Милая берлога

Когда мир, переворачивается с ног на голову за один день, становиться сложно, жить и верить. Пару лет назад одно из существ, которые, по сути, считались сказками, объявил о существовании оборотней. Изначально никто не поверил странному человеку. Но чудовища стали без стеснения показывать свои обличия. И всё это не было похоже на выдумку или книгу. Они оказались не только волками… Видов много, и каждый особенный по-своему, и по-своему опасен для человека.

Как оказалось люди самые слабые существа, но полулюди не стремились убивать нас, и спустя время стало понятно почему. Звери находили среди нас, свои пары. Это пугало. Не всех – нет. Многие девушки и парни мечтали, стать частью одной из стай. Розмари не входила в число таких «мечтателей». Обычная милая девочка двадцати лет, среднего телосложения, с длинными чёрными волосами, и немного не симметричной походкой. Однако стоило взглянуть на ее лицо, становилось не по себе. На милом круглом личике ярко выделялся шрам. Неправильно зажившая рваная рана. От правого виска ниточка направлялась к кончику вздёрнутого носа. Сила при нанесении удара была очень большой. И это поражало тем, что вместо отсутствующего глаза была повреждена только радужка, отчего глаз казался темнее второго. Один зелёный, второй – серый, как трудовые будни. Она никогда не рассказывала, что произошло. Но многие подозревали нападение зверя, и сейчас девушка не была уверена, что с ней и дорогими ей людьми, это сделали не двуликие. Подобной физической и психологической травмой вполне объяснялась нелюбовь Розмари к оборотням.

В это утро Ро встала рано, собралась и отправилась на работу. Девушки, принадлежащие зверям, не работали, а ей нужно было как-то выживать в новых реалиях. Зная, что оборотни падки на запахи, она всегда наносила на кожу эфирные масла, которые отбивали нюх даже у человека. Не то, что у двуликих. Накинув капюшон на голову, выскочила из квартиры, захлопнув дверь жилища, и по ступеням раздался неравномерный топот её ножек. Быстрыми перебежками по переулкам она добиралась до места своей работы. С огромным трудом Роза получила фармацевтическое образование. И сейчас работала в одной из аптек. Денег не хватало, но подработок много не давали. Она была неугодна начальству из-за своего отторжения новых глав их общества. Оборотни были уже при власти. Просочились везде. Личные убеждения сделали Ро практически изгоем. Заступив на смену, девушка принялась разносить товар по местам хранения, витая в своих мыслях. Тут ей работалось спокойно, она знала – звери не болеют. Так что все посетители заведения исключительно люди. Но и среди своей расы было много отвратительных существ. В помещение ввалились трое подвыпивших парней. Сразу подкатывая к девушке.

– Слышь, красавица, есть чем догнаться? Там колёса какие-то советовали, но мы спьяну забыли их название. Может, ты помнишь, мышка? – ехидно хихикая и пьяно хрюкнув, завалил вопросами один из вошедших.

– Простите, но в помещение аптеки с животными нельзя, поэтому попрошу вас покинуть заведение.

Стоило ей огрызнуться с этими чудо посетителями, как в зал вошёл директор. И Розмари поняла, что день может стать ещё хуже, чем он сейчас есть. Молодые люди хотели взбелениться в ответ, но не успели. Так как их прервал крик начальства.

– Розмари, я тебя предупреждал! Если я ещё хоть раз узнаю, что ты хамишь посетителям, то уволю. Так что молодец! Собирай вещи и проваливай. За документами зайдешь через пару дней. Я больше не буду терпеть твоё поведение.

Ничего не сказав, девушка поставила корзину с товаром на пол и ушла переодеваться. Скинув в портфель скудный гардероб и рабочую чашку, она покинула аптеку.

