Каменные стражи

К читателю

Отправив в редакцию перевод пятой тетради Улисса Мура, наш сотрудник Сергей Тишков пропал. А его последнее письмо, которое мы получили по электронной почте, оказалось очень странным.

Вот оно:

Посылаю вам перевод последнего дневника. Мне осталось перевести ещё только одну тетрадь. И у меня отличные новости. Мне встретился человек, который помогает добраться до Килморской бухты. Не могу назвать его имени, потому что обещал не делать этого. Но я показал ему баул, и мы обнаружили, что один из рулонов в нём – это карта дорог в окрестностях Корнуолла. И одна из них может оказаться единственной, что ведёт сегодня в Килморскую бухту.

Попробую завтра отправиться туда.

Просто фантастика! Думаю, я очень близок к тому, чтобы раскрыть секрет Улисса Мура! А вы не беспокойтесь. Скоро сообщу новости.

Сергей Тишков

Прошло уже больше месяца с тех пор, как мы получили это электронное письмо, и теперь очень обеспокоены…

Сергей Тишков не отвечает ни по телефону, ни на электронные письма. Мы позвонили в «постель & завтрак», где он останавливался, но там тоже ничего не знают о нём. Он не вернул машину, которую взял напрокат. Он словно испарился. Мы просим всех, кто что – нибудь слышал о нём, как можно скорее сообщить нам. Благодарим за помощь!

Редакция «РИПОЛ классик»

P. S. Для тех, кто никогда не видел Сергея Тишкова, вот его фотография:

Пятая тетрадь

Глава 1

Китовая гавань

Уже много лет никто из жителей Килморской бухты не видел в местной гавани китов. И всё же её название осталось в память о былых временах неизменным: Китовая.

Гавань тянулась от восточной части порта вдоль песчаного побережья до самого Солёного утёса с его острыми скалами.

На высоком мысе, который вёл к нему, раскинулся парк виллы «Арго», старинное здание которой с огромными тёмными окнами венчала башенка, а внизу, под утёсом, бились о камни волны, поднимая белые тучи брызг.

Этим вечером Гвендалин Мейноф, местная парикмахерша, совершала, как всегда по нечётным дням, пробежку, чтобы сохранять форму, и была целиком поглощена своими мыслями и звучащей в наушниках симфонической музыкой.

Уже более получаса как зашло солнце, но небо ещё светлело, словно для того, чтобы кто – то смог увидеть самые последние события уходящего дня. Воздух был чистый, прозрачный, на небе ни облачка.

Гвендалин слишком увлеклась музыкой и потому не обратила внимания на что – то странное, лежащее на песке. Пробежав по всему пляжу к высокому утёсу и прикоснувшись к скале, от которой обычно отправлялась обратно, в город, Гвендалин всё же остановилась и, нахмурившись, приподняла наушники.

– А это ещё что такое? – удивилась она. – Кит, что ли, выбросившийся на берег?

Девушка подошла ближе, выключила плеер и с удивлением обнаружила лежащего на песке человека – руки и ноги раскинуты в стороны, будто отдыхает после долгого плавания, хотя нет – скорее всё же походит на труп, вынесенный на берег приливом.

Гвендалин посмотрела в море, надеясь найти там лодку и людей, но увидела лишь ровную, быстро темневшую линию горизонта.

Килморская бухта спокойно ожидала наступления ночи. Люди, собиравшиеся вечером в траттории, уже разошлись по домам, там и тут в окнах зажигались огни. Вот – вот загорятся и немногие фонари на набережной. Гвендалин постояла немного и наконец решилась подойти ближе, но не спешила, будто желая потянуть время.

А потом произошли сразу два события: на другом конце гавани зажёгся маяк Леонардо Минаксо. Он включился с глухим звуком, какой издают иногда старинные фотоаппараты, и окутался ореолом яркого света. И почти тотчас закашлял человек, лежавший на песке.

– Значит, не мёртв… – прошептала парикмахерша, машинально опустив наушники на плечи.

Взглянув на маяк, она направилась к человеку. Он опять покашлял и как – то странно задвигался, словно пытался грести.

– Вы хорошо себя чувствуете? – спросила Гвендалин, подойдя совсем близко.

Мокрый, облепленный водорослями, с бледной кожей, он слегка шевелил ногами, будто плыл.

