Terror

7 июня 1986 года. U.S.A. NY.

Под испепеляющим солнцем в беседке сидели двое пожилых мужчин. Они обсуждали утреннюю прессу.

— Взгляни, Пит, что газетчик принёс… — Старик тяжело вздохнул и протянул пятнистую от старости руку со свежей газетой.

Морщинистый Пит взял газету. На лицевой стороне, даже без открытия, бросался в глаза огромный жирный заголовок:

«САМОЕ МАСШТАБНОЕ И БЕСПРЕЦЕДЕНТНОЕ ОГРАБЛЕНИЕ В АМЕРИКЕ»

— О боже… — Пит развернул страницы и начал читать вслух: — «Несколько вооружённых людей ранним утром ворвались в «Bank of America Plaza» города Тусон, предварительно открыв огонь. Насчитываются десятки жертв. Налётчикам удалось выкрасть четыре и четыре десятых миллиона долларов…»

В детской коляске неподалёку заплакал младенец — недавно родившийся внук, отвлекая стариков от чтения.

— Какой ужас… И в этот поганый мир мы приводим детей? За это мы боролись?.. — задумчиво произнес Арнольд, качая головой.

АКТ I: Who Am I? Circumstances

Человек — существо, которое не только испытывает чувства, но и постоянно испытывает на прочность самого себя. Кто-то скажет, что нельзя испытать ничего хуже боли. Вы, несомненно, правы, но смотря какой: моральной, душевной или физической?

— Всё сразу!! — сказали вы.

— Всё сразу?

— Ох, да вы настоящий чревоугодник… Или гурман.

Знаю я одного человека, кто был обречён на эту безжалостную участь. Так вот, тот, о ком я вам поведаю, родом из Мексики. Но коренным жителем он не был, знаете, скорее всего, он даже сам не понимал, кто он.

Неважно, продолжим: бедная семья, конец 60-х годов, развал экономики, бандиты. Конечно, как и подобает многим семьям в те годы, его родители вместе с нашим маленьким героем, Адрианом (Adrian), и его младшей сестрой Розой (Rosa) бежали в Америку, в США — путь к звёздам и мечтам. К сожалению, как это часто бывает, не всё идёт так, как мы хотим. Жить семье пришлось в городе Тусон (Tucson): крошечный домик на Шестой авеню, маленькие дети, проблемы с работой из-за статуса нелегалов и, конечно же, полное отсутствие финансов.

Всё это сподвигло отца двух малюток заняться продажей наркотиков. В то время это было легко из-за огромного трафика, да и полицейские не особо заботились об уличной торговле, ведь в большинстве случаев они сами же и замешаны в этом. Что ими движет? Деньги и статус, но сейчас не об этом.

Адриан рос на улице, на ней же учился жизни и заводил друзей. Те, в свою очередь, дали ему кличку «Эдди» (Addy). На удивление, он был достаточно умён, учитывая, что совсем не ходил в школу и образования никакого не имел.

В подростковом возрасте Адриан рано повзрослел, стал более резким. Окружающие замечали его эмоциональную неуравновешенность и нервную жестикуляцию, но предпочитали не говорить об этом вслух, чтобы не провоцировать парня. Многие считали, что на него так повлияла внезапная кончина отца. В самый неожиданный момент настигла карма.

Его кинули, дилер подсунул ему дешёвую муку вместо кокаина. Не зная об этом, он загнал товар опасным людям, а те заметили подмену лишь спустя пару дней. Само собой, они захотели отомстить. И сделали это, да и еще как: тихо и бесшумно выследили его и оставили пару ножевых. Он упал на асфальт у продуктового магазина, истекая кровью.

— Помогите, помогите! Человек истекает кровью! Вызовите помощь! — кричала женщина, прикладывая ткань к ране.

Но его глаза уже закрывались. Прохожие пытались спасти его, набирали 911, но когда помощь приехала, он уже не дышал, а пульс не бился.

На похоронах Адриан не вымолвил ни слова. Вся забота о детях легла на мать, которая работала в фастфуде.

Детство закончилось. Адриану пришлось повзрослеть слишком рано.

На дворе 1978-й год, Адриану 17 лет.

Он не был одним из самых порядочных парней, но старался следовать заветам совести. Всё началось с маленькой, детской, невинной «шалости».

Шесть лёгких стуков в дверь. Адриан открывает.

