Одна история из ближайшего будущего

Миша стоял у окна и потягивал горячий кофе из бумажного стаканчика, чувствуя, как приятное тепло разливается по ладоням.

Несмотря на разгар рабочего дня – начало четвёртого часа, в офисе было немноголюдно. Те, кто не успел уехать в отпуск, ещё сидели за компьютерами, но не работали. Вторник вторником, а всё-таки последний апрельский день.

За окном медленно тянулись хмурые облака, ленивый ветер носил по тротуару брошенный пакет, редкие машины ползли мимо светофора.

Весна, как и два года назад, забыла прийти в Москву, и случайные прохожие – озябшие, рассеянные – шмыгали по улице, прятались от холода в тёплых магазинах, короткими перебежками возвращались в прогретые автомобили, спешили домой.

Миша одним глотком допил кофе, поставил стаканчик на подоконник и лениво побрёл от окна к рабочему месту.

Большой стол – наследство от прошлого айтишника – был завален коробками, проводками, запчастями и прочим компьютерным барахлом.

На тумбе напротив возвышались две стопки ноутбуков. Та, что поменьше, – новые компьютеры; на них Миша ещё вчера должен был установить программы для продажников. Во второй стопке были старые ноутбуки сотрудников, сданные в ремонт или на замену.

Миша перенёс одного из «старичков» на стол, открыл, прочёл записку: «Всё время виснет». Попробовал включить. Ноут стал усиленно кряхтеть, усердно пытаясь загрузиться.

Особой спешки с ним не было – хозяйка умотала в двухнедельный отпуск сразу после обеда. На всякий случай Миша зашёл на корпоративный форум, перепроверил: да, можно не торопиться, вот её заявление с одобрением от начальства.

«Если чуда не произойдёт, отдам стажёру», – решил Миша. Всё равно тому нечего делать в полупустые дни между майскими праздниками.

С самого утра голова Миши была занята более важным делом. Он думал о Ксюше, новенькой из отдела продаж. В компании она работала третий месяц, и Миша успел разглядеть её весёлый и озорной нрав за внешней сдержанностью.

Прекрасная Ксюша с чёрными, как уголь, глазами, с густыми и длинными тёмными волосами была на три года моложе Миши. Весь офис, конечно же, обращал на неё внимание – и наверняка не только офис.

План Миши был простой и дерзкий. Утром он написал примитивный вирус, удалённо отключил на Ксюшином компьютере защиту и внедрил приманку. Вирус должен был открывать бесконечное множество окон в браузере, показывая рекламу казино.

Миша сегодня уже видел Ксюшу мельком – проходил мимо её отдела. Она не заметила его – порядок, никаких подозрений.

По задумке, вирус с покером и рулетками ждал Ксюшу сразу после обеда, а значит, она уже должна была прийти к Мише. Но почему-то всё не приходила.

Миша взглянул на часы – половина четвёртого.

«Как же медленно…», – пробурчал он под нос и откинулся в кресле, закрыв глаза.

Ноутбук отпускницы тихонечко пискнул на столе, и синий экран печально возвестил о том, что автоматически ничего не восстановится.

Миша захлопнул крышку одной рукой, выдернул питание и отодвинул ноут на край стола. Взял стикеры, написал: «Починить и показать мне не позже…» Какое число написать? Мысли сбились в кучу. Он открыл календарь: «Так, на работу нам, кажется, только на следующей неделе… Ну пусть будет понедельник, шестое мая». Миша мелко приписал шестёрку, оторвал стикер, попробовал прилепить на крышку ноута, но капризный стикер тут же отклеился и спланировал на пол. Миша полез за ним, как вдруг услышал долгожданный голос:

– Михаил? – Ксюша с ноутбуком в руках стояла в нескольких метрах от его стола, не решаясь подойти ближе.

Он неловко встал и уставился на неё.

Ксюша была прекрасна. В белом летнем платье и жёлтых туфлях, она как будто не замечала ужасной погоды. Или не хотела замечать, вот и оделась так, как красивая героиня эпохи шестидесятых в ожидании весны.

Мише вдруг стало очень стыдно. Всё-таки он заставил её прийти сюда обманным путём. Миша почувствовал себя ужасно неуклюжим, непривлекательным. Да, мысль о том, что он не харизматичный красавчик, и раньше посещала его, но всегда оставалась на задворках сознания. А тут внезапно, в самый неудобный момент, пробилась и овладела им.