– Простите! – снова заговорила Гвендалин, присев возле него. – Господин, вы меня слышите?

Человек перестал двигаться и, снова покашляв, повернулся. Тут Гвендалин поняла, что уже видела его где – то. Глаза, правда, закрыты, но она помнит этот длинный шрам на шее, который начинался возле уха и уходил под рубашку.

– Вам нужна помощь? – снова спросила Гвендалин, тронув его за плечо.

Человек слабо кивнул и жалобно простонал:

– Думаю… да… нужна…

– Можете подняться? Давайте, помогу вам… – Гвендалин постаралась приподнять его, потянув за мокрую одежду.

Человек не возражал и послушно, по – прежнему не открывая глаз, с большим трудом встал на ноги.

– Идёмте туда… – сказала Гвендалин, указывая в сторону города.

– Хорошо… – пробормотал Манфред, шатаясь и всеми силами стараясь не упасть.

Он повернулся и, желая понять, кто помог ему, открыл наконец глаза, но тотчас закрыл.

«Сирена… – подумал он. – Меня спасла сирена!»

Глава 2

Попал в переплёт

Как только автомобиль отца скрылся за поворотом, оставив детей возле школы, JL V. Джейсон обернулся к сестре:

– Я пошёл. Прикрой меня.

– И не подумаю! – заявила Джулия. – Это же глупо!

Мальчик нетерпеливо огляделся и пояснил:

– Я быстро. Самое большее пятнадцать минут!

– Джейсон… – Джулия вздохнула. – Не получится за пятнадцать минут. Маяк за городом. Далеко. Пешком идти долго.

– Но только туда. Вернусь на велосипеде, – объяснил он. – Мне необходимо забрать его. Сейчас.

– Ты прекрасно можешь сделать это и после школы!

Джейсон покачал головой, и две крохотные белые пушинки, необъяснимым образом выжившие после душа, слетели с его волос. Тёмные пятна от смолы и царапины на животе свидетельствовали о пережитых в последние дни приключениях.

Джулия опять попыталась разубедить брата. Она указала ему на открытые ворота школы и на ступени, которые, словно ряд зубов, поднимались ко входной двери, а потом и на медный колокольчик, который зазвенит через несколько минут, призывая на урок.

– А что я скажу госпоже Стелле?

– Придумай что – нибудь! – попросил Джейсон. – После всего, что произошло в эти дни, не станешь ведь ты уверять, будто боишься учительницы! Мне нужно только…

– Что нужно? – спросила Джулия, намереваясь озадачить брата.

Она уже давно научилась угадывать, когда в его голове появляются странные мысли, и сейчас прекрасно понимала, что Джейсон задумал отправиться к Леонардо Минаксо вовсе не за ненавистным велосипедом. Ведь велосипед этот, который одолжил ему господин Боуэн, женский – розового цвета, и руль у него в форме бабочки.

Но как Джулия ни старалась понять замысел Джейсона, так и не сумела.

Он смотрел на неё ясными и умоляющими глазами.

– Джулия… Помоги!

– Объясни только, почему нельзя сделать это после школы.

Мальчик вздохнул. Потом, загибая один за другим пальцы на руке, объяснил:

– Во – первых, за нами приедет папа. Во – вторых, он отвезёт нас домой. В – третьих, папа и мама начнут расспрашивать. И в – четвёртых, они будут следить за нами. Ну посуди сама, сможем ли мы в таком случае сделать всё, что задумали?

Джулия закусила губу. Недавно присвоенное ребятам звание рыцарей Килморской бухты накладывало на них немалую ответственность.

– Когда мама и папа кружат по дому, это может оказаться весьма непросто… – согласилась она.

– И ты забываешь ещё про этого перевозчика, который приехал из Лондона…

– Несколько дней придётся держаться подальше от Двери времени.

Джейсон возмутился:

– Э, нет! Вот уж точно нет! Мы не можем позволить себе такое. Тем более теперь, когда знаем про Первый ключ.

– Но если мы хотя бы только подойдём к этой двери, мама сразу же заметит!

– Придётся рисковать. И действовать, Джулия, нужно немедленно.

– Что ты хочешь сказать?

– Что иду к Леонардо Минаксо. – Джейсон достал из кармана старую обгорелую фотографию и указал на смотрителя маяка. – И прямо спрошу его, правда ли, что он – Улисс Мур.

