Тень Копья Оро

Глава 1

Данная книга заканчивается событиями, которые намекают на продолжение. Однако третья книга цикла "Лучший капитан галактики" не написана, и я не знаю, будет ли она написана когда-либо. Возможно, да – меня к этому подталкивало много читателей несколько лет назад, писали письма, просили, но на тот момент времени, я «завязал» с писательством, и думал, что к этой вредной привычке уже не вернусь. Но, вернулся)) Только теперь у меня идеи других произведений и несколько иные интересы. Поэтому, я не могу обещать продолжения.

Предупредил, чтобы не было обид, мол, а дальше-то чо?! Хотите, сразу закройте, но тем, кто читал «Принцессу» и кому та книга понравилась, рекомендую прочитать эту.

Вот мне сразу написали по этому поводу, мол вторую книгу читать не будем, потому что она не дописана. Нет – она Дописана. Вторая книга полностью завершена и сюжет ее полностью "закруглен". Речь лишь о том, что вторая книга намекает на разветвите событий дальше.

Глядя на системный монитор, Роэйрин вытер рукавом кровь. Она обильно текла из рассечения и заливала глаза. Корабль был обречен, оставалась только небольшая надежда спасти часть команды. На мониторе все зоны за шестым отсеком мерцали тревожным багровым цветом, но капитан знал, что их не существовало вовсе. Хвост корвета с энергоустановкой, полевыми генераторами и большей частью экипажа падал в атмосферу где-то справа – его относил в сторону последний выдох маршевых двигателей.

– Грэвлинс! – хрипло призвал капитан. – Уводите людей к уцелевшим ботам! Всем срочная эвакуация! Остаются только старшие офицеры дежурной смены!

– Но капитан… – опираясь на погнутую панель, пристианец с нашивкой второго помощника впервые за долгие годы службы попытался возразить Роэйрину: – Корабль разваливается на части, лично вам нет смысла оставаться в рубке!

– Я сказал: эвакуируйтесь! Это приказ! – капитан гибнущего корвета требовательно указал на дверь и повернулся главной консоли. У него было пятнадцать-двадцать стандартных минут, за которые он надеялся собрать наиболее полную информацию о черной пирамиде – чудовищном осколке тьмы, столь неожиданно пересекшим их курс, и погубившем «Хорф-6» мощным энергоударом. Пришла ли черная пирамида на помощь разведчику Быстрова или так же, как имперский посланец охотилась за ним, оставалось загадкой такой же неразрешимой, как и происхождение самой пирамиды, тускло поблескивающей угольными гранями в свете чужого солнца.

– Они взяли курс на «Тезей»! – отрывисто сообщил офицер тактических построений.

– Есть шанс достать малыми ультрафауззерами! – бросил его помощник, резко поворачиваясь в кресле.

– Нет, – холодно отверг Роэйрин: он не мог позволить растратить небольшую энергию батарей на выпад отчаяния, вряд ли способный повредить черному чудовищу. В энергии резерва заключалась их надежда на спасение. Коснувшись сенсоров, капитан дал команду центральному компьютеру перенести данные о неведомом враге и параметрах разрушающего луча на информационную капсулу высшей защиты. Она должна была уцелеть и после того, как «Хорф-6» рухнет на планету. Для него, Роэйрина, эта информация теперь бессмысленна, но оставалась надежда, что она достанется другим имперским кораблям, и на далекой Присте узнают о новой угрозе в галактике.

– Есть три точки! Ракеты или бомбы. Пирамида атакует «Тезей»! – отрапортовал Неасарон.

– Фоновые бомбы! – выкрикнул офицер тактических построений.

Одновременно пространство рядом с кораблем Быстрова разошлось яркими волнами. Что случилось в следующие минуты пристианцы не видели: экраны корвета вспыхнули белым светом, все сканеры и датчики захлебнулись в мощном широкополосном шквале. Одновременно ослепли спутники в огромном радиусе и системы ПВО Земли.

– Дублирующую оптику и радары! Срочно! – скомандовал Роэйрин.

Молоденький офицер в черном комбинезоне засуетился возле тускло-светящейся светящейся панели. Носовую часть «Хорф-6» затрясло. И без показания приборов капитан догадался, что обломок корвета входит в плотные слои атмосферы под опасным углом. Скоро их втянет в неуправляемый баллистический спуск и размажет по поверхности планеты. Он хотел запросить по внутренней связи отчет по ботам у Грэвлинса, но второй помощник появился сам.

