Реквием по победителям

Глава 1

Когда мир начал рушиться и все вокруг полетело к черту, Логану захотелось найти человека, который несет за все это ответственность. Найти и выстрелить ему в голову из чего-нибудь крупнокалиберного. Поставить напротив белой стены и выстрелить, и обязательно в голову. А потом, по цвету того, что вылетит из головы на стену, определить, был ли у этого человека мозг.

Очень сильно захотелось.

Первое время он ни о чем другом и думать не мог.

Чуть позже, когда мир все еще рушился и все вокруг по-прежнему летело к черту, Логан начал понимать, что вряд ли ответственность за все творящееся безобразие может нести лишь один человек, и если один выстрел в голову и может что-то в этой ситуации изменить, то только если выстрелить в себя.

Это искушение Логан таки сумел побороть.

Потом прошло еще какое-то время, и мир рушился, и все вокруг летело к черту, и Логан привык к этому, более того, он даже начал от этого уставать, и он почти перестал думать о том, кто виноват, и только изредка задавался вопросом, а что же будет, когда этот процесс подойдет к концу. Что останется от мира, который он знал, и каким будет новый?

Логан знал, чтобы этот вопрос перестал его беспокоить, ему стоит внимательнее оглядеться вокруг. Может быть, он уже живет в этом самом новом мире. Может быть, этот мир окажется не так уж плох. Может быть, Логану в нем даже понравится.

Жаль, что сам он в это не верил.

И вот наступило еще одно прекрасное солнечное утро, будь оно проклято отныне и во веки веков.

Логан вышел на террасу. Чашка горячего кофе в одной руке, легкий импульсный пистолет «Хеклер-275» – в другой.

Так и живем, ребята. Так и живем.

Кофе был необходим Логану, чтобы начать новый день. Пистолет – чтобы никто этому не помешал. Популяция одичавших собак за последние два года увеличилась чуть ли не втрое, да и до местных хищников начинает доходить, кто здесь отныне является хозяином положения. Звери уже запросто бродят по улицам и вламываются в пустующие дома. Звери отвыкли от людей. Перестали их бояться.

Логан считал, что это они зря. Он бы на их месте продолжал бояться. Он и на своем-то опасался.

Логан жил в пентхаусе.

Когда-то его терраса была открытой и солнце на ней в этом время суток пекло немилосердно, но теперь занавес из лиан, окутавших большую часть жилых домов, превратил ее в царство вечного сумрака. Что ж, в любом положении есть свои плюсы.

Логан уселся в кресло, выслушав очередной стон недовольного его весом пластика, глотнул кофе и положил пистолет на небольшой столик справа. На столике обнаружилась книга, которую он притащил с корабля. Вчера вечером Логан пытался ее читать, и, если верить закладке, одолел больше сотни страниц, но сейчас он не имел ни малейшего представления о том, что на этих страницах говорилось.

Надо были либо начинать чтение заново, либо вовсе бросать эту затею.

Логан кинул короткий взгляд на обложку и убедился, что начинать заново прямо сейчас он никакого желания не испытывает. Вместо этого он глотнул еще кофе и стал смотреть на переплетения лиан там, где раньше было открытое небо.

Джунгли Нового Дальнего Уэллса можно победить только залив их напалмом или обрушив с орбиты плазменный дождь, чего, конечно же, никто делать не собирался. Все остальные меры, а вот их было использовано бесчисленное множество, оказались сугубо временными. Если не превратить джунгли в пустыню, если дать им хотя бы один единственный шанс, то они этим шансом воспользуются и рано или поздно, но свое возьмут.

Раньше этот город был континентальной столицей и его население насчитывало больше миллиона человек. Теперь его жителей можно пересчитать по пальцам одной руки, а сам город не то, что с орбиты, даже с высоты птичьего полета не всегда заметишь. Пройдет еще пара веков, и от него останутся только расположенные в правильном геометрическом порядке холмы. Тонны стали, бетона и пластика, погребенные под буйной растительностью.

А потом перестанут существовать и эти холмы.

Логан находил сие весьма поучительным. Хорошее напоминание о том, насколько бренно человечество и как недолговечны оставленные им следы.

Если сейчас люди уйдут отсюда навсегда, планете понадобиться всего пара-тройка столетий для того, чтобы избавиться от их сомнительного наследия. Вселенная же их и вовсе не замечает.

