Хранительница ночного колодца

Глава I.

И во тьме я вижу свет.

Стояла ясная погода. Алевтина Прокофьевна была на балконе своей трехкомнатной квартиры, что находилась по улице Курако, в городе Навокузнецк и любовалась солнечной погодой. А ведь лишь десять минут назад прошел грибной дождь. Ее балкон выходил на небольшой парк, больше напоминавший сад, откуда доносился запах дождя. Хотя она и выглядела на сорок с хвостиком, на самом деле ей уже шел седьмой десяток. Женщина стояла, наслаждаясь каждой секундой прожитых лет, ведь прекрасно понимала, что такое жизнь и как она быстро пролетает. Она вернулась в комнату, где плакала ее единственное дитя, Марьяна. Дочь сидела на новом диване, покрытом покрывалом, подаренным на день рождения. С ее голубовато-зеленых глаз шли ручьем слезы. Жгучие черные кудри касались плеч, а воротник летнего желтого платья с ромашками взмок от падающих капель. Алевтина Прокофьевна видела, в каком отчаянии ее единственная дочь. Она села рядом и начала спокойным голосом переспрашивать:

– Марьян, повтори, что произошло?

– Мама, мама! Лидку похитили. Дочь мою. Лидию похитили.

– Как похитили, КТО, КОГДА, ГДЕ? Я ее только три дня назад видела, она ко мне в гости приходила.

– Да, она в тот день, когда пришла от тебя, поехала в деревню в Красноярский край к подруге Насте. Они в вместе учатся в Кемеровском Университете. Она и пригласила, а сейчас звонит и говорит, что вчера Лиду похитили в соседней деревне. Хотят мол жениться на ней, а я не знаю, что делать, она ведь еще совсем молодая, она даже учебу не закончила. Да и сама Лида говорит, что хочет после учебы мир посмотреть. Мама, я не знаю, что делать?

– Ты Сашке говорила про это?

– Точно, совсем забыла, надо ему позвонить, нужно будет туда поехать и в полицию заявление написать.

– Погоди, не звони пока! Я сейчас приду!

Алевтина Прокофьевна зашла в маленькую комнату, в которую никого не пускала. Комната из себя представляла небольшое помещение с окном напротив двери. Сквозь тюль со шторами лучи солнца проникали во внутрь, обогревая и освещая очень ярко. От них исходила ласка, нежели чем обжигающий зной. Справа от окна стоял старенький, с виду пустой, оставшийся еще с советских времен стол и стул со спинкой. Слева же на углу висела икона Божьей Матери. Также у стены стоял книжный шкаф с различными книгами.

Женщина подошла к шкафу и достала старинную книгу. Села за стол и из тумбочки достала свечи. Зажгла их, поставила друг против друга и открыла книгу. Нашла там нужное ей заклинание. Прочтение перенесло ее разум в будущее и показало, что будет, если заявить в полицию. До нее дошло, что может стать слишком поздно, а похитившие Лидию люди, могут просто убить ее с испугу. Алевтина Прокофьевна решила: раз законно ей внучку не спасти, нужно отправиться туда самостоятельно.

Женщина вышла к дочке:

– Марьян, я вечером туда сама отправлюсь, а ты скажешь мужу, чтоб был с тобой и ждите нас дома.

– Но…

– Поверь мне, а то быть беде.

Марьяна хотела было что-то сказать, но взглянув в глаза матери поняла, в каком она гневе, а исходящая от нее энергия была настолько сильная, что даже днем в комнате потемнело. Дочь кивнула, зная свою маму, что она человек не только слова, но и дела.

Марьяна, посидев еще немного, пошла домой. Уже вечерело, а муж ее вот – вот должен был прийти с работы.

