Ловушка для лжепринцессы

Пролог

– Лиза, захвати мусор! – крикнула из кухни мама.

– Хорошо, – пробормотала я, ещё не зная, что обратный отсчёт до конца моей привычной жизни давно начался.

И хорошо, что не знала. Избежать того, чему ещё только предстояло случиться, всё равно было нельзя. Так что пребывавшая в неведении я спокойно обулась, взяла ключи, помахала маме на прощание и понесла вверенный мне пакет к мусорным контейнерам через дорогу.

Маленькая односторонняя улочка поднималась вдоль дома под крутым углом, и зимой на ней вечно застревали машины, что не могли заехать наверх из-за гололёда. Но на прошлой неделе весь лёд растаял, и на газонах уже проклёвывались первые робкие травинки.

Неладное я заметила ещё на подходе к мусорке. Один из баков мяукал. Не самое типичное для бака поведение, поэтому пройти мимо не смогла и заглянула внутрь. На грязном дне практически пустого железного контейнера сидел чёрно-белый кошачий подросток. Уже не милый котёнок, но ещё и не матёрый котище, который и сам из любой передряги выберется да ещё и окружающих попутно порвёт на бантики. Несчастный такой нескладный подросток, худой и явно ничего хорошего в жизни не видевший. Кроме меня, разумеется, потому что я нависла над ним, размышляя, как бы котёнка так вытащить, чтобы не разделить при этом его участь и не звать на помощь из бака на два голоса.

Хорошо, что рядом нашёлся пластиковый ящик – пнула его поближе и встала сверху. Осторожно выудив из своего мусорного пакета здоровенную коробку из-под конфет, приладила её на край бака, чтобы не перемазаться, опёрлась о край и потянулась рукой внутрь. Благородство поступка никак не помогало справиться с жутким зловонием, исходящим со дна, а сложенный почти пополам организм внезапно решил, что ему подвернулись замечательный повод и поза, чтобы расстаться с завтраком. Сдержалась только потому, что стало жалко и без того настрадавшегося котика.

– Мя-у-у, – испуганно забился он в самый угол, явно не желая, чтобы его спасали, наносили добро и причиняли благо.

– Кис-кис, – напряжённо выдавила я, чем ещё сильнее испугала несчастную животинку.

Согласна, если бы надо мной кто-то так навис с покрасневшим от натуги лицом и протянутыми руками, мне бы это тоже совершенно не понравилось!

– Мя-у-у-у! – отчаянно заголосил зверь.

– Иди сюда! – ласково зашипела я, балансируя на краю бака.

– О, а кто это тут у нас такую хорошую бабу выкинул? – раздался над ухом хохмящий мужской голос.

Котик, видимо, решил, что петросянящий мужик тоже пришёл по его чёрно-белую шкурку, и рванул прочь из контейнера. Подпрыгнул до середины противоположной стенки, попытался уцепиться когтями, но не смог, заскользил вниз. Тут-то и получилось поймать его за шкирку. Победоносно выудив котейку из бака, я наконец распрямилась.

– А ничё так деваха, зря выбросили! – борец за звание лучшего комика помойки задорно хлопнул себя по пузу и одарил меня счастливой улыбкой не успевшего протрезветь с вечера человека.

Спасёныш истошно заматерился на кошачьем, а я оступилась и чуть не свалилась с пластикового ящика.

– Тихо, малыш, ничего я тебе не сделаю! – заверила я котика.

Как оказалось, ласковые слова не всем кошкам приятны. Он продолжал возмущённо мяукать, но оцарапать не пытался. Хороший. Заметив загноившийся глазик, я решила забрать пушистого неудачника домой. Ева же на ветеринара пошла учиться? Вот и принесу сестрице пациента, а потом мы его пристроим в добрые руки.

Глянула влево, откуда могли подниматься машины, и шагнула на пешеходный переход, прижимая спасёныша к груди. Придётся теперь переодеваться и потом до автобуса бежать бегом. Но ничего, если повезёт, то не опоздаю на работу.

– Стой! – внезапно заорал нетрезвый мужик, и я обернулась на звук.

На меня неслась машина. Пустая. Задом.

Это вогнало в ступор настолько, что отпрыгнуть я не успела. Раздался удар, и меня отшвырнуло на асфальт. Боли не почувствовала – просто выключилась.