Меньше двух тысяч лет назад человечество копошилось в грязи на своей родной планете и только мечтало о других мирах. Скорее всего, еще через две тысячи лет о нем никто и не вспомнит.

Что такое две тысячи лет для бесконечной вселенной? Один миг. Или вообще ничего…

От философских размышлений Логана оторвал звук заходящего на посадку флаера. Летательный аппарат приближался, как и положено, с северо-востока, но Логан все равно насторожился. Направление правильное, а вот время – нет. То ли он пил больше двух дней и таки умудрился потерять счет своим выходным дням, то ли произошло что-то непредвиденное.

Первый вариант был маловероятен, но Логан все равно надеялся именно на него. Сюрпризы в эти времена случались только неприятные.

В принципе, можно было не гадать, а сходить в спальню, взять коммуникатор и выяснить, какое сегодня число. С помощью коммуникатора вообще много чего можно было бы выяснить, но Логан решил не напрягаться. Какой смысл совершать эти совершенно лишние движения, если сейчас кто-нибудь обязательно прилетит и сам все тебе расскажет?

Кем-нибудь оказался Терри Смит, юный запасной пилот из космической программы Кертиса. Он аккуратно посадил флаер на расчищенной под посадочную площадку крыше соседнего здания, и это заняло у него всего на тридцать секунд больше, чем у Стаса, второго пилота с корабля Логана. Если учесть, что мальчишка садился здесь в первый раз, его результат можно было признать неплохим.

Терри дружелюбно помахал рукой и двинул в сторону лестницы. Чтобы попасть с соседней крыши в пентхаус Логана, ему потребуется преодолеть пять лестничных пролетов, пересечь улицу, а потом совершить подъем еще на пять этажей. Парень он спортивный, а это значит, что у Логана осталось немногим больше минуты тишины и покоя.

Логан решил, что он все-таки ненавидит это утро.

Терри в расчетное время не уложился. То ли он оказался вовсе не так спортивен, то ли, что куда более вероятно, просто споткнулся где-нибудь на одной из многочисленных лестниц.

Зато он был добр и жизнерадостен. По утрам Логан особенно не любил это в людях.

– Здравствуйте, мистер Клеймор.

– Привет, – сказал Логан.

Терри был одет так, словно собирался на серьезную вылазку в джунгли. Легкий походный комбинезон, высокие ботинки, два пистолета на поясе. Логану даже стало немного неудобно за свои шорты, шлепанцы и голый торс.

На голове паренька красовалась синяя бейсболка с эмблемой военно-космических сил Земной Федерации, ныне несуществующих. Такая у сегодняшней молодежи мода. Суровая романтика космических воинов, скафандроблещущих рыцарей без страха и упрека, служивших живым щитом человечества и его же мечом карающим. Всякая такая пафосная чушь.

Людям постарше, то есть, кому-то вроде самого Логана, эта символика напоминала лишь о былом могуществе. Учитывая нынешнее состояние дел, это было далеко не самое приятное воспоминание.

– Посадочная площадка зарастает, – пожаловался Терри.

– Огнемет в квартире сразу под ней, – сказал Логан.

– В следующий раз я обязательно им воспользуюсь.

– Если что, я тебе напомню, – пообещал Логан. – Где Стас?

– Он сломал ногу.

– Как?

– Упал с крыльца бара. Вероятно, он был нетрезв.

– Сам упал или ему помогли?

– Извините, мистер Клеймор, подробности мне неизвестны, – сказал Терри. – Кертис вызвал меня сегодня в шесть и сказал, что вас нужно доставить на космодром, а Стас временно выбыл из строя, так что заниматься этим должен именно я.

– Держу пари, что в его изложении эта речь заняла не меньше десяти минут и большей частью состояла из выражений, которые ты не должен повторять в приличном обществе, – сказал Логан.

– Вы довольно близки к истине, мистер Клеймор, – признал Терри. – И… Э… Пока Стас вне игры, я являюсь вашим вторым пилотом, сэр. Временно.

– Являются ангелы, – сказал Логан. – Уже среда?

– Нет. Сегодня понедельник.

– Тогда за каким чертом я понадобился Кертису на космодроме?

