Аппалинария и крылья
- -
- 100%
- +
Игорек шел рядом и, поглядывая на нее, слегка улыбался. Он не был пьян.
«Наверное, за рулем…», – предположила Полина. Они подошли к дому, и Игорек открыл дверь, пропуская ее вперед.
«Вежливый», – усмехнулась она про себя. « – А в самом деле… Симпатичный парень, чего бы не попробовать? Клин клином…» – и, обернувшись, улыбнулась ему.
– Четвертый этаж, лифта нет. Не смущает?
– Я трудностей не боюсь … – ответил Игорек, пристально глядя ей в глаза.
В тот день Полина так и не решилась присоединиться к шумной Альбининой компании, но Игорек показался ей милым. Парень был сдержанный, спокойный и когда он, собираясь уходить, спросил разрешения «позванивать», Полина, не раздумывая, продиктовала ему свой номер. Закрывая за ним дверь, она мысленно уговаривала себя: « Может, это и, правда, шанс забыть…».
Но оставшись одна в пустой квартире и бесцельно бродя по ней, Полина опять со всей остротой почувствовала бесконечный ужас своего одиночества. Она ходила из комнаты в комнату, касалась знакомых предметов, машинально передвигала что-то с места на место, подходила к окну, отдергивала шторы и смотрела на яркую зелень во дворе.
«Вот я приехала, я свободна, и что? Где моя жизнь? Что моя жизнь без него? Наверное, надо куда-то пойти, что-то начать делать. Надо научиться жить отдельно от него, не вспоминая о нем. Знать бы как…»
Неожиданно раздался звонок в дверь. Полина вздрогнула и, очнувшись, пошла открывать. На лестничной площадке стояла соседка из квартиры напротив.
«Кажется, Наташа…» – вспомнила Полина и, поздоровавшись, вопросительно посмотрела на нее.
– Полиночка, вы приехали, я смотрю. Вы такая взрослая стали, такая красивая… Ой, извините, я, собственно, ключики отдать. Ваш муж мне их оставил, просил за квартиркой присматривать. Я там убиралась… чтоб чистенько… цветочки поливала, – быстро затараторила соседка.
«А ведь правда, цветы не завяли…» – рассеяно подумала Полина, а вслух спросила:
– Я вам денег должна? Сколько?
– Нет, нет, что вы. Он все оплатил, – замахала руками соседка. – Вот ключики…
Полина взяла у нее ключи, подержала в руках и сказала, возвращая:
– Знаете, Наташа, пусть они у вас останутся. Мало ли что. Вдруг я свои потеряю или опять уеду надолго…
– Да? – обрадовалась соседка. – Конечно. Если соберетесь, вы только скажите… Я с удовольствием … Лишние денежки никогда не помешают.
Распрощавшись со словоохотливой собеседницей, Полина задумалась:
«А ведь правда, надо чем-то заняться, работу найти какую-нибудь или поступить в институт, что ли? Отвлечься. А иначе я точно сойду с ума».
На следующий день позвонил Игорек. Поговорили о погоде, потом Полина спросила, как повеселились вчера.
– Да никак, – ответил он сдержанно. – Все и так уже были веселые. Просто спать пошли. Ты ничего не потеряла.
– Ну хорошо, а то я боялась, что Альбина на меня обидится, – сказала Полина и удивилась: « Зачем я вру? Мне нет дела до Альбининых обид».
Они еще о чем-то недолго поболтали и распрощались.
«Не получается», – без сожаления решила Полина. – «Он больше не позвонит».
Но он позвонил и на следующий день, потом еще. Разговаривали уже подолгу, о всякой всячине. Игорек был хорошим собеседником, рассказывал веселые истории, слушая, Полина смеялась и ловила себя на мысли, что общаться с ним легко и даже приятно. Думать о Вадиме она себе запретила и изо всех сил старалась не прислушиваться к своему с болью бьющемуся сердцу. У нее уже не было иллюзий по поводу присутствия в ее жизни Игорька, но общение с ним не тяготило, и за одно это она была ему признательна. Полина рассчитывала, что телефонная история затянется надолго, но после недели задушевных бесед Игорек предложил увидеться.