Джулия с тревогой взглянула на школу и медный колокольчик.

– И ты всерьёз думаешь, будто он ответит тебе? Так и скажет: «Да, я – Улисс Мур»?

Джейсон вспомнил, что произошло накануне, когда Леонардо взялся за руль «Метис» и пересёк Море времени, ведя судно сквозь бурю, как настоящий капитан.

– Капитан никогда не лжёт своему экипажу, – ответил мальчик. – Он может сказать не всю правду, но никогда не лжёт.

Брат и сестра посмотрели друг на друга, и наконец Джулия сдалась.

– Пятнадцать минут. Договорились?

Джейсон кивнул и, резко повернувшись, помчался со всех ног по дороге к морю.

Джулия подождала, пока он исчезнет вдали, и приготовилась к встрече с госпожой Стеллой.

Только девочка поднялась по лестнице, как зазвенел медный колокольчик.

С рюкзаком за плечами, Джейсон добежал до главной улицы и остановился. Прижавшись к кирпичной стене, он осторожно заглянул за угол, на набережную, где недалеко от единственной в городе гостиницы «На всех ветрах» размещались лавки с рыбой.

Убедившись, что отцовской машины поблизости нет, Джейсон успокоился и направился к маяку, но тотчас остановился.

Его нос уловил такой восхитительный запах, что устоять перед ним он не мог.

Пахло свежеиспечённым яблочным пирогом и булочками с кремом. Исходил этот необычайно соблазнительный аромат из кондитерской «Лакомка».

«А почему бы и нет?» – подумал Джейсон и несколько иначе оценил срочность своего дела.

Он пошарил в карманах и нашёл небольшую круглую монету в один фунт стерлингов.

– Есть! – воскликнул мальчик, перебежал дорогу, ещё раз убедился, что поблизости нет знакомых, и, забыв об опасении, что кто – то увидит его, вошёл в кондитерскую.

Чем только тут не пахло – пирожными, кремом, какао, ванилью, сахарной пудрой, изюмом. И это лишь самые сильные запахи, витавшие в поме щении.

Джейсон прошёл к витрине со сладостями, положил свою монету на мраморный прилавок и, не взглянув на кассиршу, заказал две большие булочки с кремом.

– Нам с сестрой, – солгал он, как бы оправдываясь, хотя и не собирался нести в класс вторую булочку.

– Ничего, что тёплые? – поинтересовалась кассирша.

– Очень хорошо. Даже замечательно.

Джейсон взял бумажный пакет и направился к выходу.

И тут у него словно оборвалось всё внутри. За стеклянной дверью у входа в кондитерскую он увидел своего отца и какого – то незнакомого человека, которого Джейсон, как ему показалось, уже где – то видел.

Мальчик круто повернулся, незаметно для кассирши прошёл мимо столиков и прошмыгнул за клетчатую штору в какой – то коридор.

В ту же минуту дверь кондитерской открылась, и вскоре Джейсон услышал, как господин Кавенант заказал два пирожных и два кофе с молоком.

С трудом сдерживая волнение, мальчик притаился за шторой.

– С вашей стороны очень любезно приехать в Килморскую бухту раньше, чем доставили мебель… – сказал отец Джейсона своему спутнику. – И мне очень жаль, что так получилось вчера, господин Гомер…

Джейсон вспомнил теперь – это тот знаменитый перевозчик, который приехал в Килморскую бухту, чтобы проследить за доставкой мебели из Лондона. Он видел его накануне вечером, в темноте, в парке виллы «Арго», когда мама задала взбучку им с сестрой.

– Дизайнер, если не возражаете, – уточнил человек.

«Знаменитый дизайнер», – поправил про себя Джейсон, подглядывая из – за шторы.

Он увидел, как отец и приезжий, расположившись за столиком, принялись просматривать какие – то бумаги с рисунками.

Пока господин Гомер старался объяснить что – то связанное с кубатурой, Джейсон спокойно съел половину булочки с кремом, поглядывая время от времени на собеседников.

«Незаметно выйти отсюда невозможно», – подумал он, осмотревшись.

В полутёмном, пыльном коридоре он обнаружил две двери. Одна, распахнутая, вела в туалет с небольшим окном, выходившим во двор. Джейсон хотел было открыть другую, но у неё не оказалось ручки.