– И это все? – поинтересовался Терри. – Никакого «добро пожаловать в команду, парень»? Не будет даже короткого спича о том, что вы рады меня видеть и все такое?

– Наш вылет был запланирован на четверг, – сказал Логан. – Это означало, что Стас, или тот, кто его временно заменяет, должен был забрать меня отсюда в среду. Отсюда следует нехитрый вывод, что до среды я не рад видеть вообще никого. Ни Стаса, ни его замены. Ты улавливаешь мою мысль, кадет?

– У вас похмелье, сэр? – осведомился Терри, театрально скосив глаза на пистолет под правой рукой Логана.

– Нет, это обычная утренняя мизантропия.

– Бывает, – попытался изобразить сочувствие Терри. – Наверное.

– Так ты собираешься рассказать мне, какого черта тут происходит?

– А могу я для начала тоже куда-нибудь сесть?

– У стены стоит складной стул.

– Спасибо, – Терри поерзал, пытаясь устроиться поудобнее, что было довольно непросто сделать. Этот конкретный стул существовал лишь для того, чтобы продемонстрировать гостям Логана, насколько он им не рад.

Логан обошел несколько домов, прежде чем его выбор остановился именно на этом предмете обстановки.

– Итак? – сказал Логан после того, как Терри закончил ерзать.

– У нас ЧП, – радостно сообщил юноша. – Возможно, у нас даже два ЧП, и вы знали бы об этом, если бы не выключили коммуникатор. Кертис со вчерашнего вечера пытается с вами связаться.

– Но тебя он послал только сегодня, – заметил Логан. – Или это какое-то странное, не требующее срочного вмешательства ЧП, или он сумел разобраться с ним без меня, на что я очень рассчитываю. Но в таком случае тебя бы здесь не было, так? Но ты здесь и до сих пор не рассказал мне, что же у нас стряслось.

– У Виктора накрылись маневровые, – сказал Терри. – Так что это ЧП трудно назвать непредсказуемым. Я давно говорил, что у Виктора не тягач, а ведро с болтами, но кто ж меня слушал?

Как будто он сказал что-то новое, подумал Логан. Все знают, что у Виктора не тягач, а ведро с болтами, и многие говорили это вслух, но в данном случае их слова ничего не могли изменить. На планете не осталось ни одного корабля, чей износ составлял бы меньше пятидесяти процентов. В старые времена ни один из них не выпустили бы в космос, но в новые времена у людей просто не осталось выбора.

Других кораблей на планете не будет еще очень долго, а значит, надо летать на тех, что еще есть.

И привыкать к мысли, что летать вообще осталось недолго.

– В общем, у Виктора накрылись маневровые и он не смог затормозить при заходе на Булыжник, – продолжал Терри. – Умники из ЦУПа подсказали ему идею экстренного торможения посредством приложения ведра к поверхности булыжника, но он почему-то этой идеей не вдохновился, да и шахтеры оказались от нее не в восторге. Как бы там ни было, в последний момент Виктор увернулся и двинул к границам системы уже чисто по инерции. Увернулся он, говорят, с большим трудом. Шахтеры сейчас явно стирают штанишки и отмывают внутренности скафандров, поминая Виктора недобрым тихим словом. А уж какой шум стоят вчера в прямом эфире…

– Очень занимательная история, – сказал Логан.

– Кертис хотел послать на выручку вас со Стасом, – сказал Терри. – Но поскольку выяснилось, что Стас сломал ногу, а вы не отвечаете на вызовы, он послал Рамиреса. Тем не менее, всем пилотам объявлена суточная готовность, а меня послали за вами. К вечеру мы должны быть на базе.

– Только к вечеру?

– Видимо, Кертис рассудил, что вам понадобится какое-то время.

– Весьма предусмотрительно с его стороны, – одобрил Логан. – Значит, насколько я понял, ты здесь, потому что у Виктора проблемы, график поставок нарушен и к вечеру нам нужно быть на базе. А что там со вторым ЧП, о котором ты говорил?

– Ну, пока это еще не ЧП, – сказал Терри. – То есть, вполне возможно, что там будет ЧП, и еще какое, но пока это не факт. А может, ничего и не будет.

– Тебе когда-нибудь говорили, что ты прирожденный рассказчик? – спросил Логан.