– Сходим куда-нибудь. Можем в кино, можем просто погулять, кофе попьем.
Полина, не думая, согласилась. Они встретились, прошлись по парку, заглянули в небольшое кафе, где им сварили не самый плохой кофе и, выйдя на улицу, договорились о следующей встрече. При расставании Игорек аккуратно поцеловал Полину в щеку и сказал, что будет по ней скучать. Она ничего не ответила, только улыбнулась, и он долго смотрел ей в след, может быть в надежде, что она обернется и позовет его к себе, но Полине это было не нужно. Она бегом поднялась на четвертый этаж и, закрыв дверь, с досадой поморщилась:
«И зачем мне эта история? Что бы отвлечься? А мальчик, может, всерьез скучать будет … Надо бы поискать какой-нибудь другой способ, чтобы занять голову. Сердце все равно опустело».
Несколько раз в гости наведывалась Альбина. При всей своей болтливости и дурашливости она была неплохой подругой. В школе они близко сошлись в последнем выпускном классе, и она знала про Вадима. Часто глядя на Полину она с неподдельной завистью говорила:
– Везет тебе. Такой парень красивый… И почему в меня никто не влюбится? Я же тоже ничего, симпатичная. Я бы его так любила, так любила…
Придя в гости к Полине на следующий день после несостоявшегося веселья, Альбина игриво спросила:
– Где твой Вадик? Куда-то ты после школы так категорично исчезла. Ни звоночка, ни весточки… – но увидев, как Полина отвернулась, передернув плечами, и торопливо задвигала пустыми чашками, словно искала что-то, Альбина испугалась и затараторила:
– Прикинь, а я в институт поступила. Учиться так себе, неинтересно, но там столько ребят прикольных. Я с Саньком там познакомилась.
Полина оценила деликатность подруги и согласилась, что, может, и неплохо было бы окунуться в гущу молодежного общения, завести кучу новых друзей и отношений. Но поступать в этом году было уже поздно, поэтому, провожая Альбину, между прочем, вскользь, спросила ее о работе в институте:
– Что-нибудь легонькое. Лаборантом может. С частичной занятостью. Если что будет, позови.
Альбина позвонила уже на следующий день.
– Слушай, у нас в библиотеке висит объявление. На абонемент требуется человек. Короче, если хочешь – пиши телефон.
Полина записала, поблагодарила, потом все-таки спросила:
– А что значит «на абонемент»?
– Ну это – учебники там, книжки всякие.... Студенты приходят, а ты принимаешь у них или выдаешь… Короче, позвони, тебе там все объяснят, – торопливо посоветовала Альбина. – Все, давай, чмоки-чмоки…
Полина посмотрела на записанный номер телефона:
«А что, неплохо. Несколько часов в день повращаться в студенческом социуме – это ли не способ отвлечься и забыть. Ну хотя бы попробовать забыть, на время…»
Она позвонила. Ее пригласили на собеседование. Там она познакомилась с интеллигентной, вкрадчивой Людмилой Витальевной – и явно ей сразу понравилась.
– Вы точно не будите поступать в наш институт, милочка? А то у нас такая текучка! Проваливаются на вступительных экзаменах, приходят к нам работать, на следующий год уже поступают и от нас увольняются. Все девочки, безусловно, милые, старательные, но хотелось бы немножко стабильности внести. Конечно, институтская библиотека не самое престижное место работы, но любое дело требует к себе серьезного отношения. Статус и авторитет важны в любом начинании! Жаль, что у вас нет библиотечного образования, но если вы у нас задержитесь, мы что-нибудь придумаем. Какие-нибудь госкурсы. Много знаний они вам не дадут, но «корочкой» обзаведетесь, а это, поверьте, на многое влияет.