А котик?.. Котик убежал.

Глава 1. Синевласка

Несколько дней спустя

Меня разбудил голос. Знакомый, но отчего-то пробирающий до мурашек. Я разлепила веки и сразу же заметила яркое синее пятно перед собой. В кресле, где ночью дремала мама, теперь сидела девушка, как две капли воды похожая на меня. От вида своего лица на чужом человеке замутило.

– Кто вы? – сипло спросила я, хотя догадка на ум пришла сразу.

Уже видела эту незнакомку… и не раз и не два. Но в тех снах всегда казалось, что она – это я. Просто какая-то другая я. Но в снах же такое бывает, правда?

Или я всё ещё сплю, и эта больничная палата мне снится?

– Я Лали́сса. А ты, Елизавета, мой двойник, – радостно оскалилась синевласка.

Можно было бы поспорить, кто ещё тут чей двойник, но я не стала. Какой в этом смысл? Какой вообще смысл хоть в чём-нибудь?

Посетительница была накрашена, причёсана и одета непривычно. Она тоже меня изучала – с интересом энтомолога, обнаружившего новый вид таракана.

– И что вы здесь делаете?

– Хочу предложить тебе сделку, – сверкнула синевласка голубыми глазами, так раздражающе сильно похожими на мои.

– Какую?

– Я тебя вылечу, а ты взамен притворишься мною. На годик. Очень уж отдохнуть хочется, а принцесса Гленнва́йса такой роскоши себе позволить не может. Вот ты и походишь на светские рауты вместо меня. А я развлекусь, попутешествую, миры разные посмотрю.

И так буднично она это сказала, будто перелом позвоночника можно вылечить таблеткой аспирина, а миры можно смотреть, выходя утром мусор выкинуть. Вот только ни синеволосая незнакомка, представившаяся принцессой, ни её сумасбродный пассаж про иные миры шока и удивления не вызвали. После оглашения диагноза у меня не осталось никаких эмоций – только апатия.

Зато я наконец обратила внимание, что впервые за долгое время палата пустовала. Даже бесяще храпящая бабка куда-то усвистала. Может, выписалась? Или померла? Главное – стало тихо. А мне ужасно хотелось тишины.

– Доктор сказал, что у меня есть шансы и без вашей сделки. После ещё одной операции.

– А, ну раз сказал… И как, веришь ему? – насмешливо спросила синевласка, а я промолчала. – Так я и думала. Твой доктор ничего другого тебе сказать и не мог, иначе ты бы расклеилась окончательно. Да и что он вообще может, он же просто человек, без способностей. Железок тебе в спину напихал, думает, что сделал лучше. Убожество, конечно. Я тебя поставлю на ноги за минуту. О травме даже не вспомнишь. А со своим бестолковым доктором останешься калекой, будешь потом в этом вашем кресле с колёсами ездить. Реабилитироваться. Оперироваться. Восстанавливаться. Видишь, какие умные и красивые слова нужны, если нет нормального лечения… – она сделала паузу и добавила уже мягче: – Но я же не давлю. Могу через пару дней прийти. Когда ты взвесишь все за и против.

И слова, и поза, и тон синевласки вызывали глубинное, сильнейшее неприятие. Отвращение. Она мне мешала. Мешала глубже погрузиться в отчаяние.

– Если ваше предложение – шутка, то очень жестокая и бестактная, – просипела я.

– Шутка? Не для того я тебя так долго искала, чтобы шутить. Я действительно могу тебя исцелить. Но если тебя такое предложение не интересует, то я уйду. А ты лежи тут, страдай, – хмыкнула она.

– И давно вы меня нашли?

– Двадцать дней назад. Но искала и раньше. Просто не в этом захолустье.

Синевласка неопределённо махнула рукой, и я не очень поняла, что именно она имела в виду: больницу, город, страну, мир?

Это не с её поисками связаны мои сны? Когда они начались? Да, примерно недели три назад, ещё до аварии.

И тут во мне внезапно вспыхнул интерес. Не может же всё это быть совпадением? Или может? И если это совпадение, то почему эта ухмыляющаяся незнакомка настолько сильно на меня похожа?

Я приподнялась на локте повыше – насколько смогла в своём состоянии – и внимательно рассмотрела синевласку.

