- -
- 100%
- +
© Денис Морро, 2020
ISBN 978-5-0051-8080-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Народ толпился по залу ресторана. Все холеные, расфуфыренные. Противно. Да, все они богаты и, возможно, честным трудом заработали свои капиталы, но в кого они превратились теперь? Царьки, что не считают людей за людей с доходом ниже среднего. Люди для них теперь стали всего лишь обслугой. Оценка мира и окружающих сузилась до толщины кошелька.
Это заметно стало для меня с самого детства. Я наблюдала картины унижения персонала в нашем доме. Этим всегда промышлял отец. Сколько раз я с ним ссорилась из-за этого? Миллион. А толку? Ноль. По итогу, окончив школу, собрала вещи и переехала к подруге. С тех пор промчалось пять лет, а мы не перекинулись и парой слов. Даже ни разу не виделись. Честно говоря, я поначалу думала, что Герман Иванович решится на возврат дочери в отчий дом, но он и пальцем не пошевелил. Наверное, я надоела ему со своими постоянными высказываниями о добре и зле.
В этот солнечный июльский день я присутствовала среди всех этих господ лишь из-за сестры. Моя роднулька, Иришка, устроила помолвку. Созвала под эти шикарно убранные своды друзей и коллег, своих и отца. Выбором ее я была не совсем довольна. Сестра выбрала в спутники жизни своего зама (Ирина, довольно успешно, несколько лет управляла отцовской компанией). Ильдар казался лично мне скрытным и лицемерным человеком. Бывает такое, что смотришь на человека и понимаешь – подлец. Но Ира не замечала и не чувствовала ничего плохого. Одним словом влюбленная барышня.
– Геля, – взвизгнула Ирина и кинулась с объятиями ко мне, – как хорошо, что ты пришла.
– Ира, как ты могла подумать, что пропущу сие мероприятие? – сжимая в объятиях ее, проговорила.
– Сейчас начнется официальная часть, – поправляя прическу, пропела счастливая Иришка. – Ты будешь на самом почетном месте.
Сестра ухватилась за мою руку и повела сквозь блестящую толпу гостей в центр ресторана.
Импровизированная церемония помолвки была прекрасна. Романтичная и безмерно трогательная. Сестренка была вообще обворожительна. Нежное розовое платье в пол, открытые плечи и кропотливая прическа с белым цветком. Много замечательных слов. Все выказывали радость и кучу пожеланий.
– Классно, – с придыханием протянул за спиной незнакомый парень. – Вы Ангелина? Сестра невесты?
– Да, – обернувшись, кивнула. Будто бы и так не понятно. Все в Москве и, наверное, во всем Подмосковье знали, что у Ирины Кораблевой есть сестра близнец, то бишь я. Зачем спрашивать, если и так все написано на лице?
– Я Марк Суворов, – он протянул руку.
– Очень приятно, – естественно, выказала уважение к незнакомцу и пожала его ладонь. Рука у него крепкая. Сжал мои наманикюреные пальчики с каким-то остервенением. Стопроцентно служивый, только они, пожимая приветственно руку, сжимают ее так, словно пытаются выжать сок.
– Недавно работаю на вашу семью, Герман Иванович назначил меня заместителем начальника охраны. Наслышан о вас.
– Надеюсь, только хорошее? – язвительно поинтересовалась, зная ответ.
Парень вздохнул.
– Честно? В основном про вас стараются не говорить, но если же заходит разговор, то стараются выражаться помягче…
Совершенно не удивилась ответу Марка. Так оно и есть. Мой отец настоящий деспот, который не терпит ничьего мнения. Все давно привыкли к этому и, словно безвольные существа, подстраиваются под него. А он, мягко выражаясь, относится ко мне не с лучшими чувствами. Мне иногда кажется, что он меня ненавидит. За что? Просто-напросто потому, что никогда не прогибалась под его стальным гнетом и испепеляющим взором.
– Не волнуйтесь, Марк, я давно привыкла к подобному отношению и меня это ничуть не смущает. Вот такой у нас Герман Иванович.
– Регина Олеговна, всегда о вас отзывается прекрасно… – протянул Марк. Что-то было в его глазах манящее. Никогда такого не испытывала. Странно. Парфюм совершенно некстати врезался в мой нос. Суворов имел превосходный вкус.