Так как с подобными диссидентами как Ро особо не общались, у неё была только одна подруга. Достав из кармана толстовки раскладушку-телефон, набрала номер. Несколько раз никто не отвечал. Стало ясно, что Агата опять была занята, и не сможет помочь своей знакомой. Глубоко вдохнув, девушка направилась в квартиру. Открыв дверь, вползла в помещение небольшой студии, практически без ремонта. Данное жилище Розмари получила после выпуска из детдома. Но денег так и не хватило, чтобы придать пространству хотя бы немного жилой вид.

Плита, санузел и матрац на полу. Больше всего дом напоминал стройку, и исправить такой ход вещей у девушки не было возможности. А после сегодняшнего увольнения даже надежды на исправление ситуации разрушились, как карточный домик. Слезы душили. Эти звери разорвали её родителей и ещё не родившегося братика, а её оставили калекой на всю жизнь, теперь ещё и рушат всё остальное. У неё не осталось ни друзей, ни работы, в конечном итоге и денег на жизнь.

Сползшая по двери субстанция содрогалась в тихих рыданиях. Теперь никто не возьмёт её работать по профессии. Должностей для девушек почти не осталось. Всё что ей светит – это работа посудомойщицей, но может, хотя бы этого будет хватать на пропитание. Её желания ещё с приюта были минимальными. Крыша над головой и еда, больше ничего не нужно. К сожалению, последнего частенько не хватало.

Спазмом свело живот. Но это было привычно, поднявшись, девушка направилась к крану. Пару стаканов воды хоть на какое-то время обманывали желудок, ему казалось, что он полный. Из тяжёлых дум, Розу вывел звонок. Не глядя на имя звонившего абонента, она подняла трубку, ответив безжизненным голосом.

– Слушаю.

– Роза, мышка наша, ты звонила? У тебя всё в порядке? – почему-то голос подруги был взволнованным.

– Наверное, уже нет. Прости, что отвлекла тебя.

– Нет уж, я слышу, что-то произошло, мы с Арчи можем приехать к тебе, ты же сегодня на работе?

– Меня уволили, – и тишина. – Я нахамила алкашам, и Дмитрий меня выкинул. Теперь я не знаю, что делать. Сама знаешь, что по этим новым глупым законам, девушки особо не могут работать. Прости, что прошу тебя, но может, ты знаешь, кому нужна уборщица или ещё что, но срочно?

– О, мой Бог, давай ты сейчас приедешь к нам, и мы поговорим хорошо? Зеленоглазка мысленно подсчитала остатки своих денег и дала ответ.

– Прости, но я не смогу. У меня просто нет денег на дорогу, а пешком я не дойду. Давай встретимся в парке?

– Нет, с твоей одеждой ты ещё заболеешь. Мы заедем через час. Что бы была готова и без соплей.

Агата отключилась.

Ро поняла, что у неё ещё есть время, поэтому она побрела в ванную комнату. Хотелось смыть с себя усталость и боль. Девушка не любила сидеть в ванной, потому что ноги были на виду и слишком голые.

Тогда много лет назад лапа медведя прошлась по детским ножкам, удар сбил малышку, лишая равновесия и, обернувшаяся девчушка получила касательный удар по лицу, после чего память о том дне обрывалась. Обе ноги покрывали рельефные шрамы, по четыре полосы на каждой ноге. И кроме физической боли они приносили с собой ещё более болезненные воспоминания.

К назначенному времени Розмари вышла на улицу. Желания позориться своим жилищем у неё не было. Надвинув, как всегда, капюшон на глаза она стала ждать машину. В паре метров припарковался старенький мустанг, и Ро позвали сесть в салон.

– Привет ребят, – сдержанно кивнула.

– Так, – начала Агата. – Сейчас мы едем к одному нашему знакомому. У него большой дом в черте города, и он ищет прислугу, с проживанием и питанием. Я сказала, что ты на всё руки мастер, так что он ожидает именно тебя. Кстати, ты не больна случаем? А то что-то ты слишком бледная?

В глазах девушки оказалось слишком много беспокойства, и как могла Розмари думать, что они не подруги. Вот закостенелая идиотка.