На пороге стоял один из его друзей — Элиас (Elias), немного смуглый, но уже крепкий и чересчур энергичный для своих семнадцати лет парень, кубинец, шатен и заядлый курильщик. Кличку «Элио» (Elio) он придумал себе сам, поэтому редко кто-либо её произносил.

— Элиас? Двенадцать часов ночи, ты выглядишь так, будто пробежал несколько миль. Все в порядке? — спокойно спросил Адриан.

— Извини, просто сейчас нужна твоя помощь… — ответил Элиас, пытаясь отдышаться.

— С чем? — снова спросил Адриан.

— На соседней улице владелец маленького продуктового магазинчика забыл закрыть железную решетку…

— И что? — перебил Адриан.

— Чтобы попасть внутрь, надо просто вскрыть одну дверь! Выбьем её, кассу поделим на троих и еды возьмём, — затараторил Элиас, продолжая уговаривать.

— Поделим на троих?.. — непонимающе переспросил Адриан.

— О, точно, там нас уже ждёт Тони (Tony), он на шухере, — ответил Элиас, постепенно приходя в себя.

— Слушай, мне нет до этого дела, — качнул головой Адриан. — Роза только уснула, и я должен следить за ней, пока мать на работе. Да и ночью по улицам расхаживают твари со стволами. К тому же там ещё этот чёртов Тони, которого я видеть не могу. Идея обворовывать магазин мне вообще не нравится.

— Чувак, ей четырнадцать лет, она сама сможет протянуть без тебя пару часов. Да и к тому же тебе нужны деньги и еда, одни плюсы, пойдём, — Элиас продолжал уговаривать.

Адриан задумался: денег действительно почти не было, как и продуктов, поэтому, хоть и нехотя, он всё же решил согласиться.

— Чёрт с тобой, сейчас, что-нибудь накину и выйду, — твёрдо сказал он.

Накинув легкую куртку, он вышел из дома. Элиас повёл Адриана к маленькому магазинчику на соседней улице. Когда они дошли, там их уже встретил Тони. Восемнадцатилетний американец, белокожий брюнет, смазливый, подвешенный на язык и слишком самоуверенный, но в душе — тот ещё ублюдок. Адриан недолюбливал его, хоть и не показывал этого публично при нем. Клички у Тони не было — имя и так было достаточно коротким.

— Здравствуй, Эдди, — Тони протянул руку.

— И я рад тебя видеть, Тони, — сухо ответил Адриан, осматриваясь по сторонам.

— Как и договаривались: я стою на шухере, а вы быстро входите и так же быстро выходите. Конечно же, с баблишком, — с ухмылкой произнес Тони.

— Лучше не блести зубами. – бросил Адриан.

Адриан подошёл к двери магазина, подергал её и с осознанием повернулся к парням.

— Придурки, дверь открывается на себя! Как вы собирались её выбивать, чёртовы идиоты?! — вспылил Адриан, активно жестикулируя.

— Э-э-э… — растерянно простонал Элиас.

— Не парься, я всегда на шаг впереди, у меня с собой монтировка, — уверенно заявил Тони, расстегнув рюкзак и достав небольшой лом.

— Даже знать не хочу, почему она у тебя с собой… — пробормотал Адриан, выхватив инструмент из слегка дрожащих рук Тони.

— Знаешь, в багажниках машин спрятано много интересных вещей… — ответил тот, отводя взгляд и осматривая пустую улицу. — Ладно, приступайте, пока никого нет.

— Не дай бог с вами ещё раз свяжусь… — проворчал Адриан, вставляя лом в дверную скважину.

Он попытался свернуть дверной замок, Элиас помогал, навалившись на монтировку. Замок хрустнул и сломался, дверь резко распахнулась. Лом вылетел из рук парней и больно ударил Адриана по колену.

— Твою мать, а-х… Сук-а-а… — провыл Адриан, схватившись за ногу.

— Заткнитесь, нельзя, чтобы нас услышали! — взволнованно прошипел Тони, снова озираясь.

— Смотри по сторонам и не возникай, придурок, А-х… — отрезал Адриан и, прихрамывая, вошёл вместе с Элиасом в магазин.

Парни начали обчищать помещение. Элиас занялся кассой.

— Дай монтировку, кассу так просто не вскрыть. — Адриан протянул лом Элиасу.

Когда друг забрал инструмент, Адриан начал набивать спортивную сумку едой. Он не особо выбирал, ведь сгодилось бы всё съедобное.