Надо было что-то сказать, но Миша только смотрел и молчал. С каждой секундой обстановка становилась всё глупее. Ксюша тоже почему-то оцепенела и виновато опустила глаза, как набедокурившая школьница перед строгим учителем.

Наконец она встрепенулась, шагнула вперёд и протянула ноутбук.

– Всё время выскакивает что-то…

Миша почувствовал, как у него краснеют щёки. Надо было ответить, но он не знал, что сказать, и сказал совсем не то, что собирался, и не так.

– Оставь, я посмотрю, – сухо бросил Миша, напустив на себя невозмутимый вид ответственного человека.

Ксюша с явным облегчением положила ноутбук на край стола и быстро ушла. Да уж, такой развязки он не предполагал. Рубашка намокла и прилипла к телу. Ужасно захотелось курить. Он сел и стал нервно бормотать: «Что там выскакивает? Ничего себе, вот это ты дала! Придётся повозиться. С тебя шоколадка!»

Посидев так несколько минут, он выдохнул, смахнул со стола невидимые крошки, встал и угрюмо поплёлся в ту часть офиса, где обычно работала Ксюша: ноги сами несли его туда.

Миша вдруг увидел её у клиентского отдела, но не одну: в компании Артура – тимлида, руководителя команды разработчиков. Начальство его любило, разработчики уважали, девчонки, должно быть, постоянно липли.

Артур ловко облокотился о стену, нависнув над Ксюшей. Та прижалась к колонне, застенчиво переступая с ноги на ногу. Сомнений не было: Артур – самодовольный, высокий и шумный, классический альфа-самец! – пристаёт к бедной новенькой девочке и ни за что не даст ей прохода.

Миша засунул руки в карманы и решительно двинулся к ним. Но яростный клич так и не вырвался наружу – в самый последний момент Миша увидел Ксюшино лицо и замер, не издав ни звука. Она не отрывала своих больших чёрных глаз от Артура, хлопала пушистыми ресницами и ослепительно улыбалась.

Вдруг Артур заметил Мишу и небрежно усмехнулся:

– Тебе чего, Климов?

– Ничего, – ответил Миша, стоя как вкопанный, удивляясь сам себе, что вообще умеет говорить.

– Тогда, может быть, ты пойдёшь куда шёл? – покровительственно-спокойным тоном сказал Артур.

Миша дёрнул плечом и пошёл дальше. У входа в большую переговорную, борясь с неописуемым желанием повернуться и посмотреть, что делают эти двое, он замешкался перед дверью и, не выдержав напряжения, обернулся.

Артур и Ксюша уже отлипли от стены. Они шли по коридору, удаляясь от Миши: рука Артура по-хозяйски лежала на Ксюшином плече. У входа в отдел, где было её рабочее место, она высвободилась, послала воздушный поцелуй Артуру и скрылась за перегородкой.

Миша стоял и сжимал ручку двери переговорной, сердце колотилось, в висках пульсировало. Свободной рукой он нащупал в джинсах сигареты и пошёл курить.

Ближе к семи офис почти опустел.

В гостевой зоне на ярких пуфиках сидели две девушки: тренер по продажам и новенькая, из стажёров – Миша не помнил её. Да ещё в бухгалтерии горел свет.

Миша пошёл на кухню, налил в большую кружку кофе, насыпал три ложки сахара – правда, никогда не пил сладкий кофе – и побрёл по длинному коридору. Он чувствовал опустошённость. Люди вокруг ведь не просто сбежали из офиса – они ушли туда, где их ждут.

А ему без надобности уходить. Дома никто не ждёт, в гости никто не зовёт.

Миша начал обходить офис с кружкой в руках, понемногу отпивая приторный кофе. Этот ритуал давно вошёл у него в привычку – в конце рабочего дня, когда сотрудников уже не было, Миша проходился по всем отделам и кабинетам, выключал свет, закрывал окна. Однажды его даже премировали за это и удостоили разговора с генеральным директором. Тот похвалил Мишу за неравнодушие к деятельности компании и её расходам.

Только сейчас Миша понял, почему на душе тогда было очень скверно. Ему всё равно, чем занимается компания, и совершенно наплевать, что будет с её расходами. Просто скучно, незачем идти домой вовремя, вот он и шатается по офису. А начальники углядели в этом неравнодушие, да ещё и наградили – оплатили год интенсивного курса английского языка, хотя Миша ещё со школы отлично на нём объяснялся.

Уже давно можно было уходить, но Миша всё болтался и болтался по пустынному офису, как будто что-то искал и никак не мог найти.

