Стикс. Сломать Систему. Часть четвёртая

Глава 1

«Начальская» комната на втором этажа трофейного коттеджа не отличалась шикарной обстановкой. Хотя по меркам вечной непристроенности Улья – это было царски комфортное обиталище.

На стильном кожаном диване шоколадной расцветки, подложив под голову обшитую кожей подушку изволил кемарить сам «Высокий начальник».

Не снятый камуфляж и берцы закинутые на подлокотник похоже не доставляли неудобства мирно сопящему молодому организму.

Тёплый желтый дневной свет, пробивавшийся сквозь жалюзи давал ощущение покоя и расслабленности.

Ляпота и блаженство духа…

Неожиданно раздался звук, громкий и режущий уши. И – невиданно редкий в Улье.

Радар резко открыл глаза. – Слышишь? Что случилось, как думаешь?

– Чего тут думать? Кто-то познал несовершенство нашей жизни. – Протянул Трот. Непохоже что бы это как-то побеспокоило его флегму. Он даже не изволил отвлечься от стола, где работал. Его «Абакан» лежал на изрядно поцарапанной столешнице в полуразобранном виде. Закончив несколько действий, блондин отложил шомпол и маслёнку.

– Чем нехороша доля руководства, так это тем что любой возникающий геморрой – он как бы общий.

Радар растянул губы в тонкую нитку. – Твоим словам не хватает поэтики и точности, мон шер. С кем близость имеешь – от того и подхватываешь. Это не геморррой. Это нечто более прекрасное, возвышенное и тонкое, даже скажу больше – венерическое.

Уже другим, жестким тоном продолжил. – Зови Чура с камбуза. Бери запасной ствол на вахте. Нет времени твой собирать. Идём трудится во славу любви к ближним и коллективу. Оно конечно не царское дело в ххх ковыряться, но, если не ты там работаешь – не ты и папа.

Парень потянулся, смачно зевнув, закинул на плечо лежавший рядом «асеевский» автомат и вышел.

Он остановился, ожидая товарищей на вахте, где сидел навостривший уши боец.

– Жук, ты не разглядел кто это там так воет?

– Нет, Командир. Отсюда не видно, угол закрывает, из какого окна не смотри. Но это где-то возле жилья охраны. Как человек плачет, прямо зверем воет …. Чё ж случилось?..

– Общий смысл – догадываюсь, просто по месту события. Там же наши трофеи, мать их, Венеру, красавицы. А что конкретно сейчас узнаем. – Радар обернулся на подошедших Трота и Чура.

Тройка спустилась на первый этаж. Уже перед выходом в дверь Чур «растаял» уходя в стелс. «Атаман» лишь одобрительно кивнул.

Одноэтажная кирпичная постройка, где прежде обитала часть охраны была чуть дальше через двор. Возле её дверей стояли трое бойцов, один из которых поглядывал на дорогу в поселок через открытые ворота.

…Так, ну кто тут у нас – это Мазут – ясно, он же за охрану девчонок в ответе, был бы косяк если бы его тут ещё не было. Этот, мрачный как чёрт –часовой. Третий, лица не вижу…Вроде – из вояк Сапёра…

Радар коротко оглядел «сборище». Крепкий парень с причёской ёжиком продолжал надрывно и горько плакать, закрывая ладонями лицо.

– Ну? И что тут у нас? – «Атаман» исподлобья сумрачно поглядел на Мазута.

Тот зло сплюнул. – Что тут скажешь? Приказано же было девчонок пока не дергать…Отхватит кто-то штрафных работ по самое, когда Сапёр подойдёт.

Часовой буркнул, глядя в сторону – приказано было девчонок не обижать, так их никто и не обижал. Даже слова плохого не сказал. Вовсе наоборот. А держать, как зеков на строгаче – указания не было.

– Ладно, ты не пестри, говори конкретно, что случилось? Как этот кадр здесь оказался?

