Ведьма. Как сердце просит

Глава 4

Красивая пара привлекала внимание. Люди, сновавшие по перрону, невольно задерживали свой взгляд на миниатюрной яркой блондинке и возвышавшимся рядом с ней красавце-брюнете.

– Мы же могли полететь, – ворчал Паскаль. – Не люблю, когда на меня так таращатся.

– Этого можно было бы избежать, если бы кто-то принимал облик поскромнее, – глядя на приближающуюся электричку, ответила ведьма.

– Ничего не могу с собой поделать, тяга к прекрасному. А вот про полет ты так и не ответила.

Ведьма вскинула острый подбородок, глазами полными возмущения встретилась взглядом с угольно-черными очами:

– Чтобы я две недели восстанавливала обветренную кожу на лице и выбирала мошек, комаров и мух из прядей?!

Громкий мужской хохот заглушил шум прибывающего состава.

Элегантным жестом Паскаль пригласил Милу занять место у окна.

– Раз нам ехать больше часа, расскажи, как ты узнала о Солнечном?

– Случайно, шла на рынок за травами, а на торговой площади небольшой пикет из пяти человек…

– Самодельные плакаты, – перебил фамильяр, – с большими буквами, выведенными красным фломастером, жалостливые глаза, голодные дети в поношенной одежде… Как твоя мать смогла воспитать в тебе терпение и любовь к людям?

– Это не ее заслуга, воспитывала и обучала меня бабушка, – огрызнулась девушка. – И моя любовь к людям преувеличена, – склонилась к мужскому плечу, шепча: – Я переживаю за природу. Кто позаботится о ней, если не мы?

Паскаль обнял ее за хрупкие плечи. Пассажиры вагона поглядывали на «влюбленную» парочку.

– Когда я услышал о твоем появлении на свет, сперва подумал, повезет же кому-то служить новой ведьме рода Клевских. Сильнейшие, умнейшие, жесточайшие. – Мила легонько толкнула локотком в мужской бок. – Но, недолго думая, решил и сам попытать счастья. Вокруг дома твоей бабушки, досточтимой ведьмы Ингельды, ожидали сотни фамильяров, желая, как и я, занять место хранителя. Я провел в очереди три дня.

– Это самый долгий рассказ о разочаровании, Паскаль.

– Нет, это самый короткий рассказ о том, что я ничуть не жалею потраченного времени. Так каков у нас план? Зачем мы едем в Солнечный?

– Восстанавливать справедливость. Я узнала, владелец базы – некий господин Чертогорский. Невероятно богатый, влиятельный и равнодушный ко всему живому. Надеюсь, нам удастся встретиться лично.

– Лично?! Разве такие люди балуют своим присутствием?

– Ему придется побаловать. – Мила хищно изогнула губы в улыбке. – Поверь.

Она предвкушала момент встречи, когда виновник будет обличен прилюдно. Лично ею. Он тут же признает вину и пообещает восстановить утраченное природой и людьми. Об этом она точно побеспокоится! Изящная кисть накрыла кожаный рюкзак, хранивший в себе множество секретов: порошков и снадобий, способных влиять на человеческое сознание. Не зря же последнюю неделю Мила посвятила подбору рецептов и приготовлению нужных.

Прибыв на станцию, пара отказалась от услуг местного назойливого таксиста, выбрав неспешную пешую прогулку. Там, где они появлялись, неизбежно попадали под любопытные взгляды. Апрельский вечер выдался теплым и безветренным, выгнав после долгой холодной зимы местных жителей на улицу.

– Еще ничего не сделали, а уже знамениты. – Паскаль раздавал налево и направо скудные улыбки и приветствия: в крохотном городке было принято здороваться при встрече с незнакомцем. Скрывшись от чужих глаз, он обернулся в ворона и, довольно распахнув крылья, поднялся в воздух.

– А прогуливающаяся в одиночестве приезжая девушка в компании кружащего над ней ворона, по-твоему, будет привлекать меньше внимания? – съязвила ведьма. – Нам туда, – вытянула шею, выглядывая из-за высоких кустов смородины. Ядовитый запах неприятно щекотал ноздри. – Хм. – Она свернула с протоптанной дорожки, теряясь в густых зарослях. – Удобно, не находишь? – Ворон протяжно каркнул, подтверждая. На пригорке, с которого просматривался городок, располагалась база, защищенная высоким бетонным забором. К ней вела неширокая, на две машины, дорога, а по периметру круглосуточно горели яркие прожекторы.