Он наклонился, всматриваясь в полутьму, и вдруг у него мурашки побежали по коже.

– Это невероятно! – прошептал он и машинально опустил недоеденную булочку в бумажный пакет.

Дверь оказалась точно такой же, как та, что обнаружилась когда – то за шкафом на вилле «Арго». Точно такой же, как в коридоре у госпожи Бигглз, где время от времени надувало песок из египетской пустыни. Точно такой же, как в Доме с зеркалами, которая соединяла Килморскую бухту с Венецией.

Это оказалась Дверь времени.

Джейсон словно очнулся, когда услышал, как скрипнул пол и голос отца произнёс:

– Извините, сейчас вернусь.

У мальчика оставалось всего несколько секунд, чтобы спрятаться в туалете.

Он запер дверь как раз в тот момент, когда господин Кавенант постучал и спросил:

– Занято?

Джейсон в отчаянии осмотрелся и догадался, что сделать, чтобы отец не узнал его голоса. Он покашлял и пустил воду из крана в раковину.

– Ах, извините… – произнёс господин Кавенант и попробовал открыть другую дверь, потом, ожидая, пока туалет освободится, стал что – то насвистывать.

От волнения сердце выскакивало у Джейсона из груди. Нужно немедленно что – то предпринять. Но что? Он постарался взять себя в руки и сообразить. Выйти из туалета невозможно. Оставалось два решения: либо сидеть тут взаперти до конца жизни, либо попытаться выбраться в окошко.

Джейсон выбрал второе.

Он забрался на раковину и, поднявшись во весь рост, дотянулся до окна. Шум воды, лившейся из крана, заглушал все прочие звуки.

Мальчик открыл небольшое окно и прикинул, удастся ли выбраться. В прямоугольное отверстие с трудом могла протиснуться его голова, ну и рюкзак тоже, и уж точно не смог бы влезть никто покрупнее его.

И всё же Джейсон решил попробовать.

Он вытащил из ботинок шнурки, связал их, соединил один конец с оконной ручкой, другой выбросил наружу. Когда выберется, притянет створку и закроет окно.

Потом выкинул наружу рюкзак, подтянулся, просунул в окно руки, голову и оттолкнулся ногами, чтобы продвинуться дальше.

И застрял: голова и одна рука втиснулись и зажались, а другая рука и ноги болтались в воздухе.

Джейсон постарался не волноваться, повторяя мысленно, что всё получится. Глупо, конечно. Представил, что сейчас будет, если отец всё же войдёт. Он ведь потянет его за ноги…

И хотя Джейсон очень боялся, что такое действительно может произойти, всё же не мог не рассмеяться, представив себе эту картину.

И тут понял, что если выдохнет весь воздух, то сможет шевельнуть плечом и рукой. Он постарался нащупать за окном что – нибудь, за что можно было бы ухватиться, но не нашёл. Тогда попытался найти опору для ноги.

Он уже почти отчаялся, когда опора всё же нашлась и оказалась единственным спасением. Джейсон глубоко вздохнул, выпустил из лёгких весь воздух и, когда понял, что стал тоньше селёдки, со всей силы оттолкнулся…

Господин Кавенант вышел из коридора и обратился к кассирше:

– Нет ли у вас запасного ключа от туалета? Я думал, там кто – то есть, но, похоже, что – то случилось с дверью.

– Конечно, – ответила женщина, достала медный ключ и протянула ему на салфетке: – Он только от первой двери. Вторая вообще не открыва ется.

Отец Джейсона вернулся в коридор и, вставив ключ в замочную скважину, услышал, как ключ, который был вставлен с внутренней стороны, упал на пол.

– Можно? – спросил господин Кавенант ещё раз.

А затем открыл дверь.

Как он и думал, в туалете никого не оказалось.

Он завернул кран и в растерянности осмотрелся. Шкафчик с туалетной бумагой почему – то висел на стене только на одном гвозде, а на полу валялся бумажный пакет, и в нём лежали полторы булочки с кремом.

«Чёрт возьми, как жаль!» – подумал Джейсон за окном, ища этот самый пакет.

Мальчик оказался в мощённом булыжником дворе, который пересекали две дорожки, образуя букву «Х». Во двор выходили двери двух подвалов и спускалась крутая служебная лестница, в центре росло чахлое деревцо, между камнями пробивалась выгоревшая на солнце трава.