Едва она вышла за порог, ведьма начала собираться в дорогу. Надев черное платье и накидку, взяв сумочку с документами, и ухватив трость, прочитала шёпотом заклинание и трижды стукнула ею об пол. Появилось черное облачко, перейдя через которое, она в миг очутилась в той самой деревне, где гостила ее внучка. Перед ней стоял деревянный домик. Она, стоя у калитки, окликнула хозяев. Вышел мужчина лет сорока в домашней старой серой футболке и в синих легких штанах.

– Слушаю вас? Чем могу вам помочь? – откликнулся мужчина с порога своего дома.

– Я, Алевтина Прокофьевна, бабушка Лидии, она к вам в гости приехала, – ответила женщина спокойным, но жестким голосом.

– Да, да проходите в дом, мы как раз это обсуждаем. Сами не знаем, как быть, – со смущением произнес мужчина, жестом приглашая в дом.

Алевтина Прокофьевна вошла в дом. Это был старенький четырехкомнатный домик. В гостиной сидела молодая девушка Настя, а рядом ее мама. Все встали, когда зашла гостья. Мужчина предложил ей присесть за стол. Когда все сели, он обратился к дочери:

– Насть, принеси мне воды, а вам? Желаете чего-нибудь с дороги.

– Нет, спасибо. Я бы хотела поговорить о произошедшем с Лидией.

– Да, конечно. Кстати, я не представился, меня зовут Михаил, а это жена моя Света, ну и дочка Настя, – с волнением сказал мужчина.

Когда Настя вернулась, Михаил попросил ее рассказать все как есть Алевтине Прокофьевне. Девушка села за стол, глубоко вздохнув, начала рассказывать:

– Вечером, мой жених Сергей со своим другом Вадимом, пригласили нас в соседнюю деревню. Там есть клуб, с нашей деревни туда часто ездят. Когда мы приехали, поначалу все было хорошо, но потом местные ребята начали приставать к Лидии. Вадим с Сергеем вступились за нее и началась драка. Их было много и наших ребят сильно побили. Вечер был просто ужасен и очень жалею, что мы туда поехали.

Алевтина Прокофьевна слушала внимательно, ее взгляд будто пронзал душу девушки.

– Хорошо Настя, – сказала она и посмотрела на отца. – Я бы хотела отправиться в эту деревню, прямо сейчас и встретиться с главой деревни.

– Да, конечно, я могу отвезти вас туда. Это займет минут двадцать на машине. Да и Валентину Васильевну я знаю лично, – сказал Михаил.

Мужчина с гостьей отправились в путь. Ехали они молча, каждый думал о своем. Отцу Насти было до жути неудобно, что похитили их гостью. К тому же, он не знал, как быть в такой ситуации. Женщина же надеялась на благоразумие похитителей. Она не хотела прибегать к крайней мере, так как четко понимала и знала, что у всего есть своя плата и последствия. Однако, готова была разорвать всех, кто обидел ее кровинку и свою будущую надежду.

Время приближалось к девяти часам вечера. Когда они встретились с главой деревни, Валентиной Васильевной и поведали о произошедшем, та сразу решила помочь им.

– Я сейчас позвоню участковому, и соберу всех жителей в нашем клубе, – Васильевна спеша и суетясь, начала искать в телефонной книге номер участкового.

Найдя и дозвонившись до него, Васильевна попросила собрать всех жителей в клубе, для экстренного собрания. Участковый с нежеланием в голосе ей что-то пробубнил в ответ. Но глава настояла на своем и добавила, что тут идет речь не только о репутации деревни, но также и о краже человека, на что участковый Андрей не смог ничего ответить. Лишь добавил, что родные похищенной в правоохранительные органы не обращались, и никакого заявления не поступало.

Пока шли до местного клуба, ведьма начала надеяться на благоразумие жителей деревни. И что даже без проблем можно будет вернуть внучку. Если они отпустят девочку, то к ним претензий не будет.

