- -
- 100%
- +
– Каким образом школьный учитель может иметь отношение к Силам Зла?
– Устные опросы.
– А ведь точно. – Кевин полистал папку, быстро проглядывая страницы. – Да, я понял, что ты имеешь в виду. Смотри. Устные опросы в понедельник утром, дополнительные домашние задания на выходные, вопросы к сочинениям и самостоятельное изобретение задач по математике в силу полного недоверия учебнику. Да он просто изверг!
– Где-то по пути он обзавелся Волшебной Силой. Получил небольшое наследство и купил заклятие, сделавшее его непобедимым в поединке. По крайней мере, очень трудно победимым. Или что-то в этом роде. Точно не знаю. И с тех пор неуклонно прокладывал себе путь наверх.
Шпионы Логана потрудились на славу. Досье оказалось очень полным. По мере чтения Кевин все больше погружался в уныние.
Злой Властелин занимался спортом. Великолепно владел мечом и арбалетом. Считался прекрасным боксером, жестоким и агрессивным. Он был асом в естественных науках, математике и двойной бухгалтерии. Он не пил и не курил, а из азартных игр признавал только спортивные, которые сам же и устраивал.
Жены Вольтметр не имел. Он вступил в местный Клуб Злостных Холостяков (вписав в графу «Интересы» ужины при свечах, долгие прогулки по пляжу и расчленение маленьких пушистых зверюшек) и даже организовывал их ежегодные лыжные походы, но это делалось в основном для расширения и укрепления полезных связей. Он изобрел какое-то орудие пытки и продал патент Бруно, королю Омнии. Денег заработал немного, но получил несколько наград за дизайнерское решение. Данный этап его карьеры сопровождался потоком жестоких убийств, дерзких вооруженных ограблений и постоянным приростом богатства.
Затем Вольтметр начал строить собственный преступный синдикат: незаконные азартные игры, проституция, контрабанда, охрана, страхование жизни и реконструкция зданий. И, как это бывает со всеми Темными Властелинами, никто не смел даже слова против него сказать, а кто смел, погибали загадочной смертью. В Ангостурском бюро расследований в списке «Люди, с которыми мы предпочли бы не связываться» он числился первым. Мастера Зла – профсоюз Темных Властелинов – наградили его премией Мефистофеля и поговаривали об увековечивании его в Зале Темной Славы в Эрбурге. Кевин скрыл смятение.
– Не может он быть настолько крут. – Принц разложил на столе кое-какие бумаги из досье и задумчиво на них уставился. – Здесь говорится, что он только с третьей попытки перешел из Мрачных Лордов в Темные Властелины.
– Не забывай, он же из Ангостуры. У них тесты на профпригодность гораздо строже наших.
Появилась официантка.
– Чего изволите, уважаемые?
– Мне стакан вина, – сказала Бекки.
– Хорошего вина, – добавил Кевин. Черри злобно зыркнула на него, но вернулась со стаканом неразведенного напитка.
– Мне понадобится комната, – сообщила ей принцесса. – Вы не могли бы договориться с хозяином?
– У меня есть комната, – встрял Кевин.
– Тогда мне понадобится другая.
– Я думал, мы могли бы разделить комнату, – предложил принц, делая тщетные попытки скрыть надежду, звучавшую в его голосе. – Ты же переодета мальчиком, и было бы гораздо менее подозрительно, если...
– Две комнаты, – твердо сказала Бекки. – Две отдельные комнаты.
– Славная попытка, жеребчик, – поддела Черри Кевина и отправилась на поиски Малдуна.
Хозяин без всяких комментариев выделил принцессе комнату рядом с Кевиновой. Принц сложил бумаги в папку и принес из конюшен багаж Ребекки. Сумки он поставил на кровать. Бекки дотянулась до одной и расстегнула ремни.
– Не уходи, – велела она. – Я хочу тебе кое-что показать. Отвернись.
Кевин честно отвернулся. Позади послышался шелест одежды. Когда он вновь посмотрел на принцессу, на ней оказался один из самых эффектных образчиков дамского белья, какие ему приходилось видеть, – а ее высочество относилась к тем девушкам, в чьем комоде эротического белья хватает с запасом. Даже принцу, который редко терял дар речи, потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Наконец он выдавил:
– Бекки, что это?
– Тебе нравится? Это моя кольчуга!
– Это определенно не она.
– Тэйлор присоветовал.
