След Гипербореи

Сигора Роман Александрович сидел на лавочке в сквере по улице Красной и слушал сухощавого русоволосого человека в темном костюме. Полчаса назад по дороге в клуб данный гражданин подошел к нему и, представившись подполковником Лобченко Игорем Георгиевичем, предъявил удостоверение, из которого явствовало, что предъявитель оного является сотрудником государственного комитета по безопасности, после чего предложил побеседовать в парке.

– Роман Александрович, как вы видите, мы встречаемся с вами в не формальной обстановке, сугубо конфиденциально. Смею вас уверить, разговор наш никоим образом не фиксируется. Организация, которую я представляю, решила обратиться к вам после анализа событий почти двух годичной давности. Тогда вы помнится, работали совместно с представителями некоего восточного религиозного течения. Когда к нашим аналитикам попала информация о тех событиях, первоначальная реакция была – шпионаж. Но в дальнейшем поняли ни военные, ни экономические вопросы вас не интересуют напрочь. Все события вертелись вокруг чего-то связанного с религией, и мы быстро закрыли эту тему, нам хватало более приземленных задач. Даже то, что вы вывезли какое-то ювелирное изделие (Роман улыбнулся про себя), не очень заинтересовало нас. Тем более что содействие вашему мероприятию оказывали самые высшие правительственные круги и России и Индии. Все вертелось, вокруг какого то культового предмета, а нам религия интересна только в той мере, в какой она нужна для обеспечения безопасности государства.

Роман вздохнул.

– Подполковник, я не совсем понимаю, чем продиктован ваш интерес ко мне. Вы же сейчас сами сказали. Те события проходили с ведома нашего правительства. Стало быть, ничего противозаконного в них не было. Чем же сейчас я мог заинтересовать столь серьёзное учреждение вроде вашего. Сегодня я представитель негосударственного общественного образования клуба археологов и кладоискателей любителей. Наша деятельность ведется строго в рамках закона. Неужели вас серьёзно интересуют наши находки древностей? У нас раскопки ведутся с соблюдением установленных правил, все находки регистрируются и сдаются в музей, что подтверждено многочисленными актами проверок. По моемому мнению нас проверяют в несколько раз чаще тех, кто открыто работает на нелегальный вывоз раритетов за границу. Скажу честно, я почти уверен, что большая часть этих проверок инициирована как раз ими.

– Спорить не буду, во многом, что вы сейчас сказали, вы, безусловно, правы. Но у нас к вам совсем другой интерес. Вы нам нужны как специалист в области паро-нормальных явлений.

– Вот те раз. Почему я? Мои увлечения энергетикой носят сугубо личный характер, я не практикую лечение или обучение населения нашей славной родины не имею званий, научных и ненаучных работ и тому подобное.

– Вот именно. Вы не имеете той бешеной раскрутки как наши мастистые маги, колдуны и прочие не традиционные целители, прорицатели и тому подобное. Но ваши некоторые способности нам известны. А в купе с тем, что вы еще и почти профессионально занимаетесь археологией вы для нас самая подходящая кандидатура.

– Подходящая для чего?

– Роман Александрович, вы знаете, что индустрия туризма сейчас приобретает почти стратегическую важность. Россия пока провально отстаёт от других стран в этом вопросе, а между тем это миллиарды долларов поступлений. Запасы нефти и другого сырья неизбежно будут иссякать, и в один прекрасный или точнее ужасный день доходы от их продажи рухнут вниз. Так что даже если найти еще одно месторождение нефти это только временно поправит финансовые дела нашего государства. А вот если у страны с вашей помощью появится что-то вроде египетских пирамид, считайте, что вы сделали для неё больше всех благотворительных фондов вместе взятых. Вот мы и хотим предложить вам участие в одной необычной, но необычайно интересной археологической экспедиции.

– С каких это пор комитет по безопасности занимается археологией?

