Схватка профессионалов

Глава 1

ЧЕРНЫШОВ

21 августа, понедельник, 20.00

Полковник Чернышов, старший оперуполномоченный по особо важным делам Управления по борьбе с терроризмом ФСБ России, удобно расположился в своем домашнем кресле перед телевизором. На экране как раз появилась заставка программы «Вести», которую он намеревался посмотреть.

Сегодняшний вечер для Чернышова стал скорее исключением из правил. Официально рабочий день в Управлении по борьбе с терроризмом заканчивается в шесть вечера, но, несмотря на это, полковнику Чернышову обычно не удавалось возвращаться домой раньше восьми часов. Когда ему все же выпадала такая возможность, Чернышов старался не пропустить ни одного выпуска новостей. Он с интересом смотрел и «Вести», и «Время», и «События». Только совокупность точек зрения журналистов с разных телеканалов, по мнению Чернышова, позволяет получить объективную картину событий, происходящих в стране и в мире. Однако желание Чернышова смотреть новостные телепрограммы очень часто вступало в противоречие с желанием его восемнадцатилетней дочери Ксении, которой в это же время непременно требовалось смотреть какой-нибудь сериал, идущий по другому каналу. Зная твердый характер отца, Ксения всякий раз старалась заручиться поддержкой матери, жены Чернышова. В итоге отстаивать свое желание Чернышову приходилось в споре уже с двумя женщинами.

Но в этот вечер мужу и отцу не пришлось ничего отстаивать. Дочь еще не вернулась домой, а жена домывала на кухне оставшуюся после ужина посуду. Как раз то обстоятельство, что дочери не было дома, не позволяло Чернышову полностью сосредоточиться на просмотре программы. Несколько минут он пытался бороться с накапливающимся волнением, но потом не выдержал и спросил:

– Алла, Ксения когда вернется?

– Сказала, что сразу, как только закончится киносеанс, – донесся из кухни успокаивающий голос жены. – Да ты не волнуйся, Паша, она же не одна пошла, а с Витей, – добавила Алла Чернышова, входя в гостиную с мокрой тарелкой в одной руке и полотенцем для посуды в другой.

– Это с каким еще Витей? – Павел Чернышов резко повернулся к жене. – Она же с Вадимом дружит.

– Паша, Вадим и Ксюша расстались еще в прошлом году, а сейчас девочка встречается с Витей, – объяснила Алла и с легкой улыбкой посмотрела на своего мужа.

Павел Чернышов недовольно нахмурился. «Что у них за отношения? – подумал он, имея в виду Ксению и ее друзей. – С Вадимом, видите ли, «рассталась», а «встречается» с Витей. И что значит «встречается»: дружит, ходит в кино и на дискотеки или спит в одной постели? Или это «встречается» подразумевает каждое из этих действий?»

Павел Чернышов никогда не имел особых проблем с дочерью. Ксения хорошо училась, была просто влюблена в биологию и медицину и после окончания медицинского колледжа собиралась поступать в медицинский институт. Но чем старше и самостоятельней становилась дочь, тем больше Чернышов волновался за нее. Полковник понимал, что и другие родители точно так же волнуются за своих повзрослевших детей. Но далеко не всем родителям приходится ежедневно читать в сводках происшествий об изнасилованиях, убийствах и исчезновениях людей, которые происходят в столице каждый день. В отличие от газетных разделов криминальной хроники, сводки происшествий, с которыми приходилось знакомиться Чернышову, изобиловали дополнительными подробностями, опускаемыми в газетных публикациях по гуманистическим соображениям. И эти подробности отнюдь не уменьшали беспокойства отца за судьбу восемнадцатилетней дочери.

Ответив на вопросы мужа, Алла вернулась на кухню, а сам Павел Чернышов вновь повернулся к телевизору. «Вести» уже закончились, теперь в эфире шла программа «Подробности». Первый вице-премьер Российского правительства, отвечая на вопросы ведущего, рассказывал о позитивных переменах в российской экономике.

