Российская империя в XVIII веке. Курс русской истории

Основные даты и события: 1672 г. – рождение Петра I; 1682—1689 гг. – правление царевны Софьи; 1689—1725 гг. – царствование Петра I; 1700—1721 гг. – Северная война; 1703 г. – Основание Санкт-Петербурга; 1705 г. – введение регулярного рекрутского набора; 1707—1708 гг. – Булавинское восстание; 1708 г. – губернская реформа; 1711 г. – образование Сената; 1714 г. – Указ о единонаследии; 1716 г. – Устав воинский; 1721 г. – создание Синода; 1721 г. – Ништадтский мир; 1722 г. – Табель о рангах; 1722 г. – Указ о престолонаследии; 1725 г. – смерть Петра I.

Постоянные войны России с Речью Посполитой, Швецией, Крымским ханством и Турцией в XVII веке во многом способствовали усилению зарубежного влияния не только на формирование её внешней и внутренней политики, но и на быт и традиции населения страны. Особое значение для усиления западного влияния имело пребывание поляков в России в 1605—1612 годах. От польской шляхты было привнесено на Русскую землю много новых обычаев и военных нововведений. Следует понимать, что успехи польской интервенции объяснялись не только ослаблением России в начале XVII века, вследствие династического кризиса, демографической и природной катастрофы, но и военной мощью Речи Посполитой в этот период, как сильнейшего европейского государства. Создание боеспособного польского войска было обеспечено реформами Стефана Батория, в ходе которых в отдельный вид тяжелой конницы были выделены в 1576—1577 годах гусарские подразделения – знаменитые «крылатые гусары». Также в ходе этих реформ венгерские щиты были повсеместно заменены на латную кирасу, обязательной стала полная защита рук (изначально из кольчужных рукавов) и наличие пистолетов, а длинная пика гусара (примерно 5,6 метра. – Примеч. авт.), тупой конец (пятка) которой удерживался током1, доставала пикинёра раньше, чем пика того доставала коня. При этом кавалерия, одетая в кольчуги, в Речи Посполитой не исчезла, но больше не относилась к гусарам и именовалась «панцирной». Она имела сходное с гусарами вооружение, с той разницей, что помимо венгерского тарча (щита), ранее популярного у гусар, в качестве щита у «панцирных» мог использоваться и восточный калкан (круглый щит).

Войска Речи Посполитой благодаря отработанной тактике тесного взаимодействия пехоты, артиллерии, тяжёлой и лёгкой конницы, умелому совмещению лучших элементов европейской и восточной традиций неоднократно демонстрировали в сражениях своё тактическое и качественное преимущество. Военные столкновения России с Речью Посполитой на протяжении XVII века (1609—1618, 1632—1634, 1654—1667 гг.) стимулировали развитие военного дела в обеих странах. Польские гусары – символ польского военного могущества – послужили образцом при создании русской гусарской «шквадроны» под командованием ротмистра Христофора Рыльского в ходе Смоленской войны в 1632—1634 годах. По царскому указу от 11 апреля 1635 года шквадрон Рыльского перевели в Тулу на службу против крымских татар: «C ротмистром с Христофором Рыльским, и гусар и рейтар и всяких чинов людей 735 человек». Царским указом шквадрону предписывалось «стати на Туле» к 23 апреля 1635 года для «обереженья государевой Украйны от крымских и ногайских людей и от черкас».

К середине 1650-х годов в русском войске было уже шесть полков гусар, в каждом в среднем по 400 человек. Отряд из 40 гусар входил в личную охрану царя Алексея Михайловича в период польской кампании 1654—1667 годов.

Кроме того, во время войн поляки активно нанимали немецкую пехоту, и через Польшу в Россию проникали западноевропейские военные инновации. Однако в дальнейшем Польша, ослабленная внутриполитической борьбой, потеряла статус транслятора военных инноваций, и они стали перениматься уже через Швецию.