– Ну, никто ж ничего плохого не делал…

– Конкретно, давай – Голос хлестнул довольно жестким командным тоном.

– Ну, друг попросил познакомить. А я и так ему задолжал. Всё равно девчонкам сидеть в заперти скучно. Не ну их пальцем никто не трогал, слова плохого не сказал. Всё чисто-благородно, как пионеры. Заходил человек поболтать – дня три, они ж только рады были. Оно всё даже к лучшему -в том смысле что мы сегодня тему успели сразу просечь, а то могло и что нехорошее выйти. – Часовой «вилял» голосом и мимикой.

– Перерождение? Сколько? – Радар жёстко «держал» собеседника взглядом.

– Да…Одна…Мы…

– Короче. Упаковали? – «Начальство» резко оборвало страдающее мычание.

– Да, мы …

– За Сапёром отправили?

– Да, Мазут…

– Хватит. Сапёр будет определять, чего и кому дальше. Прямого нарушения приказа не было. Но, не прыгать с крыши – не приказывают. Это идиотизм, который подлежит и без приказа. Кто там и чего хотел, а чего получал и чего ещё получит –теперь пусть определяет Сапёр. Для, так сказать, личного и коллективного полезного вразумления. – Радар хмуро отвернулся.

– А чего тут определять? Мальчишечка решил, что он самый хитрый. Опередить всех в очереди на знакомство, во всех ништяках, придумал. Вот и опередил. – Трот с недоброй флегмой оглядел, наконец поднявшего лицо из ладоней, парня.

Тот ещё раз мазнул ладонью по мокрой раскрасневшейся ряхе. И с тяжёлым надрывом выдавил. – Какая девчонка… Какая … Была.

– Ну в определённых местах и осталась. Я даже скажу – в самых нужных местах. Напиши заявку на «высочайшее имя», пади в ноги начальству и глядишь ещё разрешат попользоваться. Так что успеешь ещё, торопыга.

Пару недель, пока зубы выпадать не начнут этим телом ещё можно пользоваться только так.

Главное, от такой спешки, хоть в этом деле воздержись, а то никакого кайфа не поймаешь. Скорострел в любви, как стрельба без точного прицела. Никакой радости от процесса – одна лажа. – Экс мур слабо покачал головой.

Парень на какое-то время ошеломлённо «завис». Потом рука неестественно- напряжённо потянулась за спину.

Радар сделал шаг вперёд. Очень быстрый шаг. Длинные, тонкие, как у пианиста пальцы сомкнулись на чужом запястье. Кисть руки бойца резко побелела, он тихо зашипел от боли. – Успокоился, он не со зла. Мазут, прими оружие, у обоих.

Мазут деловито и грубо выдернул автоматы сначала у сидящего бойца, потом у часового. Закинув оба ствола за спину, он опять уставился на дорогу. – Вон там. Сапёр уже идёт. С ним ещё трое. Кто такие – отсюда не разберу.

Четвёрка довольно скоро дошла до ворот и подрулила к ожидавшей их компании. Это оказались Сапёр, боец бегавший за вестового, неизвестный боевик из стабовских – крепкий молодой мужик в камуфляже и один примечательный кадр.

Тип был одет в лёгкий «курортный» костюм шикарного вида. Эффектные кожаные полуботинки в тон. Несколько тонких колец с цветными камнями на пальцах и браслет с часами. Даже висящий на бедре, при помощи хитрого ремня, «узи» -образный ствол смотрелся модным аксессуаром.

Умеренно смазливая ряха была обычной, а вот зеленоватые глаза были приметны, они смотрели с заметной, своеобразной проницательностью.

В целом люто колоритный был тип. И это был старший сутенёр стаба – Пижон.

…Вот только тебя мне тут и не хватало. Для полного счастья … Радар невесело прикидывал в уме, что тому тут может быть надо и откуда он, и что, успел узнать.

…Пижон, что б тебе, твоей маме и твоей бабушке, разом и в извращённой форме… – Потом умеренно любезно, с достоинством, произнёс.

