Город, который умеет спать

«Важно не то, что здесь написано, ни слог, ни поэтичность образов, ни то, насколько точны исторические события. Важно лишь то, что чувствует читатель, какие образы именно его жизни возникают именно в его памяти»

Чувствуешь так много сил в себе… и хочется, чтобы такой же могучий ветер поднял тебя над миром, и вы полетели бы вместе. А получается так, что ты гуляешь где-то между ветвей деревьев, и то одна… это, наверное, называется инициатива, или как?

А ещё хочется не бояться. Не бояться опоздать на работу, что закончится кофе, что останешься одна, и не бояться лететь с горы на скорости. Страшнее всего, всё-таки с горы. Потому что… а собственно, почему? Потому что в голове у любой женщины много тараканов? Потому что кто-то, кого ты не знаешь, катается лучше тебя? Да, это всегда будет так. У кого-то ноги длинные, волосы светлее, глаза другого цвета, и так далее до бесконечности. И это всё может быть у одного человека сразу,… кстати да, есть же ещё люди, которые с твоём возрасте добились гораздо большего) ох уж эти приступы самоедства…

Пожелать себе хорошего вечера? Желаю. Только спасибо за то, что я не матерюсь, а то этому чертовому психологу самому нужен психолог…

P.S. К вопросу о женской системе мышления. Прошло примерно 90 секунд, и за это время я прошла путь от огромной энергии и стремления что-то делать до полного самоуничтожения.

Браво.

Остановись! Ты снова выходишь их равновесия. Не смотри туда! Там бездна души, скрывающей свою заинтересованность…

Забудь. Забудь всё: песни, взгляды, ситуации, слёзы, обиды. Да, ты смогла уже это сделать, но каждый год, когда наступает зима, ты уходишь. Уходишь в свою пещеру и пишешь… строчишь послание, но не отправляешь… хотя, как-то отправила, что было достаточно неожиданно… и для тебя тоже…» Эти слова всплыли у меня в памяти на грани яви и сна, как вспышка света в темноте, ослепили и ушли, оставляя за собой только боль от ослепления…»

Вчера стояла на Новом Арбате около своего любимого магазина, наблюдая закат… Тысячи людей пробегают мимо, даже не поднимая головы, а я смотрела… Какой же красивый этот последний перед смертью закат…

А сегодня в лесу туман. Я вся в черном.

Казалось бы… прошло 4 года, и всё должно закончиться… И всё закончилось. Всё, что было в прошлом – осталось в прошлом. В настоящем только настоящее.

Ты снился мне вчера. Это безумное состояние.

16 ноября. 4 года. Ещё раз прости. Ещё раз знай, что это будет длиться вечность…

Диета. Как шесть лет назад… только тогда это очень плохо закончилось… вернее, закончилось оно только недавно… а сейчас?!Что сейчас?! Снова весна, снова эти эмоции… будто пирожное с кремом, таким шоколадным, вкусным. А я на диете. Снова чувствую, что это так жестоко. И к тому же переходный возраст так рядом, и влюблена в него по уши… или больше. Я дала себе волю на 7 минут. Она бы меня ненавидела, а он теперь меня и ненавидит. «Как ты могла? Зачем?». Да, ничего же, ничего не произошло! Я себе не могу позволить всё, о чем я с таким содроганием всего тела думаю… Ты с пониманием. Ты сказал «пройдет». Ну да, пройдет, только он ещё долго будет… нет, не обижаться, – злиться! Переживем… весна такая, простите…

Я иду домой, укутавшись в шикарную норковую шубу и свои кудри, на каблуках… цвет маникюра гармонирует с цветом белья… цветы, подарки… она пишет мне, что у неё сейчас случится волшебная ночь, но я ей не завидую. Я просто иду домой одна. Сейчас бы массаж, расслабляющую ванну… но нет… я рухну спать, благодаря судьбу за то, что все мои нервы были не напрасны… А всё остальное… гори синим пламенем. Я устала и не хочу больше слушать сказки.