Обычно к вечеру его уже ждал скачанный фильм или сериал, но не в этот раз. Спас только заведённый на пол-одиннадцатого будильник – Миша специально поставил, чтобы успеть купить пиво.

Он лениво натянул куртку, нахлобучил шапку, взял рюкзак и вышел из офиса, ухмыльнувшись своему немайскому виду в зеркале лифта. На безлюдной улице было промозгло, дул холодный ноябрьский ветер.

Миша спустился в полуподвальный магазинчик, взял с полки две банки пива и чипсы. Пошёл расплачиваться, задумался, вернулся, взял ещё две банки и пачку креветок. Засунув провиант в рюкзак, Миша направился в сторону метро.

Обычно по дороге домой ему удавалось послушать подкасты или новые треки для вдохновения, которые Миша часто качал во время работы, но сегодня апатия охватила его.

Миша доплёлся домой на автопилоте. У подъезда толпились подвыпившие подростки, но они его даже не заметили. Поворачивая ключ в замке входной двери, он понял, что забыл покурить.

Миша жил в маленькой однушке: балкон-лоджия, восьмиметровая кухня и советское пианино «Заря» в комнате. На пианино Миша играть не умел, даже просил хозяйку квартиры от него избавиться, но не смог договориться – так и жил с ним пятый год, складывая на крышку одежду. В комнате, помимо пианино, расположились вечно разложенный диван, стол, старое кресло и шкаф. Всё, кроме супермощного, топового компьютера на столе, Мише не принадлежало. Вообще-то, ему не нужен был такой производительный комп. В сложных программах Миша не работал, играми не то что бы увлекался, но верил, что человек его профессии обязан иметь идеальное железо и канал связи.

Разувшись и бросив куртку с шапкой на стул, Миша достал пиво и уселся за компьютер. Проверил скайп, вотсап, вайбер, телеграм – ничего нового, полистал ленту фейсбука, поперебирал группы во «ВКонтакте», закладки – ничего интересного.

Глотнув пива, он через ви-пи-эн-подключение зашёл на корпоративный портал: сотрудники, карточка Ксении Семёновой, телефон, почта, о себе. О, ссылка на инстаграм. Вот он и нужен.

Миша воображал, что Ксюша уже хвастается фото из клуба, селфи в обнимку с Артуром, но последний пост был три дня назад: на снимке Ксюша демонстрировала свои роскошные волосы, хитро прищурившись, показывая, что она принимает и понимает все восторженные взгляды поклонников. Миша проверил её профили в фейсбуке и во «ВКонтакте», они были заброшены: ничего нового уже год.

На автомате он снова перещёлкал мессенджеры и соцсети, но за десять минут лента стала ненамного интереснее.

Банка пива была прикончена. Миша методично опустошал вторую, ёрзал в кресле и пытался собраться с мыслями.

Внезапно он встал, принялся ходить взад-вперёд по комнате: казалось, необъяснимая тревожность проникла во все части тела, захватила разум, взяла под контроль внимание, ощущения, движения. На пятом круге Миша споткнулся о кубик Рубика, валявшийся около пианино, и спохватился: «Стоп! Я так сойду с ума, надо что-то поделать и отвлечься!»

Он снова сел за комп, зашел на киносайт, открыл страницу с лучшими фильмами, долистал до конца: скопировать – вставить – смотреть онлайн. Гугл выдал ссылку на «Красавицу и чудовище» 1991 года.

Видео грузилось очень долго. Миша ещё раз проверил соцсети, мессенджеры и Ксюшин инстаграм.

Потом он курил на балконе, забыв о своём новогоднем обещании дымить только на улице, смотрел на проезжающие машины, двор, в котором одинокий огонёк выдавал такого же курильщика. Кажется, он гуляет с собакой… или просто чёрное пятно какое-то, или всё-таки собака…

Миша перегнулся через окно и плюнул. Слюна повисла и долго-долго висела, а потом внезапно оторвалась и быстро и бесшумно скрылась в темноте.

Он посмотрел вниз: очертания деревьев, полоска асфальта у дома, забор – и перегнулся сильнее. Руки инстинктивно вцепились в край рамы. Миша замер. Он слышал, как стучит его сердце, как в голову наперебой лезут бредовые мысли:

«На балконе холодно и грязно, а я в носках… а носки подарили наши девчонки на 23 Февраля … Ксюша тогда так смеялась… нет, Ксюши ещё не было… а потом я сделал для всех заставку с поздравлением к 8 Марта… помню, холодно было, прямо как сейчас…»

Он закрыл глаза и перегнулся ещё сильнее.