Военные и политические успехи поляков в борьбе с Россией в начале века значительно подорвали веру российских правителей в правильность и эффективность отечественного государственного устройства. С воцарением династии Романовых возобновилось приглашение для консультаций и на службу в Россию иностранных специалистов и прежде всего по военному делу. На окраине Москвы появилась Немецкая слобода2, которую русские прозвали Кукуем, по названию протекавшего по близости ручья, притока реки Чечёра.

В середине XVII века немецкая слобода состояла уже из 200 дворов, в которых проживало примерно 1500 человек, при этом три четверти из них составляли семьи военных специалистов.

Уже в ходе Смоленской войны с Польшей (1632—1634 гг.) в составе русской армии воевали шесть полков «иноземного строя». Для обучения военному делу ратных людей нового строя необходимы были руководства. И в 1647 году в Москве на русском языке вышло обширное сочинение немецкого военного писателя Иоганна Якоби фон Вальхаузена – «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей».

В 1649 году напечатан Воинский устав царя Алексея Михайловича. До этого действовал «Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки» 1607 года, принятый Василием Ивановичем Шуйским, и дополненный в 1621 году Михаилом Фёдоровичем. За теоретическую основу Воинского устава был взят трактат немецкого барона Леонгарда Фронспергера (1520—1575 гг.) «Kriegsbuch» (нем. «Военная книга»), который выдержал несколько переизданий, и на который часто ссылались военные теоретики XVII века.

12 июля 1655 года было напечатано приложение к Воинскому уставу – «Роспись ясакам царского стана», которая описывала различные звуковые сигналы. В царском войске полный набор музыкальных инструментов для отдачи сигналов включал в себя большой барабан («большой набат»), накры (род литавр), сурны или большие трубы; под западным влиянием к ним прибавились уже собственно литавры. «Роспись ясакам» упоминает об особых сигналах, отдаваемых при помощи этих инструментов, для выступления в поход, для тревоги – «всполоха», для сбора сотенных голов к государеву шатру, для выступления очередных сотен для охраны царского выезда и тому подобное. Однако из-за ранней смерти Алексея Михайловича военная реформа так и не была доведена до конца.

К концу царствования Фёдора Алексеевича насчитывалось уже 63 полка иноземного строя численностью в 90 тысяч человек.

Вместе с устройством полков иноземного строя (нового строя) было намечено и изменение устройства армии Русского государства, согласно новым в ратном деле достижениям. Для этого при царе Фёдоре Алексеевиче была составлена в 1681 году комиссия из выборных от всех служилых чинов под председательством князя Василия Голицына. Введение войск нового строя изменило состав русской армии: она перестала быть сословной в своей основе.

В целом полки нового строя комплектовались старыми способами. Основным источником комплектования стало принудительное привлечение населения к ратной службе, которая являлась обязательной для всех классов населения. Таким образом, комплектование полков нового строя в России не пошло по пути, существовавшему тогда в Западной Европе. Не наёмничество, а обязательная служба коренного населения стала основой комплектования полков нового строя.

Из всех родов войска нового строя наибольшее применение получили солдаты, рейтары и драгуны. Царское правительство недооценило преимуществ драгун, сражавшихся в пешем и конном строю, и к началу 1680 года ликвидировало их как самостоятельный род войска. В отличие от Западной Европы, где драгуны превратились в регулярную кавалерию, русские драгуны были переведены в солдаты. В общем, в русской армии пехоту составляли солдаты, а кавалерию – рейтары, гусары и казаки.

От своих предшественников Пётр I унаследовал войско, если и не удовлетворяющее всем требованиям тогдашней военной науки, то уже приспособленное для дальнейшего переустройства ввиду новых требований. Тем более что в Москве в то время находились два выборных полка – Бутырский и Лефортовский, сформированные в 1642 году, которые возглавляли учителя Петра в военном деле «иноземцы» Патрик Гордон и Франц Лефорт.