– Правда?
– Ага. – Она снова нырнула в сумку и вытащила собственный экземпляр «Руководства по практическому героизму» с заложенной страницей. Принцесса прочла вслух: «Проследите, чтобы ваш Комический Спутник обязательно надевал под одежду кольчугу, и только после этого можете позволить ему впутаться в опасную ситуацию. Таким же образом желательно позаботиться и о себе». Вот я сперва и завернула в один чудный маленький бутик и купила этот замечательный кольчужный бюстгальтер. Хотела и тебе что-нибудь взять, но размера не знаю.
Тем временем принц щурился в свете свечей, пытаясь решить, правда ли он различает ее соски сквозь переплетения колец или это только игра воображения.
– Выглядит прекрасно, Бекки, но я сомневаюсь, что оно на самом деле задумано, как функциональный доспех.
– Нет?
– Оно больше похоже на костюм Варварской Воительницы.
– Ой! – Бекки немного подумала. – Полагаю, этим объясняется наличие мехового бикини.
– Там продаются меховые бикини?
– Все равно оставлю. По-моему, он вполне функционален. Исключительное качество.
– Он тебе не понадобится, потому что я не позволю тебе впутаться в опасную ситуацию. Твой отец убьет меня, если обнаружит, что я взял тебя с собой в Роковую Крепость. – Кевин помедлил и продолжил: – А ты купила меховое бикини?
– Комический Спутник прикрывает героя со спины, когда тот отправляется в Неприступную Крепость. Это тоже из Тэйлора.
– Ты не мой Комический Спутник. А на тебе сейчас надето меховое бикини?
– Кевин! Разумеется, я не стала покупать меховое бикини. Они оказались танга. Сзади ничего, кроме тоненького ремешка.
– А это плохо?
– Разумеется, плохо! Трусики-танга непристойны, отвратительны, распутны и аморальны.
– А-а... Ну я просто подумал...
– И к тому же мне не идут. А как мы попадем в Роковую Крепость?
– Ты что, не слушаешь? Мы никуда не попадем. И ты сама говорила, что Комические Спутники только ошиваются в трактире и собирают информацию у местных жителей.
– Говорила? Когда это?
– Еще в замке.
– Ты уверен?
– Да, – решительно ответил Кевин.
– И хочешь, чтобы я придерживалась этой линии?
– Абсолютно.
– Следовательно, – заявила Бекки, – ты признаешь, что я в этой миссии являюсь твоим Комическим Спутником. Итак, мужик приходит к врачу и говорит: «Доктор, у меня ужасные боли». А врач отвечает...
– Ладно. – Кевин умел достойно проигрывать. Соображал он быстро. – Бекки, ты будешь Комическим Спутником. Но тебе придется носить настоящую кольчугу. Или, как минимум, нагрудник и стальные наплечники. Я тоже надену, если тебе от этого будет легче.
– А где мы возьмем пластинчатый доспех?
– Тут полная Крепость вооруженных и закованных в латы стражников. Должны же они их где-то брать. Уверен, в деревне найдется оружейная мастерская. Хотя бы для обслуживания цитадели. Наверняка у нее какое-нибудь унылое название. Завтра я свожу тебя туда.
Бекки подозрительно на него посмотрела.
– Кевин Тимберлин, я правильно понимаю – ты предлагаешь мне сходить с тобой за покупками!
– Ну да, – кивнул принц, лихорадочно соображая. – Я свожу тебя купить доспехи и... э... подержу твою сумочку, пока ты будешь в примерочной.
Такое предложение Бекки отвергнуть не могла. Она обвила Кевина руками и вознаградила его долгим поцелуем, прежде чем выпинать из комнаты на ночь. На следующее утро она воздержалась от мальчишеского наряда и оделась для похода по магазинам, уделив особенное внимание волосам и косметике. Радостно явилась к Кевину под дверь, но когда постучала, никто не ответил. Принц смылся.
Когда назревает необходимость проникнуть в логово Темного Властелина, не забудьте одеться соответственно случаю. Вопреки традиции, трико и плащ не годятся. Так же как и полный вечерний наряд. Стандартная полевая армейская форма подходит для этой цели как нельзя лучше.