– Куда ее нелегкая понесла… – ворчал ворон.

Ведьма склонялась к каждому погубленному кусту и жухлой травинке, прикладывала ладонь к каждому покрытому язвами дереву, шепча слова сочувствия. Спустившись к ручью, собрала пальцами маслянистую пленку с поверхности воды, растерла, принюхиваясь. Зло притопнула, воображая, как отомстит за каждый сантиметр погубленной земли. Увлеклась и подошла еще ближе к заветной территории, громко чихнула, не выдержав вони. Под железными воротами показались три собачьи головы, предупреждая чужаков рычанием и редким ленивым лаем.

– Мы так и будем сидеть в кустах? – Сев на землю, ворон подкрался к хозяйке.

– Нет, конечно. Скоро прибудут журналисты.

– Для чего? Запечатлеть нас в канаве?

– Какой же ты противный, Паскаль. По ночам прибывают машины, груженные бочками, и этот момент нужно поймать на камеру.

– А дальше?

– А дальше произойдет небольшой несчастный случай на глазах журналистов. На место происшествия примчится господин Чертогорский или его уполномоченное лицо, не суть важно, и после короткой беседы со мной прилюдно раскается.

– Хм-м-м, – протянул ворон, усаживаясь на толстую ветвь. – Подождем.

– Подождем. – Запахнув полы легкой куртки, Мила присела на поваленный ствол.

Стемнело, и по узкой дороге подтягивались местные жители в сопровождении миловидной девушки и парня с фотоаппаратом на шее.

– Это твои хваленые журналисты? Из какой газеты? Школьный вестник?

Паскаль с жалостью смотрел на лица воодушевленных мужчин и женщин, не в первый раз рассказывавших о сливе ядовитых отходов, о мертвой рыбе в реке, о резком запахе в надежде получить хоть какую-то поддержку и огласку.

– Ничего не понимаю, – вскочила ведьма. – Я лично звонила и писала в несколько редакций. Наверное, скоро подъедут, – успокоила себя.

– Ох, Мелисса.

Ведьма знала, если Паскаль называл ее настоящим именем, он разочарован.

– Разве нет?

– Посмотрим. Я останусь тут.

Задумчивая и растерянная, Мила присоединилась к толпе, встав позади.

– Вот тут, – какой-то мужчина светил фонариком, – все и сливают. – Широкая труба торчала из-под земли. От нее спускался промасленный след, разделяясь на множество тонких потоков. – Как раз в наши дворы. Утром встаешь, а куры в мазуте топчутся.

Журналистка понимающе покачала головой и мимолетно бросила:

– Зафиксируй.

Парень сделал несколько снимков.

«И все?!» – хотелось кричать ведьме. Три щелчка? А как же спуститься и снять радужные потоки с выгодного ракурса? Да и кто ночью занимается съемкой, почему бы не приехать пораньше, как они с Паскалем?

– А чувствуете, какая вонь? И этим дышат наши дети.

– Да-да, – согласно закивала девушка-журналист. – Ужасно. Мы обязательно осветим вашу проблему в номере, – клятвенно пообещала, щелкая кнопкой диктофона.

– А когда можно будет почитать?

– Эм-м-м, в ближайшее время.

Собравшиеся довольно загудели.

– Едут. – Не сдержавшись, ведьма обратила внимание на приближающиеся машины.

Ворота медленно поползли в сторону, давая возможность заглянуть внутрь: одноэтажные здания-ангары; стоянка, заполненная автомобилями; отдельно стоящее административное здание и множество цистерн.

На открытых прицепах ведьма насчитала более полусотни бочек.

Пропустив грузовые автомобили, ворота поползли в обратную сторону, скрывая базу от объектива фотоаппарата.

– Ну все. – Девушка-журналист убрала диктофон в объемный рюкзак. – Мы видели все, что нужно для статьи.