– Нет, милая, я не больна, не волнуйся. Это, наверное, просто нервное, – о своём голоде она не стала уточнять. – Спасибо вам, даже не знаю, что бы делала…

– Да нас не за что благодарить, – низкий грубый голос раздался из-за руля машины. – Это ты поможешь нам, если сможешь вести этот дом. Главное – будешь в безопасности, и моя мелкая сможет жить спокойно.

Вот это любовь – скажете вы, и я соглашусь. Он ради своей девушки готов на всё. Видимо вымотавшись, из-за собственных переживаний Розмари уснула, свернувшись клубочком на заднем сидении. Пока молодые люди обсуждали, как бы ни раскрыть их главный секрет. Кто они и куда везут подругу. Двое из находящихся существ в машине – оборотни. Они знают отношение этой девушки к подобным им созданиям, поэтому до сих пор и не рассказали. Отец Агаты согласился помочь единственной подруге дочери. Она тоже не была сильно общительной. Поэтому Мирослав пошел на поводу у наследницы.

Альфа мог иметь только одного ребёнка не от истинной пары. Мужчины этим правом редко пользовались. Но Слава по глупости сделал ребёнка, и ни в коем случае не отказался бы от неё. Хотя всё ещё находился в ожидании своей единственной.

От резкого торможения Ро проснулась, и ошарашено огляделась.

– Такое чувство, что вы привезли меня в берлогу к медведю, – молодые люди поперхнулись воздухом. – Да шучу я, что вы, в самом деле. И мне нужно будет работать тут? Это прекрасно.

Черноволосая голова вертелась в разные стороны. Осматривая территорию, у девушки захватывало дух, от пейзажей и умиротворения в этом месте. Вся троица, покинула машину и направилась в особняк. Архитектура завораживала. С первого взгляда нельзя было сказать, какой это век, и кто же сделал такую красоту. Но глаз было невозможно оторвать. Вот и Роза не смогла и, не заметив ступеньки, чуть не полетела целовать мраморные плиты. Сильно зажмурив глаза, она ожидала боли, но этого не последовало. И вскоре девушка поняла, что её держат в крепких объятиях. Подняв взгляд, она столкнулась с океанами. Глаза ярко голубого цвета, с какой-то неестественной и дикой силой, золотым блеском. Мужчина был минимум в два раза больше Розмари, что, впрочем, не удивительно. Он был хорошо сложен, мускулы перекатывались под белой рубашкой, и держали её словно пушинку.

– Аккуратнее, а то сломаешь свой красивый носик, – не удивительно, что с таким объёмом грудой клетки, у него низкий и пробивающий до глубины души тембр.

– Простите пожалуйста, я засмотрелась и не заметила. Спасибо огромное за то, что спасли мою жизнь.

Впервые за долгое время Розмари не врала, она была благодарна, и не боялась нового человека. Почему то, рядом с ним, отпускали все её горести и переживания.

– Ну что ж, я так понимаю, вы – Розмари, на всё руки мастерица, о которой мне так много рассказывали?

– Да, Мирослав Карпович – это Роза. Надеюсь, вы покажете ей дом сами? А то боюсь, мы можем многое напутать. Но позже можем съездить за её вещами.

– Хорошо, вы тогда прогуливайтесь, а мы пока проведём ознакомительную экскурсию. Пройдём? – он протянул руку, подавая её теперь своей подчинённой. Она вложила свою маленькую ладошку, в его огромную длань и пошла следом, внимательно слушая, что где находится, как часто и что нужно делать.

– Прости за грубость, но что с тобой случилось? – этот вопрос убил всё хорошее настроение.

– Я не хочу об этом говорить, простите. Если вас не устраивает изуродованная прислуга, то боюсь мне тут делать нечего.

Ро уже намеревалась покинуть дом, но не успела.

– Нет, что ты, прости мне моё любопытство. Я был не прав.

