Прежде чем ты меня убьёшь

Я смущенно улыбнулась.

– Да, вот так, – сказал, рассматривая моё лицо какое-то время. – Когда я прогнал тебя спать в подвал, в то время как я тебя вернул обратно после игры, я, дождавшись, когда ты уснёшь, хоть и на траве, сразу уложил тебя в кровать, временами подсыпая тебе травы, чтобы ты бодрее себя чувствовала, но, перед тем как ты сбежала с собаками, подсыпал расслабляющие, чтобы твой организм излечился и отдохнул. Они и замедлили тебе ощущение времени, хотя прошло больше дней, возвращаясь к твоему вопросу тогда.

Я кивнула, удивлённо на него посматривая.

– Ты столько всего рассказал… и бесплатно? – спросила, чувствуя, как мой собственный голос дрожит.

Мужчина молча осмотрел меня.

– Да, просто так.

Я изумилась, но заставила себя промолчать.

Дровосек, немного посидев со мной, ушёл на кухню, а я продолжала смотреть в окно, понимая, что ливень явно ещё будет идти долго: в тучах не было просвета, по окну безустанно громко стучала вода.

По такой погоде, если я дома, обычно сплю, но сейчас мне хотелось дальше сидеть и пить чай.

Когда я повернулась, желая узнать, чем занимается мужчина, обнаружила, что он строит спичечный современный дом «со всякой техникой». Такой, о котором я тогда говорила ему на пляже.

Улыбнувшись, я решила присоединиться к нему, молча строя задуманное вдвоем до самого вечера и понимая, что нам было комфортно и в тишине.

Яков удивил меня тем, как ловко и умело он сделал то, в чём я бы и хотела жить, будь он побольше. Он сделал то, что при нормальных условиях я наверняка строила бы месяц или даже больше.

– Невероятно… – не удержалась я, прокомментировав.

Мужчина польщенно улыбнулся.

– Так… мне строить такой же побольше?

Я помолчала, не зная, что и ответить. Он был слишком счастлив, чтобы говорить ему, что это была всего лишь прогулка, которая ничего серьезного не значила.

Это же не свидание, не кольцо на палец… Да, начать сначала можно, но когда ты всё помнишь, вряд ли сумеешь так быстро решить, куда и как далеко ты хочешь, чтобы это зашло.

Яков неожиданно положил свою руку на мою.

– Ничего. Ответишь мне, когда сумеешь. Я подожду.

Я вопросительно на него посмотрела.

– Ты прочитал мои мысли?

Он выдохнул.

– Нет, увы. Ты заколебалась, и я подумал, что давлю на тебя.

Я скептически отнеслась к его словам, однако и выводы преждевременные тоже делать не стала.

Дождь, тем временем, не спешил прекращаться, поэтому мужчина захотел отменить свои дела, оставаясь дома и распивая со мной чай. Позже я узнала, когда Яков чихнул, что он… простудился.

На мой удивленный взгляд мужчина улыбнулся.

– У меня ослаб иммунитет, когда я делал операцию Анфисе. Я очень сильно нервничал, а пить нельзя было, да и не спал толком эту неделю. Мои травы не успели пока полностью восстановить мне иммунитет, а тут я ещё сильно промок.

Я помолчала, мысленно отметив, что это было довольно заботливо с его стороны: зная всё это, он отдал мне своё пальто.

– Что я могу сделать? Может, за травами сходить? Суп сварить?

Мужчина улыбнулся.

– Суп был бы кстати.

Вечер я потратила, чтобы приготовить бульон, а ночью – просыпалась и трогала лоб, отмечая, что Яков был чуть теплее обычного, однако мужчина спал всё тёмное время суток, чего раньше я не наблюдала.

Это было… странным, но я и вправду за него переживала, не смотря на всё произошедшее ранее…

Утром он ушёл, почувствовав себя лучше, но к обеду вернулся. До этого времени во мне дрались две сущности: первая хотела его предупредить о ракете, вторая – промолчать, ведь я всё ещё хотела свободной жизни.

В конечном счёте я решила просто уйти в спортзал, пустив всё на самотёк.

Пусть будет как будет.

Однако заниматься на тренажёрах у меня не поднялась нога, зная, что мужчину ждёт, поэтому, выдохнув, я, походив по кругу с заломанными руками за спиной и с аргументами «за» и «против», неожиданно для себя резко выкинула их прочь вместе со здравым рассудком, понимая, что сама возможность потерять его НАВСЕГДА, а это уже никогда не переиграешь и не изменишь, зная, что в будущем я могла сильно пожалеть об этом, приняла решение предупредить мужчину как можно скорее, начиная бежать и оставляя на потом разговор о том, что я об этом всё-таки знала, но… резко раздавшийся взрыв остановил меня, вынудив упасть на пол. Я посмотрела на время, удивившись, что они решили закинуть её на 5 минут раньше, пока не вспомнила, что говорила о «погрешности». Почти сразу на улице, тем временем, послышались какие-то выстрелы с разных сторон в хаотичном порядке.