– Макроэкономическая ситуация в России сейчас такова, что в принципе позволяет отказаться от новых заимствований в Международном валютном фонде, – сообщил с экрана вице-премьер. – Достигнутая политическая стабильность и главным образом рост промышленного производства привели к тому, что все большее число зарубежных компаний начинает вкладывать деньги в российскую промышленность. Сейчас мы уже можем говорить об изменении всей инвестиционной картины. Если раньше основной поток средств из-за рубежа составляли именно кредиты МВФ, то сейчас это целенаправленные инвестиции в конкретные проекты.

– Вы можете привести пример? – тут же задал заранее подготовленный вопрос ведущий программы.

– Пожалуйста, «Каспийский трубопроводный консорциум». Уже целый ряд западных транснациональных нефтяных компаний выразили намерение участвовать в этом проекте и инвестировать в него порядка двух миллиардов долларов.

– Пожалуйста, расскажите более подробно об этом проекте, – обратился к своему гостю популярный телекомментатор.

– «Каспийский трубопроводный консорциум» – это международный проект освоения нефтяных месторождений северной части Каспийского моря. И ведущая роль в этом проекте принадлежит именно России, – с гордостью заметил вице-премьер.

– Но ведь и другие страны Каспийского региона также имеют значительные запасы нефти в своей части морского шельфа, – напомнил телекомментатор. – Почему же именно Россию выбрали западные инвесторы в качестве своего стратегического партнера?

– Дело в том, что Россия достаточно активно ведет освоение нефтяных месторождений в своей части Каспийского моря. У нас имеется хорошо развитая инфраструктура как для добычи нефти – морские нефтедобывающие платформы, так и для ее транспортировки – каспийский трубопровод с нефтяным терминалом в порту Новороссийска. Вот по совокупности этих причин западные инвесторы и сделали свой выбор в пользу России.

– А каково отношение других прикаспийских стран к данному проекту? – задал следующий вопрос ведущий программы.

– Казахстан уже стал участником этого проекта. Поддерживают нас и Азербайджан с Туркменией. Особую позицию занимает Иран, но это вопрос скорее политических разногласий. Напомню, что с Ираном мы никак не можем договориться о разделе каспийского дна и соответственно о распределении ресурсов нефти и газа. Возможно, как раз «Каспийский трубопроводный консорциум» и поможет решить эту проблему.

Павел Чернышов поймал себя на мысли, что слушает слова вице-премьера, но совершенно не воспринимает их смысл. Чернышов настолько сосредоточился на своей дочери, что уже не мог переключиться ни на что другое. Как раз в этот момент до него долетел звук открывающегося замка, а через несколько секунд из прихожей донесся радостно-возбужденный голос Ксении:

– Мама, с ужина что-нибудь осталось? А то я так есть хочу!

«Тоже мне кавалер, – подумал Павел Чернышов. – Приглашает девушку на свидание и не может ее даже ничем угостить». Последняя критическая мысль Чернышова была совершенно беззлобна. Дочь вернулась домой. Судя по ее веселому настроению, она отлично провела время. И Павел Чернышов сразу испытал облегчение, а все его тревоги и страхи рассеялись сами собой. Он вновь переключил свое внимание на телепередачу, но оказалось, что и она уже подошла к концу. Чернышов успел услышать лишь последние слова ее ведущего:

– …напоминаю, что сегодня у нас в гостях был Первый вице-премьер Правительства России. А речь в нашей программе шла о наиболее перспективных инвестиционных проектах.

«Ксения никогда не даст посмотреть новости, – с легким раздражением подумал Чернышов. – Даже когда ее нет дома».

Глава 2

ЗАБОТЫ ДЕЛОВОГО ЧЕЛОВЕКА

21 августа, понедельник, 20.30

Невысокий, слегка располневший человек лет шестидесяти недовольно завозился на заднем сиденье своего «шестисотого» «Мерседеса» и вытащил из кармана трубку мобильного телефона. Несколько секунд он смотрел на продолжающий звонить телефон, а потом все-таки ответил неизвестному собеседнику.