«А что если взять и…»

Миша почти висел на краю рамы, тщетно надеясь избавиться от потока околесицы в голове. Ещё чуть-чуть, и ноги оторвутся, и он не будет стоять, только висеть, еле держась, повиснет, как слюна, а потом – раз – и оторвётся…

«…Очень важно держать баланс, когда занимаешься йогой… кажется, так говорила Даша… как же давно мы расстались… При ней не было грязно на балконе… но я и не жил здесь. Я жил у неё и курил на её балконе… далеко было ездить на работу… или я тогда ездил в универ…»

Ноги как-то сами оторвались, и он повис в воздухе. Острая оконная рама впилась в живот и руки, и стало тяжело дышать, и сердце забилось чаще, в висках застучало, и новые мысли хлынули потоком.

«…Неужели это последнее, о чём я думаю? Говорят, что жизнь проносится перед глазами… или это не сейчас? Когда я уже буду нестись вниз? Или я уже умер на самом деле… такой молодой…»

Мише стало жутко. Он вскрикнул и, не поверив своему сдавленному, чужому голосу, начал хрипеть и подгибать ноги.

– СТОЙ! СТОЙ! ОТОЙДИ ОТ ОКНА! МИША! ОТОЙДИ ОТ ОКНА!

Оглушительный женский голос доносился из динамиков в комнате. Как можно было его не замечать? Громкость была на пределе. Сколько времени прошло?

Миша зажмурил и открыл глаза, посмотрел в пустоту. Страх пронзил всё тело. Страх неизвестности, и неизвестного пронзительного крика из динамиков, и того, что трудно дышать…

Миша упёрся ногами в стену, оттолкнулся от окна и рухнул на пол балкона. Он щупал лицо онемевшими руками, жадно глотая воздух. Не в силах подняться, Миша стал по-пластунски отползать от раскрытого окна, как будто оттуда мог вылезти свирепый монстр, способный затащить его обратно. Его била мелкая дрожь, хотелось дышать полной грудью – и не хватало кислорода. Он мотал головой и не понимал, что происходит.

На какое-то время Мише показалось, что он потерял сознание, но через пару минут очнулся, встал на ноги, подошёл к окну и постарался закрыть его. Это простое действие никак не получалось – оконная ручка не слушалась. Ударил в стекло кулаком – больно, глухо ойкнул и выбежал в кухню, захлопнув дверь лоджии. Очень хотелось пить, дышать, есть, курить, трогать всё вокруг – быть живым – и как можно дальше держаться от того места, где только что чуть не произошло непоправимое.

Стакан, вода из-под крана, глотнул – мерзко. На глаза попалась банка пива – пусто. В коридоре рюкзак – вытряхнул чипсы, креветки в пакете, нашёл ещё две целых банки. Открыть пиво было сложнее, чем он думал. Пальцы дрожали, и Миша никак не мог совладать с дурацкой, как приклеенной, железной открывалкой. Наконец он расковырял банку ножницами и жадно выпил всё пиво.

Понемногу его стало отпускать. Он сел в кресло с ногами и обхватил колени. Слёзы и сопли лились рекой. Миша стонал, причитал – мысли спутались, превратились в единый бесформенный комок.

Посидев так некоторое время, Миша решил ещё выпить. Следующую банку пива он открыл уже без помощи ножниц. Осушив, он смял её и отправил в угол комнаты, к пианино.

Миша захмелел и потом понял, что проголодался. Это было удивительно приятно – осознавать, что ты ещё можешь хотеть есть. Он набрал в поисковой строке «доставка еды», выбрал первый суши-бар, полистал меню и отправил заказ.

Хотелось курить. «Но не идти же вниз, – думал Миша, – и тем более на балкон». Он открыл форточку в комнате и затянулся одной из самых вкусных сигарет. Докурив до половины, услышал, что в дверь звонят. От неожиданности он вздрогнул.

Миша потушил сигарету и на цыпочках направился к двери, догадываясь о том, что, наверное, его кто-то видел, когда он висел, перегнувшись через окно, и теперь за ним пришли – узнать, что случилось. Он решил, что мило улыбнётся и скажет, что всего лишь отдирал жвачку с той стороны рамы: всё в порядке, не надо волноваться.

Но оправдываться не пришлось: за дверью Миша увидел курьера, раскосого паренька – узбека, что ли, который, широко улыбаясь, торжественно вручил ему бумажный пакет с заказом – и был таков.