— Слушай, мы и вдвоём отлично справляемся. Звать эту нервозную сучку не было никакой нужды, — сказал Адриан, продолжая сбрасывать продукты в сумку.

— Э-гх… Ну слушай, это всяко лучше, чем если бы мы тут стояли, а копы внезапно нагрянули и схватили нас за задницу, — кряхтел Элиас, пытаясь разломать замок кассового аппарата.

— Поверь, чувак, стоящий у магазина в два с хреном ночи, мотающий головой словно сова и дрожащий как наркоман, привлечёт гораздо больше внимания, чем странные звуки внутри, — утверждал Адриан.

Повисла тишина. Каждый был занят своим делом. Произошел звонкий щелчок.

— Уа-а-а-у… — донеслось со стороны кассы.

— Ты вскрыл её? — спросил Адриан.

— Смотри, Эдди… — тихо выдохнул Элиас.

Адриан повернулся и увидел внушительную стопку денег в руках Элиаса.

— Ох, чёрт… Ты считал? Ты считал, сколько в ней баксов? — спросил Адриан, подходя ближе.

— Чёртова тысяча! Чёртова тысяча баксов!! — Элиас не мог сдержать эмоций, он явно был рад.

— Звучит аппетитно, только не испачкай их своими грязными руками, — сказал Адриан. На его лице впервые за ночь появилась ухмылка. Он закончил набивать сумку.

— Не беспокойся, мои руки чище попки младенца! А я тебе говорил, Эдди! Говорил, не зря ты пошёл, ох, не зря-я-я… — смеялся Элиас, наслаждаясь видом банкнот и тем, как они шелестели.

Кто бы мог подумать, что владелец продуктового не будет забирать выручку несколько недель. Этим поганцам сегодня явно везло, я бы даже сказал — чертовски везло.

Парни не успели закончить свои сборы, как внутрь заглянул Тони и прошипел: «Копы!».

«Копы?..» — подумал Адриан.

Они переглянулись с Элиасом, и осознание ударило их как гром среди ясного неба. Адриан быстро застегнул молнию на сумке и закинул её на плечо.

Выскочив из магазинчика, они тут же заметили прорезающий темноту свет фар, заставляющий смыкать глаза. Присмотревшись, парни поняли — это полицейский крузер, на котором медленно патрулирует улицу шериф.

— Сука, как не вовремя… А где этот придурок? — взволнованно выругался Адриан, пытаясь найти глазами Тони.

— Смотри, это разве не он? — спросил Элиас, указывая на растворяющийся в тени убегающий силуэт.

— Какой же сучонок. Валим отсюда и побыстрее, — твёрдо скомандовал Адриан, бросив последний взгляд на машину копа.

Парни быстрым шагом рванули прочь от продуктового, который только что обчистили. Спустя пару минут, когда они оказались в нескольких сотнях метров от магазина, ночную тишину разорвал тот самый звук — завыла полицейская сирена.

— А теперь бежим! — резко скомандовал Адриан и сорвался с места.

Они неслись изо всех сил, вой мигалки то был близок, то далёк. Добежав до развилки, парни разъединились: их дома были в разных сторонах.

Добравшись до крыльца, Адриан влетел в прихожую, накрепко запер дверь на засов и погасил во всём доме свет. Он уже ставил тяжелую сумку с продуктами на кухонный стол, как за спиной раздался тихий, сонливый голос:

— Адриан?..

Адриан резко щелкнул выключателем настольной лампы и испуганно обернулся. Из темноты коридора на него смотрела сестра. Роза проснулась от шума и тяжёлого топота.

— Адриан, что происходит? Ты такой красный… Ты бегал?.. — спросила зевая, полусонным голосом Роза, обращая внимание на заунывный вой мигалки, доносившийся прямо со двора.

— Чёрт, Роза, три часа ночи, давай быстро в постель! — яростно зашипел Адриан, активно жестикулируя. Эмоции лились ручьём. Он развернул сестру за плечи и принялся настойчиво подталкивать её к лестнице, ведущей на второй этаж.

— И не обращай внимания на звуки с улицы, я ходил в магазин, и там произошло что-то странное. Всё, спать! Спа-а-а-ать! — стоя на ступенях, он провожал её взглядом.

— Магазин?.. В три ночи?.. — напоследок сонно переспросила Роза, замирая у двери своей комнаты.

— Спать. И никаких вопросов, — утвердил Адриан, и сестра последовала в спальню.