– Я знаю. У нас понимание и чуткие отношения, – в следующую минуту, подумала: с чего настолько душещипательный диалог? Чего он все выпытывает? Волна негодования подступила к горлу. Насупившись, выпалила, – Это все? Допрос окончен?
Глаза парня округлились. Бедолага совсем не ожидал такой перемены во мне, он даже отстранился немного.
– Извините… Я не хотел, я просто…
– Давайте, окончим эту беседу… – пробурчала и отвернулась.
Каков наглец. Что ему вообще нужно? Может отец подослал?
По телу пробежала волна мурашек. Поежилась и постаралась успокоиться.
Тем временем ведущий в белом пиджаке, облепленный стразами, попросил выйти из толпы несколько человек, что приготовили поздравительные речи.
На сцену направились четыре человека. Наши родители и предки Ильдара. Счастья быть представленной им не имела. Как только родитель жениха раскрыл рот, поправляя бабочку на толстой шее, я заскучала. Полный мужчина, похожий на Винни-пуха, бубнил низким голосом. Будто пытался убаюкать всех присутствующих.
– Какой сегодня чудный денечек. Все красивые и прекрасные. Очень рад, что в нашу большую семью вливается Ирочка. Хочется сказать вам напутственные слова…
Мужчина говорил так, будто это была свадьба. Обычная помолвка. Новые веянья моды у богачей. Собрать тучу народа для того, чтобы сообщить о намерении пожениться. Вот уж бред.
Навалилась усталость и поклонило в сон. Отец Ильдара явно только набирал разгон. Сдерживая зевоту, ринулась в сторону выхода.
Уселась на разогретую солнцем ступеньку перед центральным входом и достала телефон.
– Алло, Свет, как дела? Все тихо? – сказала, услышав голос подруги и по совместительству напарницы.
Со Светой мы познакомились в музыкальной школе. Обе ходили на фортепьяно. Герман не разделял моего увлечения музыкой, поэтому отправил в обычную музыкалку, так сказать грызть гранит науки на ровне с местными ребятами из простых семей. Кстати, за это ему благодарна.
Пианистками мы не стали, но дружба у нас крепка. После моего ухода из дома Света меня приютила. В академию ветеринарии вместе поступили, и окончила с отличием. Теперь работаем в одной из клиник столицы.
– Сегодня на удивление тихо, – немного помолчав, ответила та. – Как на поле боя? Виделась с отцом?
– Нет, – вздохнула и облокотилась на перила, – вернее издалека видела его, когда на сцену выходил… С мамой поговорили украдкой. Ирка очень красивая и счастливая.
– Не переживай, – принялась щебетать подруга, – ты просто накрутила себя. Все люди, а людям свойственно ошибаться. Ильдар, наверняка, хороший парень и не обидит твою сестру.
– Не нравится он мне, – отрезала я.
– Ну, Геля… – устало протянула напарница, – это всего лишь твои заморочки. Если тебе попался говнюк, это не значит, что твоя сестра нарвется на те же грабли.
– Давай, только не о нем…
Зачем она напомнила? Вот и рассказывай после этого душевные переживания подруге. Полгода назад рассталась с парнем. Влюбилась как дура с первого взгляда, а он оказался еще тем хлопчиком. Пел о высоких чувствах, а сам мечтал познакомиться с моим отцом. Наивный, полагал, что Кораблев будет спонсировать никчемные проекты мужа дочери. А дочь-то, как выяснилось, не совсем любимая и не настолько приближенная как он считал. Наша схожесть с Ирой сыграла злую шутку. Альберт думал, что крутит роман с Ириной Кораблевой, а оказалась сестра-близнец по профессии и призванию доктор-ветеринар Ангелина Кораблева, о которой практически никто не знает и вообще не подозревает о ее существовании. Да-да и такому есть место. Альберт не подозревал о моем существовании. Парень знал только об одной дочери известного бизнесмена. Самое интересное, его не смутили мое имя и сфера деятельности. Он думал, что богатая девица так развлекается, ну а что, у богатых свои причуды.
Все выяснилось как только Алик собрался делать предложение. Хотел познакомиться с родителями, чтобы по всем традициям попросить руки и сердца у главы семейства. В общем, узнав горькую правду, испарился туда, откуда прибыл.
– Ладно-ладно, – запричитала Светка. – Чего так тихо? Олигархи ныне научились скромно празднества справлять?
– Я на улице, – пояснила, улыбнувшись на ее предположение. – Скучные поздравления и монотонные речи неизвестных мне людей убаюкивают.