К половине десятого вечера все собрались в клубе. Валентина Васильевна, заняв импровизированную трибуну начала громко и четко говорить:

– Уважаемые односельчане, извините за столь поздний час. Мы вас тут собрали потому что, в нашей деревне похитили девушку. Здесь присутствует ее бабушка. Пожалуйста, если кто-то располагает информацией, поделитесь с нами. Ее бабушка просит вернуть ее в сохранности, претензий к похитителям она иметь не будет, просто верните девочку…

Из зала вдруг донеслось: «У нас никого не похищали!». Следом другой мужской голос подхватил со злобным смехом: «А может она сама решила сбежать!».

– Действительно, может она сама захотела уехать с молодыми ребятами. Ведь никто не заявил о пропаже девочки, – язвительно с ухмылкой добавил участковый.

Не выдержав, Алевтина Прокофьевна приблизилась к главе деревни. Пронзающим взглядом смотря на толпу, спокойным уверенным голосом сказала:

– Прошу вас, проявите благоразумие. Мы живем в двадцать первом веке. Насильно похищать девочку, дабы жениться на ней… я смотрю, многие из вас взрослые люди и, скорее всего, уже есть свои дети. Потому, прошу, верните мне ее и разойдемся так, будто ничего и не было.

В толпе начали перешептываться. Одни были в ужасе от происходящего, другие просто смеялись и издевались.

Алевтина Прокофьевна смотрела внимательно на людей. Затем она тихонько, полушёпотом попросила главу деревни собрать всех сочувствующих в другом месте. Дабы поговорить и разузнать о произошедшем. Но при этом она также попросила не звать участкового. Васильевна согласилась.

– Попрошу минутку внимания, если все – кто не согласен, с похищением девочки прошу остаться, а все, кто считает, что она сама виновата, можете идти домой.

Люди начали расходиться, а некоторые остались. Среди оставшихся также были и те, кто был на стороне похитителей. Ведьма видела их гнилые души, но при этом не могла ничего с этим поделать. Она решила просить помощи у местных жителей.

– Прошу, помогите. Мне хотя бы увидеть свою внучку. Жива ли она еще, все ли с ней в порядке. Прошу помогите.

– Да как же можно так! Кто же мог так поступить! Что за зверь! – воскликнул сгоряча седовласый мужчина.

Люди, склонив головы и разводя руки начали расходиться. Выйдя на улицу, к бабушке Лидии подошел этот мужчина, со своей супругой под руку.

– Извините, – тихим смущенным голосом произнес он.

– Да, вы что-то хотели сказать? – с надеждой в голосе спросила бабушка Лидии.

– Наш сын был там в ту ночь, когда вашу внучку похитили. Мы просто боимся. Похититель вашей внучки является двоюродным братом участкового. А они тут большой вес имеют, и все их боятся. Так вот, внучку вашу похитил Игорь и держит ее у себя в сарае на окраине деревни. Если хотите, мы вам покажем, где это находится. Но больше, ничем не сможем вам помочь.

Женщина обрадовалась, что сможет встретиться с внучкой и сразу же согласилась на их предложение. Михаил завел свою старенькую ниву, и они отправились в путь. По прибытию, найдя сарай, где была Лидия, бабушка окликнула ее.

– Лидия, Лидия, милая ответь, – полушепотом окликнула бабушка.

Лидия в слезах и обессиленная, тихонько подошла к деревянной стенке сарая.

– Ба, бабуль! Ты ли это – обрадовавшись, спросила Лидия.

– Да, милая, это я. Как ты? Жива, здорова, тебя обижали?

– Да вроде нормально, только вот не знаю, как отсюда выбраться. Бабуль, забери меня отсюда, – взмолилась девушка.

– Конечно, милая. Я заберу тебя, и мы вместе отправимся домой. Дома тебя мама с папой ждут. Мне надо будет кое-что сделать. Пока ты посиди тут. Вот, возьми этот платок, накинь его на голову прямо сейчас и смотри, чтобы не случилось и не происходило, не снимай его. Прошу тебя, а то быть беде. Прошу тебя, доченька моя, послушайся бабушку свою.

