Подставная попаданка

Глава 1

Третий раз за десять минут Марго поправила сползающую на нос шляпу, которую нацепила в целях маскировки, и в десятый чертыхнулась. Широкие поля не столько прикрывали ее лицо, сколько мешали обзору.

Сам по себе головной убор чем-то из ряда вон выходящим не являлся. Многие в этот погожий денёк нацепили защиту разного уровня на лицо – кто шляпы и кепки, кто артефакты, а некоторые пожилые дамы по привычке прикрывались зонтиками.

Только вот кроме широких полей Марго решила прикрыться целиком, для чего накинула широкую шаль наподобие парео, о чем через полчаса пожалела. Солнце прогревало так, будто сейчас не начало июня, а разгар августа, и даже самая тонкая ткань на плечах заставляла ее остро потеть.

И пахнуть собой вдвое ярче.

Да, с такой маскировкой против чутья и зрения оборотня она не выстоит и минуты. Давид тот еще хорёк – буквально. И с подругой невесты встречался не раз, так что моментально отследит знакомый запах. Мысль облиться духами с ног до головы Марго, по зрелом размышлении, отмела, вспомнив курс социализации. В обществе, преимущественно состоящем из остро чувствующих существ, резко пахнуть, громко кричать или броско краситься считалось неприличным. Вызывающим. Привлекающим внимание, одним словом.

Последнее, что ей сейчас нужно.

Как проследить за оборотнем незаметно?

Марго еще раз осмотрела плавящуюся под летним зноем площадь. Прогуливающиеся дамы успели усесться на террасе неподалёку, воркующая парочка удалилась куда-то в переулок. Осталась только она, вызывающе заметная несмотря на все старания, просто потому, что стояла и никуда не двигалась. И мужчина, подпиравший собой стену здания неподалеку.

Наёмник! Ну, точно! Кто еще это может быть, весь лысый, в кожаной куртке, и с таким многообещающим набором на поясе? Тут и очки ночного видения, и отмычки, и короткий кинжал, больше похожий на зубочистку – для ритуального кровопускания, многие артефакты срабатывают только на кровь носителя.

Марго решительным шагом пересекла площадь, удаляясь от будущего объекта слежки. Хорёк Давид Ферризо работал в межмировом торговом центре, высоченном небоскребе, серебристой стрелой уходившем в небеса Перекрёстка. А наёмник стоял на пороге элитного кафе с оригинальным названием «Сладость», на противоположной стороне, и кого-то ждал.

Ну, будет у него одним клиентом больше, решила Марго, и вежливо постучала пальцем по плечу бугая. Руку для этого пришлось неудобно задрать, ростом он вымахал немаленьким.

– Привет. Хочешь заработать?

Мужчина обернулся, чуть опустил темные очки с приподнятыми запасными стёклами, загораживавшие пол-лица, и скользнул по ней оценивающим, раздевающим взглядом.

Марго прекрасно осознавала, что радикально отличается от принятых в этом мире стандартов красоты. Женщин здесь признавали в двух категориях – тонкие, хрупкие статуэтки и подтянутые, хищные воительницы. Ни у одной из них не имелось пятого размера бюста, равно как и округлых, мясистых бёдер. Впрочем, Марго никогда не комплексовала по поводу своей фигуры.

В обоих мирах, которых она успела побывать, водились мужчины-исключения из правила, которым плевать было на кости и мышцы, и которые заводились при виде округлостей и ямочек.

И того, и другого у Марго водилось в избытке.

– Хочу. – басом промурлыкал наёмник, и у Марго екнуло сердце. И не только.

Фразу мужчина построил крайне двусмысленно, учитывая, как долго он облизывал ее фигуру взглядом. Так что девушка едва успела подавить желание уточнить – ее, или заработать он хочет.

Лысина наемника отражала солнечный свет лучше любой Луны. Будто для компенсации отсутствия растительности на макушке, щеки покрывала отросшая, минимум недельная щетина, темно-каштанового цвета. Квадратная челюсть упрямо выдвинута вперед, брови густые, почти сросшиеся на переносице. Похож на какого-то французского футболиста. Марго никогда не была сильна в спорте, зато рекламу трусов, для которой позировал лысый харизматичный полузащитник, запомнила хорошо. Очень уж трусы тогда соблазнительно обтягивали все, что обычно скрыто от любопытных взглядов.

