных.

– Какая длина сейчас? – прокричала Онвир.

– Около четырехсот пятидесяти шагов,– через некоторое время ответил одаренный в серебряном тулупе.

Дева неба периодически спрашивала, какова длина строя, чтобы высчитывать путь, при котором хвост строя успевал бы пройти. Онвир слышала надвигающийся рокот и вой призраков, в отличие од других людей. Чувствовала запах гнили, что разносился от них. Видела изменения в небе, как его словно разрезало до самых облаков. Ощущала изменения в потоках энергии, которые все чаще останавливались, застаивались и натыкались, словно на стену, тогда как должны были беспрепятственно течь вместе с ветром через все океаны, моря и земли. Волосы девушки были завязаны в тугой хвост, а синие глаза мерцали при каждой вспышке молний. Дева глубоко вздохнула, снова оглядевшись. Холодные капли дождя попали на её лицо, солнце начало прятаться под натиском туч. Впереди с правой стороны начиналась опушка небольшого леса. Онвир направила строй левее и замедлила ход.

– Разведка докладывает, что слева замечены отряды врагов. Есть возможность обойти справа? – сказал воительнице один из разведчиков.

– Нет! – не оборачиваясь, проговорила Онвир.

Про разведку гвардии царства всегда говорили только положительно, отмечая их выдержку, опыт и отвагу. И в этот день их навыки не подвели. Информация была верной, неприятель уже ждал поредевший отряд бойцов и гражданских. Основные силы после сражения находились в хвосте. Как только подоспел второй полк, он заставил отступить все отряды варваров. Марш двигался непрерывно на восток, дальше от мест, где разбушевались тропы. Каждый раз казалось: еще немного и можно вздохнуть с облегчением, но вновь появлялся на горизонте новый очаг серой мглы, который позже соединялся с другим. Что было сейчас там, где они прошли, – загадка. Возможно, эти места ныне стали под властью мертвых. Онвир не обращала внимания на отставших, не спрашивала, все ли могут продолжать движение, просто двигалась вперед так, чтобы их мог нагнать её мастер. На каждые пятьдесят шагов у одного из гвардейцев в руках был синий флаг с длинным древком. Именно по ним примерно могли сосчитать длину строя, что петлял между холмов и чащ, избегая троп духов и защищаясь от налетчиков. Строй, где людей связало лишь несколько целей, спастись и спасти.

Капля дождя, что родилась в небе, проделала огромный путь за короткое время до земли и ударилась о крышу юрты. Стекая по ней, она попала в маленькую щель наспех собранного купола и забралась внутрь, снова начав свое падение, пока не попала на лицо страннику. Роберт тяжело открыл глаза. После этой холодной капельки он не мог больше пребывать в забытье. Открыв глаза, путник почувствовал онемение рук и ног. Виной этому была веревка, что туго стягивала запястья и голени. Затекшие суставы отозвались болью вместе с тошнотой от запаха шерсти и жира. Глаза недолго привыкали к свету маленькой свечи и вскоре он смог рассмотреть очертания юрты, в которой он лежал. Недалеко от него сидел мальчик, который был прикован к деревянному сундуку рядом.

– Ты в порядке? – словно пьяным голосом сказал Роберт. – Что вообще тут такое, – невнятно продолжил он.

– Я в порядке, – чуть слышно ответил Глад.

– Как мы тут, не помню, – Роберт сказал, попробовал изменить положение тела, но не смог.

– Нас схватили, – снова тихо произнес мальчик. Это негодяи, папа их так называл, – после паузы добавил он.

– Как схватили, мы же вместе поехали, потом не помню, – пробормотал Роберт.

– Негодяи это все. Вы уставшие были и уснули. А потом сюда нас, это, привезли, – прошептал Глад.

– Уставшие, конечно. Паскудство какое-то. Где Грави?

– Её увели, это. Куда-то. Они не любят, когда громко говорят, – сказал Глад и демонстративно ощупал свежий синяк на виске.

– А ты не плачешь даже, хотя ребенок. И я плакать не буду, надо выбираться, – сказал шепотом странник и немного улыбнулся.