Геннадий Семенович Тумский – владелец мобильного телефона, бронированного «Мерседеса S-600», а также другого движимого и недвижимого имущества – крайне трепетно относился к своему здоровью. Как-то раз он увидел телевизионный сюжет, в котором говорилось, что радиотелефоны могут вызвать рак головного мозга. И хотя Геннадий Семенович до конца не поверил, собственные разговоры по мобильному радиотелефону свел до минимума. Большинство звонков, адресованных Тумскому, шло через его секретаря, а на личный телефон Геннадия Семеновича могли позвонить только те, кому он сам дал номер. Причем круг этих людей был весьма ограничен.

– Он подписал, – услышал Тумский в телефонной трубке и сразу узнал голос одного из чиновников аппарата Правительства России.

– Вы слышите, Геннадий Семенович, документ подписан, – повторил чиновник, которого несколько озадачило молчание Тумского.

Чиновник, звонивший из Белого дома Правительства Российской Федерации, не видел, что помешала ответить как раз бурная радость, охватившая Геннадия Семеновича Тумского после его слов. Наконец Тумский справился с волнением.

– Сведения точные? – все же уточнил он.

– Да, Геннадий Семенович, – поспешно ответил чиновник. – Я сам видел документ с визой вице-премьера.

Тумский облегченно выдохнул: «Свершилось!» Сообщение означало, что те напряженные усилия, которые последние несколько месяцев предпринимал Тумский для продвижения в правительсте необходимого ему документа, наконец-то завершились успехом. Это также означало, что больше не нужно подкупать государственных чиновников разного ранга, устраивая для них специальные приемы, организуя сауны с лучшими московскими проститутками и раздавая элементарные взятки. И вот результат – его усилия не оказались напрасными.

– Вы оказали мне неоценимую услугу, – стараясь, чтобы его голос звучал с достоинством, сообщил Геннадий Семенович Тумский чиновнику из аппарата правительства. – Я этого не забуду.

Он хотел добавить: «Все наши прежние договоренности остаются в силе», но вовремя остановил себя. Собеседник звонил по открытой линии, значит, не исключалась возможность прослушивания. В любом случае доверять лишнюю информацию открытому каналу связи не стоило. «А Референт, – так Тумский называл про себя чиновника из аппарата правительства, – и без слов поймет, что получит обещанное вознаграждение. Через пару дней он поинтересуется состоянием своего банковского счета и обнаружит, что тот пополнился значительной суммой. Впрочем, его услуга того стоит». Геннадий Семенович Тумский никогда не жалел о потраченных деньгах, если они обещали прибыль. А в данном случае прибыль обещала быть просто огромной.

Только что чиновник из аппарата Правительства России сообщил крупному московскому бизнесмену Тумскому о подписании постановления, дающего право Свердловскому электромеханическому заводу самостоятельно реализовывать свою продукцию на внешнем рынке. Нейтральным названием «Свердловский электромеханический завод» именовался крупнейший в России производитель армейских тактических комплексов противовоздушной обороны. И для бизнесмена Тумского, контролирующего на постсоветском пространстве значительную часть теневого оборота оружия и военной техники, данное постановление открывало широчайшие возможности. Правда, об этой сфере деятельности Тумского чиновник из аппарата правительства ничего не знал, как не знали и большинство других чиновников и бизнесменов, с кем порой приходилось общаться Геннадию Семеновичу Тумскому. Никто из них даже предположить не мог, что этот обаятельный и немного комичный человек, внимательно заботящийся о своем здоровье, в действительности является крупнейшим торговцем оружием, проворачивающим в России и за ее пределами многомиллионные сделки.

Расцвет деятельности Тумского пришелся на момент вывода из стран Восточной Европы Западной группы советских войск. После успешной распродажи различного военного имущества многие командиры выводимых из Европы частей были морально готовы и к продаже оружия. В этот момент и появлялся Тумский со своими предложениями. В то время он уже умел отыскивать нужных ему людей. Ускоренный график вывода частей не позволял вести строгий контроль оставляемого и вывозимого вооружения, что как нельзя кстати было на руку Тумскому. Затем на территории бывшего единого и могучего Советского Союза стали возникать межнациональные, религиозные и другие локальные военные конфликты. Благодаря этим конфликтам Тумский обзавелся широкой клиентурой. Более мелкие торговцы оружием превратились для Тумского в оптовых покупателей его товара. Во многом это объяснялось тем, что Тумский в деловых отношениях старался партнеров не обманывать, если существовала хоть малейшая вероятность, что партнер об этом узнает. Таким образом и развивался бизнес Тумского в течение последних десяти лет.