Из ресторана послышался грохот и крики. Я вздрогнула и обернулась.
– Свет, я перезвоню. Что-то внезапно у них началось какое-то подозрительное веселье с битьем посуды и воплем.
Отсоединившись, подошла к двери, но она была заперта.
– Что за ерунда… – сказала вслух.
Для чего запирать дверь? Меня не предупредили, что нельзя покидать мероприятие. Вышла и все? Обратного хода нет? Бред какой-то.
Тем временем шум и гам усиливался. В помещении точно происходило что-то противоестественное. Тут же с обратной стороны послышался скрежет. Кто-то прильнул к двери и из последних сил пытался выбраться на улицу. Вот тут мне стало страшно. В первую минуту растерялась, но сразу собралась. Что делают в таких случаях? Звонят во все службы спасения. Так и поступила.
Через полчаса у здания ресторана стояла уйма машин. Спасатели, полицейские и медработники сновали повсюду. Произошел вопиющий случай. Честно говоря в голове это не укладывалось. После того как я вышла на улицу, некто закрыл двери элитной харчевни и выпустил пчел. Уму непостижимо. Да еще, не абы каких. Полосатые насекомые были одними из опаснейших на планете и довольно редкими. Африканские пчелы безумно агрессивны. Их яд настолько силен, что сбивает человека с ног. Жертва при укусе, чувствует боль, схожую с разрядом тока, прошедшего через все тело. Жуть.
Пострадало более ста гостей. Всех отвезли в ближайшую больницу. Ира и ее жених тоже пострадали. Слава богу, родители укрылись в туалете, туда разъяренные насекомые не добрались. Больше всех досталось отцу Ильдара. У мужчины случился сердечный приступ на фоне произошедшего.
Я примчалась в больницу и поговорила с доктором. Лекарь заверил меня, что с Ирой все в порядке. Успокоившись отправилась к ее палате. У дверей меня встретил отец.
– Тебе хватило наглости после всего заявиться сюда? – разъяренно прокричал он.
Вопрос поставил меня в ступор. Я-то при чем? Однако выражения моего лица навело старика на какие-то свои выводы.
– Так и думал, что это ты!
– Гера, не надо… успокойся… – придержала его мама.
– Помолчи, – скомандовал Герман. Он настолько был вне себя, что на его морщинистом лбу пульсировала венка.
Меня всегда удивляло, как так вышло, что мама оказалась замужем за отцом. У них разница в возрасте тридцать лет. Угораздило же ей, двадцатилетней девчонке влюбится в пятидесятилетнего мужчину. Вот уж точно, прилетел амурчик и обухом по голове вышиб разум.
– Герман Иванович, я каким боком? Как вы связываете случившиеся с моей скромной персоной? – осведомилась, сдерживая гнев и раздражение.
– Не прикидывайся, – брызгал слюной тот, хлопая рукой по груди, – кто у нас ветеринар? Ты совсем с ума сошла. Испортила праздник сестре. Знаешь, что я могу сделать? Написать заявление в соответствующие органы.
На угрозу мои губы выдали улыбку.
– Пиши, – игриво сказала, – только имей в виду, что я ветеринар и к насекомым не имею никакого отношения. И мне незачем было устраивать сей спектакль.
– Какая же ты сука! – взревел старик и опустился на скамейку у двери. – Как тебя только земля носит. Если бы ты не была близняшкой Иры, я был бы уверен, что тебя подкинули.
– Гера, – вновь вставила слово мама и подошла ко мне, – пожалуйста, прошу тебя, не говори так.
Она ловким движением изящной руки заправила выбившейся локон белых волос за ухо и посмотрела на мужа умоляющим взглядом. В уголках глаз появились слезы.
– Регина, помолчи! Почему ты все время встреваешь? – хрипел Герман.
– Гера… – тише повторила она и опустила глаза.
– Замолчи! – взвилась я на папашу. Мне стало обидно за маму. Понятное дело, что она сама выбрала этого мужчину и эту жизнь под его гнетом, но терпеть такого отношения к ней в моем присутствии не могла. – Что ты хочешь? Чтобы ушла? Уйду, только успокойся и не действуй всем на нервы! Если тебе никто не может этого сказать, значит, скажу я! Ты невыносим, рядом с тобой невозможно находиться! Уже начинаю думать, что Ирка замуж собралась лишь бы уехать от тебя подальше!