– С тех пор как вышел указ президента удвоить ВВП. Мысль хорошая, но вот способов её исполнения кот наплакал. Нефти, газа и прочих природных ресурсов намного больше не вывезешь. Оружие тоже можно продать только по потребности покупателей. Промышленность, которую так активно грабили и гробили последние десять лет, быстро не восстановишь, и опять же нет денег. Вот и спущены с верхов указания всем учреждениям, отработать все возможные варианты валютных поступлений. В ходе отработки у нас и возникла идея спешно выбросить на рынок идею с археологической находкой нового тысячелетия. Это приток туристов, капиталов и прочее. Но для этого нужна сенсация. Ну а вы у нас уже имеете опыт сенсационных находок.

– Ну а почему именно я подполковник. Какой вам интерес привлекать самодеятельного археолога, когда у нас в стране прозябают без работы десятки археологических институтов с мощнейшими людскими научными и техническими базами.

– Дело в том, что на первых порах нам не нужна широкая огласка проекта.

А любая экспедиция скажем академии наук это широкий диспут в средствах массовой информации. А вот если скажем, частная экспедиция отправится, куда ни будь, в глухой уголок необъятной России это будет выглядеть вполне невинно. Мало ли куда сейчас ездят искатели приключения были бы деньги. Кстати вас профинансируют по высшему разряду, в этом вы можете быть уверены. И сама работа будет для вас исключительно интересной, я вас уверяю.

– Вы меня прямо таки заинтриговали. Ну и что это за таинственный проект можно узнать?

– Можно ли ваш вопрос считать принципиальным согласием.

– Видите ли, Игорь Георгиевич вы ведь знакомы с детектором лжи?

– Да по роду работы мне приходится сталкиваться с данным прибором. К чему это вопрос.

– Принцип его действия основан на том, что когда человек говорит неправду, в его организме происходят определенные изменения, которые и фиксирует прибор. Хорошо подготовленный человек может почувствовать эти изменения даже лучше прибора. Я ведь не зря занимаюсь некоторыми восточными учениями. Во время нашей беседы вы мне не сказали прямую ложь, но и не сказали всей правды. Не верю я в то, что служба вроде вашей так будет увлекаться пополнением государственного бюджета в ущерб основной работе. Какая то подоплёка здесь есть весьма далёкая от экономики.

Лобченко помолчал, глядя перед собой и вздохнув, заговорил снова.

– Я вижу, что в вас не ошибся и мой выбор правильный. Роман Александрович вы правы, тут есть оборотная сторона. Для вас не секрет что существуют силы, которые не признает или не всегда признает официальная наука, но это не мешает им исправно действовать. Так вот когда пару лет назад вокруг вашего ритуального предмета вертелись разные группы, как нам тогда казалось, чокнутых религиозных фанатиков мы не придали этому должного внимания. Ну, дерутся секты, за какой то там предмет и бог с ними главное к терроризму прямого отношения не имеют, да и в качестве отступного всеми участниками этой заварухи оказывались такие услуги в области разведки и экономики, что ни один раритет стоить просто не мог. Некоторые тогдашние события, которые стали известны позже не ложатся в эту схему. А когда выяснилось, что в игру активно вступили спецслужбы некоего сопредельного государства у нас и вовсе охнули многие. Получилось, мы проворонили нечто неординарное бывшее у нас под носом. Тогда икнулось многим людям, носящим на плечах большие звёзды. Лихорадочное расследование создало больше вопросов, чем ответов. Особенно руководство заинтересовала необычная магнитная буря, которая была зафиксированная спутниками по странному совпадению в те дни, когда вы были в Индии и эпицентр, как раз был в районе расположения монастыря, где вы гостили так сказать по обмену опытом. Но бог с ним дело прошлое, да и скажу по правде приказано не ворошить ту историю.

– Так что же?

– Видите ли. Моё подразделение было создано в рамках нашей организации не совсем легально. Официально я занимаюсь экономическими и финансовыми вопросами. Неофициально это скажем так изучение явлений, которые не укладываются в общепризнанные нормы.

– Ну и что в предстоящей экспедиции не укладывается в эти нормы. Вообще о чём идёт речь?

– Дальнейший разговор раскрывает некоторые госсекреты, и продолжать его можно только после соблюдения некоторых формальностей.

– Подписка о неразглашении?

– Да. Если вы её подписываете это, означает, что в принципе согласны с предложением, и я раскрываю перед вами карты. Если нет. Мы расстаёмся и забываем о сегодняшней встрече. Итак, ваше решение.

