Геополитические шахматы. Искусство побеждать без войны

«Пророчества» Бжезинского?

Незаметно подошел к концу второй срок президентства Владимира Владимировича Путина. Как бы ни сложилась дальнейшая судьба нашей страны – его имя уже отмечено в анналах ее истории, как имя настоящего патриота России, государственного мужа, сделавшего все, что было в его силах, чтобы уберечь государство, народы России от распада и уничтожения под катком сторонников насильственного построения однополярного мира.

Часть западных СМИ, ангажированных весьма серьезными политическими заказчиками, с циничным упорством писала о том, что сейчас главная задача Запада в отношении России – это провести на президентских выборах «своего» кандидата, который быстренько вернет Россию к ельцинско-козыревскому стилю отношений с западными странами: Америка приказала – Россия ответила: Есть!

Причем пишут об этом даже вполне солидные издания и известные политики и политологи. Интересно, как отнеслись бы в этих странах, если бы российские газеты стали советовать руководству России, кому и сколько нужно дать денег через особые Фонды и каналы спецслужб за рубежом на предвыборные технологии, которые позволили бы привести к власти во Франции, Великобритании или США политиков вроде Ельцина? Наверное, это послужило бы поводом для такого неподдельного гнева и возмущения, что трудно даже представить. Между тем планы вмешательства в наши внутренние дела принято, не стесняясь в выражениях, обсуждать «всем мировым сообществом» как в СМИ, так и на других дискуссионных площадках.

В том числе открыто дискутируются и даже спонсируются технологии искажения истины и дезинформации россиян с целью возвращения во власть все тех же незабвенных «либерал-разрушителей» и грабителей страны, которые только притихли и сбавили аппетиты на время путинского правления.

А чего ждем от выборов мы? Какого президента мы хотели бы видеть во главе своего государства? Если вернуться мысленно на четыре года назад, в то время, когда мы только переизбирали президента Путина на второй срок, картина, которую мы увидим внутри страны, окажется гораздо более плачевной, чем сегодня. Зато Запад ликовал и праздновал победу над СССР и ельцинской Россией, пытался «приручить» Путина, открыто готовился к расчленению теперь уже Российской Федерации. Поэтому и задачи, стоявшие перед ним, были безотлагательными. «В феврале 2004 года, незадолго до президентских выборов в России, некое московское информационное агентство подготовило аналитическую записку о задачах второго срока президентства В.В. Путина. Это годы определения участи огромного «бездомного» куска суши, на котором в недалеком прошлом располагалась тысячелетняя Империя. Авторы записки давали жесткую оценку ситуации в России и делали вывод, что во время второго срока Путин столкнется с концентрированным вызовом истории. Что это за вызовы? В записке содержался их перечень. Вернемся к этому перечню и сравним его с сегодняшним положением вещей.

Во-первых, политика Ельцина и ельциноидов привела к такому состоянию, когда России, как полноценного субъекта политики, носителя суверенной воли, уже и пока что не существует. На протяжении ряда лет территория, обозначаемая на политической карте мира как «Российская Федерация», находится под Внешним управлением. Целью Внешнего управления является полное удовлетворение стратегических требований «кредиторов» – США и транснациональных корпораций.

Во-вторых, российские народы не сформировались как нация, связанная воедино судьбой, общими целями и общим кругом врагов. Очертания нации либо появятся на протяжении второго срока президентства В.В. Путина, либо навсегда исчезнут в глобальном тумане, ибо запас исторического времени исчерпан.

В-третьих, стабильность положения России абсолютно иллюзорна. Национальная инфраструктура изношена; взаимное наложение локальных инфраструктурных кризисов может в любой момент дать тяжелейшие последствия в масштабах страны. А главное – Россия переживает период тяжелой национальной депрессии, вызванной не в последнюю очередь кризисом идентификации, а депрессия и стабильность – вещи не совместные.

В-четвертых, вероучение элиты 90-х годов – смесь культа Молоха и позитивного социал-дарвинизма – не было воспринято ни русским народом, ни другими народами бывшего СССР. Это вероучение обслуживало и обслуживает интересы Внешнего управления (кредиторов), каковыми, напомним, выступают США и транснациональные корпорации.

В-пятых, Россия, несмотря на ее военно-экономическую слабость, расплывчатость ее образа, остается участником мировой политики, где в последние годы набирают силы поистине тектонические процессы. И никакая стратегия развития России не может быть выстроена в абстрагировании от этих процессов»[1].

