Обреченный на скитания. Книга 1. Мир которого нет...

– Чем же мне тебя кормить, горюшко ты мое? – озадаченно сказал я, подходя к кошке – Это я. Вот нашёл твоего сына. По–моему, он голодный!

«Положи его ко мне ближе, я его покормлю. Чем смогу», – мне показалось, кошка грустно хмыкнула.

– А ты сможешь? На тебе же живого места нет.

«Попробую…»

– Меня зовут Алекс, а как тебя? – спросил я, подкладывая котенка к матери.

«У меня нет имени», – огорошила меня кошка.

– То есть, как нет? Ну, вы же общаетесь между собой, тебя же как–то называли в стае? – не унимался я.

«Лучше дай своё имя, так как мы называем друг друга, ты не сможешь выговорить».

– Хорошо, будешь Сильва, – согласился с ней, подпихивая котёнка поближе.

«Спасибо, Алекс. Очень красиво. А что значит это имя?»

– Лесная жительница. А твоего сына наречём – Мурзик. Ты не против?

«Не против. Очень красиво».

– Тогда вы тут побудьте, я пойду хворост соберу, да еды попробую добыть, – погладил я Сильву.

С дровами проблем не было. Сухостоя вокруг было много, а энергетический нож резал без проблем, что ткань , что дерево, что камень. Так что настрогать дров не проблема. А вот еда – проблема. Не буду же я бегать по всему лесу за зайцами. Побродив по лесу, совсем уже отчаялся что–либо добыть, как увидел на дереве огромную птицу. Что–то среднее между индюком и гусем. Может, глухарь или тетерев. Не разбираюсь я в них. Спрятавшись за ближайшим деревом, приготовил свою молнию. Сделал её совсем крохотной. Фиг его знает, сколько нужно энергии добавить в молнию, чтобы в пепел не превратить эту птичку Тари! И тут я вспомнил свои мысли по поводу откачки энергии у врага. Птица, конечно, не враг, но для тренировки – самое то.

Развеял приготовленную молнию и, перейдя на истинное зрение, протянул от себя энергетическую нить к птице. Когда я прицепил к ауре птицы канал, она что–то почувствовала, встрепенулась и уже было собралась улетать, как я с силой потянул на себя её энергию.

Меня тут же скрутила распирающая боль в солнечном сплетении. Несколько раз вырвало. Благо нечем – мой желудок был пуст. Я упал на колени, стараясь справиться с болью. Тяжело дыша и отплевываясь слизью, я материл себя на чем свет стоит: « Маг хренов, так и сдохнуть недолго! Экспериментатор, мать твою…»

Опустил взгляд, увидел в области живота шар зеленовато–синего цвета, который распирал и жег тело. Оттолкнул его в землю. Шар со свистом втянулся в почву. Полегчало. Сел, прислонившись к дереву, и постарался отдышаться, при этом обдумывая случившееся.

Получается, при откачке энергии, нужно указать, куда ей деваться. Иначе можно самого себя взорвать изнутри. Ох, уж эти спонтанные эксперименты! Не знаю, как эльфы, а вот я сам себя в гроб вгоню гораздо быстрей. Видимо, нужно сначала найти приёмник, а потом уже перекачивать энергию из птицы.

Немного посидел, успокаивая дыхание. Подобрал птицу, слава богу, в мумию она не превратилась. Просто дохлая птица. Какая–никакая, а еда теперь есть. В истинном зрении птица была однородно серая, значит, мертва и не улетит. Перехватив птицу за ноги, ударил её головой об ствол дерева, на всякий случай и побрел к своёй стоянке.

Бросил свою добычу около дерева и подошел к своим спасённым. Сильва и Мурзик спали. Я расстелил свой плащ и перенёс на него кошку и котенка.

«Не беспокойся, Алекс, нам удобно», – пыталась возразить Сильва.

– Да ладно тебе, на плаще–то потеплее будет, чем на земле. Отдыхай! – сказал я и пошёл разделывать свою добычу.

Помучавшись минут пятнадцать, я получил подобие «окорочков Буша». Птица была жирная, но мои умения по разделке тушек сделали из неё пугало. Перья кое–где выщипал, но в основном оторвал вместе с кожей. Развел костер недалеко от Сильвы. Нанизав тушку на палку, повесил над огнем, повыше чтобы не сгорела. Поджарив на прутике печенку, протянул её Сильве.

– Поешь, тебе силы нужны, – прокомментировал я свои действия.

«Не сегодня, я слишком слаба. Если можешь, подай воды. Жажда замучила».

– И чего молчишь? Давно бы напоил, – пробурчал я, доставая из рюкзака тарелку. Налил воды из фляжки. Сильва с трудом привстала и принялась жадно пить. Я смотрел на неё и думал, что если бы я так пил, язык бы отвалился. Напившись, она легла на бок и довольно прищурилась.

«Спасибо тебе, Алекс. Про Истинных у нас ходят легенды, я рада, что повстречала тебя».

– Истинный, говоришь? – проговорил я – с чего ты взяла, что я Истинный?