– Знаете, я не люблю скоропалительных решений. Да и согласитесь, не мешало бы узнать условия. Начало экспедиции её цель, длительность, состав и так далее. А то вы как-то настойчиво предлагаете подписать чистые листы текст, на которых, будет написан позже.

– Безусловно, вы правы. Вот текст официального договора с компанией «Балтпорт» здесь указаны все данные по предстоящему предприятию. Официально вы будете производить поиски древних поселений на севере и это истинная, правда. Неофициальная часть будет связана с изучением некоторых паронормальных явлений, она в договоре не фигурирует. Ознакомьтесь, и если вам будет удобно, завтра на этом же месте дадите ответ. В случае, каких либо вопросов можете позвонить мне по телефону в любое время. Я надеюсь вам не надо объяснять, что наш разговор лучше не предавать огласке.

Полковник протянул ему визитку с телефонами и, кивнув на прощание, упругой походкой направился к подземному переходу. Роман вздохнул, повертел в руках оставленную папку, сунул туда визитку и продолжил прерванный путь в клуб к Осокину. По пути он мрачно размышлял что тень того проклятого венца ещё долго не оставит его в покое. Сначала его вызывали по поводу повреждения ракетой российского транспортного самолёта над территорией Афганистана и исчезновения одного из российских пассажиров. Затем задавали вопросы по поводу событий в ночном клубе в Новороссийске. Но тогда всё довольно быстро закончилось. Скорее всего, подключились некоторые известные ему люди из монастыря. Затем был почти год затишья. Роман серьезно увлёкся изучением необычных человеческих способностей, кроме того, ходил в археологические экспедиции. Клуб теперь имел два направления археологическое, его вел Роман и восточных боевых учений его курировал Михаил. Жизнь вроде бы начала входить в нормальную колею. Роман расписался с Татьяной. Денег, которые оказались на его счёте, после возвращения из Индии оказалось вполне достаточно, чтобы купить приличную квартиру и вообще не тревожится об их наличии. Пришлось повозиться с оформлением отцовства Насти. Кроме обычной бюрократической волокиты требовалось еще и письменное согласие биологического отца. Оного удалось найти с помощью милиции аж в Череповце. Роман ездил с Татьяной к нему за письменным отказом. К счастью здесь проблем не возникло. Бывший муж к тому времени на новом месте прижил уже новую семью и по всем признакам был под крепким каблуком у новой супруги. Больше всего он боялся, что его заставят платить алименты на первую дочь. Поэтому когда узнал, что речь идет об отказе от отцовства над Настей почти не скрывал своего облегчения. Роману, глядя на него, трудно было понять, что в своё время нашла в нем его Татьяна. Хотя если вспомнить свой семейный опыт то каких либо других объяснений кроме молодости искать не хотелось. Так Роман официально стал отцом Насти. Надо сказать, что он полюбил эту тихую застенчивую девочку и сейчас уже воспринимал её как родную дочь. Вскоре появился на свет маленький Алексей. Радость от его появления на время заслонила всё остальное. Татьяна светилась счастьем, и Роман был уверен, что с женой ему повезло. В доме всегда было чисто и уютно. Конфликты неизбежные в любой семье она умудрялась мягко гасить, не доводя их до разрастания в ссору. Хотя зачастую выходило, что вопросы разрешались, так как предлагала она. И надо честно признать что решение, как правило, было верным. Вместе с тем она не вмешивалась в его работу и не проявляла признаков не терпимой ревности, но надо признать, что и Роман старался не давать поводов для таковой. В общем, жизнь текла, как в сказке имелся уютный семейный очаг интересная работа, и приключения годичной давности начали под воздействием времени потихонечку тускнеть. Но вот сегодняшний разговор, похоже, грозил перечеркнуть все напрочь. То, что это будет необычная археологическая экспедиция и ёжику понятно. Не стал бы старший офицер такой службы искать встречи с малоизвестным доморощенным археологом самоучкой, ради какой то простой экспедиции. Значит, скорее всего, что-то связано с магией и прочими потусторонними выкрутасами. Ну а то, что с этим связано Роман помнил слишком хорошо. Нет, не то чтобы у него остался страх перед теми событиями. По своей натуре он был непоседливым человеком. Раньше когда ему нужно было принимать решение, он поступал, так как считал нужным, и наличие опасности в предстоящем деле не являлось причиной для отступления. Но тогда у него ещё не было семьи. Как-то на занятиях в монастыре Роман спросил наставника, почему монахи в не имеют семьи. Нельзя. Заботы о семье не должны вставать между монахом и небом. Человек должен сам выбрать чему он посвятит свою жизнь. И это относится ко многим жизненным ситуациям.