Пиши… пиши мне, меня и обо мне… пока хватит сил, делай то, что хочешь… и не останавливайся. Это ожидание… это сладкий привкус выходных на траве. Но не сильно, не бойся. Мы же без психологических переносов, мы же кибер – люди за ночь полгода. Без света красотой по покрывалам, зато без истерик и молитв всё чаще. А мне бы тишину за волосы и тень в руки, но я сама лучше, чем казалась себе. И эти глаза стальные, но не в них тепло, не их игра. Пошли гулять? Мысли проветрим, поговорим, наговоримся… до иступленных мук, отчаяния, до утра, когда ни в коем случае… и, пожалуйста, без обидчивых людей. Хотя без них ничего бы и не было, да ничего, наверное, и не будет. И кто-то звонит, стоит лишь надеть пижаму на голое тело и забыться сном. А ты играй и не думай… я же всё сама, но ещё немного больше, чем… Какие гордости, за этот день можно многое отдать, и ещё немного. И ещё то, что забыть нельзя. Ты одна дома, но глаза перед глазами так необратимо смеются, я хочу их своим безумием в свою волю… А ты давай прощай за то, чего не было…

Глупые подвиги и воспитание стойкости. Чуть-чуть и сорвет крышу… И неужели возможно так играть?! И почему мне, для меня и со мной. Самое важное играет вдвоем, как в книге, я плакала… Пить целый день что-то, куда-то гулять, а потом, засыпая, не сметь шелохнуться. Хотя бы и надо… вроде страшного сна. Прикинуться, что просто так вышло, чтобы потом вошло. А я бы встала рано-рано, завтрак приготовила и не раздражала её. Блинчики с земляникой, это даже романтично, но нельзя. Зато эта сладкая интрига… особенно когда глаза те, что темнее всех и слаще. И по спине мурашки, и по щекам слёзы, а ты сидишь на полу и руки ломаешь…

Только я сама оценю этот героизм и неподвижность…

Не надо заставлять меня ревновать, я сама…

И была ли музыка, и зачем, если была, и будет ли когда-нибудь ещё… и почему на дне души такой неприятный песок? Наверное, это ночь и слишком много женских имен за одну неделю. Хотя, нет, я знаю, это мои стихи. Заставляй себя их не писать, не думать о последнем. И песня. Она идеальная, но больше не твоя, но всё же больше идеальная, чем не твоя. Я найду её ещё раз и буду петь тихо, чтобы слышали только клавиши и пальцы, но не ты. И не сердце. Поле для деятельности… ромашки, простые ромашки, но такие родные и красивые. И небо светится до утра разговорами, но я одна, абсолютно одна, только кот спит рядом на мягких подушках и больше не злится на меня… Научить ребенка быть сильной. Такой же сильной, как сама мечта в синей акварели и родном запахе. Это выше всего, и я в неё верю. И в него верю. Он сможет. Расставляя всё по своим местам, не думаешь о прошлом. Есть сейчас и кажется, пора уже уезжать… Ехать по прямой, потом лететь так же, чтобы никуда и никогда больше… Но это выше меня. 170 см, никогда бы не подумала, что такое радость. Равновесие нарушено, хотя на сцене стоишь уверенно, но не вступаешь потому что боишься. И смотришь в конце песни в душу так робко… А там все злые и не ценят мою доброту. Я же забочусь о них, но они меня подставляют и кричат, что не надо… И только ты по ночам сердце слушаешь, заставляешь биться ровно, как чья-то любимая женщина…

Губы не врут… лучше беги…

Спать… температура лечится чем-то таким приятным, горьковатым на вкус, тяжелым на вид, и кажется и правда до последнего… А я не первая. Пятая. Но кто же четвертый?! Так и не нашли. И куда эти мысли гонит тихое утро прогуляться. Сколько света в этой жизни, сколько секретов. И летит по ветру счастье, обгоняя меня на перекрестках. Шнуры, ремни… когда-то ещё были бинты. И помни всегда, что я не такая простая, а немного по ту сторону, навсегда с этим безумием в своих руках… Она прекрасна, её звук заставляет жить… И я никогда не чудо, когда ревность лезет такая, что кулаки сжимаются ежеминутно на каждую мышь. А дальше тишина. Ты ничего не делаешь. Физика, помнишь? А мы химию захотели… и будет так обязательно, что бы ни случилось. Слова и знаки разбегаются по разные стороны баррикад и начинают свое нападение. Но всё хорошо. Тихо ломит кости. Говори мне это… я так давно этого не слышала… и умоляю, борись до конца… я почему-то верю…