– Я вижу к нам важные гости?

В подъезде было достаточно светло, хотя и сумрачно. Так что было легко прочитать надпись большими буквами на краске стены – чьё-то мнение о половых привычках некой личности. И заметить стоящего в «охотничьей» позе возле дверей человека. Крепкий мужик в бежевых брюках и рубашке с закатанными рукавами вслушивался в звуки за дверями. Он задерживал дыхание, и казалось, только что ушами не шевелил, пытаясь услышать малейшие намёки.

Трое бойцов в камуфляже стояли парой шагов дальше. Расширенные глаза, раздувающиеся ноздри –не надо было сильно напрягаться что бы понять их состояние. Но дышать они старались ровно и глубоко…

«Гражданский» одним быстрым плавным движением распахнул двери. Застыл на миг, не отпуская ручку. Прищуренные глаза с красноватыми белками прощупывали окрестности.

Автомат, висевший на груди, взлетел прикладом в плечо, «кошачий» шаг в перёд. Разворот по сторонам… Тройка «камуфляжных» шагнула за ним. Какой-то миг стволы нервно «тудасюдакали» по сторонам.

Двор был пуст и безжизненен, только ветер играл листиками на клумбах.

У подъезда неподалёку стоял футуристического вида двухместный веломобиль. Рядом стояли прислонённые к стенке велосипеды. Рейдер опустил ствол и осторожно осмотрел технику. Тихо выдохнул – Вроде никто не тревожил, все «контролки» на месте. (он ткнул пальцем на кусочек жвачки казалось случайно наклеенный на багажник). Груз тоже. Значит – идём за пулемётом.

– Бахус, может ну его на? Жадность губит фраера…– Плечистый молодой парень с довольно красивым «тонко резанным» лицом бросил нервный взгляд на дверь подъезда. Настежь открытую дверь. Ту дверь что они оставляли плотно закрытой.

– Какая нах жадность? Пулемёт – наш шанс уйти живыми при встрече с шоблой «зараз» «костянок». Автоматы тут не вытянут. Забыл, чему учили?

Кто не умеет рисковать конкретно в масть, сливает игру верняком.

Веселей. – Рейдер блеснул хорошими зубами. – За мной в шаге, сбоку, волыны на готовность.

Красноглазый, с заметной для его плотного тела гибкостью, нырнул в подъезд. Его злой азарт, похоже «заразил» группу. Команда почти бесшумно миновала все лестничные пролёты.

Бахус без задержки вошёл в проём с выбитой дверью…Света из окон было достаточно, и картинка открывалась впечатляющая. На полу лежала вырванная с петлями стальная дверь. Дальше по коридору валялся уродливой серо-жёлтой массой мёртвый элитник. На полу стенах и даже потолке изобильно хватало черных, красных и красно-бурых потёков, лужиц и брызг. А местами и невразумительных кусков–комков, о происхождении которых очень не хотелось думать. Хотя остатки пропитанного кровью тряпья камуфляжного окраса, намекали на то, чем были некоторые из них.

Стронг перешагнул порог оценивающе щурясь на следы на полу. – Так, стойте у проёма. Внутрь не надо.

Всё также осторожно он «проплясал» мимо туши заражённого. Задумчиво поднял видимо отлетевший нож. Провёл пальцем по лишь чуть надрезанному споровому мешку элитника.

«Вальсируя» по относительно чистому полу Бахус прошел к окну и подняв РПК вынес его к бойцам. – Держите, Тролль бери на изготовку. Оно, даст Улей уже не понадобится, но на всяк пожарный.

Ещё раз прошёл по комнатам изучая следы. Кое где на полу были заметны отпечатки нечеловеческих ног. Он небрежно поднял изуродованный ударом «калашников», его ремень был цел – и ствол был повешен за него на плечо.