На ней было платье. Вроде бы закрытое – от горла и до самого пола, но в то же время провокационно облегающее, как вторая кожа. Бюстгальтера незнакомка не носила, и грудь под тонкой тёмно-синей тканью мог в подробностях рассмотреть любой желающий. От бедра платье расширялось и к полу спадало широким подолом, который сейчас детально обрисовывал закинутые одна на другую точёные ноги. Очень тонкая струящаяся ткань, никогда такую не видела.

Причёска ассиметричная: тугие мелкие косы по левому виску и свободно спадающие пряди на правом плече. Причём цвет лазурный, настолько сочный и яркий, будто Лалисса только что вышла из парикмахерского салона. Обычно одного мытья хватает, чтобы такой неестественно-синий начал вымываться из волос, становясь зеленоватым.

Макияж вызывающий, светло-голубые глаза подведены карандашом цвета индиго, ресницы наращены, а вот губы не накрашены, отчего кажется, будто на лице есть только одни огромные, анимешные глазищи.

А ведь она, как и я, не писаная красотка, вполне обычная девушка. Просто подаёт себя так эффектно, что кажется запредельно прекрасной.

– И что, вы можете меня вылечить?

– Могу. Условия я озвучила.

– Что я получу помимо лечения? – на всякий случай спросила я.

– Интересный опыт, – издевательски фыркнула принцесса.

– И насколько тяжело вас замещать? Это опасно?

– Что? На дипломатических приёмах сидеть? Очень опасно. Задница затекает, а от скуки уши дымиться начинают, есть риск уснуть лицом в салате. В остальном – я же принцесса, охраной и защитными артефактами ты будешь обеспечена. Тебе даже из дворца выходить не нужно будет, если не захочешь. Поулыбалась на приёме, заверила какого-нибудь скучного посла в нашей лояльности – и свободна.

– И зачем же вам двойник, если всё так просто?

– Потому что это скучно. И потому что тебе предстоит всего один год, а я всю сознательную жизнь этим занимаюсь. От вида приближающейся к дворцу делегации выворачивает, а листок с расписанием торжественных мероприятий на месяц обычно хочется трубочкой свернуть и засунуть… в огонь! – передёрнула плечами принцесса вполне искренне.

– А ваши родители? Они же меня сразу раскусят…

– Конечно, – фыркнула она. – Поэтому они в курсе и согласны на мою маленькую авантюру. Если что – поддержат и прикроют, подскажут тебе, как себя вести. Но, помимо них, никто во дворце не должен знать, кто ты такая. Иначе поползут ненужные слухи.

– И как вы намереваетесь это обставить? Я же ни языка вашего не знаю, ни истории, ни этикета…

– Действительно, язык – это ж такая огромная проблема, просто нерешаемая, – саркастично заметила синевласка.

Ну да, она же на чистейшем русском разговаривает.

Я закусила губу.

– И куда вы хотите меня увести? И как?

– Порталом. Наш мир называется Тала́нн, а государство – Гленнва́йс. Необходимый минимум знаний ты получишь, естественно, никто не выпустит тебя на торжественное мероприятие без подготовки.

Принцесса с каждой секундой нравилась мне всё меньше и меньше, а её сомнительное предложение – всё больше и больше. И хотя издевательское поведение уже подбешивало, но… но как я ни старалась пошевелить пальчиками ног даже сейчас – ниже талии не чувствовала вообще ничего. Тело стало чужим.

И это ужасало. Ужасало настолько, что я согласилась бы не только на светских раутах лицом торговать.

Мысли вдруг заскакали в голове табуном бешеных лошадей, и с каждой секундой вся эта ситуация открывалась передо мной с совершенно нового ракурса. Больше не верилось в случайное совпадение между пристальным мистическим вниманием принцессы Гленнвайса и аварией, оставившей меня инвалидом. Больше не верилось, что на пешеходном переходе меня абсолютно случайно сбила пустая машина с неисправным ручником. Зато теперь с лёгкостью верилось, что ручник у той пустой машины отказал только утром, а хозяин припарковал её вечером во вполне исправном состоянии, как он всех и уверял.

Иногда, чтобы человек сделал нужный выбор, можно просто не оставить ему другого.

