- -
- 100%
- +
– Вот черт! Сбежали! Догонять надо!
Но в темноте послышался голос, принадлежащий пожилому человеку. Он произнес хриплым голосом:
– Прекратить погоню. Мы похитили его сына. Месть окончена. Вековая вражда закрыта.
– Дядя, что же это делается? Ты забыл, что Размик – последний мужчина Веробьян. Убить его и завершить вражду! А мы стоим! Не понимаю!…
– Помню про Размика. Мы его убьем, но останется маленький враг, который вырастет и продолжит месть. А мы выкрали его сына и он вырастет нашим сыном. И будет принадлежать нашему клану, а не клану Веробьян. Семьи Веробьян как клана больше не существует. У них нет мужчин, умрет Размик, и нет его семьи. А мы сегодня еще одного наследника приобрели и увеличили свой клан. Это вы понимаете?
Послышались приглушенные голоса. Кто-то согласился с доводами дяди Тиграна, а кто-то затаил злобу. Однако дядя Тигран был уважаемым человеком в их клане, и все вынуждены были подчиниться ему. Неудовлетворенные Зарикяны покинули опустевшую усадьбу, напоследок плюнув на порог вражеского дома.
А малочисленная и обездоленная семья Размика, состоящая из старых и малых, аккуратно спускалась по горной тропке вниз. Ануш – мама Размика была уже совсем старенькая. Сын поддерживал маму под руку, а ее пожилую сестру Назик вела старшая сестра Размика. Все-таки уважение к пожилым людям – это священное понятие в жизни армянского народа. Так принято во все века. Пока ты молод – ты силен, и ты помогаешь маленьким и пожилым. Но наступит час, когда ты сам станешь старым и беспомощным человеком, и тебе поможет младшее поколение твоей семьи. Забрезжил рассвет, идти стало легче. Хотя бы видна тропинка под ногами. Слава Богу, их никто не преследовал.
Бабушка Ануш шла и слезы стекали по ее щекам, она их даже не вытирала. Плакала беззвучно, чтобы не заметил Размик. Ему и так горя хватает. Что станет с маленьким Каренчиком? Он оказался в руках врагов. Но она прожила долгую жизнь и многое видела. Обычаи кровной вражды были известны всем. Никто не щадил врагов. Похороны в одном клан, праздник – в другом… Для чего? Откуда такая жестокость?
Поводом для кровной мести были убийство, ранение, похищение девушки, захват земли, оскорбление гостя, чести, домашнего очага. В их случае это было случайное убийство парня. Подрались два парня из-за девушки. Удар кулаком оказался слишком сильным, противник свалился замертво. И пошла череда смертей… И вот результат. Их клан вырезан. Остался один мужчина – ее сын Размик. И мальчика украли для того, чтобы спасти их всех, спасти Размика. А мальчика не должны убить. Он будет расти в одной из семей клана Разикян. Ануш успокаивала себя как могла. На рассвете Размик предложил всем присесть на камни и отдохнуть. А заодно и подкрепиться лепешками с водой.
Размик попросил взрослых женщин после завтрака присоединиться к нему, чтобы обсудить план дальнейших действий. Надо было решить, куда двигаться дальше. Семейным советом принято решение в долине сесть на поезд и уехать как можно дальше от этих мест. Если будет возможность добраться до местности, где находится озеро Севан, то вот куда надо ехать и там обосноваться на всю жизнь. Ануш вспомнила, как ее бабушка рассказывала, что там, где находится озеро Севан – это благословенные места.
Семья продолжила путь. Добрались до железной дороги. Размик купил билеты до города Мартуни. Это был ближайший городок, расположенный на берегу озера Севан. Размик уже тысячи раз мысленно посылал благодарность Тиграну за деньги, которыми тот снабдил его ночью. Денег хватило на дорогу и на первое время.
Городок оказался небольшим, но уютным. Вокруг него располагались плодородные земли, позволявшие выращивать фрукты и овощи. В совхозе, расположенном в пригороде Мартуни, Размику предложили поселиться в старенький заброшенный дом, на самом почти берегу Севана. Лучшего варианта и не придумаешь. С работой тоже все разрешилось неплохо – Размику предложили заняться выращиванием винограда. Как раз совхоз выделил огромную площадь под виноградники, а рядом уже начато строительство винзавода, так что Размик попросился на работу именно туда. На винограднике он был, как рыба в воде. Дети пристрастились бегать на рыбалку на озеро. Взрослые начали восстановление старенького домика. Горы были не так уж далеко. Можно поискать мелкие камни для возведения пристройки к дому. И Размик начал готовить строительные материалы. Вот тут пригодились остатки неизрасходованных денег, полученных от Тиграна.