– Двери в пятый сектор заклинило, нам не пройти к ангарам, – порывисто дыша, доложил Грэвлинс. – Калонслир пытается резать стенку, но они не успеют. Проход к третьему сектору блокирован – смялись переборки и несущая конструкция. Один ангар оставался доступен, но люди Леглуса завладели им и ушили на боте в аварийном режиме. С двух других машин они сняли топливные контейнеры.

Ройэрин с недоумением посмотрел на серое лицо второго помощника.

– Они расстреляли вахтенных, – пояснил он.

– Маркиз был с ними? – осведомился капитан.

Грэвлинс молчал, упираясь в стену рукой, измазанной в крови.

«Этот негодяй Леглус, тоже ушел на боте? – хотел переспросить командир корвета, но сильная вибрация, пронзившая стены рубки, не дала ему раскрыть рта. Раздался прерывистый сигнал тревоги. На мониторе замигал третий отсек, центральный компьютер шелестящим басом сообщил о разгерметизации.

– Они все были в шлемах, – ответил вместо Грэвлинса командир взвода Серебряных Птиц. Он стальной фигурой появился в проеме двери и добавил. – Четверо. Ничего не мешало им взять еще восьмерых-десятерых или хотя бы оставить топливо для других ботов, но вместо этого они расстреляли вахтенных и ушили. Я лишь услышал щелчки штурмовых винтовок побежал к ангару, только остановить их не успел.

– Что с твоими, Элэрлин? – спросил капитан, корректируя параметры энергопотоков.

– Все мои бойцы, соблюдая инструкции, в полном вооружении находились в седьмом отсеке, – пояснять, что случилось с седьмым отсеком, командир Серебряных Птиц счел лишним.

– Грэвлинс, займите свое место. Вы, Элэрлин, пожалуйста, устройтесь на месте контролера Тахо, – Роэйрин кивнул на кресло, с которого свисал человек с размозженной головой, затем объявил по внутренней связи: – Экипажу вне рубки: раненых эвакуировать во второй отсек, остальным занять места в перегрузочных креслах. На все перемещения четыре стандартные минуты, – и добавил чуть теплее и тише: – Прошу, держитесь, потомки Оро! Мы постараемся сесть! Выжить для империи – наш долг!

– Ты всерьез надеешься? – осведомился Элэрлин, наклонившись к капитану. – Наш «Хорф» – лишь падающая с неба груда металла!

– В кресло, Элэрлин! – капитан положил пальцы на сенсоры, торопливо переводя управление маневровыми двигателями на личную консоль. Рубку трясло так, что пристианцу не всякий раз удавалось коснуться нужного значка, и на мониторе все чаще вспыхивали багровые пиктограммы ошибочных команд. Через несколько минут Роэйрин смог выровнять серебристое зернышко корвета, направляя его острием по касательной к поверхности планеты.

Траектория не была устойчивой, обломок корабля мотало и разворачивало ежесекундно. Раскаленный воздух облизывал обшивку, оплавлял металл и выдергивал рванные лоскуты из зоны повреждения. Даже сквозь переборки слышался нарастающий рев атмосферы, пробиваемой носовой частью корвета.

– Запустить генераторы защитного поля! – распорядился Роэйрин, когда лохматая пелена облаков приблизилась достаточно близко. – После третьего импульса двигателей, Лаобирис, выжмешь из защиты все! Сейчас экономичный режим!

– Есть, капитан! – отозвался офицер, державший дико напряженные ладони на скошенной панели под столбиками индикаторов.

Генераторы пустились с жалобным свистом, едва слышным сквозь рев воздушной стихии, разрывавшей металл за переборкой. И сразу полосы заряда батарей рухнули вниз. Облачный слой налетел и мигом порвался: на главном экране была близкая поверхность, покрытая пятнами снега и грязно-зеленым лесом до горизонта.

– Исифиода… – проговорил Роэйрин, вспоминая, что эту планету Быстров называл «Земля».