«Смешной ты. Я вижу! – хмыкнул голос за ухом, – мы же арвенды!»

– А, ну да, – якобы согласился я. – Действительно. Отдыхай, я пошёл свою курицу жарить. Потом разберёмся кто тут истинный, а кто поддельный и кто такие арвенды.

Если рыба у меня получилась не очень, то мясо совсем не получилось. Вроде как барбекю жарить приходилось, и даже получалось что–то, то тут – полный отстой! Я и на кусочки резал, чтобы прожарить лучше, и все равно получилась полная дрянь.

Сидел и ел полусырое, пресное, жесткое и грязное от углей мясо. Горячее сырым не бывает, с этим девизом приговорил четвертую часть глухаря. Самое главное , что желудок был благодарен и за такую пищу. Наевшись, я провозился ещё часа два с остатками тушки, придавая им более–менее готовый вид. На самом деле кровь с кусков не капала и меня это устроило. Я и не подозревал, что такой неумеха. В мозгах у меня все получалось быстро и красиво – вот только с реализацией полный крах!

Запросил время, «14:38» высветилось сообщение и медленно пропало. Вот и полдень миновал. С такими попутчиками из леса я выйду не скоро. Это не очень хорошо. Если эльфы взяли мой след, то рано или поздно найдут – они тут дома.

Завернув еду в большие листья какого–то растения, сложил все в рюкзак. На поляну слетались падальщики. Уже сейчас собралась, хорошая такая, стая неизвестных мне птиц, отталкивающего вида. Думаю, к вечеру прибудут и наземные трупоядные. Вот с ними–то встречаться совсем не хочется.

– Ну, давай, попробуем отсюда убраться, – с этими словами я запихнул пищащего Мурзика в рюкзак. Сильва никак не прокомментировала мои действия. Подхватив кошку на руки, двинулся в лес. Тяжело, но терпимо. – Терпи, пронесу, сколько смогу.

Шел я так около часа, пока не почувствовал, что всё, дальше не могу – тяжеловатая ноша.

– Сильва, я волокушу сделаю. Думаю, мы достаточно далеко отошли, – положил кошку на землю, и вытащил из рюкзака котенка, подсунул его под мать. Взял верёвку, свой чудо нож и пошёл делать волокушу.

Изготовление несложной деревянной конструкции не заняло много времени. Связав четыре толстые палки в виде вытянутого прямоугольника и натянув на него плащ, получил желаемую волокушу. Сложив туда вещи и раненную кошку, встал перед проблемой куда идти. Стрелка указывала на северо–запад, но в ту сторону вели непролазные заросли. Придётся искать обходные пути. Сильва воспринимала все молча, лишь иногда издавая утробный рык. Наверное, от боли.

Тянуть за свобдные концы продольных боковых жердей волокушу не тяжело, просто неудобно. Чтобы скрасить дорогу, попытался разговорить Сильву. Но она отвечала неохотно, видимо все же трясло её нещадно, не до разговоров.

Так я шёл до самого вечера, обдумывая свои дальнейшие действия и выбирая дорогу поровней. Удивительно, но усталости не было совсем. Быть киборгом не так уж и плохо! Или это в состоянии стресса организм перестроился? Нет ответа.

Окружающий ландшафт никак не назовёшь равниной. Местность была, мягко говоря, пересечённой. Были и овраги, и подъёмы, и спуски. Лес редел на глазах. Теперь это было практически редколесье . По внутреннему времени, которое я всегда умел чувствовать, а со вновь приобретенными умениями, определял безошибочно, до заката осталось часа три. Пора искать привал на ночь.

Взбираясь на очередную горку, я почувствовал свежесть, которая характерна для речек. «Неужели река?» – пронеслось в мозгу. Действительно, с вершины холма, рассмотрел за деревьями гладь воды

– Привал! – объявил я, – пойду, поищу нормальное место для ночлега.

Сильва ответила молчаливым взглядом. Мне опять стало её жутко жалко, её человеческий взгляд содержал столько муки и боли! Все же выдержанная животинка. Столько времени терпела – ни муркнула, ни мявкнула.

Место для ночлега нашлось не скоро. Берег был достаточно обрывист, но метрах в пятистах, река делала поворот, огибая небольшой пригорок. Вот этот пригорок я и облюбовал под бивак.

Во–первых, недалеко лес, во–вторых, продуваемое место, значит, мошкары будет поменьше, в-третьих, пологий спуск к воде. Немного поплутав по лесу, вернулся к своим подопечным. Сильва лежала и молча смотрела на меня, видимо услышала мои шаги задолго до моего прихода.

– Все нормально, я нашёл место, – успокоил я её, – потерпи ещё немного, скоро все закончится.

«Ничего, Алекс, мне приходилось терпеть и бо́льшую боль», – ответила Сильва. Услышать её после нескольких часов молчания было приятно и опять как–то неожиданно. Осторожно взявшись за уже ставшие привычными «оглобли» волокуши, потянул её к облюбованному месту.

