Перун не просил, чтобы девочку сожгли. Арса

ПОБЕГ ИЗ ДОМА

Как велика земля Росов! Не охватить ее взглядом, но я расскажу лишь о трех ее частях – Куявии, Словении и Арсании.

В земле Росов жил народ, который звался росами и антами. Главный город носил имя Куяв, и правил в нем князь, достойный своего племени. У этого князя было несколько сыновей, но только одна дочь – Владина, или, как звала ее мама, Владушка.

Когда отец Владины выгнал первую жену Рогнеду, они с мамой некоторое время жили счастливо. Но потом мама умерла, и князь Владетель женился на византийской принцессе Анне. Вскоре у Влады появился еще один братик – Святослав, названный в честь деда. Мальчик рос болезненным и хилым, и Владина придумывала для него забавные игры, чтобы хоть как-то развеселить. Мачеха благосклонно относилась к этому и часто присоединялась к играм. Она была всего на шесть лет старше Влады, и ей было одиноко в чужой стране.

Но три дня назад произошло горе, которое придавило Анну к земле. Умер ее маленький сын. Для Владушки это была уже вторая потеря в жизни.

Сегодня утром нянька передала Владе, что мачеха хочет тайно встретиться с ней в роще позади дворца. Услышав это, Влада пришла в недоумение:

– К чему такая таинственность? Уж не повредилась ли мачеха умом от горя?

Возвращаясь из обеденной палаты, девочка заметила, что все обращают на нее внимание. Ей даже показалось, что за ней следят. Солнце уже садилось, когда Владине удалось незаметно выбраться из княжеских палат. Мачеха уже ждала ее в условленном месте, и голова ее была поникшей. Когда Анна подняла искаженное горем лицо, Влада с трудом узнала ее. За три дня гордая византийская принцесса постарела на много лет.

Мачеха помолчала, а потом начала говорить без предисловий:

– Владина, моя падчерица! Ты в беде! Ты единственная в этой стране и в этом дворце, кто любил моего мальчика. Все вокруг угодничали и подчеркивали, что главный наследник Владетеля – это Вышеслав, сын Рогнеды. Только ты любила моего мальчика просто так, без задней мысли, и я отплачу тебе тем же. Впрочем, даже если бы ты любила моего сына вполовину меньше, я все равно помогла бы тебе.

– О чем ты говоришь, матушка Анна? – с недоумением спросила девочка. – Никак не возьму в толк! Чем ты хочешь мне помочь?

– Твой отец задумал страшное дело, – оглянувшись по сторонам, гневно проговорила Анна. – Он решил умертвить тебя и принести в жертву, а потом похоронить вместе с моим маленьким Святославом.

– Как же так, почему? – все еще не веря в то, что сказала мачеха, потрясенно спросила Владушка.

– Наверное, потому что Святослав любил тебя больше всех! Даже в беспамятстве он все звал тебя. Да что я тебе говорю, ты же сама все это знаешь! Ты же вместе со мной не отходила ни днем, ни ночью от его постели, – Анна смахнула со щеки непрошеную слезу, – весь этот страшный месяц. И вот так решил твой отец отплатить за твою любовь к его маленькому сыну.

– Но как же он так может? Я же христианка! Разве он забыл, что окрестил меня? Ведь моя мама умерла от горя в тот час, когда надо мной провели обряд крещения. Он же обещал, что теперь не будет никаких жертвоприношений! – разволновавшись и не думая о том, что делает, девочка достала оберег, который висел у нее на шее. – Моя мама ненавидела вашу страну и вашу веру, потому что когда-то ее продали в рабство именно в вашу землю!

– Девочка моя, – тревожно оглянувшись, Анна успокаивающе подняла руку. – Я понимаю то, о чем ты так горячо мне толкуешь! Да, вера моей страны категорически отвергает жертвоприношения и идолов, да, твой отец теперь христианин, но… Нам сейчас не надо об этом говорить! Нет времени!

Я случайно услышала, что завтра, в полдень, когда будут хоронить моего малыша, над тобой совершат обряд на старом капище. Посмотри вниз! Видишь, последние лучи солнца освещают это нечестивое место. Твой отец поручил дядьке Добрыне выбрать самого выносливого воина из дружины, который должен как можно быстрее доставить в Куяв волхва, который и проведёт обряд жертвоприношения над тобой. Тебе надо бежать, девочка.