И может быть всё, да не всё. Кажется, слишком много для меня сейчас. Или это просто джаз в голове, а не улыбка мистера «ни-в-коем-случае». Так много ошибок… у меня в жизни такого не было. Мир катится в болото, а мы – цветы, растущие по краям и манящие зависть своим же видом. А потом полночи сетуешь на пошлые анекдоты под бокал вина. И так много людей кругом, что бежать хочется, или чтобы просто не трогали, когда читаешь добрые книжки. Дождь за окном слишком внезапный, чтобы в себе замкнуться и не выходить часами. И вроде хочется, но слишком сильная, чтобы признаться. А в глазах грусть. Толи сейчас взять билеты и в субботу быть там, где не надо. Толи дождаться манны небесной. Голубой цвет порядком надоел, но я не хочу, это уже поздно. И что же выбрать, когда столько путей впереди, столько знаков, фотографий, сомнений. Выбрал бы однажды, не побоялся. Я же не смогла бы отказать тебе, такому взрослому и сильному. А музыка всё чаще кричит на меня из колонок, что «sky is over»…а я, какие бы абсурдные вещи не делала, всё ещё не верю ей…

И вроде мне уже много лет… ещё чуть-чуть и совсем не много. А от этого чувства не избавиться никак. Мы как старые, только теперь добрее. Психанула. Ты лучше неё разбираешься в дорогах. Все лучше неё разбираются в дорогах. Но только бы ни дождь. Хотя он такой же спокойный, как и ветер, только не хочется мне дождя… Будет у меня ещё эта музыка, она же громче всех. Она на весь второй этаж гремит громом проезжающих подо мной электричек.

У тебя, наверное, даже и не было таких мыслей, а тут я. Или опять она? Странное спокойствие, как будто уже всё, но это слишком банально. Просто мотивации нет, а надо жить. Но вскоре мы помчимся.

Какая-то вчера не квадратная сбивка получилась. Надумалась.

Это не беда, когда горячую воду отключили. Беда, когда 3 раза за вечер джинсы по колено мокрые, а тебе ещё домой ехать… а тебе ещё жить после этого… а тебе ещё с ума бы не сойти…

This sky will never be over…

Это наверняка, от создателей «я подарю тебе эту звезду» и «будет и на нашей улице праздник»… но это всё не важно совсем. Важно только то, что ты чувствуешь. А тёплые почти все люди, пока живые.

Make my life like you make my day…

Эти инициалы были сразу… как же я была слепа… Ты совершенно не хочешь видеть что-то, что тебе не понравится. И вполне возможно, закрываешь глаза. Но это же все так, кроме ревнивых истеричек?

Хотя нет, это нормально просто взять и понять, что всё началось уже так давно, когда ты и подумать не могла…

Есть такие люди, которые развиваются. А есть те, кто тянется и уставая, опускается обратно на свой уровень. Им, наверное, весело и уютно.

Никогда не додумывайте за людей их ответы на ваши вопросы… одно «вы к этому не готовы» может целый мир перевернуть, потому что хотелось до дрожи в коленках.

И если придётся стрелять, то я сама потянусь за патронами…

И всё было бы хорошо, если бы «всё и сразу» не хотелось теперь ещё сильнее. Или так сильно хотелось всегда, просто я это скрывала так, что казалось, что вообще об этом не думаю…

Однажды из моей стиральной машины повалила пена… я стирала кеды… и этого дня я больше никогда не забуду…

Одну нашла. Красивая. Светится. Какая вторая?

А меня не за что винить… совсем ничего… просто мне хватило одного дня, чтобы прийти в себя и не повторить ошибки прошлого года. И позапрошлого. И вообще ошибки.

Психологическая привычка вырабатывается за 21 день. И я попробовала… Похудела на 5 кг, выучила 5 песен на гитаре, мою посуду сразу после еды и никогда никого не прошу об этом… исполнить желания? Есть! Лететь 180 км/ч по ночным дорогам, пока ладони не начали скользить по баку, сделать свою самую большую тату, заработать на отпуск и наконец-то в него уйти! Не было плохо, было лучше всех… но мир внезапно становится цветным… и это так страшно.

