Невзирая на запреты…

«Ну что ж теперь! Такой шанс бывает один на миллион. Надеюсь, что это не просто какая-то игра! А даже если и так? Не он первый, не он последний! – хмыкнула я и пожала плечами. – Хотя, кого я обманываю?! Если что-то пойдёт не так, я буду долго переживать и страдать! Тогда точно всё расскажу Лисе…» – решила я и протянула водителю деньги за проезд.

На кровати были раскиданы платья, юбки, рядом на полу стояли три пары элегантных туфель. Эти обновки я уже здесь прикупила. Как раз подвернулся прекрасный случай всё это примерить и покрасоваться. Тщательно продумав свой образ, я подобрала платье, туфли и приступила к укладке волос. Мои волосы довольно длинные и непослушные, особенно, когда чистые и особенно, когда я собираюсь на свидание… с Кахо. Сделав высокий хвост и уложив красиво пряди в виде завитушек, я невольно улыбнулась, оценив своё отражение в зеркале.

Помявшись немного, изменила причёску на более простую, чтобы он видел, что я не сильно-то и старалась: «Пусть знает, что меня не так-то просто завоевать!» И переоделась в деловой костюм: юбка-карандаш, которая элегантно обтягивала мои бедра, и персикового цвета лёгкая шифоновая блуза.

Пару взмахов кисточкой, румяна, тушь, лёгкая светлая помада на губах и последний штрих… духи. Окутала себя ароматом ванили. Сладковатый запах так приятно будоражил сознание! Накинув сверху пиджак, я нырнула в туфли на каблуках и… Всё, готова! Готова! К чему? Время покажет.

Вызвав такси, я закинула телефон в сумочку и присела на дорожку. Вдруг раздался стук в дверь. Неохотно открыла. На пороге стояла соседка американка. Девочка очень симпатичная и улыбчивая, сносно говорящая по-русски. Она поздоровалась и удивилась моему внешнему виду:

– О-о-о, Саща, ти класс! – сказала американка и закивала одобрительно головой. – Всегда так ходи!

– Спасибо Эшли. Ты что-то хотела? – спросила я, пытаясь быстрее от неё отделаться.

– Книгу мою… занятие завтра, хотеля читать, – сказала Эшли.

Я схватила со стола книгу, которую должна была вернуть ещё три дня назад и передала её хозяйке.

– Тебе понравилась книга, Саща? – никак не унималась Эшли.

– Эшли, дорогая, понимаешь мне надо идти! Меня ждут… я потом расскажу тебе про книгу. I am sorry! – выпалила я и захлопнула дверь.

– O’key, потом скажешь, – пожала плечами Эшли, обращаясь к двери.

Телефон разрывался в сумке. Я достала надоедливый гаджет и очень удивилась, взглянув на экран. При виде пропущенных звонков от учителя мне стало не по себе. Земля ушла из-под ног. Кое-как собрав все свои силы и волю в кулак, я набрала номер отца Кахо и вышла из комнаты.

– Добрый вечер, учитель!

– Добрый вечер, Саша. Я знаю, вы встречаетесь сегодня. Он не любит обманывать. Извини, что вмешиваюсь, но я хотел предупредить. Чжон Су не женится на тебе. Наши традиции он свято соблюдает и чтит. Я не дам вам своё благословение. Ты это понимаешь?

– Учитель, я всё понимаю, – твёрдо сказала я.

– Ну, хорошо. Будьте предельно осторожны. Можешь взять его историю, как домашнее задание, практику. Потом представишь детальную статью о его жизни, карьере и группе, – сказал учитель.