Импульс маневровых двигателей развернул «Хорф-6» носом вниз. Проворным движением пальцев капитан снял ограничение мощности. Теперь перегрузка навалилась с отчаянной силой. Роэйрин едва смог дотянуться до ускользающей из-под рук консоли, тяжелые веки закрывали глаза и едва позволили бросить взгляд на высотомер. Тут же он прохрипел Лаобирису:

– Щит!

Сам опустил дрожащую от напряжения ладонь на активную зону. Развернулась энергетическая полусфера или нет, никто не видел. Импульс маневровых двигателей со снятым ограничением был страшен: потоки плазмы ударили вниз ослепительно-белыми столбами. Обломок корвета оперся на них и рухнул в горящий лес с грохотом разорвавшейся бомбы. На том же месте встало грибом к небу облако дыма, черного как смерть.

* * *

Чужая планета встречала недружелюбно.

Около часа командир взвода Серебряных Птиц разгребал обломки звездолета в поисках живых товарищей и не чувствовал ледяного ветра, развивавшего его жесткие волосы, обжигающими струями проникавшего под одежду. Только позже, когда он позволил себе отдохнуть, заодно справиться о здоровье капитана, пристианец ощутил беспощадный холод и решил включить обогрев костюма.

– Как он? – спросил Элэрлин офицера защиты, возившегося возле капитана с мобильным медавтоматом.

– Лучше, – сухо ответил Лаобирис и, сверившись с показаниями диагностической системы, положил палец на мерцавшую пиктограмму. Прибор уже синтезировал наноинженерную жидкость и запрограммировал ее компоненты для лечения Роэйрина. Теперь она маленькими порциями поступала в кровь, чтобы скорее восстановить пораженные ткани пристианца.

Роэйрин открыл глаза. Его зрачки очертили дугу, оглядывая обгоревшие деревья, широкую, дымящуюся воронку и груду почерневшего металла, бывшего недавно одним из лучших корветов империи. Кроме центральных отсеков, защищенных сдвоенными гравикомпенсаторами, на обожженной земле виднелись куски броневых плит и крупные части конструкций периферии; смятый бот, зарывшийся носом в грунт; тяжелые части пространственного стабилизатора и много чего, отдаленно напоминавшего о пристианской технике. Жуткие останки боевых кораблей Роэйрин видел много раз: в космосе, расколотыми на части, и кусками металла, вспоровшими твердь чужих планет, однако он и думать не мог, что когда-нибудь ему доведется разглядывать остов собственного корабля далеко от границ родного мира.

– Сколько нас… – капитан поморщился, испытывая боль и холод в груди. – Сколько осталось в живых?

– Только те, что находились в рубке, – ответил офицер защитных систем. – Минус господин Грэвлинс. И плюс техник климатических машин. Этот… Кеоливис. Чудом уцелел нулевой зоне. Итого семь человек.

– Восемь, – поправил его Элэрлин. – Нашли еще одного энергетика за ангарами. Множественные переломы, внутреннее кровотечение, но должен выжить. Неасарон успел подключить его к медавтомату.

– Восемь из ста семидесяти… – капитан закрыл глаза.

Взводному Серебряных Птиц показалось, что Роэйрин снова потерял сознание, однако капитан в следующую секунду приподнял веки и сказал с неожиданной твердостью:

– Лаобирис, вам поручаю: возьмите кого-нибудь из уцелевших и вытащите из рубки блок управления «Оком Арсиды». Остальные части «Ока» вы должны уничтожить, так чтобы их невозможно было восстановить. Это нужно сделать скорее.

– Сейчас же исполню! – офицер защиты, ввел в медавтомат очередную команду и встал.

– Еще, Лаобирис, – остановил его Роэйрин. – Не забудьте информационную капсулу. Если получится, вытащите из бортового компьютера всю доступную информацию по планете, карты и языковые модули для переводчиков. Нам придется здесь жить. Возможно, жить очень долго.

– Сигнал бедствия подавать не будем, – догадался Элэрлин, присев рядом с капитаном.

– С сигналом я пока не решил. Мы должны думать, как сохранить «Око Арсиды», – отозвался командир «Хорф-6». – Если на помощь придет кто-то кроме сил Присты, мы рискуем передать «Око» в чужие руки. С другой стороны, если мы не попытаемся известить о нашем положении, то нас начнут искать нескоро, и нет гарантии, что за это время «Оком» не овладеет кто-нибудь другой.