Через год домик имел уже совсем другой вид. Появился второй этаж и значительно расширено основание дома. Теперь он стал иметь привлекательный вид. Вокруг дома разбили сад. И жизнь понемногу налаживалась. Аревик не могла нарадоваться тому, что и здесь она могла находиться всегда рядом со своим любимым Размиком. Они работали вместе, и домой возвращались тоже вместе. Дети в его сборной семье подрастали, учились в школе, а их красавица дочка Лусинэ собиралась уже в первый класс.
Несмотря на положительные моменты в жизни и постепенное обустройство быта для всей семьи, ничто не могло вытеснить из сердца супругов тоску по их маленькому Каренчику. Как часто Аревик плакала на груди мужа, он всеми силами успокаивал ее и говорил, что пройдет немного времени, война забудется, они с женой поедут в свое родное селение и наведаются к Тиграну. Попросят хотя бы издалека показать им сыночка… А сам с трудом верил в свои слова. Но жена – то ему верила и постепенно успокаивалась.
В один из солнечных летних дней Аревик как всегда работала вместе с мужем на винограднике. Обедать им нравилось в тени виноградной лозы, где можно было после работы на знойном солнце минут двадцать отдохнуть в прохладе. Аревик расстелила на травке полотенце и накрыла «стол». Ей дорога была каждая минута, проведенная с мужем наедине. Она прислонилась к плечу мужа и, заглядывая снизу в его глаза, лукаво произнесла:
– Размик, а у меня есть секрет! Хочешь открою тебе его?!
– О, конечно, хочу!
Аревик улыбнулась той самой улыбкой, которую обожал Размик и сказала:
– У нас будет малыш! Я беременна!
Размик обнял ее, аккуратно опустил на траву и нежно поцеловал жену прямо в губы.
– Спасибо, родная моя, за добрую весть. Хоть бы это был сын! Ну, какой армянский мужчина не мечтает о наследнике, даже если наследства с гулькин нос!
И они весело засмеялись. Теперь Размик берег свою жену особенно. Он запретил ей поднимать даже легкие инструменты, он определил ей место для отдыха, сделал там деревянный простенький диванчик, куда отправлял жену отдыхать, а сам работал за двоих.
Глава 3. И радость приходит тоже не одна…
Они радовались тому, что теперь, наконец, кровная вражда окончена и можно будет спокойно рожать детей, которых никто не собирается похищать или убивать. Тем более, что война закончилась давно, народ уже стал забывать о тяготах военных лет. Настало время родов. Размик заранее привез жену в роддом. Он волновался за нее так, как не волновался за других детей. Слишком тяжкое горе потери Каренчика. Надо беречь жену и будущего ребенка!
Аревик привели в палату, она удобно расположилась у окна. Ей хотелось сразу увидеть мужа, как только он появится под окнами роддома. Ее малыш так сильно донимал маму, он стучал ей в бока, и переворачивался каждую минуту. Она с улыбкой прислушивалась к его возне и думала с удивлением:
– Да когда же он спит, вот это ребенок у нас будет активный! – ее радости и восторгам не было предела. Она ждала родов. Живот вырос огромный. Она уже думала, что там толкают ножками маму близнецы… Она радовалась и близнецам. Дети всегда в радость, когда есть взаимопонимание с их папой.
Пока Аревик еще чувствовала себя вполне нормально, схваток не было. Это ее муж волновался за нее и не допускал даже малой степени риска. Так что рожать в нормальном роддоме для нее было впервые. Двух первых детей она рожала под наблюдением сельской знахарки. А здесь, в Мартуни, была хорошая больница и хорошие врачи. Женщина верила в то, что будет хорошо.
В коридоре вдруг послышались крики, стон женщины. И громкий крик врача:
– Быстро в родилку! Готовьте ее к родам!
Дверь в палату Аревик открылась и мимо нее провели молодую женщину, почти девочку. У нее уже были схватки такие, после которых женщина начинает быстро рожать. Женщина стонала и кричала, что она умирает, ее волосы растрепались, крупные волны черных кудрей закрывали ее плечи и грудь… Ее быстро провели в родильный зал и начали раздевать. Не успели уложить на стол, как показалась головка ребенка. Еще пара минут и раздался крик младенца.