Пройдя все необходимые процедуры оформления, Полина вышла на работу и, придя в первый день в ужас от переизбытка общения, затем привыкла и даже ждала, когда можно будет уйти из дома и погрузиться в водоворот чужих эмоций и переживаний.
Очень часто, выйдя из дверей института, она видела на ближайшей лавочке дожидающегося ее Игорька. Он обнимал, целовал в щеку, и они шли куда-нибудь, болтали, смеялись, а у Полины на сердце скребли кошки.
«Зачем я парню голову морочу? Не дай бог влюбится по-настоящему…»
Снова выручила говорливая Альбина. Очередной раз, забежав «на минуточку» и просидев хороших два часа, она, между прочим, заговорила про Игорька.
– Я тут вас вдвоем видела. Вы как? Плотно общаетесь? Ну там… – спросила она, выразительно тараща глаза. – Или он все еще «мягко стелет»? Он же мелкий… У него этот, как его? Ну, француз такой еще был…
– Комплекс Наполеона, – подсказала Полина.
– Во-во … Он связями добирает, девочек коллекционирует. Обхаживает, в душу залезает, незаменимым таким становится, нежным, ласковым, а потом переспит и бросает, – болтала она.
Но вдруг запнувшись, посмотрела на Полину и быстро пошла на попятную.
– Нет, ну мало ли, если у вас серьезно… Может, он перевоспитался. Может, влюбился, я же не знаю… Ты такая… Красивая, умная.
Полина рассмеялась и предложила выпить «по рюмочке» вишневого ликера с ананасовым соком. Девушки энергично чокнулись, Альбина крикнула «За Игорька!», проглотила ароматную жидкость и, посмотрев на часы, ахнула, вскочила и засобиралась.
Полина закрыла за ней двери и вдруг, вспомнив пристальный, в упор, взгляд Игорька в первый день знакомства, когда он помогал отнести наверх сумку, облегченно улыбнулась.
«Да нет, все правильно. План тогда еще созрел, а теперь скрупулезно реализуется…»
Она не испытывала к нему никаких чувств. Он просто был. Сам звонил, сам звал, назначал свидания или приходил без предупреждения. Но и не лез к ней с лишними ласками и ухаживаниями, хотя и «поцелуи в щечку» давались Полине нелегко. Каждый раз она изо всех сил держала себя в руках, чтобы не оттолкнуть его. И если бы вдруг Игорек перестал звонить и появляться, это был бы наилучший выход из всей этой затянувшейся ситуации. Несколько раз он не слишком настойчиво приглашал ее к себе домой, но Полина отнекивалась, переводя все в шутку. Она надеялась, что ему наскучат наконец бесцельные гуляния по кинотеатрам, кафешкам и паркам. Но теперь, узнав от Альбины о своеобразном хобби парня, Полина с сожалением поняла, что кульминация истории еще впереди.
Время текло муторно и тягуче. Полина старалась не вникать в происходящее и не анализировать череду совершаемых за день дел. Просто ходила на работу в институт, встречалась с Игорьком, заглядывала в гости к Альбине или принимала ее у себя.
Самое тяжелое для нее было – заходить в пугающую своей тишиной квартиру, где не получалось ощущать себя свободной от мыслей и воспоминаний о Вадиме. Проходя по пустым комнатам, словно в поисках чего-то, она почти физически чувствовала, что жизнь остановилась, потеряла смысл, перестала быть реальной. В сердце была кромешная темнота, в сердце было пусто, сердца не было вообще. Ее самой – не было.
Не один раз Полина с тоской смотрела на телефон, словно ждала, что он вот-вот зазвонит. Иногда, беря трубку в руки, она начинала уже набирать заветный номер, но бесконечные сомнения и страхи, возникая, теснились в голове.