Но вот что забавно – даже если именно принцесса виновна в аварии, то моего желания вылечиться с её помощью это всё равно не отменяло. Лучше огрести сомнительных приключений на своих двоих, чем провести размеренную жизнь в коляске.

– Тебе не обязательно соглашаться прямо сейчас, – насмешливо заметила синевласка, пристально всматриваясь в моё лицо. – Подумай. С родными обсуди. А я попозже вернусь… Конечно, с каждым часом твоё состояние только усугубляется, и через пару дней уже даже я полностью исцелить не смогу. Нервы продолжат отмирать, и это будет уже совсем другая история, а я всё-таки не профессиональная целительница, так что… подумай. Время пока есть, пусть его и мало. А если не согласишься, то у меня имеется на примете ещё одна кандидатка на эту роль. Пусть она не настолько похожа, зато может оказаться куда более сговорчивой.

Закончив, принцесса Гленнвайса поднялась с кресла и невероятно сексуальной походкой направилась к выходу.

Про другую кандидатку – это блеф или правда? Хотя важно ли это сейчас? Раз уж синевласка уложила меня на больничную койку, то она из вредности убедится в том, что на ней я и останусь, если откажусь от дурнопахнущей сделки. Она всё продумала и рассчитала, у неё было время спланировать всё так, чтобы не оставить мне выбора. Я ей нужна. И своенравная принцесска явно добьётся своего, вопрос только в том, насколько далеко она готова зайти. Интуиция подсказывала, что тормозов у этой барышни нет никаких. А у меня три младшие сестры, родители… Есть, кем шантажировать. Да и не в том я состоянии, чтобы с ней бодаться. По крайней мере пока.

Лучше подчиниться, но постараться обезопасить себя. Получить хоть какие-то гарантии, а дальше действовать по обстоятельствам. И не злить её своим упрямством и отказами. Пусть останется довольна своей хитростью, так больше шансов прогнуть её на свои условия.

Нужно признать первый раунд за ней. Но ведь можно проиграть битву и выиграть войну?

– Стойте! – позвала я, когда синевласка взялась за ручку белой облупленной больничной двери.

Она повернулась ко мне и улыбнулась.

И всё окончательно встало на свои места.

Я отчётливо вспомнила свои недавние сны, в которых стояла у зеркала и разглядывала себя, только совсем другую. По плечам струились длинные густые синие волосы, лицо было вычурно накрашено, хотя я никогда не рисовала такие стрелки. А потом отражение наклонялось, набирало воды в ладони и умывало лицо. Пальцы всегда были унизаны массивными перстнями и кольцами с огромными камнями. Синевласая я из зеркала выпрямлялась и вытиралась пушистым полотенцем, а затем улыбалась.

И такой улыбки – многообещающей, торжествующей и властной – у меня никогда не было.

Я нервно сглотнула сухим горлом и сказала:

– Я согласна!

Глава 2. Ещё одна синевласка

– Прекрасно, – вполне искренне обрадовалась синевласка. – Я рада, что ты достаточно разумна. Так будет проще поладить. Не люблю чрезмерное упрямство.

Наверное, она хотела сказать, что не любит исключительно чужое упрямство, потому что весь её вид кричал о том, что своего ей не занимать и даже можно регулярно сдавать его на благотворительность, всё равно останется с избытком.

– У меня есть ряд условий.

– Ах, условий, – насмешливо проговорила Лалисса, усаживаясь обратно в кресло. – Что ж, давай их послушаем.

Разум лихорадочно пытался разложить всё по полочкам. Понятно, что такие вещи лучше не делать в запале, хорошо бы иметь время на раздумья.

– Я пока не готова их сформулировать. Всё так внезапно навалилось…

– Условия либо есть, либо их нет. А впрочем, ты права… Действительно навалилось. И незачем длить твои мучения. Ты только не забывай, что я могу с лёгкостью вернуть всё, как было. Или даже хуже сделать.

Синевласка хищно улыбнулась и принялась нашёптывать заклинание. Разобрать ничего не удалось, и никаких световых эффектов не случилось – просто меня внезапно окутало ощущение невероятной лёгкости, словно тело вдруг утратило вес. По венам хлынула чужая энергия. Руки и ноги налились силой. Боль в голове исчезла, отступила тяжесть, даже зрение стало острее, а ведь у меня всегда была небольшая близорукость.

