Соблазн для зверя, или Альфа на перевоспитании

Пролог

От камня тянуло холодом и сыростью. Виктория могла сосчитать каждый кирпичик – так больно они врезались в кожу, но все равно пыталась проломить стену или хотя бы раствориться в ней, только бы исчезнуть из этого чертового переулка.

Тупик. Она в ловушке, и рычащие в паре футов оборотни явно не настроены на разговор.

– Послушайте, – голос сорвался на противный фальцет, – это… это ошибка!

Никакой ошибки, они все прекрасно знали. Ее тупость против мстительности богатенькой стервы – ох, кто же мог победить?

– …Я не понимаю, что вам надо…

Жалкая попытка потянуть время. Ради чего? Несколько секунд, прежде чем ее раскатать по асфальту, но перед этим… Виктория облизнула пересохшие губы.

Возможно, уже через минуту ее запах станет по-настоящему осязаемым. И два бритоголовых качка утроят ей секс-марафон до смерти… Крупные волны озноба сотрясли мучительной дрожью, а в горле толкалась тошнота.

Виктория тяжело сглотнула. Она все сделала правильно! К черту попытки втиснуться в отведенные для нее рамки. И все, что она себе надумала – ложь. Добровольно мужчина никогда не согласится принять на себя ответственность в виде детей и тем более брака, но проклятье… Сейчас она готова была мчаться обратно, ведь лучше роль вынужденной любовницы, чем хладного трупа.

Оборотни ступили на шаг ближе. Синхронно оскалились в гаденькой усмешке и потянули носом.

Господи, до чего мерзкие! Она не выдержит даже прикосновения!

А по коже вдруг скользнуло фантомное ощущение горячих, слегка шершавых ладоней. Словно альфа стоял за спиной и крепко удерживал за плечи, не позволяя упасть. И снова шептал те слова, от которых за спиной вырастают крылья, а голова кругом. Но сейчас ее качало от страха.

– Вам нужны деньги? – просипела, осторожным шажком двигаясь ближе к правой стене. Кажется, там лежал кусок арматуры. – У меня есть много денег…

Ответом стал обидный смешок:

– Деньги ты тоже отдашь, – открыл пасть один из тварей. – Как только развлечемся пару раз.

На глаза навернулись слезы. Никогда еще Виктории не было так страшно! Пальцы словно изо льда, а по венам вместо крови хлещет паника и адреналин. Куда она вляпалась? Ведь знала, что ничем хорошим это не закончится! Что ей нельзя связываться с альфой и тем более вестись на его уловки. Но когда говорит сердце – разум молчит.

Виктория позорно шмыгнула носом. Так, надо собраться! Сделать хоть что-нибудь!

Но под коленками копилась противная слабость, и мышцы совсем одубели.

Один из оборотней сделал еще шаг и вдруг замер. На тупорылом лице промелькнуло удивление.

О нет! Нет, только не это!

– Ты! – захрипел, жадно втягивая воздух. – Ах ты, маленькая…

В ушах зашумело так, что последние слова Виктория не расслышала. Низко зарычав, ублюдки бросились к ней, и она пригнулась, инстинктивно отворачиваясь и обнимая живот.

Глава 1

(около месяца назад)

– Заводись, заводись же… А, драндулетина!

Виктория втопила гашетку в пол, и мотор надсадно кашлянул. Мать твою, наконец-то! Вой сирен все ближе – и очень скоро тут будет полно оборотней.

Вихляя из стороны в сторону, авто выползло на дорогу. А за спиной уже клубился черный столб дыма. Жаль, лабораторию не удалась спасти, столько аппаратуры пропало…

– Черт, – зашипела, стискивая пальцы на руле.

Локки молчал, но хмурился так, что еще немного – и сережки пирсинга звякнут друг о друга, а необычайно изящные мужские пальцы выстукивали по сиденью рваный ритм.

Виктория думала примерно о том же. Сдали их. Как стеклотару – за бесценок.

– Надо разбежаться, – подал голос, когда пожар остался далеко позади.

Виктория недовольно цокнула. Это понятно! Но, черт, к Локки она уже как-то привыкла. Четыре года они по штатам прыгают, как заполошные. Помогают всем, кто под руку повернётся. Хороший попался напарник, правильный, но, кроме того, в его блондинистой голове мозгов под завязку – и химик, и технарь первоклассный.

– Крысу найти надо! – зашипела сквозь зубы.