– Убирайся! – срывающимся голосом простонал Герман.
Внутри все клокотало. Я сорвалась с места и выскочила на улицу. Ненавижу его! Никому не дает жизни. Постоянное недовольство, вечно все неправы. Умозаключения до боли странные. Как можно подумать, что я прикупила где-то африканских пчел и выпустила рой в ресторан? Главное с какой целью? Испортить помолвку? Впала в детство и начала творить бредовые поступки?
Чтобы хоть немного успокоится начала жадно вдыхать вечерний воздух. Пригород уже окутали сумерки, и жара понемногу стала спадать.
– Ангелина, – раздался приятный голос.
Меня догонял Марк. Я сложила руки на груди. Что ему-то нужно? Зря он сунулся под горячую руку. Если днем у меня роились сомнения, что он засланный казачек, то теперь я была уверена: его послал отец для серьезного разговора со мной.
– Чего вам? – кинула в ответ.
– Ангелина, Герман Иванович, поручил мне разобраться в произошедшем.
– Поздравляю, – фыркнула и ринулась в сторону парковки. Там была моя машина.
– Подождите, мне нужно задать вам несколько вопросов, – не отставал Суворов.
– У меня нет настроения, отвечать на ваши вопросы, – привольно отмахнулась.
Парень неожиданно настиг меня и схватил за локоть, притянув к себе. Марк изменился в лице. Более парень не выглядел как сосунок на побегушках у старого бизнесмена. Его карие глаза стали хищными в них появилось что-то темное. Из зализанной челки выбилась прядь и упала на прямой лоб, касаясь широкой вздернутой брови.
– Послушай меня, – заговорил полушепотом, – я не собираюсь бегать за тобой. Ты кого из себя строишь? Принцесса, блин! Ответишь на мои вопросы, а потом вали на все четыре стороны.
На это я не могла возразить. Даже не верилось, что сие адресовано мне. Мысли разбежались. Однако локоть отозвавшийся болью вернул ясность ума.
– Вот это да, – ухмыльнувшись сказала, – кто-то показал зубки. Интересно. Ну, ладно, задавай свои вопросы.
– Не ерничай, – приказал Марк, чем вновь ввел меня в ступор. Никогда ни один мужчина не позволял так разговаривать со мной. – Почему из зала ушла?
– Чтобы не уснуть. Уж очень вечеринка веселая была.
– Допустим. Куда отправилась?
– На ступеньках у входа сидела.
– Кто-нибудь входил в ресторан?
– Нет, – ответила и попыталась высвободить руку.
– Выходил? – сжимая пальцы, продолжал Марк.
– Отпусти, – взбунтовалась наконец-то. – Ты не в себе? Иначе мне придется сломать тебе нос.
Моя угроза его повеселила.
– Ого, даже так, – Суворов улыбнулся. – Вы свободны Ангелина Германовна, но если понадобитесь, я позвоню. Номер оставьте.
– Перебьешься, – сказала, пятясь назад, словно дразня его. Но это было совсем не так. Он видимо расценил мое поведение именно так.
Марк сделал рывок и очутился вплотную. Выхватил сумочку, заправски доставая телефон.
– Эй, отдай!
Все мои попытки вернуть сумку и телефон были тщетны. Суворов юрко уворачиваясь от моих рук набрал свой номер и сделал вызов. Как только его телефон раздался трелью, хам вернул мои вещи.
– Суворов, я тебя запомнила, – кинула уходящему парню, очередную угрозу.
– Свободна! – насмешливо сказал он.
Во мне все бушевало. Хотелось закричать на всю парковку. Вот же, сукин сын! Получил, что хотел и был таков. Ничего удивительного, каков работодатель, таков и сотрудник.
Глава 2
Домой добралась далеко за полночь. Светка мирно посапывала в своей спальне. Прошвырнулась по кухне. Жуть как перенервничала, от этого разыгрался аппетит. Сделала бутерброд, и жадно поедая его, уставилась в окно. По дороге мчались машины, разрезая ночную мглу светом фар.
Сердце начинало щемить, как только задумывалась об Ире. Бедная, такой день изгадили. Самое главное кто? И зачем? Вероятнее всего, что она кому-то дорожку перешла. Еще раз убедилась, что все эти бизнесы и подобные дела ничего хорошего не несут своему владельцу. Деньги? Считаю, не самое важное в жизни. Для Иры важнее в этот день была помолвка, гости, красивое платье, в общем, все, о чем мечтает каждая девушка. И наличие огромных капиталов не особо помогло ей воплотить свою сказку в реальность.