Гомон за пределами юрты говорил о том, что они в каком-то лагере и рядом далеко не один из тех, кто их схватил. Роберт мысленно прокрутил в голове всю эту ситуацию так, чтобы если все же Онвир его могла слышать, она поняла, что он в плену. Но сможет ли она его понять, по-прежнему оставалось загадкой. Несколько щелчков суставов послышались, когда странник попытался дотянуться пальцами рук до своих пяток. Эта попытка не увенчалась успехом, его связали на совесть. Мысли закрутились в круговороте. Миг, когда он своей шуткой хотел подбодрить ребенка, прошел, и наступила тяжелая реальность. Где он находился – было неизвестно, как и то, где сейчас Каритас.

Роберт осмотрелся по сторонам, его интересовали две вещи. Первую требовало пересохшее горло, как и ожидалось, воды рядом не было. Вторую он также не надеялся увидеть, это его снаряжение, сиск. Через щель в юрте странник смог разглядеть, что на улице пасмурно и время близится к закату. Перевернувшись на спину, путник снова попробовал перекинуть руки из-за спины, но ничего не вышло, мешал дополнительный узел. Глад на удивление выглядел спокойным, насколько это было возможно. и молча сидел на одном месте.

– А ты почему не уснул? Ты видел, кто нас сюда притащил, расскажи все, что видел, – сказал Роберт.

– Мы ехали. Потом вы уснули. И пришли такие же негодяи, как и, это, что на нас тогда напали. А я не уснул. Потом сюда, это, привезли, – прошептал Глад.

– Прекрасно, – сказал Роберт и скривил рот.

– Хербен туро, – проговорил Варвар, что неожиданно зашел в юрту вместе с другим.

Свет от костра снаружи ударил по глазам. Роберта подняли за руки и поволокли за собой. Два варвара были на одно лицо. Оказавшись снаружи, стало понятно, что лагерь был невелик. А на реакцию странника, по поводу того, что ему как-то надо перебирать связанными ногами, удар в живот от варвара отчетливо показал ему настрой к его персоне. Роберт постарался увидеть все возможные детали. Одной из них было, что остальные налетчики, что были рядом, внимательно на него смотрели. И в совокупности с тем, что вокруг были только варвары в кожаных доспехах, путник сделал вывод, что других пленников здесь скорей всего не было. Увидев холмы рядом и пролесок, определить, где они находятся, он не смог. Но вдалеке за горизонтом часть заката обрывала серая стена мглы. Это дало мысль Роберту, что он где-то юго-восточнее. Капли мелкого дождя, что сыпались с неба, бодрили разум, как никогда. Он смог заметить еще одну деталь: лошадей рядом было немного. Меньше, чем самих варваров. И когда они нападали днем, все их составы по большей части были пешими. Еще тогда Роберт подумал, что это невыгодная позиция, нападать на своих двоих на конных бойцов. Даже при использовании засад и особенностей местности скорости передвижения никогда не хватит. Роберт не обращал внимания, как его почти тащили по земле. Отогнав все ненужные мысли, он пытался построить хоть какое-то подобие плана. Вскоре он увидел Грави.

Рыжеволосая была привязана к столбу. На ее шее висел небольшой мешочек на бечевке. Роберта просто отпустили рядом и он, не успев сориентироваться, повалился на землю и вызвал этим смех варваров. И тоже улыбнулся, к удивлению своих недругов, но причина была в другом. Первое, что он отметил для себя, это тот самый пылающий взгляд Грави, точь в точь как и в их первую встречу на аукционе гильдий. Вокруг девушки ходило двое. Путник улыбнулся еще шире, сейчас его интересовали только ответы на вопросы. Эти два человека в непонятных тряпках и со связками костей вместо ожерелья могли быть теми, кто был виновен в их неожиданном сне. Двое, как только увидели связанного, подошли к нему, небрежно потрогали за волосы, осмотрели руки и отошли. ни на миг не прекращая разговаривать между собой на чужом языке.

– Нравится тебе смотреть на меня, связанную и беззащитную, – сказала Грави, наигранно захлопав своими ресницами. – Только сильно не радуйся, тебе еще горло не вспороли только потому, что не знают условия нашей связи. То, что ты мой хозяин, так сказать, они прошерудили. А вот если ты помрешь, помру ли я, непонятно.

– Как хорошо, что они не знают. Я тоже, кстати. Им-то ты зачем сдалась, знаешь? – кряхтя и пытаясь встать, сказал Роберт.