– Остался только блок управления. Это ведь не целая система, – офицер Серебряных Птиц, ковырнул ногой опавшую листву, лежавшую подмерзшей коркой на каменистом грунте.

– В блоке вся информация о системе. Я действую по инструкции, Элэрлин: попытаться сохранить «Око», в случае неисполнимости последнего – уничтожить, – капитан приподнялся на локте и посмотрел на индикаторы медавтомата, готовившего новую порцию наноинжинерной субстанции, способной в течение полусуток восстановить его поломанные кости. – Не я придумал эти инструкции, но, если учесть, что «Око Арсиды» стояло только у нас и еще на одном корабле, название которого неизвестно даже мне, эти правила имеют особый смысл.

– Тогда мы должны уйти как можно дальше от места падения. Насколько я знаю, Земля – не такая дикая планета, как принято считать. У них примитивная, но с недавних пор довольно отлаженная система контроля воздушного пространства. Их радары вполне могли нас засечь. Сюда вышлют поисковую группу. Просто из любопытства или более серьезного интереса, – взводный Серебряных Птиц положил руку на ствол масс-импульсной винтовки и долгим взглядом посмотрел в чужое серое небо.

– После взрыва фоновых бомб их следящие системы наверняка отключились, но наше падение могли видеть с земли. Ты прав: задерживаться здесь опасно, но мы рискнем остаться на день-два – пока раненые не смогут передвигаться хотя бы под действием стимуляторов.

– Насколько мне известно, здесь высока активность боруанцев, кораблей Кнефи и Милько. Последние с их вездесущей разведкой могут представлять проблему, – Элэрлин шевельнул пальцами и ощутил тупую боль в руке – возможно у него был перелом, но пристианец не смел думать об этом. Он представил темную дыру и усилием воли изгнал боль в нее, словно зубатого зверька в нору.

– Откуда такие познания по Исифиоде? – капитан поправил шунты, входящие под ключицу.

– Четыре года назад, во время осложнений с Нэоро мы готовились к миссии в этом мирке. Знаю несколько местных языков, знаком с условиями выживания, – отозвался офицер Серебряных Птиц и добавил, сминая пальцами пожухлую траву: – А выжить здесь можно. Климат неровный, но места в тысячу раз приятнее Дарлиана. Получим карты и уйдем в лес, подальше от дорог и поселений.

На ночлег уцелевшая часть команды «Хорф-6» расположилась на пологой возвышенности шагах в пятистах от черного провала сгоревшего леса. Место для краткосрочной стоянки было не особо удобным, однако отсюда просматривались подступы к обломкам корвета. Между камней на узкой площадке Элэрлин и Орсаеас развернули надувную палатку, включив режим маскировки. Под куполом, принявшим вид земляного холмика, расположили четверых тяжелораненых включая капитана Роэйрина. Лаобирис долго ходил среди искореженных кусков звездолета, морщась от запаха товарищей, сложенных друг на друга в канаве и горевших невыносимо долго бледно-фиолетовым пламенем – тела залили реактивом из энергобатарей. Исполняя приказ командира, пристианец искал и стаскивал на титановую плиту все полезное, что могло пригодиться в чужом мире. Полезного – того, что не было испорчено крушением и осталось в удовлетворительном состоянии – оказалось немало. С четвертого отсека Лаобирис вынес арсенал совершенно целого оружия, средства защиты и еще один мобильный медавтомат. Рядом на земле нашел контейнер с десантными комплектами обеспечения и с десяток энергобатарей. За разорванной стенкой, еще искрящей поврежденными кабелями, он обнаружил многоцелевой ремонтный набор, коробки сухой пищи и модули направленной связи. Но самое ценное его ждало в последнем ангаре: помятый, но уцелевший боевой робот «Кирт-Троен-167-2» с электрогравитационным ходом. Машина ожила сразу, едва пристианец приложил пальцы к осевым сенсорам и запросила разрешительный код, имевшийся у Роэйрина. Хотя на головке наведения имелись заметные повреждения, это чудище – «Кирт-Троен» – могло стать главной ударной силой их небольшой команды, если придется столкнуться с враждебным выпадом хозяев планеты. В мирное время со снятым с платформы ультрафауззером он мог служить неплохим транспортером: на него можно погрузить гору полезных вещей, отобранных Лаобирисом.