– Мне удалось вас заинтриговать, сэр? – судя по выражению лица Терри, Логан мог сделать вывод, что новость, которую он анонсировал, была сногсшибательной. По крайней мере, в понимании самого Терри, и ему очень хотелось ей поделиться. Но еще больше ему хотелось, чтобы Логан проявил к этой новости хоть какой-то интерес. – Скажите, мне удалось?

– Разве что самую малость, – сказал Логан.

– Вчера с нами на связь вышел еще один корабль, – сказал Терри.

– Откуда?

– Из космоса.

– Понятно, что не из-под воды.

– Но из наших в космосе только Виктор и Рамирес, – сказал Терри. – И это были не они.

А, так вот оно что, подумал Логан. Это действительно большая новость. Только не факт, что хорошая.

– Ясно, – сказал Логан.

– Вы что, совсем меня не слушали, сэр?

– Слушал.

– С нами связался космический корабль, – повторил Терри таким тоном, словно разговаривал не со своим капитаном, а с невнимательным ребенком, не желающим понимать очевидное. – Не из нашей системы.

– И чего этим ребятам надо? – спросил Логан.

– Они запросили разрешение на посадку, – сказал Терри. – Будут здесь через двое суток.

– Это любопытно.

– Просто любопытно? К нам прилетает космический корабль из иной звездной системы, а вам просто любопытно? – изумился Терри. – Да это же такое событие, которого при моей жизни еще ни разу не было!

– Просто ты еще очень молод, – сказал Логан.

– Мне двадцать три, – гордо заявил Терри.

– Вот и я о том же.

– И вам совсем неинтересно, зачем они сюда летят?

– А ты знаешь, зачем?

– Не знаю, – признал Терри. – Но это не мешает мне строить версии.

– Значит, они больше ничего не сообщили?

– Кертис с ними разговаривал, – сказал Терри. – По его словам, связь была довольно хреновой, и это практически все подробности, которыми он поделился.

– Я бы на всякий случай привел в боевую готовность орбитальные станции, – сказал Логан. – Если там еще осталось хоть что-то, что еще можно привести в боевую готовность.

– Вы рассуждаете в точности, как сам Кертис. Это был первый приказ, который он отдал после переговоров.

– И это говорит о том, что Кертис – не дурак.

– Это говорит о том, что вы с ним – перестраховщики, – сказал Терри. – При всем моем уважении к вам обоим, сэр, но… что бы ни произошло, вы видите в этом только плохую сторону.

– Это плоды жизненной мудрости.

– Кому надо на нас нападать? – поинтересовался Терри. – Что у нас есть такого ценного, чтобы кому-то пришло в голову лететь за этим из другой звездной системы?

Логан пожал плечами.

– Последние люди, прилетевшие на нашу планету извне…

– Здесь и остались, – сказал Логан. – Это были мы с Кертисом, и произошло это до твоего рождения.

– Именно. Сколько, вы говорите, вам лет?

– Пятьдесят семь.

– Выглядите значительно моложе.

– Внешность обманчива, – сказал Логан. – Внутри я старый, лысый и уставший от жизни.

– Вы и снаружи лысый, – сказал Терри.

– Тем более, – сказал Логан. – Тебе трудно в это поверить, юноша, но за пределами Нового Дальнего Уэллса нет ничего интересного. Дела на других планетах обстоят либо так же, как здесь, либо еще хуже.

– Что может быть хуже этого? – Терри махнул рукой, указывая на пустую улицу. Или на пустой город. Или на планету, которая тоже может в скором времени опустеть.

– Тысячи вариантов, – сказал Логан. – Например, каннибализм. Религиозная истерия. Войны за ресурсы на планетах, не столь удачливых, как наша.

– И вы на самом деле считаете, что нам повезло?

– Всем уцелевшим повезло, – сказал Логан. – Кому-то чуть больше, кому-то чуть меньше. Нам – больше.

– Я не слышал, чтобы кто-то рассказывал ужасы про планету, с которой вы прилетели.

– Не было там никаких ужасов, – сказал Логан. – Разве что климат на единственном континенте куда хуже, чем здесь. По сути, тамошний материк целиком находится в зоне рискованного земледелия, а это означает, что в плохие годы там возникают проблемы с едой.

– Доходило до каннибализма?