Бизнесмен вновь спрятал во внутренний карман трубку мобильного телефона и, обратившись к сидящему на переднем сиденье секретарю, распорядился:

– Найди Ковалева, он мне срочно нужен.

Секретарь понимающе кивнул и уже по своему телефону начал набирать номер специального порученца Тумского.

Человек, которого приказал разыскать Тумский, в данный момент, закусив нижнюю губу, следил за движением шарика рулетки в казино «Голден Палас». Свой мобильный телефон он сдал при входе согласно заведенным в казино правилам и никак не мог ответить на звонок секретаря своего шефа. Впрочем, специальный порученец Тумского в данный момент меньше всего желал, чтобы его беспокоили.

Шарик постепенно замедлял свой бег по барабану, и все обступившие рулетку игроки замерли в нетерпеливом ожидании. Вот шарик последний раз перекатился и наконец замер на цифре «шестнадцать». Рядом с Андреем Ковалевым восторженно завизжала какая-то девица, радуясь выигрышу. Ковалев резко обернулся к ней. В этот момент он готов был дать девице пощечину, такую, чтобы ее пустая голова откинулась назад, затем мощным ударом в солнечное сплетение сбить ее с ног и топтать ногами, чтобы та захлебнулась своим идиотским визгом. Собственную ставку Андрей Ковалев сделал на номер семнадцать. И вся ненависть, которую он испытывал к шарику, который остановился совсем рядом с выбранным им номером, выплеснулась на радостно кричащую девицу. Андрею Ковалеву было от чего негодовать. Только что он проиграл две тысячи долларов. Радостный визг девицы сменился уже истерическим хохотом, и у Ковалева непроизвольно сжались кулаки. Но в этот момент крупье вновь запустил колесо, и игроки, спешащие сделать ставки, потянулись к игровому полю и оттеснили девицу назад. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Андрей Ковалев постепенно успокоился, его кулаки разжались, к тому же он уже потерял девицу из вида. Отойдя от рулетки, Ковалев бросил в рот сигарету и жадно закурил. «Еще не все потеряно, – попытался он успокоить самого себя. – На прошлой неделе мне удалось не так-то мало сорвать в «блэк джек». Вот и сегодня стоит попробовать отыграться в карты. После неудачи с рулеткой мне просто обязательно должно повезти. Во всяком случае, попробовать стоит». Приняв решение, Андрей Ковалев развернулся и направился к карточным столам.

– Он не отвечает, – наконец произнес секретарь, повернув к Тумскому растерянное лицо.

Геннадий Семенович недовольно нахмурился, но уже в следующую секунду его лицо приняло прежнее довольное выражение. «В конце концов я могу переговорить с ним и завтра, – сказал себе Тумский. – А на сегодня можно вообще забыть про дела и просто отдохнуть. Да и вообще победу надо отметить».

– Оставь, – сказал Тумский секретарю после недолгих размышлений. – Ковалевым займешься завтра. Когда найдешь его, пригласи на встречу часикам к шести. А сейчас позвони Мариночке. Если она не занята, я, пожалуй, к ней подъеду.

И вновь секретарь начал набирать номер, а Геннадий Семенович Тумский откинулся на мягкую спинку автомобильного сиденья в предвкушении встречи со своей молодой любовницей.