– Хорошо бабуль, только пожалуйста вытащи меня отсюда побыстрее.

– Конечно милая, – с улыбкой и со слезами ответила пожилая женщина.

Алевтина Прокофьевна подошла к машине, где ее ждали Михаил и седовласый мужчина с женой. Они вернулись обратно к дому главы деревни. По дороге назад, ведьма сказала им, чтобы не случилось, и чтобы не происходило, запереться на засов, занавесить окна и не выходить на улицу. Они удивились, но перечить не стали. Также она сказала и главе деревни, добавив, что бы та предупредила всех, кто пытался хоть как-то помочь им. Но при этом не говорить участковому.

В полночь, ведьма вышла и заперла калитку за собой. Она стояла под уличным фонарем и смотрела в темноту.

– Ты готов? – спросила она стальным голосом, слегка улыбаясь.

Из тьмы появились огненно-горящие глаза.

– Конечно готов и не только я. Все уже ждут с нетерпением, – пронзающим голосом ответило Нечто темное и ужасающее.

– Тогда начнем!

Алевтина Прокофьевна подошла на распутье четырех дорог и своей тростью нарисовала, что-то напоминающее пентаграмму, а в ней странные надписи. Начала взывать к неким силам.

– Взываю к Вам! Что живут по ту сторону тьмы! Явитесь и покарайте тех, кто посмел похитить чадо мое. Приношу в дар, их души Вам! О Ты, что велик и прекрасен, прошу тебя, стань во главе – ибо пир этот для тебя!

Стоило ей только произнести эти слова, как раздался жуткий вой, а из нарисованного, пронзился яркий, ослепляющий свет и тут же погас. Жуткий вой превратился в смех и в звериное рычание. Во тьме в кустах, будто кто-то бегал и смеялся от радости. Она стояла и смотрела на них, а Нечто, ожидало ее команды.

– Покарайте врагов, кто обидел чадо мое. Запертые дома, закрытые на засов- не трогать! Остальные, на ваше усмотрение.

Раздался вновь жуткий вой, животные, что находились в хлеву, от ужаса не просто начали мычать и визжать, но и носились по нему, пытаясь выбраться и убежать. Они забирались друг на друга думая, что хоть так смогут уйти от неминуемой гибели. А в домах был слышен плачь людей, вперемешку с их криками, и у всех, кто слышал, кровь стыла в жилах, а душу раздирало на части, но всем было страшно. В дома, в которые зло не заходило, люди не могли найти себе место, кто-то молился, кто-то пытался отвлечься и сделать вид будто ничего не происходит. Только вот все понимали, страх, что одолевал их, был неописуем. Ведьма шла по улице, где горели фонари. Дорога была засыпана речным камнем вперемешку с землей и от каждого ее шага издавался звук каблуков. А звук был настолько тонкий и звонкий, что в домах трескались стекла. Когда зло проникало в дом, затухал свет и людской крик ужаса длился недолго. Их бездыханные тела падали и только был слышен глухой звук. Животные пытались сбежать, но было тщетно. Алевтина Прокофьевна шла с поднятой головой и гордой походкой, с каждым шагом закидывая трость в перед. Вместе с ней шла сама смерть, укрываясь во тьме и убивая все на своем пути.

Лидия, сидела в сарае укрывшись платком, которую дала ей бабушка. Услышала крики, визг животных и людей. Ей стало еще страшнее, она не знала, что делать. Крики близились, а страх одолевавший ее становился все сильнее, ее внутренний голос говорил ей, что нельзя снимать платок. Она услышала страшный крик со словами: «боже, нет, спаси, мама…» и тишина и лишь звук падения бездыханного тела. Лидия почувствовала присутствие нечто темного, злого, несущего смерть. Она ощущала, это всем своим телом, каждой своей волосинкой, ее глаза были открыты и поэтому она через платок видела нечто темное и веявшее холодом от него, что подошло к ней близко и смотрело прямо на нее, в ее глаза. Тут она услышала звуки каблуков.