Джейсон прошёл вдоль стены, соображая, куда мог подеваться его рюкзак.

– Не это ли ты ищешь? – услышал он голос со стороны лестницы.

Мальчик увидел свой рюкзак в руках человека, лицо которого скрывала тень.

– О да, большое спасибо… – ответил он, немного встревожившись. – Можно я возьму его?

– Это школьный рюкзак, не так ли? – продолжал человек.

На этот раз его голос показался Джейсону знакомым, но мальчик не мог вспомнить, где и когда слышал его.

– Ну, в общем… да, – признал он.

– И почему же ты не в школе?

– А, сегодня… Мой класс отправился на экскурсию. А мне не захотелось идти.

– Интересно…

Джейсон увидел, как что – то блеснуло: очевидно, человек на лестнице посмотрел на часы.

– Экскурсия… И куда же?

– Можно я заберу свой рюкзак? – нетерпеливо спросил Джейсон.

– Конечно, – ответил человек, выходя наконец из тени.

– О, чёрт возьми! – не сдержавшись, произнёс Джейсон.

Перед ним стоял директор школы.

Глава 3

Мебель везут из Лондона

На застеклённой веранде вилы «Арго» находились две женщины – бронзовая рыбачка, чинившая свои сети, и госпожа Кавенант, наконец – то совершенно спокойная.

Её муж повёз детей в школу, и госпожа Кавенант, вымыв посуду после завтрака и оставшись одна, раздумывала теперь, что делать дальше.

Прежде всего она распахнула все окна первого этажа, чтобы проветрить дом, потом поднялась в спальни и убрала постели. Войдя в башенку, навела порядок и там – сложила тетради и переставила модели судов, ведь ребята всё разбросали – и полюбовалась захватывающей дух панорамой из окна. Бескрайнее море, покрытое барашками, сияло и слепило.

Госпожа Кавенант оторвалась от этой чудесной картины, только когда заметила садовника, который шёл по парку, припадая на одну ногу.

– Ну что же, надо действовать, – сказала она себе, спустилась на первый этаж и принялась рассматривать множество разных вещиц и предметов, заполнявших виллу «Арго»: деревянные маски, статуэтки животных, причудливых форм вазы, канделябры, какие – то коробки и коробочки, раковины, сосуды для благовоний, разного рода безделушки для мебели.

Конечно, решила она, почти всё это нужно выбросить, потом следует свернуть ковры и почистить их, снять гардины и дать наконец всем комнатам вздохнуть.

Но госпожа Кавенант никак не могла решить, с чего начать. Этот дом, хоть и переполненный разными вещами, выглядел удивительно красивым и гармоничным, и казалось, здесь просто невозможно переставить что – нибудь даже с места на место.

Следовало либо всё выбросить, либо ничего не трогать. И всё же совершенно необходимо как – то расправиться с этой уймой вещей.

Господин Кавенант и дизайнер Гомер ожидали прибытия фургона с их лондонской мебелью. И госпоже Кавенант следовало срочно решить, что и куда поставить в этом доме, какие вещи выбросить, какие отправить в гараж, придумать также, куда поставить более дорогую мебель.

– Хотя здесь так много места, я всё равно в затруднении, – ещё раньше жаловалась она мужу.

И в самом деле. Куда поставить, например, чёрный кожаный диван? В гостиную на место жёлтого? Но на стене висит картина такого же жёлтого цвета, и она совершенно не будет сочетаться с чёрным диваном.

Если же снять картину, то придётся убрать и ковёр. И так без конца… Пока не окажется, что убирать нужно всё. Казалось, каждая вещь на вилле «Арго» помещена сюда для того, чтобы никто никогда никуда не перемещал её.

– Но я должна всё переставить! – воскликнула госпожа Кавенант, выходя на веранду. У двери, открытой в сад, она с наслаждением вдохнула морской воздух, который заставил её на мгновение забыть про всю эту мебель.

Прядка непослушных волос соскользнула со лба и пощекотала нос. Дунув на прядку, она откинула её назад и снова осмотрелась.

– Что же делать? – обратилась она к бронзовой рыбачке, которая спокойно смотрела на мир, как человек, не знающий никаких проблем.