И бежать немедленно, прямо сейчас! Я собрала тебе кое-что в дорогу – всё, что могла собрать, не вызывая подозрений. Если ты вернёшься во дворец, уже сегодня ночью тебя начнут готовить к обряду. Подмешают тебе что-нибудь в питье, чтобы ты была завтра вялой и покорной, и не вздумала бы кричать и шуметь.

– Но, матушка Анна, – схватившись за рукав мачехи, запаниковала девочка, – куда же мне бежать? Я редко выхожу из палат, все мои родные и друзья только здесь!

– Ах, я не знаю! Ну… Ты знаешь, из каких мест была твоя мама? Судя по перешептываниям слуг, твоя мама была не из здешних, не из полян.

– Когда я была маленькой, – задумалась Влада, – мне мама каждую ночь, перед сном, рассказывала о той счастливой жизни, которая была у неё до того, как взяли её в полон и увезли в чужую сторону. А родина её где-то в дебрях северо-запада. И кажется, ещё живы мои дед и бабушка! Только как я туда доберусь? Это же так далеко?

– Беги, девочка, – подтолкнув Владушку к тонкой тропке, вьющейся по склону вниз, сказала Анна, – если есть хоть куда-то бежать, то беги! О, как бы и я убежала, улетела из этой варварской страны! Да некуда мне! Братья ни за что меня обратно не примут…

– Ой, матушка Анна, ты не слышала шорох? – испуганно прислушалась девочка. – Вон, за тем деревом! Ах, нет, наверное, мне это показалось.

– В любом случае, тебе надо уходить немедленно! Нет, подожди ещё минутку! Я кое-что забыла. Вот, возьми, это дудочка Леля – любимая игрушка Святослава.

– Я же просила вас надеть дудочку на шею братика, чтобы его любимая игрушка была вместе с ним! Я не хочу, чтобы ему было одиноко, когда он двинется в неведомый путь! – девочка попыталась снова вложить дудочку в руки мачехи.

– Нет, Владушка! – Анна решительно засунула дудочку в калиту. – Мой мальчик христианин, и я не могу разрешить, чтобы его похоронили с языческим оберегом.

– Но это всего лишь дудочка Леля… – девочка задумалась, а потом, видимо, на что-то решившись, сказала: – Однако я же должна оставить ему хоть что-то, раз вынуждена уйти.

Матушка Анна, оденьте ему на шею мой крестик. После того, что хотел сделать со мной отец, крестик мне больше не нужен. И вера мне эта не нужна! Возьмите!

– Спасибо, моя добрая девочка, я возьму твой подарок… – принцесса насторожилась. – Кто-то сюда идёт! И, судя по шуму, это не один человек. Владушка! Уходи быстрей! Беги! Всё открылось!

– А как же ты, матушка Анна?

– Беги! Не бойся за меня. Я всё же византийская принцесса! Тебе надо добраться до древлян! Беги к лесу!

В ПУТИ. НЕОЖИДАННАЯ ПОМОЩЬ

Спускаясь по тропинке, Владушка поскользнулась и покатилась вниз. Это спасло её. На то место, где она стояла, за секунду до этого бросили сеть. Естественно, что сеть захватила лишь пустоту. Раздались возгласы досады. Скатившись к подножию холма, девочка постаралась, насколько это возможно, слиться с землёй. Отдышавшись, она поползла в сторону леса. Последнее, что она услышала у себя за спиной, был голос её бабки – Малуши, матери князя Владетеля, бабки, которую девочка всегда интуитивно недолюбливала:

– Дочку рабыни надо изловить! Иначе дух княжича Святослава не успокоится в земле. А княжну Анну отведите в палаты, Владетель хочет ей что-то сказать!

На землю пала благодатная тьма. Луны, на счастье Владины, в эту ночь не было. Девочка уже давно шла, не ориентируясь ни на что. Все ориентиры остались позади. Время от времени, в отдалении, слышался лай собак и возбужденные голоса.

Когда из-за туч выглянула луна, измученная девочка не смогла сдержать возглас отчаяния. Куда ни кинь взгляд, была совершенно плоская равнина, и до первых деревьев было очень далеко. Влада упала в траву.

– Вот так бы и лежать, не вставая! – прошептала она чуть слышно.

Но лай собак послышался совсем близко. Не было ни ветерка, и собаки легко шли по следу девочки. Вдруг она разозлилась. Какое право имеют они травить её, княжескую дочь, собаками? Ну и ладно, что у неё мать рабыня, а отец – князь! Да и если на то пошло, она своими ушами слышала, что её отец тоже незаконнорожденный. В тот момент, когда Владетель родился, его мать была ключницей у княгини Ольги.