В последнюю очередь после изучения всей квартиры рейдер вернулся к битой туше. Бахус бросил короткий насмешливый взгляд на стоявших товарищей. Их глаза горели лихорадочным азартом. Рыбак, у которого клюёт, и ребёнок, вскрывающий подарки – бледная тень такого самозабвенно кайфа.

Он с показательной небрежностью, как банан очистил, вскрыл «споровый мешок». Непочтительно запустил руку в потроха мёртвого монстра не считая прокатал между пальцами шарики – отделяя спораны и бусины от оранжевой массы. В руке мелькнуло несколько чёрных, похожим на жемчуг штуковин. Раскидав трофеи в три пакета, стронг закинул их в рюкзак.

Всё, уходим. – Бахус без уточнений дернул вниз по лестнице мимо замерших бойцов.

Когда рейдеры его догнали, тот уже сидел в кресле велопода. Стронг возил по подошвам бог весть где взятой грязной тряпкой. Вокруг крепко пахло бензином.

Стронг глянул снизу-вверх на сверливших его взглядами товарищей. На их лицах был немой вопрос. Пачка острых немых вопросов. – Запах крови с себя убрать и подошвы от неё оттереть – это важно. И чем быстрее, тем лучше. Я знавал ребят, которые круто на таком впухали. Упс и удачные охоты заканчивались – ххх.

Следы я разобрал. Всей стаи тут было два рубера. Ххх. Было б нам полегче, да расклад получше, можно было б их догнать и замочить. Один из них вообще поймал очередь почти в упор, его и искать особо не надо следы сами наведут…

Но вот это как раз и будет…Жадность…

Наш покойничек сунулся потрошить элитника. Без опыта толком и сделать ничего не успел, а потом нарвался. Ну и – в одного ещё успел пальнуть, потом пошёл на хавчик. Маленькая стая вообще-то, часто бывает куда больше. Но ему хватило…

Ствол теперь только на запчасти. – Тихо болтая, небрежным и ироничным тоном, будто травя байки за пивом, Бахус продолжал работать тряпкой.

– Рюкзак его тоже в клочья, ничего подобрать не вышло. Но тут уж грех жаловаться.

Хабар будем делить на стабе, по понятиям. Устраивать делёж до возвращения…Типо, плохая примета. Типо, очень плохая примета. – Стронг закончил чистить берцы и закинул воняющую бензином тряпку в одно из открытых окон.

Всё, харе прохлаждаться. Все по сёдлам – нам ещё отсюда ххх. надо пока нас не засекли. Ещё где-то час гнать на север, потом можно открывать консервы и чутку выдохнуть.

Занявший своё место в велоподе Летун кое как пристроил РПК в «коляске». Тачка бесшумно двинула вперёд. Велосипедисты двинули следом. Пустой велосипед так и остался одиноко стоять у стены…

Странную зеленовато красную массу на обочине дороги, ближе к умеренно раздолбанному дому первым заметил Бахус.

– Жмурики. Так, надо разобраться кто их. Надо, Федя, уже за тем, чтобы не разделить их судьбу. А может и что полезное найдётся. Всё, слезай с сёдел, волыны в зубы – и за мной. – Он ощерился.

Радар мило и тепло улыбался, глядя на гостей. – Итак, чему обязан визитом дорогих гостей?

Зеленоватые глаза гостя блеснули схожей теплотой. – Дорогому хозяину повезло в рейде. Слухом земля полнится… За друзей всегда приятно порадоваться… Нехорошо только выйдет если хабарок спортится. По дурному, впрок не пойдёт. Тогда от него один убыток вместо радости выйдет… Для всех.

– С чего б ему вдруг портится? Если я правильно понимаю о чём речь? Ладно, б речь за хавчик была или патроны…Но этому то товару с чего? – тонкая бровь «атамана» театрально взлетела вверх.