Роберт С. Тэйлор, «Руководство по практическому героизму»Роковая крепость имела долгую и сомнительную историю, бравшую свое начало, как ни странно, не в поселке Тоскливое, а примерно в сорока милях к югу, в городке под названием Рокхадден. Четыреста лет назад королевства Дезерай еще не существовало и местность делилась на три герцогства. Рокхадден числился столицей одного из них. Герцог Рокхадденский выстроил там прекрасный замок, где жил и умер, убитый в собственной постели... ну да, кем же еще, как не Темным Властелином.
В ту ночь лорд Риддэнс лично вел нападавших вверх по лестницам с мечом в одной руке и факелом в другой. Он посторонился, пропуская пару качков-наемников с кувалдами. Герцог в ночном колпаке сидел на кровати и шарил по тумбочке в поисках очков, когда через щепастый пролом протиснулся Темный Властелин. Два быстрых удара, и все кончилось. Там, где лежали герцог и его супруга, постельное белье пропиталось кровью и из-под алых простыней безвольно свисала одинокая белая рука. Риддэнс вытер меч об наволочку и кинул его в ножны. Двое наемников молча стояли рядом. Они ворвались в спальню вслед за его лордством, но помедлили, дав Риддэнсу в одиночку насладиться моментом мрачного триумфа. И тут раздался стук. Оба стража выхватили мечи. Один открыл разбитую дверь.
Вошел Главный Приспешник Темного Властелина с папкой в руках и озабоченным выражением на лице. Он остановился перед лордом Риддэнсом. Правая рука нервно поправила очки.
– Дело сделано, Камерай, – пророкотал Риддэнс, – я правитель Рокхаддена. Годы интриг и заговоров принесли плоды. – Он указал на кровать. – Насладись этим моментом, Камерай. Возвеселись в миг нашего триумфа.
– Гм. Да, ваше лордство. – Камерай снова поправил очки. – Гм. Обнаружилась проблема с наследниками герцога.
– Я хочу, чтоб их убили. Не дайте им уйти. Знаешь ведь, как бывает. Их нельзя бросить в темницу – они обязательно вскоре сбегут и поднимут армию, чтобы свергнуть меня.
– Да, мой повелитель, но...
– Младенцев тоже перебить. Они самые опасные. Какая-нибудь горничная или прачка умыкнет младенца-наследника из замка и спрячет его в лесу, где его вырастят дровосеки, и спустя десятки лет, когда ты уверишься в своей безопасности, он выясняет свое истинное происхождение, и – привет! Вспыхивает восстание.
– На самом деле, мой повелитель...
– А вот об этом даже думать забудь. Когда какой-нибудь Темный Властелин пытается вырастить наследника, как собственного сына, думая, что сможет воспитать его злым, это никогда не срабатывает. Парень сворачивает на путь добра и справедливости, а Темный Властелин получает меч в почки. Нет, я такой ошибки не сделаю. Убейте их.
– Мой господин, они...
– Проследи за этим лично, Камерай. Мои парни – хорошие солдаты, но я не хочу, чтобы у них смягчились сердца, когда им придется убивать беспомощного младенца. Да, и никаких этих «вырежьте сердце и принесите его мне». Они обязательно подменят его поросячьим – отличить практически невозможно. На этом меня не проведешь. Отрубить голову.
– Милорд, они сбежали.
– Что?!
– Их было так много, – начал оправдываться Камерай, – а это здание, словно кроличья нора. Черные ходы и запасные выходы в каждой стене. Заугол не свернешь, не наткнувшись на прачку с дитем на руках, и мы просто не успели запечатать все выходы одновременно.
– Ты говоришь мне, что наследник ускользнул? После всех наших тщательно продуманных планов наследник трона сбежал?!
– Семеро.
– Что?!
– Стоило нам пересечь подъемный мост, как они отовсюду полезли. Будто из муравейника, только в середке осталась куча старушек с пеленками. Ребята изловили дюжину. По-моему, они очень хорошо поработали.
– Они убили дюжину наследников?
– Да, ваше лордство.
– И осталось еще семеро? – Риддэнс взглянул на кровать. – У этой женщины было девятнадцать детей? Нет, она слишком молода. Это его вторая жена? Или третья?
– Нет, все дети ее. Три раза по тройне, четыре по двойне и два по одному. За девять лет.
– Теперь я понимаю, зачем им столько прачек.
– Да, сир.
– Ладно, стало быть, у нас еще семеро ребят, которых надо поймать. Приступайте немедленно.
Камерай прочистил горло.