Конечно, теперь, через много лет, бабка Малуша всё отрицала, но челядь, которой невозможно было заткнуть рот, шепталась по углам. Злость придала девочке сил, но её тело так устало и молило о покое! Собрав последние силы, она оперлась на руку и попыталась подняться, но поскользнулась на траве и снова упала на землю.

Когда девочка упала, из калиты вывалилось что-то твёрдое и слабо ударило княжну по руке. Влада подняла предмет – это была дудочка Леля. Собачий лай звучал уже совсем близко. Влада села, растерянно оглянулась и вдруг почувствовала, что рука, помимо её воли, подносит дудочку ко рту. Девочка попыталась остановить руку, толкающую её на самоубийственный поступок, но было поздно. Пальцы забегали по отверстиям, губы выдували дивные звуки. Вдруг, как будто по приказу дудочки, поднялся ветер, и дул он не в одну сторону, как обычно. Нет, казалось, что ветер дует со всех сторон.

Луна тут же скрылась за тучами. Раздался собачий визг, брань. Собаки заметались. А ветер всё усиливался, траву вокруг девочки он прогибал почти до земли. Видимо, бог ветра – Стрибог, потревоженный звуками дудочки Леля, разозлился не на шутку. Но ветер не тронул ни волоска на голове Владушки, за несколько секунд он превратился в ураган, однако вокруг Влады образовался круг, в середине которого было очень тихо. Ветер расшвырял людей и собак по всему лугу, но, как только людские голоса и собачий визг затихли, стих и ветер. Ветер дул теперь очень слабо, подталкивая Владу в спину, как бы напоминая, что пора продолжать путь.

Впрочем, как только девочка поднялась и пошла по направлению к лесу, ветер стих окончательно.

Девочка сделала несколько шагов, но вдруг, будто вспомнив что-то, остановилась и, пробормотав несколько слов благодарности, поклонилась в пояс. До леса она добралась только через несколько часов, из последних сил нашла место, где, как ей казалось, её нелегко будет найти, тут же легла и заснула. Проснулась она поздно вечером следующего дня. Солнце уже совсем ушло за верхушки деревьев. Впрочем, не последние лучи солнца её разбудили, она проснулась от голода.

В ЛЕСУ

Пошарив в калите, девочка обнаружила немного еды. Совсем немного. Её могло хватить только на ужин и на завтрак. Для княжеской дочери, которая не привыкла отказывать себе ни в чём, этих припасов было смехотворно мало. На князя, его домочадцев, челядь и дружину работало много людей. Чтобы богоданный князь мог жить долго и править справедливо, ему нужно было хорошо питаться. С наступлением осени обозы с продовольствием всё подъезжали и подъезжали к воротам княжеских хором. А сколько диковинных фруктов, овощей и других продуктов привозилось дружиной из набегов!

Владушка никогда всерьёз не задумывалась о происхождении продуктов, из которых готовились и подавались яства к княжескому столу. То есть, конечно, она знала, что хлеб, прежде чем обернуться румяным караваем, был когда-то зерном в колосе. А дичь, при одном взгляде на которую текли слюнки, бегала когда-то в лесах. И вот сейчас, когда горячка побега схлынула, Владина в первый раз задумалась о том, что же ей дальше делать. Продуктов у неё было ничтожно мало, и как их добывать, она совершенно не знала.

Сейчас июль – середина лета, и Влада не замерзнет. Но до Муромских лесов, где жили дед и бабушка, не одна неделя ходу. В лучшем случае девочке удастся добраться туда к середине декабря. А в её летнем платье… Но что сейчас сетовать? Это произойдёт не скоро. Гораздо больше княжну волновала та проблема, что она, кажется, заблудилась.

Если она пойдёт не в ту сторону, то может оказаться прямо перед своими преследователями. Зная горячий нрав своего отца и коварство бабки, девочка не сомневалась, что её будут искать ещё долго. Однако приближалась ночь, и поход в неизвестное был отложен до утра.

Наступила темнота, но спать не хотелось, так как Влада проспала весь день. С наступлением тьмы пришёл страх. Если бы только Владушка могла заснуть! Но сон не шёл. Треснула ветка, и Влада подскочила на своём импровизированном ложе. Между деревьями блеснули огни. Не найдя ничего лучшего, княжна выставила перед собой калиту, потом, опомнившись, нашарила в ней дудочку и поднесла к губам. Она дула и дула, но дудочка была нема. И вдруг от того места, где блеснули огни, раздался голос:

– Дудку-то не мучай! Здесь её волшебство бессильно! Лель всегда гуляет по полянам да по подлескам, а в чащу заходить остерегается. Знает, что здесь свои хозяева да своя волшба.