– Нет, – сказал Логан. – Доходило до распределения продуктов питания по карточкам, до урезанных пайков и голодных обмороков. Но каннибализма при мне точно не было.

– И неужели ничего нельзя было придумать?

– Например? – спросил Логан.

– Гидропоника, клонирование, генетические модификации… – начал перечислять Терри.

– Космические полеты, – закончил за него Логан.

– Причем тут космические полеты?

Логан вздохнул и почесал бритый затылок.

– Знаешь, сначала ты мне нравился гораздо больше, – сказал он. – До тех пор, пока не начал задавать глупые вопросы про жизнь на других планетах и всякое в том же роде.

– Честно говоря, до сегодняшнего для я об этом особенно и не думал, – признался Терри. – Но теперь, когда к нам летят гости с другой планеты, эти вопросы перестали представлять только академический интерес.

– Их визит ничего не изменит, – сказал Логан.

– Почему вы в этом уверены?

– Посмотри вокруг, – сказал Логан. – Что ты видишь?

– Жилище одинокого холостого пилота, который злоупотребляет алкогольными напитками.

– Я ценю твое чувство юмора, – сказал Логан. – Но правильный ответ – запустение.

– А я разве не так сказал?

– Город сдается под напором джунглей.

– Он нам просто больше не нужен, – сказал Терри. – Джунгли приходят туда, откуда уходят люди. Это закономерно.

– И тебя никогда не интересовало, почему люди отсюда ушли?

– Потому что началось перераспределение, – сказал Терри. – Новый поворот в экономике планеты и всякое такое.

– Коммуникации разрушены, – сказал Логан. – Нет энергии, нет подачи воды. Содержание старой столицы потребовало бы слишком много средств. Слишком много сил, которые нужно приложить в другом месте.

– Я и говорю, началось перераспределение, – согласился Терри. – Но я никак не могу взять в толк, как сие связано с космическими полетами и голодом на вашей родной планете.

– Ты вообще в школу ходил? – поинтересовался Логан.

– Даже в две, – гордо сказал Терри. – Сначала в общеобразовательную, потом в летную.

– Похоже, образование катится в тартарары вместе со всем остальным, – сказал Логан. – Что, впрочем, совсем неудивительно.

– Так вы меня просветите?

– После войны уцелели только колонии, – сказал Логан. – В перспективе они должны были стать самостоятельными, но эта перспектива накрылась медным тазом, и в результате мы имеем то, что имеем. Главный вопрос выживания сформулирован очень просто – может ли планета сама себя прокормить.

– Новый Дальний Уэллс может.

– Да, потому что он был колонизирован в первую волну, – сказал Логан. – Зависимость от метрополии становится меньше по мере развития колонии. Первым приоритетным направлением является сельское хозяйство, затем идет добыча ресурсов, и лишь потом – организация собственного производства. Конечно, в реальности все это делается более-менее паралелльно, но акценты расставлены именно так.

– То же самое нам и в школе говорили.

– Возможно, дела в образовании обстоят не так уж плохо, – признал Логан. – Как бы там ни было, с сельским хозяйством у нашей планеты все в порядке, а вот с остальным возникли определенные проблемы.

– Но это же не наша вина, – сказал Терри. – Мы делаем все, что можем. Нам и это в школе говорили.

– Да об этом повсюду говорят, – сказал Логан.

Уроки истории.

Рано или поздно жители любой колонии начинают задумываться, зачем им нужны люди, живущие далеко отсюда и плохо представляющие местные реалии, но тем не менее пытающиеся навязать свое мнение в вопросах управления планетой и получающие львиную часть налогов. Это началось не сегодня, и даже не вчера. Это началось задолго до того, как человечество вообще вышло в космос. И люди в Метрополии тоже об этом знали.

Для того, чтобы удаленные от Земли колонии не стали слишком уж независимыми, все высокотехнологичные производства, без которых жизнь когда-то казалась людям немыслимой, было сосредоточены в Солнечной системе, а торговля технологиями была запрещена. Клонирование, генетические модификации, производство гелевых компьютеров и космических кораблей… Колонисты умели всем этим пользоваться, но производить это на местах они не могли. Отсутствуют необходимые знания, отсутствуют подготовленные специалисты, отсутствует производственная база…

Мы можем починить, если что-то сломается, мрачно подумал Логан. Но создать свое мы не можем. Да и ремонтировать мы способны только до тех пор, пока есть запчасти, а пополнить запасы больше неоткуда. Вот почему все наши корабли – это ведра с болтами. Вот почему рабочих компьютеров все меньше и меньше, вот почему нам пришлось заново, по старым музейным чертежам, создавать двигатели внутреннего сгорания и строить новые модель того же трактора. Потому что дизельный трактор мы нынешней производственной базе мы построить можем. А космический корабль – уже нет.