Адриан быстро выключил лампу на кухонном столе и сел на диван в гостиной, уставившись в опущенные жалюзи на окне. Спустя пару минут вой мигалки сошёл на нет, но она ещё звучала в его ушах. Он сидел на диване, слабо подёргивая ногой, стук сердца отдавался в его ушах. Он просидел до пяти утра с широко открытыми глазами и всё же уснул, хотя это можно было бы описать как потерю сознания.

В семь утра Адриан резко проснулся, услышав, как кто-то дёргает ручку входной двери, настойчиво стуча по ней.

«Это не могла быть мама», — думал он, она же обычно возвращается в восемь. Не чувствуя своих ступней — они были холодными, как у мертвеца, ощущая ледяной пот на спине и лице, утопая в омуте страха, он встал с дивана, подошёл к входной двери и начал открывать её. Дверь отпахнулась, дав ему увидеть того, кто стоял за ней.

— Сыно-о-ок! — это была мама. Она сразу ринулась обнимать его.

— Мама?.. Почему ты так рано вернулась? — спросил Адриан. Его кровь снова начинала кипеть, он сильно покраснел. Страх ушёл, но появилось другое чувство, непонятное ему.

— Как я могу работать, когда ночью произошло такое?! В шесть утра уже все трубили об ограблении в соседнем районе от нашего дома, я не находила себе места, беспокоилась!.. Ты, я вижу, тоже на нервах всю ночь был, бледный весь… — сказала она, приметив его изнеможённый вид.

— Да, ночные мигалки не давали уснуть, Роза тоже просыпалась… — слабо выдавил Адриан.

В глазах внезапно потемнело, ему стало очень плохо. Вырвавшись из объятий матери, он устремился к санузлу, сославшись на желание умыться. Как только он остался наедине с собой, он включил кран, упал перед унитазом и начал блевать. Он в прямом смысле слова видел «чёрную жижу», выходящую из него, словно мазут. Может, это были грехи?

И вот, стоя на кафельной плитке, на коленях перед унитазом, когда его начало понемногу отпускать, он вспомнил об оставленной сумке с продуктами на кухонном столе. Адриан быстро вытер рот туалетной бумагой, встал, смыл унитаз, наблюдая, как его сущность смывается.

Он выключил кран и быстро вышел из ванной, направившись на кухню, где как раз уже крутилась мама…

Придя на кухню, он тут же заметил спортивную сумку – она лежала у стены и полностью пустая.

— Я… я могу всё объяснить насчёт сумки… — взволнованно сказал Адриан. Он подумал, что она уже всё увидела. Руки заходили ходуном, жестикуляция стала резкой и нервной.

— Да? Очень хочу выслушать, что ты скажешь, — ответила она.

Для Адриана это прозвучало как погибель. Он начал пытаться что-то сказать, как тут же она его перебила:

— Адриан, ты же знаешь: свои вещи надо хранить в своей комнате и нечего их разбрасывать, потом забудешь, где она и искать будешь. И ты, как я вижу, всё-таки сходил вчера в магазин, как я и просила утром, — сказала она уставшим, но мягким, материнским голосом.

Она посмотрела на полки и холодильник, забитые продуктами.

— Ты купил чересчур много еды, и, как всегда, не то, что надо. Но знаешь, после ночного происшествия я теперь поняла, почему ты так основательно закупаешься. Молодец, а теперь не мешай мне убираться, — она издала лёгкую усмешку и продолжила заниматься своими делами.

Адриан тяжело выдохнул и поплёлся на второй этаж, желая завалиться в свою постель. Проходя мимо приоткрытой двери сестры, он вдруг всё осознал, почему сумка была пуста к приходу матери: эта маленькая проказница не легла спать, когда он ей приказал. Но был ли он вправе негодовать из-за её неповиновения? Конечно, нет, он даже был рад этому.

Дойдя до своей комнаты, он просто упал на кровать и провалился в сон.

Адриан спал почти сутки, сновидение было странным и длилось мучительно долго.

Ему снилась «Антарктида».

Адриан был одет лишь в белые штаны. Он бежал в сторону заснеженных гор, вдаль от берега и вод. Его ноги были окованы цепями с чугунными ядрами. Каждое его движение было изнуряюще тяжёлым, но он продолжал движение, сам не понимая почему, его глаза были широко открыты и пусты.

Темнота.