Даже воровской закон подразумевает в случае появления семьи бывший вор, если он хочет, отпускается из общака. Так что приходится выбирать между свободой принятия решений, когда ты рискуешь только собственной судьбой и семейной жизнью. Он вроде бы выбор уже сделал дома его, ждет любимая и любящая жена маленький сын и дочка жены. И всё-таки надо признать его уже понемногу начало угнетать однообразие последних дней. События предыдущего года были слишком яркими, и на их фоне последующая жизнь сейчас виделась немножко серой и обыденной. Блин горелый он, что сам себя убеждает в том, что его натура требует активных действий. Признайся, что у тебя возникло дикое желание, узнать то о чём хотел сказать полковник. За этот год ты и боялся и очень хотел, что бы проявились твои возможно скрытые способности. Но пока можно констатировать только то, что у него резко усилилось все, то, что было наработано им до той первой медитации в монастыре. Но вот той силы, которую он ощутил после неё нащупать, внутри себя не удавалось. Может она ушла вся, а может, ждёт своего часа. Ну, вот и клуб. Сказать Михаилу или пока не стоит. Пожалуй, не надо. Ладно, надо приниматься за работу. Помещение старого клуба, ставшее уже маленьким, они с Михаилом продали и купили новое более просторное переделанное из подсобного склада полу разваленного предприятия. Капитальный ремонт, конечно, обошелся в копеечку, но зато клуб получился загляденье. Здесь у него был отдельный личный кабинет, где собирались участники следующей экспедиции. Но вместе с плюсами были и минусы. На них с Михаилом обрушился поток бумажной волокиты. Промучившись пару месяцев, они наняли опытного бухгалтера. Марина Ивановна энергичная женщина лет тридцати пяти взяла на себя большую часть тяжкого бремени учёта и отчётности. Кроме того, новый бухгалтер, увидев чем, питаются владельцы клуба на обед (разовые стаканчики блюд быстрого приготовления и колбасой) обеспечила цивильные обеды и им и другим постоянным работникам клуба. Но всё равно непривычная административная работа отнимала много времени и нервов. А когда хлынула череда комиссий и проверок, это вообще повергало в состояние среднее между ступором и бешенством. В стране разваливающейся от неразберихи оказалось не мыслимое количество контролирующих ведомств, и все хотели производить проверки, писать акты, применять штрафы и тому подобное. Милиция, начиная от патрульных сержантов кончая офицерами ОБЭП, налоговая инспекция, администрация, пожарные, архитектура и прочие. В последний раз, когда к ним заявились двое крепких и наглых ребят, с корочками общества защиты прав потребителя терпение у Михаила лопнуло. Ребят задержали, вызвали милицию, телевиденье и знакомых журналистов и просто знакомых с высоким общественным статусом. Общество оказалось настоящим корочки тоже. Вот только регламента проверок утвержденного соответствующим образом в природе не было. Ребята гуляли по своему усмотрению, шерстя налево и направо торговые точки и организации. Кто-то от греха подальше старался уладить дело денежными или прочими взносами на благо группы проверки. Скандал получился неплохой. Но после этого пришлось нанять на полставки ещё и юриста молодого человека испытывающего, какое то странное удовольствие в том, что он почти все акты проверок опротестовывал в суде и по формальным признакам отменял их. И количество проверок пошло на убыль. Но штат потихонечку разрастался, внося дополнительные проблемы. Лучше всего Роману было на раскопках. Привычная и интересная работа на природе с такими же любителями. Состояние счёта открытого на его имя одной из индийских благотворительных организаций позволяло заниматься археологией не ради дохода, а ради удовольствия. За несколько дней успевал соскучиться по семье. И семья успевала соскучиться по нему. А так было приятно обнять счастливую Татьяну. Поцеловать Настю, и уж верхом удовольствия было подхватить на руки визжащего и прыгающего в манеже с неизменной соской во рту Алексея. Ну и ради чего всё это на некоторое время придётся (а придётся ли?) отменить. Роман сел за стол и открыл папку и углубился в чтение.