Неожиданно возник образ Марка. Его глаза наполненные яростью. Так и не скажешь, что он мог быть таким сильным. Не физически, а морально. Что он умел подавлять. Цепной пес! И откуда его папаша откопал?
– Хватит полуночничать! – приказала себе вслух, поежилась и пошла спать. На душ не осталось никаких сил, ни моральных, ни физических.
Сон был урывками, виделись картины из ресторана. Бесчисленные пострадавшие. Стоны, крики, машины воющие сиреной. Банкетный зал, в котором не было живого места. Люди, охваченные паникой, метались по нему, снося все на своем пути. Следы крови гостей на белоснежных скатертях, что разбивали друг другу носы и получали порезы об осколки посуды. И во всем этом хаосе маленькие тельца погибших насекомых. Которые гибли после укуса, оставив жало в своей жертве.
– Геля, – донесся крик Светки из кухни, – хватит дрыхнуть, вставай. На работу проспишь.
– Иду, – простонала осипшим голосом.
Быстро приняла прохладный душ и к столу. Сожительница тем временем наготовила гору ароматных оладушек и сварила божественный кофе.
Наливая бодрящий напиток, Света принялась выведывать подробности вчерашнего торжества.
– Как погуляли? Судя по тому, что ты притопала домой примерно в три часа ночи, погуляли хорошо?
– Ты даже не представляешь себе, насколько хорошо, – смакуя кофе, покачала головой.
Выражение Светы менялось с каждым сказанным мною словом. Светлые брови сдвигались медленно, но уверено, над большими ярко-голубыми глазами.
– Зачем? Кто? – спросила, окончательно нахмурившись.
– Понятия не имею, – вздохнула я, – скорее всего «друзья» Ирки или отца. При их образе жизни, таких «друзей» скопилась явно не одна сотня.
– Как Герман Иванович отреагировал? – поинтересовалась Света, опустив глаза.
– Сама же знаешь, чего спрашиваешь? Думает, будто я выпустила пчел, – негодование опять подступило к горлу. – Очень странный. Что бы ни случилось, он на меня думает! Вообще не хочет включать хоть изредка мозг. Еще и подослал некоего молодого человека. Подозреваю, что у него тоже не все в порядке с мыслительными процессами.
Светка задумалась на минуту и выдала:
– Ты не забыла, сегодня Жарникова придет со своим пуделем. Плановый осмотр.
Как можно забыть Веронику Жарникову? Никак, при всем желании. Более полугода регулярно посещает нашу скромную клинику. Приводит своего пуделя Густава. Дамочка явно не знает меры ни в чем. Ни в одежде, ни в бесчисленных побрякушках, которые развешивает на себя, не в заботе о бедной собаке.
Ее песик по имени Густав заслуживает сочувствия. Вероника настолько его любит и оберегает, что таскает по обследованиям всех наших докторов. А их у нас немало. Как и в обычной человеческой больнице у нас имеется штат врачей. За вашей собачкой денно и нощно будут наблюдать: терапевт, окулист, кардиолог, лор, а в экстренных случаях может придти на помощь хирург.
Вероника дама обеспеченная. Капитал заколачивает муж, владея сетью заправочных станций. А вот детишками не обзавелись. Ее «сыночком» стал Густав. Женщина его безмерно любит и оберегает, видимо от этого в ее светлой головушке зародился страх, что с собачкой может что-то случится. Поэтому каждый месяц мадам приводит пса на полное обследование.
– Помню… – протянула я и направилась к мойке. – На сколько запись?
– Сразу с утра, – потягиваясь, ответила подруга.
К десяти утра мы заняли свои рабочие места. Света трудилась в должности кардиолога и хирурга. Я врач общей категории – терапевт.
У нас маленькая клиника при всем разнообразии докторов. Некоторые коллеги подрабатывают также в других лечебницах.
Дверь моего кабинета скрипнула. Из-за створки показалась плешивая голова.
– Ангелина Германовна, можно?
– Входите, – ответила, не отрываясь от карточек пациентов.
Василий Игнатьевич, бесшумно ступая по кафельному полу, подошел к моему столу и уселся напротив меня. Веселый дядечка с большим животом, возглавлял наше заведение. В нем уживалось две страсти. Помогать животным и собирать сплетни по всему отделению.