– Все это довольно печально, – сказал Терри.

– Жизнь – вообще не самая веселая штука, – сказал Логан. – Мы мнили себя царями природы, а на деле выяснилось, что мы ничем не лучше тех же муравьев.

– Муравьи не летают в космос, – сказал Терри.

– Жалкий аргумент, – сказал Логан. – К тому же, в космос мы летать тоже скоро перестанем. Ты в курсе, что летную школу в прошлом году прикрыли, а последний выпуск отправили на переквалификацию?

– Ага. В смысле, да, сэр.

– Ты принадлежишь к последнему поколению космонавтов, юноша, – сказал Логан. – Тебе повезло, тебе еще есть, на чем летать.

– На ведре с болтами, – уточнил он.

– Когда выйдет из строя последний ходовой реактор и откажет последний маневровый двигатель, закончится и это, – сказал Логан. – Великая эпоха космоплавания подходит к концу.

– Может быть, нам еще удастся что-нибудь придумать, – не слишком уверенно сказал Терри.

– Ага.

– Вы в это не верите?

Логан пожал плечами.

– Пока мы только катимся вниз, – сказал он. – Двигатели внутреннего сгорания, огнестрельное оружие, дома из дерева и бетона. Нам повезет, если дело не дойдет до луков, каменных топоров и ночевки в пещерах, отапливаемых открытым огнем.

– Э… могу я задать личный вопрос, сэр?

– Валяй.

– Вы только по утрам столь оптимистичны, или же это ваше естественное состояние?

– Я действую тебе на нервы?

– Немного.

– Не надо было тебе сюда прилетать.

– Я не мог не прилететь. У меня приказ, сэр.

– Тогда терпи.

– Буду терпеть, сэр, – Терри улыбнулся. – Кстати, мне было бы куда легче терпеть, если бы я тоже выпил немного кофе.

– Агрегат в комнате, – Логан в два глотка прикончил остатки своей порции и помахал в воздухе пустой кружкой. – Заодно и мне налей.

– А сами вы встать не можете?

– Между прочим, ты мой второй пилот, – сказал Логан. – Вот и соблюдай субординацию.

– Но мы же сейчас не на службе, – сказал Терри. – Сэр.

– Тогда ты можешь просто уважить мои седины.

– У вас нет седин, сэр. Вы лысый.

– А борода?

Через пару минут временный второй пилот вернулся с двумя полными кружками кофе и опять уселся на неудобный стул, всем своим видом давая Логану понять, что тому придется терпеть его общество до самого вечера, а может быть, и дольше.

– Должен признаться, это место нагоняет на меня тоску, – сказал Терри. – Не понимаю, почему вы поселились именно здесь.

– Потому что здесь тихо и спокойно.

– Что, конечно же, объясняет необходимость спать с пистолетом под подушкой.

– Это не столько необходимость, сколько привычка, – объяснил Логан.

– Похоже, вы прилетели к нам из очень веселых мест.

– Просто я старый, – сказал Логан. – Когда ты проживешь на этом свете столько же, сколько и я, твои представления о веселье изменятся самым кардинальным образом.

Глава 2

Дэн Кертис, глава космической службы Нового Дальнего Уэллса (девять суборбитальных шаттлов, шестнадцать кораблей малого радиуса полета, по крайней мере, столько их было до происшествия с кораблем Виктора) был педантом и перестраховщиком даже по нынешним стандартам космоплавания, чем раздражал юное поколение пилотов. Зато именно за эти качества его ценили пилоты постарше, а также представители смежных профессий и все, чья деятельность хоть каким-то образом пересекалась с космосом. Когда Новый дальний Уэллс терял космические корабли, все точно знали, что произошло это не по вине Кертиса. И все были уверены, что без Кертиса планета потеряла бы куда больше судов и за гораздо меньший промежуток времени.