Подождав несколько минут, я открыла люк и осмотрелась: дома не было, зато сидел Яков за небольшой дощечкой и кидал какие-то бомбы в лес за опушку.

Увидев меня, он сказал:

– Спрячься! Быстро!

Так и поступив, ведь под выстрелами было слишком небезопасно бежать и неизвестно, будет ли мне лучше у мистера Арханделя, я принялась ждать. Минуты тянулись в часы, но, в конечном итоге, мужчина спустился быстрее, чем я предполагала. У него была вся нога в ожогах, он сильно хромал.

Подбежав, я, пустив свою футболку на тряпки, перебинтовала, как только смогла. Яков меня направлял, так что я справилась довольно шустро.

– Я их… всех истребил, они еще долго не пожалуют, это точно, но… я чувствую себя так дряно. Ты… можешь уходить, как и хотела… еще с самого начала… теперь там безопасно для тебя… мистера Арханделя больше нет – сообщил, доставая из кармана… мой телефон.

Я нахмурилась, рассматривая его и убеждаясь, что внешне он остался таким же, как я его и запомнила.

Когда я перевела взгляд на мужчину в слабом состоянии, не почувствовала удовлетворения или радости от его текущего вида, хоть и неоднократно представляя дровосека таким в своих мечтах… только, к моему ужасу и удивлению… злость на военных и тревогу.

– Ты о чем?

– О том. Я… я не смогу быстро передвигаться пока… чувствую себя слишком хуёво, давно не болел, не успел… отбежать далеко на время взрыва, а теперь ещё и нога. Так что… так что теперь ты можешь от меня уйти, и я тебя точно не догоню.

Я заколебалась.

Это был тот самый шанс, за который я так отчаянно боролась, но, видя, как мужчина, возможно, умирает прямо на моих руках, что ещё больше добавляло мне ужаса, мне неожиданно стало… по-настоящему страшно за его жизнь. Даже это затмевало моё желание вернуться в университет и начать свою нормальную жизнь.

А вид его ноги и вовсе меня съежил.

Не знаю как, но обиды как-то вмиг ушли на второй план, по крайней мере, пока ему не станет лучше. Это всё было заменено… жутью, которая была продиктована реально возможной кончиной мужчины.

Постелив ему в спортзале, я вышла наверх поискать, что осталось. Я нашла антисептик, немного еды и пару статуэток.

Дома больше не было, как бы странно это не звучало для меня. Моя мечта сбылась, и я была свободной, но отчего-то счастливой я себя не чувствовала.

Возможно, Яков был прав: меня ничего сильнее не обманывало моего же мнения… видимо, позволю себе добавить, пока реальность не столкнёт меня с чем-то более жестоким, заставляющим меня забыть свои же заблуждения вместе с уязвлением от горького с ним, как бы тяжело это ни было, в любом случае, не давать пока своим эмоциям ослеплять меня и моё будущее.

Вернувшись, я поухаживала за Яковым, ложась рядом, отметив, что и сама дрожу, нервничая.

Яков пошевелился и закашлялся.

– Я думал… ты ушла.

Я положила руку ему на грудь:

– Думаю, я ещё долго не смогу тебя простить за всё… я думаю, что имею право обижаться, ведь ты не сможешь отменить мои слёзы, переживания, потраченные нервы, дни в заточении…

– И ты пришла… мне всё это припомнить? Напоследок… так сказать?

Я слегка его толкнула, однако даже от этого он скривился.

– Ты помолчать можешь? Я просто сказала, что мне нужно немного больше времени, а, может, даже и много, поэтому… как только ты поправишься, я согласна на операцию и вечную жизнь… пока, в один из прожитых мною многочисленных дней, я не прощу тебя и мы не станем… парой, – помолчала, переводя дыхание, почувствовав всё же небольшую тяжесть от сказанного, и осмотрела подвал, – пусть даже если мы будем жить в каком-нибудь сарае, я не против.

Мужчина тепло улыбнулся.

– Даже не мечтал услышать эти слова от тебя, но… моя Тея, как бы я не хотел следовать твоим словам, в сарай мы точно не переедем. Когда я поправлюсь, у нас будет дом не меньше, чем «со всякой техникой». Я обещаю в ней разобраться получше… ради приближения этого самого «дня».

Я, усмехнувшись, видя, что он не теряет юмор даже в такие моменты, легла на него, закрывая глаза.

– Спасибо – тихо сказала, не сумев сделать это громче, но он, всё же услышав, нашёл и слегка сжал мою руку.

Уснули мы также вместе, ещё не зная, что участок, на котором мы позже построим свой дом, только что выставили на продажу, как будто Вселенная услышала наш мощный сигнал и не смогла не пойти к нам навстречу.