Врач радостно произнесла:
– Мамочка, ты молодец! Родилась доченька! Смотри, какая большая и красивая! Крупный ребенок!
– Не надо мне ее показывать! Я не хочу быть матерью, я еще не взрослая…
У только что ставшей мамой молодой женщины началась истерика. Она кричала, отпихивала от себя ребенка. Девочке обработали пуповину, запеленали и унесли.
Через некоторое время молодую мамочку перевели в палату, где была Аревик. Женщину звали Ананух, что в переводе означало «мята». Женщина плакала, отвернувшись к стене. Ей дали таблеточку, чтобы она могла уснуть и привести нервы в порядок. Но так она нервничала, что никакие снотворные на нее не действовали. Она долго рыдала, потом немного успокоилась, но еще всхлипывала, совсем как ребенок.
Аревик стало жаль бедную девушку, она подошла к Ананух, присела на краешек ее кровати и погладила ее по голове. Девушка вздрогнула, оглянулась и снова горько заплакала.
– Ананух, детка, отчего ты так горько плачешь? Ты не хочешь воспитывать дочку?
– Не хочу! – у девушки снова началась истерика. – Меня изнасиловал парень, которого я даже не знала раньше. Недавно умерла моя мама, и я боялась сказать отцу, что со мной такое случилось. Ему и так горя хватает, а тут еще я со своей проблемой. У меня даже жениха не было, не успела влюбиться. Наступила беременность. Мне некому было рассказать о своей беде. И посоветоваться не с кем. Но беременность невозможно долго скрывать. Отцу стало плохо, когда он увидел мой круглый живот. Он не стал даже слушать меня. Выгнал из дома… Для армянской девушки родить без мужа – позор! Мне никогда больше не выйти замуж. Остается только умереть…
Какой толк в словах, чем успокоить девушку? Аревик просто гладила девушку по голове и тоже плакала вместе с ней. Только у каждой были свои причины плакать. Вот Ананух не хочет забирать дочку из роддома, а она была счастлива в роли матери двух детей. Но ей не дали воспитывать своего сыночка. Каренчик стоял перед ее глазами всегда. Он теперь уже выглядит не так, когда она его видела в последний раз. Он растет… Милый сыночек! Неужели ей никогда с ним не суждено встретиться?…
Резкая боль пронзила ее живот. Начались схватки. Последняя реальная мысль промелькнула у Аревик в голове, что если все у нее самой будет нормально, она поговорит с мужем, и они заберут девочку к себе. Пусть растут два ребенка, будут как близнецы.
Боль пронзила ее насквозь, и Аревик перестала уже думать о чем-то, не касающемся лично ее и будущего ребенка. Она положила руки на живот, как будто просила маленького не нервничать. Застонала так же жалобно, как недавно еще стонала и кричала Ананух. В палату заскочила врач и попросила Аревик постоять спокойно хоть пять секунд. Она должна посмотреть, скоро ли начнутся настоящие схватки. Похоже, вот-вот женщина родит. И тут же Аревик увели в родильный зал, где возле нее уже были врач и акушерка. Потом прибежала еще одна женщина – врач и они о чем-то тихо переговаривались. Аревик было уже не до разговоров, но краем уха она успела услышать, что ребенок лежит неправильно, пойдет ножками вперед, а не головкой. Врачи ожидали трудные роды. Есть опасность для жизни матери…
В перерыве между схватками Аревик мысленно молилась и просила Бога дать жизнь ей и ее ребенку. Она не имела права умереть, поскольку маленькая Лусинэ останется без мамы. Но самое важное – она должна найти Карена и вернуть его в родную семью. Именно она должна воспитывать своего сына. Никто не даст ему столько любви, сколько родная мать. Однако, начиналась новая схватка, и Аревик снова теряла ощущение реальности. Ей казалось, что она уже и не в больнице. А как будто видит себя сверху. Возле нее бегают врачи, но ребенок еще внутри нее. И ей показалось, что она летит по светящемуся тоннелю, впереди она видела очень красивый яркий и в то же время ласковый свет.
Вот Аревик вырвалась их тоннеля на простор. Вокруг было так красиво. Небо было в этом месте и голубое, и розовое, а блики солнца совершенно не ослепляли ее глаз. Она осмотрелась и увидела, как к ней бежит ее мама, умершая несколько лет назад странной смертью. Легла спать, и чувствовала себя здоровой, не жаловалась, что у нее что-то болит. Но утром не проснулась. И вот она, мамочка ее любимая, стоит перед ней.