Хрипловатый низкий голос бархатистой кистью пробежался по ее позвоночнику.

Марго всегда испытывала слабость к низким мужским голосам. Они будили в ней нечто хищное, первобытное. Хотелось подойти к такому мужчине, особенно если он так же хорош собой во всех местах, как тот французский футболист, потереться об него телом и предложить скоротать часика два-три.

Вместо этого она всего лишь сделала один шаг назад, возвращаясь на пристойное расстояние в полметра. Учитывая острый слух оборотней, можно было и с трёх метров шептать, он бы услышал, но засевшие с детства привычки так просто не перебить.

– Зайдём в кафе? – предложила она. – Я объясню, что нужно делать.

Мужчина молча посторонился, пропуская ее в темное после ярко освещённой улицы, дурманяще пахнущее ванилью и шоколадом, помещение. Цены здесь кусались, и сама бы она сюда в жизни не зашла, но выбирать не приходилось. На площади Содружества размещались только самые дорогие заведения, как торговые точки, так и офисы корпораций. Не всем по карману была цена квадратного метра в центре столицы Перекрёстка. Стоимость месячной аренды за квадрантный метр здесь примерно равнялась доходу средней руки фермы где-нибудь на окраине.

Марго с уверенностью, которой не ощущала, продефилировала к столику у окна, чувствуя задницей жгучий взгляд лысого наемника. Вид через застекленную стену, как по заказу, открывался на здание торговой корпорации. Не сказать, чтобы движение на площади было таким уж оживленным. Вот чуть попозже, когда подойдёт обеденное время, работники потекут рекой. Сначала из офисов в забегаловки, те, что на пару улиц отстоят от центра, чтобы сэкономить на обеде, а потом обратно. Но пока что площадь была практически пуста, не считая вездесущих голубей и дам предсмертного возраста с зонтиками на соседней террасе.

К ним подскочила шустрая официантка, чтобы убедиться, что сомнительного вида парочка пришла не просто посидеть, а собирается что-нибудь заказывать. Марго ограничилась кофе, наёмник вообще скромно попросил воды. Девочка в форменном переднике недовольно скривилась – так и знала, мол, бомжи – но молча отправилась выполнять заказ. За порядком и уважением к клиенту тут следили строго. Даже если он заказывал один напиток – мало ли, у какого дракона могло вдруг пересохнуть в горле? Прецеденты бывали, а район такой, что наткнуться на принца инкогнито можно было куда с большей вероятностью, чем на бедняка.

Побарабанив ногтями по столешнице, Марго снова принялась исподволь изучать удачно подвернувшегося ей профессионала. Уверенность в правильности решения только крепла. Кто еще сможет обмануть нюх и чуйку оборотня лучше, чем профессионал? У наемников, как она слышала, разные артефакты и настойки в ходу, которые позволяют им тягаться как с магами, так и с другими представителями высших рас. При этом сильным даром ребята, продающие свои умения за звонкую монету, обладали редко.

Все сильные маги прямиком шли в Академию, а оттуда уже распределялись на достойные должности. Уж точно не ловить неверных мужей по подворотням.

Лысый, напротив, не стеснялся. Он в открытую разглядывал щедрое декольте Марго, иногда отвлекаясь на ее губы. До глаз не добирался, что вполне понятно. Обычно мужчины при общении с ней застревали на первом пункте.

Она выпрямилась, привлекая его внимание к верхним выпуклостям еще больше. Чем сильнее он на нее западёт, тем легче будет с ним торговаться. В том, что наёмник своей выгоды не упустит, Марго не сомневалась.

– Я хочу проследить за одним че…оборотнем. – вовремя поправилась она. Человеком можно здесь было назвать только ее саму. Вот уж кто стопроцентный человек. Ни грамма магии, ни второй ипостаси, ни крыльев, ни когтей.

Она осталась на Перекрёстке Миров только потому, что перенос обратно – в Закрытые Миры, одним из которых являлась Земля – был категорически запрещён. Раньше-то отправляли домой, еще как, но только после чистки памяти. А это дело тонкое, тут и психику повредить недолго. Так что местные правозащитники этнических меньшинств – то есть чистокровных людей – возмутились, и общими усилиями вывели новый закон.