Глава 3

ПЕРЕГОВОРЫ

22 августа, вторник, 10.15

В просторный, отделанный дубовыми панелями кабинет директора торгово-посреднической фирмы «Ингур» вошли два человека. Хозяин кабинета, высокий, под два метра ростом, дородный мужчина чем-то напоминал медведя, вставшего на задние лапы. «Медведь» обвел «лапой» вокруг себя, демонстрируя гостю богатство своих владений. В кабинете действительно было на что посмотреть. Массивный стол хозяина, его огромное кресло с высокой спинкой, подавляющее посетителей своими размерами, напольные часы в ореховом футляре выше среднего человеческого роста – на всем печать основательности и богатства. Центральное место в обстановке кабинета занимала экспозиция старинного холодного оружия. Сабли, мечи, ятаганы, кинжалы причудливых форм и размеров были развешаны в специальном застекленном шкафу. Направленный свет нескольких замаскированных светильников представлял старинное оружие во всем его великолепии. Данная экспозиция демонстрировала страсть хозяина кабинета, а особо осведомленным людям и род его занятий. Нынешний гость относился к числу именно таких людей. И целью его визита как раз являлось приобретение крупной партии оружия, но не старинного, а вполне современного, действующего на основе принципа расширения пороховых газов. Пока гость располагался в глубоком кожаном кресле, хозяин кабинета прошел к мини-бару, замаскированному под один из ящиков большого книжного шкафа, и достал оттуда бутылку редкого грузинского вина.

– Следует отметить нашу встречу, – прокатился по кабинету голос с едва уловимым кавказским акцентом. Часть звуковых волн погасла в звукоизолирующем материале подвесного потолка и толстом ворсе коврового покрытия. Другая их часть, отразившись от покрытых дубовыми панелями стен, достигла окна. Тройное остекление стеклопакета не пропустило наружу ни единого звука. Зато, пройдя по стеклам, звуковые колебания достигли оконной рамы. Здесь они должны были окончательно затухнуть, но с внешней стороны рамы было прикреплено миниатюрное приемно-передающее устройство размером с таблетку. Его чувствительная мембрана улавливала абсолютно все звуковые колебания, а само устройство уже по радиоканалу передавало их на приемник машины службы наружного наблюдения Управления по борьбе с терроризмом ФСБ России, что стояла в двух кварталах от офиса фирмы «Ингур». Здесь радиосигнал вновь трансформировался в звуковые колебания голоса хозяина кабинета.

С не меньшим вниманием, чем его гость, речь директора фирмы слушал оперуполномоченный Управления по борьбе с терроризмом капитан Олег Муромцев. Капитан Муромцев вот уже несколько месяцев по приказу своего начальника полковника Чернышова вел оперативную разработку фирмы «Ингур» и ее директора и основателя Вахтанга Горадзе, подозреваемого в подпольной торговле оружием. Обычно прием сигнала от внедренного приемно-передающего устройства осуществляется сотрудниками оперативно-технического отдела или службы наружного наблюдения. Но на этот раз аудиоконтроль осуществлял сам инициатор задания. «Клоп» на оконной раме кабинета директора фирмы «Ингур» появился только сегодня утром, за час до приезда Горадзе в свой офис. Это была первая радиопередача внедренной закладки, и Муромцев лично желал убедиться, что приемно-передающее устройство работает надежно. Олег Муромцев не был знаком с сотрудником оперативно-технического отдела, который сегодня в восемь утра под видом мойщика окон установил приемно-передающее устройство. Однако Олег прекрасно понимал, как рисковал человек, выполнивший эту работу. В случае, если бы его вместе с радиомикрофоном задержали охранники Горадзе, все могло бы кончиться очень печально. Скорые на расправу охранники могли и убить шпиона, который не имел при себе ни оружия для самозащиты, ни документов, подтверждающих его принадлежность к органам безопасности. Но все обошлось. Оперативник технического отдела незаметно для охранников установил на оконную раму радиомикрофон, а те при этом ничего не заподозрили.

…Наполнив бокалы вином, Горадзе протянул один из них своему гостю.

– Итак, за нашу встречу и за продолжение нашего сотрудничества. – Горадзе поднял свой бокал, призывая партнера присоединиться к тосту.

Хозяин кабинета и его гость выпили, после чего Горадзе спросил:

– Итак, что привело вас в наши края?

«В наши, – невольно отметил гость, повторив про себя слова Горадзе. – Уже москвичом себя считает, а ведь всего несколько лет прошло, как он в Москву перебрался». Примерно те же мысли пришли в голову и капитану Муромцеву, когда он услышал последний вопрос Вахтанга Горадзе.