Аревик почувствовала себя удивительно спокойно, ей не было больно, совсем не хотелось никуда уходить от мамы и она сказала:
– Мамочка, как я по тебе соскучилась! Я к тебе пришла и теперь всегда буду с тобой.
Но мать покачала головой и грустно улыбнулась:
– Доченька моя, нельзя тебе оставаться со мной. У тебя уже трое детей. А еще и Каренчика надо найти.
– Мама, почему трое, у меня родятся близнецы? Да, мамочка?!
– Нет, дочка, один сынок родится.
– А откуда еще ребенок? Лусинэ, Каренчик и родится маленький, еще один сынок. Размик хочет сына.
– Ты заберешь девочку от Ананух. Сделай доброе дело. Будет тебе потом счастье через эту девочку.
Вдруг мама стала исчезать, таять прямо на глазах Аревик. Как будто уходила в туман и вскоре исчезла совсем. А сама Аревик открыла глаза. Над ней склонились врач и акушерка и обе с тревогой смотрят ей в глаза. Пожилая доктор обратилась к ней так ласково и сердечно, как будто Аревик была ее любимой дочкой. Она обращалась к ней точно так же, как ее мамочка.
– Детка моя, доченька, напрягись еще чуть-чуть! Ребенок не должен погибнуть! Давай немножко потужимся. Еще момент – и он родится. Он ножками идет. Мы уже увидели, что это мальчик!
Аревик потеряла ощущение времени и реальности. Она не могла сделать ни одного движения, у нее закончились силы. И вдруг началась схватка такой силы, что ей пришлось поневоле поднатужиться и появилось ощущение, как будто что-то булькнуло, в этот момент она почувствовала необыкновенную легкость во всем теле. Исчезла боль… Врач подняла над ее головой ребенка, еще связанного с матерью пуповиной и радостно сказала:
– Смотри, какой красавчик родился. Сейчас пуповинку обработаем.-она шлепнула малыша по ягодичкам, и он басовито закричал.
Мать смотрела на новорожденного, ей хотелось плакать от счастья. Размик мечтал о сыне. Она родила ему сына. Но тут же молнией в голове пронеслись слова мамы, что она должна забрать дочку Ананух. И Аревик слабым голосом прошептала врачу:
– Я хочу забрать дочку Ананух, от которой она отказалась. Я хочу ее воспитать вместе со своим сыночком.
У пожилой женщины – врача показались на глазах слезы. Она погладила по голове Аревик и сказала:
– Детка моя, у тебя золотое сердце. Ты хочешь забрать чужого ребенка. Придет твой муж, напишете заявление и будем подавать в городской Совет. Возможно, ребенка захочет забрать отец или другие родственники.
– Нет у девочки никакого отца. Ананух изнасиловал неизвестный парень. А отец выгнал ее из дома. Ей некуда идти с ребенком. Я хочу забрать девочку.
Врач с сомнением покачала головой. Она боялась взять на себя ответственность за такое смелое решение.
Аревик заплакала и сказала врачу:
– Мне мама так сказала, чтобы я забрала девочку.
– Когда? Здесь не было твоей мамы…
– Да нет, она была там, куда я улетала. Моя мама умерла пять лет назад. А сегодня я ее видела.
Доктор поняла все, о чем говорила Аревик. Они уже думали, что могут не спасти Аревик. Роженица потеряла сознание. Ребенок шел неправильно, застрял в родовых путях и чуть не задохнулся… Наверное, мама ей с небес помогла родить малыша и сказала, что она должна забрать девочку Ананух. Бог даровал Аревик долгую жизнь, а она должна помочь малышке, которую хочет бросить мать.
Доктор поняла все. Она видела, как плачет Аревик. Женщина будет хорошей матерью этой девочке.
Доктор была уже предпенсионного возраста. И имя у нее было очень красивое – Гаянэ Грачевна. Она никогда не была замужем. Ее жених погиб на фронте. Обидно было, что погиб в 1945 году, уже находясь в Берлине. Она не могла забыть любимого и не захотела выходить замуж, но вот сердце просило объект любви, о ком-то надо было заботиться. Гаянэ не выдержала и взяла девочку, которую принимала сама. Мама была молодая, отказалась от девочки и категорически заявила, что даже если сейчас согласится ее забрать из роддома, то на улице все равно бросит на автобусной остановке. Малышка была такая маленькая и беспомощная… Гаянэ Грачевна представила, как лежит эта кроха и мерзнет на автобусной остановке. И она категорично сказала женщине:
– Пиши сейчас отказ от ребенка.