– Э... прошу прощения, ваше лордство, но дело обстоит несколько сложнее. Видите ли, правила наследования в Рокхаддене очень четкие. Так что, даже если вы перебьете всех наследников герцога, династия не пресечется. Просто перейдет к следующему по старшинству брату, а потом к его детям. А когда кончится эта линия, то к следующему брату и его детям. Сестры тоже, потому что в Рокхаддене женщины имеют право наследования.
– Да, да. Я знаю, как это работает, Камерай. У него семеро братьев и сестер, и каждый из их домов был атакован одновременно с замком. Только не говори мне, что одна из этих атак провалилась.
– Нет, сир. Все прошло по плану.
– Мы взяли всех родных братьев и сестер?
– Да, сир. Но, гм, не всех их детей.
– Бога ради, мужик!
– У них у всех огромные семьи, – пояснил Камерай. – И вы знаете, как бывает с детьми. Нельзя с уверенностью утверждать, где твое собственное чадо находится ночью. Кто-то ночевал у друзей, старшие улизнули на пьянку, так что пара беглецов у нас...
– Сколько сбежало?
– Ну, у его брата Реджинальда мы потеряли троих из семи. У его сестры Эвелин – четверых из девяти. У сестры Бернис нам повезло – прикончили восемь из десяти. Оставшиеся двое находились в скаутском лагере. Но потом, у его брата Арт...
– Просто назови мне окончательную цифру, Камерай.
– Тридцать четыре.
– Тридцать четыре, включая семерых здешних?
– Да, сир.
На долгие минуты воцарилась тишина. Камерай ждал, стараясь не выказывать снедающей его нервозности. Лицо у Властелина сделалось розовым, потом красным, потом багровым и опять красным. Он стискивал и разжимал кулаки, и на мгновение Камераю показалось, что господин собирается подоить гигантскую корову. Но тот просто взорвался.
– Убей их! – взвыл лорд Риддэнс. Он выхватил меч и принялся яростно рубить столбик кровати. – Всех убей! Распространите мой эдикт. Убить всех новорожденных детей в герцогстве Рокхадден. Мои люди прочешут весь город и деревни словно саранча, уничтожая каждого найденного ребенка, оставляя за собой только трупы и убитых горем матерей. Смерть распространится от этого замка, словно ядовитое облако. Никто не встанет у меня на пути, слышишь, ты! Всех убить!
Камерай откашлялся.
– Э-э... сир, не все из них младенцы. Риддэнс опять рубанул по столбику.
– Да, верно. Так я и знал. Тогда убейте всех детей.
– Некоторые уже совсем взрослые.
– Насколько? – Риддэнс оценивающе разглядывал стойки балдахина, словно ожидая нападения с их стороны.
– Возраст наследников разнится от двух месяцев до девятнадцати лет.
– Черт их всех подери, – произнес Властелин гораздо более спокойным и немного усталым тоном. Он решил дать балдахину улизнуть. – И какова продолжительность жизни тут в Рокхаддене?
– Средняя вероятная продолжительность жизни сорок семь лет, – доложил Камерай. Прежде чем стать Приспешником, он работал в страховой компании, поэтому знал всевозможную статистику, имевшую отношение к страховой деятельности. – Так что нам придется убить...
– Не подсказывай, – остановил его Риддэнс. – Я сам. Девятнадцать вычесть из сорока семи, так? Получается... э... гм. – Камерай видел, как повелитель чуть заметно шевелит губами, производя сложное действие в уме. – Получается, если мы убьем всех моложе двадцати... это получится сорок процентов населения?
– Грубо говоря, да.
Повисла длинная пауза, во время которой Темный Властелин обдумывал услышанное. Он задумчиво посмотрел на Камерая, но Приспешник отвел глаза. Даже наемники уставились в пол и шаркали ногами. Пауза затягивалась.
– Что ж, это осуществимо, – изрек наконец Риддэнс. – Я хочу сказать, на слух много, но на самом деле страна-то не такая уж большая. Фокус в том, чтобы не пытаться покончить с ними одним махом. Просто работайте методично, даже если придется убивать только по нескольку человек в день, и через некоторое время результаты суммируются. За год мы наверняка управимся.
– Да, сир.
– Я хочу сказать, мне бы не хотелось, чтобы люди думали, будто я смягчился.
– Нет, сир.
Снова пауза. Камерай служил у Риддэнса уже долго. Темный Властелин знал, о чем думает его Главный Приспешник, и Главный Приспешник знал, что Риддэнс знает, о чем он думает. Но он ждал, пока господин выскажется первым.