Типовой договор. Он руководитель экспедиции. Цель поиска – следы поселений первобытных людей. Место поиска указан расплывчато – Ямало-ненецкий автономный округ. Численность экспедиции шесть человек. Оплата, оснащение – весьма неплохо. Начало через две недели. Срок полевого сезона четыре месяца. М да. Он бросил папку на стол. Вот и думай боярин Роман. Алексею чуть больше года Насте семь. Оставить Татьяну одну с двумя детьми почти на полгода после годичного мотания по экспедициям выглядело не очень красиво, если не сказать больше. День прошел, как обычно приходили ребята с предложениями по выездам на раскопки на предстоящее лето. Роман брал письменные заявки, обещал посмотреть позже и ловил себя на мысли, что ему это уже не интересно. Вечером к нему в кабинет заглянул Михаил. За прошедший год его восточный загар почти не уменьшился, и он по-прежнему сильно смахивал на индуса.

– Не желаешь немного поразмяться на ковре. А то ты я вижу, совсем засиделся за своим руководящим столом. Так и не заметишь, как целиком перейдёшь в бюрократы с последующим ожирением и отдышкой.

Это было конечно неправдой. Роман лишь на немного сократил занятия борьбой и рукопашкой. Конечно, он уступал Михаилу, который вел раздел боевых искусств и держал себя в неплохой форме, но признаков старческого разложения у себя не замечал.

– Если это вызов считай, что он принят.

– Лады тогда через десять минут встречаемся на ковре.

Роман быстро переоделся и двинулся в борцовский зал, стараясь, настроится на предстоящую схватку. Михаил уже ждал его. В темпе размявшись, они сошлись. Михаил был легче и старше. Но по подготовке он был явно сильнее. Минуты две они топтались, пытаясь вывести противника из равновесия и провести прием. А затем Роман оказался на ковре, и так повторилось несколько раз. После очередного броска Михаил остановился, переводя дух.

– Должен вам заметить Роман Александрович не стоит выходить на схватку пусть даже тренировочную, если ваши мысли заняты чем-то другим. Что-то случилось?

Роман поднялся с ковра.

– Пока ничего, но есть на подходе интересная тема.

– Об чём тема.

– Пока говорить не о чём всё очень смутно.

– Как знаешь. Ладно, пошли в душ и по домам.

– Кстати насчёт дома ты, когда друг сердешный обзаведешься семьёй. Пора уж серьёзно подумать о продолжении рода. А то бродишь по свету как тот кот, который сам по себе. Вот и Татьяна просила передать, что ей было бы очень приятно пригласить в гости семью Осокиных, что бы было с кем поговорить на женские темы.

– Не капай на мозги. Не к чему мне головная боль на пятом десятке. Я волк одиночка и в стае жить не могу. Я и здесь уже сатанею. Ты хоть на раскопки ездишь, а я чувствую, что зашиваюсь с учениками с соревнованиями и конференциями. Знаешь, два года назад я был почти все время под боевой загрузкой, и все чувства были в постоянном напряге. А тут вчера проснулся и вдруг почувствовал, что старею. Нужна встряска. Ты чего встал?

– Слушай Миш. Если вдруг подвернётся интересное дельце, составишь компанию?

– Что за дело?

– Толком и сам не знаю, но похоже того типа, что и год на зад.

– Чур, тебя. Маги что ли вернулись?

– Да нет тут другое, если всё получится, через пару дней расскажу.

Домой Роман вышагивал в полном смятении чувств. С одной стороны он был уже почти уверен, что согласится поехать в экспедицию. С другой, он знал, как эта новость огорчит домашних. Ладно, будь что будет. Как говорят психологи, отпустим ситуацию.