«А с чего я решила, что он ждет моего звонка? Почему я думаю, что все еще нужна ему? Мы единое целое? А может быть все проще: «уходя – уходи!»
Полина плакала, понимая, что сама разбила это единение, своим безумным поступком разрушила все то, ради чего, как ей теперь казалось, стоило жить.
ПЯТНАДЦАТЬ
Была суббота. Игорек позвонил утром и предложил сходить в ближайший ТРК.
– Там какая-то движуха сегодня намечается, – смеялся он в трубку. – Музыка, конкурсы, лотерея. Прикинь – машину выиграем! Хочешь машину? Я тебе подарю.
« У меня уже есть машина», – подумала Полина, но быстро сказала: – Подари.
Подходя к ТРК в намеченный час, Полина, издали увидев Игорька, помахала ему рукой. Он тоже заметил ее и торопливо пошел навстречу. Полине вдруг пришло в голову, что он, конечно, невысокого роста, но это его не портит.
«Чего комплексует, дурашка? Или ботиночки на очень толстой подошве?»
И, не удержавшись, она рассмеялась своим мыслям. Подошедший в этот момент Игорек, решив, что Полина так сильно рада ему, размашисто обнял ее и попытался поцеловать в губы. Полина, увернулась от ненужных ласк и, обернувшись, чтобы отшутиться, в ужасе замерла.
Мертвый Игорек сидел в кресле, наискосок пристегнутый ремнями. Руки его судорожно стиснули подлокотники, голова безвольно свисала на бок, и с уголка приоткрытого рта на светлый свитер стекала тонкая струйка крови. Из его груди торчал толстенный металлический прут, намертво пригвоздивший его к спинке кресла. И над всем этим в воздухе, плавно покачиваясь, мерцало число пятнадцать.
Полине казалось, что время остановилось, и эта ужасная смерть стоит у нее перед глазами уже годы, если не десятилетия, и она ничего не может сделать, чтобы прервать жуткую демонстрацию чужой участи.
Но тут она увидела раздосадованное лицо живого Игорька, услышала громкую музыку, доносящуюся с недавно сооруженной сцены, и очнулась.
– Пошли уже, чего ты встала, как вкопанная? – тормошил ее расстроенный парень.
– Подожди, я ногу, кажется, подвернула, – сказала Полина, наклоняясь и растирая лодыжку.
Она тянула время, чтоб опомниться, попробовать понять, что это было. Но неожиданно разозлилась на саму себя.
«Дура впечатлительная! Миражи, глюк в программе… Забыла немедленно!!!»
И улыбнувшись Игорьку, выпрямилась.
– Да нет, обошлось.
Потом кокетливо добавила:
– И больше не кидайся на меня так. Я девушка скромная, меня это шокирует.
Игорек проникновенно улыбнулся, и они пошли к немногочисленной толпе, теснившейся около сцены.
Не в силах сразу выбросить из головы мысли о страшном видении, Полина исподволь тревожно поглядывала на Игорька и растеряно озиралась по сторонам в надежде увидеть какой-нибудь знак, который помог бы ей как-то объяснить привидевшееся. Но яркое осеннее солнце, громкая музыка и веселые улыбающиеся лица вокруг постепенно отвлекли ее внимание и отодвинули гнетущее предчувствие чего-то страшного и необъяснимого.
Энергичный парень на сцене бегал от одного ее края к другому, стараясь расшевелить зрителей, задавал какие-то смешные вопросы и с азартом бросался к каждому, кто хоть что-то говорил в ответ.
– Чем заканчиваются день и ночь? Ну же, господа, кто в курсе? У кого какие версии?
– Закатом и рассветом,– послышалось из толпы.
– Красиво! А еще предположения есть? – вопросительно посмотрел ведущий по сторонам.
– Мягким знаком, – крикнула Полина.
– Совершенно верно! – заорал обрадованный парень. – А на следующий вопрос… Пожалуйста, кто ответит? Под каким кустом сидит заяц во время дождя?