«Нет, не все!» – Мила незаметно отделилась от толпы и зашла вглубь насаждений.

Шум за забором и крики поторопиться злили и подпитывали ее гневом.

Пропуская через себя стихию, она парила в нескольких сантиметрах над землей, наслаждаясь силой.

Низкие облака отяжелели, набравшись влагой.

Совсем рядом раздался первый раскат грома.

Резкий порыв ветра – и за забором громыхнуло.

Над базой блеснул яркий зигзаг.

Как же плохо, что она не может видеть территорию своими глазами. Хотя почему не может? взмах ладонями, и поток воздуха поднял и верно удерживал Мелиссу на высоте пяти метров. С улыбкой на губах ведьма направляла разряды по крышам. Разгрузка прекратилась после второго попадания молнии. Рабочие сбежали из-под открытого неба, спрятавшись в сторожке, нетронутой непогодой. Прильнув к стеклянным дверям, они наблюдали редкое природное явление: грозу без дождя.

Гнев и желание мести наполняли тело ведьмы разрушительной силой. Порывы ветра раскачивали ворота, снимая металлические ролики с полозьев. Мелиссе хотелось хохотать, глядя на испуганные лица, припавшие к мутным стеклам. Справившись с воротами, она перекинула свои силы на крыши низких зданий. Бордовые листы, скрежеща, слетали один за другим.

– Как дуну, как плюну! Полетят клочки по закоулочкам, – крикнула ведьма и гортанно засмеялась.

– Ух, разошлась хозяйка. – Паскаль кружил над толпой зевак. – Настоящая ведьма! Настоящая! – с гордостью каркал.

Не сдержав вспышки ярости, Мелисса направила электрический разряд к стоявшей в стороне бочке: ночное небо осветило оранжево-алое зарево. Довольный людской гул только дразнил и подначивал. Горящие вязкие потоки раскаленной лавой поползли по земле, приближаясь к ангарам.

– Остановись, там могут быть люди! – Ворона снесло порывом ледяного воздуха.

– Виноваты не меньше! – Ведьма вынесла вердикт, поднимая пламя по стенам, обшитым пластиком. Она с презрением смотрела на журналистов, что с ажиотажем на лице снимали происходящее. Палец сотни раз нажал на кнопку фотоаппарата.

«Как же противно, – думала ведьма, – мерзко, отвратительно! Любители сенсаций, ярких и горьких трагедий! Если только так можно привлечь ваше внимание…»

Дернула головой, поднимая золотистые локоны в воздух, и усилила пламя. Рабочие, как мерзкие тараканы, выбегали из горящего здания, выпрыгивали из окон, толкались в дверных проемах.

– Сдерживай себя! – каркнул ворон, пересилив порыв ветра. – Так ты погубишь поселок!

Взгляд метнулся к крохотному городку, к жителям, проснувшимся среди ночи и без сожаления наблюдавшим за огненной вакханалией.

– Погублю, – признала ведьма.

Огромные капли дождя рухнули на землю вместе с обессиленной ведьмой.

Порывы ветра стихли, и можно было расслышать приближающийся вой сирен. Пожарную колонну возглавлял красный спортивный автомобиль. Он с ревом остановился напротив сбившихся в кучу людей. Блестящая дверца медленно поползла вверх, выпуская своего хозяина, словно дикого зверя на волю:

– Что здесь происходит?! – Мелисса приподнялась на носочки, заинтересованная владельцем разгневанного голоса. – Я докажу, что это был поджог! – зарычал мужчина, вызывая у ведьмы улыбку: его рык – самая прекрасная музыка для ее ушей. – Весь ваш городок сполна мне заплатит! – Наконец ей удалось рассмотреть внешность. Худощавый, высокий, короткие темные волосы, он стоял к ней спиной, раздраженно размахивая руками, дирижируя работниками и пожарными. – Откатите полные бочки, не хватало, чтобы к ним подобрался огонь! – крикнул, указывая место. Спина, облепленная промокшей рубашкой, напряглась, мужчина опустил руки и резко развернулся. Он впился в толпу стальным взглядом, хмурясь и кривя губы в безумной улыбке.