Начало правления Петра

Как мы уже отмечали в первой книге, после смерти в 1682 году Фёдора Алексеевича, развернулась борьба различных группировок у трона за провозглашение царём 10-летнего Петра – сына Алексея Михайловича от второй жены – Натальи Кирилловны Нарышкиной, или 16-летнего слабого здоровьем Ивана – сына царя от первой жены – Марии Ильиничны Милославской. Группировка Милославских во главе с энергичной и властолюбивой Софьей Алексеевной в итоге добилась утверждения на троне сразу двух братьев, что стало невиданным случаем в истории Московского государства, свидетельствующем о глубоком духовном и политическом кризисе общества при фактическом регентстве Софьи. Её правительством руководил фаворит царевны Василий Голицын, европейски образованный человек, по некоторым сведениям он предполагал превратить помещичьих крестьян в государственных. Пётр и его окружение были удалены из Кремля и жили в селе Преображенском под Москвой. Предоставленный самому себе, мальчик тянулся к знаниям, живо увлекался ремёслами. И хотя эти занятия противоречили представлениям об образе православного царя, они помогли Петру воспринимать мир, таким как он есть. Отсюда, вероятно, возникли его рационализм и прагматизм, умение и желание осваивать новое. С детства страстью Петра были военные забавы, в которых принимали участие дети служилых людей и простолюдинов. Именно из них формировались потешные полки – Преображенский и Семёновский, – ставшие затем основой русской регулярной армии и первыми гвардейскими полками. В общении с простыми людьми формировались демократические черты поведения царя, его умение разбираться в людях, ценить и выдвигать их за способности и заслуги, а не знатность происхождения. Вместе с тем в нём проявлялось и такое качество, как пренебрежение к жизни и интересам отдельного человека ради общего, прежде всего государственного дела.

Стоит также отметить, что страшное зрелище стрелецкого бунта, гибели родных, которых сбрасывали с крыльца на копья стрельцов, – всё это глубоко запало в душу юного Петра. Он сильно боялся покушений, ненавидел стрельцов, старую Москву, всю «старину» – в общем, всё, что казалось ему косным, враждебным и отсталым. Страшная психологическая травма, безусловно, наложила сильнейший отпечаток на психику Петра. Вероятнее всего, из-за этого, у него возникли такие заболевания, как трясение головы, судороги лица, которыми царь страдал всю жизнь.

На годы отрочества пришлось первое знакомство Петра с иностранцами и европейской культурой. Посещая Немецкую слободу на реке Яузе, он встретил своеобразный слепок западной цивилизации и узнал совершенно иной тип межчеловеческих отношений, иной тип культуры и быта. В Немецкой слободе Пётр познакомился с Анной Монс, которая впоследствии стала его фавориткой. Тогда же у Петра пробудилась любовь к морю и мореплаванию. Таким образом, уже в этот период жизни у Петра складывались такие взгляды и черты характера, которые не только подтолкнули его к преобразованиям, но и повлияли на ход и методы реформ.

Император Пётр Великий

В начале 1689 года по настоянию своей матери Пётр женился на Евдокии Лопухиной, что означало его совершеннолетие и давало все права на самостоятельное правление. Отношения между Петром и Софьей обострились, регентша вновь попыталась опереться на стрельцов, но, в итоге, вынуждена была уступить сводному брату. Её поражение было обусловлено рядом факторов: Софья в качестве правительницы успела вызвать недовольство различных слоев общества, традиционно ожидавших от нового государя различных послаблений и улучшений жизни; патриархальному сознанию людей противоречил факт нахождения женщины во главе государства; неудачи Крымских походов возлагались на Софью и её фаворита – Василия Голицына. Непосредственная власть находилась в руках родственников Петра – Нарышкиных и Лопухиных, которые, по свидетельству современников, в первую очередь заботились о своих интересах. Царь Иван V, никогда не участвовавший в делах государства, формально оставался соправителем Петра вплоть до своей смерти в 1696 году.

Непосредственная государственная деятельность самого Петра началась с организации в 1695 года первого Азовского похода. Мощную турецкую крепость сразу взять не удалось из-за отсутствия флота, способного её блокировать с моря. Пётр, осознав причины неудач, начал энергичную подготовку ко второму походу и, благодаря действиям построенных на верфях Воронежа галер, сумел в 1696 году взять Азов. Для развития успеха и осуществления прорыва в Чёрное море, Пётр принял решение о создании мощного флота.