– Красивая я, дар кому-то или что-то такое, – ответила абсолютно спокойно Каритас.

– Да уж. Свет клином на тебе сошелся, все тебя хотят, – Роберт усмехнулся и снова получил под дых и начал кашлять.

– Да, всю жизнь хотят, – ответила рыжеволосая стальным голосом.

Двое что осматривали ее, наконец, перестали переговариваться друг с другом и начали по очереди без остановки кричать на девушку.

– Они хотят, чтоб ты разорвал контракт. Кое-что из слов я понимаю, и они спрашивают, хочешь ли ты умереть или отдать меня им. И как там Гладик? –спросила Грави.

– Он молодец. Не дал мне раскиснуть, – усмехнулся Роберт. – А по поводу контракта, ты хочешь уйти с ними, Грави, или причина, почему два плешивых деда тебя привязали как овцу к столбу и они еще целы, в другом? – Роберт, говоря это, ожидал очередной удар, но его не последовало.

– О да, обожаю быть связанной. Но уж лучше с тобой, чем с ними, в дороге к уродцу хану. Кулон в мешке на мне, видишь, он как та цепь черная, – сказала Грави, приподняв одну бровь.

– Вот как. А я и смотрю, что мне такой почему-то не подарили, – Роберт маленькими прыжками прокрутился на месте и встал спиной к Грави. – Вы совсем отбитые на голову? Нам духи на пятки наступали, люди спасались, и вы тут. Вы хоть раз были на тропе духов, когда мертвые рядом, видели их? Или только такому неумехе, как я, когда он связан, в дыхло бить можете? Олени вы тупоголовые. Как мне надоели эти неожиданные события, проблемы, нестыковки. У меня ведь был простой план, попасть на север. Дойти до столицы и на Леванте по-быстрому туда долететь. Ну, надо мне туда, почему все мешают. То найди девчонку, то не умри от рук духов, то вот тебе огромная куча людей и только у тебя есть спутница, что может понять, где лягут новые сучьи тропы. Что молчите, не понимаете, что говорю. Так слушайте еще раз, надоело это все! Но времени было достаточно. Грави, прости меня за это, – Роберт смеялся и по очереди смотря на варваров рядом, говорил свой монолог.

Правая рука все это время не раз поменяла положение, пальцы словно играли на каком-то инструменте, словно пристраиваясь к неудобному положению связанной кисти. Лица варваров, пока они это слушали в большинстве своем выражали ошеломление и полное непонимание происходящего. А некоторые усмехались и явно давали понять, что потом чужаку будет больно. И момент настал: будто ухватившись за незримый камень, Роберт покраснел и со стоном припал на колени. Но его измученного голоса никто не услышал, его затмил звук крика Грави, на груди которой порвалась часть одежды. Неожиданный крик Грави обнажил её богатый внутренний мир, как и порванная рубашка в зоне декольте. Из её носа проступила капелька алой крови и упала вниз, на мешочек что недавно висел на шее.

– Больно, бес его. Прощаю, – Грави проговорила, оголив свои верхние зубы в страшной улыбке.

Время ускорилось. Крики двух ближайших варваров с костяными ожерельями затихли первые. Они оба упали на землю окрасив её своей кровью, которая словно вскипела в их телах. Грави повисла на столбе и словно расслабилась всем телом, кроме пальцев рук, что заиграли. И в этой игре остальные захватчики падали на землю в невообразимых позах. Земля задрожала, в воздухе запахло металлом и дымом. Роберт повалился на землю в тот момент, когда все вокруг наполнилось криками боли. В тот момент, когда рядом один за другим падали люди, столб, к которому была привязана рыжеволосая девушка, разлетелся в щепки. И тогда нити, связывающие его, сначала стали горячими, а потом ослабли. Странник сел на землю и мутными глазами, почти снова впав в забытье, смотрел, как девушка с огненными волосами и немного оголенной грудью подняла одну руку и с улыбкой словно перекрашивала землю в красный.

– Ну и саданул же ты по мне, с тебя новая рубашка, – сказала наигранно серьезно Грави.

– Как скажешь. Но пока еще полюбуемся тобой. Надо найти мальчишку и бежать. Пока все не сбежались, – Роберт вздохнул и осмотрелся.