Рано утром Роэйрина разбудил тревожный гул. Сняв со лба пластину медицинского детектора, капитан кое-как поднялся на ноги и вышел из палатки. Орсаеас и Элэрлин, сжимая масс-импульсные винтовки стояли рядом с зарослями безлистного кустарника и напряженно вглядывались в небо.

– Там, – тихо сказал командир взвода Серебряных Птиц, указывая на маленькую стрелку, летевшую ниже слоя облаков.

– Все-таки нас обнаружили, – процедил Осаерас и повернулся к капитану.

Самолет прошел над черной проплешиной в тайге и, заходя на нее с юго-запада, заложил плавный вираж.

«Кирт-Троен», минуту назад неподвижный как скала, ожил, повернул головку наведения с тремя злыми глазками и качнул стволом фотонной пушки.

– Не стрелять! – распорядился капитан. – Мы здесь незваные гости. Мы имеем право только защищаться.

– Усредненная Оценка Этики Исифиоды около пятидесяти восьми единиц, – Элэрлин положил тяжелую руку на броню «Кирт-Троен». – Несмотря на определенные технические достижения, цивилизация диковата. Я думаю, они нападут, не попытавшись начать переговоры.

– Что ж… Тогда им придется узнать мощь нашего оружия, – в черных глазах Осаераса мелькнуло недоброе пламя, он был уверен в несравнимом пристианском превосходстве.

Глава 2

Допив быстрыми глотками кофе, Орнох Варх вернулся к планшету – на экран не прекращали поступать сводки новостей из подчиненного координатору сектора – всей планеты Земля. Коллапс связи после выхода из строя четверти земных спутников и приемных станций, никак не задел скромную, но надежную милькорианскую связь. В фальшивом объеме экрана то и дело вспыхивали сообщения агентов из Европы, Азии и Америки. Сведения о биржевых обвалах и бессмысленную истерию, выхваченную из газет и теленовостей, Орнох удалял резким движением пальца, просматривал только официальные правительственные сообщения и информацию, взятую у военных.

– На севере Китая войска приведены в повышенную готовность, – заметил Ирхис, поглядывая на планшет.

– Еще бы! Вспышка была над их северо-восточными провинциями. Хотя ее видели в Монголии и даже в России, словно маленькое строенное солнце, – Копылев, прибывший в Москву поздно ночью и порядком уставший, потянулся к чашечке кофе.

– Из данных нашего спутника следует, что большая часть корабля упала восточнее Харбина. Наверное, господа китайцы еще не разобрались в чем дело и думают, что здесь замешан их северный сосед. Есть сведения о военной активности в приграничной зоне. Не исключен вооруженный конфликт. Но это не столь важно, – Орнох медленным шагом прошелся по ковру. – Второй заметный обломок корвета встретился с землей где-то в Якутии. И третий, замеченный нашими сканерами, осчастливил коммунистическую Корею. Это пока все, что известно.

– Почему вы, славный Варх, говорите о возможном вооруженном конфликте? – насторожился агент Копылев. Потянувшись к черной бутылке с золотистой этикеткой, он добавил себе в кофе немного коньяка. – Разве есть на это причины?

– Могут быть, – координатор, привыкший к недальновидности землянина, скользнул по его лицу маслянистым взглядом, и пояснил: – Пристианский корвет – крупный корабль, имеющий прочный корпус и отличную систему гравикомпенсации: даже после сокрушительной встречи с землей от него останется много полезного. Например, компьютеры – с них, если потрудиться, можно считать важные данные. Такого подарка небес ваша планета еще не получала. Страна, завладевшая обломками пристианского звездолета, имеет возможность совершить гигантский технологический прорыв.

– И все это не попадает под запрещающие статьи Галактического кодекса о нераспространении информации и технологий, – заметил Ирхис, все еще мрачный, переживавший тяжелейший провал операции с Существом.

– Не исключено, что за останками корвета начнут смертельную охоту несколько конкурирующих сторон, – продолжил Орнох Варх, расхаживая вдоль простенка с лесным пейзажем в рамке. – По большому счету нас это не касается, – и мысленно добавил: «Но мне нужно выяснить все возможные подробности, составить прогноз развития событий и скорее направить руководству «Холодной Звезды» справку формы «Эсси Аэлеэн – 3-5-2». Как все это не вовремя! Как неожиданно, запутанно и неудачно для нас!». – Вернемся к данным со спутника, – он повернулся к Ирхису, работавшему с планшетом.