В 1697 году Пётр организовал Великое посольство в Европу. Целями этого посольства являлись: укрепление и расширение антитурецкого союза, приглашение на русскую службу специалистов, закупка и заказ вооружения, а также личное ознакомление Петра с политической обстановкой, экономическими и культурными достижениями стран Западной Европы. Впервые православный царь, покинул, правда, инкогнито под именем волонтёра Петра Михайлова, свою страну и вступил на нечистую землю иноземцев.

Однако в условиях подготовки европейских стран к войне за испанское наследство Петру не удалось решить главную дипломатическую задачу и предотвратить подписание сепаратного мира Австрии с Турцией. Тем не менее, в ходе поездки: он склонился к идее переориентации внешнеполитического курса России и создания антишведской коалиции; сумел пригласить на русскую службу иностранных специалистов, оставить для обучения за рубежом русских дворян, закупить вооружение; обогатился новыми впечатлениями. По возвращению в Москву в 1698 году после получения известия о новом стрелецком бунте, Пётр окончательно решился на новые преобразования.

Создание регулярной русской армии

Большое влияние на направленность и характер военных реформ оказала Северная война. Жестокое поражение русских войск под Нарвой заставило Петра принять срочные меры по реорганизации армии. Основой новой армии стали «потешные» полки – Семёновский и Преображенский.

Первые преобразования в военной сфере начались ещё в 1699 году, накануне Северной войны. Армия стала регулярной и формировалась на основе рекрутских наборов. Служба была пожизненной. Вместо стрелецкого войска Петр ввёл полки «нового строя» с единообразным стрелковым вооружением, снаряжением, единой формой одежды, системой подготовки и обучения. Царский указ 1705 года завершил формирование новой армии. В итоге к 1708 году вместо прежних 40 тысяч армия России насчитывала 113 тысяч хорошо вооруженных и оснащённых воинов.

Вооружение каждого солдата состояло из шпаги с портупеей и фузеи. Фузея – ружьё, весившее около 14 фунтов; его пуля весила 8 золотников3; замок фузеи был кремневый; на фузею насаживался в нужных случаях багинет – пяти или восьмивершковый трёхгранный штык. Патроны помещались в кожаных сумках, прикреплённых к перевязи, к которой привязывалась ещё роговая натруска с порохом. Каптенармусы и сержанты вместо фузеи были вооружены алебардами4 или протазанами5.

Одна из рот в каждом полку называлась гренадерской, и особенностью её вооружения были фитильные бомбочки, хранившиеся у гренадера в особой сумке; фузеи гренадера были немного легче и солдаты при бросании бомбы могли свои фузеи на ремне закладывать за спину. Нижние чины артиллерии были вооружены шпагами, пистолетами, а некоторые – ещё и особой «мортирцей». Эти «мортирцы» были чем-то средним между фузеей и маленькой пушкой, прикреплённой к фузейному ложу с фузейным замком; при стрельбе из мортирец их приходилось поддерживать особой алебардой; длина мортирцы равнялась 13 вершкам, стреляла же она бомбочкой, равнявшейся фунтовому ядру. Каждому солдату полагался ранец для носки вещей. Драгуны для пешего боя были вооружены фузеей, а для конного – палашом и пистолетом.

С 1700 года обмундирование солдата состояло из небольшой приплюснутой поярковой треуголки, кафтана, епанчи, камзол и штанов. Шляпа была чёрного цвета, края полей были обшиты тесьмой, и с левой стороны прикреплялась медная пуговица. При выслушивании приказаний от старших младшие снимали шляпу и держали её слева подмышкой. Офицеры и солдаты носили длинные до плеч волосы, которые в парадных случаях пудрили мукой.