Глава 5

Мелисса боялась шелохнуться под немигающим тяжелым взглядом, можно сказать, убийственным. Мужчина уделил ей внимания не больше, чем остальным, но девичье нутро успело скрутить необъяснимым страхом.

«А чего мне, собственно, бояться? – воспряла духом ведьма. – Ворожее, колдунье и ведунье в седьмом поколении, Мелиссе Клевских, дочери одной из сильнейших ведьм, что на любом колдовском сборище сидит по правую руку от Верховной, внучке Ингельды Бездушной!»

Внушения не прошли даром, гордо вскинув голову, Мила готова была заговорить с владельцем стального взгляда. Выйти из-за спин и дерзко окликнуть тоном гордым и надменным. Воображение уже нарисовало, как вытянется его породистое лицо, округлятся глаза цвета ртути, а на острых скулах заходят желваки. «То ли еще будет, господин Чертогорский!» В том, что это и есть владелец базы, сомнений у ведьмы не возникало.

– Идиоты! – выкрикнул мужчина перед тем, как раздался второй взрыв: жаркий и оглушающий, до писка в ушах. В воздух взлетели огромные металлические емкости, а по бетону разлился огонь. Зеваки, что скрывали Мелиссу за своими спинами, с криками бросились прочь, открывая ее чужому взору. Но никому до нее не было дела. – Все вон! – заорал Чертогорский. – Я сказал вон! – Рабочие в ужасе выбегали за ограждение. – Все! – кричал и указал пожарным на ворота. Наряд безрезультатно заливал пожар водой: огонь тут же испарял влагу и расползался дальше. У Милы мелькнула мысль помочь, подчинить пламя, приказать ему погаснуть, иначе из-за ошибки работников базы пострадают все вокруг, но ее опередили.

Оттолкнув пожарных, Чертогорский подошел ближе к огню. Алые языки яростно плясали, подсвечивая подтянутую фигуру, выделяя ее идеальным черным силуэтом.

«Что он задумал?»

Ведьму вело любопытство. Скрыв себя от посторонних глаз, она прошла сквозь ворота и ощутила тепло, исходившее от огня. Один этот факт должен был натолкнуть на мысль, что он не человек. Там, где стоял мужчина, не просто тепло, а невыносимо жарко. Не зря говорят, любопытство сгубило кошку. Но об этом ведьма вспомнит намного позже.

Он находился на расстоянии вытянутой руки от бушующей стихии, с порывами ветра пламя касалось подошвы лаковых ботинок. Вскинув ладонь перед собой, мужчина коснулся пламени. Нет, не так, оно само тянулось, ища встречи. Ласкало узкую ладонь и оплетало длинные пальцы. Мелисса встревоженно обернулась. «Разве никто не видит происходящего?» Так и есть – никто. За ее спиной выросла высокая стена из огня в полтора человеческих роста.

– Не ошибся. Ведьма!

Слова прозвучали непозволительно близко. Мила отвлеклась на мгновение, и мужчина уже стоял в шаге от нее. Его рубашка тлела, открывая верхнюю часть груди, брюки походили на рыбацкую сеть, неизвестно как держась на бедрах хозяина, сделай он шаг или резкое движение – останется обнаженным.

– Демон!

Холодные серые глаза сменили цвет. Расплавленный металл – так можно назвать то, что видела сейчас ведьма. Алый, желтый, золотистый сплетались в завораживающие потоки.

– Ведьма, – повторил демон, причмокивая от удовольствия. – Какой щедрый подарок судьбы. Стихийная! Как твое имя?

Мелисса громко и искренне рассмеялась. «Неужели он действительно рассчитывает услышать из моих уст имя? Колдовское имя? Никогда!»

– Могла бы и догадаться. – Она проигнорировала вопрос. – Беспринципный любитель наживы, готовый ради денег погубить все живое! Черто-горский, – разделила его фамилию на части, удивляясь своей слепоте и глупости.

В ярких голубых глазах демон читал пренебрежение, открытое и жгучее. Задрав голову, она не отводила взгляда от его лица – еще ни одна женщина не смотрела на него с такой непокорностью и вызовом.

– Покажи себя! – Демону захотелось увидеть настоящий облик, а не красивую оболочку, что искусно создавали колдуньи, пряча за ней столетиями изуродованное лицо и тело.