– Компьютерная доводка поступила, – ответил тот, выводя на экран картинку, которую они успели просмотреть много раз.

На фоне Земли снова появилось изображение имперского корвета, пока еще целого, идущего на «Тезей» в слабосветящемся коконе энергооболочек. Координатор в подробностях знал, что последует дальше: пристианский звездолет несколькими выстрелами фотонной пушки поразит корабль Быстрова, скрывающий Существо. Но в самый последний момент, когда, казалось бы, гибель «Тезея» неминуема, какая-то сила разорвет могучий корвет на куски. Что это за сила и откуда она появилась, оставалось неразрешимой загадкой, над которой Орнох Варх бился много часов. Версия Ирхиса основывалась на том, что на борту «Тезея» находилось неизвестное оружие – Быстров воспользовался с некоторым опозданием, позволив пристианцам серьезно повредить свое судно. Только эта версия не нравилась координатору: трудно было предположить, чтобы на обычном дальнем разведчике галиянского образца стояла какая-то таинственная система невероятной мощности – ее бы ни за что не потянули энергоустановки «Тезея». И оставался еще один не менее важный вопрос: куда после падения корвета пропал «Тезей» вместе с Существом. Для Орноха любая информация по Существу была самой важной. Милькорианец точно знал: корабль Быстрова на Землю не садился и уйти в дальний космос со смертельными повреждениями он не мог.

– Смотрите, добрый Варх, – Ирхис задержал картинку на планшете. – Похоже я ошибался: странный луч на самом деле исходит не от «Тезея». Это лишь обман зрения. Его начало выше, – он провел пальцем по бледной полоске, ставшей более заметной после компьютерной обработки.

– Ну-ка, – координатор склонился над экраном. Убрав руку Ирхиса, он коснулся активной зоны планшета. Корвет и голубоватая дымка атмосферы уплыли вниз, в центре достаточно ясно обозначилось начало луча.

– Какой-то объект, – вглядываясь в темную тень, закрывшую звезды, заметил Ирхис. – Огромный треугольник или что-то подобное.

– Черная пирамида… – едва шевеля губами, произнес Орнох Варх. – Так вот в чем дело!..

О появление черной пирамиды возле «Сосрт-Эрэль» он слышал от Легха Краула: таинственный корабль неизвестного происхождения недавно весьма взволновал население станции. Но тогда из агентов «Холодной Звезды» мало кто думал, что появление этого тихого темного чудовища связано с Существом.

Варх пустил видеозапись дальше, пристально следя за пирамидой. Он видел, как импульс неведомого оружия сорвал защитный экран с «Тезея», легко, словно порыв ветра пух; видел, как космос утонул в ослепительном всплеске фоновых бомб. Дальше милькорианский спутник захлебнулся в широкополосном шквале. Следящие системы восстановились минут через двадцать, когда в обозримом пространстве не было ни черной пирамиды, ни следов «Тезея». Что случилось с кораблем Быстрова координатор не знал, но откуда-то у него возникла уверенность, что его захватил остроугольный посланник тьмы. Это означало, что до Существа теперь не могут дотянуться самые длинные щупальца «Холодной Звезды». Увы – невыразимо печальный итог последних дней… А ведь еще вчера цель находилась почти в его руках!

Ирхис что-то неохотно разъяснял Копылеву по последнему видеофрагменту, землянин тыкал пальцами в планшет и сыпал дурацкими вопросами. Орнох Варх отдернул занавес и распахнул окно, впуская в апартаменты леденящий воздух московской осени. Милькорианец ненавидел холод и мечтал скорее оказаться в теплых красотах собственного сада с горками красных камней, однако именно холод, пробегавший ледяными иглами по коже, проникавший внутрь, помогал ему сосредоточиться и обрести особую ясность мыслей. Внизу по Смоленской, светя желтыми фарами, проезжали неторопливые автомобили, из темноты доносился гул перехватчиков, барражировавших за кольцевой дорогой со вчерашнего дня. «Глупцы, – подумал Орнох, опираясь на подоконник, – всполошились, словно завтра конец мироздания. Хорошо, не нашлось достаточно нервных, чтобы позволить пуск ядерных ракет. Хотя кто знает, что принесет сегодняшний день…»