Чуть впереди Полины стояла девочка лет десяти. Ветер весело играл с ее темными кудряшками, выбившимися из-под большой красивой заколки. Она периодически убирала с глаз непослушные завитки, заправляя их за уши, и сосредоточено смотрела на ведущего, слегка морща лоб. Полина улыбнулась и, наклонившись к ней, шепнула:
– Под мокрым.
Девочка с удивлением посмотрела на нее, потом заулыбалась и закричала:
– Под мокрым он сидит.
Ведущий пришел в восторг и потребовал у публики аплодисментов для смышленого ребенка.
Полина веселилась, смеялась, подпрыгивала, отвечая на вопросы потешной викторины. Еще несколько раз она подсказала маленькой соседке и та, тоже почувствовав вкус игры, радостно подскакивала и, размахивая руками, выкрикивала правильный ответ.
– Как сорвать ветку, не спугнув птицу, которая на ней сидит? – спросил ведущий, уже глядя прямо на Полину.
Полина толкнула в бок Игорька, тот смутился и забормотал:
– Откуда я знаю. Поймать ее, может быть, сначала…
– Подождать, пока птица улетит, – смеясь, выкрикнула Полина. – Только ветки ломать не стоит. Природу беречь надо! – добавила она.
– Абсолютно с вами согласен! И последний вопрос: вы сидите в самолете, перед вами лошадь, позади вас автомобиль. Где вы находитесь?
– В вытрезвителе или в психушке, – пробасил кто в центре. Зрители засмеялись.
– Ну это, мне кажется, слишком драматично. Еще варианты, пожалуйста, – пригласил ведущий, поглядывая в сторону Полины. Девочка тоже повернулась к ней и спросила:
– Где?
– Ну, подумай хорошенько. Ты – на лошади, я – в автомобиле, а он – в самолете. Вон там, что крутится? – кивнула Полина в сторону аттракционов.
Девочка посмотрела вдаль и неуверенно сказала:
– Карусель крутится.
– Ну?.. – сделала загадочное лицо Полина.
Девочка обрадованно взвизгнула и, подпрыгнув на месте, громко закричала:
– Карусель! Я знаю. Я на карусели катаюсь.
– Браво! Ваши аплодисменты юной эрудитке! Прошу на сцену! – весело пригласил ее ведущий, искоса поглядывая на Полину.
Она тоже радостно хлопала в ладоши и подбадривала засмущавшуюся девчушку:
– Иди, иди. Ты молодец!
Девочка повернулась к ней и потянулась вверх, встав на цыпочки, явно желая сказать что-то по секрету. Полина наклонилась, и малышка шепнула ей на ухо:
– А он – в самолете…
– Что?! – изумленно спросила Полина.
– Спасибо. Спасибо вам большое, – еще раз повторила счастливая девочка и побежала к ведущему, который, дожидаясь ее, уже держал в руках какой-то нарядный сувенир.
Полина повернулась к Игорьку.
– Ты куда-нибудь летишь в ближайшее время? – без обиняков задала она вопрос.
– Ну да, завтра. У меня командировка в Екатеринбург. А как ты узнала? – немного опешив, спросил он.
– Так как-то, про самолеты заговорили… – небрежно ответила Полина.
– Ну ты умная! И на вопросы все… – начал было Игорек, но она перебила его.
– Ой, перестань. Этим вопросам сто лет в обед. А не лететь ты не можешь или перенести? – спросила она серьезно.
– А ты что, боишься очень соскучиться без меня? – хитро улыбнулся Игорек.
Полина поняла, какие фантазии сейчас разыграются в его голове, и быстро поменяла тему разговора.
– Слушай, я так проголодалась! Умственное напряжение столько калорий сжигает. Пойдем, там ресторанный дворик есть, перекусим чем-нибудь, – и она, схватив его за рукав, потащила за собой внутрь большого стеклянного здания.