– Как вчерашнее мероприятие? – спросил в предвкушении.
– Чудесно, – не отрываясь от бумажек, проговорила я. – Много гостей, веселая музыка, конкурсы и все в этом духе. В общем, весело и задорно.
– Ах, Гелечка, – мужчина закатил глаза, – в который раз убеждаюсь, что у вас стальные нервы…
– Вы о чем? – это заявление заставило оторваться от историй больных и заглянуть в хитрые глазки главврача.
– Ну, как же? – он потер подбородок и посмотрел на календарь, висевший за моей спиной. – Вы говорите так спокойно о помолвке сестры, будто там ничего не произошло…
Ну, Света! Уже разболтала. Кого просила держать рот на замке? Зачем нужно было рассказывать Колобкову? Хотя на Светку это не похоже, в основном подружка умеет помалкивать о моих секретах.
– Вы о чем? – быстро включила режим дурочки.
– Ангелина Германовна, – Василий Игнатьевич провел рукой по лысине, – всем уже известно и о вакханалии в ресторане и об убийстве…
Услышав последнее слово, выронила бумаги из рук. Они скопом шмыгнули под стол и разлетелись по полу.
– Убийстве?! – переспросила, сползая под стол.
– Да-да, вы все верно расслышали, – также медленно опускаясь на пол, кивнул доктор. – Новости вообще не смотрите?
– Нет, не люблю вникать в проблемы всемирного характера.
Главврач цыкнул, подхватывая листки с назначениями, что вылетели из-под стола к его ногам.
– А у меня утренний ритуал, за чашкой кофе обязательно посмотреть новостной выпуск, дабы находиться в курсе всех вестей.
– Так кого убили? – подавляя волнение, переспросила.
– Осипова, – усаживаясь на стул, сказал Василий. В его голосе была такая интонация, словно я отлично знала этого человека. Мне же на самом деле ни о чем сия фамилия не сказала.
– Кто это? – сортируя собранные бумаги, хмыкнула.
– Ой, – махнул рукой главврач, – а то вы его не знаете. Родственник как-никак!
Судорожно прикинув всех родственников, ухмыльнулась:
– Что-то путаете, Василий Игнатьевич, у меня нет родственников с подобной фамилией.
Оппонент поджал губы.
– Евгений Осипов, отец будущего супруга вашей сестры.
Выстроенная цепочка мужчиной не сразу уложилась в моей голове.
– Отец Ильдара?! – вскрикнула я, как только поняла о ком идет речь.
– Именно, – хлопнул себя по лбу Колобков.
Ильдара и его семейство вообще не знала, особенно под какими фамилиями они проживают на белом свете.
Колобков хотел еще что-то добавить, но его прервала Лина, наш администратор. Она для проформы постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, предстала перед нами:
– Ангелина, Жарникова приехала.
– Зови, – распорядилась и взглянула на главврача выпроваживающим взглядом.
Он сразу же уловил мой посыл и скрылся за дверью.
На осмотр песика Вероники ушло около тридцати минут. Зная, что животинка совершенно здорова, я все равно предельно внимательно ее осматривала и проводила все необходимые манипуляции. Жарникова же без умолку твердила о своих жизненных коллизиях крутя колечки, украшавшие ее тонкие пальчики.
– Из-за этого пришлось уволить садовника, – грустно вздыхала дамочка. – Ну, не могут в скандинавском саду кусты быть подстрижены на норвежский манер.
– Насколько помню историю, древняя Скандинавия разделилась на сегодняшний день на множество государств. Норвегия, Исландия, Ирландия и прочие-прочие, именуются скандинавскими странами, то бишь скандинавский стиль присутствует в них на законных основаниях, – умничала я, пальпируя живот Густаву. Пудель относился ко всем манипуляциям спокойно, мужественно все снося.
– Гелечка, – захохотала Вероника, – много вы понимаете в стилях. Чтобы начать в этом хоть что-то понимать, вам требуется получить специальное образование.
Жарникова явно выставила меня невеждой, но я ничего ей не ответила, потому, как у меня было все же достойное воспитание.
– Густав, совершенно здоров, – заключила, стягивая перчатки.
– Спасибо, Гелечка, – подхватив пуделя, запричитала Вероника. – Мы все равно будет приезжать к вам. Я до сих пор благодарна Градову, что он порекомендовал вас как профессионала высшей категории. Далековато будет, но мы вас не бросим.