Эту цитату из аналитической записки 2004 года приводит в своей статье «Разговоры со страной (разговор седьмой)» аналитик Юрий Прокофьев. Непредвзятый читатель может сам сделать выводы о том, какие из обозначенных проблем удалось хотя бы сдвинуть с мертвой точки, а к каким еще только предстоит подступиться. Сопоставляя сегодняшнюю ситуацию с той, что была перед началом второго срока президентства Путина, Прокофьев говорит о том, что сделано очень много, но, естественно, далеко не все, что необходимо для начала процесса восстановления страны и возрождения нации. Он детально останавливается на том, что удалось Путину уже за второй срок его президентства и какой ему предстоит, судя по всему, передать страну преемнику.

Подводя предварительные итоги президентства Путина, можно сказать, что, несмотря на чудовищную сложность стоявшей перед ним задачи, ему почти удалось если не вывести страну из штопора, то хотя бы начать этот маневр, причем уже у самой земли. Хотя тот же Юрий Прокофьев предупреждает: «Для того, чтобы отвергнуть диктат извне, одной политической воли недостаточно. Недостаточно и больших запасов углеводородного сырья. Об этом красноречиво говорит пример Советского Союза, экономика которого в значительной мере была подорвана искусственно вызванным резким снижением цен на нефть.

Чтобы быть сувереном, нужно иметь соответствующую экономику (от которой зависит и оборонный потенциал страны). В настоящее время у России такой экономики нет. Все статистические данные о росте российской экономики – самообман и попытка прикрыть действительное положение вещей. А действительность такова: изношенность оборудования на большинстве предприятий составляет до 70 %, все больше ощущается дефицит квалифицированных рабочих кадров, производство живет за счет давно устаревших технологий, для промышленности в целом по-прежнему недосягаем уровень ее развития в нашей стране в 990 году! Как говорится, комментарии излишни. И это при том, что есть еще научные заделы, осталось и некоторое количество высокопрофессиональных инженерных и рабочих кадров. Есть, наконец, деньги у государства. В чем дело? А дело в том, что в реальной экономике по-прежнему велико влияние Внешнего управляющего. Об этом ясно говорит, например, выступление министра финансов Кудрина по вопросам промышленной политики на заседании Президиума Госсовета в Волгограде (лето 2007 г.).

По истечении третьего года второго срока президентства В.В. Путина следует отметить отсутствие четкой позиции у Москвы на постсоветском пространстве. Как результат – цепь оранжевых революций, нестабильность ситуации во многих постсоветских государствах. Ведь эти государства не знают, сможет ли и захочет ли нынешняя Россия защитить их от внешних угроз. Они не знают, какую помощь готовы мы им оказать в развитии их экономики. Если так будет и дальше, эти государства обязательно уйдут из зоны российского влияния. Уйдут и Армения, и Казахстан, и Беларусь – все до одного. И это в высшей степени отвечает стремлению НАТО создать новый санитарный кордон по периметру границ РФ.

Сложно обстоит дело с формированием российской нации. Общество по-прежнему расколото по целому ряду признаков: это и имущественное расслоение, которое достигло невероятных размеров и продолжает расти, это и углубление этнических разделительных линий. Ряд республик никак не может забыть знаменитое ельцинское «берите суверенитета столько, сколько проглотите», отчего происходит медленное сползание Российской Федерации к конфедерации. Не преодолен раскол общества на «белых» и «красных». Не способствуют единению общества нерегулируемая миграция, создание среди коренного населения национальных общин из числа мигрантов, живущих по собственным законам, входящим в противоречие со сложившимися веками устоями жизни русского народа. Велик разрыв между условиями и уровнем жизни людей в разных регионах. Достаточно сказать, что средняя продолжительность жизни москвича на десять лет больше, чем в целом по стране. Реальных мер по выравниванию уровня и качества жизни по регионам практически не предпринимается. Такой программы у правительства нет (не было до 2006 года. – Авт.).

И самое главное. Многие люди не понимают, в каком обществе они живут, что их ожидает в будущем. Криминальный капитализм? Бюрократический? Олигархический? Госкапитализм? Черты всех этих формаций в российском обществе присутствуют. Общество должно четко понимать, что оно собой представляет и куда идет»[2].

«Всемирный экономический форум (ВЭФ) опубликовал доклад, в котором приводится рейтинг конкурентоспособности стран за 2007–2008 годы. Россия заняла в нем лишь 58-е место, поднявшись на одну позицию по сравнению с прошлогодним показателем. Как говорится в пояснительном документе, наиболее проблемные для РФ явления – это коррупция и налогообложение, а также преступность и неэффективная бюрократическая структура.