– Дела, уважаемый Вахтанг, – ответил гость Горадзе. – Дела и заботы. Вы же знаете, уважаемый Вахтанг, как у меня много забот. Если бы не помощь друзей…

Закончить свою мысль он не успел, так как дверь в кабинет неожиданно распахнулась и внутрь вбежал крайне взволнованный человек. Гость не знал, что стремительно вбежавший в кабинет человек у Вахтанга Горадзе возглавляет его службу безопасности. Появление начальника службы безопасности во время деловых переговоров могло быть вызвано только чрезвычайными обстоятельствами. По озабоченному лицу своего главного охранника Вахтанг Горадзе понял, что произошло нечто действительно неординарное.

– «Сирена», шеф, – стараясь говорить тихо, но внятно объявил начальник службы безопасности.

Глава фирмы «Ингур» сразу все понял. Кодовое слово «сирена» означало, что в помещении, в данном случае в его кабинете, работает постороннее радиопередающее устройство. Вахтанг Горадзе умел владеть собой. На его лице не отразилось никаких эмоций. Кивком головы он поблагодарил начальника службы безопасности за проявленную расторопность и, обратившись к своему гостю, произнес:

– Похоже, нам здесь не дадут спокойно поговорить. Пройдем в другой кабинет, там нас никто не побеспокоит.

Спокойствие хозяина кабинета передалось и его гостю. Он неторопливо выбрался из кресла и вместе с Горадзе прошел в другой выбранный им кабинет.

Начальник службы безопасности вышел из кабинета вместе со своим шефом. Но уже через минуту он вновь появился в директорском кабинете в сопровождении одного из своих сотрудников. Сотрудник принес в руках небольшой чемоданчик, напичканный различной радиоэлектронной аппаратурой. Сотрудник, отвечающий за техническую безопасность офиса, вынул из чемоданчика небольшой переносной прибор с рамочной антенной и приступил к детальному обследованию кабинета. Прибор в его руках реагировал на наличие радиопередающих устройств. В первую очередь были обследованы все предметы на столе директора, потом мебель в его кабинете, наконец очередь дошла и до стен, пола и потолка. Через полчаса сотрудник службы безопасности, раскрыв окно, снял с внешней стороны рамы установленное сегодня утром приемно-передающее устройство. Таблетка «клопа» тут же оказалась в стальной коробочке, служившей непреодолимой преградой для распространяемых устройством радиоволн.

…Вахтанг Горадзе постарался побыстрее завершить беседу со своим столь не вовремя явившимся посетителем. Директору фирмы «Ингур» не терпелось выяснить у начальника службы безопасности все подробности произошедшего. И хотя гость, специально прибывший ради этой встречи из Средней Азии, остался не до конца удовлетворенным результатом беседы, Вахтанг Горадзе без особого сожаления избавился от него. В данный момент его меньше всего волновали неудовлетворенные желания гостя. Словно разъяренный бык, Вахтанг Горадзе ворвался в свой кабинет. Сотрудник службы безопасности, обнаруживший радиозакладку, уже ушел, но начальник службы терпеливо дожидался возвращения шефа. Едва вопросительный взгляд Горадзе уперся в него, тот продемонстрировал шефу металлическую коробочку с обезвреженным «клопом» и в качестве комментария добавил:

– Миниатюрное приемно-передающее устройство большого радиуса действия, было прикреплено с внешней стороны оконной рамы.

– Ты же говорил, что твои умельцы постоянно контролируют мой кабинет, – обвинительным тоном заявил Горадзе. – Как могло случиться, что вы обнаружили закладку только во время моей деловой встречи?!

Но обвинительный тон не произвел впечатления на начальника службы безопасности. Выдержав паузу, он ответил:

– Это хитрое устройство. Оно включается только на голос. Поэтому наши приборы смогли зафиксировать его лишь после того, как в кабинете начали говорить.

– Твое счастье, что мы еще не успели перейти к сути, – заметил Горадзе, и его указательный палец уперся в грудь начальника службы безопасности.

Однако по голосу Горадзе его главный охранник сразу понял, что шеф уже начал успокаиваться. Сделав большой глоток вина прямо из бутылки, которая так и осталась на столе после прерванного разговора, Горадзе спросил:

– Ты выяснил, кто поставил «клопа»?

– Сегодня мы приглашали мойщика окон. Он закончил работу как раз за час до вашего приезда. Я уверен, это он установил закладку, больше некому.