Они дошли до комнаты, в которой находилась столовая. Стоило девушке оказаться на территории, где столь аппетитно пахло едой, она тут же покачнулась, а живот заболел с такой силой, что пришлось обхватить руку рядом идущего мужчины. Подобный захват был непонятен хозяину особняка, посему он решил обеспокоиться состоянием девушки.

– Цветочек, тебе плохо?

– Простите, я просто, … Просто не покушала утром, вот видно и закружилась голова от этого. Не поймите превратно, я могу нормально работать.

– С работой я-то всё понимаю, но давай для начала, тебя накормим. Сделать что-нибудь основательное? Или предпочитаешь перекусить бутербродами?

– Эмм, я бы не отказалась от бутербродов. Спасибо вам огромное, – её лицо тронула мягкая, слегка смущённая улыбка.

Перекус занял немного времени, после чего экскурсия по особняку продолжилась.

– Давай я покажу тебе комнату, в который ты будешь жить, и решим, согласна ты или нет.

Пара молча, проследовала дальше. На третьем этаже находилось четыре комнаты, одна из которых как оказалось предназначенной именно девушке. Находилась она напротив хозяйской спальни. Помещение было обставлено в светло-зелёных тонах, всё по последнему писку моды современности. Удобная кровать, хороший ремонт, и питание. Условия более чем подходили Розмари, и ей не оставалось ничего, кроме как согласиться на эту сделку. Вечером, находясь в комнате, девушка думала, как же ей повезло. За этот день её кормили дважды, и теперь она отправляется спать до утра, в удобной и мягкой кровати, а не на жёстком продавленном матрасе.

Когда Агата сказала мне, что её единственная подруга в беде, я не мог отказать в помощи. Единственное, что удивило – это негативный настрой девочки по отношению к оборотням. Она до сих пор не знает, что моя дочь медведица. Нужно будет что-то с этим сделать. Возможно, пока она будет жить у меня, я смогу справиться с её фобией. Сидеть в кабинете не было никакого желания. По неведомым мне причинам я волновался перед этой встречей. Мне ещё не приходилось встречать таких людей. И шестое чувство говорило, что с ней не всё так просто. Но пока я никак не мог найти хотя бы маломальскую причину такой тревоги. Мне нужно было проветрить голову, и я покинул здание. Стоило оказаться на улице, как зверь потянул за жилы и взревел. Такой внезапный порыв удивил меня, за мою довольно долгую жизнь такого ещё не случалось. Происходило что-то непонятное. Но когда человеческое обоняние зацепилось за нежный и пряный аромат – осознал. На территории стаи и моего дома находится единственная суженная. И четырёхлапый почуял её первым. С одной стороны брала злость, а с другой, на то он и зверь. И тут мы прикипели к миниатюрной фигуре с ассиметричными движениями. Что-то с девочкой не так.