Нашли свое неоднозначное отражение в докладе и две извечные российские проблемы – по состоянию дорог страна заняла 06-е место из 3, зато в список российских преимуществ была записана эффективность корпоративных советов директоров. Сравнительно неплохо обстоят дела с высшим образованием, соотношением «продуктивность труда» («заработная плата» и «эффективность найма») «увольнение персонала».

В качестве явных конкурентных преимуществ экономики России выделены «Макроэкономическая стабильность», «Гибкость рынка труда», «Размер рынка» и часть индикаторов, характеризующих «Инновационный потенциал». Проблемами для конкурентоспособности России, которые сохраняются из года в год, названы, в частности, факторы «Здоровье и начальное образование», «Инфраструктура», «Качество институтов» и «Эффективность рынка товаров и услуг».

Также слабыми сторонами России на фоне сопоставимых стран являются низкая конкурентоспособность российских компаний и неспособность экономики «впитывать» современные технологии из различных источников, включая прямые иностранные инвестиции.

«Значительные природные ресурсы России и умелое макроэкономическое регулирование открывают для страны перспективы поддержания сравнительно высокого уровня благосостояния в ближайшем будущем. Однако сами по себе эти факторы недостаточны, если страна имеет намерение быть серьезным игроком в глобальной экономике: Россия срочно нуждается в развитии конкурентоспособности на уровне компаний, чтобы полностью использовать свой ресурсный потенциал и создать более диверсифицированную и динамичную экономику», – цитирует Reuters одного из составителей отчета, профессора Гарвардской школы бизнеса Майкла Портера»[3].

Иными словами, на Западе нашу экономику также считают сырьевой и неэффективной, хотя признают за ней большой не использованный пока потенциал. Но времени для долгой раскачки у нас нет. Динамика мировых глобализационных процессов диктует нам необходимость более высокого темпа наращивания экономических усилий, причем именно в реальном секторе. Если мы не используем наши преимущества сами, их используют в ходе глобализации против нас наши геополитические противники. Миру необходим второй полюс – он уже формируется. Какое место в этом процессе займет Россия, – зависит от сегодняшних усилий экономического блока правительства страны. К сожалению, пока этот блок представлен либералами образца 90-х, наглядно доказавшими в ходе предыдущих реформ свою профнепригодность.

То, что мир, вопреки желанию и военно-экономическому потенциалу США не может стать однополярным, доказывали трезвомыслящие политики и политологи всех стран, в том числе и в самой Америке, но только после Мюнхенской речи Путина стало ясно, что процесс формирования второго полюса уже начался. Более того, именно России придется стать центром его формирования. Но здесь стоит оговориться:

«Подводя предварительные итоги второго срока президентства В.В. Путина, надо еще и еще раз повторить: для того, чтобы полностью выйти из режима Внешнего управления страной, нельзя останавливаться на полпути. Необходимо решительно распрощаться с элитой девяностых, которая сейчас некоторым образом расслоилась. Те, кто остался у власти или при власти, прилагают все усилия, чтобы удержать Россию в рамках, заданных требованиями Внешнего управления, а именно: сокращение численности населения страны, дальнейшая деморализация народов, населяющих Россию и в первую очередь русского народа, сохранение за Россией роли сырьевого придатка стран «золотого миллиарда».

Те, кто остался не у дел – касьяновы, немцовы, хакамады и иже с ними, понимая, что так называемая либерально-демократическая реформа не воспринимается большинством народа, изменив тактику, пытаются найти новые пути возвращения к власти.

Мир движется по пути глобализации – это объективный процесс, но его объективность заканчивается ровно там, где заканчивается ее ненасильственный характер.

Насильственные действия сильных государств против слабых не могут восприниматься цивилизованным миром как движущий фактор объективного процесса глобализации. США и Западу кажется более выгодным силовой характер интеграции не сильных и суверенных многонациональных государств, а неких атомизированных, отделенных от соседних народов стеной вражды и недоверия малочисленных народов, по возможности оторванных от своих национальных и цивилизационных корней и заменившей их некой глобализированной эрзац-культурой Запада. Собственно сам процесс глобализации подменяется жесткой экспансией Запада и военно-политическим уничтожением крупных полиэтничных и поликонфессиональных государств.

Свой оригинальный и уже доказавший эффективность подход к глобализации – у нашего соседа КНР. «Выдвижение концепции социалистического гармоничного общества и заметный сдвиг влево в социально-экономической политике КНР после 2002 года, по-видимому, сигнализируют о завершении того этапа, когда рыночные преобразования и либерализация хозяйства и внешнеэкономических связей были основным содержанием изменений, происходивших в Китае и в мире.