Массовое скопление народа в галереях комплекса встретило их беспорядочным броуновским движением. Отовсюду гремела музыка. Раздавая рекламные листочки и проспекты, шли навстречу и обгоняли раскрашенные и в костюмах животных промоутеры. Было нескончаемо шумно и суматошно. Игорек вдруг потянул Полину куда-то в сторону, и она, не спрашивая, пошла за ним. Рядом со входом в зоомагазин вокруг яркого рыжеволосого клоуна стояло несколько человек. В одной руке клоун держал прозрачную мисочку с разноцветными бумажками, на другой у него сидел большой красивый попугай.
– «Ой, глянь, какие попугайчики! Ой, не могу, щас закричу…» – заверещала Полина тоненько.
– Ты чего, там же только один… – одернул ее Игорек.
Но тут Полину выручил клоун. Продолжив в той же тональности, он подхватил, чуть переиначив слова известной песни и указывая своему попугаю на Полину, подмигнул ей:
– «А это кто ж в короткой маечке? Я вот такую же хочу!»
Получилось двусмысленно, но мило. Люди, стоявшие рядом, засмеялись, кто-то даже зааплодировал.
Полина тоже засмеялась и протянула к нарядной птице руку, чтобы коснуться оперения. И вдруг попугай, склонив голову на бок, вытянул вперед правую лапку и схватил ее за указательный палец. Полина испуганно ойкнула, но руку не отдернула. Попугай наклонил голову теперь уже в другую сторону и четко сказал:
– Здравствуй, родная.
Все кругом опять засмеялись, а у Полины похолодело сердце. Старательно улыбнувшись, она спросила клоуна:
– А что он еще умеет?
– Он вам только что предсказал скорую встречу с очень близким и родным человеком, – серьезно глядя на нее, сказал клоун.
Потом, весело оглядывая скопившихся вокруг людей, рекламно оповестил:
– Желающим Кокоша за десять рублей может предсказать судьбу, – и призывно встряхнул миской, в которой загадочно зашелестели яркие бумажки с предсказаниями.
Полина полезла в карман за деньгами, но Игорек, снисходительно усмехнувшись и слегка отстранив ее, протянул клоуну две десятирублевки.
– Вот, ей и мне…
Клоун вежливо взял деньги, показал их попугаю и вкрадчиво сказал:
– Кокоша, поступил платеж, пора работать. Кому сначала предскажешь?
Кокоша скосил глаз на Полину и опустил клюв в миску. Он на удивление долго рылся в ней и, наконец, вытащил, чуть ли не с самого дна, переливающуюся из золота в багрянец запечатанную записку. Полина осторожно взяла ее, но открывать не стала. Игорьку птица бумажку вытащила сразу. Он распечатал, прочитал, хмыкнул и убрал в карман.
– Спасибо, птичка! – Полина помахала рукой попугаю, потом улыбнулась клоуну, но тому уже некогда было прощаться: со всех сторон к нему потянулись руки с деньгами.
Полина догнала ушедшего чуть вперед Игорька, и они, пройдясь еще немного по шумным галереям, зашли в почему-то полупустую кондитерскую, взяли кофе и присели за столик у дверей.
– Ну, что тебе вытащил? – спросил Игорек.
– А что у тебя?
Парень пожал плечами и протянул ей бумажку. Витиеватыми буквами там было написано: «Лучше бы тебе поменять».
– Чушь какая-то, – с досадой хмыкнул парень.
– Игорек, нет, не чушь, – горячо заговорила Полина. – Это про твой билет на самолет. Про завтрашний вылет. Тебе завтра лететь нельзя! Тебе надо билет поменять!
– Да ладно, перестань. Я же не кататься еду, это же по работе. У меня и документы на руках. В бухгалтерии все оформили, провели… Знаешь, я тут подумал… Может, пойдем уже ко мне. Посидим в тишине, спокойно, вдвоем… – он ласково коснулся ее рук и нежно заглянул в глаза.