– Лидия, милая, не бойся, это я, бабушка твоя. Не снимай платок. Я тебя сейчас за руку возьму, помогу тебе подняться, и мы пойдем, но платок снимать тебе нельзя, – нежным голосом сказала бабушка, взяв напуганную внучку за руку.

Лидия поднялась, ее ноги со страху тряслись, но она старалась не упасть и потихоньку облокотившись на бабушку, пошла, одной рукой придерживая платок. Их обратную дорогу освещала луна, а вокруг стояла могильная тишина. Лишь свежий запах смерти смердило вокруг и служило напоминанием о происходящем. Зло, что таилось во тьме, провожало их, не издавая ни звука, лишь бережно присматривая.

К началу рассвета они дошли до дома. Ведьма постучалась в дом со словами – «Можете открыть, все уже закончилось».

Хозяйка дома подошла тихонько к двери, отперев засов, слегка приоткрыла дверь, где с Михаилом ждали их возращения. На их лицах был страшный испуг, а кожа бледная. Увидев Алевтину Прокофьевну с Лидией, они решились выйти на крыльцо дома.

Стояла могильная тишина, а солнце взмывало все выше, обогревая землю. Они стояли и смотрели молча, пытаясь спросить ее, кто она, но страх одолевал их сильнее любопытства. Глава смотрела и видела, что кругом лежали трупы людей вперемежку с животными, части их тел были разбросаны, а в глазах был страх и ужас перед смертью. Михаил не знал, что делать. Женщина понимала, без толку что-либо объяснять.

– Михаил, вы сможете нас отвезти на автовокзал? – спокойным голосом спросила Алевтина Прокофьевна.

Мужчина не мог вымолвить слово, хотел бы просто ответить, но и того не смог сделать. Нéчто не давало ему, не то ком в горле, не то от страха. Он сам не мог понять, что с ним. Лишь кивнув одобрительно и показав жестом, мол я сейчас, секунду и поедем. Быстро забежал в дом и взяв ключи, Михаил второпях подошел к своей машине, открыл дверь и суетясь сел за руль, завел ее и тут он с облегчением вздохнул. Мол все, я жив!

– Садитесь, поехали. Я сначала домой заеду, потом и вас отвезу на автовокзал, – громко и четко произнес мужчина.

Алевтина Прокофьевна внимательно посмотрела на главу деревни, та в ответ также смотрела, как бы спрашивая, что дальше?

– Валентина Васильевна простите, что так получилось, но видит бог. Я хотела по мирному все решить, а тут…, еще раз извините.

– Да, что тут скажешь, кому сказать и не поверит ведь. А главное, как теперь с этим жить. Счастливого пути вам и вашей внучке. Я глубоко надеюсь, что это наша последняя встреча, – со страхом в глазах, выдавила из себя глава деревни.

Ведьма, лишь ухмыльнулась в ответ. Взяв сидевшую на крыльце Лидию под руку, пошли к машине. Они сели и поехали в соседнюю деревню в дом Михаила.

По пути домой стояла могильная тишина, мужчина думал о том: «Зачем он вообще ввязался во все это и чего можно будет ожидать от бабки?». Алевтину Прокофьевну же больше уже заботило, какие последствия последуют после содеянного и к чему это все приведет. Думая об этом, она каждый раз приходила к выводу о том, что «чему быть, тому не миновать», и это не то, чтобы ее выводило из себя, скорее больше раздражало. Кто она, и кто те, кто будет с нее спрашивать, ведь она не просто опытная ведьма, но и очень сильная. Но при этом, она четко понимала, что нельзя сходить с ума от своей силы, потому что тщеславие губительно не только для своего окружения, но и для самой себя. И все это, расшатывало ее здравый и холодный ум. Лидия, сидевшая на заднем сидении вместе с Алевтиной Прокофьевной в обнимку, поняла, что все уже позади и от этого почувствовала умиротворение и сразу же уснула, облокотившись на бабушку.