Успешное преодоление Китаем разного рода догматических построений, включая неолиберализм, не осталось незамеченным – ни на Востоке, ни на Западе. Пекинский консенсус как бы поглотил Вашингтонский. Социализм вобрал в себя рынок, не изменив базисных характеристик!?

Подчеркнем, что важной частью Пекинского консенсуса становится выдвижение на первый план идеи социальной справедливости, что в экономической части предусматривает повышение доли ВВП, перераспределяемой государством, и усиление его контроля над крупным частным капиталом, не исключающего, конечно, государственно-частного партнерства.

Иначе говоря, социализм опять в моде, по крайней мере в Азии (где проживает более половины человечества и уже производится порядка 45 % мировой промышленной продукции, в том числе в КНР – около 25 %). Внимательно присматриваются к Пекинскому консенсусу и в Европе, включая ее восточную часть, вспоминая о золотом времени социально-ориентированного государства. Это обстоятельство очень вовремя доставляет России новую возможность выбора вариантов развития – из реально существующих в мире. Рыночный социализм (с переходом к инвестиционной экономической модели[4]. – Салицкий) выглядит вполне в духе времени и весьма привлекателен по многим другим причинам. В частности, социалистическая ориентация России позволит перехватить политическую инициативу, противопоставляя беспрецедентному давлению отживающего неолиберализма более демократичный, исторически-органичный и конструктивный проект»[5].

Не случайно большинство политологов, как пророссийских, так и враждебных нашей стране, сходятся в том, что Россия как держатель «Срединной земли», а также в силу ее цивилизационных особенностей может либо быть великой, либо не быть совсем.

Иными словами, перед ней всегда два пути – собирание земель и народов, а для этого нужна идея, определяющая общность целей, и мощная экономическая база, чтобы дать развитие российской евразийской цивилизации на новом эволюционном витке.

Как это делать?

Существует две позиции, два видения этого процесса: широтный, или линейное противодействие, равнозначное действию. Его современная интерпретация восходит к пониманию структуризации континентальных силовых полей К.Хаусхоффером. Именно ему принадлежала идея о том, что стратегический союз Германии и России должен составить основную линию континентальной оси. Нетрудно заметить, что отношения с Германией всегда оставались приоритетными для России до революции, и теперь вновь эта ось начала вырисовываться при Путине. И дело здесь не столько в субъективной позиции президента – стратегический характер отношений двух континентальных государств диктуется геополитикой. Так, известный аналитик Вадим Печенев отмечает, что «что вековые геополитические интересы великих держав лишь дремали под спудом идеологической схватки ХХ века, а теперь вновь пробуждаются … традиционные сюжеты и контуры. …«Русская задача» является одним из важнейших компонентов великой немецкой задачи, которая, как известно из истории, ночными кошмарами терзала первого американского президента-глобалиста Вудро Вильсона, – задача германизации Европы и создания Великой Германии. Чтобы не допустить этого, Вудро Вильсон и осуществил Версальскую схему раздела Европы. Почти 100 лет спустя кошмары Вудро Вильсона начинают возвращаться.

В связи с этим небезынтересно вспомнить давно забытый исторический факт. Кто сможет сегодня внятно ответить на вопрос: какие стратегические цели более полувека назад были официально положены в основу создания Североатлантического Союза? А между тем главных целей было две. Первое – отбрасывание коммунизма, об этом помнят все. А вторая… Вторая – это сдерживание Германии! В послевоенный период в США были в почете заветы Вудро Вильсона. И, не сумев из-за усиления СССР произвести вторичное раздробление Европы по Версальскому образцу, Америка была озабочена тем, чтобы в будущем не допустить возрождения на глобусе своего давнего конкурента – Великой Германии. Но кто, кроме специалистов помнит сегодня об этой второй цели создания НАТО? Именно ее забвение весьма убедительно подтверждает мнение о том, что в мире вместе с изменением парадигмы (парадигма – в контексте этой цитаты – направление. – Авт.) развития от ядерно-силовой к сугубо экономической назревает смена лидера и что этот процесс будет непростым»[6].

Поэтому, когда некоторые политики и политологи, сделав благостные лица, словно поют в церковном хоре, начинают напевать нам о «конце холодной войны», о дружелюбии и открытости США и НАТО, об отсутствии у них агрессивных планов в отношении нашей страны, надо просто процитировать им основополагающие аспекты борьбы за мировое лидерство, обозначенные в трудах западных ученых прошлого века и сегодняшних американских политиков и политологов.