Та мигом написала, а Гаянэ Грачевна немедленно начала оформлять бумаги на удочерение. Теперь у нее есть внуки. Ее дочка родила ей трех очаровательных внуков. Гаянэ познала радость и счастье материнства.
Гаянэ сказала Аревик, что разберется с этим вопросом и скоро даст ответ. Аревик еще была совсем слабой после родов, она тихо прошептала:
– Доктор, помогите сделать так, чтобы я забрала из роддома сразу обоих детей. Мужу я скажу, что родились близнецы. Мужу будет некогда ходить по инстанциям и оформлять удочерение, он много работает. Я уже полюбила эту девочку.
– Потерпи, детка! Я же сказала, что иду решать этот вопрос.
С Аревик занималась акушерка, роды в целом закончились благополучно. Сынок уже был в комнате, где малыши лежали каждый в своей кроватке. А в этой палате всего две роженицы было и два ребенка. Гаянэ Грачевна сделала все так, что комар носа не подточит. Оформили, что Ананух родила мертвого мальчика и ее выписали. Она забрала мертвого ребенка.. Ананух вышла из роддома со свертком, в котором якобы несла мертвого ребенка. Больше ее в городе не видели. В документах Аревик было написано, что родились близнецы, мальчик и девочка. К ней пришел муж, он стоял под окном ее палаты и спрашивал знаками, кто родился? Она поднесла к окну двух малышей и показала ему.
Размик подскочил на месте… Двое! И крикнул:
– Сын есть?
Аревик засмеялась, кивнула и подняла в руках своего сыночка.
– Есть, Размик! Красивый! На тебя похож. А вторая дочка. На меня похожа! Здоровенькие!
Размик плясал во дворе. Он прыгал и махал руками. Гаянэ смотрела на счастливых родителей и улыбалась. Когда Размик ушел, она спросила Аревик, скажет ли она мужу о том, что вторая дочка приемная.
– Конечно скажу. Размик добрый, он не обидит девочку.
– Тогда, детка, давай оформлять документы на удочерение. Иначе меня могут посадить в тюрьму за подделку документов. Или мы с тобой обе будем молчать. Акушерка обещала хранить твою тайну тоже. Или мы оформляем девочку в дом малютки. Решай сейчас. Времени у нас уже нет.
– Доктор, обещаю вам молчать всю жизнь. Мы с вами договорились. Спасибо вам за доброе сердце. Я клянусь, что не скажу мужу и, вообще, никому не скажу.
Глава 4. Дети – главное счастье в жизни
Вот так Аревик сразу почувствовала себя матерью близнецов. Девочка была такая милая и спокойная, чего нельзя было сказать о сыне. Молока в груди было много, хватало обоим малышам. Они только ели да спали, а мама кружилась вокруг них день и ночь… Она так боялась, что с детьми может что-то произойти. Вот с Кареном ведь случилось непредвиденное.
Прошло несколько дней, маму с детишками обещали отпустить домой в воскресенье. Размик как раз не работает, и сам заберет свое семейство домой. Счастливый Размик прилетел как на крыльях. Ему не терпелось взять на руки своих драгоценных детей. Против рождения дочки он ничего не имел против. Главное, что наследник родился. У них будет теперь две дочки и два…, да нет – один сынок. Каренчика они теперь вряд ли увидят в качестве своего сына. Не для того ребенка забрали, чтобы тут же вернуть… Пелена слез застилала глаза Размика. Но он понимал, что если не взяли бы Карена, сейчас мало кто был бы жив из его семьи. С такими мыслями, то плача, то смеясь, Размик спешил в роддом. Врач Гаянэ Грачевна сама лично вынесла близнецов на своих руках на крыльцо и вручила детей отцу.
Аревик стояла похудевшая, помолодевшая… Только чуть – чуть румянец исчез. Забота… С двумя малышами не особенно будет время отдыхать. Но она улыбалась мужу улыбкой, полной любви к нему и к своим детям. И он чуть не прослезился от наплыва чувств, но вслух сказал:
– Аревик, все дома тебя ждут и все хотят помогать тебе с малышами. Так что, старайся побольше отдыхать. Ты должна беречь себя.