А вообще. Я бы взлетела так ещё раз… зачем? Хм… мне кажется, мне ещё есть, что сказать на этой высоте…

Вокруг меня слишком много пустых стульев… два телефона, которые молчат. Окно закрыто. Тихо. Чайник не шумит – вскипел. Чей-то до слёз приятный голос наполняет эту комнату теплом. Кто это поет? Откуда такие сумасшедшие голоса, когда мой на записи звучит как когти по стеклу. Что за песня? В первый раз слышу. И надеюсь, что в последний. Эта песня прерывается на полуслове… ну зачем?! И оказалось, что никакой совести вообще не существовало. И я так безмерно хочу делать то, что не умею. И ещё танцевать. Танцевать с тем, кто хорошо это умеет, кому я могу доверять… доставлено, прочитано, доставлено, прочитано, не прочитано, не прочитано, не прочитано… once more, please…

Хватит рамок. Боль неизбежна.

Кидаешь тапочки в кота лишь потому, что слишком сложно самостоятельно снять пальто. Оно светлое, прямо по полу. А бабушка закрыла розы. Чем? Не важно, чем. Главное – их нет. И не будет. Глупо. Дорого. Хотя какая разница, какие. Хоть какие. А всё было так правдиво, когда ты смотрела фильм «Залечь на дно в Брюгге», и уже почти вещи собирала, чтобы туда уехать. Но нет. Ты же не смелая такая. Маленькая трусиха.

А я чаще счастлива. Безмерно. Лишь иногда всё становится плохо, но это же пройдет? И опять счастье накроет с головой. Лишь потому, что жить хочется так, как хочется, и стараешься вовсю.

Совсем. Вообще совсем.

Она портит людям жизни и ест вареную сгущенку. Она – бессердечная женщина.

Скоро наступит январь, и я сделаю всё то, что так хочу сделать, и прочитаю всё.

Черный кофе. Просто черный. Пей и не думай, вдохновляйся.

Позвонил человек, который пытается повернуть мою жизнь к себе лицом, и спросил, где я была какой-то датой… я не обязана. Снова всё отрицаю. Малейший проступок и он исчезнет. Я этого хочу. Но ему будет без меня гораздо легче жить.

Псевдо люди. Ужасные мины, выдающие чужие эмоции за свои. Они желают, и им везет. Никакого личного отношения к ним. Это как река. В них – мелко.

Со стороны не заметно, но самые сильные люди открываются таким же сильным и понимающим. Святое дело. Как человек, не верящий в успех другого, может посоветовать нечто дельное? Иди учись, не думай об этом.

Завариваю чай. От кофе поднимается давление.

Распускаю волосы. Развязываю пояс… Обряд прошел достаточно легко. Всё будет.

Я хочу тебя и твои часы. Знаю твой взгляд, в котором всё время веселятся вполне серьёзные черти. И эту уверенность в себе. Мы одного знака. И я знаю, как, но боюсь быть маленьким котенком рядом. Я сильная.

Вокруг пахнем сладко – халвой. Почти как вчера утром на твоем балконе. Но тогда приятнее. Только боялась рассказать то, как я это вижу и чувствую.

Я слушаю рэп. И Вагнера. Будто под чем-то. Алкогольное лето. И не важно, что он думает. On line – off line. Ты сегодня делал это примерно пять раз. Хочу написать тебе, что я влипла как минимум по уровень моей шикарной груди. Ты занимаешь все мои мысли. А надо уезжать и любить то, что хорошо. А я хочу как тогда. И всё равно. И всё равно… и всё…

Где-то там есть он… здесь, рядом со мной лежит только его ощущение…

Где-то там есть другой. Здесь есть только сувениры.

Где-то есть ещё один. Только он женат. Но он вернется, когда будет уже поздно.

Где-то есть тот, за которого я выйду замуж. Но пока я об этом не догадываюсь.

Где-то есть тот, кто летит сейчас в самолете в командировку.

Где-то есть тот, кто обожает, как я готовлю, но это ни к чему не приведет.

Где-то есть та, которая шикарно делает мне массаж. Но я такой никогда не стану.

Где-то есть тот, у кого я была первой. Через две недели у него снова будет первая, но теперь уже жена.

Где-то есть тот, кто едет на работу. Может, он и будет моим мужем. Но я пока не согласна.

Где-то есть тот, с кем мне нравится флиртовать, но он унылый.

Где-то есть он… а я сижу на балконе, печатаю эти странные буквы и живу…

Мой 21-й день рождения. Париж. Вершина Эйфелевой башни. Бриллианты… если знаете ещё одну женщину, которая сказала при этом «нет», познакомьте меня с ней!

Он ушел. Она сама закрыла за ним дверь. Всё потому, что он больше не позволяет ей целовать его улыбку. Она проплачет всю ночь после последнего глотка мартини. Он тоже сильный, раз смог так сказать.