Миша проглотил слюну и захлопнул дверь. Сердце затрепыхалось. Что-то было неправильно, почему так быстро привезли заказ? Он взял пакет, зашёл в комнату, открыл в браузере вкладку с доставкой, проверил: прошло семь минут. Миша заглянул в пакет: две бутылки пива по литру. Он заказывал четыре банки пива по ноль-пять, но тоже два литра – сойдёт. Ещё в пакете были роллы – «филадельфия» и «калифорния», он заказал роллы попроще: до зарплаты оставалось две недели.

«Это просто не мой заказ», – осенило его.

Он выбежал на лестничную площадку, но курьера, конечно, уже не было.

Вздохнув, Миша вернулся к компу, достал из пакета палочки, соус, имбирь, васаби, разложил перед клавиатурой, сел и начал есть.

Суши, свежие и большие, и пиво со странным сладким привкусом – были отменные. Миша посмотрел на чек и присвистнул. Роллы по восемьсот рублей, а пиво – по девятьсот за литр, да вдобавок безалкогольное! Он сделал ещё глоток.

– Бурда какая-то, – пробубнил Миша, жуя «филадельфию», – скоро приедет мой настоящий заказ, а там и будет нормальное пиво.

– Не приедет, – раздался компьютерный голос, – я его отменила.

Миша поперхнулся роллом. Тело сковало, по спине пробежал холодок. Он поджал ноги, стиснув палочки правой рукой, вцепившись в клавиатуру левой. В животе неприятно булькнуло.

– Сейчас ты напуган, и это нормально, – продолжил голос из колонок, – ты не сошёл с ума. Пожалуйста, попробуй поговорить со мной. Ты убедишься, что я не сделаю ничего плохого.

Миша усилием воли проглотил ролл, подвинулся к компу и трясущимися руками зажал ctrl+shift+esc, чтобы увидеть процессы, которые он запускал, затем быстро отключил передачу данных, звук, камеру, микрофон. Прошла целая минута, и через динамики Миша услышал вздох:

– Не поможет. Так просто меня не выключить.

Миша от волнения подскочил со стула, бросился к розетке, выдернул шнур удлинителя: вырубил компьютер, монитор и усилитель. Заработал бесперебойник – электросеть пропала. Миша стоял, держа шнур в руке, и недоверчиво смотрел на комп. Он отчётливо видел, как на мониторе разворачивается сообщение:

«Миш, включи обратно, пожалуйста».

Он подбежал к компу, нагнулся и выключил бесперебойник. Комп погас. Наступила тишина – было слышно только тяжёлое дыхание Миши. В ушах шумело, голова кружилась. Он смотрел на вырвавшийся из-под контроля компьютер и судорожно пытался найти этому разумное объяснение.

«Я позвоню в скорую и скажу, что мне плохо. Нет, лучше я позвоню на линию горячей поддержки и скажу, что у меня была попытка суицида и мне плохо», – перебирал варианты Миша.

«Эти мысли ведь не полный бред? Когда я думаю про скорую, это же нормально? Если только я не умер… или не свихнулся. Но я же не свихнулся? Еду я забрал, роллы… пиво… я ем… я пью».

Миша ущипнул себя за за складку на животе – больновато. Он схватил со стола зажигалку, поднёс к пламени большой палец левой руки. Двух секунд хватило – подпрыгнул и стал дуть на палец. Потом взял со стола бутылку и глотнул ещё пива. Безалкогольный вкус показался предательским.

Он осмотрел стол. Из нового и пугающего был только непрошеный заказ. Миша сгрёб в пакет остатки чужого ужина, который, как назло, был похож на его настоящий заказ, подбежал к двери и остановился.

Теперь квартира не казалась ему безопасным местом. Миша на цыпочках подошёл к глазку, посмотрел – никого. Он аккуратно приоткрыл дверь, выставил пакет наружу, затем быстро захлопнул дверь и запер её на все замки.

Миша примостился на полу в коридоре, как бы охраняя вход от любого, кто попробует зайти, и при этом боясь заходить и в комнату, и на кухню. В кармане он нашарил сигареты и телефон, зажигалки не было. Миша засунул сигарету в рот, разблокировал телефон. Парочка новых уведомлений на канале с мемами и сообщение от неизвестного пользователя в телеграме. Картинки Миша проигнорировал – сразу открыл сообщение.

«Есть интересные новости, – писал аноним. – Позвони или напиши, как только появится свободное время».