Отныне попаданцев помещали в своего рода карантин, специальные лагеря временного содержания. Ничего ужасного, обширная зелёная территория, отдельные комнаты на каждого, трехразовое питание. Многим даже удавалось на первых порах подзаработать, продавая перенесённые с ними вещи, если те оказывались полезными. Никто их не оббирал и не обижал, за этим следили приставленные к лагерю надзиратели.

По прошествии полугода в Приграничье попаданцам приходилось сдавать экзамен. Туда входили базовые знания по реалиям мира, из тех, что местные дети заучивают в первые годы жизни. Те, кто экзамен сдавал, попадал на Перекрёсток. Остальных распределяли своеобразной лотереей – как повезёт.

Император все подписал и выдохнул с облегчением. Очень уж его донимали противоборствующие организации, пытаясь перетянуть одеяло на свою сторону. Одни хотели вообще уничтожать попаданцев сразу после их появления – вроде как они вносят смуту и хаос в существующие порядки и больше вредят своими нововведениями, чем облегчают всем жизнь. Другие предлагали их изолировать и пытать на предмет полезных идей, а уже потом уничтожать. Третьи ратовали за использование их как бесплатной рабочей силы – все равно от них никакого толку. Особенно от полных людей, лишенных даже капли магии. И переводить на них магию, править память, а потом еще и порталы открывать, что само по себе страшно энергозатратно, а в Закрытые миры – так и втройне, не хотела ни одна из партий.

Выход из положения хоть и временно, но примирил всех этих борцов за экономичность.

Так что Марго осталась при здоровой психике, зато без возможности вернуться, когда бы то ни было.

Иногда она горько сожалела, что не успела попасть на Перекресток до принятия этого закона. Может, и обошлось бы, и Марго не стала бы пускающей слюни идиоткой, зато домой бы вернулась. А может, и не обошлось бы.

Возвращаться ей, впрочем, особо было некуда. Карьеры бурной у нее дома не успело сложиться, в силу юного возраста. Родители разошлись, когда ей было пятнадцать, оба завели другие семьи, куда совершенно не вписывалась дочь-подросток. До совершеннолетия Марго пожила с мамой, но при первой же возможности переехала в общежитие при институте.

А потом она попала.

Впрочем, особо поводов жаловаться на новую жизнь у Марго не было. Талантливые певицы востребованы во все времена и во всех мирах, а колоратурное сопрано так и вообще на дороге не валяется.

– За мужем следить будем? – прогудел клон футболиста, вызвав новый поток возбужденных мурашек в самых неожиданных частях тела Марго. Она невольно повела плечами, всколыхнув декольте. Мужчина сглотнул, тщетно пытаясь удержать внимание выше линии ее подбородка.

– Он с кем-то сегодня встречается. Я хочу знать, с кем, и в каком качестве. – проигнорировав личный вопрос, продолжила выдавать задание девушка. – Мне нужны все подробности встречи. Идеально, если вы сможете записать их разговор, но простые фото тоже подойдут. Не пропустите ни одного нюанса, ни одной детали, даже на ваш взгляд, незначительных. Сколько возьмёте за час-два работы?

– Тебя бы я взял, не задумываясь. – негромко пробормотал наёмник, но Марго благовоспитанно сделала вид, что не расслышала. – Двадцать серебряных.

– Да это грабеж! – возмутилась девушка, и следующие минут десять они самозабвенно торговались. В итоге сошлись на пяти серебряных за два часа, плюс бонус за каждый удачный снимок.

Марго нашла в памяти мобильника фото Давида, которое только сегодня утром ей переслала подруга. На всякий случай. Как чувствовала, что пригодится.

– Этот? Ни кожи, ни рожи. Он тебе не подходит, малышка. – скривился наёмник. Марго передернулась от его фамильярности, но что взять с простого рубаки. Если честно, она была такого же мнения о Давиде, причём с самого начала. Не пара он Арине, совершенно не пара, вот уж воистину любовь слепа – полюбишь и хорька.

– Что поделать, так получилось. – пробормотала она, доставая миниатюрный ритуальный кинжал в кожаном чехле из сумочки.

Для нее, лишенной малейшего дара, он был абсолютно бесполезен, но законы Перекрёстка обязывали всех граждан таскать с собой острый предмет на случай, если вдруг придётся устанавливать личность или заключать Договор.

Как у нас паспорт.

– Ты что это удумала, милая? – насторожился лысый.