Полина немножко помедлила с ответом, прикидывая, как тактичнее отказаться. Он, видимо, это понял и сказал настойчиво:
– Знаешь, у меня сегодня день рождения. Именинника нельзя расстраивать.– глаза его лучились мечтой и азартом.
– День рождения? Правда? Подарок за мной…
Полина сделала вид, что поверила.
– Я подарок сам выберу! – весело сказал он, вставая.
«Ха-ха! Бином Ньютона! А то я не знаю, что ты выберешь»,– подумала Полина и уже собиралась сказать, что не может пойти, лихорадочно придумывая причину, но тут у нее заиграл телефон. Номер был неизвестный, и обычно Полина такие сбрасывала, но сейчас приняла вызов и под монотонный голос автоответчика, рекламирующий какой-то медицинский центр, тревожно заговорила:
– Подожди, подожди, не торопись. Ну что уж совсем все так плохо? Я? Я – с Игорьком. Мы гуляем… Ну нет, конечно, сейчас подъедем… Что? Только я? Ну не знаю. У Игорька сегодня день рождения… Ладно, все, не плачь, сейчас приеду!
Сбросив надоедливое бормотание, Полина сочувственно посмотрела на расстроенного парня.
– Слушай, там какая-то трагедия. То ли поругались, то ли он ее бросил…– виновато сказала Полина.
– Да понял я уже!.. Ладно, давай, – раздраженно ответил Игорек.
– Пока…– грустно помахала она рукой и подумала: «Надо же, как распереживался».
Полина уже сделала несколько шагов к выходу, но вдруг, вспомнив, обернулась и спросила:
– А во сколько вылет?
– В 14.45. Да необязательно провожать… – вяло ответил Игорек.
– Ладно, я подумаю, может, и не приеду, – она еще раз взмахнула рукой и заторопилась «спасать подругу».
Пока Полина добиралась до дома, она все еще думала об Игорьке, о страшном видении, о необъяснимых цифрах.
« Все целенаправленно, все неслучайно, но почему мне? Да, информация упала снежным комом, потом систематизировалась. Сейчас я понимаю, что он летит на самолете, а лететь нельзя, погибнет. Хотя откуда в салоне может оказаться такой страшный металлический прут? Но ладно, предположим. А число, это что? Номер места? Количество пострадавших или погибших вместе с ним? Тогда что с ними делать, где искать, как спасать? Но главное – почему? Почему я?!»
Незаметно Полина подошла к своему дому и, подняв голову, посмотрела на темные окна квартиры. У нее опять болезненно сжалось сердце, на глаза навернулись слезы.
«Нашли капитана Америку!» – сердито подумала она. – « Меня бы кто спас от меня самой. Что я делаю со своей жизнью? Отдала единственного любимого мужчину чужой женщине и детей в придачу, а сама, как неприкаянная мотаюсь в одиночестве. Кто бы что объяснил…»
– Миссия такая, ее пройти надо… – крикнул кто-то у нее за спиной.
Полина аж подпрыгнула от неожиданности и быстро обернулась. Мимо торопливо шел растрепанный подросток. Уставившись в одну точку перед собой, он громко разговаривал в микрофончик, торчащий из-за воротника, в ушах у него белели наушники.
– Долго объяснять, но там все завязано. Если пройдешь, то автоматом переходишь на следующий уровень, ну и там всякие бонусы: жизни прибавляются, можно оружие выбрать, а если провалишь, то пипец… Все рушится, ничего сохранить не получается…
Мальчишка уже скрылся из вида, а Полина все еще стояла и смотрела ему вслед. Наконец, она медленно повернулась и так же медленно пошла к своей парадной.
«Миссия… А я просила? Это не миссия, это ультиматум какой-то. Шантаж. Все рушится… ничего сохранить не получается…»