Я была шокирована. Вокруг уже столько людей знают о нас! Это очень пугает и настораживает. Открыв дверь такси, я уселась на мягкое сидение, назвала адрес конечного пункта моей поездки и, откинувшись на спинку сидения, погрузилась в свои мысли. Мы помчались по оживлённым магистралям Сеула. Прежде я всегда наблюдала в окна такси или автобусов за жизнью мегаполиса, но в этот раз хотелось наслаждаться мыслями тихо и в одиночестве. Я думала о Кахо, вспоминала нашу первую, ничего не предвещавшую встречу, его песню обо мне, наши взгляды на фансайне, его улыбку…

Тело перестало слушаться меня, руки дрожали. Я закрыла глаза и представила его ладони, скользящие по моей груди, нежно расстёгивающие пуговки на блузе. От волнения и внезапно нахлынувшего чувства возбуждения в горле пересохло.

«Вот так начало встречи! А что же дальше?!» – подумала я.

Наконец, мы были на месте. Водитель протянул мне сдачу и пожелал приятного времяпрепровождения. Я направилась в отель.

По сравнению с другими, это был небольшой отель. Здесь всего двадцать шесть или двадцать восемь комнат, но сами номера просто шикарные. Есть двухуровневые номера, то есть двухэтажные. Да-да, двухэтажные! Есть номера, куда не допускаются посетители с животными и даже с детьми. Качество обслуживания в этом отеле, конечно, на высшем уровне. Я читала о нём, когда готовила статью на практику по достопримечательностям Сеула. Воистину отели корейской столицы можно отнести к местным достопримечательностям!

«Куда идти-то?!» – растерялась я, едва очутилась в огромном холле отеля.

На ресепшене мне улыбнулась девушка, красивая, милая кореянка. Она поздоровалась и спросила, чем может помочь. Я поспешила к ней, обдумывая как выкрутиться, чтобы не подвергать опасности человека, который ждёт меня.

– Я приглашена на встречу. Меня ждет… э-э-э… мистер…, – замялась я, не придумав ничего умного и правдоподобного.

Она улыбнулась, как будто без всяких оправданий прекрасно понимала, зачем и куда я пришла.

– Вы знаете этаж и номер комнаты? – поинтересовалась любезно девушка.

– Комната тринадцать…

– А-а-а, мистер Ким Чжон Син! Я сейчас уточню у него. Он предупреждал, что к нему должна прийти журналистка.

Тут меня осенила идея. Я мгновенно вынула из паспорта документ, подтверждающий мою журналистскую деятельность в качестве стажёра, и протянула его девушке.

– Вот моё удостоверение, – с радостью сказала я.

Девушка мельком взглянула на мою карточку и кивнула. Она тут же набрала внутренний номер отеля и, дождавшись ответа, спокойно сказала:

– Ким Чжон Син, к вам пришла журналистка. Да, я поняла. Всё сделаю.

Девушка положила трубку на место и жестом подозвала служащего отеля.

– Чжон Син?! – воскликнула я. – Но…, – тут я осеклась и подумала, что сама себя чуть не выдала.

Хорошо, что девушка была занята разговором со служащим и не расслышала моего удивлённого возгласа.

– Всё в порядке. Вас сейчас проводят. Приятного вечера.

В ту же секунду меня накрыла волна ужаса перед неизвестностью. «Что, чёрт возьми, я делаю? Может развернуться и убежать отсюда?!» Меня обуревал шквал эмоций и чувств, страх затуманил голову. Ноги дрожали и не слушались. Служащий проводил меня к номеру, постучав в дверь, он поклонился и моментально удалился.

Раздался щелчок и дверь отворилась. На пороге действительно стоял совсем не Кахо, но человек бесспорно очень похожий на него. Он поздоровался со мной и, поклонившись, пригласил войти. Я нерешительно переступила порог комнаты. Тут за моей спиной раздался крик:

– Хён[10], я ушёл!

И дверь с силой захлопнулась. Я осталась стоять у порога, боясь сдвинуться с места. Через пару секунд перед моим взором возник Кахо. На нём был строгий костюм, светло-голубого цвета рубашка и тёмный галстук. Он поклонился мне и подал руку:

– Не бойся, – прошептал он, улыбаясь, – это всего лишь конспирация. Я очень рад, что ты пришла. Я боялся, что напугал тебя своей запиской, и ты не придёшь, – обеспокоенно сказал он.