– Договор. – твёрдо потребовала Марго. Наёмник отшатнулся вместе с креслом назад, настолько она его удивила. Клацнул ножками, приземляясь, и уставился на нее своими шоколадными глазищами. Для разнообразия, в лицо.

– Зачем? Это же простая слежка. – растерянно пробормотал он. Магическими клятвами не разбрасывались, потому что нарушение данного слова, подкрепленного жизненной силой, давало такой откат на вруна, что другого раза могло уже и не быть.

– Вам простая слежка, а кому-то будущее. Так что Договор, или пойду искать более сговорчивого! – фыркнула Марго. Бюст от резкого выдоха заколыхался, и взгляд оборотня вновь намертво прилип к декольте.

– Хорошо. Клянусь в подробностях доложить об объекте слежки, не утаивая и не замалчивая детали. – завороженно согласился наёмник.

– И не рассказывать после никому подробности сегодняшнего заказа. – поспешно добавила Марго. Не хватало еще, чтобы весь Перекресток болтал о том, как ее подругу обманул хорёк. Наёмник помедлил и повторил формулировку.

– Клянусь уплатить всю оговорённую сумму, не утаивая и не обманывая. – в свою очередь, произнесла девушка.

Они одновременно коснулись острыми кончиками кинжалов собственных ладоней. Там, где выступила капелька крови, засветилась алым магия. Даже у Марго. К ней самой сияние не имело отношения – мир Перекрёстка отмечал свершившуюся сделку.

Это бизнес, детка.

Через полчаса, когда подошло время обеда, Давид вышел из офисного здания, мельком огляделся, и бодро зашагал в сторону торгового района. Слежки он не ожидал, но Марго не тешила себя надеждой, что справилась бы лучше наемника.

Лысый не подвёл. Двигаясь с грацией хищника, он незаметной тенью последовал за хорьком. Девушке осталось только ждать сообщений, и надеяться, что все пройдёт гладко.

От нервов, плюнув на бюджет, который с каждой выпитой чашечкой кофе в этом заведении трещал по швам все сильнее, она заказала себе кусок шоколадного торта.

Лучший способ снять стресс. Говорят, все дело в эндорфинах. Кто знает. Но еще с детства Марго заметила, что стоит ей съесть шоколадку, когда происходит что-то плохое или неприятное, как все беды отступают. В общем, личная хорошая примета.

Торт оказался безумно вкусным, и Марго пожелала, чтобы хорька все же поймали на горячем, и она наконец смогла доказать подруге, какой он все же козел.

Недаром говорят, бойтесь своих желаний.

Очень скоро она пожалела обо всей этой дурной затее.

Ренард широким шагом пересёк улицу. Мелкий хищник огляделся, не заметил его, и скрылся в переулке. Он поспешил следом. Хорёк юлил, как и положено его виду, хитрил и запутывал следы, будто не на свидание шёл, а на встречу с подпольным синдикатом.

Может, и правда подозрительный оборотень связался с нелегальными структурами? То-то ему показалось странным, что ради простой слежки за неверным мужем с него клятву стребовали.

Ну, хитра тогда дамочка.

А он идиот. За пять серебряных переть против синдиката, это с ума сойти нужно. Да ни за какие деньги!

Но увы, Договор уже был заключён, и Ренард, сделав непринужденный вид, двинулся по переулку вслед за придурком-хорьком.

Несколько раз оглянувшись, сменив сторону улицы, посмотревшись на себя в витрину и проделав еще пару взятых из старых театральных постановок трюков, хорёк наконец свернул в непритязательного вида чайную лавку, оснащённую уютными столиками на одного-двоих посетителей. Следить с улицы, не привлекая внимания, не было никакой возможности. Напротив – глухая стена, рядом жилые дома, ни одной витрины. Не газету же покупать, чтобы читать у стены. Это уже совсем из разряда трагикомедии.

Так что Ренарду ничего не оставалось, как пригнуться под низкой притолокой и зайти в лавку вслед за хорьком. Только и сумел, что замедлить шаг, чтобы не наступить мелочи на пятки.

К счастью, в этой части города он часто бывал, и хозяйка, пожилая, приятная панда из Южных миров, помахала ему, как завсегдатаю. Ему это на руку – меньше подозрений вызовет появление вслед за обьектом.

Не дожидаясь, пока хорёк осмотрится в полумраке, Ренард уверенно пересёк небольшое помещение и устроился на своём обычном месте. В углу, полускрытый бамбуковой ширмой, он мог спокойно обозревать весь зал, оставаясь практически невидимым.