Когда они приехали и вошли в дом, сидевшие на кухне, подруга Лидии Настя со своей мамой вскочили. Настя от радости кинулась Лидии на шею и заплакала. Ведьма, смотрела на все это с умилением, Настина мама, увидев лицо мужа, не поняла, почему на нем не было лица. Он был бледным и напуганным, лишь раз взглянув ей в глаза, резко отвел их и быстрым шагом ушел в спальню. Она же пошла вслед за ним, понимая, что произошло нечто ужасное, так как ее муж прошел войну в Афганистане, как раз перед распадом Советского Союза. И он повидавший ни одну смерть и прошедший множество ужасов, был не из сентиментальных, уж тем более мнительных людей. Бабушка видела, как они оба ушли в комнату, но она смотрела на все это молча, лишь наблюдая со стороны.

Когда они зашли в комнату, жена тихонько подошла к нему сзади и обняла мужа. Тихим шёпотом спросила на ушко:

– У тебя все нормально? Что у вас там произошло? Милый, ты весь бледный.

– Да, нормально все. Я тебе потом все расскажу, если смогу, – смотря в пустоту полушепотом произнес, затем будто ожив, продолжил: – Надо их отвезти на автовокзал и покончить со всем этим побыстрее.

Женщина, видя, в каком состоянии ее муж, не стала допрашивать и суетясь, ринулась искать бумажку, где записано расписание автобусов, отправляющихся в Красноярск. Найдя ее, она сказала с нотками радости в голосе: «Вот нашла, на десять утра есть. Так что успеете».

Михаил вышел из комнаты со словами: «На десять часов есть автобус». Ведьма сразу согласилась, так как понимала, что им уже тут не рады. Лидия также согласилась, ведь ей уже хотелось побыстрее доехать домой и увидеть родителей. Они собрались и отправились в путь. По дороге на автовокзал, также стояла могильная тишина. Лидия лишь перед тем, как выехать, позвонила предупредить маму, что все хорошо и они уже скоро будут дома с бабушкой, а подробности она расскажет уже дома. Настя хотела отправиться с ними, но ее отец и мать настояли на том, что не нужно ехать, апеллируя тем, что Лидия измотана произошедшим, да и вскоре они смогут увидеться в университете.

По приезду уже на автовокзал, мужчина сам купил им билет до Красноярска в качестве извинений. Он, не то что бы чувствовал свою вину, больше его пугало то, что произошло ночью в деревне, а жуткие вопли, что он слышал, никак не давали ему покоя. От чего ему было еще страшнее. Когда время пришло на посадку в автобус, он подловил момент поговорить с женщиной.

– Алевтина Прокофьевна, вы уж извините, что так все произошло. Ведь у меня тоже есть дочка. Я прекрасно понимаю, что сподвигло вас на содеянное. Потому, еще раз прошу прощения, – с чувством вины и большим огорчением произнес мужчина.

– Ничего страшного, я прекрасно понимаю, что вашей вины тут нет. И видит бог, я и сама не хотела прибегать к этому. Склоня голову, женщина зашла в автобус и лишь на мгновение оглянувшись, произнесла: – Всего хорошего вашей семье и еще раз спасибо вам, что помогли в столь трудный час.

После произнесенных старухой последних слов у Михаила отлегло на душе, будто рукой сняло всю тяжесть произошедшего и то понимание, что эта бабка может им как-то отомстить, посчитав их виновниками произошедшего.

Глава II.

Милый дом

Бабушка с внучкой ехали в автобусе. На их душе был покой и мысль о том, что произошедшее уже позади, успокаивала их.