– Была такая мысль… – прошептала я.

Всё тело дрожало, как будто меня целиком поместили в морозильную камеру. Я не могла с собой совладать.

– Ты боишься? Или замёрзла? Ты вся дрожишь!

– Я обеспокоена. Что если узнают о нашей встрече…

– Не узнают. Ты сейчас встречаешься с моим братом Ким Чжон Сином, а не с Кахо. Он снял номер в отеле на своё имя, так что беспокоиться не о чем. Поверь мне! – засмеялся он.

Я огляделась вокруг, пожимая плечами. Стол был сервирован на две персоны.

– Мы будем только вдвоём, не переживай, – улыбнулся Кахо и поцеловал мою руку. – Ты не против, если я сам за тобой поухаживаю? – поинтересовался он.

– Конечно, нет! Кстати, по нашим традициям, мужчина, всегда, ухаживает за своей возлюбленной! О-о-о… девушкой… ну, понравившейся девушкой… Э-э-э… ну, в общем, ты понял, – замялась я.

– Да, за своей возлюбленной, – тихо произнёс он и посмотрел на меня своими яркими карими глазами.

«Квадратная» улыбка растянулась на его лице. Кахо отодвинул стул.

– Я изучал традиции русского народа. Знаешь, есть очень странные… Хотя некоторые наши традиции тебе тоже могут показаться странными. Садись, пожалуйста, – он помог мне присесть и наполнил бокал.

Я осторожно опустилась на стул и положила на колени салфетку. Кахо поднял бокал вина и, не отрывая от меня взгляда, произнёс:

– Я никогда не думал, что так легко и быстро покорюсь женщине.

Он отпил из своего бокала и поставил его на стол. Я тоже пригубила вина, но решила, что не буду много пить, чтобы контролировать всю ситуацию. Тем более, я и так была пьяна им!

– Ты напряжена, Саша. Я вижу, что тебе некомфортно или страшно. Всё в порядке? – обеспокоенно спросил он.

– Извини, просто я никогда не бывала в такой ситуации…

– С мужчиной? – перебил он.

Я улыбнулась смущённо:

– С артистом, с кумиром… – пожала я плечами и щёки окрасились лёгким румянцем. – Для меня это всё нереально, словно в сказке или в мечтах. Ещё месяц назад я и не знала о твоём существовании, ну… конечно, знала группу и даже слушала песни, но не обращала такого пристального внимания. А сейчас я не могу выкинуть тебя из головы.

– Я понимаю. Для меня это тоже всё довольно странно и стремительно, но я ничего не могу поделать с собой. Я не хочу расставаться с тобой, но и открыться не могу. Контракт и фанаты связывают меня и мои желания.

– Ты боишься потерять работу? – спросила я.

– Нет! Не боюсь! Я боюсь за тех юных девочек, которые нарисовали себе образ кумира, думая, что я являюсь таковым, и свято верят, что я возьму их всех в жёны. Ты же понимаешь… – грустно произнёс он.

– Да, понимаю. А отец? Почему ты не общался с отцом? Я знаю, что вы много лет не виделись.

Выпив немного вина, я почувствовала, как дрожь покинула моё тело. Я окончательно расслабилась и успокоилась.

– Он всегда был против моего увлечения. Когда мне было тринадцать, мы сильно поссорились из-за этого. Много лет я стажировался, пополнял свои знания, оттачивал технику. Я не был лучшим в этом деле. Моя компания также не была лучшей, но она дала мне много для продвижения. Оплачивала все мои курсы…Я даже ездил в Америку, чтобы учиться танцевальному искусству, актёрскому мастерству и пению, – с улыбкой рассказывал Кахо, не спуская с меня глаз. – После моего стремительного взлёта, мы пару раз благодаря маме разговаривали с отцом по телефону, но не встречались лично. У трейни[11] совсем нет времени для встреч или общения, – вздохнул он глубоко. – Надо постоянно тренироваться, выкладываться на полную, чтобы чего-то достичь и добиться, чтобы тебя заметили. А если всё получилось и тебя взяли в основной состав группы, тут уж совсем беда со временем: репетиции, гастроли и… О, извини, я всё о себе. Давай лучше о тебе поговорим! Расскажи мне что-нибудь… настолько личное, чтобы я засмущался, – сказал Кахо с улыбкой.