Осознание пришло с опозданием, она подружка моей дочери, та самая. Понимая желание зверя и своё, я направился к ней, и поступил правильно. Засмотревшись, девочка не заметила ступеньки, рванувшись, мы за долю секунды оказались рядом и поймали её. Прижав к себе, втянул носом этот дурманящий аромат. Пушинка, в моих руках оглядев всего меня, поспешно начала просить прощения, мягко отстраняясь. По спине прошла дрожь, я едва сдержал эмоции так, чтобы лицо не перекосило. На милом круглом личике ярко выделялся шрам от рваной раны. Я расценил ее ущербом, нанесенным медведем. От правого виска до кончика носа. Сила при нанесении удара была очень большой, и я оказался крайне поражён тем, что ее глаз остался цел, лишь выглядел темнее второго. Подобной травмой теперь вполне объяснялась нелюбовь Розмари к оборотням. Она подозревает, что это был один из нас. И подобное вполне вероятно, только непонятно для каких целей кто-то навредил столь нежному созданию. Что-то беспокоило зверя, пока я рассказывал Ро об обязанностях по дому. Я спросил её о шраме и ощутил такую волну ненависти и страха, что задохнулся. Мой вопрос задел девушку так сильно, что она захотела покинуть помещение. Пришлось быстро придумывать выход из ситуации. Нас окатило дикой болью, страхом и отчаянием от таких негативных эмоций, направленных в нашу сторону. Мы вошли в помещение кухни, но стоило переступить порог и втянуть запахи еды, как малышка пошатнулась, цепляясь за мой локоть. В момент мы со зверем взревели, так что по ментальной связи это слушали, кажется, все. Она голодная, очень. Осознание хлестнуло по лицу, и я сразу начал предлагать покушать. Девочка изо всех сил пыталась показать, что всё хорошо, но под нашим напором согласилась перекусить. Слава гризли, что получилось её отвлечь от моей глупости. Роза выбрала очень и очень скромный перекус, вообще не уверен, что таким количеством еды можно хотя бы притупить голод. После этого Цветочек сомневалась соглашаться на работу в моём доме или нет, но сделала правильный выбор и осталась. Будто бы я смог найти силы теперь её отпустить.

Я поселил Розмари, в ближайшее к моей комнате помещение, оборудованное для пребывания человека. И исчез из её поля зрения. Теперь придётся решить пару интересных вопросов. Созвал по мысленной связи всех доверенных из клана в кабинет. Мне как можно скорее нужно было узнать, есть ли среди двуликих, обидчик нашей пары. Бурый заревел, подтверждая мои домыслы. Ещё на подходе к кабинету я знал, что меня уже ожидают.

– Альфа, все в сборе, как и приказывали. Что-то случилось?

Саймон – мой лучший друг и правая рука чувствовал беспокойство.

– Нам лучше поговорить в комнате, многое предстоит обдумать и сделать до вечера, – мы прошли к столу, и расселись в зависимости от статуса.

– С этого дня, в доме проживает девушка, Розмари, лучшая подруга моей дочери и по совместительству моя пара.

Мы много лет ждали, чтобы увидеть эти ошарашенные лица. Но сейчас это не самое главное.

– В общем, перейдем к сути. Девочка изуродована. Насколько сильно мне пока неизвестно, но по шрамам на лице я уверен, что это был медведь. И ваша задача разузнать всё: что, когда и как. Это больше на тебе Саймон. Инна, твоя главная задача – помочь мне, заказав всё, что нужно в этот дом, для комфортного проживания Розы. Думаю, с размерами одежды и прочего тебе поможет Агата. Также мне нужно переделать мои апартаменты с той же целью. И, Веня, найди кого-то неприметного, кто мог бы незаметно следить за Розмари. Мы разорвем любого, если с её головы упадёт хоть волос. Всё всем понятно?

– Да, альфа! – прогремел хор голосов.

– Тогда на сегодня можете быть свободны. А я пойду, проверю её, она уже должна была расположиться. Естественно никто не стал мне ничего даже говорить. Я знал, что теперь не отпущу Розу, никогда. Сделаю всё ради неё. Оставалось самое сложное – это добиться её расположения. Сейчас, ступая в её комнату, чувства брали верх над обеими сущностями. Хотелось схватить в охапку и утащить в берлогу ту, что дает смысл жизни. Мы знали, что нельзя делать резких движений. Иначе связь не успеет установиться, и мы потеряем её навсегда. На этих мыслях моя мохнатая часть взбесилась ещё больше, поэтому нам пришлось сменить маршрут и направиться в лес, чтобы проветрить сознание. Ощущать под лапами почву всегда было приятно. Но сейчас взгляд на них разрывал сердце на куски. Чья-то похожая лапа навредила нашей паре. Если получится узнать, кто это был, мы зароем его глубже литосферных плит, наслаждаясь предсмертной агонией.