Лалисса довольно грубо перевернула меня на бок, раздался звук распарываемой ткани, и она коснулась спины. В том месте немилосердно запекло, я даже стиснула зубы, чтобы не заорать, когда почувствовала неприятное копошение под кожей и странное давление, а потом что-то звякнуло.

Время тянулось бесконечно долго, но я молчала, чтобы не мешать.

И почему я с такой отчаянной лёгкостью доверилась какой-то совершенно незнакомой девице? Может, слишком сильно ударилась головой? Может, под наркозом? А может, банально с ума сошла?

– Вот навертели-то… – недовольно пробормотала синевласка и спустя какое-то время скомандовала: – Поднимайся! И трубки эти из себя вынимай, пока всё заживает. Следующие несколько минут тебя хоть пилой пили – все раны сами затянутся. Это очень мощное заклинание.

Я пошевелила стопами и чуть не завизжала от дикого, первобытного восторга.

Если это сон, то просыпаться я не хочу!

Села на постели.

Встала.

Обернулась на принцессу.

На кровати лежали окровавленные штифты и саморезы, а синевласка тем временем вытирала о простыню руки и странного вида перочинный нож или мультитул.

Меня замутило. Вытянула из себя катетеры и даже боли не почувствовала. Под кожей ещё циркулировала невероятная сила принцессы, которую нельзя было увидеть, но ощущения не обмануть. Стало отчётливо понятно: она ни секунды не лгала.

– Давай свои условия, – велела синевласка.

– Сначала вопрос: сделка на год по земному времени или по времени вашего мира? Может, оно отличается?

– Отличается, но не сильно. Пусть будет земной год. У нас в сутках двадцать шесть часов, а длина года триста тринадцать дней. Так что там за условия у тебя?

– Хочу, чтобы вы ни при каких обстоятельствах не трогали мою семью и знакомых, обязательно вернули меня сюда после окончания годичного периода и обеспечили мою безопасность.

– Чтобы твоих знакомых трогать, необходимо сюда возвращаться, а это накладно и совершенно невесело. Я немагические миры терпеть не могу. Это всё?

– Ещё вы обеспечите меня всем необходимым для выполнения роли. Не будете шантажировать, морить голодом, пытать, травить или принуждать магически.

Принцесса демонстративно закатила глаза к потолку.

– Не буду. Что-то ещё?

– Ну… вы мне заплатите за исполнение ваших обязанностей. Золотом. Десятью килограммами золота.

Я распрямила плечи и с вызовом посмотрела на неё. Пусть не думает, что я тряпка какая-то. Да и с соображалкой у меня обычно всё в порядке, просто ситуация не способствует.

Принцесса насмешливо хмыкнула и скривила губы.

– Не наглей! И килограмма хватит тебе, – небрежно бросила она. – Ещё условия?

Я в ступоре на неё уставилась. Ничего толкового на ум не шло.

– Да вы хоть расскажите, что у вас за мир, что от меня требуется?

– Ничего особого не требуется. Занять моё место. Не испортить мою репутацию, хотя тут сложностей особых не будет. Не такая уж она у меня безупречная. Единственное – не крутить романов под моей личиной, это мне будет неприятно и наверняка аукнется. А в остальном, какие заботы? Нарядят в красивое платье, посадят за стол, в уши зальют чуши политической, а ты сиди, кивай и улыбайся. На этом всё. Всем необходимым тебя обеспечат. Магии у тебя, конечно, нет, но это не проблема, придётся немного похитрить. На публике я обычно не колдую, так что и тебе не надо. Если что – будешь артефактами пользоваться, придётся, правда, скрывать, что ты бездарь, иначе обман вскроется сразу же. Какая принцесса без магических способностей? Но одна ты не останешься, вокруг вечно будут сновать охранники, Верховный распорядитель, учителя этикета, дежурные целители и прочие знатоки, где и как тебе стоять, дышать и улыбаться. Так что при необходимости поправят, помогут, поколдуют.

– Если всё так просто, то почему вы не нашли кого-то в своём мире?

– Потому что мне нужен был абсолютно идентичный двойник, никак не ангажированный политически, не имеющий слабостей и покровителей в Таланне. Не могу же я на своё место шпионку посадить. А ты точно не шпионка. Никто, кроме меня и родителей, ничего о тебе не знает. Воздействовать на тебя будет невозможно, тут моя защита сработает. Так что ты – идеальный вариант.