– О-о-о, нет… – взмолилась я, – расскажи мне ещё о себе, про семью, про группу. Как вообще появилась группа? Ты же раньше один выступал?!

Так прошло два часа за разговорами. Мы делились самыми сокровенными мыслями. Поужинав и уютно расположившись на одеяле у дивана, мы совсем расслабились, хохотали непринуждённо, словно дети. Бутылка вина почти закончилась.

– Я не думал, что мне будет так хорошо. Как будто я знаю тебя с детства, – прошептал Кахо, проведя пальцами по моим волосам, и спустился к шее.

Я закрыла глаза и, машинально запрокинув голову, застонала. Он продолжил водить пальцами по моей шее, то поднимаясь к ушам, то опускаясь глубоко к линии декольте, предварительно успев расстегнуть несколько пуговиц на моей блузке. Внезапно, он наклонился, понюхал мои волосы и протяжно выдал:

– М-м-м, ты так сладко пахнешь, как…

– Ваниль…

Кахо закрыл глаза и вновь уткнулся в волосы, затем провёл кончиком носа по моей шее:

– М-м-м, точно, ваниль! – простонал он.

Я почувствовала, как волна возбуждения с головой накрывает меня. Еле сдерживаясь, я пыталась совладать с собой, завести разговор на отвлечённую тему, но мозг отказывался работать. Каждая клетка в моём теле трепетала от его прикосновений. Он ласкал мою шею, всего лишь шею, а я дрожала, как осиновый лист на ветру. Его руки нетерпеливо спустились вниз и в одно мгновение очутились на моих бедрах.

Я закрыла глаза: «Надо остановиться, надо остановиться! Саша, останови его…» – кружилось в голове, но я была уже не в силах сделать это. Его губы скользили по шее. Вдыхая аромат моей кожи, он позволил рукам больше свободы и через минуту они очутились у меня между бедер. Я рефлекторно сжала ноги и застонала от наслаждения.

– Саша-а-а… – протянул он, сгорая от страсти.

Его пальцы так настойчиво старались проникнуть внутрь. Через мгновение они ловко достигли желаемой цели. Я вскрикнула от удовольствия. Моё тело выгнулось дугой навстречу ему. Он прикоснулся своими губами к моим, и мы слились в едином страстном поцелуе.

Кахо знал, что надо делать. Я стонала. Темп его движений то замедлялся, то ускорялся, не давая мне перевести дух. Он дотронулся до самой чувствительной точки в моём теле, и я закричала, отдаваясь полностью наслаждению. Схватив парня за рубашку, я притянула его к себе ещё ближе. Кахо не закрывал глаза, а внимательно всё это время наблюдал за мной. Так и не желая останавливаться, он простонал:

– Девочка моя… м-м-м…

Меня накрыла новая волна оргазма, унося в пучину страсти и удовольствия. Я и не предполагала, что так бывает! Это было открытием для меня! Наконец, моё тело резко вытянулось, как стрела, из груди вырвался громкий вопль. Обессиленная, но счастливая, я обмякла в объятиях Кахо.

Он прижал меня к себе ещё крепче. Я заметила, как парень глубоко вдохнул и с таким удовольствием втянул носом запах моего тела, что мне стало немного не по себе.

– Что ты делаешь? – прошептала я и уткнулась от стыда ему в грудь.

– Наслаждаюсь твоим запахом! Ты очень вкусно пахнешь! Ваниль… – улыбнувшись, сказал Кахо. – Почему ты смутилась? Это же естественно! Мне нравится, как ты пахнешь!