Уже под вечер, возвращаясь к себе, я не удержался и зашёл к ней. Мы знали, что она спит, её сердце билось очень медленно и спокойно. Хотелось просто вдыхать её запах, без каких-либо препятствий. Но лучше бы я этого не делал. Бесшумно отворив дверь, мягкой поступью приблизился к Розе и замер, убитый целым шквалом эмоций от ненависти и злости до страха. Её ноги оказались раскрыты, и в попытке укрыть нашу девочку, мы увидели ужасные шрамы на её конечностях, которые точно приносят жуткую боль. И вот теперь не осталось сомнений, что это был кто-то из двуликих. Её страх нашей расы полностью оправдан. Чтобы не зареветь в голос, мы покинули комнату. Твердо зная, что её нельзя оставлять одну в берлоге. Иначе это может закончиться ещё хуже, чем было много лет назад.

Что-то было странным в этом доме и его хозяине. Это было первое утро за много лет, когда я встала, не чувствуя разбитости жизнью. Быстро собралась, и направилась выполнять работу. Мои волосы были распущены. Из-за повышенного внимания Мирослава Карповича к моим шрамам, лучше буду ходить так. Когда я спустилась в обеденный зал, сразу попала в плен двух молодых людей.

– Так Розмари, не отлыниваем, а идём завтракать. И только потом можно приступать к работе. Правило заведения, – в поучительном жесте парень поднял указательный палец вверх. – Я Игорь, а это Влад. Мы занимаемся кухней, и не даём никому голодать. Что ты предпочитаешь на завтрак? У нас выбор из яичницы-глазуньи, овсяной каши с грушей и бананом, бифштекс с рисом, чай, кофе, апельсиновый и яблочный соки. Выбирай.

– Эмм, спасибо мальчики, раз уж меня не отпустят голодной, то на ваш вкус. Я ем всё.

Ситуация выглядит немного странной, поэтому моя улыбка казалась немного натянутой. Видимо поняв по моему выражению лица, молодые люди, быстро организовали мне кашу и кофе. Это был завтрак богов, наслаждаясь каждой ложкой блюда, осознавала, что тут мне намного лучше, чем в собственной квартире, где ждут лишь одиночество и безысходность. Этот дом даёт мне надежду на тепло и еду. Я не знаю, что бы делала, если бы не моя подруга. Но сам Мирослав и пугал и притягивал одновременно. Его любопытство было необычно. Не каждый решается задать столь не тактичный вопрос. Да и забота, с которой эти глаза смотрели на меня, сильно удивляли. Стоило мне закончить с завтраком, как я приступила к своим новым обязанностям. По расписанию сегодня я должна убрать комнату и кабинет работодателя. На этом всё. Маловато заданий, как по мне, но спорить с уже установленными правилами я не собиралась. Думаю, в такое время мужчина будет ещё в постели, и я смогу спокойно убрать его кабинет. Но как же я ошибалась. Так как руки были заняты уборочным инвентарем, дверь я открывала локтем. Кажется, если смотреть со стороны, то выглядело это крайне неуклюже и нелепо. Это мне ещё повезло, что в доме никакие двери не закрываются на ключ. Вошла в кабинет хозяина дома пятой точкой вперёд. Представляю, какой вид. Розмари в раскорячку открывает задницей дверь. Мм-м-м, просто Оскар мне за лучшую эпическую роль заднего плана. Однако мои мысли на эту тему прервал низкий и такой возбуждающий голос.

– Цветочек, ты бы сказала, что тебе нужна помощь. Ты не обязана таскать всё сама. В доме полно мужчин работает.

Сказать, что я растерялась, значит ни черта не сказать. Так и застыла в шоке, отрешенно наблюдая за тем, как сильные мужские руки забирают у меня всю техническую утварь. Это что недовольство моей самостоятельностью?

Выйдя из лёгкого ступора, начала извиняться.

– Простите, пожалуйста, Мирослав Карпович, я думала, вы ещё отдыхаете. Не хотела вас отвлекать. Я могу пойти убрать ваши покои, если мешаю вам.