– Бойцы у «сиятельного» славные и крепкие, чисто медведики… А два горшка мёда на тридцать медведей разом, это каждому по чуть-чуть понюхать и горшки пусты и разбиты. И разве только Господь способен спрятать, да усторожить от тридцати голодных мишек, сладкий мёд. Голодные мишки они на запреты…Плохо реагируют.

И нет – ни мёда, ни радости. Одно горе, да убыток.

С Господом в Улье сложно. Я предлагаю хорошее дело, можно сказать доброе, и реально выгодное.

Триста гороха, за «порцию» – Ладно? – бровь взлетела похожим «зеркальным» жестом.

И – будем друзьями. Либо … Я уйду расстроенным. И узнав что-то полезное могу забыть. А то и вовсе по нечаянности могут возникнуть сложности – меня на стабе многие уважают.

…Ах ты сука. Мало того, что ты меня разводишь, применяя психологические фокусы, так ещё и угрожать смеешь?.. И где уже прозвучало про перерождение? Откуда он успел узнать и что? Гнида ххх…

Парень сладко улыбнулся, как дитё на котяток. – Любовь и дружба в нашей жизни – это всё. Но вот слова стоит выбирать чуточку лучше. Мои ребята тоже меня очень любят и если кому-то из них нечаянно покажется, что мне угрожают –то палец на курке может нечаянно дёрнуться.

Мне конечно придётся его наказать. Но не слишком строго. Меня отвлечёт важное дело. А именно – пересчитать доходы с борделя, ведь твоему преемнику скидка в плате за крышу не полагается.

Пижон тепло улыбнулся и покивал – О, любовь великое дело, как и забота о своих бойцах. И я ведь уже оказал тебе поддержку в сложной ситуации – разве мы не одна команда? Любой преемник, кроме прочего, будет непроверенным и может преподнести неприятный сюрприз.

И разве я сейчас не оказываю помощь в самом нужном? В том числе скидками за нужнейший товар? Опять же «бусины» – это первейшая вещь для заботы о своей команде.

Скидку за пользование всем товаром – это вариант. Само собой, и за свежеприобретённый. Сиятельному атаману – за счёт заведения.

Замнут же девок. Или кони двинут, или себя кончат. Никому толком не достанутся. И тебе тоже.

Сделка – и расходимся друзьями. Ладно? Плачу «виноградом» сразу, информацией – потом. Иначе, всем же хуже будет…

Радар задумался – А информация у тебя есть? Такая что б сейчас? Авансом?

Ты в курсе что одна из девчонок переродилась? Думаешь, что остальные за ней не последуют? Прогоришь же на такой сделке.

– Аванс. Аванс бывает перед сделкой, это уже позитивно.

Что ж…В знак наших неизменно взаимовыгодных и дружеских отношений подкину кое что. Важное. Ты уверен, что стоит слушать всем?

– Говори на ухо, если я сочту что не врёшь. И оно того стоит…Разговор будет. – Лицо «атамана» свело в деревянную маску.

Пижон элегантно подошел и что-то несколько минут шептал в ухо.

«Деревянная маска» заострилась. – Да, это стоящий товар. Но если проданный товар угробится, ты что потребуешь новый?

– Нет, люди с той стороны перемычки бывали у нас на стабе. Да, и покойный Хруст неоднократно посылал туда группы. Некоторых я знавал и знаю. Посылал в том числе кого-то из лично своих корешей по каким-то щекотливым темам. Деталей не знаю. Вот тех не знаю, но точно посылал.

Это всё к чему? Я знаю сроки перерождения по тем кластерам до часов. Так что точно говорю перерождений больше не будет.

Ваш паренёк в полный голос при людях Сапёру, рассказывал про случившееся перерождение, что грустно – но это последнее. – Гость сделал паузу в душевном и ласковом словесном потоке, явно предлагая оценить его откровенность. – Кстати «перерождённый» товар, тоже возьму – тридцать «гороха» – Ладно?

…А ты ведь знал сроки. Знал и ждал. Но всё это, теперь, фигня. Теперь, пипец, вот свалилась же радость, хорошо хоть узнал с запасом времени…Что ещё ты знаешь?..