Ладно… Допустим, мотивация понятна.

Но всё равно страшно.

Что ещё она не договаривает?

– Звучит слишком просто, – с сомнением проговорила я.

– А всё и есть просто. Не сомневайся, у нас будет полноценная магическая сделка. Сейчас я проговорю её условия, а потом ты скажешь, что принимаешь их, если согласна. И руку мне дашь. Магия скрепит наши обязательства. Если одна из нас сделку нарушит, то умрёт. Да, меня это тоже касается. Всё поняла?

– Да. А если я с условиями сделки не согласна?

– То не принимай их, я переформулирую. Готова?

– Да.

– Я, Лали́сса из рода Банри́йев, вступаю в сделку с Елизаветой из рода Романовых. Условия сделки: в обмен на лечение и один килограмм золота она в течение земного года исполняет в мире Таланн роль принцессы Гленнвайса, что включает в себя участие в балах, торжественных приёмах, дипломатических визитах и различных официальных мероприятиях, но не ограничивается ими. На территории Таланна ей запрещается заводить отношения, иметь постоянного любовника и выходить замуж, а также вступать в любые политические союзы и участвовать в заговорах. Запрещается кому-либо сообщать об этой сделке. Мне запрещается чинить вред её семье, земным знакомым и лично ей, принуждать магически, пытать, травить, морить голодом и шантажировать. По истечении года я обязуюсь открыть ей портал на родину, если она меня об этом попросит. В случае нарушения условий этой сделки одной из сторон, эта сторона погибнет.

На этом принцесса замолчала.

А ведь всё не так уж плохо. Год без отношений точно продержусь, без постоянного любовника тоже как-нибудь обойдусь. В политических интригах я до этого замешана не была, даже голосовать ни разу не ходила.

А килограмм золота – это сколько? Миллиона полтора или больше? Неплохая компенсация. И раз синевласка за каких-то пятнадцать минут поставила меня на ноги, то явно не шутит. Может, ей действительно настолько опостылели все эти торжественные мероприятия? А для меня путешествие в другой мир и приключением может стать, если смотреть на него не через призму принуждения, а расценивать как необычный опыт.

Опять же, что мне терять? Для семьи лучше, если я на год исчезну и вернусь здоровой, чем выносить из-под меня утки всю оставшуюся жизнь. Ах да, на жутко важную защиту диплома я не попаду… и лишусь жутко ценной должности помощника кадровика. Вот уж потери потерь… Устроиться обратно в офисное рабство смогу и по истечении годовой сделки с принцессой. Наоборот, опыта поднаберусь. Сначала научусь изображать принцессу, а потом – интерес к документообороту и кипучую трудовую деятельность.

Да и в институте как-то восстановлюсь. Госы уже сданы, только защита диплома осталась. Да даже если и нет! Всё меркнет по сравнению с возможностью снова ходить.

Тема про гибель одной из сторон при нарушении условий сделки мне, конечно, не понравилась, но… синевласка же теперь тоже подвести не сможет. Ведь так эта клятва работает?

– Я, Елизавета из рода Романовых, принимаю условия сделки с Лалиссой из рода Банрийев.

Принцесса вытянула вперёд открытую ладонь, и я положила свою сверху, после чего руку немного запекло в месте контакта. На коже на мгновение проявилась и тут же погасла печать с незнакомыми знаками.

– Вот и прекрасно, – довольно улыбнулась принцесса. – Пойдём, у нас куча дел. Надо ещё тебя в достойный вид привести, а то похожа на пугало.

– А можно от подобных выражений воздержаться? – спросила я, решив, что лучше сразу обозначить границы, иначе эта стервозина все нервы вытрепет.

– Нельзя, – язвительно фыркнула она. – Надо было просить вежливость как условие. Потому что морить тебя голодом и так никто бы не стал, а вот разводить вокруг тебя политесы будут те, кто посчитает принцессой Гленнвайсской. Пойдём, мы торопимся.

– Мне необходимо с родителями попрощаться, – нахмурилась я.

– Долгие проводы – лишние слёзы. Так у вас говорят? Записку оставь и пошли.