Адриан вертелся в постели с боку на бок, что-то терзало его изнутри. Проснувшись, он снова испытывал тошнотворные приключения. В тот момент унитаз стал его лучшим другом: не задаёт вопросов, молчит и внимательно слушает…

Последующие дни он старался не высовываться на улицу. Его смущало, что Элиас до сих пор его не навестил. Это на него не похоже, его поймали? Трусливый сучонок Тони тоже не являлся, хотя это было предсказуемо.

Адриан вчитывался в каждую газету, которую приносил пожилой газетчик, везде было написано лишь одно: «Причастных к ограблению всё ещё разыскивают». Размытые формулировки, ни имён, ни точного количества. Это успокаивало его.

Не выдержав такого долгого молчания, Адриан сам решил пойти к Элиасу а заодно, возможно, мимолётом взглянуть на магазин, который они грабили.

Одевшись, он вышел на улицу. Когда он шёл, он частенько нервно осматривался.

— Теперь я тебя понимаю, Тони… — вялым голосом пробормотал он себе под нос.

Дойдя до развилки, он стоял перед выбором: пойти налево или вперёд. Пойдя налево, он выйдет на улицу, где был магазин, небо было тёмное в той стороне. Впереди же был дом Элиаса, и как назло, небо там было светлое и чистое. Переводя взгляд с одной улицы на другую, Адриан всё же поддался любопытству и какому-то странному, необъяснимому тягучему чувству — и свернул налево.

Пока он шёл по улице, в его голове отдавалась полицейская сирена. Когда он был в десятках шагов от места назначения, его окликнули.

— Йо, Эдди! — звонкий голос позади прервал его мысли.

Адриан обернулся и увидел Дженну (Jenna). Семнадцатилетняя латиноамериканка, на голову ниже Адриана, её волосы были естественно прекрасны, тёмно-каштановые. Сведёт с ума любого, в любовном смысле.

Она подбежала к нему с претензиями:

— Ты почему нигде не появляешься, а?! Избегаешь меня?! — она принялась бить ладонью ему в грудь, но выходило это не больно, а скорее — нежно.

— Э-э… Слушай, милая… — он пытался что-то сказать, но Дженна прожигала его глазами, смотря прямиком в душу.

— Милая!? Не называй меня так! Ты даже не удосужился прийти позавчера ко мне, хотя я ждала тебя! — вывалила она.

— Стой, стой, стой… Я даже не знал, что ты ждёшь меня. Да и мне плохо было… — Адриан попытался сгладить накал.

— Отговорки! Я ещё три дня назад Розе передала, чтобы ты пришёл ко мне, ведь я соскучилась… Но ты не пришёл, — сказала она, дуя губы и отворачиваясь от него.

— А-ах… Роза… — На лице Адриана появилась ухмылка. Он знал, что Роза питает неприязнь к Дженне, поэтому и не передала просьбу. Банальная ревность?

— Слушай, м-м… Да, я не пришёл, прости. Мне было ужасно хреново, что-то не то, реально не мог прийти… — Адриан играл роль раненого, и довольно удачно.

— Правда?.. – она открылась, посмотрев на него хрустальными глазами.

— Правда, правда. Теперь я весь твой. — Адриан сдался.

Хорошо, я прощаю тебя, но в последний раз. И чтобы сегодня твоя задница была у меня. Мама уходит на ночную смену, — она ставила условия, Адриан не сопротивлялся.

— Без проблем, ещё немного прогуляюсь, заскочу к Элиасу и сразу к тебе. — Он потянулся поцеловать её, но она упёрлась руками ему в грудь.

— Не-а! Ты накосячил, мистер, и пока ещё до конца не прощён, — она чмокнула Адриана в щёку, круто развернулась и зашагала в сторону своей бетонной многоэтажку, которая как раз была напротив магазина.

Адриан смотрел, как она уходит. Его всегда умиляла её игривость. Глаза расслабились, впервые на его душе было тепло после того происшествия.

Он пошёл дальше по улице. Когда он дошёл до того самого злосчастного места, всё, что изменилось, так это входная дверь, к которой прибили дощечку. На ней были написаны большие латинские буквы, строящие слово «ЗАКРЫТО» (CLOSED). Адриан решил побеседовать с крутившимися неподалёку темнокожими мальчишками, которым на вид было лет десять-двенадцать.

— Йоу, молодые гангстеры, а вы не знаете, почему этот магазин закрылся? — Адриан указывал пальцем на дверь с табличкой.