– Ты кто? – робко спросила Влада.

– Леший я, – хриплый голос донёсся совсем близко. – Скажи спасибо, что ещё недалеко в чащу забралась, а то попала бы в зелёные лапы Пущевика! Он бы с тобой не так поговорил! А ты почему не спишь? По ночам спать надо!

– Да вот не спится! – проговорив это, Влада отползла подальше от обладателя голоса.

– То-то я гляжу, что напускаю на тебя морок, а он не действует! – засмеялся Леший.

– А зачем тебе надо на меня морок напускать? – удивилась девочка.

– Как зачем? Так положено! Ты же за цветком пришла?

– За каким цветком?

– Ты что? – чувствовалось, что Леший рассердился. – Притворяешься или на самом деле глупая? Сегодня же ночь Ивана Купала! Где цветок расцветет, там клад копать можно!

– Фи, можно подумать! – пренебрежительно протянула девочка. – Клад там! Что там такого особенного в этом кладе?

– Не говори так! Эти клады по всей земле Арсаны оставили.

– А кто такие Арсаны?

– Вот с этого и надо было начинать, а то расфукалась: «Фи, какие клады!» Не буду с тобой говорить, раз ты такая! – совсем по-детски обиделся лесной хозяин.

– Ой, прости! – умоляюще проговорила Владина, понимая, что разговор принял не нужное ей направление. – Я же не со зла, я только…

– Вот тебе и только! – ворчливо прохрипел Леший. – Ну ладно, расскажу. Ночь сегодня такая – нельзя ругаться! Вы, люди, странные существа! Живёте и не думаете, что кто-то жил до вас на этой земле и всё, что есть вокруг, оставил вам в наследство. Вот такими людьми и были Арсаны, если, конечно, можно назвать их людьми. И клады они оставили специально, чтобы хоть какое-то напоминание о них осталось, что вот были такие полулюди-полубоги! Дышали этим воздухом, ходили по этой земле, нюхали эти цветы! Кстати, о цветах: ты думаешь, что купальский цветок кому попало на глаза попадается? Нет. Клада под цветком достоин только тот, кто своей душой и мыслями похож на Арсанов.

– Да что ты всё о своём кладе! – не сдержавшись, снова вспылила княжна. – Не нужен мне клад! У моего батюшки в кладовых такие сокровища лежат, что тебе и не снилось. Я однажды видела…

– Да кто же ты такая? Про цветок ты не знаешь. Клад тебе не нужен, – в голосе Лешего послышалась угроза, – а ну говори, чего ты сюда забрела, коли тебе ничего не нужно?

– Я Владина, – гордо вскинула голову девочка, – княжеская дочь! Дочь князя Владетеля.

– Ах, княжна ты! – ехидно протянул Леший. – Ясненько! А скажи, добрая девочка, что там, у кромки леса, за лай? Кого там ищут с собаками? Только утра и ждут, чтобы по чьим-то следам тронуться?

– Прости, лесовичок! – опомнилась Влада. – Я обо всём забыла! Забыла, что после ослушания я теперь для отца лютый враг. Он и раньше меня не особо жаловал, а уж теперь… Слушай, а откуда ты узнал, что это именно меня разыскивают?

– Какая же ты глупая, – добродушно усмехнулся лесовик, – а ещё княжна! Как же тебе невдомек, что в отличие от вас, людей, мы, дети природы, все заодно! Ты вызвала дудочкой волшебный ветер, он подул – траву пригнул. Одна травинка рассказала другой, так весть до леса и долетела! А тут, в лесу, я уж обязан все новости узнавать первым! Вот только не знал я, что ты та самая княжна, которую разыскивают!

– Теперь знаешь, – опустив голову, еле слышно проговорила Влада.

– Знать-то знаю! А вот что теперь с тобой делать дальше, ума не приложу! Игру ты мне испортила! Хотели на тебя морок нагнать, чтобы ты по кругу походила! Откуда пошла, туда бы и вернулась! А я бы посмеялся! Я же Леший еще молодой, до игр и забав охочий! Вот, помню, прошлым летом, в такую же купальскую ночь… Ой, да что тебе говорить! Ты же меня совсем не боишься! А без страха никакой игры не получится. Ну что тут делать? Такая ночь пропала! Может, хочешь цветок посмотреть?

– Да, очень хочу!

– А что же молчала?