– Я не знаю, просто не привыкла к такому, – пожав плечами, сказала я и уставилась на его рубашку, чтобы не смотреть в глаза.

Он отстранился от меня, взял обеими руками моё лицо, и внимательно посмотрев в глаза, произнёс:

– Ты прекрасна! Мне кажется, я люблю тебя.

Я боялась пошевелиться. Казалось, если я сейчас шелохнусь, то вся эта реальность рассыплется, как карточный домик.

– Ты… – не успела я произнести всю фразу целиком, как раздался настойчивый стук в дверь.

Замок в двери щёлкнул и в комнату влетел взъерошенный Чжон Син.

– Хён! Нам пора! Компания ищет тебя, а журналисты шныряют по всем отелям, прихватив с собой сасен-фанатов[12]. Чёрт!!! – воскликнул он, едва его взгляд остановился на мне.

Картина как нельзя кстати! Мы с Чжон Су расположились на полу, взъерошенные, его рубашка расстёгнута, подол моей юбки, смятый у бёдер, туфли как попало, разбросаны по номеру.

– Чжон Син! – крикнул грозно Кахо. – Что ты себе позволяешь?!

Брат мгновенно наклонился и опустил вниз голову:

– Извините, извините!!! Я не знал! Но сейчас реально опасная ситуация! Тебе надо уходить! Хён, прошу тебя!

Чжон Су в одно мгновение вскочил на ноги, помог подняться мне. Он жадно впился в мои губы и прошептал:

– Я должен уйти, но только сегодня. Я найду способ с тобой связаться.

А затем уже стальным голосом обратился к брату:

– Ты знаешь, что делать. Я попробую незаметно исчезнуть. Спасибо, брат!

Он обнял младшего брата, похлопав его по спине, поцеловал мою руку и растворился в дверном проёме, даже не закрыв за собой дверь.

– Удачи, хён! – крикнул вдогонку ему Чжон Син и захлопнул входную дверь.

Затем он повернулся ко мне и сказал:

– Мы познакомимся чуть позднее, а сейчас нам нужно разыграть небольшой спектакль. Ты готова?

Я кивнула, ничего не понимая. Быстро объяснив мне план, Чжон Син кинулся поправлять покрывало на постели, столовые приборы и прятать все вещи, которые могли, как-то скомпрометировать нас всех. Мы приступили к лицедейству. Через пару минут кто-то постучал в дверь.

– Кто? – спросил Чжон Син.

– Доставка в номер! – коротко отчеканил голос за дверью.

– Прошу, заходите! – спокойно сказал Чжон Син, и повернувшись ко мне, кивнул.

Мы сидели в креслах напротив друг друга в деловых позах. Я держала близко у лица диктофон и делала вид, что увлечена записями в своём блокноте, который лежал у меня на коленях. Дверь распахнулась, и в комнату ураганом ворвались сасен-фанаты, журналисты и очень извиняющийся служащий отеля.

Чжон Син сделал удивлённое лицо, я открыла рот от неожиданности. Толпа людей с включёнными камерами и фотоаппаратами гудела на пороге. Было заметно, что все разочарованы. Того, кого они ожидали увидеть в номере – не оказалось! Чжон Син, разъярённый, вскочил со своего места и рявкнул на толпу, чтобы они убирались вон! Служащий поклонился и исчез вместе со всеми, оставив у порога тележку с десертами. Чжон Син закатил тележку и, захлопнув дверь, закрыл её на замок. Потом он повернулся ко мне, поклонился, низко опустив голову, и сказал:

– Я вновь прошу прощения, что застал вас вместе… – он сложил руки у груди, будто для молитвы. – Я не мог позволить брату попасть в неприятную ситуацию.

Мои щёки пылали от стыда и смущения. Я протянула руку парню и тихо сказала:

– Я Саша.

– Ким Чжон Син – младший брат Ким Чжон Су, ну, или вернее Кахо.

И тут моё природное любопытство взяло вверх, я лукаво взглянула на него и спросила:

– И часто ты спасаешь брата из таких непредвиденных ситуаций?