– С другой стороны, Камерай...
– Налоговая база, – коротко и ясно выразился тот.
– Именно. Сотри с лица земли сорок процентов населения, и вся твоя экономика полетит к чертям. Какой смысл захватывать страну, проделывать всю эту работу, идти на риск и немалые затраты, если собираешься сам себя разорить?
– Особенно, если убрать подростков, – поддакнул Приспешник. – Конечно, если остановиться на возрасте двенадцати лет, то, может, и проскочили бы. Но когда теряешь подростков – теряешь официанток, помощников официантов, продавцов, поварят. Весь сектор обслуживания вылетает в трубу.
– И вечером не уйдешь, – вставил один из наемников. – Кто посидит с ребенком?
– Можно расширить операционную базу, – предложил Камерай. – Напасть на другую страну и ограбить ее.
Риддэнс поморщился:
– Все хуже и хуже.
– Верно, – согласился второй наемник. – Потому что новобранцев-то у нас не окажется, понимаете? Семнадцать – девятнадцать лет – основной призывной материал.
– Именно. Только не хватало призвать одного из этих ребят. Тогда враг появится прямо среди нас, а мы его еще и вооружим. Нет, эдак мы сами себе горло перережем.
– Придумал! – воскликнул первый наемник. – Нам не надо убивать их всех. Просто проверим наличие родинки.
Остальные уставились на него.
– Что?
– Королевская родинка. Или в данном случае просто аристократическая. Понимаете, когда полноправный наследник приходит заявлять права на трон, откуда мы узнаём, что он полноправный наследник? Потому что у него имеется родинка особой формы. У всех благородных семейств такая есть.
– Это просто миф, – сказал второй наемник.
– Черта с два, – возразил первый. – Как насчет леди Уитфел? У нее родинка в форме фамильного герба.
– Наверное татуировка, – предположил Камерай.
– Нет, родинка. На заднице.
– Тогда откуда тебе про нее известно? – поинтересовался второй наемник.
– Я служил телохранителем у герцога Тенсере. Он говорил мне, что она ему ее показывала.
– Ага, как же. Да все знают, что Тенсере врет как сивый мерин. Послушать его, так он поимел всех красоток от Рокхаддена до Эстервана.
Первый наемник ощетинился:
– По-твоему, ты такой умный...
– Довольно, – Риддэнс положил руки каждому из них на плечо. – Приятно видеть, как вы, парни, сверхурочно шевелите мозгами, но родинки не передаются по наследству. Камерай!
– Да, сир?
– Камерай, я из тех, кто пасует перед опасностью?
– Разумеется, нет, ваше лордство.
– Разве я боюсь кого-нибудь из людей? Я сам выбираю направление действий и придерживаюсь его. Я позволяю угрозам или шантажу сбить меня с избранного пути?
– Не позволяете, сир.
– Я не беспокоюсь о горстке мятежных наследников. Ну и что, что они там снаружи жаждут мести? Теперь я – лорд Рокхадден, и никто не остановит меня в моем безжалостном стремлении к власти! Когда придет время, я позабочусь об этих наследниках. Первый, кто посмеет показать свою рожу, немедленно познает мой гнев. – Он бросил меч в ножны и, гордо прошествовав вон мимо Камерая, двинулся вниз по лестнице.
– Очень хорошо, сир, – крикнул ему вслед Камерай.
Риддэнс поднялся обратно по ступеням.
– Тем не менее, Камерай, удвойте стражу вокруг замка.
– Да, сир.
– Наймите еще телохранителей. Смените замки. Почините подъемный мост, поставьте засовы на двери и окна и заведите несколько доберманов.
– Да, сир. Что-нибудь еще? Может, акул во рву?
– Нет, это лишнее. Не стоит ударяться в паранойю. Да, и наймите дегустатора.
На самом деле лорд Риддэнс в силу положения уже давно становился все большим и большим параноиком, а с этого дня – и подавно. Он окружал себя телохранителями, постоянно оглядывался через плечо и подскакивал при внезапном шуме. Периодически нанимал частных сыщиков, чтобы выследить кого-нибудь из недостающих наследников, и действительно обнаружил и прикончил нескольких, но вскоре забросил это дело как неблагодарное.