Но его улыбка… Его взгляд. Это выше, сильнее, чем она могла предположить. «Просто для меня всё уже серьёзно». От этой фразы запотели окна на балконе.

Рок. Тяжелый рок в динамиках. И слёзы. Такие искренние, через себя, и запах НЕ его парфюма в постели. И босиком обнаженная на балкон, где всё ещё можно почувствовать свои ладони в его руках…

Больше не «до утра», теперь «до завтра»… а раньше казалось, что «до утра» – это как-то ближе. Но не могу я… не могу… что бы это было?! – Она предпочла идеалу тебя. Потому, что твои руки, улыбка, плечи, руки до кончиков пианистичных пальцев поднимают её температуру, заставляют дрожать мысли и засыпать здравый смысл…

Утро вечера мудренее. Дослушаю песню. Усну. Не просплю. Пойду в черном. Раньше, чем надо. Невыносимо…

15 августа 2015г.

Люди, идущие мимо, не замечают моей фигуры в глубине веранды цвета топленого темного шоколада… Им до меня и дела нет. Собственно, мне до них тем более.

Всё бы ничего, если бы не фразы: «Как один, почему один?» этих странных арабских голосов, которые никогда не удостаивались моего внимания. Райское место. Для двоих.

Но я здесь одна. Никогда не видела таких больших кроватей и одеял… и окно с постели в ванную, чтобы что?

80% отеля – молодожены… для них по вечерам устраивают ужин при свечах на берегу моря. Я сижу достаточно далеко, чтобы не слышать даже их голоса. У моих ног плещется море, задевая подол платья… Столько звезд над головой. Кажется, слишком много… И в этой осточертевшей, но волшебной атмосфере я думаю, что бы было, будь я тут не одна. И никого не могу представить рядом, кроме тебя. Такого мужественного, сильного, но разгаданного мной… Хотела бы представить кого-нибудь другого, но не получается. Томная и душная арабская ночь выдает в моем воображении только тебя. Я сопротивляюсь из последних сил, но в конце концов сдаюсь…

Это время для того, чтобы всё обдумать. Нужно что-то решать. Пытаюсь размотать клубок, но всё больше его запутываю…

Но могу сказать одно: сегодня на мгновение () мне показалось, что я хочу замуж. Смешно. Врядли тот, о ком подумала я, вообще об этом догадывается. А тот, кто точно знает обо всех этих мыслях, тот, кто рассекретил меня буквально за пару дней, ничего с этим не сделает… Ну а тот, третий, просто будет грустить по мне и всему, что со мной связано. Минус один. Остаются двое. Мой жизненный перекресток. Моя душа или свобода. Мой сладкий плен или разрушение души. Мои безграничные эмоции или вечный эгоизм… бесполезно решать, я невероятно слаба. Я не умею принимать серьёзные решения, всё время стараясь сместить ответственность на кого-нибудь другого. Безрезультатно. Первая секунда

Но как написано в книге, которую я сейчас дочитываю (кстати, уже вторая за три дня отпуска) Я хочу всё снова сделать сама, но хватит ли смелости и сил этой маленькой запуганной девочке внутри меня… «Никто не может решить за тебя, чего хочешь ты».

16 августа 2015г.

Нужно найти те объятия, в которых мне будет спокойно. Чтобы там было и уютно, и за коммуналку заплачено, и цветы в вазах…

Глупый символизм. Я никогда от тебя не отделаюсь потому, что не хочу. Потому, что это лучше, чем правдой полосовать по глазам.

19 августа 2015г.

Из «Повести уставшей женщины» это всё превращается в «Повесть одинокой женщины». В какой переломный момент усталость перерождается в скуку? Или моя беда в том, что я взяла в отпуск книг в два раза больше, чем купальников. И книг оказалось мало. Это – настоящая трагедия потому, что книг было четыре. И каждая из них – интересней предыдущей.

Остается музыка. Но её и того меньше, так как переслушала я к этому времени уже всего Прокофьева, Россини, а так же всю русскую и зарубежную попсу, которую только смогла найти за последние 3—4 года. Ладно, это всё второстепенно. О главном.