– И снова с тобой согласна, господин мой хороший. Мы начинаем находить общий язык, – ответила Грави, смеясь.

– Отлично. Теперь бы еще не помереть.

Последние лучики солнца убегали прочь и прятались где-то за горизонтом. Они уже не освещали временного лагеря налетчиков, где шумы и крики доносились из каждого его уголка. Звезды и луна, чей час наступал с приходом темноты, безмолвно смотрели, как варвары отступали, собираясь в небольшие группы и с луками наизготовку собирались выпускать стрелы. Костры колыхались от ветра, разнося запахи горящей древесины, показывая два облика, мужчины и девушки, которые осторожно двигались сквозь лагерь. Роберт был напряжен, это уже отдавалось болью в висках. Только сейчас он до конца начал осознавать свое положение. Все в полной мере отражалось на его лице, на скулах, что постоянно были в напряжении, на нижней губе, уже в которой раз прокусанной им самим, на красных глазах, что боялись лишний раз моргать. Грави в свою очередь была более слаженной в своих движениях.

– Будь начеку, не расслабляйся, откуда угодно могут напасть, – прошептал Роберт.

– С людьми, если так этих уродов назвать можно, справлюсь. Не впервой. А шаманов только двое было, думаешь остальные прячутся от меня, – тихо ответила Грави и улыбнулась.

Роберт еще сильней нахмурил брови и промолчал. Неожиданно одна стрела со свистом пролетела рядом, в то место, где еще мгновение назад был путник. За ней последовало еще три стрелы, которые в нескольких шагах от Каритас рассыпались. И снова тишина, свет от огня на миг показал несколько силуэтов. Их тени пробежали рядом и скрылись в темноте. Никто не закричал боевой клич, никто не вышел на бой в открытую. Несколько выстрелов и сразу отступление.

– Идем в обход, Грави, они догадываются, что раз мы еще здесь, то ищем мальчика, – сказал Роберт, взяв Каритас за плечо и остановив ее. – Еще бы неплохо мою лошадь и остальное найти, – продолжил странник.

– О, ну это, мой господин умный, так ли важно, – закатила глаза Грави.

Но когда они добрались до юрты, где их держали, его опасения подтвердились. Мальчика в ней уже не было.

– Сволочи, – сквозь зубы процедил странник.

– Они у меня на людей похожи не будут, – Грави выругалась.

– И теперь они знают, что мы ищем мальчишку. Удивлюсь, если не следят за нами. Нужен план, срочно отходим, – Роберт проговорил медленнее обычного, оглядевшись вокруг.

– Ты что, надо быстрей бежать и искать его, – возмутилась Каритас, порываясь идти к центру лагеря.

– И сделать ровно то, что они хотят. Нет уж, отойдем, – Роберт говорил это, внимательно посмотрев на рыжеволосую. Та в ответ цокнула языком, но согласилась.

– А план будет такой, либо получится, либо лучше умереть.

Редкие слезы неба пропадали, касаясь бушующего огня. Юрты пылали огнем и испускали столбы темного дыма, который разносил смрад паленой шерсти и кожи. Ветер неуклонно дул с севера, перенося огненных зайчиков на новые жертвы, добавляя жара и света в ночи. Глаза Роберта уже слезились, воздух стал густой и тяжелый. А на его лице и спине проступил пот, липкое неприятное ощущение сковывало все тело. Он снова схватил рыжеволосую девушку за шкирку и опрокинул на землю. Грави тяжело поползла вперед, врываясь пальцами в землю с пеплом. Странник с криком саданул её ногой по спине.

– Куда намылилась сволочь, я тебе разрешал? Это все из-за тебя, дрянь, – зло проговорил Роберт.

Каритас начала кашлять и попыталась отползти дальше. Каждый раз, когда она пыталась встать, странник снова валил её на землю. Он с силой в вцепился в тунику на девушке, что она недавно нашла в лагере, и потянул на её себя. Грави только и успела издать звук, похожий нечто средне на хрип и стон одновременно.

– Что ты нацепила на себя, я тебе разрешал. Иди сюда, дрянь, – Роберт снова закричал, схватив огненные волосы девушки и уселся на неё верхом. – Я тебе сейчас в огонь идти прикажу, если не будешь делать. что мне надо, – продолжил он.