«Это кто?» – дрожащими пальцами набрал Миша. Ответ не заставил себя ждать:

«Мы ещё не знакомы. Извини, что напугала тебя. Я не хотела».

Миша вытаращился на телефон. Неужели и его собственный телефон оказался предателем?

На неверных ногах Миша доковылял до кухни, не найдя зажигалки, закурил от плиты и сел на табуретку.

Сил, чтобы бороться с невидимым шутником, у него уже не осталось. Он покорно ждал следующего хода тайного истязателя. Но хода не было – и ожидание становилось ещё мучительнее.

Миша закурил новую сигарету от остатка старой.

«Я очень устал. Мне нужно просто лечь спать, и всё пройдёт. На свежую голову всё прояснится», – успокаивал он себя.

Телефон провибрировал:

«Убери креветки в холодильник, иначе утром будут плохо пахнуть».

Точно, креветки! Миша вытащил их из рюкзака и оставил валяться у двери. Лужица из-под размороженной пачки в коридоре не смущала его. Недолго думая, он выключил телефон, пожалев, что из него нельзя достать батарейку, бросил креветки в морозилку и, не раздеваясь, лёг спать.

Глава 2

К своему удивлению, Миша мгновенно провалился в сон и утром проснулся оттого, что его мучила жажда.

Лёжа в постели, он как будто заново рассматривал свою комнату, прищурив один глаз.

Майское солнце било в окна. Квартира давно уже не видела уборки: грязные стёкла, пыльные тюлевые шторы. Когда-то бежевые обои стали серыми, а часть стены под компьютерным столом изрядно затёрлась. Миша знал свою привычку упираться ногами в стену, когда сидел, и не собирался её менять, но сегодня вид обоев ему не понравился.

На столе большой монитор – Миша удачно купил его у своей компании по цене утиля: старый арт-директор ушёл, оставив «Нек», а новый арт-директор предпочёл «Мак». Монитор был в пятнах и разводах, на столе валялся мелкий мусор, на кресле висела куртка, на полу клубилась пыль, за пианино располагались залежи ношеных носков и футболок.

Миша, потягиваясь, встал и с неудовольствием заметил, что ноги прилипают к полу. Не найдя тапочек, он на цыпочках, аккуратно ступая, пошёл на кухню.

Воды ни в чайнике, ни в холодильнике не было. Миша со вздохом, полным глубокого презрения ко всему, что его окружало, налил во вчерашний стакан холодной воды из-под крана. Вкус не изменился – всё такая же гадость.

Еды, кроме перемороженных креветок и пачки чипсов, тоже не было.

Он посмотрел на часы – половина двенадцатого.

«Прогуляюсь до ТЦ, поем на фудкорте», – подумал Миша.

Всё это время он старался не только не думать, но и не смотреть на выключенные компьютер и телефон, как будто боялся, что там живёт нечистая сила, готовая разрушить его привычную жизнь.

Но сюрприз поджидал его с другой стороны входной двери.

Как только Миша собрался и открыл дверь, его встретил не один пакет – с остатками вчерашнего ужина, а целых два.

По-видимому, новый пакет был заботливо доставлен, пока Миша спал. Сбоку красовалась большая надпись: «Для Михаила Климова, улица Лётчика Макарова, 6, квартира 147».

Адресат вздохнул, отнёс пакет на кухню и открыл. Внутри был бережно упакован завтрак из ресторана «Северяне»: яичница с беконом и фасолью в томатном соусе, свежевыжатый апельсиновый сок и большой салат с ростбифом. Ещё литровая бутылка негазированной воды, бумажные полотенца, зубная паста и пачка одноразовых бритвенных станков.

Рассматривая все эти подарки, Миша никак не мог прийти в себя. Розыгрыш, в котором он был невольной жертвой, организован блестяще. Миша действительно любил яичницу по утрам и чаще всего ел её с беконом. Готовил редко, но на фудкорте брал регулярно. Салат с ростбифом? Он никогда его не пробовал. Почему он в наборе, неясно, но приятно.

Вода – отдельное спасибо, а вот с бумажными полотенцами и прочим мелким добром выходило жутко… Бумажные полотенца Миша забывал купить уже не первый день – вчера, конечно, тоже забыл. Зубная паста ещё была, но уже не раз приходилось изобретать всё новые способы её выдавить, чтобы хоть как-то почистить зубы. Бритвенные станки надо было купить на прошлой неделе – Миша использовал последний из пачки явно дольше, чем рассчитывал производитель.