Постепенно Темный Властелин перестал доверять телохранителям и стал проводить все больше времени, запершись в своем кабинете, а приказы подсовывал под дверь. Он делался все более осторожен с пищей, ел все меньше и меньше, а пил только дождевую воду, которую лично собирал в цистерну на крыше.
Вскоре Риддэнс вообще покинул Рокхадден. У него к тому времени уже имелся специально выстроенный замок – укрепленная твердыня на краю отвесной скалы, возвышавшейся над удаленной горной долиной и крохотной деревушкой под названием Тоскливое. Зловещее сооружение, черное и мрачное, было неуязвимо настолько, насколько позволяло архитектурное искусство того времени.
Остаток царствования Темный Властелин провел, окруженный следившими друг за другом солдатами и телохранителями, пока его не хватил удар – всего через семь лет после завоевания. С тех пор замок несколько раз переходил из рук в руки, в основном к богатым семьям, которым требовалась дача на лето. Предпринимались ленивые попытки облагородить крепость садами. Или гобеленами. Так же в дело шли предметы искусства, панели из ливанского кедра и бытовые приборы цвета авокадо. Без толку. Атмосфера угрозы и отчаянной враждебности, казалось, пропитала самый камень стен, и никакое количество приставных столиков в тон занавескам не могло этого изменить. Вскоре здание оказалось заброшено. Замок подолгу пустовал. Время от времени поднимались разговоры о превращении его в музей или местный колледж, но все так и осталось на словах. А затем прибыл лорд Вольтметр.
Не совсем ранним утром в оружейную мастерскую под вывеской «Тревога» с топотом ввалилась разъяренная юная принцесса.
Сперва она решила, что Кевин сейчас появится. Ребекка торчала перед зеркалом, бесконечно расчесывая волосы, чтобы у принца по возвращении вдруг не возникло мысли, будто она его ждет. Она задержалась в трактире позавтракать, тихо исходя паром по поводу такого беспардонного, неожиданного предательства, опустошила целый чайник чаю и даже съела лишнюю оладью. В ее планы отнюдь не входило оставаться в трактире. И он не мог этого не понимать. По твердому убеждению Бекки, для успешного развития романа необходимо, чтобы парень вел себя открыто, был честен и верен своей девушке. Женщинам можно обманывать мужчин, поскольку они так поступают исключительно для улучшения отношений. Всем это известно. Кевин же явно играл не по правилам.
Через некоторое время ей пришлось признать бессмысленность ожидания. Девушка подхватила сумочку и отправилась на улицу. Как и предсказывал вероломный змей, оружейная мастерская нашлась неподалеку. Несмотря на клокотавшую внутри ярость, принцесса спокойно вошла в лавку и деловым тоном произнесла:
– Будьте добры, мне бы хотелось купить стальной нагрудник. Не слишком тяжелый. Может быть, с растительным орнаментом.
Хозяин мгновенно оценил ситуацию и отреагировал соответственно.
– Прекрасно, – воскликнул он, хватая портновский метр. – Нагрудная пластина. Только мерки сниму.
Бекки шлепнула его по руке.
– Я уже написала вам свои мерки, – сладким голоском пропела она и передала мастеру листок бумаги. – Что у вас есть на этот размер?
– Сделаем на какой хотите, барышня. И узор тоже. Мы делаем на заказ лакировку, гравировку и даже филигрань, хотя на это уйдет чуть больше времени.
– У вас ничего нет на складе?
– На складе? – Оружейник выглядел озадаченным. – Барышня, я не знаю никого, кто бы держал пластинчатый доспех на складе, разве что для демонстрации своего мастерства. Его всегда делают на заказ. Простой нагрудник изготовить недолго. Еще у меня есть прекрасный лист бронзы. Исключительного качества – пощупайте материал. Можно украсить его бусами из клыков и маленькими черепами – это придает столь модный нынче варварский колорит. Сегодня я сделаю подгонку, а всего через две недели заберете.
– Четырнадцать дней? И, надо понимать, примерочных у вас тоже нет?
– Нет, барышня.
– А мимо вас случайно не проходил сегодня утром молодой человек? Высокий, приятной наружности, хорошо одетый.
– Чужестранец, который вчера приехал в деревню?
– Возможно.
– Он сюда не заходил. Но я видел его верхом. Он направлялся к... – Тут оружейник понизил голос и опасливо покосился на дверь. – К Роковой Крепости. Говорят, он производит разведку на местности по приказу лорда Логана.