– Бабуль, что это было ночью в той деревне? – с интересом тихонько спросила Лидия.

– Неважно. Я тебе, когда-нибудь, если на то будет причина, объясню. А сейчас тебе не нужно об этом знать. Не забивай себе голову ерундой.

Пока они ехали по дороге в город, женщина, глядя через окно на придорожные деревья, вспоминала рассказы своей бабушки о их родословной.

– Лидия, скажи, а ты знаешь, что мы происходим от знатного рода? У нас тут в Красноярском крае, когда-то было земельное владение. Наш предок был из знатного рода, а во время революции с приходом большевиков, эти земли были отобраны и переданы государству.

– Нет, я первый раз об этом слышу. Мне мама ничего не рассказывала.

– Ясно, моя бабушка рассказывала, что ее дед был князем. После отечественной войны с Наполеоном, во время восстания декабристов, он перебрался в Красноярскую губернию и приобрел себе землю. Прабабушка тогда еще была маленькой. В последующем, вышла замуж за богатого шорца и уехала в Кемеровскую область, где жила в деревне Курья. Потом, деревню эту снесли из-за добычи угля, теперь там разрез. А позже они переехали в Новокузнецк, когда моя мама еще была школьницей.

– То есть можно сказать, что я княжна? – улыбаясь, с радостью в глазах, спросила девочка.

– Да! Можно и так сказать, – с улыбкой и умиротворением ответила бабушка.

– Вот сейчас кому расскажешь и ведь не поверят.

– А зачем рассказывать? Ведь, я это для тебя рассказала, чтобы знала о своих предках.

– Ну так хочется же похвастаться, – со смехом продолжила Лидия.

Алевтина Прокофьевна улыбнулась в ответ. В это время автобус уже ехал по городу и когда он проезжал по мосту, бабушка вновь решила проверить знания своей внучки.

– Лидия, а ты знаешь, что старое название реки Енисей – «Энэ Сай». Что в переводе с тюркского языка означает «Мать Река» или «Матерь Всех Рек»?

– Нет, этого я не знала. Первый раз про это слышу.

– Раньше, еще в старые времена, на этих берегах проживали разные народности. Во времена Сталинских репрессий, сюда ссылали в основном интеллигенцию. Потому этот город славится своим образованием.

– Да… я не знала про все это. Надо будет обязательно почитать историю Красноярского края, – задумавшись, тихим смущенным голосом произнесла девочка.

К этому времени они уже подъехали к автовокзалу. Автобус заехал на перрон, и все начали выходить из автобуса, когда женщина решила подняться с места, почувствовала, как потянуло поясницу от долгой сидячей дороги. Она все же смогла встать и выйти из автобуса, Лидия поняла, увидев, как вставала ее бабушка.

– Бабуль, с тобой все в порядке?

– Да, вроде нормально … я тут подумала, может на поезде поедем в Кузню? – вымученно улыбаясь и пытаясь не показать свою боль в пояснице, спросила она.

– Хорошо.

По прибытию на железнодорожный вокзал, они купили билеты на пять вечера. У них до отправления оставалось еще три часа, и они решили перекусить в столовой. Эта была небольшая привокзальная столовая, хотя с виду она и была современная с европейским ремонтом, все же чувствовалось в атмосфере эпоха забытого советского времени. Пока они кушали и разговаривали о том, что нужно будет еще купить еды в дорогу, ведь они только утром прибудут в Новокузнецк. Поев и отдохнув с дороги, они решили немного пройтись и заодно сходить в магазин. За полчаса до отправления, они пошли на платформу, где уже стоял их поезд. Зайдя в вагон поезда, они сразу же нашли свои места. Это был обычный плацкартный вагон, людей было немного. Они взяли у проводницы постельное белье и разложились. Лидия сразу залезла на свою верхнюю боковую полку, а бабушка выбрала нижнюю под девочкой.