Но Локки только хмыкнул. Оно и понятно – нет у них таких возможностей: кто угодно сдать мог – от поставщиков до покупателей.

– Нам бы отсидеться сначала. Пикси, не дури, мы и так по лезвию гуляем…

К своему позывному Виктория так и не привыкла, но он ей нравился. А вот идея разделиться – не очень.

– … Вали в Канаду, как договаривались.

Виктория недовольно поморщилась.

– К дружку, твоему, что ли?

– К нему. Он и работу подкинет и жилье.

– А ты?

– А я пока останусь в штатах. Вот это, – осторожно приподнял коробку,– надо раздать.

Виктория промолчала. Да, раздать препарат очень надо. Это лекарство могло спасти чью-то жизнь от участи, что хуже смерти.

– Долбанные оборотни, – процедила сквозь зубы. – Ненавижу…

И было за что. Около двух сотен лет назад люди узнали, что у них есть соседи. Из лесов поперли блоховозки, а человечество было так ошеломлено, что не сразу сообразило отстрелять их, как шавок. А может, потому, что двуликие уже лет пятьдесят запускали в человечьи города лазутчиков, которые очень быстро освоились в бизнесе и помогли своим собратьям выстоять.

Так или иначе, волнения быстро улеглись, и вроде бы сотрудничество выстраивалось обоюдовыгодным, но были те, кто страдал до сих пор.

Омеги.

Люди с особенным, чертовски вкусным для оборотней запахом, способным разбить даже истинную пару. Наркотик во плоти! За таких мужчин и женщин началась настоящая грызня. А человечество… Ему было плевать! Кого интересует жалкая горстка, ведь основная масса в безопасности! Запах людей для оборотня слишком пресный, а потомства хрен дождешься – не скрещивались два вида между собой. Кроме омег, разумеется!

Таких, как она и Локки…

Очень быстро омеги превратились в изгоев, вынужденных маскировать свой запах дорогостоящим препаратом. И сейчас в руках ее напарника целое состояние, но все до последней ампулы оно пойдет нуждавшимся. Никто не должен попасть в лапы ублюдков против воли!

– Эй, Пикси, – осторожно погладили плечо. – Не заводись.

– Отвянь, психотерапевт хренов, – проворчала нарочно грубо.

Но Локки не обманешь.

– Мне тоже не по себе, мелкая.

Опять он со своей «мелкой!! Ну да, не вышла ростом… Жалких полтора метра с хвостиком. Одеваться приходилось в детских магазинах. Зато могла где хочешь пролезть!

– А сам-то… Баскетболист.

Локки фыркнул. Как и все омеги, он обладал стройным телосложением и хорошенькой мордашкой. Без внимания никогда не оставался. Вот только зачем оно, если интим сводил на нет действие препарата-блокатора? Особая железа в гипоталамусе омег улавливала специфический феромон исходивший от партнера, и начинала работать. И ничем эту заразу не обмануть!

– Я заказал билеты, – выдернул из печальных размышлений Локки. – Сначала автобусом до границы, потом снова автобусом. Паспорт возьми на имя Ванессы Смит…

Виктория молча вывернула руль. Их поддельные документы разбросаны по всему городу. Около пяти схронов и каждый адрес приходилось держать в голове.

– …Доберешься до Ричмонда…

– Это же рядом с Ванкувером! Да там оборотней – кишит!

– Это пограничная территория между ванкуверскими и суррейскими стаями, – поправил мягко. – Не так давно ее признали нейтральной территорий. Тем более в городе на сто тысяч населения ничего интересного для двуликих… Пикси, а с каких это пор ты стала опасаться оборотней?

– Пошел ты!

Плевать ей на блоховозов. Сколько уже их за нос водит, и в этот раз справится. Ричмонд, так Ричмонд. Отсидится в тишине и спокойствии, а потом снова за работу.

***

– Эй, зверюга, как насчет продолжения?

Волчица терлась о него мартовской кошкой. Все еще голая, и явно настроенная повторить рандеву.

Булат раздражено дернул плечом:

– Крошка, пять минут назад ты просила отдыха, – обернулся к уже бывшей.

Имени не помнил. На кой ему, если волчица появилась в его постели чисто для разрядки?

– Мы можем продолжить вечером, – не сдавалась девка, кокетливо облизывая губы.

На минет намекает? Нет, спасибо. Хватило вчерашней попытки эротично откусить ему член.

– Вечером я занят, – хмыкнул, набрасывая на плечи рубашку. – Уезжаю.