Армия Петра I: рядовой, сержант с алебардой, офицер, Преображенского полка

Кафтаны у пехотинцев были из зелёного сукна, а у драгун – из синего, однобортные, без воротника, с красными обшлагами. При этом кафтан был до колен и снабжался медными пуговицами; епанча (суконный плащ) для кавалерии и пехоты делалась из красного сукна и имела два воротника: это была узкая накидка, доходившая до колен и плохо защищавшая от дождя и снега; сапоги были длинные, с лёгкими раструбами, их носили только в караулах и при походе, а обыкновенной обувью являлись чулки и тупоносые смазные башмаки с медной пряжкой; чулки у армейских солдат были зелёного цвета, а у преображенцев и семёновцев после нарвского поражения – красные, по преданию, в память того дня, когда бывшие «потешные» полки не дрогнули при общей «конфузии» под натиском солдат Карла XII.

Гренадеры гвардии отличались от фузелёров только головным убором: вместо треугольной шляпы они носили кожаные каски со страусовым пером. Покрой офицерского мундира был тот же, что и у солдат, только обшитый по краям и по борту золотым галуном, пуговицы были тоже золочёные, галстук, вместо чёрного суконного, как у солдат, был белый полотняный. К шляпе прикреплялся плюмаж из белых и красных перьев. При парадной форме офицеры должны были иметь на головах пудреные парики. Офицера от рядового отличал ещё бело-сине-красный шарф с серебряными, а у штаб-офицера – с золотыми кистями. Вооружены офицеры были шпагой и в строю имели ещё протазан. Гренадерские офицеры имели вместо протазана лёгкую фузею на золотом ремне.

К концу царствования Петра регулярная армия насчитывала в своих рядах более 200 тысяч солдат всех родов войск и свыше 100 тысяч нерегулярной казачьей и калмыцкой кавалерии. Не менее важно было в то время создать военную экономику. Так, в 1701—1704 годах по указу Петра на Урале заводчиками Демидовыми были построены первые в России крупные металлургические заводы, дававшие для нужд армии железо, чугун, пушки, ядра, лафеты. Создавались казенные мануфактуры по производству пороха, стрелкового оружия, сукна для армии.

Для обучения офицеров были открыты математическая, навигацкая (военно-морская), артиллерийская, инженерная, иностранных языков, хирургическая школы; для подготовки унтер-офицеров – 50 гарнизонных школ. Многие дворяне были направлены на обучение военному делу за границу. По мере их возвращения Пётр постепенно отказывался от найма иностранных военных специалистов.

Восстание Кондратия Булавина

В конце XVII – начале XVIII века развернулось мощное казацкое движение, охватившее Область Войска Донского, русского Придонья, часть Поволжья и частично Запорожскую Сечь на Днепре.

Его причины коренились в активном наступлении государства на автономию и самоуправление Дона, требованиях возврата беглых людей, нарушавших неписаный закон жизни казачества, гласивший: «С Дона выдачи нет».

Непосредственным поводом к выступлению казаков послужило то, что в ходе Северной войны (подробно о ней поговорим ниже) повинности крестьян усилились, что вызвало бегство части из них на Дон в казачьи земли.

6 июля 1707 года ПётрПервый издал указ о сыске беглых в донских городках. Ответственным за исполнение данного указа был назначен князь Юрий Долгоруков. В сентябре 1707 года Долгоруков со своим карательным отрядом прибыл в столицу Войска Донского – Черкасск и объявил царскую волю донскому атаману Лукьяну Максимову. После чего, Долгоруков начал рейд по казачьим поселениям Верхнего Дона – рекам: Бузулук, Медведица, Хопёр. Долгорукову улалось разыскать и вернуть свыше 2 тысяч беглых крестьян, однако другая часть беглых пряталась по степям, оврагам, лесам, и, в дальнейшем, примкнула к отряду бахмутского атамана Кондратия Булавина.

О жестоком поведении князя Юрия Долгорукого во время розыска писал позднее Булавин в своей отписке к кубанским казакам: «И они, князь со старшинами, будучи в городках, многия станицы огнем выжгли и многих старожилых казаков кнутом били, губы и носы резали и младенцев по деревьям вешали…».