– Желаете сделать заказ? – миниатюрная темноволосая официанточка склонилась в характерном для Южных миров поклоне, выжидательно глядя на клиента.

– Зелёный чай, и что-нибудь к нему. На ваш вкус. – отмахнулся Ренард, делая вид, что страшно увлечён чем-то в удачно подвернувшейся свежей газете. Целая стопка прессы лежала на прилавке, предлагая за чашкой свежайшего чая ознакомиться с новостями Перекрёстка.

– Какой оттенок вкуса предпочитаете? Есть жасмин, мята, женьшень… – затараторила девушка. Ну, точно, новенькая. В лицо его явно не помнит.

– Как всегда. Сенна Ли знает. – отрезал он, и до официантки наконец дошло. Она склонилась еще глубже, продемонстрировав ложбинку в неплотно запахнутом национальном одеянии, и упорхнула на кухню.

Ложбинка Ренарда не взволновала совершенно. Перед глазами все еще стояли сочные округлости его заказчицы, едва удерживаемые тесным декольте. Женская мода в этом сезоне настаивала на демонстрации верхних прелестей, а дамочка была явно из тех, кто за трендами следит.

Тряхнув лысой, как шар головой, чтобы избавиться от лишних мыслей, Ренард покосился поверх газеты на хорька. Тот постоял у центральной стойки, оглядываясь и привыкая к полумраку помещения, заметил кого-то, и решительно двинулся к противоположной стене.

Загораживая обзор, вокруг столика Ренарда засуетилась официантка, расставляя чайный набор на одну персону, вазочку со сладкой стружкой, и миниатюрную тарелочку с одним сиротливым печеньем предсказания судьбы.

Откинувшись на спинку плетёного стула, он поймал взгляд сенны Ли, и подмигнул ей. Она кивнула. Спустя пару минут та же официантка понесла заказ тому столику, за который уселся хорёк.

Там его уже поджидала жгучая брюнетка, тоже явно следившая за модой, ибо декольте у нее не столько скрывало, сколько выпячивало. Было бы что, фыркнул Ренард. Девица была одета в кружево и кожу, что вкупе с вертикальными зрачками выдавало в ней чистокровного демона. Даже маскироваться не стала, вконец обнаглели, паразиты! То, что демонам дали право транзита и краткого пребывания на Перекрёстке, не делало их полноценными гражданами, тем более не могло заставить их уважать тех, кто с ними сражался только десять лет назад.

Вроде Ренарда.

С удвоенным вниманием он принялся изучать парочку за столом. Хорёк, Давид, как любезно подсказала ему заказчица, работал в торговом центре. То есть имел доступ в здание, в подвале которого хранилась добрая часть сокровищ драконьих кланов. Подвал-то это преуменьшение – там небольшой армированный городок, защищённый так, как и Императорскому Дворцу не снилось. Хорька, конечно, туда никто не пустит, но сам факт, что демоны крутились поблизости от сокровищницы, Ренарду не понравился категорически.

– От заведения. – С легким поклоном поставила официантка на его стол курильницу. Точно такая же, парная, уже стояла на столике хорька и его спутницы. Оборотень поднёс мобильник к курильнице, от которой вился тонкий, едва уловимо пахнущий сандалом и амброй дымок. Приборы синхронизировались, пошла запись. Ренарду ее, к сожалению, слышно не было, связь шла напрямую между артефактами. Потом, позже прослушает.

Подвинув зеркало к щели между бамбуковыми стволами, он поймал отражение парочки, которая как раз очень красноречиво склонилась друг к другу. Зафиксировав изображение, отправил заказчице, и отпил крепкого, горьковатого зеленого чая.

Стройная ножка, обтянутая чулком в мелкую сеточку, скользнула по ноге объекта и ласково накрыла его пах. Мужчина не возражал, поглаживая руку брюнетки. Ренард спохватился, сделал еще пару снимков, подавляя не к месту обуревавшее его раздражение.

Этот хорёк полный болван. Дома его ждёт рыжая горячая штучка, а он окучивает какую-то стороннюю бабу. И пусть она тоже горяча, но с красоткой с площади не сравнить.