– Но, Булат…

О, черт, начинается! А с другой стороны – с хера ли он тут в джентльмена играет? Булат перехватил лапавшую его девку и отодвинул в сторону:

– Кажется, вчера мы все обсудили. Или у тебя плохо с памятью?

Волчица едва слышно зарычала. Зеленые глаза заволокло желтизной.

Булат мысленно выругался. Черт, сразу ведь смекнул – проблемная дамочка, но вот шестой размер… Зачетные сиськи, как раз в его вкусе.

– Ты! – взвизгнула, ткнув наманекюренным коготком. – Ты меня изнасиловал! Я в полицию пойду!

– Удачи, – хмыкнул Булат. – Заодно и дружков своих захвати. Они очень внимательно наблюдали, как ты передо мной жопой трясла. И зона под камерами, записи тоже будут.

Девку так и перекосило.

– Сукин сын! – заорала, сжимая кулаки. – Чтоб ты сдох, падаль!

Спорить Булат не стал. Быстро вышел из ванной и, собрав вещи, покинул номер мотеля.

Да, он ублюдок. Кобель, менявший женщин как перчатки и клавший на отношения хер. Всегда выбирал себе под стать, но время от времени нарывался на истеричек, норовивших ухватить его за яйца.

Пусть закатает губу. Насчет свидетелей он не шутил и даже «поломался» для приличия.

Булат легко сбежал по лестнице и, подмигнув девочке на ресепшене, отправился к стоянке. Там его уже заждалось самое драгоценное и горячо любимое существо.

– Привет, родная, – хлопнул по крутому изгибу руля. – Скучала?

Отполированный бак приветствовал хозяина солнечным бликом. Его девочка! Самая надежная и роскошная малышка на свете, за которую он душу готов был продать.

Булат устроился на сиденье и завел мотор. Мягкое урчание успокоило недовольного зверя и мгновенно избавило от кипевшей внутри ярости. Вот оно! То самое пожелание доброго утра, которое не надоест никогда! До чертиков хотелось проветрить голову, и лучше бы он вчера опять колесил всю ночь, а не тратил свое время на психованную суку.

– Давай прокатимся, Викки, – хмыкнул, подкидывая в руках шлем, но надеть не успел – в кармане настойчиво заголосил мобильный.

Что за херь? Не ждал он звонков, даже Таня его не тревожила в первой половине дня.

На экране высвечивался незнакомый номер.

Обычно, Булат такие игнорировал. Но в этом году его клуб организовывал байкерский слет. Участвовали и люди, и оборотни – дорога не терпит различий. Весь год он носился по Канаде и Штатам, договариваясь с исполнителями, спонсорами и прочими нужными товарищами. И сейчас могли звонить по организационным вопросам. Блядь, говорил же Тане – на сегодня ему нужен отдых!

– Да? – рявкнул в трубку.

На том конце слегка замялись.

– Мистер Чарга-джа-аев? – пропел незнакомый женский голос.

Ох ты, без запинки практически. На его фамилии местные язык ломали.

– Чем обязан?

Если эта очередная «брошенная» мадам – сразу вон. А потом узнает, кто его номер сдал и на дуэли порвет.

– Вас беспокоит приют Святой Анны. Мое имя Джоанна Норман и мне поручено связаться с вами для установления отцовства…

Что?! Отцовства?! Это что, шутка такая или где? Пока он пытался собрать мозги в кучу, трубка продолжала вещать какой-то сюр-р.

– … в бумагах вы указаны как биологический родитель. Мать подписала отказ от ребенка и оставила его на попечительство приюта.

– Бред, – кое-как вытолкнул из себя. – Я не могу быть отцом.

Потому что всегда использовал защиту. Даже если от оборотницы не пахло овуляцией. Правда, был один момент… Вдоль позвоночника потянуло холодком. Невозможно! Он тогда лично в аптеку смотался и девке таблетку купил…

– Экспертиза покажет, – отозвалась Норман. – Жду вас в среду утром для необходимых процедур. В противном случае мы будем вынуждены действовать через суд. Доброго дня.

И первая повесила трубку.

А он так и остался стоять, сжимая мобильник. Это сон. Просто чертовски длинный кошмар, ведь Булат Чаргаджаев не мог так попасть. Кто угодно, но не он!

Экран телефона опять ожил.

Смс от Тани.