— О, сэр, вокруг ходит много слухов… — ответил один пацанёнок.

— Заткнись, Тайрон (Tyrone), все знают, что владелец поехал кукухой и сыграл в русскую рулетку! — сказал другой пацан, сверкнув идеально белыми зубами на фоне тёмной кожи.

— Не слушайте его, Джамал (Jamal) несёт бред, насмотревшись кино! — сказал Тайрон, бросив на друга короткий взгляд.

— Ага, ещё скажи, что похороны были ненастоящими! — Джамал чересчур уверен в своей версии.

— Похороны?.. — промычал Адриан себе под нос.

— Слушай, Джамал, я дам тебе два бакса, если расскажешь мне полную историю, — продолжил Адриан, но его перебил Тайрон.

— Вы ему за выдумки будете давать деньги?! — возмутился Тайрон.

— Тсс… Слушай, как тебя там, Тайрон, если тебе нечего предоставить, то иди дальше играй в своей сраной песочнице и не суй свой нос, когда не спрашивают, — слова Адриана звучали очень твёрдо, даже агрессивно для ушей Тайрона. Прежде чем уйти с очень недовольной гримасой, мальчишка в последний раз взглянул на Джамала и Адриана.

— Рассказывай, я слушаю.

— Ну… Когда я был на похоронах, я слышал от плачущей женщины историю… — начал рассказывать Джамал, но Адриан его прервал.

— Стоп, секунду, почему ты был на похоронах, он был твоим родственником?

— Не совсем… Мы — темнокожие. Мы живём в одном районе, знаем всё друг о друге. Ну типа как одна большая семья, понимаешь?

— «Одна большая семья…» — подумал Адриан.

— И… когда я был на похоронах, плачущая женщина рассказывала историю, как трое парней обокрали магазин её бывшего мужа… — Джамал попытался продолжить, но Адриан снова его перебил. В его голосе уже сквозило напряжение:

— Трое парней? Но в газете ничего подобного не написано, — волнительно расспрашивал Адриан. В его глазах темнело.

— Конечно, я же говорил, что мы как одна большая семья! Другая тётя из вон того дома говорила, что видела три тёмных силуэта, — он указал на окно второго этажа дома напротив. В этом же здании жила Дженна.

— А почему тогда копы не знают об этом? — очередной вопрос от Адриана.

— Извините, но, чтобы чёрный что-то сказал копу? Да к тому же белому?! Серьёзно?! — Джамал залился звонким детским смехом.

— А почему ты рассказываешь мне? Я, как видишь, не такой уж афро.

— Ты даёшь мне деньги, кто бы отказался?

— «Легко ты продал свою семью, Джамал, да и за такую маленькую сумму». — задумался Адриан.

— Так вот, видели, как эти трое убегали вроде бы туда, — Джамал указал на дорогу, по которой Адриан сюда пришёл. Ему даже казалось, что пацан указывает прямо на его дом.

— Ладно, этого достаточно. Лучше расскажи о том, что произошло с владельцем, — Адриан уже не мог это слушать, желая сменить тему.

— Владелец? Ну, как я уже слышал по рассказам, наутро, когда он узнал, что его магазин ограбили, он был о-о-очень зо-о-ол. Или расстроен. Он ведь в разводе, а тут ещё и это. Ну и, как говорят, он схватился за пушку и…

— То есть ты всё-таки киноман и про русскую рулетку приукрасил? – Адриан перебил малого.

— Ну… М-м… Лишь немного… Но всё остальное правда! – заверял Джамал.

— Ладно, спасибо за информацию. — Адриан развернулся, собираясь уйти.

— Стой! Ты куда?! А деньги?! Два обещанных доллара?! — Джамал увязался за ним.

— Это будет тебе уроком, чтобы больше не предавал свою «большую семью».

— Э-эх… — Джамал остановился и жалобно простонал, уже начиная слышать за спиной громкий смех Тайрона.

— Карма, карма — это то, что сыграет с вами плохую шутку! — кричал Джамал вслед уходящему Адриану.

Адриан пошёл к Элиасу, ступая по улице, залитой светлым небом. В глубине души ему было невыносимо паршиво: из-за них умер человек. Цена человеческой жизни — тысяча долларов. «А я тебе говорил, Эдди, говорил, не зря ты пошёл, ох, не зря-я-я…» — эти слова не покидали его голову, пока он шёл.