Чжон Син посмотрел на меня с интересом и засмеялся:

– Нет, Саша! Мы первый раз за его карьеру разыграли такой спектакль. У нас был почти месяц на раздумья и подготовку, просто с вашей первой встречи, я знаю о тебе, – пожимая плечами, произнёс он. – В отличие от отца, я всегда поддерживал желание брата заниматься музыкой.

Румянец вновь вспыхнул на моих щеках, и я опустила глаза. «Что же получается?! Кахо влюблён в меня?! О, господи! Разве может так быть?!»

Я сидела не шелохнувшись. Чжон Син наблюдал за моей реакцией и видимо по эмоциям, которые проскальзывали на лице, догадывался, что я нахожусь в шоке от только что полученной информации. Он молчал, предоставив мне возможность обдумать всё, что произошло.

– Мне пора, – сказала я через время, придя в себя.

– Мы выйдем вместе и уедем на одном такси, а затем где-нибудь в центре я пересяду. Хорошо? – спросил Чжон Син.

– Да, хорошо! – кивнула я.

Я зашла в ванную комнату, чтобы освежиться перед уходом и глянула в зеркало на своё отражение. Мгновенно воспоминания о вечере с Кахо захлестнули меня с головой, руки затряслись, ноги подкосились, и я опустилась на крышку унитаза. «Надо взять себя в руки!» – подумала я.

Чжон Син постучал в дверь:

– Саша, нам надо идти. Я думаю, сасен-фанаты всё ещё ждут его.

– Да, я иду, Чжон Син… минуту прошу… – взмолилась я.

– Жду тебя, – сухо ответил брат Кахо.

Немного успокоившись, я вышла из ванной комнаты. Пришлось проверить весь номер, чтобы нигде не осталось улик. Со спокойной душой покинув отель, мы тут же оказались в кольце набросившихся со всех сторон журналистов и фанатов.

Разглядев в брате Кахо совсем не Кахо, они отступили. Было видно, что толпу снующих невежд и жёлтой прессы постигло всеобщее разочарование.

Уже сидя в машине, я закрыла глаза руками и произнесла дрожащим голосом:

– Надеюсь, ему удалось уйти незамеченным. Завтра же во всех газетах напишут о нём! Как же быть?!

Чжон Син посмотрел на меня. Хоть он и был младше, но гораздо разумнее и рассудительнее меня. Я почувствовала это ещё при первой нашей встрече.

– Чжон Су ушёл – это факт! Его никто не видел, иначе они не налетели бы к нам в номер, тоже факт. С компанией он разберётся! А мы будем с тобой знамениты! Это совсем неплохо, тем более что ты русская журналистка. Многие начнут узнавать тебя, а это возможно поможет в будущем при распределении. Так что вся эта история нам только на руку! – закончил он свою речь и широко улыбнулся, придав своей улыбке квадратную форму, так похожую на улыбку Кахо.

Я заскулила про себя от тоски. Внезапно захотелось вернуть то мгновение, когда Чжон Су ласкал мою шею и так быстро достиг желаемого, просто без боя, нежно и настойчиво. «Господи, я же отдалась парню на первом свидании!!!» – возникла в голове предательская мысль. Я загрустила и молча, уставилась в окно.

В центре города Чжон Син, как и обещал, пересел в другое такси, предусмотрительно оплатив мой счёт.

– Я рад был познакомиться! Думаю, мы ещё не раз встретимся, – сказал он, поклонился и исчез.

Машина быстро домчала до общежития. Вернувшись к себе, я скинула одежду и нырнула под душ. Горячая вода нежно ласкала моё тело, а я, закрыв глаза, вспоминала и вспоминала всё до мельчайших подробностей из нашего вечера с Кахо. Губы затряслись, а глаза наполнились слезами. «Я хочу его прямо сейчас! Прямо здесь! Ну почему именно он?»