Место действительно оказалось очень удачное. Около леса нашлась ровная площадка. На неё я и поставил палатку. Палатка практически не отличалась от земных аналогов. Простая до невозможности. Собрал её за пять секунд. Когда с установкой закончил, перенёс в неё кошку с котенком.

«Алекс, мне привычней на открытом воздухе», – попыталась воспротивиться Сильва.

– Разговор окончен! – не терпящим возражения голосом сказал я. – На открытом воздухе будешь спать, когда поправишься. Всё. Я пошёл обустраиваться, а ты поешь. Сейчас достану печень и мясо. И не спорь!

«Хорошо!» – легко согласилась Сильва. Мне даже показалось,что с удовольствием согласилась. Вот притвора. Не встречал ещё кошки, которая предпочла бы спать на улице, а не в теплом помещении. Эта тоже не исключение.

Покормил свою больную. Пока она аккуратно ела, присел и слился с природой, ощутив в себя частицей окружающего леса, реки, травы и воздуха. Чувство единения пришло очень быстро, видимо сказываются тренировки. В километре от меня, паслись какие–то травоядные, около реки, в норах сидели грызуны типа зайцев. То ли мне везет, то ли тут не водятся хищники. Но, вспомнив крысюков, решил, что мне всё-таки везет.

Выйдя из этого состояния, отправился за дровами. Собрав гору дров, решил искупаться. С грустью вспомнил теплый душ, в таком далеком прошлом. Но оставаться грязным и потным было выше моих сил. Лучше уж холодная вода открытого водоёма, чем вонь от самого себя!

Река была неширокая – метров десять. Прозрачная вода позволяла рассмотреть камни на дне. Кстати, и рыбу я тоже видел. Пожалуй, тут можно задержаться, рыбу-то проще поймать, чем за птицами бегать. Разделся и плескался около берега. В глубину не лез, мало ли какие тут сюрпризы на глубине. Вода была холодная, но недолго, через минуту она казалась теплее парного молока. Красотень!

Чистый и свежий я вернулся к палатке. Развёл костёр, повесив на прутиках полусырое мясо птицы. Пусть разогреется, да и дожарится заодно. Заглянув в палатку, обнаружил, что кошка еду съела и, мурча бесконечную песню, кормила котёнка.

– Молодца! – похвалил я её. Наложил руну исцеления.

«Спасибо, мне уже легче», – поблагодарила Сильва.

– Пока отдыхай. Потом нужно будет раны посмотреть. Сейчас поем и займемся.

Согрев в котелке воды, вытащил Сильву из палатки. Мурзик сладко спал на подстеленном плаще. Осторожно размотал свои импровизированные бинты – пришлось размачивать запёкшуюся кровь, чтобы не сорвать только начавшую заживать плоть. Промыв раны, срезав джедайским ножом склоченную шерсть, начал опять бинтовать грудь Сильвы. Кошка всю процедуру стойко перенесла стоя на ногах, шатаясь и непроизвольно дергаясь при моих неосторожных прикосновениях. Удивительное существо! Раны выглядели недельной давности. Я впервые видел такую скорость регенерации у животных.

Закончив медицинскую экзекуцию, отвел Сильву в палатку, потом долго сидел, глядя на огонь. В голову лезли самые невеселые мысли. За что мне всё это? Неужели я в своём мире был настолько лишним, что господь отправил меня сюда? А тут на меня взвалят такую миссию, что мало не покажется… Неужели не нашлось никого посмелей, повыносливей, умней в конце–концов? А я? Что я? Изнеженный городской жизнью, тихий, трусливый пацан, и вдруг, на тебе! Новый мир, где всё так незнакомо и потому опасно…

Когда стемнело, решил тоже поспать. Прислушавшись, не обнаружил ничего агрессивного и подозрительного. Обычный лес, обычная река. Как будто я дома, где–нибудь в походе. Залез в палатку, и, устроившись поудобней, заснул на удивление быстро.

Светлый лес. Дворец эльфов. Владыка

Морохир.

За много километров от стоянки маленькой компании, в своём кабинете работал Владыка эльфов Морохир. Дел было невпроворот, и этот случай с чужаком все больше его беспокоил. О том, что чужака не смогли найти лучшие рейнджеры, вообще думать не хотелось. Морохир знал цену этим людям, тем большее беспокойство вызвал этот неприглядный случай. Да ещё и Анариэль со своёй навязчивой идеей поймать чужака во что бы то ни стало. Хорошо, что хватило ума не трепаться о своём фиаско на каждом углу.

Сначала Владыка воспринимал этот случай, как проверку Империей эльфийских сил быстрого реагирования. Но после последнего сообщения все стало видеться совсем в другом свете. Дело в том, что поступило сообщение о следах необычной схватки крысюков на границе с Проклятым лесом. Эти твари никогда не появлялись так близко к землям эльфов. Рейнджеры знали способы отвадить живность Проклятого леса от своих земель. Видимо, тот кратковременный сбор лучших рейнджеров для захвата чужака, дал возможность одной из стай крысюков проникнуть так глубоко в Светлый лес.