– Скажу я тебе так…Людьми мы не торгуем. Ну во всяком случае сейчас. Не наш бизнес. Девок, сейчас, мы недели две поднатаскаем на умение с оружием на «минималке». Ты не беспокойся -за это время с ними ничего не случится. Как и раньше не случилось. Потом – пусть сами решают. Или ствол в зубы и на общих правах в банду. Или отрабатывать долг. Да, тем самым. Если конечно кто-то не окажется ксером или ментатом.

Так вот если «тем самым» – то у тебя и с твоей долей. Твоей монополии только на пользу. Вишь, как о тебе заботятся?

В остальном – выбирать им придётся самим. Такие уж понятия в нашей "конной дивизии".

Перерождённую отдадим прямо сейчас. Мазут, собери всех бойцов что есть. Пусть упакуют тело и загрузят в машину. Заодно пусть все убедятся, что продаём…Уже не человека.

Пижон задумчиво выслушал и лишь в конце вскинулся. – Не надо вашей машины. Ваша машина – это танк для рейдов. Пушки из каждой дыры торчат. Если такое подкатит к нашу сладкому дому – перепугает всех. И девочек, и клиентов. Не надо нам такого счастья – уж лучше я вызову свою.

Он забрал у охранника маленькую рацию и минут пять говорил с кем-то из своих. Машина подъехал довольно быстро. Пижон забрал у бойца сумку-рюкзак. Он вынул оттуда несколько «колбасок» из полиэтилена, немного похожих на чурчхелу. Деловито отсчитал пальцем тридцать штук и отсыпал «бабки» в отдельный пакет, перетянув аптечной резинкой сверток.

Радар с небрежной цепкостью принял пакет, оценивая на глаз его содержимое. Засунув пакет во внешний карман камуфляжа, он кивнул -Забирайте товар – бойцы в помощь за дверью.

Устало зевнув, «начальство» протёрло лицо ладонью и наконец село на мягкий стул, оставленный видимо охранником при дверях.

Пижон вышел в дверь, вернувшись через минуту с четвёркой камуфляжных ребяток, не считая его собственного охранника.

Компания вытащила «под белы руки» товар из дальней комнаты. Несмотря на то что «при жизни» «зараза» была мелкой худой девчонкой скучать не приходилось всей пятёрке. Дёргано извиваясь на выкрученных связанных руках, тварь то и дело норовила вцепится зубами то в одного то в другого. Была в этом откровенная пробирающая жуть, этой манере поведения – нечеловеческой и не звериной. Человек бы орал, ругался и хрипел. Зверь бы выл и рычал. Ни тот, ни другой не стали бы так урчать. И так наплевательски относится к собственному телу и боли… И так блестеть пустыми бессмысленными глазами, в которых не было ничего вообще. Ни разума, ни чувства.

– Чего рот то не заклеили, олухи? – Радар с брезгливой гримасой глянул на следящего со стороны за процессом Мазута.

– Так никто ж не собирался её куда-то везти. Только предъявить, да башку проломить клювом. – Слабо трепыхнулся тот.

 Передвижная картина «Бурлаки на Улье» переместилась за дверь. Радар уронил лицо в ладони. Стоящий рядом Трот странно глянул вслед уходящим, но промолчал. Чур с ничего не выражающим лицом стоял возле стула.

Прошла пара минут.

Во дворе раздались три хлопка подряд.

…Пистолет. Что-то малого калибра…

– Чур, стелс. Автомат на готовность. – Парень говорил тихо и устало. Он встал и вышел в дверь.

Во дворе была уже другая живая картина чем-то чуток похожая на «Иван Грозный убивает сына». А именно трупом в крови на земле и несколькими шокированными лицами вокруг. Но отличий всё-таки было больше чем сходства. Во-первых, на земле валялся маленький пистолетик. Во-вторых, среди полутора десятков, шокированных лиц- было одно красное, мрачное и зло удовлетворённое.