После ужина Роман уселся в кресло просматривать почту, Татьяна суетилась на кухне. Алексей уже мирно посапывал в своей кроватке. Настя, поиграв, тоже пошла в свою спальню. Татьяна тихонько подошла сзади и, обняв, положила голову ему на плечо.

– Что-то случилось?

– Почему ты так решила?

– Не знаю, просто чувствую.

– Мать у тебя, что открылось ясновидение?

– Нет, просто хорошие жены чувствуют такие моменты. А я у тебя хорошая. Так что у тебя случилось?

– Мне предложили очень интересную работу, но она связана с очень длительной командировкой.

– Что за работа?

– Поиск древних поселений на Севере.

– Надолго?

– Месяца на четыре может на пять. Если конечно отпустишь.

Татьяна вздохнула.

– Куда я денусь. Глупо привязывать мужика к дому и кровати, если его тянет на войну.

– Там нет войны.

– Да я образно. Нельзя человека лишать свободы помимо его воли ничего путного из этого не выйдет. Когда едешь?

– Через две недели.

– Ладно, дочитывай свою газету и давай спать учти эти две недели – мои.

Татьяна дала ему лёгкий подзатыльник повернулась и направилась в спальню.

Нет, всё-таки мировую он нашел себе жену.

Как и было договорено, они с Лобченко встретились в том же парке в летнем кафе.

– Ну и что вы решили Роман Александрович?

– В целом я согласен, но знаете, хотелось узнать подробности и оговорить некоторые вопросы.

– Само собой, но прежде давайте урегулируем некоторые формальности.

Лобченко протянул ему несколько листков. Роман бегло их пробежал глазами. Подписка о неразглашении. Что ж надо так надо. Он подписал в местах, где стояла его фамилия, и вернул документы назад. Полковник аккуратно уложил их в кожаную папку и, застегнув, положил её на стол.

– Вкратце суть такова по многим легендам на севере в глубокой древности точнее еще в доисторические времена существовала очень развитая цивилизация.

– Гиперборея?

– Да Гиперборея. Долгое время считалось, что это миф. Даже примерного места никто не знал. Разброс мнений о её нахождении был огромен. От британских островов до Чукотки. И, несмотря на горы работ написанных по данной теме. Реальных доказательств на сегодняшний день кот наплакал. Но прошлым летом один любитель приключений наскочил в тайге на странное образование. Из земли выступала скала, имеющая удивительно правильные геометрические очертания и из которой торчал металлический предмет на вид очень старый, но когда его очистили от налёта, он выглядел как никелированный. Тайга, точнее лесотундра в тех местах глухая и почти нехоженая. Заинтересовавшись находкой, данный любитель доставил предмет в город Санкт-Петербург и отдал его своему знакомому на экспертизу просто так из любопытства. На наше счастье знакомый работал в криминалистической лаборатории ФСБ и когда у него в руках оказался предмет из сплава, которого никто на территории России никогда не отливал, соблюл-таки служебный долг и о находке доложил по инстанции. Материалы попали ко мне. Я сопоставил находку с другими данными, имеющимися по указанному району. С ними вы ознакомитесь позже у нас в заведении. Ну и добили меня и моё руководство вот эти фотографии.

Лобченко вытащил из папки несколько цветных снимков. На них был запечатлен некий бородатый субъект на фоне скального выступа похожего на втоптанный в грунт гигантский кирпич в нескольких позициях.

– Ну и что из этого следует? Обычная фотография в тайге на память.

– Дело в том, что наши эксперты уверяют, что указанная скала, на фоне которой снялся, наш любитель бродить по тайге носит следы первичной обработки. Иными словами перед вами гранитный блок весом тонн в четыреста созданный разумным существом и в котором был найден металлический предмет состав, которого поставил в тупик даже самых опытных экспертов. Металл практически не подвержен коррозии и прочность его настолько велика, что обработать его даже в современных условиях можно только на уникальных станках. Ну и еще одно примечание примерный возраст данного монолита, если верить исследованию налёта на стержне исчисляется многими тысячами лет. Иными словами он был произведен задолго до того, как появились египетские пирамиды. Если верить нашей официальной истории наши с вами предки на этом отрезке времени ещё бегают по планете в звериных шкурах.