«Привет, Булат. У меня не слишком приятные новости: ванкуверские и Суррей опять погрызлись. Фэст переносится на нейтральную территорию. Поднимай свою мохнатую задницу и дуй в Ричмонд. Инструкции сброшу файлом. Целую».

Твою. Мать.

Под треск раздавленного в кулаке мобильного Булат опустился

Глава 2

– Ну и задница…

Виктория придирчиво осматривала сонные улочки и уютные дома. Скукотища какая! Все такое… пресное, правильное… Прям веет долгими домашними посиделками и молитвами перед едой.

Девушка тихонько фыркнула. Нет, размеренная семейная жизнь – точно не для нее. А Локки, как всегда, оказался прав – хорошее место, чтобы отсидеться. Город в меру большой, но не слишком, чтобы привлечь внимание оборотней.

Понятно, зачем его наградили статусом нейтральной территории – настоящий чемодан без ручки! Вроде что-то из себя представляет, а приткнуть некуда.

Виктория крепче перехватила рюкзак и, подумав, набросила капюшон. Все же внешность у нее приметная. Губы пухлые – прям мечта инстагамщиц, волосы с рыжиной, веснушки еще эти дурацкие на скулах и переносице… Едва заметные солнечные пятнышки, но каждый так и норовил обратить на них внимание. Особенно мужики цеплялись.

Виктория недовольно поморщилась. Почти так же сильно, как оборотней, она ненавидела похотливых человеческих самцов, готовых тащить в постель любую смазливую бабенку. Сколько таких отшила! И все, как один, считали себя офигенными красавчиками и плейбоями.

А Виктория не упускала шанса раскрутить их на отличный ужин и, если повезет, деньги. И, черт, как же приятно потом обломать взявшего разгон мужика! М-м-м, это почти так же круто, как водить оборотней за нос.

– Такси! – махнула рукой проезжавшей мимо машине.

Водитель остановился. Виктория мельком оглядела мужчину, а потом смело открыла дверь – от такого импозантного дедули можно ждать только нудных наставлений, но никак не сальных намеков.

– Расчет наличными, мисс, – бросил через плечо, когда она устроилась на заднем сиденье.

– Как скажете…

И наличные у нее есть, и карточка. Все яйца – то есть деньги – в одной корзине она не хранила. Так же как и заначку препарата. Надо будет сделать временные схроны. А с другой стороны – от кого? Виктория поклясться могла – новостные сводки тут очень скучные…

…И даже центр города пустынный несмотря на воскресный вечер.

– Приехали, мисс, – водитель затормозил возле бара «24/7».

Оригинальное название, ничего не скажешь.

Но свои мысли Виктория оставила при себе.

– Без сдачи, – протянула таксисту купюру.

– Благодарю, мисс. И будьте аккуратнее. Наш городок – славное местечко, но скоро здесь пройдет байк-фестиваль.

Виктория озадаченно поджала губы. Байкфест? Но Локки ничего о нем не упоминал.

– Хм… Я не знала.

– О, мы тоже! – охотно поддержал старик. – Муниципалитет пытается отвоевать право на отказ, но вряд ли у него получится… В программе участвуют байкерские клубы оборотней.

– Что?!

Водитель нервно улыбнулся и потер аккуратную бородку.

– Да, мисс, мы тоже не рады. Что это будет? Шум, вонь и буйная пьянь на улицах. Честному человеку выйти нельзя…

Да плевать ей на шум! Ее интересовали оборотни! Очень много оборотней-одиночек, которые вот-вот заполонят город!

Рука неосознанно потянулась к рюкзаку, где лежал препарат. Надо еще раз проверить. Подсчитать, чтобы точно хватило… Ох, черт. О чем это она? Полная ампула и два пакетика основы, замаскированных под лекарство от рвоты в виде саше – да этого хватит на несколько месяцев!

–…а наша молодежь? Что она будет видеть? Дикие повадки… – продолжал вещать таксист.

– Эм, да. Вы правы, – пробормотала, открывая дверь. – Извините, мне пора.

Виктория выскочила на улицу и практически бегом направилась к бару. Сейчас найдет Криса, который дом и работу обещал, и все выяснит. Владелец бара по любому должен быть в курсе феста.

С силой толкнув дверь, она протиснулась в помещение.

Однако!

Вопреки ее ожиданиям, бар оказался довольно приличным и не бедным на посетителей, которые увлеченно смотрели бейсбольный матч. Ее появление осталось практически без внимания.

Вот и хорошо, пусть и дальше игнорируют. Она еще успеет засветиться. Виктория неторопливо подошла к бару и забралась на стул. Высокий, зараза!