Я к нему не полечу. Хотя я прекрасно понимаю, что пытаю себя временем – не сейчас. Я открыла для себя то, что могу сделать это в любой момент. И как абсолютно все дела с подобной важностью и сроком действия, оно откладывается на неопределенный срок. Но на какой хотя бы примерно? Думаю, пока он просто сам не сделает что, чего хочет. Или кто-то другой его не опередит. Или я встречу очередного НЕпрекрасного принца, и мне снова снесет крышу… или же не нового.

«У вас безграничное количество возможностей» – кажется, так говорилось в последней книге… и это бесценно. Именно этой фразой сейчас я себя и воспитываю. Тем, что это не конец, что нужно насладиться тем, что есть сейчас. И наслаждаюсь.

Только вот не по вечерам. Начиная с того, что я ненавижу ужинать одна. Я лучше умру с голода, но есть одна не буду. А здесь… я вроде бы в компании человек 50… но они все между собой и на разных языках. И уже по традиции после ужина я иду на пляж. Туда, где нет никого вокруг, только песок под ногами и неразличимая в темноте граница моря и неба. Шумят волны, набегая на берег у моих ног… Сюда только иногда прибегает фенек, такая маленькая ушастая лисичка. Здесь он не боится только меня. И я сижу на берегу и понимаю, что я люблю одиночество, звук только своих душевных струн, отголоски прошлого… но не в таком количестве. Уйти от всех на полчаса, чтобы побыть одной – пожалуйста. Это даже вполне в моем стиле. Но не десять дней подряд… это уже походит на безумство.

Поэтому я и прочитала все книги. Поэтому я и переслушала всю музыку. Поэтому я загорела так сильно. Потому я снова написала тебе…

22 августа 2015г.

Как бесконечно тянется время… Кажется, я физически чувствую, что оно идет. По мне. Твоими тяжелыми шагами отмеряет каждую минуту по загорелым плечам.

Мне не хочется останавливаться больше. Как ни страшно осознавать, я получила ответы на те вопросы, которые не могла осмелиться даже сформулировать перед отпуском.

Со мной всегда так… к тому же через три дня уже на работу. Мне будет сложно, но я стараюсь в себя верить. Пока стараюсь, давая установку, что вскоре всё-таки окончательно поверю.

«Бежишь по Садовому кольцу за автобусом, а представляется, будто по морскому берегу по песку за чайками»… В таких мечтах. В моем мире. В моем сложном и порой нелогичном мире. Будто моя тропосфера – это библиотека. Такая огромная, многоэтажная, но светлая. С серьёзными до ужаса людьми внутри. Без электронного каталога – «ищите сами!» и «как, вы не знаете, где это находится!?».

Я две недели не прикасалась к людям… Мне кажется, мне теперь будет странно, если меня обнимут, когда я приеду домой. Да, кажется, так оно и будет. Даже немного страшно. Так должно быть?

А ещё мне здесь снились сны. Красивые и не очень. Наши подмосковные электрички, но до Питера, шикарный красный комплект белья (не стоит уточнять, на ком), вертолеты (опять же не стоит говорить, чьи), странные животные и ещё многое из того, что я совсем не помню… Я не падала без сил на кровать с одной мыслью: «Завтра снова рано побегу». Теперь я ложилась спать так рано, как только могла и высыпалась… Именно поэтому мои сны вернулись ко мне.

Мне уже почти пора. Я уже почти счастлива. И напомни рассказать тебе о звездах…

Люди за мной наблюдают, будто боятся меня. Мне уже кажется, что они видят меня насквозь, но не могут разгадать моей загадки… А я радуюсь… радуюсь огромному стакану кофе, который идеально подходит под цвет моего рюкзака. Радуюсь этим странным семьям с толстыми детьми и подвыпившими мужчинами (таких семей у меня точно никогда не будет). Радуюсь людям, которые себя так странно ведут (но им же кажется, что я себя странно веду – достала ноутбук, печатаю что-то, на них не смотрю). Радуюсь тому, что sms приходят. И уходят.

Единственное, что меня не радует, так это – задержка рейса на час… С моими путями что-то не так, но пойми, судьба, я уже возвращаюсь домой. Всё становится на круги своя.

Рейс в Брюссель улетел. Напротив жирный мальчик жалуется, что у него замерзли ноги… Находясь 2 недели в месте, где не было детей до 18 лет, я совершенно от них отвыкла. Укутайте его, маменька! Укутайте платком павлопосадским, да валенки ему купите, хорошие, наши, валяные… (на мне явно сказывается чтение Достоевского, и к слову, это даже меня забавляет).