– Это пожалуйста! Смотри. – Она сделала шаг назад и кокетливо повернулась одним боком, потом вторым, спиной и спросила: – Все рассмотрел? – Мелисса не волновалась и не испытывала ужаса.

«Ну что мне простой бес или инкуб? Да, определенно инкуб, слишком красив и глуп. "Как твое имя?" До чего же бестолковый. Кто в своем уме собственноручно отдаст власть над собой, назвав незнакомцу имя?»

– Покажи настоящую себя! – Демон не унимался, подошел ближе. – Третий раз я не стану повторять! – Их окружало пламя, скрывая и отрезая от остального мира.

«Болван, созданный для удовлетворения низменных потребностей!»

– После тебя, низший.

Она в открытую дерзила и насмехалась. Ясно, как белый день, что полезной беседы с инкубом не выйдет, ей не удастся повлиять на разум или принудить любым другим способом, остается лишь один вариант – применить силу, заставить отступиться.

– С удовольствием. – Инкуб сделал несколько шагов назад, на что пламя, вторя, отступало перед своим хозяином.

«До чего же хорош!» – подумала Мелисса, рассматривая мужское тело. Именно такое, какому она отдавала предпочтение: жилистое, сильное, грациозное, твердое на ощупь.

«Демоны точно знают толк в мужской красоте», – утвердилось в девичьем сознании, и он распахнул крылья…

«Крылья?!»

Иссиня-черные, широкие в размахе, мощные, способные поднять хозяина в небо за пару взмахов. Демон красовался, раскрыл их во всю длину, и окружавшее их пламя вздрогнуло от потока воздуха.

«Крылья не такая и редкость для демона. Подумаешь, ошиблась, приняв демона средней руки за низшего», – храбрилась она, но интуиция кричала об опасности, и Мелисса решила прислушаться. Сколько себя помнила, имела острое чутье на неприятности, и оно не раз спасало репутацию и даже жизнь.

А демон продолжал демонстрировать себя в полной красе: вытянув правую руку и раскрыв ладонь, материализовал длинный меч. Серебряное острие очертило круг и, коснувшись, щекотало ямочку у основания изящной шеи.

«Бежать! – вспыхнуло в сознании. – Бежать, пока не поздно!»

Глава 6

Андрас любил этот мир за простоту. Здесь все легко покупалось и легко продавалось. И не только вещи осязаемые, но и люди, и их убеждения. За небольшую по меркам демона сумму, человек готов отказаться от веры, принципов, друзей, даже собственной родни. Только озвучь верную цифру, и ты купишь его душу.

«Это же Рай!» – Андрас всегда театрально вскидывал руки и с довольным хохотом рассказывал о Земле.

Но настоящей страстью для него являлись вещи, что производили корыстные и такие удобные в использовании люди. Красивая и приятная к телу одежда, быстрые и мощные автомобили, яркий запоминающийся парфюм, вкусная пища и пьянящий алкоголь, чарующая музыка, шикарные женщины… Да, женщин он тоже считал чем-то рукотворным. Предметом искусства. А женщин Земли по-другому назвать и нельзя. Они уделяли внимание внешности, создавая себя, даже больше, чем демоницы. Как только девочка считала, что ее детство закончилось, она тут же забывала о куклах и милых забавах и с удовольствием подражала современным идолам. И жизнь девочки превращалась в вечную гонку со временем, с собственным желанием, основанном на чужом мнении: быть стройнее; гибче; добиться кожи, словно бархат и мягких на ощупь волос; иметь белоснежную улыбку; безупречный маникюр; идеальную укладку… и еще, и еще, и еще! Главное в их жизни – никогда не останавливаться на достигнутом и стать заложницей эталонов красоты.

И одна из таких женщин сейчас выглядывала из-за спин неудачников – жителей маленького городка, забытого практически всеми и так неудачно оказавшегося рядом с собственностью Андраса. Неудобный ему городок существовал уже сотню лет, когда-то тут разводили скот и возделывали поля, но со временем фермы пришли в упадок, хозяйства развалились, а люди так и остались, живя своим двором и былыми воспоминаниями о достатке.