Радар деловито подошел к трупу. Тело свежей «заразы» уже даже не дергалось. Две дырки в голове и лужа крови – не надо быть суперэкспертом что бы понять, что это значит.

– Товар уже сменил владельца. И юридически теперь это не наши убытки. Но этот дятел всё же наш и территория наша… – «Атаман» выдохнул – Любить его за это, мы его будем сами, без смазки, но без порчи личности.

А сейчас вот. – Он вложил в руку всё ещё стоявшему в столбняке Пижону пакет. – В знак наших неизменно дружеских чувств. Уборку трупа и крови тоже берём на себя. А теперь прошу покинуть нас и предоставить нам самим разбираться с дальнейшими шероховатостями.

Всё так же молча, гость с потрясённым лицом влез на заднее сиденье машины и уехал. Ворота закрылись.

– Такие слабые нервы? Странно. В Улье за пару дней смертей навидаешься до полной вымороженности. – Радар задумчиво потёр подбородок, будто решая задачку по математике.

Выдвинувшийся из маленькой толпы Сапёр зло крякнул – Так человек же свою смерть увидел, я тож подумал, что наш козёл его пристрелит, когда третья пуля от этого, на палец свистнула. Но он только пистолет на землю бросил и всё.

– А чего сразу пистолет не отобрали? Сразу как он его вытащил? – Протянул «атаман».

– Так кто ж ожидал? Все ж растерялись. – Вояка зло скривился.

– Что тут скажешь. Давайте ко мне этого хероя. – Радар мотнул подбородком.

Стихийное исполнение указания было неаккуратным, тычково – пинковым ,но быстрым.

Он пару минут молча изучал стоявшего напротив бойца. Непохоже что бы того беспокоил суровый взгляд начальства. Вид парень имел гордый и провокационный.

– Сапёр, прошу – не приказываю, пропиши товарищу разок люлей, пожалуйста. Без увечья, но доходчиво, а то боюсь перестараться. – «Начальство» мрачно поглядело искоса на «героя».

Выданная затрещина была крепкой и доходчивой. Голова бойца мотнулась и выражение лица чуток сменилось. Но не сильно.

Радар зевнул. – Нечем тебе особенно гордиться. Ты, считай у товарищей из общего котла три десятка гороха увел. Ресурсы в жёстком раскладе – это жизнь и смерть. Вполне возможно – это будет чья-то смерть. А может и не одного человека.

Так что отвечать за своё художество будешь по полной. Быть тебе штрафником и хабарником пока я не решу, что хватит.

А что б всем запомнилось…

Как тебя прежде звали?

– Сыр. – Протянул боец.

– Это с чего так?

– От фамилии.

– Теперь будешь – Штрафбат. Сапёр, забирай своего «орла». И всё, интересный митинг закончен, всем вернуться к житейской скуке. Расходимся, короче.

Скоро возле ворот осталось лишь трое – Радар, Трот и «проявившийся» Чур.

Трот вынул из кармашка в камуфляже пакетик семок, сплюнул шелуху. Повторил. Потом обернулся. – Ты, бабки обычно ныкаешь сразу и глубоко…А в этот раз положил во внешний карман. Что-то знал?

Было конечно эффектно, рылом по асфальту и всё такое…Но по мне, так лучше б не было.

– У нас не мордой по асфальту, а свежей прелестью ланит, да о поребрика культурный гранит – Радар криво и невесело ухмыльнулся – Ну как – знал… Догадывался, что и такое может быть. Может да, а может и нет.

Этот как с помершим котиком. Кто-то похоронит, а кто-то выкинет тушку в помойку. Зависит от того, что у человека внутри.

Пацан неровно дышал к той …Что переродилась…Как он поступит? Будет смотреть что из этого тела сделают? Или как? – Лицо парня размякло, на нём проступило выражение серьёзно расстроенного ребёнка.