– Тебе не за что просить прощения, и называй меня Мир или Слава. Ты мне не мешаешь. Делай всё, что считаешь нужным. А я буду занят своей работой. Его улыбка казалась настолько горячей, как солнышко. Черт, как же сильно к нему тянет. Хочется прикоснуться. И видимо, моё тело решило действовать быстрее разума. Подумала, значит на, получай. И я ощутила под собственной ладонью, тёплую, нет, я бы даже сказала горячую грудь мужчины. Провела своей ладонью выше, касаясь голой кожи шеи, и меня будто пронзило током.

Дыхание сбилось, а желание взорвалось внутри вулканом. Я понимала, что не должна этого делать, но остановиться уже не могла. Пресвятые круассаны, что он подумает? Но, похоже, он тоже не думал. Так как сильные руки оказались на моей талии, слегка массируя, принося неведомые мне ранее чувства. Поднимаясь по спине, его руки остановились на шее, разминая и поглаживая. Одна рука провела неровную линию по лицу, проводя подушечками пальцев по шраму. В этот миг меня будто окатили ведром ледяной воды. Я попыталась отскочить от этого человека, нет, я бы даже сказала медведя в человеческом обличии. Но сильные руки не дали мне этого сделать. Я взглянула в глаза мужчины – это было фатальной ошибкой. Затуманенные желанием омуты выдавали зверя, внутри него был зверь. Проклятье, это оборотень, и, по-видимому, он едва сдерживал оборотня. Вот в этот момент я и поняла, что страх, который испытывала в детстве, был совершенно ничем. Сейчас я находилась в лапах монстра, без возможности сбежать. Лицо Мирослава походило на звериную морду. Но сейчас я не могла понять, кого он мне напоминает. Увидев на своей талии медвежьи лапы, сердце пропустило пару ударов и мысли встретились со смертью. Мой крик можно было сравнить с криком банши, поскольку, так как сегодня я в жизни не кричала.

Когда в лёгких закончился воздух, горло сразу начало жутко саднить. Похоже, это подействовало. Оно отпустило меня, скрючиваясь и продолжая оборот. Я знала, что нужно бежать. Очень быстро и очень далеко. Вылетев за пределы кабинета, и чуть не врезавшись в каких-то мужчин, я бросилась наутёк, в лес. Как можно дальше. Боль в ногах была адская, но нельзя было останавливаться. Нельзя. Надежда на спасение умерла, когда послышался медвежий рёв. Оно шло за мной. Оно разорвёт меня, и уже ничего не останется. За что эти звери так со мной? Я ничего им не сделала.

Паника ослепила, закрыв глаза непроницаемой плёнкой. Я почувствовала отсутствие почвы под ногами и полетела с обрыва вниз, теряя сознание от боли, после столкновения с твёрдой поверхностью. Темнота.

Проснувшись с рассветом, мы направились на прогулку. Мне, как главе косолапых, нужно выгуливать свою животную часть каждый день, чтобы мы не боролись с ним за первенство. Я ещё не успел открыть глаза, как все наши чувства, старались убедиться, что с парой всё хорошо. Прислушиваясь к окружающей среде, мы сосредоточились на биении сердца девочки и её дыхании. Она спала, всё было в порядке, и это не могло не радовать. Мои люди проверили её жилище, так на всякий пожарный, и я ужаснулся, в каких условиях ей приходилось жить. Мы не сможем её отпустить. Она голодала, спала почти на полу в квартире, мало приспособленной к жизни. А все из-за её отношения к оборотням. Всё ещё не получилось ничего разузнать о том нападении на неё. Но я не успокоюсь, пока не выясню всё. Прервав свой мыслительный процесс, вернулся в человеческую форму, сегодня погода была прекрасная, жаль, что Роза не наденет ни платья, ни шорты. Она целенаправленно скрывает шрамы. О них не знала даже Агата, хотя тоже замечала асимметрию в движении.