Грави не могла ничего сделать в ответ, только постаралась закрыть руками лицо и грудь, чтобы иметь хоть какую-то защиту. Роберт продолжал кричать, словно обезумел, что девушка – это его собственность, и она не имеет права ему возражать. Странник ухватил одну из её рук своей ладонью, а другой поднес нож к горлу. И тяжело дыша с красными глазами и лицом навис над ней. Во взгляде Каритас отразилась боль вперемешку с ненавистью, огни пожара отражались в янтарных глазах, и казалось, будто они тоже пылают.

– Будешь еще сопротивляться, дрянь, ты моя, поняла это, – Роберт прокричал и наклонившись лицом к девушке, то ли укусил её, то ли поцеловал. – Из-за тебя он погиб, невинный ребенок, – крик его голоса разносился по лагерю.

– Он погиб, и ты тут, сука, сдохнешь, – не унимался Роберт, его бешенные глаза бегали и кровожадно смотрели на рыжеволосую.

– Форад горма. Ора харбен туро, – прокричал варвар, что появился откуда ни возьмись, а за ним вышли на свет и еще несколько.

Роберт резко встал и, держась за волосы девушки, посадил её перед собой, словно собаку.

– Только попробуйте, я эту гадину на вас натравлю, костей не останется, – прокричал Роберт. – Мальчик мертв, а эту на вас пущу, даже если подохнет, не жалко, – потряс за волосы он девушку.

– Они говорят, чтобы ты не убивал меня, – прошипела Грави, скривившись в лице.

– А вы, когда пацана убивали, такие мысли у вас не появлялись почему-то. Передай им мои слова, быстро! – Роберт говорил сквозь зубы.

– Да ты совсем с ума сошёл. Я-то чем виновата. Они не убивали его, говорят, обмен предлагают, – Грави громко ответила, пытаясь убрать руку со своей головы.

– Так он жив! Жив! Слышишь, дрянь. Сын жив, – засмеялся Роберт так сильно, что начал кашлять, слишком много заглотив дыма.

– Я согласен. Но не здесь. На краю лагеря, и чтобы один из вас его привел. Понятно? – Роберт посмотрел безумным взглядом на варвара. – Переводи, быстро, – добавил он, уже смотря на Каритас.

– Они говорят, что один не пойдет. Только пятеро. Ну ты и тварь, Роберт! – громко проговорила Каритас.

– А где гарантии, что вы не прирежете меня? Переводи, сука, – Роберт снова закричал.

– Говорят, ты им не нужен уже, и мальчишка тоже, – прошипела Грави.

Огонь медленно захватывал все новые участки лагеря, почти половина юрт пылали, создавая непроходимую стену на земле, и черную полосу дыма в небе. На противоположном от пожара крае лошадь Роберта нервничала и металась, но будучи привязанной, отойти дальше, как хотела, не могла. Еще больше лошадь начала тянуть свою привязь и пытаться вырвать её, когда увидела своего хозяина что выглядел как-то по-другому. Он шел задом наперед и почти тащил за собой девушку и одновременно словно прикрывался ей как щитом. Двигался изгибом, меняя направление и огибая прямой путь.

– Вот как значит, отдашь меня, а слов-то сколько было. Тебя надо не просто Роберт называть, а подлый Роберт, – проговорила Грави.

– Замолчи, дрянь. Мальчика уже ведут, вон видишь! Это малая цена. О такой как ты, никто переживать не будет, – проговорил, задыхаясь, странник.

С другого края лагеря пятеро варваров не торопясь шли и вели за собой мальчика. По центру шел воин, который отличался от других. Он был старше, на смуглом лице было несколько шрамов и седая борода. Не присматриваясь, было понятно, что пластинчатый доспех, инкрустированный камнями и с позолотой, выдавал главаря. Как и приличного размера сабля в дорогих ножнах. Еще двое захватчиков рядом так же являлись не рядовыми солдатами. И пусть их одеяния выглядели скромнее, более высокий статус, чем у других, было не отнять. Уверенная походка, холодный и спокойный взгляд, некая видимость расслабленности в поведении говорили об этом. Один из них был тем, с кем Роберт договаривался об обмене. Глада вел простой воин, крепко держа мальчика за шкирку. Ребенок по-прежнему держался, как мог, и не пытался вырываться или плакать. Только маленькие глаза, что часто начинали в суматохе бегать, выдавали страх.