Он невольно представил себя и рыжую в подобной ситуации, и мгновенно возбудился. Пришлось положить ногу на ногу, чтобы не обнадеживать проходившую мимо его столика уже пятый раз официантку.

Мадам Ли, похоже, с новой девочкой скоро расстанется. Не дело это – так к клиентам приставать. Ренард лениво проследил за вихляющим задом новенькой, без малейшего энтузиазма. По сравнению с мощным, округлым тылом рыжей – банальный изюм.

А там – там дыни. И арбузы.

Он всегда больше любил свежие ягоды, чем сушеные.

Наёмник утянул печенье с тарелки и задумчиво повертел между пальцами.

Вкусное, зараза, но с подвохом.

Печенье с предсказаниями Ренард не любил. Ему вечно выпадала какая-нибудь ерунда вроде «любовь всей жизни ждёт тебя за углом» и «твоё счастье в твоих руках». С последним он был не согласен категорически. Зачем ему, спрашивается, руки, когда можно поманить пальцем любую девицу, да вон хоть ту официантку, и она с радостью обеспечит ему полный восторг и счастье, а если повезёт, то и не один раз.

Вот и сейчас, он чуть не засунул песочный, тающий во рту шарик в рот прямо с бумажкой внутри. В последний момент выдернул обслюнявленную полоску, и прежде, чем небрежно бросить в пепельницу, зацепился взглядом за слово «пара».

«Твоя пара тебя найдёт».

Ренард покосился сквозь бамбук на темноволосую красотку. Вряд ли та его пара. Демон и оборотень, конечно, совместимы, и пары подобного состава находились – до войны. Только вот первым признаком совместимости являлось обоюдное желание – а Ренарда к черненькой демонице не тянуло совсем.

От официантки приятно пахло зверем, но каким-то травоядным. Может, даже грызуном. Нет, все не то.

Вот бы та рыженькая оказалась оборотнем. Он довольно потянулся, представив их в одной постели. Фантазия неожиданно бодро проскакала дальше и показала их совместных, смуглокожих и огненноволосых детишек.

Невольно дёрнув глазом, Ренард сие опасное видение поспешно отогнал, а бумажку смял и выкинул. Бред же. Всем известно, что оборотни могут иметь потомство только с оборотнями. К тому же истинными парами. А нежноголосая фея с выдающимися формами, увы, была простым человеком. Запах не врет.

Но это не помешает им неплохо провести время.

Ренард хищно облизнулся, предвкушая, какой именно бонус стрясет с рыженькой. Валюту-то оного они не обговорили!

Глава 2

Пиликнул артефакт связи, который Марго по привычке называла телефоном. Картинки были не самого лучшего качества, примерно как на первых Нокиях, но хорька было видно превосходно.

Как и сидящую напротив него брюнетку.

Вот уж полная противоположность ее подруге. Марго бы поняла, выбирай козел-хорёк похожий типаж, чисто разнообразить меню. Нет, он был бы по-прежнему козел, но хоть логичный. А тут – беленькая, стройная, высокая Арина – и эта чувырла, бюстом едва уступающая Маргошиному.

Но все же уступающая, с немалым женским превосходством отметила про себя певица.

Парочка сидела за столиком, склонившись друг к другу, и ворковала. Чувырла ощупывала достоинства хорька ступней в чулочке, хорёк плотоядно обозревал ее декольте. На деловой обед похоже весьма отдаленно. Как подруга и подозревала.

Когда Арина рано утром, буквально на рассвете, позвонила Марго и попросила приехать, та не задержалась ни на секунду. Даже переодеваться не стала, так в шелковой пижаме и села в магическую повозку. Благо возила она от дверей до дверей, безо всяких посторонних дядек за рулем.

Главное, кошелёк не забыть, а то отвезут прямиком в местное отделение полиции.

Подруга была в истерике, рыдала, хлюпала носом и невнятно что-то бормотала про предателя и козла.

Марго решительно достала из известной ей заначки крепкий напиток наподобие коньяка. Армит по крепости не уступал водке, при этом имея слабый кисло-цветочный привкус. С легкой руки земных попаданцев даже местные называли его «амброзией».

Сейчас Арине амброзия была необходима, как никогда. Хлебнув из рюмки, девушка закашлялась, смаргивая выступившие слезы.

– Пришла в себя? А теперь, пожалуйста, с самого начала. – безжалостно приказала Марго, устраиваясь на диване и наливая в две стопки еще по порции.