– Думала, не покажешь, после всего, что я тебе наговорила!

– Почему же, покажу! – усмехнувшись в длинную бороду, проговорил Леший. – Я вижу, что ты девочка добрая! А то, что в тебе временами княжеская спесь взыгрывает, так это пройдет! Недельку, две по лесу проплутаешь, и всё пройдет!

– А далеко идти до этого цветка? – Влада поморщилась, вспомнив про стертые в кровь ноги.

– Нет, этот-то цветок здесь, рядом! Вот другой далеко! Почти у самого поселения древлян. Так что тебе повезло. Только ты это… – Леший замялся, – потом не кричи, что вот, дескать, я первой цветок увидела и теперь все права на клад имею!

– Да ты что! – от негодования, что её заподозрили в нечестности, у княжны на глазах навернулись слезы. – Я же ведь тебе уже говорила! Не надо мне никакого клада. Ты…

– Ну ладно, успокойся! Знаю, знаю, не нужен тебе клад. Это я так, для порядка! Ну вот и пришли. Ну-ка зажмурься! А теперь резко открой глаза! Ну как тебе цветок?

– Глаза слепит! – цветок был так ярок, что у девочки невольно навернулись слезы. – Никогда такого не видела! Чудо – чудное, я даже вижу лучи, которые идут от лепестков! И… Лешик, посмотри! Лучи так ярко освещают всё вокруг, что земля стала будто прозрачная, и я вижу клад! Ведь ты про него рассказывал? Этого не может быть! Я вижу каждую драгоценность из клада! Да что там клад, я вижу цветочки, траву и ростки деревьев, которые еще только собираются появиться из земли! Ой! Он дышит, цветок дышит! Так же, как я и ты! Но… Что случилось? Ах, Леший, ну почему он погас? Я же и полюбоваться им как следует не успела!

– Да, действительно, погас! Погоди, не паникуй раньше времени! Я сейчас у него спрошу, что произошло, – Леший наклонился прямо к серединке цветка. – Да, плохо наше дело, девочка! Сюда идет много чужих. Видимо, кто-то из лесных людей прельстился на награду княжескую и повел дружину по твоим следам. Да как хитро подкрались, даже я ничего не почувствовал! Хорошо, что цветок предупредил!

Что же делать? Я – Леший молодой! Мой морок может действовать на одного человека, ну, от силы – на двух! Да и то, если они меня боятся! А этим, конечно, ничего не страшно. Я-то спрячусь, а вот как быть с тобой? Ну, навязалась ты на мою голову! Эх, была не была! Спрячу я тебя у себя дома. Успеть бы добежать! Ну-ка, давай сюда руку!

– Куда ты меня привел? Ой, больно! – пытаясь пролезть в узкий лаз, девочка ободрала себе руку. – Нет, я здесь не пролезу!

– Говори потише, – Леший прикрыл рот княжны своей зеленой ладошкой, – и лезь! Ну-ка сама подумай, коли лаз был бы шире, так всякий бы сюда и шастал! Кабан дикий, например, а то и медведь! А я не люблю, когда ко мне без приглашения приходят!

– Как здесь темно! – Влада удивилась, обнаружив, что лес – это еще не самое темное место на свете.

– И совсем не темно! Это со света ночного так кажется! Ну, какая же ты привереда! Света ей мало! Раз ты такая, полезай снова наверх. Там как раз уже рассветает. Прямо к тем, кто тебя ищет, и попадешь. Чего молчишь, стыдно? Эй, княжна! Влада! Владушка! Э, да ты спишь? – Леший подложил под голову девочки траву, которая тут же сплелась в одеяло и подушку, – Эх, княжна, княжна!

Когда девочка проснулась, был уже полдень. В домике у Лешего оказалось не так темно, как она думала. Он жил в дупле огромного поваленного дуба, и солнечные лучи проникали внутрь через отверстие в коре. В воздухе витал непередаваемый аромат – смесь запахов листвы, земли, травы и древесной коры. Этот аромат мог издавать только летний лес, который только вступил в свою самую прекрасную пору.

Девочка ещё несколько минут нежилась под травяным одеялом, не вполне осознавая, где находится. Но вдруг воспоминания о минувших событиях нахлынули на неё с такой силой, что она задрожала.

Летний полдень тут же потерял свою очарование. В довершение ко всему, она обнаружила, что Лешего в домике нет. Это стало последней каплей, и Влада заплакала. Но не прошло и нескольких минут, как снаружи послышались чьи-то шаги и шорох листьев. От страха девочка заревела ещё громче.