– Добрый день, мисс. Что будете заказывать? – профессионально-равнодушно осведомился бармен.

Виктория критически осмотрела мужчину. Ничего интересного! Как и таксист, бармен оказался в возрасте. Из приметных черт лишь внимательные серые глаза и забитые татуировками кисти.

«Свобода» – прочитала над очень реалистичным рисунком крыльев.

– В молодости состоял в одном из байкерских клубов, – заметил ее интерес бармен.

Оу… Значит, минимум один человек рад предстоящему кипишу.

– Простите, – извинилась за свое любопытство. – Очень красиво.

– Спасибо, мисс. Сообщите мне, как определитесь с заказом, – и мужчина вернулся к протиранию бокалов.

Виктория мельком глянула на висевшее рядом меню:

– Кофе, пожалуйста. И, может, вы подскажете, где найти владельца этого чудесного заведения?

– Зачем интересуетесь?

Черт. Трепаться с незнакомцем ей не очень хотелось, но выбора не было. Вряд ли ее пустят в служебные помещения просто так.

– Хм… Дело в том, что мой друг…

– Вы Ванесса?

Виктория поперхнулась заготовленной речью. И пока соображала, бармен отложил полотенце в сторону и первым протянул руку.

– Кристофер Роджерс, очень приятно.

– А-а-а… – осторожно пожала прохладные пальцы. – И мне…

– Дэйв на больничном, – хмыкнул явно довольный ее реакцией мужчина. – Иногда я подменяю сотрудников. Вспоминаю молодость, так сказать.

– Интересная у вас… молодость, – пробормотала, вновь оглядывая татуировки.

Теперь понятно, почему Локки с ним общий язык нашел! Напарник любил позависать в онлайн играх с живым общением, где гарантирована полная анонимность. Вот и нашел по интересам.

– Да, есть что вспомнить, – с удовольствием отозвался Кристофер. – Впрочем, об этом позже. Наверняка вы слышали, что скоро тут пройдет байкерский фест…

Виктория вся превратилась в слух.

– … в связи с этим на город обрушилось огромное количество предзаказов на жилье.

О, нет! Это плохо! Очень, очень плохо…

– … но поскольку я обещал вашему другу помощь, то уступлю свой дом. А мы с супругой поживем тут – дел предстоит много.

Виктория буквально заставила себя покачать головой.

– Я не могу…

– Вы не можете остаться без крова, – прервал ее Кристофер. – Поймите, для этого сонного городка предстоящее мероприятие – большая встряска. Здесь будут оборотни-одиночки, и жители беспокоятся заранее. Вряд ли кто-то сдаст вам приличное жилье. Скорее всего, халупу с проблемными соседями. Оно вам надо?..

Вообще не надо. Ох, черт, как же не вовремя их раскрыли… Наверняка сейчас полиция и оборотни на ушах стоят. Если ее втянут в какие-нибудь разборки – это гарантированно проблемы.

– … а что касается работы – придется сделать несколько звонков. Мой штат укомплектован, но что-нибудь подберем.

Огорошенная свалившимися на нее новостями, Виктория молча сунула нос в чашку. Деньги ей нужны. Вот прямо очень. И на собственное питание, и для восстановления лаборатории. Нет, конечно, можно пойти в чернорабочие, но лучше получить работу от Криса – он по крайней мере шапочно, но знаком.

– Сегодня переночевать придется здесь, – мужчина положил перед ней небольшой ключик. – Вход с кухни, сразу направо и до конца коридора. Скажите, я пустил. Мотель уже забит – вы поздно приехали.

– Спасибо, – не стала отказываться Виктория.

Ей на самом деле было без разницы, лишь бы душ и кровать.

Их разговор прервал настойчивый телефонный звонок.

– Прошу прощения, – извинился Крис и поднял трубку. – Привет, Таня. Да, могу… Ого! Интересно… Как же твой мальчик так. Не доглядела?..

Виктория взяла ключ и сползла со стула. Видно, разговор затянется. Наверное, родственники звонят. Мальчик какой-то… Плевать, ей надо выспаться.

***

– Н-да…

– Заткнись, Таня.

– Угораздило же тебя…

– Я попросил!

– И что будешь делать?

Блядь! Булат со стуком поставил кружку на стол. А взгляд магнитило к маленькой серой переноске, в которой дремала его дочь!

