Запись 0

Глава 1

Меня зовут Рина Морозова, мне 29 лет, я брюнетка с карими глазами. Мои немногочисленные поклонники называют мои глаза очень внимательными или даже завораживающими, но я думаю, что унаследовала эту задумчивость и меланхоличность во взгляде от мамы-писательницы. Живу я в пригороде, в оставшейся мне от родителей старой квартире с толстыми стенами и деревянными оконными рамами, которые скрипят при каждом дуновении ветра.

Я не люблю шум. Даже чириканье птиц по утрам кажется мне лишним. При этом моя работа – слушать. И делать звук чище, прозрачнее, понятнее.

Я – оцифровщик плёнок. Это редкая профессия, и заказов у меня много. Нужно восстанавливать забытые и вновь найденные записи: из шороха старых кассет и бобин освобождать голоса людей, исчезнувших уже многие десятилетия назад. Я превращаю прошлое в цифры.

Те, кто заказывает у меня оцифровку, зачастую не знают, что именно хранит их запись. Это может быть что угодно – от детского смеха до заклинания, произнесённого шаманом. Иногда это подслушка собраний диссидентов, концерты-квартирники, молитвы или лихорадочный шёпот безумца.

Я люблю тишину. В ней нет лжи. И если на старой плёнке я услышу что-то странное – меня это не пугает. Я сначала слушаю. А потом – чищу.

Именно так я поступила с плёнкой без подписи, которую вчера принёс курьер.

Футляр старой кассеты не имел маркировки. Письма тоже не было. Только один таймкод: 0:00.

Кто заказчик? Кто оплатит мою работу? Наверно, это какое-то недоразумение, и отправитель еще объявится.

Глава 2

Я включила плёнку.

Прокрутила на начало – и нажала „Play.“

Поначалу – ничего.

Чистая, плотная тишина.

Не белый шум. Не шипение.

А именно – тишина.

Я смотрела на экран.

Таймкод стоял на 0:00, но плёнка крутилась.

Я увеличила громкость.

И в наушниках услышала еле заметный вздох.

Один.

Как будто кто-то там, по ту сторону ленты, только сейчас заметил, что я слушаю.

Глава 3

Я сделала спектрограмму.

На записи действительно была волна – короткая, быстрая. Видимо, это было дыхание.

Но с каждым открытием файла график менялся. Будто плёнка сама не уверена, что на ней было записано.

На третьей попытке появился звук скрежета. Как будто кто-то проводит ногтями по дереву. Никто не мог этого вставить. Я просматривала сырой файл.

Он изменился сам?

Глава 4

Поздно ночью я услышала этот же звук, но уже не в наушниках, а в своей комнате.

Стенка шкафа как будто „дышала“.

Я подошла. Приложила к дверце шкафа ладонь. Ничего.

Вернулась к рабочему столу. Посмотрела на экран – таймкод плёнки снова стоял на 0:00.

Я её не перезапускала.

Глава 5

В следующий раз вместо дыхания я услышала голос. Тихий, шепчущий мужской голос.

„Ты слушаешь меня, а я вижу тебя."

После этой фразы включилась моя веб-камера. Перед тем, как потерять сознание, я выдернула шнур компьютера из розетки.

Глава 6

Я больше не сплю.

Плёнка теперь воспроизводится сама по себе.

Даже когда я отключаю питание магнитофона и компьютера.

Ночью звучит мой голос, но я этого не говорила: „Если ты это слышишь – ты уже внутри."

Глава 7

Запись 0 – это не запись.

Это точка входа.

Кто-то однажды создал её, чтобы поймать слушающего.

Чтобы заставить его стать частью следующей записи.

Зачем?

Чтобы не быть одному.

Создатель плёнки – человек, который бесследно исчез. Его звали Илья Митричев. Звукорежиссёр, на котором держался кинематограф 70-х.

Это была „золотая эпоха“ аналоговой звукорежиссуры, винила, магнитной ленты, ламповых усилителей. Микширование делали вручную на пультах, звук получался тёплым, записывалось всё на живую. Митричева называли богом 24 дорожек.

Внезапно он пропал, оставив записку – „Голос – это единственное, что остаётся. Я остаюсь в звуке."

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.