Стоит наложить эти лекала, по которым родоначальники геополитики в США в ХХ веке предлагали перекраивать мир, на реальный внешнеполитический курс США и НАТО уже в нашем веке, как станет очевидным их полное совпадение. Так что: «Не стоит питать иллюзии насчет отношения США к России. Тот же Мэхэн предлагал следующие военно-стратегические подходы к России как «осевой» континентальной державе: «Борьба с Россией, этой непрерывной континентальной массой Русской империи…, является для морской силы (США. – Л.И.) главной долговременной стратегической задачей… Евразийские державы (Россия, Германия, Китай) следует задушить в кольцах анаконды». А мы еще удивляемся, что нас сегодня окружают военными базами и американской системой ПРО.

Последствия этой стратегии просчитал в 20-30-х годах ХХ века немецкий геополитик К. Хаусхофер: «Геополитическая экспансия США по линии Запад – Восток при ее завершении создает самую возможность порабощения Соединенными Штатами всей планеты»[7].

Но есть и другая позиция, согласно которой приоритетным признается меридиональное структурирование евразийского пространства. Причем есть и крайние позиции – аналитики, считающие, что время опоры на евроцентризм в российской политике – это пройденный этап. Отныне, по их мнению, Россия должна повернуться в большей, если не в исключительной степени, на Восток и интегрироваться в экономическое и политическое пространство Тихоокеанских стран. Это такие гиганты по количеству населения и экономическому росту, как Китай, Индия, Индонезия и др. Впрочем, приоритетность и важность для России отношений с Германией не оспаривается и сторонниками меридионального выстраивания векторов приоритетного политического взаимодействия.

Более того, Россия, как держательница «Срединной земли», «оси истории», не может даже при желании повернуться в какую-то одну сторону, не случайно ее геральдическим символом был двуглавый орел. Как пишет другой известный аналитик Ю.Рубцов: «За разговорами о создаваемом Соединенными Штатами в Восточной Европе третьем позиционном районе ПРО как-то затушевывается тот факт, что данный район включен в глобальную систему национальной ПРО США. И во многом информационный шум вокруг размещения в Польше и Чехии радаров и установок противоракет используется инициаторами такого размещения, чтобы отвлечь внимание от плана окружения нашей страны системой ПРО по всему периметру российских границ. По прогнозам российских военных аналитиков, как заявил начальник Генерального штаба ВС РФ генерал армии Ю.Н. Балуевский, США не ограничатся созданием третьего позиционного района ПРО в Восточной Европе, а пойдут на создание четвертого и пятого районов, которые будут размещены на севере Европы и на Дальнем Востоке.

Нынешнее руководство США форсирует планы создания элементов ПРО в Европе, чтобы связать руки новой администрации, которая, придя к власти в 2008 г., будет вынуждена сохранять преемственность военной политики и реализовывать эти планы»[8].

Агрессивная нацеленность планов нынешней администрации США только усугубляет обозначенные нами выше «непреходящие» ценности внешнеполитического курса США, пытающихся использовать объективные процессы глобализации для того, чтобы закрепить власть стран «золотого миллиарда» над странами и народами, не вошедшими в число избранных. Затем утвердить уже собственную власть посредством силового шантажа над всем миром, включая и страны «золотого миллиарда». Для скудеющих мировых ресурсов содержание даже миллиардного населения на элитном уровне становится все более проблематичным, к тому же хорошо жить хотят и жители других растущих центров силы. Это явно не входит в планы США.

Но «реализация всемирной, безличной власти денег выявляет главное противоречие эпохи – антагонизм между безудержной концентрацией богатства и природой. Среда обитания человека не выдерживает чрезмерной ее эксплуатации и «мстит» невероятно участившимися пожарами, ураганами, наводнениями, землетрясениями. Одновременно в общественное сознание внедряют мысль о том, что людей на планете «слишком много».

Так, в одном из докладов Национального совета США по разведке утверждается, что к 2015 г. 3 млрд людей на Земле окажутся «лишними», поскольку им, дескать, не будет хватать ресурсов для жизни.

Наверное, многим народам мира стоит задуматься над тем, кого относят к разряду «лишних людей» ястребы из Белого Дома.

Второе по масштабности противоречие – это антагонизм между атлантической и другими цивилизациями. Согласно теории, предложенной известным западным политологом Сэмюэлем Хантингтоном, мир вступил в эпоху «столкновения цивилизаций»[9], и это только начало. События в Ираке, Афганистане, Косово, в какой-то мере уличные бунты во Франции – это, прежде всего, не борьба за территориальную целостность, автономию или вывод иностранных войск, это еще не всегда осознанная война против атлантизма, тоталитарного глобализма, война против нового «органа всемирно-политической власти» (по З. Бжезинскому).