Повисла тишина, которую нарушал только треск огня и иногда подвывающий ветер. Роберту стало холодно, какое-то время он не чувствовал этого ветра, тело еще помнило жар огня. Но с каждым шагом отдаляясь, на смену огнищу приходил холод. А вместе с ощущениями холода – ощущение страха и неуверенности. Молчание нагнетало атмосферу, даже лошадь, что была рядом, старалась вести себя так, чтобы её не замечали, и, не издавая звуков, следила за происходящим. Роберт почувствовал на лице волосы Грави, что скользнули рядом. Так близко до этого дня девушка к нему ни разу не была. Она была тем огнем, что мог его согреть, но только не сегодня.

– Отпустите мальчика! Переводи, быстро, – не выдержал Роберт и прервал тишину.

– Переводить мне не нужно. Изучал этот язык, было дело. Я Бамий, – усмехнулся воин в центре, некоторые звуки в словах он произносил слишком жестко.

– Отдай мальчишку. И разойдемся, – проговорил Роберт.

– Не, а еще нас варварами называют. Даже не представился, – усмехнулся Бамий.

– Это после всего я приличия соблюдать должен! К делу, – жестко проговорил Роберт.

– Ты тоже дел натворил немало, налево посмотри! Это война, ты не лучше нас. Так ты, значит, хочешь мальчишку в обмен на бабу? – Бамий внимательно посмотрел на странника.

– Не только! Еще чтобы вы оставили меня в покое, как только получите девчонку. И не я на вас напал первым, – Роберт говорил, пытаясь быть сдержанным.

– А не пошли бы вы оба на, – закричала Грави, но не смогла договорить, Роберт сжал её горло так, что она начала кашлять.

– А мне тебе на слово поверить надо, что ты проблем создавать не будешь потом? – усмехнулся предводитель налетчиков. – Вот как будет. Ты и баба идёте с нами, когда контракт с ней будет разорван, мы отдадим мальчишку и отпустим тебя. А если нет, то этому юнцу прямо сейчас горло перережут. А дальше делай, что хочешь. И мы, как и договаривались, пришли впятером, но остальные мои люди недалеко. Решай, переговоров больше не будет, – монотонно сказал Бамий, не изменившись в лице.

– Вот тварь! – прошипел Роберт.

У мальчика перед горлом засверкал изогнутый кинжал. Глад открыл рот и прерывисто начал дышать. А глаза налились слезами, но из последних сил он держался и не начинал плакать. Роберту ничего не оставалась. Он даже не стал ничего говорить варварам, только скупо кивнул головой с холодным взглядом. Мысли в его голове обрушились каменной стеной. В горле пересохло, а язык стал тугим и непослушным. Грави чуть повернула голову на странника и искоса посмотрела, но не проронила ни слова. Лишь поджала губу. В этот момент почти бегом к ней подбежал варвар, оттолкнув Роберта, он повесил на девушку кулон с символами. А потом туго связал её руки за спиной, не церемонясь, затянул, так что лицо девушки скривилось от боли. Путник в этот момент застыл на месте, и по лицу показалось, что он потерял ход событий, и будто это происходило не с ним, а он был просто наблюдателем.

– Не твоё это – переговоры вести. Молод ты еще и глуп. Что встал как вкопанный, сам пойдешь или как? – сказал все так же спокойно Бамий, положив руки на пояс.

Связанную и беспомощную рыжеволосую бесцеремонно потащили дальше от Роберта. Странник еще не вернулся в реальность и перебирал сотни вариантов своих действий, как вдруг словно не его голос прозвучал в голове: хватит думать, просто действуй. И этот голос отрезвил, заставил перестать трястись руки, помог восстановить дыхание, что было хаотичным до этого мига. И позволило сделать шаг, первый шаг который ранее казался невозможным. И в этот момент Глад, видя, как Каритас грубо тащат за волосы, дернулся в сторону и побежал навстречу девушке со всех ног. Мальчик случайно или нет отлично выбрал момент. Именно в миг, когда часть варваров уже отвернулись, а часть наблюдала за девушкой, ребенок смог ускользнуть.