И с шутливой строгостью спросил:
– Поняла меня, жена?
– Поняла, уважаемый супруг!
Все дружно засмеялись. Врач и родители малышей. Только сами герои ничего не подозревали, они спали на руках у папы. Тепло и уютно детям во все века на отцовских руках. За воротами роддома их ждал грузовик, который предоставил счастливому отцу директор винзавода. До дома добрались быстро. А во дворе выстроились домочадцы в длинную шеренгу, как солдаты на плацу. Сначала старейшины рода: Ануш и ее сестра Назик, потом их дочки, а затем по возрасту и росту – вся малышня.
Не так часто в последние годы кровной вражды в семействе Веробьян рождались дети. Убивали молодых мужчин, откуда было взяться продолжению рода?… Поэтому все радовались возрождению семьи. Вот уже и мальчик есть. Он будет главным наследником и продолжателем рода.
В армянских семьях собирался обычно семейный совет чтобы дать имя новому человеку. И после ужина такой совет начал обсуждение важного вопроса. Обычно в Армении детям давали имена по нескольким принципам: по титулам, по родителям, по географии, по роду занятий родителей и по отличительным признакам человека. В случае близнецов решили назвать детей по географическому признаку. Семья после бегства из родных краев поселилась на берегу озера Севан с этой темой и будут связаны имена детей. Размик предложил сына назвать именем озера – Севан. Мама и тетя согласились с таким именем. Очень значимое имя получилось. А какое имя дать девочке? Она уродилась такой милой и уже сейчас в ней чувствовалась красота и ум. Это так видела Аревик. Она так и сказала своим близким. Что девочка как алмаз, в ней чувствуется королевская стать. И предложила назвать девочку Алмаст, что означает в переводе «алмаз» или Тагуи – королева. Выбор пал на имя Алмаст. Итак, в семье появились новые люди – Севан и Алмаст.
Время летит незаметно. Прошло уже десять лет. Алмаст росла в своей семье и была любимицей обеих бабушек. Девочка росла веселой, здоровенькой. Она все время пыталась помочь то одной бабушке, то другой. И Ануш, и ее сестра Назик были привязаны к девочке. Отец Размик души не чаял в сыне. Он и дочек любил, но уж очень большие надежды возлагал на сына. Он берег его как зеницу ока. Они снова с Аревик работали вместе на винограднике и хорошо зарабатывали. Но мальчика все время брали с собой. И не спускали с него глаз. Здесь-то его никто не будет похищать, но бдительность не помешает. Аревик с мужем каждый день вспоминали старшего сыночка Карена, и никогда не начинали трапезу, пока не помолятся Богу и не попросят всем членам их семьи здоровья а особенно-Каренчику. Где бы он ни находился, он оставался их сыном.
Не успели Размик с Аревик оглянуться, как их дочка Лусинэ выросла, окончила педучилище и теперь работала в детском садике воспитателем. Через год получила квартиру от совхоза. Ведь и детский садик принадлежал совхозу. Родители удивлялись, как же быстро пролетели годы. Лусинэ вышла замуж. А через год с небольшим подарила старикам внучку.
В год рождения внучки ушла из жизни мама Размика – Ануш. Сестра Размика – Карина вышла замуж. Ее избранником оказался мужчина, который осталс вдовцом и один воспитывал двоих детей. Карина переселилась к мужу, ее дети уже к тому времени стали совершенно взрослыми и жили отдельно. Постепенно повзрослели дети его двоюродной сестры, и тоже обзавелись своим жильем. Вот и остались Размик с Аревик со своими детьми в просторном доме. Размик на втором этаже сделал уютный балкон, увитый виноградом, вот там они и любили встречать закат со своей Аревик. Их дом находился в непосредственной близости к озеру.
Солнце опускалось в воды озера и ночь входила в городок. В час заката Размик часто вспоминал отца. Очень жаль, что жизнь отца оборвалась внезапно. Как бы он радовался внукам и правнукам. Аревик часто грустила и плакала тайком от мужа. Но разве скроешь от Размика хоть что-то? Он все чувствовал. Но не спрашивал жену ни о чем. Потому что отец и сам чувствовал то же самое. Им как никому было понятно, что о Карене они не забывали никогда и не забудут. Все-таки тлела надежда, что когда-то они встретятся с сыном.