Какие, на хрен, тесты?! Когда его подвели к кроватке, внутри все оборвалось. Да, это его ребенок! Тот же характерный разрез глаз, черты лица и вообще… Булат бессмысленно таращился на младенца и впервые не знал, что делать! Чувствовал себя, будто на полном ходу врезался в фуру и теперь валяется безмозглым куском мяса.

Проклятье!

Он – отец! Но ни хрена к этому не готов и никогда не будет!

– Но вообще, конечно, ты правильно сделал, что ее взял, – Таня тоже глянула в сторону переноски. – Сам понимаешь… Черт, держи себя в руках!

Булат перевел взгляд на стол – вместо кружки в руке осколки, кровь идет… И никакой боли! Сейчас он чертовски зол, чтобы ее чувствовать.

Из него сделали козла отпущения! Повесили на шею ярмо из подгузников и погремушек в полной уверенности, что он проглотит подсунутое дерьмо.

К черту!

Булат избавился от осколков в коже и схватил протянутые ему салфетки.

Молча обтекать он тоже не собирался. И все-таки законы, касавшиеся детей-оборотней, отличались от человеческих. Как и волчица, он обязан провести с ребенком месяц и лишь потом обратиться в приют и подписать отказ. Все это время его будет курировать независимый эксперт, чтобы присматривать за состоянием ребенка. Если за тридцать дней отцовские инстинкты не проснутся, девочку отправят в какую-нибудь Стаю – обычно запросов на младенцев хватало.

Отказом он обязательно воспользуется. Но прежде найдет мамашу и как следует встряхнет ее за шкирку.

– Эй, парень, – Таня осторожно коснулась руки. – Скажи, что ты сейчас не думаешь, как бы избавится от крохи? Ведь если она окажется в Стае…

В груди шевельнулось нечто похожее на жалость. Нельзя отдавать! И волк оживился. Потянул прыгнуть на четыре лапы и облизать маленькое личико.

Паника напополам с яростью отфутболили зверя обратно. Булат стиснул кулаки, возвращая себе способность мыслить нормально.

Он одиночка.

Никакой семьи. Никаких, мать его, обязательств, и никаких хреновых баб или родственников, готовых с ходу обвинить во всех грехах!

Ворох болезненных воспоминаний мелькнул перед глазами, и Булат поморщился.

– Никаких отношений, Таня. Сыт по горло.

– Но она – ребенок!

– О котором я не просил.

Волчица недовольно скрестила руки, а глаза заискрились желтизной.

– Ублюдок эгоистичный.

– Знаю. Хватит, это мое дело. Девочка не будет ни в чем нуждаться месяц…

– У нее есть имя!

–… а дальше о ней позаботится любящая семья.

Таня подскочила на ноги. Огромная и злая, как черт. Обожгла его яростным взглядом, но вместо того, чтобы съездить по морде, развернулась и вылетела из квартиры.

А он остался обдумывать, как ему суметь добраться до Ричмонда с люлькой наперевес. Блядь, придется арендовать машину! Терпеть не мог эти поджопники.

Люлька тихонько зашуршала, а через секунду из нее донеслось хныканье. Опять проснулась? Два часа всего прошло! Он раздеться не успел, как прискакала Таня и давай ему мозги вправлять. Наседка хренова.

Булат встал и подошел к плачущей девочке. Какой раздражающий звук!

– Ну, тихо давай, – покачал вместе с люлькой, но волчица заголосила громче. – Черт! Жрать хочешь? Сейчас…

Где-то у него там был пакет со всеми детскими вещичками.

Булат поставил люльку обратно в кресло и метнулся в коридор. Точно, у дверей так и остался стоять…Вытряхнув содержимое на пол, он быстро оглядел свертки. Памперсы, присыпка, кремы какие-то… А вот и еда… И бутылочки вроде как нужны.

– Твою мать, – шипел, сгребая нужное в кучу. Девка уже не просто орала – визжала так, словно он ее пинал. – Да сейчас! Блядь!

Но только поднялся на ноги, как бутылка выскочила из пальцев и треснулась о пол. Разбил!

Булат от души выматерился. Где тут запаска?!

Запаски не оказалось.

Тяжелая волна ярости ударила в голову, и Булат низко зарычал. Свалить бы! Просто выскочить за дверь, чтобы избавиться от раздражающего шума, но черт… Если эта мелкая надорвется от крика, у него будут проблемы!

– Замолкни, – прошипел, вбивая в поиск запрос на доставку. – Сейчас принесут!