Я влюбилась…

Чуть свет меня разбудил громкий стук. Это был даже не стук, а казалось, чьи-то отчаянные попытки выбить ногой дверь. Сквозь сон я услышала знакомый голос:

– Саша-а-а-а! Саша, открой! Ты дома? – кричала Лиса, изо всех сил колотя в дверь.

Я от испуга, как обычно это бывает, свалилась с кровати, подобрав одеяло, помчалась на стук. Едва я открыла дверь, как на меня тут же обрушилась целая стопка газет.

– Что случилось? Что происходит? – воскликнула я, недоумевая.

Лиса с грохотом опустилась на стул и звонко, с обидой в голосе спросила:

– Да, это я хочу спросить у тебя, что случилось? Ты мне ничего не рассказывала, и умудрилась впутаться в историю. Здесь нельзя себя так вести! Ты понимаешь?! Твоя репутация может погибнуть в один щелчок пальцев, тем более, если ты попадёшь на крючок к сасен-фанатам или в лапы какого-нибудь журнала! – и она разложила только что принесённые газеты веером на столе.

На первой полосе всех газет была отчётливо видна я в компании Чжон Сина. Фотографии были сделаны с разных ракурсов, как раз в тот момент, когда я якобы брала у него интервью. Заголовки газет пестрили:

«Русская стажёрка-журналистка замечена в отеле в компании молодого юноши, который оказался младшим братом ведущего вокалиста и танцора группы Eversong. Что это? Случайность? Давайте разбираться вместе!»

Я взяла другую газету и начала читать вслух статью:

– Э-э-э… «таким образом, вечером семнадцатого октября на территории известного отеля фанаты наткнулись на главного вокалиста группы Eversong. Айдол прогуливался в одиночестве без сопровождения, чем очень обрадовал поклонников. При встрече с фанатами молодой человек был довольно любезен и даже раздал несколько автографов. Примечательно, что в это же время в элитном номере отеля его младший брат давал интервью журналистке Саше Остряковой. Девушка приехала из России. В данный момент она стажируется на факультете журналистики. И как знать, повезло ли Саше встретиться с огненным макнэ? Время покажет, а мы, друзья, будем ждать…»

Последнюю строчку я читала трясущимся от страха голосом. Кинув газету на стол и подняв голову, я виновато посмотрела на подругу.

– Извини, Лиса! Я не могла тебе сказать. Я обещала ему. Он подвергает себя громадной опасности, встречаясь со мной. И…

Я не успела договорить, Лиса вскочила со стула, запрыгала как кенгуру и начала при этом громко пищать и топать ногами.

– Тише, тише!!! Прошу тебя, перестань! – пыталась перекричать я радостный визг подруги.

Она вдруг остановилась, обняла меня и села на стул.

– У меня дрожат ноги от неожиданных новостей! Вот это да! – она сидела и трясла мою руку. – Я даже прощаю тебя за то, что ты не рассказала мне, но… ты вообще представляешь, что сейчас будет?! Я боюсь за тебя! А у вас что-то было? Ты реально встречалась с Кахо? Ну, ты даешь!!!

Я смотрела на подругу и боялась пошевелиться, ощутив всю мощь приближающегося ужаса.

«Боже мой! Неужели его всё же раскрыли? А вдруг компания расторгнет с ним контракт?»

Лиса, молча, наблюдала за мной в ожидании ответов. По моему лицу она поняла, что я взволнована не на шутку и явно что-то обдумываю.

– Между прочим, если ты сейчас думаешь о нём, то это зря! Его защитит компания! Они сегодня же напишут опровержение. И дело в шляпе! Вы, русские, любите так говорить? Кстати, я вчера как раз изучала пословицы, – с гордостью поведала мне Лиса. – А вот твоя судьба меня гораздо больше беспокоит! Ты представляешь, что миллионы фанатов будут искать тебя, чтобы разорвать на части?! – повысив голос, сказала она.

– Да за что? Меня ведь никто не видел с ним! Мы же общались с его братом. Я действительно брала интервью у него, – оправдывалась я.