Это не первый случай, когда жители Солнечного приносили Андрасу неудобства и беспокойство. К его удовольствию, попытки помешать работе базы и получать прибыль сходили на нет. Он смирился с молчаливыми пикетами у ворот, редкими заметками в местных газетенках, даже с проверками, что обходились в круглую сумму каждая.

Однажды демона посетила крамольная мысль свернуть переработку здесь и перевезти базу в другое место, туда, где он не будет никому мешать, да и жить себе спокойно. Однако он не сделал этого в прошлом и не сделает в будущем – не в его правилах отступать. А глядя на пламя, расползавшееся по территории, поклялся стереть поселок с лица земли вместе со всеми, кто в нем живет.

Впервые за три года местные жители осмелились на действия. Демон слегка проникся уважением к смертным, но тут же похоронил его под злостью.

Сейчас все происходящее вызывало в нем гнев и раздражение: промокшая одежда, сковывающая движения; ветер, хлеставший по его лицу крупными ледяными каплями; ворон, бесцельно круживший над его головой; рабочие, что бестолково топчутся, разводя руками; пожарные… да все и вся! Но доводил до исступления злой восторг в глазах людей. Потушив желание расквитаться с поджигателями собственноручно и сейчас же, повернулся к толпе спиной.

Если он ничего не предпримет, лишится доходного места и, что главное, порадует противника. Не будь здесь людей, Андрас справился бы с огнем за пару секунд, достаточно впитать стихию в себя.

Бросил мимолетный взгляд через плечо – много свидетелей.

Все продолжали наблюдать в молчаливом ликовании за огнем, и только один взгляд был устремлен на него. Все та же блондинка ярким пятном выделялась на сером фоне. Высоко подняв подбородок, смотрела ему прямо в глаза. Странно, что раньше он ее не замечал. Он не видел девушку полностью, не мог оценить тело, но красивое лицо точно бы вспомнил, если бы встречал ее ранее.

– Хватай! – Крик отвлек демона от размышлений о красавице. Бочка под тяжестью собственного веса сорвалась с погрузчика, двое рабочих безрезультатно старались ухватиться за металлический обод. – Бегите! – истошно заорал тот же голос.

– Идиоты, – выкрикнул в сердцах Андрас. По черной маслянистой дорожке навстречу полной емкости вихрем пронеслось пламя. – Все вон! Я сказал вон! Все! – Его обдало волной жара, он не услышал голоса раненых, ощущая нутром людскую смерть. В ушах стоял высокий неприятный писк. Красное зарево то скрывало, то приоткрывало два почерневших тела. – Проклятье! – Он двинулся навстречу стихии. Демон не верил в случайности. Яростная непогода, сорвавшаяся бочка, ворон, что спокойно наблюдал, сидя на ближайшем столбе, блондинка… Андрас обернулся, наблюдая за происходящим взором демона. – Ведьма, – рыкнул, позволяя хрупкой женской фигурке приблизиться. – Подойди ближе. Какая удача и какая беспечность, – шептал в предвкушении мести. – Не ошибся. Ведьма! – Он воспользовался растерянностью, подошел к девушке вплотную, скрывая их огненной стеной.

– Демон! – удивленно воскликнула блондинка. Миниатюрная: золотистая макушка чуть возвышалась над его плечом.

В мыслях Андраса ведьма уже была пленена и беспрекословно выполняла все до единого его приказы.

– Какой щедрый подарок судьбы. Стихийная. Как твое имя?

Прекрасные голубые глаза заискрились весельем, в уголках проступили слезы смеха.

– Могла бы и догадаться. Беспринципный любитель наживы, готовый ради денег погубить все живое! Черто-горский. – Красавица выплюнула его земное имя.

– Покажи себя! – Андрас знал, как мастерски колдуньи скрывают свой настоящий облик. За личиной юной златовласки вполне может скрываться столетняя старуха. Он скривился, представив обвисшую кожу, беззубый рот, блеклый старческий взгляд и редкие белесые волосы. «Не страшно», – принял волевое решение смириться с уродством. Ведьма нужна ему исключительно для дела. А для развлечения всегда найдет кого-то симпатичнее дряхлой карги.