Скрип гальки заставил госпожу Кавенант обернуться.

– Здравствуйте! – приветствовал её Нестор, стоя у ясеня.

– Здравствуйте.

– Начали генеральную уборку?

– Что – то вроде.

– Ну – ну… – едва ли не с насмешкой произнёс садовник, и это насторожило госпожу Кавенант.

Ещё вчера вечером, когда она обнаружила, что её дети с ног до головы вымазаны в саже, ей хотелось серьёзно побеседовать с ним.

– Я как раз хотела поговорить с вами… – начала она.

Нестор сразу же занял оборонительную позицию, ответив:

– Я ничего не знаю о том, что они натворили. И сразу же сказал вам об этом, помните? В мою обязанность не входит присматривать за ребятами. Если у вас есть какие – нибудь замечания относительно деревьев, цветов, парка, я весь внимание.

Госпожа Кавенант улыбнулась.

– Вы читаете мои мысли. Скажите мне только одно: Джейсон и Джулия ещё не свели вас с ума?

– Нет.

– Слава богу…

– Я, правда, не знаю, может, они что – нибудь и сломали в доме, потому что, как я уже сказал, не присматривал за ними.

Госпожа Кавенант вздохнула:

– Кажется, ничего не испортили. Вот только в библиотеке ужасный беспорядок, и кое – какая мебель передвинута.

– Они обследовали своё новое царство.

– Зная Джейсона, могу предположить, что они сочинили по меньшей мере три сотни историй, связанных с каждой из этих вещей. А между тем это настоящая проблема.

– Истории?

– Нет. Вещи. Просто не знаю, с чего начать. Вскоре приедет фургон с мебелью, и… если ничего не сделать, её придётся выгрузить прямо здесь, в парке…

– Отличная идея, – заметил Нестор. – А лучше продайте её. Знаете, раз в месяц в городе устраивается распродажа старых вещей. Ну, а если что – то останется у вас, то я не отказался бы от небольшого кресла для моего домика.

Госпожу Кавенант потрясла такая дерзость, тем не менее она ответила спокойно:

– Совет отправиться на рынок неплох. Попробую продать там всё это барахло, которым дом забит по самую крышу.

После чего, извинившись, удалилась.

Нестор отряхнул зелёные вельветовые брюки и, хромая, поспешил в свой домик. Там он отыскал на столе, заваленном разными вещами, чёрный пластмассовый телефон, нашёл нужный номер и торопливо набрал его.

Леонардо Минаксо ответил после пятого гудка.

– Это я, – произнёс Нестор.

– Привет, старик. Что происходит? Мы столько лет не разговаривали с тобой, а теперь походим на голубков.

– Собирается выбросить мебель.

– Стоп, стоп! Кто собирается выбросить мебель?

– Госпожа Кавенант. Приехал дизайнер из компании «Гомер & Гомер». Я истратил уйму денег, чтобы перевозчики как можно дольше не приезжали. Но, по – видимому, этого оказалось недостаточно.

– Ты истратил уйму денег, чтобы они как можно дольше не приезжали сюда?

– Совершенно верно.

– Ты с ума сошёл…

– Можешь называть это как угодно, только госпожа и господин Кавенант ждут сегодня фургон с мебелью.

– И что дальше?

– Нужно было бы… – Садовник замолчал, и Минаксо терпеливо ожидал его ответа. – Нужно было бы как – то помешать ему приехать сюда.

Леонардо Минаксо вздохнул.

– Объясни толком. Ты хочешь сказать, что это должен сделать я?

– Ну да.

– Как будто мы с тобой по – прежнему добрые друзья?

– Мы никогда не были плохими врагами.

– Это зависит от точки зрения.

– Мы уже говорили об этом. Сейчас речь идёт о том, чтобы не погибали люди.

– Не начинай.

– Или о том, чтобы спасти жизнь человеку, которого укусила акула.

– Я уже высказал тебе всю мою признательность.

– А у меня уже сломана нога.

– Если будешь продолжать в таком духе, рискуешь потерять мою помощь.

– Это значит, ты мог бы оказать её?

– Это зависит…

– От чего?

– Ребята мне понравились, – сказал Леонардо, переводя разговор на другое.

– Мы говорили не о них.

– Но следовало бы поговорить, тебе не кажется?